Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

Я вижу, что дела у тебя идут, мягко говоря, не очень хорошо. Буду откровенен, я очень рад этому развитию событий. Тебя бросили все твои родные и близкие… Ты осталась одна… А значит, тебя больше некому защитить и поддержать. Ах, ты бедненькая моя… Все бросили тебя… Ох… Ох… Ох…

Но знаешь, дорогая моя, а именно этого я и добиваюсь! Да-да, я хочу окончательно извести тебя и превратить твою жизнь в бесконечный ад. И запомни, я не остановлюсь в своих деяниях до тех пор, пока не получу желаемого. До тех пор, пока я увижу, что у тебя нет сил сопротивляться мне, и ты готова сдаться в борьбе со мной… Если ты окажешь хоть малейшее сопротивление, то я буду и дальше изводить тебя и давить на твои самые слабые места.»

Пока она читает это письмо, Ракель на всякий случай решает присесть на диван, потому что знает, что от Саймона можно ожидать любой глупости. А после того как она на секунду отрывает взгляд от письма и глубоко вздыхает, девушка продолжает дальше пробегаться по тексту:

«…Пока что я вижу, что ты все еще намерена бороться со мной и заставить меня заплатить за то, что тебе пришлось пережить по моей вине тогда, полтора года назад. Да… Однако я советую тебе сдаться, девочка моя. Потому что все твои усилия будут бесполезны. Что бы ты ни делала, победа все равно останется за мной. Нет… Если ты, конечно, хочешь испытывать тяжелые муки и невыносимые пытки, то пожалуйста – продолжай сопротивляться. Если честно, мне будет только в радость подольше помучить тебя и понаблюдать за тем, как ты страдаешь. Я люблю растягивать удовольствие. Люблю очень долго кого-то мучить и заставлять чего-то ждать. Это такое прекрасное чувство… М-м-м-м…»

С каждой секундой Ракель все больше начинает казаться, что земля уходит у нее из-под ног, а слова в данном письме не дают ей никакой надежды на лучшее. Девушка все больше понимает, что ей не удастся просто так отделаться от Саймона, и он все равно добьется своего, несмотря на все ее попытки найти способ уничтожить его.

На несколько секунд девушка снова перестает читать письмо, придя в ужас от мысли, что она проиграет Саймону и позволит этому ужасному человеку сделать с ней все, что он пожелает. Но затем Ракель набирает в легкие побольше воздуха и продолжает читать письмо от своего обидчика:

«…Однако помни, что сопротивляться осталось совсем немного. Я все-таки не собираюсь до бесконечности терпеть то, что ты пытаешься сопротивляться мне и ищешь способ избавиться от меня. Рано или поздно придет твой час расплаты за все то, что мне пришлось пережить по твоей вине. Так что я советую тебе перестать умолять своих знакомых и друзей помочь тебе спастись от меня… А хотя… Кого ты можешь попросить о помощи, если все тебя бросили и предали? Да и зачем им помогать той, что психически здорова. Я думаю, что, по крайней мере, твои подружки и возлюбленный уже убедились в этом и не намерены даже просто разговаривать с тобой.

Впрочем, в одиночку ты тоже не сможешь ничего сделать, как бы усердно ты ни пыталась найти на меня управу. Помни, сейчас ты абсолютно беспомощна и ничего не сможешь сделать против меня. Это была одна из целей в моем списке. Однако у меня есть еще другие, которые я собираюсь осуществить в самое ближайшее время. Что это цели – ты пока что не узнаешь. Но когда придет время, ты узнаешь, что я для тебя приготовил. А пока что продолжай жить в неизвестности и мучиться от неизвестности.

Пока что это все, что я хотел тебе сказать. Вообще, есть много всего, что я хочу тебе рассказать. Но, пожалуй, я не буду тебя так сильно шокировать… А то тебе уже никакие нашатырные спирты не помогут. Буду готовить тебя к проигрышу и раскрывать свои планы постепенно. Мне нравится не те пытки, что убивают сразу, а те, что сначала очень долго мучают и только потом уже убивают наповал.

Надеюсь, ты прислушаешься к моим советам и будешь послушной и умной девочкой, которая поймет, что играть с дядюшкой Саймоном не стоит, поскольку это может стоить тебе очень дорого. Будешь делать все, что я скажу, – пострадаешь меньше. А продолжишь быть упрямой ослицей – не видать тебе покоя.

