Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

Глава 9.3

– Да, прошло достаточно много времени… – задумчиво говорит Ракель, слегка встряхнув головой, чтобы убрать с глаз прядь волос.

В этот момент Даниэль подходит к Анне и мило целует ее в щеку, нежно приобняв одной рукой, пока та скромно улыбается ему и отвечает взаимностью.

– Полагаю, вы говорили обо мне? – с хитрой улыбкой интересуется Даниэль.

– Мы говорили обо всем на свете, и о тебе тоже, – дружелюбно отвечает Анна, погладив Даниэля по той руке, что лежит на спинке дивана.

– Кстати, а вы давно здесь болтайте?

– Ну по словам Анны мы с Наталией пришли сюда через час после твоего ухода, – задумчиво говорит Ракель.

– Ох, значит, не так давно… Ну тогда простите, что помешал вашей милой беседе. Если хотите, то можете пойти в мою комнату и поговорить там. А я посижу здесь, телевизор посмотрю.

– Нет, ты вовсе не помешал нам! Ты же знаешь, что мы всегда рады повидать тебя.

– И мы не будем возражать, если ты тоже присоединишься к нашему разговору, – уверенно отвечает Анна.

– Да, Даниэль, присоединяйся, – дружелюбно предлагает Наталия. – Поболтаем немного. Ты совсем не помешаешь нам.

– Ну раз милые девушки просят меня об этом, то я не могу им отказать, – со скромной улыбкой уверенно говорит Даниэль.

С этими словами Даниэль мягко гладит Анне затылок и немного поправляет ей волосы, пока та с нежной улыбкой гладит его свободную руку.

– Вы так мило смотритесь друг с другом, – со скромной улыбкой отмечает Ракель. – Я так рада, что моя подружка нашла того, кого так сильно любит, и кто с такой нежностью смотрит на нее.

– Ну знаешь, вы с Терренсом тоже классно смотритесь вместе, – отвечает Даниэль. – У вас самая настоящая страсть. Страсть, которой я не замечал ни у одной другой пары.

– Как однажды сказала подруга моей тети Алисии, мы предназначены друг другу судьбой, – пожимает плечами Ракель.

– Это точно! Я уверен, что вы были созданы друг для друга и в любом случае должны были бы встретиться и пожениться.

В этот момент Даниэль присаживается на диван рядом с Анной и закидывает руку вокруг ее шеи, нежно прижав ее к себе и мило поцеловав ее в висок.

– Ты прав, приятель, – дружелюбно хихикает Ракель. – Я уже не могу представить себе кого-то другого вместе Терренса. Он – единственный, кого я хочу видеть рядом с собой.

– Терренс говорил то же самое про тебя, – дружелюбно отвечает Даниэль. – Сказал, что никогда не отпустит тебя и сделает все, чтобы вы всегда были вместе.

– Ракель говорит нам то же самое и сама не собирается отдавать Терренса никакой другой девчонке, – уверенно говорит Анна.

– О, хоть его и окружает куча его поклонниц, которые мечтают быть на месте твоей подруги, я уверен, что у Ракель нет повода беспокоиться, ибо этот человек не променяет ее ни на какую другую девчонку.

– В этом случае я спокойна и полностью доверяю Терренсу, – скромно улыбается Ракель. – Однако я все равно начеку и слежу за всеми поклонницами, которые крутятся возле него.

– Возможно, и я буду следить за своим красавчиком, если он станет известным и будет музыкантом, – шутливо говорит Анна, прижавшись поближе к Даниэлю и положив голову ему на плечо. – И буду шваброй отгонять от него всех девчонок, которые начнут вешаться ему на шею.

– Но тебе беспокоиться нечего, моя принцесса, – уверенно отвечает Даниэль, мягко шлепнув Анну по носу. – У меня уже есть любимая девушка, которую я ни на кого не променяю.

– Однако я все равно на чеку, помни это.

– Можешь расслабиться. Если я встречаюсь с девушкой, то всегда предан только ей.

– Я верю, милый.

