Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

– Не могу поспорить… – Даниэль переводит взгляд на рядом лежащую на кровати гитару и слегка оттягивает пару струн. – Было немного тяжело учиться на ней играть, но за несколько лет я успел достаточно напрактиковаться и думаю, что могу играть и не краснеть перед людьми.

– Ну не скромничай, красавчик, – скромно улыбается Анна, проведя тыльной стороной руки по щеке Даниэля. – Мы оба знаем, что ты уже сумел покорить сердца многих людей и обрести множество фанатов со всего мира. А все благодаря твоему невероятному таланту и изумительному голосу.

– Да, только… – Даниэль на секунду отводит взгляд в сторону, подогнув одну ногу под себя. – Только я все больше начинаю думать, что наши усилия пойдут коту под хвост.

– Почему ты так говоришь? – перестав улыбаться, с грустью во взгляде интересуется Анна. – Неужели вы с Терренсом так и не приняли решение насчет группы?

– Пока нет, – качает головой Даниэль. – Точнее, решили, что хотим сделать, но нет ничего, что помогло бы нам хотя бы немного сдвинуться с мертвой точки.

– У вас остается чуть больше недели для того, чтобы дать менеджеру четкий ответ. Сегодня уже тринадцатое сентября, а ответ нужно давать уже двадцать второго.

– Знаю, но мы ничего не сделать. У нас с Терренсом есть маленькая надежда, что Питер вернется к нам, но мы не уверены, что это случится. Вспоминая его состояние в день встречи с Джорджем, мы начинаем бояться, что уже практически потеряли барабанщика.

– И тогда вам придется искать кого-то другого?

– Другого выхода у нас не будет, хотя мы очень этого не хотим. Несмотря на то, что мы пообещали друг другу найти способ спасти группу, у меня есть сомнения, что мы сможем это сделать. Я все больше начинаю думать, что нам стоит смириться с уходом Роуза и либо искать нового ударника, либо забить на группу и забыть о мечтах о славе.

– То есть, ты тоже начал думать, что все бесполезно?

– Все к этому и идет, Анна. Забыв о всех мечтах и фантазиях и начав думать трезво, я тоже начинаю понимать, что выхода из этой ситуации нет.

– Но ты же не хотел сдаваться просто так. – Анна мягко гладит колено Даниэля. – Неужели вы с Терренсом поменялись местами? И теперь не он, а ты считаешь, что все потеряно?

– Терренс и так думает, что у нас ничего не выйдет, – проводя рукой по волосам, резко выдыхает Даниэль. – Хотя сдаваться тоже не хочет… Ведь он, казалось бы, получил свой долгожданный шанс стать музыкантом, а тут вдруг произошло такое.

– Понимаю… – Анна на секунду опускает грустный взгляд на свои руки. – А что будет, если ваша группа все-таки распадется?

– Не знаю, Анна, – пожимает плечами Даниэль. – Думаю, мы с Терренсом будем общаться и дальше. Все-таки мы не чужие люди и успели сдружиться… Может, нас пока что еще трудно назвать лучшими друзьями, но мне нравится общаться с Терренсом. Конечно, он любит немного повыпендриваться, но так-то он хороший человек, с которым есть о чем поговорить.

– Может, вам стоило бы подумать о создании своего проекта, не связанного с « Against The System »?

– Нет, милая, если у нас и будет группа, то только « Against The System ». Но поскольку ее состав сейчас неполный, и в ней не хватает Питера, то мы не хотим продолжать работать над этим проектом. Если мы не поможем блондину, и он откажется возвращаться к нам, то группа распадется.

– Я понимаю… Ведь без Питера вы уже не будете той группой, которой были, когда он был с вами.