Желаю тебе хорошего дня, дорогая моя Ракель.

С наилучшими пожеланиями, Саймон Г. Р.»

Еще несколько секунд Ракель сидит на диване и пустым взглядом смотрит в одну точку. Саймон прямым текстом заявил ей, что она может перестать что-либо делать, ибо это не поможет ей спастись от него и той мести, которую он хочет осуществить. Умом девушка прекрасно понимает, что этот мужчина прав, ибо ей и правда не к кому обратиться за помощью, и она не знает, как спастись от него своими силами.

Казалось бы, в этой ситуации не остается ничего другого, кроме как сложить руки и ждать, когда этот ужасный человек захочет действовать. Ждать неделями, месяцами или даже годами, когда он захочет покончить с ней. Находиться в подвешенном состоянии и каждый день просыпаться в неведении и задаваться вопросом, а не этот ли день станет для нее последним. Подобное ожидание равносильно любой пытке. И Саймон определенно это понимает, поскольку он хочет извести Ракель морально. Пытать ее неизвестностью. Пытать до тех пор, пока она не смирится со своей судьбой и не поймет, что вскоре придет ее конец.

Блер все еще стоит на месте и никуда не уходила, пока Ракель читала письмо от Саймона. Сначала она с грустью во взгляде смотрит на девушку, а потом неуверенно подходит к ней и слегка дотрагивается до ее плеча.

– Что написано в этом письме, Ракель? – осторожно спрашивает Блер. – От кого оно?

Однако Ракель ничего на это не отвечает и продолжает смотреть в одну точку. Это заставляет Блер начать искренне переживать за девушку, которая резко бледнеет и явно выглядит испуганной и чем-то шокированной.

– Ракель, с вами все в порядке? – проявляет беспокойство Блер. – Вам плохо?

– Нет… – тихо, медленно произносит Ракель.

– Может быть, принести вам воды?

– Не надо… Не надо…

– Что написано в том письме, раз вы так резко побледнели?

– Ничего…

Через пару секунд Ракель качает головой, пока в ее глазах медленно появляются слезы.

– Ничего не написано… – тихо повторяет Ракель. – Ничего… Ничего… Ничего !

Ракель кладет письмо с конвертом на край дивана, резко соскакивает и со слезами на глазах убегает в ванную комнату, в которой она запирается на замок и снова начинает горько плакать в полном одиночестве, не замечая, как смахивает письмо с конвертом на пол, когда встает с дивана.

– Ракель… – с грустью во взгляде произносит Блер.

Блер смотрит Ракель вслед до тех пор, пока та не закрывается в ванной комнате. Несколько секунд служанка о чем-то думает с грустью во взгляде, а затем хочет подойти к дивану и поднять письмо с пола, чтобы чуть позже вернуть его девушке. Но в этот момент в гостиную заходит Терренс, и она, слегка вздрогнув отступает назад. К слову, мужчина выглядит немного поспокойнее, чем раньше, но все еще кажется очень хмурым и чем-то недовольным. Он видит, как Ракель в слезах убегает в ванную комнату, поскольку она пробегает в нескольких метрах от него. И обращает внимание на стоящую рядом с диваном Блер, которая складывает руки перед собой.

– Что это с ней такое? – сухо спрашивает Терренс. – Неужели это очередные женские капризы?

– Э-э-э, она… – хочет неуверенно сказать Блер. – Она…

Впрочем, растерянной Блер не приходиться ничего объяснять, так как Терренс переводит взгляд на пол и видит письмо от Саймона, которое Ракель случайно обронила на пол.

– О, а это что такое? – задумчиво задается вопросом Терренс. – Это ее?

Терренс поднимает конверт и бумажку, к которой начинает проявлять интерес.

– Интересно… – задумчиво произносит Терренс. – От кого это?

Терренс присаживается на диван и начинает внимательно читать письмо, которое только что поднял с пола. И когда он доходит до самой последней строчки, мужчина качает головой.

