Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

– Однако если бы я не был знаком с тобой и твоим характером, то подумал, что тебе нравится быть психом и на всех орать.

– Вот такой я человек – несдержанный. – Терренс отпивает немного напитка из своего стакана и на секунду бросает взгляд на мимо прошедшую девушку. – Но поверь, раньше было намного хуже. Я мог взорваться по любому поводу. Это сейчас я более-менее контролирую себя. Хотя во время ссор я могу натворить много всего, о чем могу в дальнейшем пожалеть.

– Ну если я все еще живой после того, как столько раз ржал над тобой, то у меня есть причины верить, что ты реально можешь держать себя в руках, – тихо хихикает Даниэль.

– Когда проблемы будут разрешены, я буду еще спокойнее, – уверенно обещает Терренс. – Ведь сейчас я нервный из-за ссор с Ракель и всего, что свалилось на мою голову.

– Если ты имеешь в виду группу, то это не только твоя проблема, но и моя тоже. И я тоже искренне беспокоюсь за судьбу нашего проекта. Мы делаем все возможное, чтобы спасти группу, хотя сейчас нам ничто не помогает.

– И вряд ли поможет… – Терренс призадумывается на пару секунд. – Кстати, во время вчерашнего разговора Ракель предложила не ждать двадцать второго сентября – дня, когда кончатся данные нам две недели.

– То есть, ты хочешь в самый ближайший день поехать в пиар-агентство к Джорджу раньше времени и заявить о том, что наша группа распадается раз и навсегда? Ты как бы сдаешься, правильно я понимаю?

– Наша ситуация безвыходная , Даниэль. Сейчас ее судьба зависит от того, поможем ли мы Питеру преодолеть кризис и вернуть его в группу. Но он даже и слушать нас не хочет и продолжать убиваться по неизвестной нам причине. Мы ведь с тобой пытались дозвониться ему несколько раз, но его телефон был вне зоны доступа.

– Значит, нам остается лишь набраться смелости, забыть обо всех страхах и сомнениях и поехать к Питеру домой. Только так мы сможем застать его врасплох и спокойно обо всем поговорить. Он уже никуда не сможет уйти от нас, и ему придется выслушать нас.

– Думаешь, он станет? Сомневаюсь, что что-то изменилось с того раза, как мы разговаривали с ним в агентстве! Роуз уже давно покинул группу, а мы просто не можем с этим смириться. Да, это больно говорить, но мы должны признать, что нам уже не вернуть барабанщика.

– Терренс, что с тобой, мать твою, происходит? – удивленно уставившись на хмурого Терренса, сильно нахмурившись и поставив на стол свой стакан, недоумевает Даниэль. – Как ты можешь говорить такие вещи? Стоило тебе опять поругаться с Ракель, как ты тут же впал в депрессию, прямо как Роуз! Слушайте, ребята, прекращайте это! Я один не спасу группу и не смогу вытащить вас двоих из той дыры, куда вы хотите себя загнать!

– Спокойно, братан. Может, я и чувствую себя паршиво из-за ссор с Ракель, но это не заставит меня потерять интерес к жизни. Ибо я знаю, что это нормально для любых отношений. Никто не может любить и дружить всю жизнь и ни разу не поссориться или просто о чем-то поспорить.

– Поверь, порой мне тоже бывает тяжело, и я вообще хочу послать все это к чертовой матери. Но у меня хотя бы есть надежда, что какой-то выход найдется. Если не спасем группу, так хотя бы Питу поможем. Если уж мы потеряем шанс стать музыкантами, то ничего страшного. Но вот друга мы обязаны спасти.

– Знаю, Даниэль, но я мыслю трезво и не хочу обнадеживать людей и самого себя. Я размышляю над ситуацией без розовых очков и вижу, что сейчас у нас безвыходная ситуация. И нам уж точно никогда не найти ту подругу Питера, с которой говорил Смит.

– Согласен, его подругу мы вряд ли найдем. Но есть еще один выход – поехать домой к блондину и убедить его рассказать нам, что произошло. Если мы не будем давить на него и дадим понять, что готовы выслушать его и не станем издеваться, то он успокоится и расскажет правду.

– Мы и так знаем причину – у него просто не складываются отношения с девушками. И он отвергает их по своей воле, сколько бы красоток ему ни предлагали.