– Да, без него мы уже не те… Сейчас я могу признать это уверенно… Каждый из нас вносит в группу что-то свое, и в итоге у нас получается что-то необычное, что всем нравится. Не будь кого-то из нас, будет уже совсем не то. Если бы мы сейчас с МакКлайфом начали играть вдвоем, наша музыка изменилась бы. Она была бы другой … Как и мы оба…

– Ты прав… – Анна медленно опускает глаза вниз. – Все-таки все мы привыкли видеть группу, в которой состоят Терренс МакКлайф, Даниэль Перкинс и Питер Роуз… Без Пита или кого-либо еще группа будет уже не той… Никакой новый барабанщик не сможет заменить того, кого все любят. По крайней мере, в вашем случае…

– Да, я знаю некоторые группы, в которых менялись участники, и их поклонники так и не смогли принять их. Просто стало совсем не так, как им нравилось. Редко кому удается полностью стать лучшей версии предыдущего барабанщика, гитариста, вокалиста или клавишника…

– Грустно это говорить, но будет лучше уйти вовремя и позволить людям запомнить вас такими, какими они узнали о вас в первый раз.

– Да, мы с Терренсом тоже так считаем… Но я, черт возьми, не хочу этого! У меня нет желания прекращать все это. Я хочу заниматься музыкой и путешествовать по миру с концертами. Это моя давняя мечта!

– Никто не хочет этого, Даниэль, – с грустью во взгляде говорит Анна, взяв Даниэля за руки. – Мне будет очень жаль, если ваша группа распадется. И я думаю, вам надо бороться до последнего и испробовать все варианты. А если уже ничто вам не поможет, тогда мне останется только смириться, что « Against The System » больше нет будет существовать.

– Ах, красавица моя… – Даниэль подвигается ближе к Анне и нежно, но крепко прижимает ее к себе, мило поцеловав в макушку и потеревшись щекой об ее щеку, пока та просто обвивает руками его талию. – Разумеется я продолжу делать все возможное, но не уверен, что это принесет что-то хорошее.

– Может быть, все-таки еще есть какой-то маленький шанс спасти группу и помочь Питеру? Надежда ведь умирает последней. Решение находится тогда, когда его не ищешь. Там, от куда его не ждешь.

– Знаю, но менеджер не будет ждать, пока это решение не найдется. Он расторгнет контракт, и тогда мы трое можем попрощаться со славой и признанием. И придется нам влезать в долги, чтобы заплатить полную стоимость неустойки. Я не сомневаюсь, что это будет слишком огромная сумма, которую вряд ли смогу найти за короткий срок.

– Я знаю… Но у вас троих есть много друзей, которые могут одолжить тебе и парням хоть сколько-то денег.

– Если честно, то сейчас я беспокоюсь об этом меньше всего. Меня больше всего тревожит ситуация с Питером. Сейчас все зависит от того, сможем ли мы узнать, что с ним происходит. Мы с Терренсом делаем больший упор на это.

– А вы бы оба смогли пожертвовать группой ради него? – задумчиво интересуется Анна, немного отстранившись от Даниэля и вопросительно посмотрев на него. – Если бы случилось так, что ради спасения Питера вам с Терренсом пришлось бы распустить группу, то вы бы согласились отказаться от своей мечты ради друга?

На пару секунд Даниэль замолкает, а потом тихо выдыхает и переводит взгляд на Анну.

– Думаю, что смогли бы, – уверенно отвечает Даниэль. – По крайней мере, я бы пошел на это. Потому что хочу загладить вину перед Питером и помочь ему. Может, некоторое время назад я бы и пальцем и пошевелил ради него, но сейчас не могу так просто забить на далеко не чужого мне человека.

– И ты бы не расстроился, если бы Джордж реально расторг с вами контракт и заставил заплатить неустойку?

– Я расстроюсь из-за потраченного впустую времени. А если студия и пиар-агентство хотят этого, то пусть хоть сейчас готовит нужные бумаги и отменяют наше соглашение. Уж прекращение сотрудничества со Смитом не стало бы горем для меня. Ибо Джордж вытряс из нас все душу за то время, что мы с ним работали. Он постоянно обзывает нас бездельниками, идиотами и дебилами. И это я сказал только о самых мягких и невинных словах – порой он выдавал кое-что и похуже.

– Не понимаю, почему вы вообще работали с ним и сразу не поменяли менеджера.

– Так уж получилось. Да и времени у нас не было на поиски того, кто вел бы все дела и помогал нашей команде продвигать группу. Но если вдруг случится невероятное чудо, которое спасет нашу группу, то смена менеджера будет первым пунктом в списке наших дел.