– Не могу в это поверить… – тихо бубнит себе под нос Терренс. – Неужели Саймон так и будет мучить ее? До тех пор, пока ему не надоест? А надоесть ему может еще очень нескоро. Этот ублюдок любит тянуть…

Терренс еще раз пробегается глазами по всем строчкам, которые там написаны.

« Твою мать, и чего Рингер прицепился к ней? – задается вопросом Терренс. – Чего ему надо от этой девчонки? Я никак не могу понять, чего он хочет добиться. »

Терренс резко выдыхает.

« Что за гнусный тип… – качает головой Терренс. – Значит, ему нравится пытки, которые убивают медленно, но верно… Неужели этот ублюдок собрался мучить ее до тех пор, пока она вообще не сдохнет? »

Терренс раздраженно рычит с закатанными глазами.

« Ар-р-р, терпеть не могу этого Саймона Рингера! – со злостью во взгляде думает Терренс. – Этот ублюдок и так натворил уже кучу дел. Не будь его в наших жизнях, то все было бы нормально. По крайней мере, я бы уж точно жил спокойно. »

Терренс кладет письмо на колени и нервно потирает руки.

« Гореть тебе в аду, ублюдок… – думает Терренс. – Ненавижу тебя… Ненавижу… »

Может быть, где-то в глубине души Терренсу жаль Ракель, которой приходиться страдать из-за, казалось бы, бесконечных пыток Саймона, который ни за что не остановится и пойдет до конца, чтобы осуществить свои желания. Но с другой стороны, у него нет никакого желания помогать ей. Из-за ее полного безразличия к нему он и сам не хочет интересоваться ее делами, решать проблемы своей девушки и так или иначе поддерживать ее. И тот факт, что все считают ее сумасшедшей, и она невольно подтверждает это, ведя себя достаточно агрессивно со многими людьми, тоже заставляет его держаться от неуравновешенной девушки подальше и позволить ей самой решать свои проблемы.

« Хоть мне и жаль ее, пусть она сама решает свои проблемы… – решает Терренс. – Я не собираюсь помогать той, которой всегда было плевать на меня. Пусть она только скажет, что мы можем расстаться, и затем катится к черту. Пусть живет своей жизнью, которая больше меня не волнует. Я буду разбираться с Рингером только в том случае, если он посмеет так или иначе тронуть меня. Если эта тварь захочет что-то сделать со мной или моими близкими. Тогда я точно придушу его собственными руками. »

Терренс резко вздыхает и проводит руками по своему лицу. А затем он бросает взгляд в сторону и видит, что Блер все еще стоит на том месте, где и стояла с того момента, как он зашел в гостиную. Юная служанка выглядят немного напряженной и испуганной и будто бы боится сдвинуться с места и так или иначе разозлить этого человека, который в последнее время выглядит далеко не добрым и ласковым.

– О, Блер, хорошо, что ты здесь, – спокойно говорит Терренс. – У меня будет к тебе одна просьба.

– Какая? – тихо спрашивает Блер.

– Не говори Ракель о том, что я прочитал это письмо.

– Не говорить?

– Да… И еще… – Терренс берет в руки конверт и письмо и вручает их Блер, которая забирает эти вещи, немного неуверенно смотря на мужчину. – Возьми это письмо и спрячь где-нибудь у себя в комнате.

– Э-э-э, хорошо… – кивает Блер.

– Я потом решу, что с ним делать: выбросить или хранить дальше. Пока пусть оно будет у тебя. Хорошо?

– Хорошо… Я сохраню его.

– Спасибо, Блер.

Терренс спокойно встает с дивана и поднимается по лестнице на второй этаж, задумавшись о чем-то своем. Блер какое-то время смотрит ему вслед, а как только мужчина скрывается из виду, девушка переводит взгляд на письмо и решает прочитать его. И его содержание приводит юную служанку во все больший шок с каждой секундой.

« Господи… – с ужасом в глазах думает Блер. – Неужели это тот самый тип, который уже пытался испортить ее репутацию и оклеветать? Неужели он опять принялся за свое? Что если он имеет какое-то отношение к тому, что отношения Терренса и Ракель сильно ухудшились в последнее время? »

Блер отрывает взгляд от письма.

