Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 178 (всего у книги 354 страниц)

Впрочем, Ракель так или иначе держит ситуацию под контролем и справляется с волной паники, что внезапно накатила на нее. Да, ей приходиться приложить какие-то определенные усилия. Но она находит в себе силы немного успокоиться и вскоре начинает чувствовать себя намного лучше. Все неприятные симптомы отступают, а мысли становятся яснее.

А подождав еще некоторое время, набрав в легкие побольше свежего воздуха и понаблюдав за океаном, шум которого также благотворно влияет на ее мысли, Ракель решает вернуться домой к своему дедушке Фредерику с мыслью, что все придет в норму, если она немного поспит и хотя бы во сне сможет не думать о Саймоне. Так что девушка медленно поднимается на ноги и довольно быстро покидает этот пляж, недалеко от которого стоит ее автомобиль. Садится за руль, заводит мотор и выезжает на дорогу, на которой пока что нет ни единого транспортного средства.

Глава 11: Лучше бы ты никогда не появлялся на свет

Прошла неделя. Она тянулась, казалось бы, целую вечность. Все это время Терренс вливался в коллектив своей группы после того как ему удалось поразить Альберта своими талантами в пении и игре на гитаре. Сейчас он как раз репетирует вместе со своими коллегами, демонстрируя, как хорошо выучил весь материал группы. Терренс быстро нашел общий язык с Питером и Даниэлем и уже успел понять, что они – прекрасные собеседники и просто отличные парни без всяких причуд. А вот с Марти он не может даже спокойно общаться по делу, поскольку та постоянно задирает его и восхваляет себя. Впрочем, МакКлайф просто делает то, что он должен, обращаясь за помощью или советом только к барабанщику или басисту. Но иногда он все-таки может поставить эту девушку на место и спустить с небес не землю…

Терренс настолько великолепно играет на гитаре, что его коллеги по группе, кроме Марти, очень довольны его игрой и рады, что он стал членом их небольшой группы, которая стала намного лучше с приходом нового гитариста, что показывает всем мастер-класс. Даниэль и Питер также превосходно играют свои партии, а главная солистка все еще безупречно поет, расхаживая из стороны в сторону и мысленно мечтая найти хотя бы одну причину придраться к парням, которые, к ее сожалению, играют просто великолепно и отлично взаимодействуют друг с другом.

А после того как группа отыгрывает последнюю песню, которую они должны были сыграть, Питер с негромким визгом ударяет палочкой по одной из тарелок и что-то изображает ею в воздухе с легкой улыбкой на лице.

– Отличная работа, парни! – бодро отмечает Питер. – Мы с вами прекрасная команда!

– О да, мы сегодня и правда молодцы! – с легкой улыбкой весело соглашается Даниэль. – Репетиция прошла просто великолепна!

– Это точно! – уверенно говорит Терренс, шикарно выглядя с электрогитарой в руках, в новой черной кожаной куртке, рваных джинсах того же цвета, темной майке с логотипом одной из известных рок-групп и новеньких черных ботинках, и немного поправляет свои слегка взъерошенные волосы, что делают его еще более привлекательным. – Сегодня мы реально в ударе и задали жару.

– Правильный настрой и хорошее настроение – залог прекрасного результата, – бодро отвечает Питер.

– Полностью согласен! – уверенно произносит Даниэль и приподнимает руку. – Дайте пять, мужики!

Терренс и Питер с широкими улыбками на лице по очереди дают друг другу и Даниэлю, пока Марти рассматривает свой микрофон, внимательно слушая разговор парней с немного надменным взглядом.

– Да? – удивляется Марти и кладет руку на талию. – А по-моему, нам еще репетировать и репетировать. Вы во время исполнения одной только песни успели сфальшивить раз двадцать.

К удивлению самой Марти, ни один из парней даже не поворачивается в ее сторону, и они продолжают тихонько из-за чего хихикать.

– Алло, я здесь! – громко восклицает Марти. – Здесь, придурки! Меня вообще кто-нибудь слышит?

Марти качает головой со слегка приоткрытым ртом, считая, что Даниэль, Терренс и Питер вдруг решили устроить ей бойкот.

– Я не поняла, сегодня разве никто не обратит на меня внимание? – возмущается Марти. – Или здесь все глухие? Я должна орать во всю глотку, чтобы меня услышали?

