Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

– Узнала бы полиция о том, какие делишки ты вытворяешь, тебя бы уже давно посадили за решетку.

– Только посмей пойти в полицию и что-то рассказать им про меня, – уверенно говорит Саймон. – Если ты посмеешь сделать это, я превращу твою жизнь в настоящий ад. Уничтожу тебя так же, как собираюсь уничтожить Ракель.

– Я не боюсь твоих угроз, Саймон, – уверенно заявляет Терренс. – К тому же, не забывай, что ты имеешь дело с самим Терренсом МакКлайфом.

– Мне плевать, кто ты такой. Я тебя предупреждаю, если ты пойдешь против меня, тебе придется сильно об этом пожалеть.

– Если ты и дальше продолжишь так издеваться над девушкой, то я не побоюсь чем-то пожертвовать, лишь бы засадить тебя в тюрьму и рассказать всем, какая ты гнида.

– Что, мальчик, осмелел больно, я смотрю?

– Я – уважаемый в шоу-бизнесе человек! Если я раскрою рот, то все однозначно поверят мне. Мне надо всего лишь одно слово, чтобы, сука, уничтожить тебя.

– Так-так, слышь, самопровозглашенный король, ты притормози немного, – резко отрезает Саймон. – Сними свою корону, которую ты сам на себя напялил.

– Советую тебе притормозить и прекратить делать то, что ты делаешь.

– Если ты опять начал забываться и страдать от мании величия и неотразимости, то я быстро спущу тебя на землю.

– Хватит мстить Ракель! Хватит унижать девушку в глазах ее собственных фанатов, которые ополчились на нее из-за той лжи, которую твой дружок понаписал в своем журнале.

– Ах, Терри, Терри… – с широкой улыбкой качает головой Саймон, откинувшись на спинку стула. – Раз ты так яро защищаешь эту девочку и даже готов пожертвовать своей карьерой, то я могу предположить только одно. Ты все-таки поддался ее чарам и влюбился в нее.

– Это уже не твое дело, Рингер.

– Влюбился. Я это по глазам вижу. По твоему поведению. Раньше ни одна девчонка не могла зацепить тебя так сильно, как Ракель Кэмерон.

– Я сказал, это не твое дело.

– Понимаю… Тебя определенно зацепила эта сексуальная красавица. Зацепило ее нетипичное поведение. Зацепил тот факт, что она не собирается бегать за тобой и смотреть тебе в глаза. Наоборот, эта девчонка вынуждает тебя бегать за ней и быть ее рабом. Из-за нее ты окончательно потерял голову. А поскольку тобой уже овладели чувства к ней, то ты не хочешь слышать тех, кто говорит, кто она такая на самом деле.

– Тебе-то, блять, какое дело, влюблен я в нее или нет? – грубо недоумевает Терренс. – Мне что, надо спрашивать у тебя разрешение на то, можно ли мне в кого-то влюбляться?

– У меня – нет, а вот твоя мамуля точно должна одобрить выбор своего сыночка.

– Не беспокойся. Моя мать одобрит. А если нет, то она не будет лесть в мою жизнь откровенно. Просто выскажет свое мнение, но не станет пытаться разлучить меня с какой-то девушкой.

– Ну я в этом сомневаюсь.

– Не смей указывать мне, что делать. Ты не мой менеджер и даже не мой папаша, чтобы контролировать мою жизнь. С которой я вполне могу разобраться сам.

– Я очень сомневаюсь, что твоей мамочке понравится та девчонка, в которую тебя угораздило влюбиться. Вот откроет эта женщина пару газет или журналов и почитает несколько статей о том, какой у нее нестабильный характер, и как ее легко вывести из себя, и она сразу же начнет протестовать против твоих отношений с этой моделькой.

– Если бы у нее и были проблемы с головой, об этом твердили бы с самого начала. Но до того, как ты устроил этот скандал, у Ракель была безупречная репутация.

– Будь осторожен, Терренс МакКлайф, не совершай глупые ошибки. Я советую это как человек, который искренне желает тебе счастья. Который старше тебя и лучше знает жизнь и разбирается в людях.

– Без тебя разберусь!

– Не связывайся с этой девчонкой и не порть себе жизнь. Я тебя прошу. Если ты хочешь услышать, какая она на самом деле, то я могу привести к тебе некоторых людей, с которыми когда-то работала Ракель. Они с радостью расскажут тебе про ее омерзительный характер и все истерики этой девчонки, которые она устраивала на съемках.