Анна мило целует Даниэля в щеку и прижимается к нему, пока тот крепко обнимает ее и нежно гладит по голове. Ракель все это время наблюдает за ними с искренней улыбкой и по-настоящему счастлива за них. А вот Наталия смотрит на них с грустью во взгляде и думает о чем-то не очень приятном, что заставляет ее поникнуть и стать довольной молчаливой.

– Эй, Наталия, что-то сегодня ты не слишком общительная и какая-то грустная… – слегка хмурится Даниэль, подозрительно рассматривая Наталию. – С тобой все в порядке?

– Э-э-э… – запинается Наталия и натягивает на лицо что-то вроде улыбки, дотронувшись пальцами до своих волос. – Со мной все в порядке… Просто слушаю то, что вы говорите… И засмотрелась на тебя с Анной… Вы так мило смотритесь друг с другом…

– Кстати, твои подружки думают, что происходит что-то, что заставляет тебя грустить.

– Да нет, им показалось ! – фальшиво улыбается Наталия, нервно одергивая браслет на руке. – У меня ничего не происходит…

– У тебя вроде бы бабушка болеет… Неужели ты так переживаешь из-за нее?

– Она ведь мой близкий человек, которого я безумно люблю. Я ездила в Мехико с родителями, чтобы помочь им заботиться о ней и хоть немного разгрузить их. Они и так слишком много на себя взвалили. Мне больно смотреть на то, как мои родители разрываются между ней и работой и между Нью-Йорком и Мехико.

– В любом случае я желаю твоей бабушке скорейшего выздоровления. К счастью, никто из моих близких и знакомых не болел раком, но я знаю, насколько это коварное заболевание. О нем в последнее время очень много говорят.

– Я знаю… – кивает Наталия. – Спасибо огромное за поддержку, Даниэль. Мне сейчас нужны любые добрые слова… Хоть лечение и помогает бабушке, я не могу быть полностью уверенной в том, что она поправится. Ты и сам понимаешь, что иногда даже огромные деньги не могут помочь спасти человека от такой напасти.

– Понимаю… Но ты все равно продолжай верить в лучшее.

– Я стараюсь.

Даниэль едва заметно улыбается, дабы поддержать Наталию, но понимает, что девушка как будто не до конца откровенна с ним и в чем-то точно лжет. Он не сомневается в этом, видя, что в ее глазах уже давно погас некий блеск, и они стали слишком грустными, а она сама стала очень тихой и неразговорчивой. Мужчина решает осторожно расспросить девушку о ее отношениях с Эдвардом. Но Ракель, помня о своем договоре с Терренсом, решает поговорить о делах группе.

– Кстати, Даниэль, а что там происходит с группой? – интересуется Ракель. – Мы слышали, что вы находитесь на грани распада…

– Это долгая и запутанная история… – резко проведя рукой по волосам и тихо выдохнув, хмуро отвечает Даниэль. – После тура с Лиамом, Нейтоном, Заком и Бредом из «The Loser Syndrome» все как-то резко изменилось. Поначалу никто из нас этого не замечал, но потом ситуация становилась все хуже и хуже.

– Но ты ведь прекрасно знаешь, почему все изменилось.

– Да, это все Питер.

– Почему ты так обозлился на него, Даниэль? – с грустью во взгляде интересуется Ракель. – Вы же были хорошими друзьями! А тут вы в одночасье превратились во врагов, которые не могут даже на одной территории находиться.

– В многом из-за его безответственности. Питер никогда не вел себя подобным образом. Но потом его как будто подменили, и он на все наплевал. Ночные клубы, выпивка, похмелье, отказ работать, срыв записи песен и репетиций… Меня злит то, что вполне нормальный с виду человек так резко изменился и наплевал на нас и свою работу.

– А ты не думал, что можешь быть сам причастен к его поведению? – интересуется Наталия. – Что если он стал таким из-за тебя? Из-за твоих издевательств насчет того, что у него нет девушки?

– Но он сам виноват в том, что у него нет девушки. Захотел бы – уже давно познакомился с хорошей девчонкой и полюбил ее. Но Роуз же не хочет! И вместе этого с завистью смотрит на влюбленные пары и тихо ненавидит их.