Мужская половина группы снова никак не реагирует на Марти и даже не смотрит на главную солистку, переглядываясь между собой и тихонько хихикая.

– О, слушайте, парни, а давайте сходим куда-нибудь? – бодро предлагает Питер. – Посидим где-нибудь, выпьем что-нибудь, поболтаем…

– Посидеть? – загадочно улыбается Терренс.

– Ну а что? – Питер откладывает в сторону барабанные палочки, немного потягивается и массирует шею. – Репетиция на сегодня закончена. Так что я считаю, что мы вполне заслужили немного отдыха.

– Отличная мысль, Пит! – с широкой улыбкой соглашается Даниэль.

– Давайте, ребята! Чего мы будем торчать здесь или тащиться домой и потом плеваться в потолок?

– Я только за! Тем более, что я жутко проголодался!

– Я тоже! Поэтому предлагаю сходить куда-нибудь вкусно пожрать, а потом придумаем, куда еще завалиться. Впереди еще целый день – времени куча!

– Идет, я согласен!

– Заметано!

– Эй, Терренс… – Даниэль поворачивается к Терренсу. – Пойдешь с нами?

– Давай, мужик, присоединяйся! – бодро призывает Питер. – Поболтаем немного, познакомимся поближе… Ты расскажешь нам что-нибудь о себе.

– Конечно, пойду, – с легкой улыбкой отвечает Терренс. – С радостью.

– ЧТО? – громко возмущается Марти, расставив руки в бока. – СЕРЬЕЗНО? Да вам бы только пожрать и поржать!

– Тем более, что я и сам ужасно голодный.

– Смотрите, придурки… – Марти ехидно усмехается. – Если будете жрать СТОЛЬКО еды, то скоро и в дверь не сможете пролезть.

– Тем более, что для хорошей работы и превосходных результатов мы должны хорошо питаться.

– Так, только хочу сразу предупредить всех троих: у меня нет никакого желания выступать на сцене с жирными бегемотами. Которые к тому же еще и играть совсем не умеют.

Терренс, Даниэль и Питер тихонько хихикают над словами Марти с прикрытыми рукой ртами.

– Слушайте, а я говорил вам, что могу сожрать хоть слона, но все равно останусь стройным и прекрасным? – с хитрой улыбкой интересуется Терренс. – Мне реально повезло с генами.

– Да и я никогда не был жирдяем, – задумчиво признается Даниэль. – При всей моей нелюбви к спорту у меня никогда не было проблем с лишним весом.

– Пф, а я вообще был дохлым дрыщем с тонкими руками и тощими ногами, – тихонько ухмыляется Питер. – До того, как подкачался.

– Ну да, конечно, – закатывает глаза Марти. – А иначе бы ты не был нужен девочкам. Никто не любит дрыщей.

Марти с гордым видом поворачивается к парням спиной и изящным движением руки откидывает волосы в сторону. А сразу же после этого Питер с хитрой улыбкой машет руками и очень тихо издает звуки, похожие на кудахтанье курицы. Даниэль и Терренс не могут сдержать своего громкого смеха и сами начинают изображать куриц, тем самым приводя девушку в ярость.

– Ой-ой, не изображали бы то чем вы являйтесь, – с закатанными глазами язвит Марти. – Напрягли бы лучше свои куриные мозги для того, чтобы хоть что-то сыграть нормально. А иначе я откажусь выступать с вами. Не хочу опозориться из-за таких бездарных идиотов, которые мне и в подметки не годятся.

Ни один из парней снова не обращает внимания на Марти, хотя все перестают громко хихикать и изображать куриц. А перед тем, как что-то сказать, Даниэль слегка закатывает рукав своей джинсовой куртки и смотрит на свои часы, которые он носит на левой руке.

– Ладно, ребята, давайте прямо сейчас и пойдем куда-нибудь? – предлагает Даниэль. – Поскольку мы сегодня круто поработали, то вполне можем устроить себе перерыв.

– Я согласен, – уверенно кивает Терренс.

– Что? – возмущается Марти, со злостью во взгляде уставившись на Даниэля, Терренса и Питера. – Нет! Даже не мечтайте, парни! Репетиция еще не закончилась!

Но и в этот раз никто не обращает внимания на Марти, которая для всех будто бы невидимка.

– Давайте-давайте! – хлопает в ладони Питер. – У нас все равно скоро должен быть обед. Вот и перекусим!