– Господи, Терренс, да что с тобой происходит? – закатывает глаза Даниэль. – Еще недавно ты был так решительно настроен на то, чтобы помочь Роузу, а теперь будто бы готов наплевать на него! Может, сейчас мы – единственные, кто может помочь ему выбраться из депрессии и решить проблему, по которой он не хочет быть счастливым с девчонкой. Ты не можешь сдаться! У тебя нет на это права!

– Я не сдаюсь, приятель, просто лелею все меньше надежды на удачный исход, – Терренс медленно проводит руками по своему лицу и уставляет безразличный взгляд на свой стакан с напитком. – К тому же, у меня полно и своих проблем, которые меня беспокоят… И вчера произошло кое-что намного хуже, чем сегодняшняя ссора с Ракель.

– Правда? А, по-моему, для тебя самое худшее – это поругаться с Ракель. Ну а если она тебя бросит, то ты точно повесишься от горя.

– Ну… Может, не повесился бы… – Терренс переводит взгляд на Даниэля и складывает руки на столе перед собой. – Но смысл жизни точно потерял бы…

– Так, приятель, давай колись уже, что у тебя произошло. – Даниэль делает маленький глоток напитка. – Если ты и будешь говорить загадками и изворачиваться, как некоторые девчонки, то я не смогу понять тебя.

– Ладно, сейчас все расскажу. – Терренс делает большой глоток из своего стакана и снова ставит его на стол. – Короче, мы с Ракель решили немного прогуляться. Поначалу все было нормально, и мы вполне неплохо проводили время, но вот когда нам захотелось вернуться домой, тут-то и начались неприятности.

Терренс на секунду замолкает и бросает взгляд на маленькую компанию людей, стоящие рядом со стеклянной витриной, на которой можно увидеть свежевыпеченные изделия с добавлением какао, шоколада, ванили, творога, орехов и многого другого.

– Мы увидели компанию подозрительных людей, среди которых Ракель узнала того, кто подбросил ей письмо, а я увидел того, кто на меня напал, – продолжает говорить Терренс.

– Подожди-подожди… – резко мотнув головой, тараторит Даниэль. – На тебя напали? Я правильно расслышал?

– Да, правильно… Разве ты не заметил синяк чуть ниже глаза? Вот! – Терренс показывает Даниэлю зеленоватого оттенка синяк под глазом, который медленно, но верно проходит.

– Слушай, а как же я сразу его не заметил! – недоумевает Даниэль, рассматривая синяк Терренса. – Ни хрена себе! Вот это фингал!

– Он постепенно проходит. Постоянно прикладываю лед… А в крайнем случае прошу Ракель замазать его.

– А как давно на тебя напали? Вроде бы когда мы с тобой виделись в последний раз, у тебя не было этого фингала!

– Это произошло после того, как я уехал из твоего дома и поехал на тот пляж, где иногда люблю бывать. Наткнулся там на одного мужика, который угрожал мне и оставил мне этот синяк.

– То есть, это было три дня назад?

– Где-то так… Тогда у меня еще было небольшое кровотечение, но я смог остановить его. – Терренс едва заметно улыбается. – Можно сказать, легко отделался.

– И ты сказал, что встретил этого типа в той компании?

– Да, он был среди пятерых мужиков, которые ждали нас. Мы с Ракель слышали их разговор между собой и с кем-то по телефону и поняли, что они искали именно нас.

– Но как они узнали, что вы находились там?

– Кто-то из папарацци, которые нас окружили, рассказал одному из тех отморозков о том, что мы там. И они ждали нас, перекрыв единственный путь к машине.

– И долго вы наблюдали за ними? Вам удалось уйти незаметно?

– Нет, к сожалению. – Терренс бросает взгляд на какого-то человека, проходящий мимо столика, за которым он сидит с Даниэлем. – Через какое-то время они нас заметили, вытащили ножи и направились в нашу сторону. Однако я не хотел иметь с ними никаких дел и решил убежать. Мы с Ракель добежали до моей машины, сели в нее и уехали. Нам казалось, что мы оторвались от них, но немного позже они догнали нас и грохнули мне половину машины.

– Хочешь сказать, именно поэтому твою красотку так сильно перекосило, и на ней кучу вмятин и повреждений?

– А ты подумал, что я врезался куда-то?

