Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

Глава 6.5

– Не смей говорить, что у меня проблемы с головой, – угрожает Терренсу пальцем Ракель. – Не смей… А иначе ты сильно об этом пожалеешь.

– А знаешь, я думаю, что в этом есть доля правды… Большая доля. И уже сейчас ты это демонстрируешь. Осталось только представить перед своими подружками во всей красе, чтобы они уж точно поверили Рингеру.

– Закрой свой грязный рот, подонок… ЗАКРОЙ!

– Кстати, а сколько соков ты выпила у своей семейки из-за своих истерик? – продолжает издеваться Терренс. – Сколько нервов они потратили на такую больную дуру, как ты?

– Я НЕ БОЛЬНАЯ!

– Не удивительно, что они так хотели поскорее сбагрить тебя какому-нибудь мужику. Ибо они уже устали бороться с твоими истериками. И понимают, что бесполезно тратить бабки на клиники, потому что тебе это все равно не поможет.

– Да чтобы у тебя засох язык… – сквозь зубы цедит Ракель. – Чтобы ты заткнулся раз и навсегда…

– Да уж… Ничто в мире не происходит без причины. Даже тот скандал, когда тебя якобы унизили незаслуженно. Рингер вовсе не врал. Он пытался рассказать всем правду. Которой, к сожалению, никто не поверил.

– Незаслуженно? НЕЗАСЛУЖЕННО ?

Ракель резко разворачивается к Терренсу лицом и уставляет на него свой ледяной взгляд, начав активно жестикулировать.

– Значит, это я, черт возьми, виновата в том, что Саймон оклеветал меня? – громко возмущается Ракель. – Виновата в том, что он заставил всех думать, что я – больная истеричка?

– Очень жаль, что я не слушал этого человека, когда он говорил мне, кто ты есть на самом деле, – уверенно говорит Терренс. – Уж мне бы точно не пришлось страдать… И с моей матерью все было бы хорошо.

– Серьезно? – ухмыляется Ракель. – Ты веришь тому лживому проходимцу? А не мне?

– Теперь я верю ему! И твои подруги тоже не сомневаются в том, что он говорил правду. Саймон привел очень убедительные аргументы, которые доказывают, что стоит кому-то связаться с тобой, то ему станет очень плохо.

– Ха, значит, ты уже забыл, как яро доказывал мне, что не верил этому мерзавцу и осуждал его выходку по отношению ко мне? – Ракель расставляет руки в бока, слегка прищурив глаза. – Забыл, как по его вине пресса поливала меня грязью? Забыл, как эта сволочь ловко настроила всех против меня?

– Если бы кто-то еще раз вернулся к той истории, я бы с радостью рассказал ОЧЕНЬ МНОГО всего интересного, – сухо заявляет Терренс.

– Это не правда! НЕ ПРАВДА!

– Да… – Терренс презрительно осматривает Ракель с головы до ног, пока та довольно тяжело дышит и крепко сжимает руки в кулаки. – Похоже, что история с твоими родителями повторяется… Твоя мать в свое время психанула и доставала твоего отца своими бесконтрольными истериками. Вот и ты идешь по ее пути и хочешь достать меня.

– Что? – широко распахивает глаза Ракель. – Причем здесь моя мама и мой папа?

– А притом, что твой папаша бросил ее из-за того, что она довела его. Твоя мамаша была больная на голову и всех изводила своими истериками. Неудивительно, что у него закончилось терпение. Жить с такой женщиной было бы подобием ада.

– Не смей говорить такое о моей маме, – угрожает Терренсу пальцем Ракель. – А иначе ты пожалеешь об этом.

– Что, хочешь сказать, что я вру? Что Саймон врет? Что его знакомый, который хорошо знал об истериках твоей матери, врал?

– Заткнись… Заткнись, а иначе я придушу тебя собственными руками.

– Что, неприятно слушать? – ехидно усмехается Терренс. – Привыкла, что все тобой восхищаются? Пытаешься упорно доказать всем, что ты чего-то стоишь? Хочешь постоянно слышать хвалебные оды?

– Не беси меня, козел! НЕ БЕСИ!

– Нервничаешь… Значит, я абсолютно прав.

– Не могу поверить… – Ракель качает головой. – Не могу поверить, что ты так легко забыл обо всем, что когда-то говорил и обещал. И не могу поверить, что ты хочешь выставить меня психованной идиоткой, у которой якобы поехала крыша.