– ДА ВЫ СОВСЕМ ОХРЕНЕЛИ? – раздраженно вскрикивает Марти. – КАКОЙ МОЖЕТ БЫТЬ ОБЕД, ЕСЛИ ВЫ НИ ЧЕРТА НЕ МОЖЕТЕ НОРМАЛЬНО ИГРАТЬ?

– Тогда вперед! – игнорирует женский крик Даниэль и с легкой улыбкой указывает парням на дверь. – Повеселимся немного!

– ДО ТЕХ ПОР, ПОКА НЕ НАУЧИТЕСЬ ИГРАТЬ, НИКАКОЙ ЖРАТВЫ! ВЫ БУДЕТЕ ПОДЫХАТЬ, НО НЕ ПЕРЕСТАНЕТЕ УСЕРДНО РАБОТАТЬ, ЧТОБЫ НЕ ОПОЗОРИТЬ МЕНЯ ПЕРЕД ЛЮДЬМИ.

– Пошли, ребята! – весело подбадривает Питер.

Даниэль и Терренс оставляют свои гитары там, где они должны быть, а Питер подходит к дивану, берет свой темно-синий блейзер и надевает его на себя.

– Эй, вы куда собрались? – возмущается Марти, слегка приоткрыв рот и не скрывая своей злости из-за того, что ее вообще никто не слышит. – Мы еще не закончили репетицию!

– Роуз, давай быстрее! – восклицает Терренс.

– Все-все, иду! – на ходу поправляя свои волосы, тараторит Питер.

– Я вас никуда не отпускала! – громко заявляет Марти. – А ну быстро взяли инструменты и продолжили играть! Слышите, что я вам сказала, идиоты вы безмозглые? Роуз! Перкинс! МакКлайф! ЖИВО ВЕРНУЛИСЬ СЮДА! Я С КЕМ, МАТЬ ТВОЮ, РАЗГОВАРИВАЮ! ОГЛОХЛИ ЧТО ЛИ?

Однако Даниэль, Питер и Терренс не обращают на Марти никакого внимания и, скромно над чем-то хихикая, покидают это помещение и закрывает за собой дверь.

– Ну доиграйтесь вы, балбесы! – во весь голос угрожает Марти. – Вы ответите за то, что сбежали с репетиции! Очень скоро сюда должен приехать Альберт. И я обязательно расскажу ему обо всем, что вы сделали. Скажу, что вы так и не научились играть и постоянно фальшивите! И пожалуюсь, что Перкинс и Роуз так и не смогли научить этого жалкого гитариста МакКлайфа играть так, чтобы мне не было стыдно выходить с ним на сцену. ГДЕ ТОЛЬКО ВЫ ТАМ НАШЛИ ТАКОГО БЕЗДАРЯ, КОТОРЫЙ ВОЗОМНИЛ СЕБЯ ПУПОМ ЗЕМЛИ?

Марти крепко сжимает руки в кулаки.

– Клянусь, я сделаю все, чтобы Сандерсон не просто покричал на вас, – уверенно заявляет Марти. – Я сделаю все, чтобы он выгнал из группы к чертовой матери. Чтобы он продвигал меня как сольную певицу! Я не хочу петь в группе! НЕ ХОЧУ! И Я ДОБЬЮСЬ СВОЕГО! ВЫ НЕ НУЖНЫ МНЕ, ИДИОТЫ! НЕ НУЖНЫ!

Марти указывает пальцем на только что закрывшуюся дверь.

– ВЫ У МЕНЯ ЕЩЕ ПОПЛЯШЕТЕ! – громко угрожает Марти. – ПОЖАЛЕЙТЕ, ЧТО РЕШИЛИ ВСТАТЬ У МЕНЯ НА ПУТИ! ЧТО ПОСМЕЛИ ДЕРЗИТЬ МНЕ И НЕ ПОДЧИНЯТЬСЯ МОИМ ПРИКАЗАМ! Я ПРЕВРАЩУ ВАШЕ ПРЕБЫВАНИЕ В ГРУППЕ В НАСТОЯЩИЙ АД! КЛЯНУСЬ!

Марти резко отворачивается от двери и с громким, раздраженным криком хватается за волосы, а чуть позже перекладывает руку на лоб, будучи возмущенной столь безответственным отношениям мужчин к своим обязанностям, репетициям, которые должны проходить регулярно, и фактом, что они наотрез отказываются ее слушать.