– Вообще-то, да. А я-то думал, где ты умудрился разбить свою лошадку так сильно, что еще немного – и от нее останется лишь одна груда метала, которую останется лишь утилизировать.

– Ремонт обойдется мне в несколько тысяч долларов. Повреждения очень сильные, но их можно устранить.

– Интересно, это как надо было так врезаться в тебя, чтобы довести тачку до такого состояния?

– Не только они врезались в меня. Я тоже со всей силы ударил их развалюху. Они не собирались отставать и думали, что если будут подрезать меня, я остановлюсь и позволю им снова побить меня и поиздеваться над Ракель. Я бы и вышел к ним, если бы был один. Но я не мог позволить этим ублюдкам хоть пальцем ее тронуть. И поэтому решил бежать и спасать ее…

– Думаешь, они хотели грохнуть тебя и Ракель?

– Не знаю, чего они хотели, но я не собирался оставаться там вместе с ней и поклялся себе, что не дам им тронуть ее. И эти типы сами вынудили меня начать гнать по полной.

– Гнать?

– Да, я видел, что они от нас не отстанут. И не придумал ничего лучше, кроме как вспомнить подростковые года и устроить бешеные гонки. Именно поэтому я и начал жать на гашетку по полной.

– Черт, МакКлайф, да ты просто псих! – ужасается Даниэль и делает пару глотков напитка. – А если бы вы с Ракель разбились? А какого было бедняжке Кэмерон? О чем ты вообще думал, когда решил начать гнать?

– В тот момент я не думал, что Ракель вспомнит о том, как погибли ее родители. До меня это дошло уже после того, как все закончилось.

– То есть, ты сначала сделал, а потом уже подумал?

– Да, признаюсь и каюсь, – приподнимает руки Терренс. – Однако клянусь, я бы не решился на это, если бы не был уверен в том, что не справлюсь. Но я знал , что мне это под силу, и поэтому пошел на столь рискованный шаг.

– Слушай, а может, ты сам и разбил свою тачку, но мне говоришь, что это работа тех отморозков? – слегка прищуривается Даниэль. – Врезался во все столбы, машины и деревья на своем пути, но обвиняешь их?

– Нет, Даниэль, во время той гонки я никуда не врезался. Я хорошо контролировал ситуацию и справлялся с управлением на скорости сто пятьдесят миль в час. А когда я увидел стоящий впереди грузовик, то решил сделать так, чтобы те типы не успели отреагировать и свернуть. На высокой скорости очень тяжело резко свернуть и выровнять руль, но у меня получилось, и я добился своего.

– Серьезно? Как ты это сделал?

– Довольно легко! Я резко свернул и объехал грузовик в нескольких сантиметрах от него. Те мерзавцы не успели отреагировать и на полной скорости врезались в него. Я видел, что весь перед их тачки был снесен и задымился. Это был слишком рискованный шаг, но именно это заставило их оставить меня и Ракель в покое.

Даниэль пару секунд ничего не говорит и делает большой глоток напитка, чтобы немного промочить сухое горло.

– Да, парень, я всегда знал, что с тобой опасно иметь дело, – качая головой, резко выдыхает Даниэль. – Ты сумасшедший смертник! Гнать сто пятьдесят миль по дороге! Да такое в голову придет только лишь полному дебилу! Неужели ты не мог найти другого способа отвязаться от тех типов и спасти от них Ракель? Представляю себе, что пережила бедняжка, пока она сидела в машине с таким придурком, как ты!

– Тогда мне казалось это лучше, чем остаться там и быть зарезанными ножом.

– А если они вам просто хотели приставить этот нож к горлу, но не убивать? Сказали бы они вам несколько слов – и оставили бы в покое!

– Ты ведь помнишь, что было написано в том письме? Там было написано, что скоро придет конец нашей жизни! И тот тип, который напал на меня, рассказал про своего шефа, который и мстит нам, и дал понять, что тот отморозок пойдет до конца.

– Я все прекрасно понимаю, но неужели было так трудно хоть немного подумать о Ракель? Или ты захотел почувствовать себя в роли героя, представил, что тебя снимают в кино, и вообразил себя гонщиком, который запросто мог бы гнать и сто, и двести миль в час?

– Если бы я вспомнил о ее родителях намного раньше, то придумал что-то получше. Я не преследовал цели до смерти напугать Ракель и всего лишь хотел спасти ее тех ублюдков.