– Да, а ты сейчас разве не ведешь себя, как психованная? – удивляется Терренс. – Орешь, как потерпевшая… Руками машешь… Глаза сейчас из орбит выскочат…

– Ах, это я ору и руками машу… – громко возмущается Ракель. – А себя ты не хочешь замечать? Не хочешь помнить, как ты прибежал сюда с бешеными болтами и начал орать на меня! Обвинять в том, что все происходящее – это моя вина!

– Ты и так прекрасно знаешь, что все это происходит по твоей вине. И к тому же, сама недавно винила себя в этом. Правда сейчас почему-то забрала свои слова назад и винишь во всем своего неподражаемого Саймона.

– А может, все происходит по твоей вине?

– Чего? – Терренс громко ухмыляется. – Ты чего городишь, сумасшедшая?

– Что если ты сам решил избавиться от меня и испортить мне жизнь к чертовой матери? Я уже надоела тебе, но ты не знаешь, как от меня отделаться! И не придумал ничего лучше, кроме как начать изводить меня своими истериками.

– Чего?

– Неужели ты все-таки имел какое-то отношение к распространению тех слухов? Неужели я была права, когда долгое время верила, что в этом есть твоя вина?

– Ты совсем что ли умом тронулась? – с вытаращенными глазами пальцем стучит по виску Терренс. – Больная истеричка!

– Что, МакКлайф, тоже занервничал? – ехидно усмехается Ракель, расставив руки в бока. – Значит, я тоже права? Ты решил от меня избавиться, да еще и жизнь мне подпортить? Надоело притворяться любящим? Надоело строить из себя невинного? Хорошего, милого парня, которым ты решил стать.

– Да что ты!

– Я еще не забыла, как долгое время ты был для меня главным подозреваемым в клевете. Не забыла, что ты угрожал разрушить мою жизнь и карьеру. И сейчас у меня снова появились причины подозревать, что ты был заодно с Саймоном и так или иначе помогал ему.

– О, блять… – Терренс с усталым стоном проводит руками по своему лицу. – Похоже, что Саймон был абсолютно прав… Ты действительно больная на голову. Такая же ненормальная, как и твоя мать.

– Не смей называть мою маму больной! – сжав руки в кулаки, шипит Ракель. – НЕ СМЕЙ!

– С тобой опасно находиться, ибо тебе в голову может запросто прийти мысль об убийстве.

– Чего?

– Я не удивлюсь, если однажды ты сопрешь откуда-нибудь пистолет и перестреляешь всех к чертовой матери.

– Совсем уже умом тронулся? – стучит пальцем по виску Ракель. – Саймон так промыл тебе мозги, что ты несешь черт знает что!

– Нет, девочка, наоборот ! – с презрением во взгляде бросает Терренс. – Саймон открыл мне глаза! Открыл глаза на то, кто ты есть на самом деле!

– Да? И кто же я на самом деле?

– Больная истеричная эгоистка, которая думает только лишь о себе и чихать хотела на тех, кто ее окружает!

– Да что ты? – Ракель скрещивает руки на груди. – Ты лучше посмотри на себя, дорогой мой. Орешь на меня без всякой причины, ищешь повод для ругани и винишь во всех грехах! Разве нормальный человек стал бы вести себя так?

– Отрицай это сколько хочешь, – уверенно говорит Терренс. – Но ты уже никак не скроешь правду. Правду о том, что ты всегда была больна. И что ты стала еще более психованной после того как начала работать моделью.

– Закрой свой рот, ублюдок… – сухо требует Ракель, довольно тяжело дыша. – Закрой… А иначе пожалеешь! ПОЖАЛЕЕШЬ! Я ТЕБЕ КЛЯНУСЬ!

– Я начинаю все больше прозревать и ясно понимать, что Саймон был абсолютно прав. Когда предупреждал меня о том, что не нужно было связываться с тобой. И я очень жалею, что не послушал его. И встал на твою сторону. Хотя это было очевидно . К тому же, были люди, которые когда-то работали с тобой когда-то давно и рассказали ему о твоих заскоках. Которые ты так старательно пыталась скрыть ото всех.

– Ха, ну раз ты так защищаешь Рингера, значит, все происходит по твоей вине, – грубо заявляет Ракель.

– Чего?

– Ты дал ему адреса и номера всех наших друзей и близких и решил обвинить в этом меня.

– Нет, это просто смешно… – громко усмехается Терренс. – У тебя не все дома!