***

Спустя какое-то время Терренс, Даниэль и Питер покидают студию звукозаписи, преодолев многокилометровые коридоры и огромное количество этажей в этом здании. А оказавшись на улице, парни медленным, спокойным шагом направляются в кафе, которое располагается в нескольких шагах от здания студии « Whisper Records ».

А по дороге молодые люди обсуждают то, как все трое намеренно игнорировали Марти и сейчас позволяют себе немного оторваться и вдоволь посмеяться.

– Вы видели лицо этой дивы, когда мы начали игнорировать ее? – сквозь громкий смех спрашивает Питер и усмехается. – Она-таки буквально вся зеленая стала от злости!

– Как она злилась, что была для нас буквально невидимкой! – бодро отмечает Даниэль. – В каком бешенстве была эта королева из-за того, что мы отказались подчиняться ее приказам.

– О, я думал, она едва ли не покроет нас трехэтажным матом. Ну или поубивает к чертовой матери…

– А как она разозлилась, когда мы показали ее сущность! – весело отмечает Терренс. – Не хотела признавать, что она – курица ! Ощипанная кудахтающая курица!

Все трое смеются чуть громче прежнего, буквально держась за животы.

– Точно-точно, вы видели ее лицо? – интересуется Даниэль.

– Слушайте, а она случайно не страдала от лишнего веса? – хитро улыбается Терренс. – А то мы могли бы называть ее пончиком! Толстушкой с пухлыми щечками!

– Может, и страдала! – предполагает Питер. – Кто его знает!

– Не зря же она постоянно жрет свой смузи и смотрит на нас голодными глазами, когда мы с радостью уминаем то, что приносит Рэйчел.

– Да она, походу, только и делает, что хавает эту шнягу, да салатики! – восклицает Даниэль.

– Кстати, я не знал, что курицы могут быть всеядные, – задумчиво говорит Терренс. – Я думал, они питаются только зерном или чем-то вроде.

Даниэль и Питер вновь заливаются громким смехом.

– Ну наша курочка особенная, – весело отмечает Питер. – Она у нас любит всякую непонятную шнягу. Всякое дерьмо.

– Из любого правила есть исключение, – уверенно говорит Даниэль.

Парни еще несколько секунд смеются, но затем они немного успокаиваются, а затем быстро прочищает горло.

– Ох, парни… – задумчиво произносит Питер. – Я давно так здорово не веселился.

– Это точно! – восклицает Даниэль. – Мы уже давно так много не смеялись.

– Слышь, да нам давно надо было устроить ей этот бойкот и проучить эту эгоистку! Не зря Рэйчел как-то сказала, что игнор для Марти хуже любого наказания. Видел, как она взбесилась?

– Да, только как бы эта принцесса не нажаловалась бы на нас Альберту и команде… Если он узнает, то нам точно сильно достанется, и он настучит нам троим по башке.

– Ой, да даже если она и пожалуется на нас, что они нам сделают? – по-доброму усмехается Терренс. – В прошлый раз, когда она настучала на нас за то, что мы ушли с репетиции намного раньше из-за ее невыносимых истерик, они только пальчиком покачали. Мол: « Ай-яй-яй, как нехорошо, ребята! » И все! Больше ничего не случилось!

– Ой, да я вообще не боюсь, что она пойдет жаловаться, – махнув рукой, уверенно заявляет Даниэль. – Мне стыдиться нечего, ибо я не делаю никому ничего плохого.

– Пф, да мы сами можем поставить эту принцессу голубых кровей на место. Так будет бояться нас, что быстро станет шелковой. Даже рот будет открывать только с нашего разрешения.

– Ага, было бы круто однажды устроить ей такую встряску, чтобы она навсегда запомнила, что с нами иметь дело – себе дороже, – загадочно улыбается Питер.

– Так давайте это и сделаем! Сегодня мы ей объявили бойкот, а в следующий раз поржем над ней, когда придумаем что-нибудь более интересное.

– Точно! – восклицает Питер. – Надо сделать так, чтобы Альберт или ее мамочка с папочкой не смогли ничего сделать.

Питер радостно потирает руки.

– Вот я бы повеселился… – хитро улыбается Питер.

– Да мне кажется, что этот человек и сам не очень и жалует эту королеву, – предполагает Терренс. – И определенно избавился бы от нужды работать с ней.

– Ты прав. Альберт действительно ее не очень-то и любит. Точнее, он тоже не выносит отвратительного характера этой королевишны.