– Однако ты напугал ее. Твоя невеста – не та безбашенная девушка, которая любит такие приключения. Тем более, ее родители погибли таким же образом.

– Знаю… И я не удивлен, что она закатила мне истерику и начала орать на весь салон и обвинять меня во всех грехах.

– Пф, еще бы! – хмыкает Даниэль, скрестив руки на груди. – Не устроить тебе скандал! Да я бы и сам устроил такое, что ты и за руль бы не захотел садиться. Удивлен, что она вообще не убила тебя своими же руками.

– Хотя вполне могла… – задумчиво говорит Терренс. – Пока у нее был приступ агрессии, я успел услышать о себе целую кучу оскорблений и обвинений в прошлых грехах и тех, которые никогда не совершал.

– Я бы гораздо больше удивился, если бы Ракель бросилась тебе на шею, поцеловала и поблагодарила за то, что ты чуть не угробил ей жизнь. Ей бы следовало хорошенько надрать тебе задницу и как следует проучить, чтобы ты в следующий раз думал башкой, прежде чем идти на столь безумные поступки.

– Даниэль, прекрати меня упрекать, – немного раздраженно бросает Терренс. – Я знаю, что поступил не самым лучшим образом и реально мог погубить себя и Ракель.

– Ну ладно-ладно, чувак, прости, я не хотел тебя обидеть, – приподнимает руки перед собой Даниэль. – Но ты и правда поступил не самым лучшим образом. Вроде умный и мудрый мужик, но не додумался немного пошевелить мозгами.

– Поверь, я уже здорово поплатился за свой поступок, и мне пришлось пережить такое, что заставило меня сильно поволноваться и чуть не откинуть копыта от страха.

– Хотелось бы знать как. Неужели Ракель нашла способ надрать тебе зад и преподать хороший урок?

– Э-э-э… – закатывает глаза Терренс. – Ну знаешь, иногда говорят, что проблема объединяет людей… И я думаю, что это так…

– Проблема? О, черт… МакКлайф, только не говори, что ты куда-то еще влип после всего этого!

– Я не влип. Я пытался ликвидировать последствия предыдущей. А все началось после того, как Ракель начала орать на меня и винить во всех грехах. Она настолько сильно вывела меня из меня, что я выкинул ее из машины и приказал ей добираться до дома самой. Ну эта упрямая девчонка реально согласилась пройти сотню километров и куда-то убежала, пока я осматривал машину и подсчитывал сумму ремонта.

– И пока она делала то, что ей сказал сделать один сумасшедший придурок, то ввязалась в какие-то проблемы?

– Нет, к счастью, она не успела уйти слишком далеко. Мне пришлось потратить много времени, чтобы найти ее, но я все-таки заметил ее в нескольких милях от того места, где мы остановились. Когда я немного остыл и все-таки вспомнил про ее родителей, то оставил свою тачку и пошел искать ее.

– Но она все еще была обижена, отказалась идти с тобой и предпочла прогуляться в одиночестве в неизвестном ей месте.

– Нет, придурок, пытающийся остроумно пошутить! Она тоже успокоилась к тому времени и извинилась за то, что вела себя как истеричка. Но вот потом Ракель сделала то, что как раз заставило меня трястись.

– Ну и в чем же заключалась ее жестокая месть собственному женишку за столь « чудесное » приключение? – с тихим смешком интересуется Даниэль, сложив руки на столе.

– Ракель довольно резко побледнела и похолодела, и ее начало сильно колотить. Ей становилось все тяжелее дышать, и она не могла сказать ни слова. Ну и немного погодя просто упала на землю и продолжила мучиться от нехватки воздуха…

– Ого! – широко распахивает глаза Даниэль. – И ее сердце билось как бешеное, ею был одержим какой-то страха необъяснимого, ей казалось, что она будто умирает, и у нее сильно кружилась голова?

– Э-э-э… – неуверенно произносит Терренс. – Да… Все так и было… В тот момент она выглядела настолько жутко, что мне было реально страшно. Я не знал, как помочь ей, потому что никогда не видел ничего подобного.

– Ты никогда не видел, как человек задыхается?