– Нет, Терренс, это у тебя не все дома! Раз ты решил так подставить меня и испортить мне жизнь.

– А я могу испортить тебе жизнь. Запросто! Могу сделать так, что от тебя отвернутся все, кого ты знаешь, и все, с кем ты работала и работаешь. И будь уверена, мне уж точно поверят. Никто не усомнится в том, что я говорю правду.

– Да? Может, тогда ты признаешься в том, что работаешь на Рингера?

– Я?

– Неужели я была права, когда подумала, что вы – сообщники, которые решили сговориться против меня?

– Да ты совсем слетела с катушек…

– Неужели сейчас пришло время осуществить его планы? И ты начал делать все, чтобы подставить меня?

– О, блять… – Терренс с медленным выдохом качает головой. – Тяжелый случай…

– Ну так что, будешь признаваться? – интересуется Ракель. – Будешь признаваться, что ты в сговоре с этим подонком и вместе решили сделать так, чтобы я осталась совсем одна и сошла с ума из-за ваших регулярных издевательств надо мной?

– Я, конечно, знаю о женских заскоках и много раз проходил через это… Но никогда не думал, что однажды встречу ту, у которой их будет та-а-а-ак много.

– Что ж, не надо, не говори! Я уже все поняла еще тогда! И очень жалею, что в какой-то момент подалась твоим чарам и закрыла глаза на все свои подозрения. Хотя это была моя большая ошибка.

– К тому же, оказалось, что женские замашки и проблемы с психическим здоровьем – это настоящая адская смесь.

– О боже, как смешно это слышать… – тихо усмехается Ракель. – Как смешно…

– Похоже, что Саймон разбирается в людях намного лучше меня. Он сразу раскусил ту, что так усердно строила из себя невинного ангелочка. И захотел по своей доброте рассказать миру правду.

– Это у кого еще много замашек! Я бы поспорила!

– А что тут спорить? Здесь только одна истеричка! Психованная, эгоистичная дура!

– Да что ты? – громко удивляется Ракель. – А на себя не хочешь посмотреть? На то, каким психованным сейчас выглядишь ты!

– Уж я-то абсолютно здоров. В отличие от некоторых.

– Мало того, что ты орешь на меня и обвиняешь в немыслимых вещах, так еще и умудрился обработать моих подруг. Это из-за тебя они отказываются общаться со мной.

– Из-за меня?

– Из-за тебя!

– Вообще-то, им еще хочется жить ! Они не хотят сдохнуть из-за одной глупой больной девчонки, которой точно надо лечиться. Вот твои подружки и отказываются общаться с тобой. И вряд ли они захотят общаться с тобой вновь.

– Если ты не прекратишь настраивать их против меня, то я точно потеряю их.

– Я тебе обещаю, ты потеряешь не только подруг, – низким голосом уверенно заявляет Терренс. – Когда люди узнают, что ты на самом деле неуравновешенная и психованная, то твоя карьера уж точно будет разрушена к чертовой матери. Это случится не по причине клеветы, а по причине реальных доказательств, которые будут предоставлены всему миру.

– Желаю, чтобы твоя была разрушена к чертовой матери! – грубо бросает Ракель.

– Злись сколько хочешь, но ты и сама должна понимать, что рано или поздно правда обязательно выплывет наружу, и все узнают твою настоящую сущность.

– Хоть бы кто-то рассказал про твою сущность, мерзкий ты козел!

– К тому же, я не уверен, что и твои родственники будут рады видеть тебя… Что-то они не очень спешат навещать тебя и узнавать, как ты здесь поживаешь. Когда в последний раз ты говорила с ними? Неделю назад? Две? А может быть, месяц? Нет? Больше?

– Это не твое дело! НЕ ТВОЕ ДЕЛО!

– Что ж, кажется, я все понял. Ты не нужна этим людям. Они устали иметь дело с неуравновешенной дурой, которая выпила у них все соки. Которая может быть очень опасна для других.

– ЗАКРОЙ СВОЙ ГРЯЗНЫЙ РОТ! – во весь голос вскрикивает Ракель. – ЗАКРОЙ!

– Эти люди не могли дождаться дня, когда наконец-то смогут сплавить тебя мужику и вздохнуть с облегчением. Радуясь, что им больше не придется носиться с психованной девчонкой, которая повторяет судьбу своей матери и вот-вот может заставить всех отвернуться от нее.