– Сначала в списке ваших дел первым пунктом должно стоять принятие решение насчет судьбы группы. У вас остается два варианта решений. Но один вариант невозможно осуществить по известной нам с тобой причине. А второй может сделать вашу в группу не такой, какой вы хотели бы ее видеть.

– Вот именно в этом и заключается трудность. Мы не можем решить точно, что сказать Смиту почти через неделю. Ибо мы должны либо вернуть Питера в группу, либо найти другого участника и позволить группе стать другой. – Даниэль резко выдыхает и проводит рукой по своему лицу. – Ох, я не знаю, что нам делать… Времени остается все меньше, а решение нужно принимать уже сейчас.

Глава 14.2

– Ах, Даниэль… – тяжело вздыхает Анна, мягко погладив Даниэля по голове и поцеловав его в щеку, которую затем нежно гладит. – Хотела бы я как-то помочь тебе или что-то посоветовать, но не могу. Ибо не знаю, что сказать и сделать…

– Нет, не говори так, радость моя. – Даниэль накрывает ладонью ту руку Анны, которая приложена к его щеке, мягко берет ее и прикладывает к своей груди. – Ты и так здорово мне помогаешь. Ты находишься рядом и пытаешься найти слова поддержки. Для меня действительно очень важно. Хотя бы пару приятных слов от тебя помогают мне чувствовать себя лучше.

– Но хотелось бы быть еще более нужной и полезной.

– Я чувствовал бы себя гораздо паршивее, если бы тебя не было рядом со мной, – мягко отвечает Даниэль, прикладывает ладонь к щеке Анны и нежно целует ее в лоб. – Я бы определенно забил бы на проблемы группы из-за того, что они нерешаемы.

– Понимаю… Я бы и сама наплевала на все, если бы у меня не было твоей поддержки. Так хочется чем-то помочь своим близким, но я не знаю, что могу для них сделать.

– Имеешь в виду не только группу? – Даниэль слегка поправляет Анне волосы и целует ее в висок.

– Да, я про Наталию. Не нравится мне все, что с ней происходит.

– Кстати, а что с ней вообще происходит? Когда она была у нас в гостях, то мне не очень понравился ее внешний вид. Наталия была какая-то отстраненная и явно лгала, когда говорила о многих вещах.

– Сама не знаю… – с грустью во взгляде качает головой Анна. – В последний раз я виделась с ней примерно дня два назад, В тот день, когда сюда приехал Терренс… И должна признаться, мне тоже не нравилось ее состояние.

– У нее есть какая-то тайна, которую никто не знает.

– Да, я уже долгое время пытаюсь хоть что-то у нее узнать, но все бесполезно . Наталия не хочет рассказывать о своем секрете и всегда ловко уходит от ответа, если появляется какая-то другая тема разговора.

– И что она даже намека никакого не давала?

– Никакого. Хотя не отрицает, что с ней что-то произошло. К тому же, она стала очень замкнутой и подавленной и предпочитает целыми днями сидеть дома. Мне с трудом удалось уговорить Наталию выйти из дома, потому что она никуда не хотела идти.

– Боже, что же такого могло случиться, раз она молчит и осознанно губит себя?

– Понятия не имею, Даниэль… Я могла бы только предположить то, что это как-то связано с Ракель, зная, что это произошло несколько месяцев назад. Но ведь девчонки уже давно помирились и забыли о своей ссоре.

– Знаешь, Анна, должен признаться, что иногда Наталия напоминает мне Питера.

– Почему ты так думаешь? – удивленно смотрит на Даниэля Анна.

– Не знаю… Но я вспомнил о ней, когда увидел, что произошло с Питером. Вспомнил о его состоянии в тот день, когда мы разругались в студии. Конечно, тогда он еще был в порядке, но чем больше времени проходит, тем хуже становится ситуация.

– Все дело в депрессии. Наталия сама предположила, что Питер страдает ею. Ведь если человек теряет интерес к жизни и ничего не хочет делать, это один из признаков того, что он погружается в депрессию.

– Ты думаешь, что у нее тоже депрессия?