« Да, они и раньше не очень хорошо ладили и практически не разговаривали, – думает Блер. – Вели себя как чужие люди, которые никогда не любили друг друга. Но ведь мы со служанками не раз слышали их ругань. Слышали, как ужасно Терренс обращается с Ракель. Иногда он перегибает палку и ведет себя как настоящий подонок, который едва ли не хочет сделать из своей девушки пленницу… »

Блер тихо вздыхает.

« Боже, хоть бы Ракель не досталось от этого человека … – выражает надежду Блер. – Он так близок к тому, чтобы поднять на нее руку… Если этого еще не случилось… »

Блер нервно сглатывает.

« Может, будет лучше, если они расстанутся? – задается вопросом Блер. – И Ракель жила бы своей жизнью, и Терренс перестал бы быть таким хмурым и расстроенным… Зачем мучить себя и жить вместе, раз вам так плохо вместе? »

Блер качает головой.

« Еще эта ситуация с Саймоном… – тихо вздыхает Блер. – Бедная Ракель… Она не заслужила всего, что с ней происходит. Не заслужила все те пытки, которым ее хочет подвергнуть этот Саймон Рингер. Не заслужила такого ужасного обращения к себе. Даже если она не очень сильно любит Терренса, это не значит, что эта девушка должна страдать. »

Блер переводит взгляд на одно из окон в гостиной.

« Она ведь ни в чем не виновата, – с жалостью во взгляде думает Блер. – Во всем виноват только Саймон. Только он должен страдать и платить за все, что он делает. Делает по непонятной причине… »

Блер качает головой.

« Господи, ну почему Ракель приходиться так страдать? – недоумевает Блер. – Почему? Когда закончатся все ее беды? Когда она сможет жить спокойной жизнью? Как она может оставаться сильной, храброй и счастливой, если ей приходиться постоянно с чем-то сталкиваться? »

Блер тихо вздыхает.

« В любом случае ты сильная, Ракель, – думает Блер. – Я всегда была твоей поклонницей. Всегда восхищалась твоей силой духа. Даже если тебе сейчас очень трудно, ты справишься. Просто держись и не сдавайся этому подонку, который тронулся умом и пытается настроить всех против тебя. Лично я ни за что не поверю ни чему, что он захочет нам наговорить. И мне жаль, что твои самые близкие люди все-таки решили, что он прав. Что Терренс, что твои подружки… Они поступили с тобой некрасиво. Очень некрасиво… Но ты должна справиться. Даже если ты осталась одна. Держись, милая, держись. Я верю в тебя. Верю. »

Спустя несколько секунд Блер решает отбросить все эти мысли в сторону и спрятать письмо от Саймона по просьбе Терренса. Поэтому она быстро поднимается по лестнице на второй этаж, забегает к себе в комнату и просто кладет его в один из ящиков письменного стола. А сразу же после этого юная служанка немного поправляет прическу, одергивает свое платье, спускается вниз и приступает к работе, которой у нее сейчас очень много.

***

Похоже, что Саймон полностью удовлетворен тем, что происходит на данный момент. Стоя у окошка, через которое в маленькую комнатушку пробивается немного света, мужчина уже во всю мечтает о том, как почувствует сладкий вкус победы после мести Ракель и добьется всех своих целей, который он перед собой поставил.

– Отлично… – широко улыбается Саймон. – Эта мерзкая девчонка осталась совсем одна. Теперь ей некому помочь. Никто даже не думает об этом. Кэмерон и сама уверена в том, что она находится в абсолютно безвыходной ситуации. Все близкие считают ее свихнувшейся и не спешат связываться с якобы больной. Ну а сама уже она наверняка успела призадуматься над своими отношениями с подругами после того как я натравил ее на одну из них.

Саймон ехидно хихикает и качает головой.

– Вот так вот, Ракель… – уверенно говорит Саймон. – Теперь ты убедилась в том, что я не собираюсь играть с тобой в игрушки. Я уже написал тебе письмо, в котором сказал, что для начала буду очень медленно пытать тебя. Чтобы у тебя не осталось сил и желания бороться со мной. Ну а потом я столь же медленно начну убивать тебя. Да-да, девочка, ты сдохнешь . И поверь мне, никто не узнает, кто тебя убил и как. Ибо я сделаю все, чтобы замести следы и сделать все очень тихо и без пыли.

Саймон тихо усмехается.