– Ар-р-р, как же ты меня бесишь…

Ракель резко отворачивается от Терренса и полными злостью глазами начинает смотреть куда-то вдаль, довольно тяжело дыша и будучи не в силах забыть то, что она только что услышала от человека, который определенно получает удовольствие от того, что вот так издевается над ней. Который так спокойно обвиняет ее во всех грехах и считает психически нездоровой девушкой! Да еще и смеет что-то говорить про ее мать!

Ракель уж точно не ожидала, что Терренс окажется настолько подлым, мерзким и ужасным человеком… Точнее, она знала, что у него непростой характер. Однако девушка не думала, что ее возлюбленный поверит тому, кто так сильно хочет испортить ей жизнь и умудрился настроить против нее ее близких подруг и ее собственного парня, о любви к которому она уже давно не вспоминает.

– Так что, Ракель, советую тебе призадуматься, – с гордо поднятой головой уверенно говорит Терренс. – Ты осталась одна. Никто не захотел тебе помогать. Даже твои дедушка и тетя бросили тебя. Они не звонят тебе и не пишут. Им плевать на тебя. Не удивляйся, что эти люди так сильно мечтали выдать тебя замуж и проклевали тебе все мозги. Твой дед и твоя тетка мечтали избавиться от тебя. Мечтали переложить заботы на плечи мужика. Мужика, который уже реально устал от тебя.

– Так тебя никто не держит! – вскрикивает Ракель и указывает в сторону двери. – Вали! Иди куда хочешь!

– И знаешь, мне нисколько не жаль тебя. Совсем. Потому что ты заслужила все, что с тобой происходит.

– Что ты сказал?

– Что слышала. Все происходящее – это твое наказание. Наказание за то, что ты так мерзко поступила с теми, кто тебя любил.

Пришедшая в ярость и потерявшая всякое терпение Ракель резко разворачивается к Терренс, подлетает к нему и приподнимает руку, чтобы если не дать ему пощечину, так хотя бы просто посильнее ударить. Однако мужчина мгновенно реагирует на ее действие, ловко перехватив сначала одну руку своей девушки, а потом уже и вторую, когда она пытается ударить его как можно больнее, все больше начиная напоминать ту, о которой говорил Саймон и выглядеть как девушка с проблемами психики.

– Ну уж нет! – сухо бросает Терренс. – На этот раз я не позволю тебе так легко раздавать мне пощечины. НЕ ПОЗВЛЮ! СЛЫШИШЬ МЕНЯ!

– Пусти меня! – грубо требует Ракель, яро пытаясь освободить руки из хватки Терренса.

– Так! А ну успокойся! Успокойся, я сказал! УСПОКОЙСЯ! СЛЫШИШЬ МЕНЯ, ТВОЮ МАТЬ! – Терренс, вытаращенными глазами смотря на взбешенную Ракель, крепко сжимает ее руки, пока та пытается вырваться и брыкается. – ХВАТИТ! Я НЕ ПОТЕРПЛЮ ТВОИ ИСТЕРИКИ У СЕБЯ ДОМА!

– Я здесь ТОЖЕ живу! – сухо напоминает Ракель. – Так что это не только ТВОЙ дом!

– Посмотри на себя, ненормальная! – Терренс сильно встряхивает Ракель, крепко держа ее за запястья. – Ты все больше становишься похожей на пациентку психбольницы.

– Я НОРМАЛЬНАЯ! – во весь голос вскрикивает Ракель. – ЭТО ТЫ БОЛЬНОЙ! ТЫ! ТЫ! ТЫ!

– Каким же я был идиотом… Твою мать… Почему я не послушал Саймона? Почему я был таким слепым идиотом? Почему решил, что буду счастлив с такой больной особой? Которая с самого начала вела себя как ненормальная!

Терренс презрительно осматривает Ракель с головы до ног.

– Вот дебил-то… – ехидно усмехается Терренс. – Думал, что мне будут завидовать, ибо я заполучил такую классную девчонку. О которой мечтали все. Я был уверен, что мне нереально повезло! Но нет! Я стал жертвой ! Твоей жертвой!

– Ах, жертвой… – закатывает глаза Ракель. – Ах, бедненький… Жертвой он стал…

– Да остальные мужики даже не представляют, НАСКОЛЬКО им повезло, что они не связались с такой истеричкой, как ты. Я принял на себя эту ношу и теперь вынужден расплачиваться за это.

– Заткни свой поганый рот, сволочь, – со злостью во взгляде сквозь зубы цедит Ракель. – А иначе ты очень пожалеешь об этом.