– Ты же прекрасно видел ее состояние. Да и кто знает, что с ней произошло за эти четыре дня.

– Может быть, скоро она намекнет на то, что у нее произошло или все расскажет?

– Ракель сказала, что ее дедушка и тетя считают, что Наталия перестанет скрывать свои переживания и поделится с ними очень скоро. Мол, она и так молчит уже слишком долго, а это значит, что скоро ей захочется во всем признаться. Рочестер ведь всегда была болтушкой и почти не умела хранить тайны. Конечно, она разбалтывала их не во вред кому-то, но все же раньше этой девушке не стоило доверять никакие секреты и сплетни.

– Думаю, они знают ее гораздо лучше, чем я, – пожимает плечами Даниэль. – Я ведь знаю Наталию не так давно, чтобы судить ее характер и говорить, кто она такая.

– Они-то знают, да вот уговорить ее рассказать не могут. Даже ее родители ничего не знают о том, что с ней происходит. Наталия призналась, что из-за этого она даже поругалась с матерью.

– С матерью?

– Да, миссис и мистер Рочестер тоже пытается узнать, что произошло, но не могут.

– Терренс сказал, что ее мать бывала у него дома, но он ничего не смог узнать.

– Дома у Терренса? – слегка хмурится Анна. – Полагаю, Наталия не знает об этом?

– Думаю, что нет. Но мне все больше хочется узнать, что такого скрывает Наталия, раз она боится об этом говорить. Ее как будто кто-то убьет, если она скажет кому-то хоть слово.

– Там может быть все что угодно. И лично я уверена, что Эдвард имеет к этому какое-то отношение.

– Я тоже так думаю. Терренс и сам подозревает, что Эдвард так или иначе с этим связан. Хотя тот парень все отрицает и уходит от ответа так же, как и Наталия.

– Ох, что же у них там произошло? – слегка покачивает головой Анна. – Такое впечатление, что Эдвард напугал ее так, что она боится его, как огня, и отказывается лишний раз раскрыть рот.

– С этим парнем надо быть поосторожнее, красавица. Он, конечно, кажется таким милым и пушистым, но что-то есть в нем такое, что не внушает мне доверия.

– Да уж, теперь и я начинаю сомневаться, что Эдвард – подходящая партия для Наталии. Не удивлюсь, если он ввяжется в какую-нибудь передрягу.

– Кстати о передрягах… – задумчиво произносит Даниэль, приложив палец к губе. – А ты уже знаешь, что Терренсу и Ракель снова кто-то угрожает?

– Что? – округляет глаза Анна. – Опять? Неужели кто-то хочет отомстить Ракель? Очередной Саймон Рингер?

– Нет-нет, Саймон здесь не причем. И на этот раз мстят не Ракель, а Терренсу и Эдварду.

– Терренсу и Эдварду? – Анна приоткрывает рот и сразу же прикрывает его рукой. – Но каким образом? Что они сделали?

– Понятия не имею. Но несколько дней назад Ракель и Терренсу в один и тот же день прислали анонимные письма. Я лично видел, как служанка принесла МакКлайфу одно из писем. Правда, ничего не было понятно, ибо оно имело какое-то начало, которое обнаружилось в письме для Ракель.

– И что там было написано?

– Что их жизни скоро придет конец. И еще там сказано, что они могут узнать тайны, которые скрывают те, кто их окружает, если поймут, что нужно делать, и кого спрашивать.

– Хм… Тайны, которые скрывают те, кто окружает их… Неужели это как-то связано с Эдвардом или Наталией?

– Возможно… Кроме того, Ракель откровенно обвинила Эдвард в причастности к этим угрозам. Мол, слишком много совпадений: странное поведение Наталии и Эдварда, боязнь взболтнуть лишнее и готовность лгать ради сокрытия правды.

– Слушай, а что если это правда? Я склонна верить этому, поскольку иногда Ракель может оказаться абсолютно права, несмотря на то, что может совершать безумные поступки и предполагать невозможное.

– А вот Терренс не очень-то верит ей и защищает своего дружка. Хотя я согласен с Ракель и считаю, что такое вполне возможно . Я ничего не имею против Эдварда, но мне он не очень нравится.