– Да… Из-за этого я даже растерялся и впал в какой-то ступор, держа на руках ее бледное обмякшее тело. Я перебрал все самые ужасные мысли насчет ее состояния. И пока я пытался прийти в себя, она даже успела на несколько секунд потерять сознание. – Терренс на пару секунд задумывается и резко выдыхает. – Черт… Я реально очканул и чуть с ума не сошел, пока пытался привести ее в чувства. Этот страх парализовал меня. Я ничего не мог сделать и напрочь забыл, как оказывать человеку первую помощь. Я все забыл!

– Да уж, вот как бедняжка испугалась… Настолько сильно, что ею овладела паническая атака… Довольно жуткая и противная вещь… Когда тебе кажется, будто ты умрешь в тяжелых мучениях…

– Ты говоришь так, будто сам испытывал подобное.

– Нет, я не испытывал. Но я очень хорошо знаком с паническими атаками и знаю, как помочь человеку, который ими страдает. У меня был один друг, у которого эти приступы происходили очень часто. Правда, причиной был вовсе не страх, а проблемы с психикой. Паническое расстройство.

– Ого!

– Когда это произошло с моим другом в первый раз, я тоже жутко испугался, растерялся и думал, что он умирал. Но потом он объяснил мне, чем был болен. Я немного почитал об этом недуге в Интернете и затем помогал приятелю каждый раз, когда у него случался приступ. Так что если бы кто-то вдруг овладел панической атакой в моем присутствии, я бы смог успокоить человека.

– Жаль, что у меня не было твоей помощи. Ведь я столкнулся с этим впервые и не знал, что делать. Единственное, на что у меня хватало ума, это на то, чтобы крепко обнять ее и мягко разговаривать с ней. Те минут десять-пятнадцать, что она страдала от этого приступа, были настоящим кошмаром.

– Это один из способов помочь. Ты правильно поступил. Нужно убедить человека, что на самом деле все хорошо, и причин бояться нет. Тем более, что Ракель была слишком сильно напугана после той гонки. Такое бывает, когда что-то приводит в настоящую агонию.

– Да уж… – резко выдыхает Терренс. – Бедняжке пришлось пережить настоящий ужас… Страх скорости и мысли о ее родителях, погибших при подобных обстоятельствах… Слава богу, тормоза у моей машины просто шикарные, и никакие шланги не были подрезаны.

– Поверь мне, приятель, после такого ужаса она еще очень долго не захочет погонять по городу. Ты ведь говорил, что ей порой нравится прибавить газу на свободной трассе…

– По крайней мере, в машину она не боится садиться, – пожимает плечами Терренс.

– Ну… Если ты устроишь ей еще одну такую поездочку, то Ракель точно побоится сесть в машину не только с тобой, но и одной.

– Ну все, хватит уже! – Терренс, закатывая глаза, убирает с глаз пряди волос, которые ему мешаются. – Я же уже сказал, что мне жаль! И я уже здорово поплатился за это, когда чуть кони не двинул при виде своей смертельно бледной и задыхающейся невесты.

– Да ладно-ладно, не заводись так! – приподнимает руки перед собой Даниэль. – Не убей меня со злости!

– Еще одна фраза относительно моего поступка – и клянусь, ты пойдешь домой пешком. А тебе придется долго ковылять. Успеешь несколько раз сдохнуть от усталости. Я ведь знаю, что ты не поклонник спорта и занимаешься им через пень колоду.

– Все-все, чувак, я молчу! Я и правда не хочу ковылять до дома пешком. Да и у меня с собой нет достаточно денег, чтобы оплатить проезд на автобусе или такси.

– В долг можешь даже не клянчить – не дам ни цента! – по-доброму усмехается Терренс.

– А я и не просил! Хотя и был бы рад, если бы ты дал мне хотя бы несколько долларов на автобус.

– Перебьешься! – Терренс отпивает немного напитка из своего стакана. – Достаточно того, что тебя возят на машине.

– Ладно, облезлый павлин, я тебя понял! – восклицает Даниэль, и быстро прочищает горло. – Лучше расскажи про Ракель… Она успокоилась, когда ты придумал, как это сделать?

– Да, но признаюсь, что мне было очень тяжело привести ее в чувства. Но когда она начала говорить после того, как на какое-то время потеряла дар речи, то я понял, что двигаюсь в правильном направлении и продолжил делать это до тех пор, пока она не успокоилась.

– Ох, ну и приключения… – резко выдыхает Даниэль, выпивает немного напитка и запускает руку в свои волосы. – Хоть ты и безмозглый придурок, я все равно тебе сочувствую.