– Мне реально жаль потраченное время. Время, которое я мог бы провести с любой другой хорошей и порядочной девушкой. Которая любила бы меня. И была бы НОРМАЛЬНОЙ!

– Я ЖЕ СКАЗАЛА, ТЕБЯ НИКТО НЕ ДЕРЖИТ! – раздраженно вскрикивает Ракель. – ВАЛИ КУДА ХОЧЕШЬ! МНЕ ПЛЕВАТЬ!

– ВОТ И ПОЙДУ! – громко бросает Терренс, уставив свои широко распахнутые, полные ненависти глаза в глаза Ракель. – ПОДАЛЬШЕ ОТ ТАКОЙ БОЛЬНОЙ ДУРЫ, КАК ТЫ!

– ВОТ И ПРЕКРАСНО! Я тоже жалею, что потратила на тебя больше года своей жизни! Сейчас бы жила спокойной жизнью и строила свою карьеру. А тут ты встал на моем пути и ИСПОРТИЛ МОЮ ЖИЗНЬ!

– Я уже давно понял, что тебе плевать на меня, и ты согласилась встречаться со мной только для того, чтобы твои родственнички отвалили от тебя.

– Ах, вот оно что…

– Мне очень жаль, что они ничему тебя не научили перед тем, как у нас начался роман. Не научили тебя быть хорошей девушкой. Ты знать не знаешь, что это вообще такое.

– А ты как будто знаешь! – закатывает глаза Ракель. – Как будто твоя мать несколько дней объясняла тебе, что значит быть хорошим возлюбленным!

– Если бы ты была нормальной девушкой и не забывала о моем существовании, то я был бы нормальным парнем.

– Ах, какой ты нежный! Забыли про тебя, бедненького!

– Хотя зачем пытаться что-то объяснить безмозглому человеку. Который еще и не дружит с головой.

– Лучше бы твоя мать объяснила тебе, что быть в отношениях – значит, поддерживать свою девушку и помогать ей решать ее проблемы.

– А с какой это радости я должен решать твои проблемы? – Терренс презрительно ухмыляется. – Да на кой черт ты мне нужна! У меня своих дел по горло, а я еще должен возиться с тобой! С человеком, которому вообще чихать на мои проблемы и ни за что не стала бы их решать.

– Вот ты и показал настоящего себя! – хмуро бросает Ракель. – Показал, как относишься ко мне!

– Ты сама во всем виновата!

– Я виновата?

– Наши отношения испортились только лишь по твоей вине. Из-за того, что ты наплевала на меня.

– Не надо все сваливать на меня! – возмущается Ракель. – Ты тоже имеешь к этому отношение и все это время был слишком занят собой.

– Уж кто и был занят собой, так это ты! Тебя волнует только лишь собственная персона и собственная карьера модели.

– Это ложь!

– Ты можешь потерять все и нисколько не расстроишься. Но если что-то случится с твоей карьерой, то ты этого не переживешь.

– Заткнись, сволочь! ЗАТКНИСЬ!

– Я говорю правду. И не собираюсь это скрывать.

– Закрой свой рот! Мерзавец! Подонок! ПАДЛА!

Ракель с трудом вырывает руки из хватки Терренса и хочет ударить его посильнее.

– НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, НЕНАВИЖУ! – во весь голос вскрикивает Ракель, находясь очень близко к тому моменту, когда она впадает в такую истерику, что людям и правда будет опасно находиться рядом с ней. – БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ, ТВАРЬ! ПРОКЛЯТ!

– Твои проклятия вернутся тебе бумерангом, – уверенно заявляет Терренс, пока что контролируя ситуацию и крепко удерживая руки Ракель.

– ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЫ ОСТАЛСЯ ОДИН! ЧТОБЫ ВСЕ НЕНАВИДЕЛИ ТЕБЯ И ПОЛИВАЛИ ГРЯЗЬЮ!

– Хватит уже орать! У меня уже голова начала болеть из-за твоих оглушительных оров.

– Желаю, чтобы настал день, когда ты перестал вести себя, как павлин, – грубо желает Ракель, яро пытаясь вырвать руки из крепкой хватки Терренса. – Чтобы у тебя никого не осталось! Чтобы ты, сука, дорого заплатил за все, что сейчас делаешь со мной!

– Да успокойся ты уже! УСПОКОЙСЯ!