– Сами подумайте, если бы она была под его защитой, то мы бы с вами уже давным-давно вылетели из группы быстрее, чем какой-нибудь боксер отправит своего противника в нокаут.

– Этот человек работает с ней только из-за того, что ее родители очень богатые люди с кучей связей. К тому же, Альберт – хороший давний друг родителей Марти.

– Которых Альберт страшно боится, – добавляет Даниэль. – Однажды он уже пытался отказаться работать с ней и заявил, что выгоняет ее после одного из скандалов. Но тогда родители Марти приперлись в студию и устроили здесь такой шухер, что пару ближайших районов могли услышать, что там происходило.

– Точно-точно! Они даже пригрозили, что он лишится всего, и что они добьются закрытия его студии, если откажется пиарить их дочь.

– Вон Сандерсон и поджал хвостик и продолжает молчать и продвигать нашу несравненную Марти Пэтч и закрывать глаза на все ее выходки.

– Неужели они реально такие влиятельные, что Альберт боится их до дрожи в коленях? – удивляется Терренс.

– О да! – уверенно кивает Питер. – Уж кого, но этих людей он до смерти боится! Сандерсон не страшится даже конкуренции с более крупными лейблами или сотрудников налоговой службы. Но вот родители мисс Пэтч наводят на него ужас.

– Хотя не сказать, что они такие уж и влиятельные, – признается Даниэль. – Просто эти люди работают в бизнес-сфере, знакомы едва ли не с половиной Нью-Йорка и имеют несколько друзей за границей. Но гонора у них, конечно, очень много. К тому же, они довольно капризные и эгоистичные люди. Прямо как их дочурка.

– Ага, нам приходилось разговаривать с ними пару раз, когда Пэтч жаловалась, что мы обижали ее. Очень неприятные люди, которые смотрели на нас как на какое-то дерьмо.

– Точно! После общения с ними у нас остался неприятный осадок.

– Надо же… – задумчиво произносит Терренс.

– Но мы с Питом уже давно не обращаем внимания на выходки Марти, – признается Даниэль. – Хотя иногда она все-таки выводит нас. В такие моменты мы предпочитаем уходить куда-нибудь, чтобы она немного успокоилась. Или доводим ее так, что она сама сбегает…

– Правда делаем это безобидно… – уточняет Питер. – Ну там поржем над ней, спародируем ее или опять же дадим ей знать, что она похожа на ощипанную курочку.

– А пока она со слезами на глазах ищет Альберта и ребят из команды по всей студии, мы с блондином успевает отдохнуть от ее криков и истерик.

– Вижу, вы не очень-то и боитесь ее, – отмечает Терренс.

– А чего ее бояться? – удивляется Даниэль. – Эта девчонка – никто ! Так же, как и ее родители! Она считает, что все обязаны ей только потому, что у нее есть бабло. Хотя никаких серьезных достижений у нее нет и не будет.

– Так что, мы с Дэном не советуем тебе обращать на нее внимания, – спокойно говорит Питер. – Марти – просто избалованная девчонка, которая выросла в богатой семье и никогда не знала нужды считать каждый цент. Родители ни разу ей ни в чем не отказывали, особо не ругали, не занимались ее воспитанием всерьез и всегда делали все, о чем она попросит. Вот и выросла девочка… А точнее, монстр …

– Да я и не обращаю, – пожимает плечами Терренс. – Она меня совершенно не волнует. Я как-нибудь переживу ее маты и оглушительные крики. И вправлю ей мозги, если она совсем обнаглеет.

– В любом случае ты молодец, – слегка улыбается Даниэль. – Держишься очень уверенно. И совсем не смутился, когда Альберт в первый раз привел тебя к нам, а Марти включила режим самовлюбленной королевы.

– Я умею за себя постоять и заткнуть любому рот. Даже если это несносная сопливая девчонка, которая решила, что она – звезда.

– Молодец! – восклицает Питер. – Продолжишь в том же духе – Пэтч начнет бояться тебя так же, как Альберт боится ее родителей.

– Ага, – кивает Даниэль. – Будет делать все только с твоего позволения.

– В любом случае в обиду я себя на дам, – слегка улыбается Терренс.

В разговоре на несколько секунд наступает пауза, во время которой парни продолжают молча идти в нужное направление. А затем Даниэль, слегка нахмурившись, повнимательнее присматривается к Терренсу.