– Мне уже не терпится расквитаться с тобой, – гордо приподнимает голову Саймон. – Никогда не любил тебя ни как человека, ни как модель, ни как актрису. Я вообще никогда не любил тебя. И всегда буду ненавидеть! А почему – ты узнаешь только тогда, когда придет твое время подыхать.

Саймон начинает поглаживать подбородок.

– Жаль, конечно, что мой первый план провалился, – задумчиво говорит Саймон. – Жаль, что мне не удалось настроить против тебя весь мир, когда я оклеветал и унизил тебя. Я мечтал, чтобы люди забыли о тебе и перестали восхищаться тобой, ибо ты не заслужила такие лавры. Так что… Тебе придется пережить еще несколько ужасных пыток дядюшки Саймона, который не прощает обид и не забывает тех, кто встает у него на пути и пытается пойти против него.

Саймон самодовольно смеется с широко раскрытым ртом.

– Ах, Ракель Эллисон Кэмерон… – качает головой Саймон. – Я так долго ждал этого момента… Ждал момента, когда наконец-то увижу тебя униженную и полностью раздавленную. И очень скоро это случится… Скоро ты будешь валяться у моих ног и умолять оставить тебя в покое. И заливаться слезами, когда я дам тебе шанс сказать свои последние слова. Которые я, может быть, передам тем, кто сейчас отвернулся от тебя.

Все это время Саймон крутит в руках золотую обертку от конфеты, которую он нашел в кармане своей куртки. А пока он думает о том, как очень скоро отомстит Ракель за все плохое, в комнату входит Ричард, который тихонько стонет, проводя одной рукой по своему лицу и держа какие-то продукты в руках. Все это время Рингер был у него дома и ждал, пока его сообщник вернется из магазина, куда он ходил, чтобы постараться что-то себе купить.

– Ох, блять, как же меня достали всякие попрошайки на улице, – раздраженно говорит Ричард. – Такое впечатление, что я похож на какого-то щедрого богача, который раздает свои деньги налево-направо. Хотя на самом деле у меня денег едва на пожрать хватает.

Ричард раздраженно рычит и вместе с продуктами направляется в небольшую кухоньку.

– Вон мне едва хватило денег на жрачку… – добавляет Ричард и немного небрежно закидывает в холодильник все, что купил. – Жру какое-то дерьмо, от которой у меня постоянно болит живот. А так хочется пожрать чего-то нормального.

Ричард возвращается в комнату, где сейчас находится Саймон.

– А кассирша еще и решила поиздеваться надо мной, когда мне не хватило несколько долларов на кое-что, – признается Ричард. – Сказала, чтобы я нашел себе работу вместо того, что пищать и считать гроши. Ха! Мне что идти работать каким-нибудь уборщиком или грузчиком за жалкие гроши? Да я как был нищебродом, так им и останусь!

– Не кипятись, Ричард, – спокойно отвечает Саймон. – Успокойся, пожалуйста.

– Да знайте, как меня все это достало! Почему каждый считает своим долгом сказать мне, что надо искать работу или хотя бы идти учиться?

– Поверь, приятель, я и сам сталкиваюсь с этим каждый день. И попрошайки на улице постоянно клянчат у меня деньги, даже если у меня самого их вообще нет, и я едва концы с концами свожу. И незнакомые люди говорят, что я должен идти работать. Хотя в моем возрасте найти работу очень сложно. Тебя-то еще могут куда-то взять. А куда возьмут сорокалетнего мужика? Да никуда!

– Спасибо, но я лучше кого-нибудь ограблю или грохну по приказу какого-нибудь мужика. Он будет относиться куда лучше и заплатит куда больше, чем те, кто считает своих работников пылью и платит им гроши.

– Абсолютно согласен.

– Ох, блять… – Ричард с тихим стоном проводит руками по лицу. – Как мне все это надоело…

– Потерпи немного, Ричард, – спокойно советует Саймон. – Я верю, что мы заживем намного лучше после того как месть будет совершена.

– Хотелось бы верить…

– Не думай об этом. Лучше сосредоточься на нашей главной цели. Мы не должны сдаваться прямо сейчас, когда прошли уже половину пути.