– Да, но зачем надо так унижать его? – недоумевает Ракель. – Питер же не виноват в том, что нет девушки, которую он может полюбить! А ты бы вместо того, чтобы глумиться над ним и называть импотентом, лучше бы поддержал его или вообще не говорил об этом.

– Вот именно! – восклицает Наталия. – Терренс говорил, как ты постоянно находил повод уколоть его и посмеяться над неудачами Питера. И какой ты после всего этого друг? Сейчас у нас есть все причины винить именно тебя в предательстве друга, который явно не ожидал от тебя подобного.

– Ну да, согласен, называть его импотентом было слишком, – резко выдыхает Даниэль. – Но в остальном я абсолютно прав и не считаю себя виноватым. Не моя проблема в том, что у Роуза полно тараканов в голове.

– Извини, Даниэль, но ты поступаешь просто омерзительно , – уверенно заявляет Ракель. – Что Питер сделал тебе, раз ты так обозлился на него? Зная то, как ты себя ведешь, мы уверены в том, что его реакция на твои действия была вполне естественной. Любой бы вышел из себя после слов, что ты ему сказал.

– И знаешь, нам все больше начинает казаться, будто ты притворяешься , – добавляет Наталия. – Притворяешься хорошим, хотя на самом деле таковым не являешься. Раз у тебя хватило совести предать своего собственного друга и заставить его разочароваться в тебе, то тебя нельзя назвать хорошим.

– Нет, девчонки, не говорите так! – округляет глаза Даниэль. – То, что я сильно разругался с Питером, это не значит, что меня можно записать в подонки.

– Но поступаешь ты как подонок. Может, все на самом деле иначе, но до тех пор, пока мы не знаем всей истории, у нас полное право опасаться, что ты – не тот, за кого себя выдаешь.

– Послушайте, Наталия, Ракель… Да, я признаю то, что поступил с ним не слишком красиво. Но не надо защищать и его самого, ибо вина также лежит и на этом человеке. Питер вовсе не святой и не заслуживает того, чтобы его защищали.

– Ты можешь наконец признаться в том, что между вами произошло? – интересуется Ракель. – По словам Терренса, вы оба вините друг друга и отказывайтесь признаться в том, что произошло. Неужели тебе так трудно признать свою вину в том, что Питер стал таким из-за тебя? Ты как будто знаешь, что это правда, но отказываешься это принять.

– Я не говорю, что вообще не виноват. Но все же большая вина лежит именно на Питере. Если хотите что-то узнать, то спрашивайте с него. Единственное, в чем я признаюсь, так это в том, что погорячился, когда сказал, что он – импотент и бездарен в постели. В этом случае я сожалею .

– И заметь – именно поэтому Питер и набросился на тебя с кулаками, а Терренс едва смог разнять вас. Ты определенно затронул больную для него тему.

– Если бы Терренса там не было, я бы точно набил этому идиоту лицо и немного подправил мозги. Ему давно нужна хорошая встряска. Может, тогда он прозреет и что-нибудь поймет.

– Прости, Даниэль, но это уже слишком, – неуверенно говорит Анна, отстранившись от Даниэля. – Пока что у нас и правда есть причины подозревать именно тебя в его проблемах. И в распаде группы будут винить в этом не его. Ибо ты довел его своими издевательствами.

– Я не виноват в этом! – уверенно заявляет Даниэль. – Почему вы все так уверены, что именно я довел Питера до того, что он стал безответственным и невыносимым идиотом? У него есть голова на плечах, и он прекрасно понимает, что делает. Я не имею никакого отношения к тем демонам, которыми он одержим.

– Может, он и виноват, но ты точно только больше все усугубил. Если его проблемы начались намного раньше, чем мы думаем, то подобные разговоры еще больше ранят Питера и заставляют его чувствовать себя еще хуже.

– Ты прекрасно знаешь – я много раз пытался познакомить его с девушками и подтолкнуть на знакомство с теми, кого мы встречали на улице. Но он осознанно отказывался даже смотреть на кого-либо. Даже если встречались очень милые и умные на вид девушки. А потом делал вид, что ничего этого не было, и завидовал тем, кто состоял в отношениях.