– Ну и зря он ей не верит… По-моему, тут легко было догадаться: люди вокруг них, нераскрытые тайны… Уж можно было сопоставить факты и предположить, что Эдвард имеет какое-то отношение к этому.

– Я знаю и все-таки попробую убедить его призадуматься над этим. Вот завтра я как раз встречусь с ним и заставлю забыть о своем хорошем отношении к другу и получше присмотреться к нему.

– Тогда я разузнаю что-нибудь у Ракель… Возможно, я встречусь с ней завтра…

– Хорошо. Так и сделаем.

Анна ничего не говорит и просто скромно улыбается.

– Красавица ты моя умная… – низким приятным голосом мурлыкает Даниэль, с легкой улыбкой приложив руку к щеке Анны и мягко погладив ее. – Солнышко…

Анна с легкой улыбкой заключает Даниэля в свои нежные объятия, уткнувшись носом в плечо мужчины и руками обвив его шею. Тот тут же отвечает ей взаимностью, одной рукой крепко обняв девушку за талию, а другой – придерживая ее затылок и иногда поглаживая его. Находясь в ее объятиях, он чувствует приятное тепло, распространяющееся по всему телу, и некое спокойствие, что позволяет ему расслабиться с мыслью, что у него есть человек, который точно знает, как поддержать его и помочь справиться с любыми неприятными событиями.

Даниэлю сейчас как никогда важна поддержка Анны. Он очень сильно любит ее и всегда надеется на ее помощь. Для него она – любимый человек, ради которого он хочет чего-то добиваться. Мужчина настолько сильно привязан к своей возлюбленной, что страшно боится однажды потерять ее. Его чувства к этой милой юной девушке с кукольным личиком слишком сильны, и он не собирается отдавать ее другому человеку.

А спустя где-то несколько секунд Даниэль и Анна медленно отстраняются и слегка улыбаются друг другу. После этого девушка нежно гладит мужчина по щеке и медленно проводит рукой по его волосам, сказав мягким, тихим голосом:

– Ты же знаешь, что я всегда буду рядом. Может, я не всегда могу помочь на деле, но уж точно постараюсь найти слова, чтобы успокоить и подбодрить.

– Нисколько в этом не сомневаюсь, мое сокровище, – мягко отвечает Даниэль. – Самое ценное и наипрекраснейшее сокровище на свете.

– Заставляешь меня краснеть… – Анна со скромной улыбкой опускает взгляд вниз, не замечая, как на ее лице появляется легкий румянец.

– Говорю только чистую правду. – Даниэль мягко приподнимает лицо Анны за подбородок и мило целует ее в кончик носа. – И не могу скрывать то, что ради такой очаровательной красавицы я пойду на что угодно. Все для того, чтобы видеть свою малышку счастливой и любоваться ее милой улыбкой и блеском в изумительных глазах.

– Ах, Даниэль, ты даже не можешь представить себе, как мне приятно это слышать, – широко улыбается Анна, продолжая заливаться краской.

– А мне безумно приятно это говорить. – Даниэль мягко берет Анну за руку. – Я вообще-то не огромный любитель нежностей, но иногда могу и позволить себе стать более открытым. Особенно когда у меня есть моя прекрасная принцесса, которую готов осчастливить, в зависимости от ее желаний.

– А ты правда совсем ничего не боишься? Или есть что-то такое, что тебе страшно делать?

– Не буду отрицать – у меня есть некоторые страхи, с которыми не хотел бы сталкиваться. – Даниэль загадочно улыбается, смотря Анне в глаза. – Однако у меня есть один, которого я боюсь больше всего на свете.

– А я думала, ты скажешь, что ничего не боишься, – скромно хихикает Анна. – Ведь ты всегда кажешься таким смелым и уверенным в себе.

– Нет, Анна, у всех людей есть какие-то страхи. Просто не каждый хочет о них говорить. Вот и я не особо распространяюсь о них. Какие-то из них совсем незначительные, а какие-то могли бы стать угрозой для жизни.