– Я знаю, Саймон. Но поймите меня: я терпеть не могу всех этих попрошаек, которые строят жалостливые лица и смотрят на меня щенячьими глазами, когда клянчат бабки хотя бы на буханку хлеба.

– Понимаю. Но прошу тебя, выкинь эти мысли из головы. Сейчас я намерен шантажировать Ракель и внушить ей, что она абсолютно беспомощна, и ничто не сможет спасти ее от меня. И поверь мне, эта девчонка точно клюнет на мою удочку и поверит, что ее и правда ничто не спасет. К тому же, я более, чем уверен, что она даже в полицию не пойдет, потому что будет думать, что ей там не помогут.

– Ох… – устало стонет Ричард. – Да еще и сейчас ко мне пристала какая-то дворовая псина и едва не нагадила мне на ботинки. Я думал, что прибью эту шавку, если бы она испортила их. Они и так у меня они единственные!

– Ричард, ты думаешь не о том, о чем нужно.

– Простите, Саймон… – Ричард проводит руками по лицу. – Просто бесит все это…

– Постарайся не думать об этом и успокоиться, – похлопав Ричарда по плечу, с легкой улыбкой говорит Саймон. – Думай о том, что сейчас важно для нас обоих.

– Вы же знайте, что я полностью поддерживаю вас и готов сделать все что угодно, – с хитрой улыбкой уверенно отвечает Ричард. – Вы уже прошли почти половину пути. Вам осталось сделать лишь чуть-чуть, чтобы ощутить тот восхитительный вкус победы.

– Да, я уже не могу дождаться…

– Готов поспорить, что она убьет себя, если вы доведете ее до отчаяния и глубочайшей депрессии.

– Главное, чтобы она не сделала это раньше, чем мне это нужно. А иначе весь мой план потеряет весь смысл.

– Ну почему же? Не удастся поквитаться с девчонкой, так разберетесь с ее возлюбленным. Точнее, почти что бывшим парнем.

– За него не переживай. С ним я тоже обязательно разберусь. Он никуда от меня не денется. Даже если этот парень решит, что избавится от дядюшки Саймона, бросив эту девушку.

– Много же у вас дел…

– Да уж, скучать не придется…

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Саймон бросает взгляд на окно, рядом с которым сейчас стоит.

– Кстати, а вы уже отправили Ракель письмо счастья? – с хитрой улыбкой интересуется Ричард.

– Да, отправил, – уверенно отвечает Саймон. – И по моим подсчетам она его уже получила. Служанки уже достали его из почтового ящика и передали этой красотке.

– Определенно…

– Слышь, Ричи… – Саймон с хитрой улыбкой хлопает Ричарда по плечу. – Как ты думаешь, Ракель хлопнулась в обморок после того как прочитала это письмо?

– Скорее всего, – пожимает плечами Ричард. – Ведь все эти девки такие впечатлительные. Им скажи какую-нибудь шокирующую весть, так они начинают падать без чувств с мучительными стонами.

Ричард презрительно усмехается, скрестив руки на груди.

– Ах, бедняжка! – иронично восклицает Ричард. – Сколько же всего ей пришлось пережить за эти дни. Да и за всю жизнь…

– Она говорила об этом во всех своих интервью, – отмечает Саймон. – Давила на жалость. Понимала, что людей с печальными судьбами любят больше. Знала, что ее захотят пожалеть.

– Или ей просто подсказали.

– Может быть. Менеджеры не глупые и знают, как продвинуть любую звездочку. Вот Кэмерон и сказали постоянно давить на жалость. И это прокатило .

– Да уж, еще как прокатило…

– Что ж, ну раз она позиционирует себя сильной и храброй девчонкой, то пусть это докажет на деле. Пусть выдержит все, что я для нее приготовил.

– Это точно! Какая там ее любимая фраза? Оставайся сильной, храброй и счастливой? Или что-то вроде.

– Именно эта.

– Наверное, тоже менеджеры придумали.

– Кто знает. В любом случае будь уверен, она точно больше таковой не будет после того как потеряла всякую поддержку в лице своих близких людей и поняла, что ее ситуация безвыходная.

– Она уже давно это поняла. Не беспокойтесь.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Саймон о чем-то задумывается. А затем он бросает короткий взгляд в сторону и смотрит на Ричарда, который выглядит немного усталым.