– Будь уверен, однажды все вернется тебе бумерангом! Люди начнут отворачиваться уже от тебя! И ты никогда не сможешь не то что снова стать успешным актером, так еще и не будешь никому интересен как музыкант. Твои бездарные песенки никому не будут нужны! НИКОМУ, СЛЫШИШЬ! НИКОМУ!

– Так, если ты сейчас не успокоишься, я вызову скорую, чтобы они забрали в психушку, где тебе будет самое место, – громко угрожает Терренс, еще крепче вцепившись в руки Ракель и слегка тряся разбушевавшуюся девушку. – Мне надоело терпеть твои дикие вопли, которые слышит, наверное, вся округа!

– ДА ПУСТЬ ОНИ УСЛЫШАТ! ПУСТЬ УСЛЫШАТ, ЧТО РЯДОМ С НИМИ ЖИВЕТ МЕРЗКИЙ УБЛЮДОК!

– ДА ЗАТКНИСЬ ТЫ УЖЕ!

– ПУСТЬ ЗНАЮТ, ЧТО ТЫ СГОВОРИЛСЯ С РИНГЕРОМ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ УНИЧТОЖИТЬ МЕНЯ И ИСПОРТИТЬ МНЕ ЖИЗНЬ!

– Если ты сейчас не заткнешься, то очень сильно пожалеешь, – грубо угрожает Терренс.

– НЕ СМЕЙ МНЕ УГРОЖАТЬ! НЕ СМЕЙ!

– БЛЯТЬ, ДА КОГДА ТЫ НАКОНЕЦ-ТО ЗАТКНЕШЬСЯ? – Терренс резко отталкивает Ракель от себя и крепко сжимает руки в кулаки. – ТАК И ХОЧЕТСЯ ВРЕЗАТЬ ПО ТВОЕЙ НАГЛОЙ РОЖЕ, ЧТОБЫ ТЫ ХОТЬ НЕМНОГО УСПОКОИЛАСЬ!

– Врежь лучше самому себе, – сухо бросает Ракель. – Может, твои мозги встанут на место, и ты поймешь, каким психованным ублюдком ты сейчас выглядишь.

– Придержи свой язык за зубами, сучка.

– Так все, хватит! Я не желаю больше тебя слушать! Ты уже достал меня!

– Знала бы ты, как мне противно видеть твою рожу!

– Твою мать… – Ракель качает головой. – Поверить не могу… Поверить не могу, что я согласилась встречаться с тобой. Почему меня угораздило выбрать именно тебя ? У меня столько поклонников, среди которых я могла выбрать ЛЮБОГО! Но выбрала того, с кем мне даже стоять противно!

– От такой больной дуры любой мужик сбежит уже через несколько минут, – презрительно усмехается Терренс.

– Ты что-то до сих пор не сбежал! Уже больше года прошло, а ты все еще здесь!

– А я и не собираюсь больше оставаться с тобой!

– ВОТ И ПРЕКРАСНО! ЗНАЧИТ, МЫ РАССТАЕМСЯ!

– Слава богу, я не успел жениться на тебе. Ибо ты не достойна быть частью семьи МакКлайф. Наша фамилия не может стоять рядом с именем психически нездоровой истерички.

– ОТЛИЧНО! МЫ ОБО ВСЕМ ДОГОВОРИЛИСЬ!

Ракель резко разворачивается и собирается покинуть задний двор. Но стоит девушке направиться к двери, что ведет в гостиную, как вдруг Терренс резко перегораживает выход своим телом и свысока смотрит на свою девушку.

– Дай мне пройти, – скрестив руки на груди, спокойно требует Ракель.

– Ты никуда не уйдешь, – сухо говорит Терренс, все еще стоя в проходе как статуя.

– Дай мне пройти, я сказала!

– Ты уйдешь, когда я захочу!

– Ты мне не указ! Дай пройти!

– А чего ты так спешишь?

Терренс с ехидной ухмылкой снова берет Ракель под руку, делая это гораздо больнее и заставляя ее издать негромкий писк и сильно поморщиться от боли.

– Неужели ты запрешься в комнате и начнешь реветь? – сухо спрашивает Терренс. – От осознания того, что ты безнадежна! От того, что приносишь людям беды и несчастья.

– Как будто ты принес хоть кому-то счастье! – грубо бросает Ракель.

– Сколько бы ты ни ревела, никто тебе не поможет. Ты будешь страдать до конца своих дней и очень скоро останешься совсем одна.

– Я на все согласна, чтобы избавиться от тебя! Ты для меня как кость в горле! Как балласт, который тянет меня на дно. От которого я хочу избавиться в самое ближайшее время.