– Э-э-э, знаешь… – Анна опускает глаза вниз на секунду или две. – Должна признаться, что у меня тоже есть много страхов, с которыми я жутко боюсь столкнуться… Но и у меня тоже есть один, которого я боюсь больше всего на свете. Он появился совсем недавно, и я не думала, что однажды буду бояться этого, как огня или оружия…

– Мы случайно думаем не об одном и том же? – слегка прищурив глаза, интересуется Даниэль.

– А давай проверим?

– На счет « три » вместе скажем, чего мы боимся.

– Согласна! – кивает Анна.

Анна и Даниэль вместе считают до трех и одновременно говорят:

– Боюсь тебя потерять.

Влюбленные удивленно уставляются друг на друга, и слегка приоткрывают рты.

– Ты боишься потерять меня? – искренне удивляется Анна. – Но почему, Даниэль? Ты же прекрасно знаешь, что мне никто, кроме тебя, не нужен, и я всегда буду рядом, чтобы не случилось!

– У меня встречный вопрос: почему ты боишься потерять меня? Я же не собираюсь бросать тебя и люблю всем сердцем!

– Я ведь уже как-то говорила, что боюсь, что мои родители найдут меня и решат разлучить нас.

– Если думаешь, что твои родители как-то смогут помешать нам, то ошибаешься. Ничего бы не изменилось, если бы они разлучили нас. Нам все равно удалось бы найти способ встречаться. Ну по крайней мере, я бы точно что-то придумал.

– Да уж… – скромно хихикает Анна. – Зная твою изобретательность в таких делах, я могу поверить тебе.

– Брось, милая, в то время нам крупно повезло, что твои родители надолго уехали куда-то по делам, и мы могли не только встречаться в городе, но и даже проводить время у тебя дома.

– Согласна, хоть родители и думали, что посадили меня под домашний арест, они все равно во многом просчитались. И я смогла не только встречаться с тобой и девчонками в городе и у себя дома, но также и переехать в твой дом.

– А ты оказалась хитрой и быстро воспользовалась шансом, который тебе достался.

– Захочешь вырваться из-под контроля строгих родителей, то сбежишь от куда угодно.

– Понимаю. Но помни, что если вдруг нас разлучат, то это не будет означать конец нашим отношениям. Мы продолжим встречаться как можно чаще. Это будет лежать уже на моих плечах, а ты можешь расслабиться и просто ждать встречи со мной.

– Хорошо, мистер Перкинс, пусть будет так, как вы хотите, – широко улыбается Анна, закидывает руку вокруг шеи Даниэля, дарит ему короткий, нежный поцелуй в губы и смотрит ему в глаза, пока ее лицо находится очень близко к его лицу. – Так просто вы от меня точно не отделайтесь. Потому что я никуда вас не отпущу.

– Значит, мой страх не станет реальностью когда-нибудь в будущем?

– Нет! По крайней мере, в ближайшие несколько лет точно…

– Несколько лет? Всего несколько лет? – Даниэль трогательно прижимает Анну как можно ближе к себе и утыкается подбородком в ее макушку, которую затем нежно целует. – Нет, принцесса, мне этого мало . Лично мне хотелось бы прожить со своей девушкой – а может в скором времени и своей женой – до глубокой старости и вырастить наших детишек… Как там говорят, когда люди играют свадьбу? Пока смерть не разлучит нас?!

Анна загадочно улыбается, вполне положительно отреагировав на тот факт, что Даниэль мягко намекнул ей на то, что в будущем видит ее своей женой и даже матерью его детей.

– Ты же не думаешь, что мы всю жизнь будем просто сожительствовать? – мягко интересуется Даниэль, нежно погладив Анну по голове. – Верно, солнце мое?

– Все зависит от твоего желания, милый, – скромно улыбается Анна. – Я готова подчиниться твоей воле и сделать то, что ты хочешь.

– Мне это приятно, но я также хочу знать, что и ты со мной согласна и сделала бы это не против своего желания.

– Ради тебя я и умереть могу. – Анна прикладывает ладонь к щеке Даниэля и мило целует другую, об которую также трется кончиком носа.