– Слушай, по-твоему, если парень не хочет встречаться с девушкой и не хочет бросаться на всех встречных, то он какой-то нездоровый? – удивляется Наталия. – Такое чувство, будто для тебя противоестественно то, что мужчина просто ждет встречи с хорошей девушкой, а не перебирает всех подряд, у которых могла быть уже куча любовников.

– По крайней мере, я никогда не отвергал девушку и всегда соглашался хотя бы просто поговорить с ней. А он даже не хочет сказать « привет » какой-нибудь девчонке. Понимаю, что страшно, но все с чего-то начинают.

– Значит, тому есть причина, – уверенно говорит Ракель. – И если ты продолжишь вести себя так омерзительно и давить на Питера своими злостными комментариями про его отношения с девушками и навыки в сексе, то он уже никогда не признается во всем, перестанет тебя уважать и не сможет больше доверять тебе.

– Буду откровенен – мне грустно из-за того, что я потерял друга, с которым всегда было здорово. Но раз он решил разрушить нашу дружбу и забыть, сколько я для него сделал, и через что мы прошли, то, пожалуйста. И если вдруг группу удастся каким-то чудесным образом спасти, то Питеру придется покинуть ее. Мы с Терренсом не сможем работать, если этот человек будет с нами.

– Неужели тебе совсем не жалко Терренса? – с грустью во взгляде интересуется Наталия. – Ведь он разрывается между вами двумя, пытаясь сделать хоть что-то, чтобы помирить вас и спасти группу. Если Питер сам покинет группу или будет выгнан из нее вами, то это не решит проблему. Признай – он нужен вам как барабанщик, и без него вы не сможете быть теми, кем являйтесь. А новый может не понять ваши желания и будет настаивать на том, чтобы вы стали тем, кем не хотите быть.

– Безусловно, мне очень жалко Терренса. Я сожалею, что все так складывается. И сейчас я мог бы согласиться поговорить с ним о судьбе группы и предложить ему попросить Роуза уйти из группы, а самим продолжить стремиться к своей мечте вдвоем.

– Даниэль…

– Кстати, Ракель… – Даниэль замолкает на пару секунд, а потом, слегка нахмурившись, переводит взгляд на Ракель. – А почему Терренс не отвечает на мои звонки? Я пытался позвонить ему несколько раз за последние пару дней, но он не отвечал.

– Разве? – удивляется Ракель. – А он говорил, что тоже пытался тебе позвонить, но твой телефон все время был отключен. Терренс долго пытался дозвониться до тебя и Питера, но потом забил на это дело.

– Может быть, мы звонили друг другу в разное время? Потому что какое-то время мой телефон действительно был выключен. Я хотел немного успокоиться и не был готов встретить Терренса.

– Может быть… – задумчиво произносит Ракель и откидывается на спинку дивана.

– Да, а когда вы собирайтесь собраться все вместе, чтобы обсудить судьбу группы? – интересуется Наталия. – Ни один из вас не сможет прятаться и избегать друг от друга до конца своих дней. А это значит, что тебе и Питеру придется встретиться.

– Знаю… – тихо произносит Даниэль.

– Кроме того, Терренсу постоянно звонит Джордж Смит, ваш менеджер, – добавляет Ракель. – Он уже и к телефону боится подходить, потому что этот человек сильно давит на него и заставляет вас троих предоставить хоть какой-то материал. Этот человек буквально хочет, чтобы МакКлайф брал вас за шкирку, тащил в студию работать и проявил к вам жестокость.

– Я видел, что Джордж и мне несколько раз звонил, но не отвечал, ибо не мог ничего ему сказать.

– И долго ты собрался бегать от него? – удивляется Наталия. – Хочешь, чтобы однажды он приехал к тебе домой и надрал задницу?

– Девочки правы , Даниэль… – тихо говорит Анна и кладет руку на плечо Даниэля, с грустью во взгляде смотря на него. – Рано или поздно вам все равно придется встретиться, чтобы решить дальнейшую судьбу группы. А тебе и Питеру еще и надо спокойно обсудить все свои претензии и постараться помириться, если вы хотите, чтобы группа осталась в прежнем составе и продолжила следовать стилю, который вы выбрали.