– Кстати, я забыл упомянуть, что с Ракель это произошло не в первый раз.

– В смысле? Хочешь сказать, у нее раньше уже бывали подобные приступы?

– Они случались несколько раз в тот момент, когда она жила в квартире Фредерика, своего дедушки, после нашей с ней ссоры. Однако она скрывала это от него и Алисии, своей тети по материнской линии.

– Хм, и как же ей удавалось скрыть это? – слегка хмурится Даниэль. – Кто-то должен был видеть, что она не в порядке!

– Приступы случались лишь тогда, когда она была одна и очень сильно переживала из-за этого ублюдка Саймона, который здорово испортил ей жизнь. Но если ей более-менее легко удавалось справиться с ними самовнушением, то вчера ей это не помогло. Она чувствовала себя намного хуже и не смогла справиться с приступом без чужой помощи.

– Бедняжка… Эта тварь выпила из нее много крови.

– Он уже получил по заслугам и больше никогда не потревожит ее. – Терренс резко выдыхает. – Правда, сейчас появился кто-то еще, который снова хочет погубить ее и меня.

– Кстати, а как Ракель чувствует себя?

– Сегодня утром она даже и не вспоминала о приступе и вела себя как ни в чем ни бывало.

– И что вы теперь будете делать? Ясно, что те люди и их босс не оставят вас в покое и в скором времени могут пойти намного дальше, чем письма с угрозами или встречи на улице.

– А дальше, Даниэль, мы приступим к плану под названием « Разоблачение личности моего загадочного дружбана », – уверенно заявляет Терренс.

– Дружбана? Неужели ты все-таки поверил подозрениям Ракель и решил потрясти своего дружка?

– Сейчас в это нет никаких сомнений. У нас с Ракель есть масса причин верить, что ко всему этому причастен Эдвард. Тот тип, который напал на меня, как раз заявил мне, что Локхарт может очень многое рассказать о том типе, который мстит нам. А также знает что-то о моем младшем брате. И в письме было сказано, что если мы знаем, кого спрашивать, то нам удастся узнать некоторые тайны.

– Так, а с этого места поподробнее, пожалуйста… – Даниэль складывает руки на столе.

– После того случая я убедился в том, что Ракель была абсолютно права, когда подозревала во всем Эдварда. Раз тот тип сам назвал его имя, значит, этот мелкий реально замешан в чем-то серьезном.

– Ничего не имею против Эдварда и не хочу обвинять его без причин. Но походу, твой дружбан подкинул тебе и твоей невесте много проблем.

– Да, этот спиногрыз все больше начинает меня разочаровывать. Не удивлюсь, если выясняется, что он связан с какими-то бандитами и все это время притворялся хорошим, чтобы делать свои темные дела и так или иначе вредить нам.

– Ты реально думаешь, что Локхарт может быть связан с бандитами?

– Кто знает, что может скрываться под милой мордашкой моего друга. Уверен, что Эдвард прекрасно знает, что он такой весь смазливый и очаровательный, и умело пользуется этим, чтобы никто даже и не подумал о том, что за демоны скрываются в нем.

– И если ты знаешь, что Эдвард может знать о том типе, то какие у тебя есть идеи насчет того, как разоблачить его? Что-то подсказывает мне, что этот парень просто так ничего не расскажет.

– Не беспокойся, Перкинс, у меня есть один план, который поможет мне разоблачить Эдварда и заставить его признаться во всем, что он скрывает. Может, он захочет рассказать не только про своего босса и его дружков, из-за которых мы с Ракель чуть не сдохли, но и наконец признается в том, что произошло между ним и Наталией.

– А что хоть за план? – Даниэль отпивает немного напитка из своего стакана. – Ты уверен, что он сработает?

– Я пока не буду рассказывать подробности. Однако я собираюсь осуществить его в самое ближайшее время. Возможно, что завтра.

– А ты думаешь, твой дружок захочет что-то говорить?

– Заставлю! – сухо, уверенно заявляет Терренс. – На этот раз этот мелкий крысеныш не сможет уйти от ответа и сменить тему! Из-за того, что Эдвард связан с какими-то ублюдками, мы с Ракель едва не погибли, и у нее были эти чертовы приступы, из-за которых она реально выглядела как мертвец.