– Слушай, Терренс, мы давно хотели спросить… – задумчиво говорит Даниэль. – А ты раньше случайно не снимался в фильмах?

– Я? – округляет глаза Терренс.

– Лично мне показалось, что я однажды видел тебя в каком-то фильме, который смотрел очень давно. И пытаюсь понять, почему твое лицо кажется мне знакомым.

– Ну да, я и правда снимался в фильмах, – пожимает плечами Терренс.

– Мы так и поняли, – признается Питер. – Мы подумали, что твое лицо нам знакомо, когда Пэтч заявила, что узнала в тебе Терренса МакКлайфа.

– Вообще-то, я и сейчас снимаюсь. Хотя и не так часто, как раньше.

– Точняк, вспомнил! – щелкает пальцами руки Даниэль. – Ты же сыграл эпизодическую роль в одном сериале, который я обожал, когда был помладше.

– Правда?

– Хоть у тебя и было совсем мало экранного времени, я считаю, что твоя роль была очень яркой и запоминающейся.

– А что за сериал?

– Название я сейчас не смогу вспомнить… Надо поискать в Интернете. Но это точно был сериал про криминальные дела. Ты сыграл роль сына одного из героев, который был убит.

– А, точно-точно! – слегка улыбается Терренс. – Я помню!

– Мне очень понравилось, как ты показал скорбь по своему отцу. Смотрел и верил тебе. Это было очень сильно.

– Ну да, это одна из немногих работ, в которой акцент делался не на внешности, а чувствах и эмоциях моего героя.

– Как же тогда звали его? Никак не могу вспомнить… Э-э-э…

– По-моему, моего персонажа в том сериале звали Лесли.

– Точно, Лесли! Его звали именно так!

– Неужели ты так давно смотрел его, раз все напрочь позабыл?

– Очень давно! Хотя раньше я буквально взахлеб смотрел его и пытался угадать, кто же был убийцей в каждом эпизоде.

– Ну и как? Всех угадал?

– Э-э-э… Почти …

– А ты слышал что-нибудь про « American Love Affair », который принес мне мировую известность?

– О, этот фильм много лет назад пиарили на всех углах! Я слышал о нем, но ни разу не смотрел – только лишь видел некоторые постеры и парочку трейлеров.

– А я видел часть того фильма только потому, что одна моя знакомая девчонка сходила с ума по нему и персонажу Терренса, – признается Питер.

– Правда? – удивляется Терренс.

– Ох, она мне все уши прожужжала об « American Love Affair » и могла часами говорить о том, какой же Мэйсон Хьюстон потрясающий. А сцены, где ты был полуголый, заставляли ее визжать громче, чем маленькая мышка.

– Этот персонаж немного похож на меня, – задумчиво говорит Терренс. – Можно сказать, я сыграл самого себя.

– Правда?

– Хотя я уже давно вырос из него и перестал быть тем мальчишкой, которым был. Сейчас мне хочется играть уже совершенно других, не похожих на себя людей.

– А кого бы ты хотел сыграть?

– Ну… Было клево сыграть какого-нибудь злодея… Киллера, мошенника, грабителя… Кого-нибудь, кого люди бы ненавидели всем сердцем.

– Хочешь показать, что ты можешь быть не только любимчиком всех девчонок, но и тем, кого все будут ненавидеть? – уточняет Даниэль.

– Актеры играют разные роли, которые не всегда похожи друг на друга. Есть, конечно, те, кто играет лишь добрых или лишь злодеев, и я даже знаю таких людей. Однако лично я хочу играть разноплановые роли и не боюсь экспериментировать.

– А в ближайшее время выйдет какая-нибудь картина с твоим участием?

– Нет. Если честно, в последнее время я снимаюсь очень редко. Несколько месяцев назад сыграл всего лишь пару малюсеньких ролей в малорейтинговых сериалах. И все!

– Не предлагают? – уточняет Питер.

– У меня как-то был шанс получить главную роль в одном фильме. Но в процессе переговоров что-то не срослось, и вместо меня утвердили другого актера.

– И именно поэтому ты решил потихоньку начать завязывать с карьерой актера и переключиться на музыкальное творчество?

– Мне всегда нравилась музыка. Я обожаю напевать что-нибудь под нос, пока что-то делаю.

– А чего раньше не запел?

– Поначалу я не думал о карьере музыканта, но сейчас мне бы хотелось попробовать записать хотя бы пару песен.