– Я знаю, милые девушки, но для нас будет очень непросто, – с грустью во взгляде отвечает Даниэль. – И несмотря на то, что я готов поговорить с Терренсом, у меня нет желания навязываться, если он не хочет. И… Несмотря на злость, я также не хочу усугублять еще больше и разругаться с Питером до того, чтобы один из точно отправил в больницу другого. Мне по горло хватает того, что между нами происходит…

– Терренс говорит примерно то же самое, – задумчиво отмечает Ракель. – Он тоже считает, что не готов видеть вас обоих, потому что снова будет чувствовать себя между двух огней. Ему ужасно неприятна вся эта ситуация, и он близок к тому, чтобы распустить группу по своему желанию. Без обсуждения своего решения с вами. Терренс устал бороться с вами и быть единственным, кто заинтересован в спасении группы.

– Да, я прекрасно понимаю… Но у нас есть только два выхода: либо выгонять Питера и продолжить работать вдвоем, либо распустить группу и жить обычной жизнью.

– Ты не хочешь навязываться Терренсу из-за Питера? – интересуется Наталия. – Из-за того, что встретившись с ним для разговора с группой, тебе придется видеть и блондина.

Даниэль на несколько секунд призадумывается и затем резко выдыхает со словами:

– Да, Наталия… Если я встречусь с Терренсом, то мне придется видеться и с Питером. А как я уже сказал, мне не хочется еще больше ругаться с ним и либо оказаться по больнице, либо отправить его туда. Сейчас, пока его нет рядом, я могу говорить о Роузе совершенно спокойно и немного жалеть его. Но думаю, что стоит мне только увидеть его где-то поблизости, то во мне проснется обида.

– Но за что ты на него злишься? – удивляется Наталия. – Неужели только лишь из-за того, что он стал отказываться работать и зачастил с походами в клуб и выпивкой?

– Да, ты злишься на него из-за того, что он подводит вас? – интересуется Анна. – Или есть еще какая-то причина?

Даниэль снова задумывается на несколько секунд, немного нервничая и крепко сцепив пальцы рук. А потом он резко выдыхает и медленно выпрямляется.

– Может, в какой-то степени я и виноват в этом… – неуверенно говорит Даниэль. – Но все же большая часть вины лежит именно на Питере. Потому что наш конфликт начался по его вине. Из-за одного его поступка.

– Какого поступка? – слегка хмурится Ракель.

– Я и раньше видел, что с Роузом что-то происходит, но не предавал этому значения и не пытался поговорить с ним и попросить рассказать всю правду… – Даниэль на секунду бросает взгляд в сторону. – В один из дней я увидел, что у него плохое настроение, и решил подбодрить. Но, вместо того чтобы улыбнуться и повеселить, он внезапно психанул и начал высказывать мне какие-то претензии и обвинять в каких-то непонятных вещах… Этот человек долго кричал на меня, обзывал обидными словами и посылал меня куда подальше… Я тоже психанул и начал пререкаться с ним и кричать на него… Наш конфликт настолько обострился, что Роуз со всей силы ударил меня по лицу. Это стало моей последней каплей. Я тут же ударил его в ответ и крикнул, что ему надо лечиться… Так слово за слово и пощечина за пощечиной, и в итоге Питер настолько психанул, что набросился на меня с кулаками и начал избивать. А я, разумеется, защищался. Он бы запросто убил меня, но вовремя додумался остановиться и куда-то свалил…

Рассказ Даниэля приводит всех девушек, которые переглядываются между собой, в шок. Ракель прикрывает рот рукой, Наталия качает головой, а Анна с грустью в широко распахнутых глазах смотрит на Даниэля.

– Ничего себе… – тихо говорит Ракель.

– Вот это да… – шепчет Наталия.

– Хочешь сказать, что ваши отношения испортились именно из-за Питера, который набросился на тебя? – удивляется Анна.