– Ладно, Ричард, я думаю, тебе надо немного отдохнуть, – уверенно говорит Саймон. – А то ты выглядишь усталым…

– Я не нужен вам? – уточняет Ричард.

– Нет-нет, пока что можешь быть свободен. Отдохни, поспи, с девочками поразвлекайся… А как только ты мне понадобишься, то я позвоню тебе.

– А вы не хотите остаться на ужин? Сейчас что-нибудь соображу, и мы вместе поедим.

– Нет, я лучше пойду к себе домой. Тоже отдохну. А то я что-то устал.

– Что ж, хорошо, – пожимает плечами Ричард. – Не буду вас задерживать.

– Тем более, что мне придется еще долго ковылять пешком. Ты же знаешь, что моя машина окончательно сдохла, а денег на ремонт у меня нет.

– Понимаю… Но если вам что-то нужно, звоните мне в любое время суток. Я брошу все свои дела и приду к вам сразу же.

– Обязательно.

Ричард и Саймон на прощание пожимают друг другу руку и обмениваются легким хлопком по спине.

– До встречи, парень, – с легкой улыбкой произносит Саймон.

– До свидания, Саймон, – дружелюбно прощается Ричард.

Через пару мгновений Ричард провожает Саймона до входной двери, открывает ее и закрывает, когда он покидает его комнату. Рингер довольно быстро покидает обшарпанное общежитие, в котором ему до смерти противно находиться, закрыв нос рукой, чтобы не нюхать те тошнотворные запахи, что воцарились в воздухе.

Выйдя на улицу, Саймон начинает медленно идти куда-то на своих ногах, по дороге снова думая о своих грандиозных планах на будущее и предвкушая момент, когда его месть наконец-то будет свершена. Мужчине очень хочется увидеть лицо Ракель в тот момент, когда она поймет, что ее уже ничто и никто не спасет. Когда Рингер мог бы сделать с бедной, несчастной девушкой все, что ему только в голову придет…

« Скоро я наконец-то отомщу этой девчонке и буду самым счастливыми человеком на свете , – с хитрой улыбкой думает Саймон с широченной улыбкой. – Половина пути уже пройдена. Осталось совсем чуть-чуть до того момента, как я окажусь в двух шагах до финала. Финала, который станет счастливым для меня и печальным для моей любимой Ракель .»

Саймон тихонько, с долей презрения усмехается, на ходу накинув на себя капюшон от своей серой толстовки.

« Все проходит даже намного лучше, чем я ожидал, – мысленно отмечает Саймон. – Думал, что мне придется повозиться и приложить усилия, но мне почти что не приходиться ничего делать. Люди почти сразу же верят мне и ополчаются против этой девчонки. Или же они и так прекрасно видят, что она из себя представляют… »

Саймон тихонько, ехидно усмехается.

« Кстати, а я, кажется, совсем позабыл про родственников этой девчонки… – думает Саймон. – Желая попугать ее друзей и настроить Терренса против своей девушки, я совершенно забыл про ее любимых тетушку и дедушку… А ведь я вполне могу позвонить им… Ну или просто рассказать им, что натворила их любимая девочка… А то они запросто могут побежать к своей девочке и начать утешать ее. А мне это не нужно. Я хочу, чтобы ее бросили все, включая родственничков. »

Саймон слегка прикусывает губу и начинает гладить подбородок.

« К тому же, можно придумать что-нибудь такое, чтобы и их заставить отвернуться от нее … – решает Саймон. – Не могу же я упустить этот момент и позволить этим двоим попытаться сделать что-то против меня.»

Саймон хитро улыбается.

« Но ничего, я быстро что-нибудь придумаю, – думает Саймон. – А то получилось не очень интересно… Мамашу МакКлайфа я припугнул, а про родственничков Кэмерон забыл. Нет, так дело не пойдет. »

Еще немного поразмышляв над тем, какую боль еще причинить Ракель, чтобы она окончательно сломалась и сошла с ума из-за всего, что сейчас происходит, Саймон пока что решает отложить этот вопрос на потом и просто немного отдохнуть, чтобы завтра с новыми силами снова продолжать осуществлять свои замыслы и медленно, но верно приближаться к своим заветным мечтам, о которых он грезит уже на протяжении долгого времени.