– Знаешь, Терренс, я думаю, ты не зря решил сделать это, – уверенно говорит Даниэль. – У тебя огромный талант.

– Да, чувак, это правда, – соглашается Питер. – Нам с Перкинсом реально нравится, как ты играешь и поешь.

– Спасибо, приятно это слышать, – дружелюбно произносит Терренс.

– Наверное, из всех наших гитаристов ты самый лучший. Все остальные были реально пресные… А многие вообще не знали элементарных вещей.

– Элементарных?

– Альберт брал их только потому, что большая часть была друзьями Рэйчел. Ну и он надеялся, что сможет чему-то научить хоть кого-то из них. Но увы… Не вышло.

– В любом случае мне еще есть чему поучиться, – скромно отвечает Терренс. – Я считаю, что играю отлично, но мне не помешает парочка уроков от настоящих профессионалов. Так или иначе я учился играть на гитаре сам и никогда не брал уроки вокала. Я пою и играю как умею.

– Если продолжишь развивать свой талант, то можешь очень далеко пойти, – уверенно отмечает Даниэль.

– Я и хочу развивать его.

– Ты и правда лучший из всех гитаристов, что у нас были. Без шуток. К тому же, быстро учишься.

– Да, ты выучил все наши песни буквально за несколько дней, – отмечает Питер. – И исполняешь свою партию без ошибок.

– Рад, что вы это оценили, – скромно улыбается Терренс. – Хотя вы и сами здорово играйте на своих инструментах.

– Спасибо, чувак, – с легкой улыбкой благодарит Даниэль.

– Я реально не понимаю претензий Альберта, Марти и команды лейбла. Они все считают, что вы ужасно играйте, хотя по мне у вас отлично получается.

– Ой, да забей ты на них! – машет рукой Питер. – Они скоро и тебе начнут говорить то же самое… С нашей мисс Пэтч и так все ясно. У Альберта свои тараканы в голове. Ну а ребята из лейла просто ему поддакивают.

– Наверное, вас задевает их критика?

– Да нет! Мы с Даниэлем уже давно не обращаем на это внимания. А Сандерсон не так уж часто нас критикует. Только тогда, когда у него дурное настроение. Однако спустя время он успокаивается и начинает вести себя так, будто ничего не случилось.

– Вот именно! – восклицает Даниэль. – Так что не слушай ты этих двоих и просто продолжай играть. Если что-то не будет получаться, то мы всегда поможем тебе и даже прикроем перед Альбертом или кем-то еще.

– Да, МакКлайф, не стесняйся обращаться к нам, если у тебя есть вопросы. Думаю, ты понял, что мы не кусаемся и совсем не такие, как Марти.

– Спасибо огромное, парни, – скромно улыбается Терренс. – Я рад, что вы хотите помочь мне.

Все трое обмениваются легкими улыбками и на мгновение бросают взгляд на двух мальчишек, которые проходят мимо них и о чем-то оживленно разговаривают.

– Кстати, а я слышал, что у тебя есть девушка, – уверенно говорит Питер. – Это правда?

– Да, это правда, – кивает Терренс и переводит грустный взгляд куда-то вдаль, понимая, что этот разговор будет для него очень неприятен.

– О, а ты встречаешься с той девушкой, которую оклеветал какой-то мужик, что до сих пор не объявился? – уточняет Даниэль. – Она вроде бы модель… Как ее там… Э-э-э… Ракель Кэмерон, кажется… Или нет?

– Да, это она.

– А-а-а! Как круто!

– Кстати, нам однажды повезло встретиться с ней лично и немного поболтать, – признается Питер.

– Правда? – удивляется Терренс. – И когда это вы умудрились? Когда?

– Где-то полтора года назад. Мы тогда решили срубить немного бабосиков и отправились играть на гитарах на улице. Остановились недалеко от торгового центра, где всегда полно народу. Там был выше шанс обратить чье-то внимание на нас.

– Да, мы тогда исполняли рождественские песенки, чтобы поднять людям настроение, – добавляет Даниэль. – Все-таки тогда до Рождества оставалось немного времени. А лично я всегда обожал этот праздник.

– И вот пока мы играли, к толпе людей, которая нас тогда слушала, подошла Ракель. У нее тогда были полные пакеты с какими-то покупками в руках.

– Мы тогда реально охерели! Не верили, что встретили известную модель! Которая тогда оставила нам довольно крупную сумму денег и похвалила нашу игру и наше пение.