– Да, именно поэтому между нами и происходят все эти ссоры, – с грустью во взгляде отвечает Даниэль. – Я же не могу позволить ему просто так унижать меня и избивать. Это попытка защитить себя.

– Значит, получается, твои обвинения отчасти правдивы: Питер и правда виноват в том, что произошло, – задумчиво заключает Наталия.

– Но что ты такого сказал, раз Питер так психанул и набросился на тебя с кулаками и пощечинами? – удивляется Ракель.

– Ну… – неуверенно произносит Даниэль, слегка прикусив губу. – Ничего особенного… То же, что и всегда… Сколько раз говорил ему подобное, но Питер никогда не реагировал так бурно. А тут вдруг с катушек слетел…

– Значит, ты опять завел тему о его отношениях с девушками и надавил на больное?

– Я просто сказал правду, которую он отказался признавать. Моей вины в том, что он так бурно реагирует на подобные вещи, нет.

– Неужели ты не мог придержать язык за зубами и увидеть, что человека эта тема ранит? – хмуро недоумевает Наталия, скрестив руки на груди. – Извини, Даниэль, мы с девочками не имеем ничего против тебя и хорошо относимся к тебе. Но ты получил то, что заслужил. Роуз надавал тебе люлей по делу.

– Поверьте, девочки, я не хотел, чтобы все так произошло, – искренне отвечает Даниэль. – Но этот человек реально вывел меня, и мне пришлось защищаться от него. У Питера уже давно есть какие-то проблемы с головой, только он никому не хотел о них говорить, потому что трусит. Хотя всегда позиционировал себя как честного человека, для которого сказать правду – дело чести. Но теперь видно, что это всего лишь пустые слова.

– А Терренс знал об этом конфликте? – слегка хмурится Ракель. – Он был его свидетелем?

– Нет, в тот день он куда-то вышел. Не помню точно, что он тогда делал, но о причинах нашей с Питером ссоры никто из нас ему не говорил. Хотя Терренс сразу же догадался, что мы поссорились, но не мог понять, когда именно. Ему казалось, что все началось еще во время тура « The Loser Syndrome », ибо Роуз уже тогда ходил какой-то потерянный и странно себя вел. Но на самом деле это не так.

– Но как давно это произошло?

– Тур начался в середине июня, и мы пробыли там где-то до начала августа, а потом вернулись в Нью-Йорк. А где-то два или три дня спустя произошла та самая ссора, о которой я рассказал.

– Вы были в студии или где-то еще? – интересуется Наталия.

– Нет, мы были дома у Питера. Мы с МакКлайфом и Роузом договорились встретиться дома у белобрысого. Хотели позвать и Эдварда, но не смогли дозвониться до него… Но это не важно… И как я уже говорил, в какой-то момент Терренс куда-то вышел на несколько минут, а мы с Питером остались одни и разругались в пух и прах…

– Боже, ну и история… – задумчиво говорит Анна. – И хочешь сказать, что с того дня вы ругались каждый раз, когда встречались и срывали работу?

– Да… Когда я выходил из себя, когда он с катушек слетал… Но до поры до времени мы как-то умудрялись держаться и не бить друг другу лица на глазах Терренса. Все обходилось лишь словесной перепалкой. Однако в тот день, когда мы в последний раз встречались все вместе, Питер сам набросился на меня.

– Неужели нет никакого шанса все исправить? – с грустью во взгляде интересуется Наталия. – Вы ведь были такими хорошими друзьями! Неужели ты готов разрушить дружбу с Питером и не дать ему шанса объяснить все?

– Боюсь, что нет… – тихо вздыхает Даниэль. – Мне неприятно знать, что у меня больше нет друга, но мы уже больше не сможем снова нормально ладить. По крайней мере, до тех пор, пока Питер не объяснит свое поведение, не извинится за свое омерзительное поведение и не станет тем ответственным человеком, которого я встретил несколько лет назад. Но поскольку он и думать не думает об этом, то я даже разговаривать с ним не хочу.

– У всего этого должна быть какая-то причина, – уверенно предполагает Анна. – Питер же не мог так резко измениться и начать выпивать по своему желанию. Уверена, что у него есть проблемы, из-за которых он и стал таким.