Ракель несколько раз наносит больные удары по рукам Терренса и затем со всей силы отталкивает его от прохода. В итоге мужчина слегка пошатывается, но все же сохраняет равновесие.

– Могу хоть сто раз повторить, что очень сильно жалею о том, что решила впустить тебя в свою жизнь, – уверенно, спокойно заявляет Ракель. – Наша встреча была огромной ошибкой, за которую я буду расплачиваться всю свою жизнь. За которую я никогда не расплачусь. Ибо цена слишком высокая. Мне и жизни не хватит, чтобы это сделать.

Ракель резко разворачивается и быстрым шагом уходит в дом, пока Терренс все еще стоит там, где стоял ранее, молча смотря вслед уходящей девушке и больше не пытаясь помешать ей уйти.

– В этом ты права… – спокойно произносит Терренс. – Абсолютно права…

Терренс медленно подходит к скамейке и присаживается на нее, с тихим выдохом проведя руками по лицу.

– Я думаю точно так же, как и ты, – добавляет Терренс. – Наша встреча с тобой и правда была роковой ошибкой, Ракель Эллисон Кэмерон. Ошибкой, за которую я тоже буду расплачиваться всю свою жизнь. И цена этой ошибки слишком велика. Мы еще долго не сможем за нее расплатиться. А я всю жизнь буду жалеть, что был таким слепым идиотом и не прислушался к тем, кто пытался донести до меня, что ты из себя представляешь.

Терренс снова тихо вздыхает с грустью во взгляде, еще какое-то время сидит на скамейке, что стоит на заднем дворе, и окидывает взглядом все, что видит сейчас перед собой. Мужчина совсем не жалеет о том, что только что наговорил Ракель, на которую определенно сильно злится, и которую всем сердцем ненавидит. Да, еще недавно он действительно обещал девушке не оставлять ее и помочь решить ее проблему. Но сейчас Терренса просто не узнать! Этот человек изменился в худшую сторону и начал позволять себе такие вещи, на которые не решился бы ранее. Трудно сказать, почему. Возможно, что он просто притворялся хорошим. А может, Саймон уже успел обработать его и настроить против собственной девушки, которую он не стесняется унижать и оскорблять.

***

После еще одной ссоры с Терренсом возбужденная Ракель выходит на улицу через главный вход, довольно тяжело дыша, едва сдерживая слезы и будучи оскорбленной всем, что только что услышала. Находиться в этом месте становится все невыносимее и невыносимее. Оно буквально душит ее. Девушка и раньше чувствовала себя не очень комфортно в том доме, который мужчина купил еще до того, как переехал в него со своей возлюбленной. Но сейчас, когда МакКлайф начал вести себя так отвратительно и не стесняется оскорблять, унижать и обвинять ее во всех грехах, это место стало едва ли не тюрьмой. Едва ли не тем местом, откуда так и хочется куда-то сбежать. И никогда не возвращаться…

Ракель какое-то время без дела наматывает круги напротив главного входа по всей территории, на котором расположен ее нынешний дом, не обращая внимания на ту красоту, что можно увидеть вокруг. Ярко-зеленая трава вокруг, маленькие кустики и цветочные клумбы, посаженные по краям кирпичного ограждения, прямые дорожки, сделанная из белоснежной плитки, по которой можно ходить и выезжать куда-то на машине. Территория не очень большая, но достаточно большая для того, чтобы прогуливаться так же свободно, как и на заднем дворе.

– Нет, я так больше не могу… – раздраженно говорит Ракель. – Не могу… Я хочу уехать отсюда… Мне надоело торчать в этих стенах… Надо куда-то поехать и где-то прогуляться. А иначе я сойду с ума в этом месте, из которого мне уже хочется сбежать.

Ракель медленно выдыхает с прикрытыми глазами.

– И когда-нибудь я обязательно отсюда уйду, – обещает Ракель. – Я не останусь здесь жить. Жить в том месте, которое никогда не было для меня родным. Том месте, где я чувствую себя ужасно. Пусть МакКлайф живет здесь один. И радуется, что ему и Саймону удалось извести меня.

Ракель нервно сглатывает.