– Лучше не надо, а иначе ты лишь меня смысла жить и стремиться к своим мечтам. – Даниэль убирает в сторону некоторые пряди слегка волнистых волос Анны, которые выпадают из ее красивого пышного хвоста. – Кто будет вдохновлять меня своим присутствием и утешать в тяжелые моменты?

– Просто хочу, чтобы ты знал, что ради тебя я пойду на все.

– Я верю, красавица. – Даниэль нежно приобнимает Анну, прижав ее поближе к своей груди и погладив по голове. – Верю.

Влюбленные еще несколько секунд находятся в объятиях друг друга до тех пор, пока Даниэль немного не отстраняется от Анны и заглядывает ей в глаза, одаривая своей нежной улыбкой, что способна свести ее с ума ничуть не меньше, чем его изумительный низкий голос. В какой-то момент его взгляд на некоторое время падает на ее губы, и девушка хитро улыбается, определенно догадываясь, что у него сейчас на уме.

– Пытаешься прочитать мои мысли? – интересуется Анна. – Хочешь знать, о чем я думаю, глядя в твои чарующие глаза?

– Ну может быть… – с хитрой улыбкой задумчиво отвечает Даниэль, в этот момент скромно переложив одну руку Анне на колено и мягко гладя его, а позже переместив ее на бедро девушки и проведя ладонью по всей длине ее ног. – Впрочем, ты можешь ничего не говорить, ибо я и так все знаю.

– Правда? Что ж, тогда попробуй угадать, о чем я сейчас думаю. И разрешаю даже сделать это, если догадаешься.

Анна с хитрой улыбкой продолжает неотрывно смотреть на Даниэля, ожидая, пока тот поймет, чего она хочет. Мужчина же заглядывает ей в глаза и нежно улыбается, решив не делать то, что он хочет сразу же, а немного потянуть время. Девушка часто посылает ему какие-то взгляды, чтобы дать понять, что она мечтает о невероятном поцелуе.

Впрочем, долго зеленоглазая красавица ждет недолго. Даниэль довольно быстро и уверенно сокращает расстояние между ним и Анной, таким же темпом накрывает губы девушки своими и вовлекает ее в поцелуй, заставив ту почувствовать, как ее сердце на мгновение останавливается. Девушка тут же обвивает обеими руками шею брюнета и запускает пальцы в его волосы, пока тот одной рукой приобнимает ее за талию, а другой – за плечи и помогает ей придвинуться поближе к нему.

Анна все больше убеждается в том, что в Даниэле нет равных. Он великолепно целуется и может доставить девушке огромное удовольствие и заставить ее буквально дрожать от возбуждения. От одного только прикосновения его губ к ее нежной, бархатистой коже у нее начинает слегка кружиться голова. Все ее тело мгновенно покрывается мурашками, а дыхание становится более громким и тяжелым. А уж когда мужчина начинает целовать не только ее губы, но и изгибы ее изящной лебединой шеи, то она не может сдержать своих тихих стонов из-за неземного наслаждения.

– О, боже, Перкинс, ты, как всегда, просто неподражаем, – на пару секунд прикрыв глаза, с легкой улыбкой тихо выдыхает Анна.

– Ты просто не имеешь права в этом сомневаться… – низким голосом отвечает Даниэль, отстраняется от шеи Анны после короткого поцелуя, заглядывает ей в глаза и кончиками пальцев нежно проводит по ее щеке. – Ну что, я умею читать мысли?

– Даже лучше, чем я предполагала.

– В таком случае я могу продолжить исполнять все твои желания… – Даниэль медленно проводит губами по щекам и скулам Анны и на секунду нежно обхватывает ее подбородок ртом. – Уж я-то прекрасно знаю обо всех… И вижу, как здорово мне удается их исполнять…

– Ну попробуй… – с хитрой улыбкой закатывает глаза Анна, на секунду прикусив губу с чувством блаженства. – Посмотрим, как здорово тебе удастся заставить меня остаться довольной…

– Ах, красавица… – Даниэль оставляет на губах Анны короткий поцелуй и затем еще один на изгибе ее шеи, по которому проводит слегка приоткрытым ртом. – Ты же прекрасно знаешь, что я – профессионал в этом деле! Уж что, но я очень хорошо знаю, что тебе нравится.