– Ну с головой у него точно не в порядке… А насчет других проблем ничего не могу сказать. Но даже если они и есть, то у меня нет причин винить себя в его проблемах. Я ни в чем не виноват!

– Неужели тебе вообще наплевать на него, и ты даже не хочешь попытаться сделать первый шаг к примирению? – с грустью во взгляде интересуется Ракель. – Питер далеко не чужой тебе человек. Ты знаешь его намного дольше, чем мы все, и научился находить к нему подход.

– Если Питеру не нужны друзья, и он плюет на них, то и я не собираюсь тратить на него свое время и быть ему нянькой. Он уже не маленький мальчишка и сможем позаботиться о себе. А если это волнует Терренса, то я не буду возражать и позволю ему делать то, что он хочет.

– Не будь таким жестоким, Даниэль… – с грустью во взгляде просит Анна. – Все наши слова, конечно, всего лишь предположения, но я уверена, что в них есть доля правды. И мы вполне могли бы сами поговорить с Питером и посмотреть на то, в каком он состоянии. Если вы с Терренсом бросите его, то мы сделаем все, чтобы помочь вам спасти группу и вытащить Пита из депрессии.

– Не забивайте этим голову, девчонки, – качает головой Даниэль и мягко целует Анну в висок, придерживая ее за затылок. – У вас своих дел и проблем хватает, и вам не надо думать еще и о том, как спасти группу и помочь этому человеку.

– Но мы же переживаем и хотим как-то помочь тебе и Питеру хотя бы перестать собачиться, как кошка с собакой, и спасти группу Терренса, – тихо говорит Наталия. – Которую он не хочет терять, даже если говорит, что готов пожертвовать ею, если ему не удастся примирить вас.

– Я соглашусь остаться в группе и бороться за нее, только если Питер уйдет из нее. Этот человек точно погубит нас и потащит за собой. А я все еще хочу осуществить свою мечту и выступать на большой сцене перед огромной публикой.

– Помните, что мы все еще очень хотим услышать ваши песни, – мягко говорит Ракель. – Однажды я бывала в студии и услышала небольшой фрагмент песни, которая мне безумно понравилась. Вы просто обязаны выпустить ее в свет. Та песня определенно будет шедевром.

– Та песня не является окончательной, – с легкой улыбкой отвечает Даниэль. – Мы довольно давно написали ее втроем, но нам все равно постоянно хочется что-то в ней поменять. Она прекрасна, но не доведена до совершенства.

– Уверена, эта песня была бы потрясающей в любом исполнении, – уверенно говорит Ракель.

– Согласен, но к сожалению, мы вряд ли ее выпустим, ибо группа может распасться. Возможно, что Терренс не будет стремиться спасти ее, ибо у него есть все возможности начать сольную карьеру. Он не будет расстраиваться, если « Against The System » придет конец. А я не смогу взять в нее других ребят и своими силами обрести популярность или создать новый проект. Получается так, что сейчас все зависит от МакКлайфа. От его желания спасти или уничтожить группу. Он – единственный, кто может прославить ее и добиться известности.

– И все-таки мы просим вас не сдаваться и бороться за группу до последнего, – уверенно говорит Анна. – Ну а даже если Терренс откажется, то ты все равно сможешь потихоньку обрести популярность. О тебе же знают уже очень многие люди, а некоторые до сих пор смотрят ваши каверы, которые вы публиковали на YouTube. Тебе будет чуть проще создать свой проект и сделать так, чтобы твоя мечта стала реальностью.

– Это было бы неплохо… – тихо вздыхает Даниэль. – Хотя в успехе моего сольного проекта не может быть полной уверенности, ибо…

Так как у Даниэля начинает звонить мобильный телефон, лежащий в кармане его джинсов, он не успевает договорить то, что хотел сказать. Пока Ракель, Анна и Наталия вопросительно переглядываются между собой и внимательно наблюдают за мужчиной, он медленно встает, подходит к окну, достает смартфон и отвечает на звонок.

– Алло, – без эмоций произносит Даниэль.