– Да, я поеду… – кивает Ракель. – И плевать, кто там будет за мной следить. Мне уже больше нечего терять. Все плохое, чего я так боялась, уже случилось. Так что я сваливаю отсюда. И еду куда глаза глядят…

Спустя несколько секунд Ракель быстрым шагом возвращается в дом, поднимается по лестнице на второй этаж и направляется в свою комнату, чтобы найти ключи от своего автомобиля, сумку с вещами и телефон. А как только она берет все необходимое с собой, девушка почти бегом выходит из дома, направляется к своей машине, садится в нее, заводит мотор и покидает территорию дома, со всей силы нажимая на педаль газа и отправляясь куда глаза глядят.

***

Терренсу нужно какое-то время, чтобы немного успокоиться после этого непростого разговора. А когда он понимает, что стал достаточно спокойным, мужчина заходит в дом и быстро окидывает взглядом всю гостиную. А бросив взгляд на одно из окон, он обнаруживает, что машины Ракель нет на своем месте, и делает вывод, что девушка куда-то уехала. Терренс не знает, куда. Но определенно о чем-то думает, судя по его немного хмурому взгляду.

А немного погодя МакКлайф замечает, что Кристиана, одна из служанок, сейчас моет полы во всем доме с помощью швабры и тряпки, которую время от времени смачивает в специальном растворе, находящийся в стоящем рядом с ней ведре, и хорошенько отжимает. Недолго думая, Терренс спокойно подходит к ней и вежливо произносит:

– Кристиана… Можно тебя на секунду?

Кристиана отвлекается от своей работы, перестав мыть полы, выпрямляется и переводит взгляд на Терренса.

– Слушаю, мистер МакКлайф, – спокойно произносит Кристиана.

– Скажи, пожалуйста, ты случайно не видела здесь Ракель? – интересуется Терренс. – Она сейчас у себя в комнате?

– Э-э-э… Ракель… Так она же уехала!

– Уехала?

– Да… Я видела, как она села в свою машину и уехала несколько минут назад. А перед этим поднималась на второй этаж и что-то взяла из своей комнаты.

– Уехала, говоришь…

– Да, уехала…

Слова « уехала » сильно настораживает Терренса и заставляет серьезно о чем-то призадуматься. Однако он решает не говорить ничего лишнего и просто кивает.

– Хорошо, спасибо большое, – спокойно благодарит Терренс. – Можешь продолжать убираться.

Терренс разворачивается и медленно куда-то уходит, пока Кристиана провожает мужчину довольно странным взглядом.

«Что это с ним? – слегка нахмурившись и прищурив глаза, задается вопросом Кристиана. – Между ним и Ракель определенно произошло что-то серьезное, раз эта девушка уехала какая-то подавленная, а он выглядит так, будто ему сообщили что-то шокирующее. Они определенно поссорились… Очень сильно… Но почему? »

Кристиана слегка хмурится.

« Неужели их одержимость работой все-таки привела к тому, что они окончательно охладели друг к другу? – недоумевает Кристиана. – Похоже, так оно и есть. Хотя мы неоднократно предупреждали их, что ни в коем случае нельзя забывать друг о друге. И вот пожалуйста! Между Терренсом и Ракель будто черная кошка пробежала. »

Кристиана качает головой.

«Нет… – думает Кристиана. – Конечно, я все понимаю… Все пары ругаются время от времени… Но эти двое что-то уж очень сильно разругались, раз уже почти неделю не разговаривают друг с другом. Или собачатся, когда встречаются где-нибудь.»

Кристиана тихо вздыхает.

« Ох, молодежь… – качает головой Кристиана. – Думают только о себе… Раз уж встречайтесь или женитесь, то будьте добры заботиться друг о друге. И слушать… Поддерживать… Если так и дальше будет происходить, то Терренс и Ракель точно решат расстаться. Точнее, этого не избежать… Однако я более, чем уверена, что они не извлекут никаких уроков. И будут они сходиться и расставаться по несколько раз. Ох, господи… »

Еще немного подумав о том, что Терренс и Ракель могут довести свои отношения до расставания, Кристиана отбрасывает свои мысли в сторону, быстро прочищает горло и начинает намывать полы с помощью швабры, тихонько напевая себе под нос какую-то песенку, чтобы хоть как-то развлечь себя во время работы.

***

А в это время Наталия находится дома у Анны и проводит свое свободное время с ней. Девушка все-таки сумела побороть свой страх того, что ее кто-то преследует, и решила навестить свою подругу, которая все еще не может выйти из дома без разрешения родителей. Правда ее отец и мать до сих пор не знают о том, что Анна часто убегает из дома, чтобы встретиться со своим тайным поклонником или подругами.