– Да, Ракель тогда нас здорово замотивировала и посоветовала продолжить и дальше заниматься музыкой. А мы в благодарность сыграли пару песенек специально для нее. Народ, кстати, тоже оценил, и оставил нам немало бабок.

– О, мы тогда весь день ходили как пришибленные и радовались встрече с Ракель как дети! У нас было такое классное настроение, что Марти так и не удалось его испортить.

– Понятно… – равнодушно произносит Терренс.

– Да уж, и как такую хорошую девчонку могли обвинить в эгоизме, буллинге и прочей херне? – недоумевает Питер.

– Ага, Ракель ведь такая милая и добрая! И щедрая! Она тогда была очень дружелюбна не только с нами, но и со всеми людьми, которые нас слушали. Они тоже ее узнали и умоляли сфоткаться с ней. Кэмерон никому не отказала! Всем внимание уделила!

– Ох, слушайте, как же я рад, что этого подонка разоблачили, – с легкой улыбкой бодро признается Питер. – И что потом этого мужика унижали все, кому не лень. Так сказать, наказывали за то, что он врал.

– Да, хорошо, что тогда вся правда тогда всплыла наружу, – добавляет Даниэль. – Хотя и хотелось бы знать, кто посмел пойти на все это. Народ ведь так до сих пор не узнал своего антигероя, ибо он не стал раскрывать себя.

– Это мой бывший личный водитель, – хмуро отвечает Терренс.

– Твой бывший водитель?

– Не спрашивайте, почему он это сделал. Я и сам ничего не знаю. А если хотите знать, откуда мне это известно, то однажды он сам признался в том, что распространил те сплетни. Заплатил какому-то отморозку, чтобы тот строчил про нее ложные статьи.

– Ни хрена себе…

– Это точно… – поддакивает Питер. – Чем же она ему так не угодила?

– Не знаю, – задумчиво произносит Терренс. – Но Саймон Рингер ни перед чем не остановится.

– Саймон? Это его имя?

– Да.

– В любом случае мне очень жаль ее. Эта девушка очень красивая. Кажется умной и образованной. Она мне нравится.

– Да я до сих пор не понимаю, чего этот мужик привязался к ней, – уверенно говорит Даниэль. – Вроде Ракель не делала никому ничего плохого, а тут вдруг такое…

– И он не остановился, – спокойно заявляет Терренс.

– В смысле? – слегка хмурится Даниэль.

– Он собирается отомстить ей.

– Отомстить? – удивленно переспрашивает Питер. – Как это?

– Некоторое время назад Рингер разослал угрозы всем нашим родственникам и друзьям и не собирается останавливаться.

– Ничего себе…

– Значит, этот подонок продолжает травить ей жизнь? – удивляется Даниэль. – Да еще и приплел к этому делу ее семью и друзей?

– Где-то так, – спокойно произносит Терренс.

– О, черт, вот бедняжка… Мне так жаль ее…

– Да уж, вот у мужика крыша поехала, – хмуро бросает Питер. – Фанатик что ли какой?

– Обидно, что хорошие люди всегда страдают. Мне очень нравится Ракель. И я могу назвать себя ее поклонником. Очень красивая, умная и хорошо воспитанная, судя по ее интервью. Совсем не пустышка, с которой не о чем поговорить.

– Да, она очень красивая девушка, но характер у нее не самый лучший… – сухо признается Терренс.

– А?

– К тому же, она не умеет хранить верность тем людям, которых, как она говорит, сильно любит.

– Почему ты так говоришь? – слегка хмурится Питер.

– Наглая врунья! Притворяется для всех хорошей, чтобы никто не узнал, что она на самом деле самовлюбленная эгоистка.

– Черт, Терренс, ты что такое говоришь! – недоумевает Даниэль. – Как ты смеешь? Она же твоя девушка!

– Бывшая девушка.

– Что?

– Мы расстались. Некоторое время назад эта девушка собрала все свои манатки и свалила из моего дома.

– Расстались? – в один голос удивленно произносят Питер и Даниэль.

– Но почему? – недоумевает Питер. – Вы же казались такой идеальной парой! Вас даже включили в рейтинг самых красивых пар шоу-бизнеса!

– Если сам дом просто шикарный, и им все восхищаются, это еще не значит, что внутри него все такое же прекрасное, – без эмоций говорит Терренс.