– Вот еще один бездельник нашелся и перестал игнорировать мои звонки! – громко восклицает незнакомец. – Да вы сегодня сделали меня невероятно счастливым, ребята!

– Мистер Смит? – широко распахнув глаза, растерянно произносит Даниэль. – Это вы?

– Нет, мать твою, это девушка ваша! – грубо отвечает Джордж. – Разумеется, это я! Джордж Смит, собственной персоной!

– Э-э-э… Простите… Я… Не думал, что вы позвоните…

– Ха, не думал он! – сухо бубнит Джордж. – Мистер Перкинс, вообще-то я несколько раз пытался позвонить вам на мобильный. Но вы не ответили ни на один из звонков. Хотя прекрасно видели все мои звонки и знали , что я разыскиваю вас.

– Мистер Смит, позвольте мне объяснить…

– Ничего не желаю слушать! Не пытайтесь оправдаться передо мной за свое поведение.

– Я не пытаюсь оправдаться… Просто…

– Замолчите и слушайте меня, молодой человек. Значит так, я жду вас и всю вашу группу в своем офисе вашего пиар-агентства к трем часам дня. Я уже предупредил о встрече еще одного балбеса и самого ответственного человека, который хоть что-то делает ради спасения вашей группы. Так что можете не утруждать себя звонками. И клянусь, если я не увижу вашу великолепную троицу у себя в офисе, сидящую передо мной в один ряд, то пеняйте на себя.

– Э-э-э, да, конечно, я приеду к вам в офис, – неуверенно соглашается Даниэль, запустив руку в свои волосы.

– Я надеюсь на это, мистер Перкинс, – хмуро бросает Джордж. – И только попробуйте не появиться. А иначе мне придется заявиться к вам домой и вдолбить кое-что в вашу пустую голову.

– Нет-нет, не беспокойтесь… Я обязательно приеду в три часа, как вы и просите.

– Прекрасно! Не забудьте: в три часа, в моем офисе в обязательном порядке. И кстати, хочу подчеркнуть фразу « в обязательном порядке » жирной линией. Ибо это не просьба, а приказ! Надеюсь, я ясно выразился?

– Да, ясно…

– У меня все! Остальное обсудим при встрече. До скорого.

Джордж резко бросает трубку, а Даниэль блокирует экран телефона и ненадолго призадумывается, понимая, что ему совсем не нравится эта идея. В какой-то момент Ракель, Наталия и Анна подходят к мужчине, пока он с задумчивым лицом смотрит в окно и выглядит довольно напряженным.

– Кто это был, Даниэль? – интересуется Анна, положив руку на плечо Даниэля. – Кто тебе позвонил?

– Ты как-то изменился в лице после этого звонка, – обняв себя руками и слегка нахмурившись, отмечает Ракель.

– Такое впечатление, что тебе сказали что-то ужасное, – задумчиво говорит Наталия.

– Можно и так сказать… – тихо отвечает Даниэль и медленно поворачивается лицом к девушкам. – Это был Джордж Смит, менеджер нашей группы… Он сказал, что в три часа мне нужно быть в « Dark Side Managament » пиар агентстве, которое нас продвигает.

– Он попросил тебя приехать туда для разговора? – интересуется Анна.

– Да, только не попросил, а приказал. Просить он не умеет. – Даниэль резко выдыхает. – Только и может быть со всеми грубым и раздавать приказы…

– Неужели этот Джордж такой ужасный? – интересуется Наталия.

– Еще какой! Но сейчас на него мне плевать… Меня беспокоит другое… Дело в том, что на встрече я буду не один. Джордж также пригласил и Терренса с Питером.

– Терренса с Питером? – удивляется Анна. – Значит, они уже знают о встрече?

– Скорее всего. Он сказал, что уже позвонил им и потребовал приехать в агентство.

– О, кажется, что приближается буря… – неуверенно произносит Ракель.

– Вот именно что буря! – восклицает Даниэль, рукой немного потерев свой лоб. – Мне не нравится эта затея… Я не хочу встречаться с Джорджем, Питером и Терренсом. И ладно… Встречу с Терренсом я еще спокойно перенесу. Но только не встреча с Смитом и Роузом…