Даниэль мягко берет лицо Анны в руки и нежно дотрагивается своими губами до ее губ, одаривая сначала коротким и невинным, а потом и более длинным и глубоким поцелуями. Пока одна ее рука копается в его мягких волосах или ласкает заднюю часть его шеи, а вторая медленно гладит его по спине, мужчина позволяет себе опустить руки гораздо ниже, гладя изгибы ее тонкой талии и кончиками пальцами проводя вдоль ее позвоночника. С каждой новой секундой каждым из них все больше овладевают сильные эмоции, которые заставляют их неровно дышать и чувствовать, как сердце либо стучит как сумасшедшее, либо вообще замирает на секунду. Девушка еще и не скрывает своих чувственных вздохов и тихих стонов. Особенно в тот момент, когда ее возлюбленный начинает покрывать поцелуями всю ее шею или просто проводить по ней губами.

– Да, вот это моя девочка! – с самодовольной улыбкой радуется Даниэль, очень нежно обхватив ртом мочку уха Анны, мягко поцеловав место за ним и чувствуя легкое головокружение от того запаха, который от нее исходит. – Моя очаровательная и прекрасная красавица…

– Боже, как же приятно это слышать… – с широкой улыбкой мурлыкает Анна, немного поиграв со своим пышным хвостом и намотав на палец несколько прядей, расстегивает молнию своей атласной кофточки темно-красного цвета и как бы невзначай приоткрывает свои ключицы и притягательное декольте, слегка одернув майку на тонких лямках из того же материала вниз. – Безумно приятно…

– Потому что это правда … – Даниэль оставляет пару волнительных поцелуев на передней части шеи Анны, которая негромко выдыхает с прикрытыми глазами, сняв приятную на ощупь кофточку с ее плеч, одно из которых он также нежно целует. – Моя девушка самая красивая, самая привлекательная и самая любимая…

Даниэль не забывает уделить немного внимания и притягательным ключицам Анны и обеим грудям, что только наполовину прикрыты шелковой майкой, одарив их нежнейшими поцелуями и медленно проведя по ним кончиками пальцев. Это заставляет ее испытывать легкую дрожь по всему телу и постанывать от мучительного напряжения где-то внизу живота.

– М-м-м, когда-нибудь ты точно убьешь меня своими ласками… – слегка хриплым голосом говорит Анна, с хитрой улыбкой нежно лаская Даниэлю шею кончиками пальцев, уверенно водя руками по его груди и хорошо чувствуя, как его мышцы становятся более напряженными. – Мое сердце просто не выдержит того, что ты сделаешь, и не сможет все время то останавливаться, то биться, как сумасшедшее.

– Однако я все еще живой , – со скромной улыбкой пожимает плечами Даниэль, запустив одну руку в волосы Анны, а другой гладя ее по спине или изгибу талии и нежно сжимая и лаская ее ягодицы. – Хотя после всех твоих действий и слов мог бы умереть от остановки сердца уже тысячу раз…

– Все больше убеждаюсь в том, что ты сумасшедший…

– Да, я сумасшедший . – Даниэль слегка прикусывает Анне ухо и зубами очень нежно оттягивает мягкую кожу на ее шее. – Просто безумный и дикий… Потому что мне досталась столь изумительная добыча, которую так и хочется зацеловать и никогда не выпускать из своих рук.

Даниэль резко впивается Анне в губы, придерживая ее за затылок, и одаривает более страстным поцелуем, который точно смог бы еще больше возбудить его возлюбленную. Она с радостью отвечает на него, нежно гладя его волосы, лицо и шею и медленно водя руками по крепкой мужской груди. Немного погодя тот с тяжелым дыханием проводит губами по ее шее и покрывает ее волнительными поцелуями. Девушка издает чувствительные вздохи и неосознанно откидывает голову назад. Чем мужчина, естественно, пользуется, чтобы зацеловать переднюю, более восприимчивую к прикосновениям его губ, часть. Постепенно он переходит к ее ключицам и груди, которую не только щедро зацеловывает, нежно сжимает в руке и гладит, чувствуя, как часто та поднимается и опускается.