– Мне чихать на твои слова, Саймон, – холодно, уверенно говорит Терренс. – Несмотря ни на что, я буду защищать Ракель от тебя и гнева ее собственных фанатов.

– То есть, ты все-таки хочешь принять сторону этой девчонки?

– И я сделаю это! Говорю еще раз, я не собираюсь участвовать в твоих грязных делишках и делать вид, будто то, что ты хочешь сделать, – это нормально.

– Тобой руководят чувства, Терренс. А тебе надо включить голову. Ты совершишь огромную ошибку, если побежишь разыскивать эту беглянку, потому что она обязательно сломает тебе всю жизнь.

– Не говори того, чего ни черта не знаешь.

– Я уверен, ты еще очень сильно пожалеешь о том, что не послушал меня и связался с ней. Еще будешь проклинать тот день, когда встретил ее.

– А я проклинаю тот день, когда согласился дать тебе работу. – Терренс упирается руками о стол, холодно смотря на Саймона. – Поверить не могу, что столько лет со мной работала такая гнида.

– Ты ничуть не лучше, – уверенно заявляет Саймон. – Ты – самовлюбленный и невоспитанный мудак, которого мамаша ничему не научила.

– Знаешь, Рингер, ты буквально стал моим проклятием. Проклятием, из-за которого вся моя жизнь пошла под откос.

– А причем тут я? – ехидно усмехается Саймон.

– Потому что с тех пор, как я согласился сделать тебя своим личным водителем, меня уже не приглашают сниматься так часто, как раньше.

– Так это не моя вина, дорогой мой. Можно добиться такого колоссального успеха лишь однажды. Второй раз у тебя точно не выстрелит.

– Да что ты говоришь!

– Смирись с тем, что твое время ушло, Терренс. Да, ты какое-то время еще будешь получать предложения сниматься в кино, но пик твоей славы уже давно пройден. Ты уже никогда не будешь так популярен, как тогда. А через несколько лет, когда тебе будет больше тридцати, тебя все забудут. Ты уже никому не будешь интересен. Придут другие, более талантливые люди.

– У меня было все хорошо до того, как я встретил тебя, – грубо говорит Терренс. – Каждый год выходило несколько фильмов с моим участием. Я зарабатывал отличные деньги! Мой график был расписан на несколько месяцев вперед. А теперь даже если я и снимаюсь, то только максимум один-два раза в год. И то сейчас я действительно держусь только за счет интервью, фотосессий и участию в каких-то шоу.

– Если ты не готов смириться с тем, что твоя звезда погасла, то советую тебе сходить к психологу. А иначе ты сойдешь с ума. Прямо как многие знаменитости, чья звезда погасла так же быстро, как и зажглась. Тебе точно не помешает сходить на парочку консультаций, учитывая, что ты просто не можешь прожить день без комплиментов.

– Нет, Рингер, это тебе нужен психиатр! Ибо ты окончательно рехнулся!

– У меня с головой все в порядке.

– Да? Я что-то сомневаюсь!

– У всех моих поступков есть причины. О которых всем станет известно тогда, когда придет время. Не думай, что я просто так выбрал себе жертву.

– Ты точно несешь людям неприятности. То у меня карьера пошла ко дну, то Ракель стала объектом издевательств и незаслуженных унижений. Хотя до этого у нее также все было прекрасно.

– Не надо винить других в том, что твоя карьера пошла под откос. В этом никто не виноват. Так бывает. Все звезды через это проходят.

– Но ничего, я не сдамся. Не сдамся и однажды доберусь до Голливуда. Снимусь в фильме, который снова сделает меня известным. Продемонстрирую свой талант в фильмах известных режиссеров. Уж благодаря их громким именам я снова стану известным и востребованным.

– Да, только кто из этих именитых режиссеров пригласит тебя сниматься? – ехидно ухмыляется Саймон. – Ты ведь уже никому не интересен как актер.

– Я еще вернусь и сделаю все, чтобы ко мне выстраивались в очередь с предложением о съемке в кино.

– Ты сможешь продержаться только лишь за счет остатков своей прежней славы. Но однажды и это тебе уже не поможет. Никто не будет приглашать тебя сниматься даже в небольших ролях. И ты никогда не избавишься от клеймо глуповатого и сексуального Мэйсона Хьюстона и не докажешь, что можешь играть и более серьезные роли.

– Я не собираюсь отрекаться от той роли, которая сделала мне известной. Какая бы она ни была, именно благодаря ей случился взлет моей актерской карьеры.

– А, ну понятно! Тебе ведь нравится оставаться им. Ты хочешь, чтобы тебя по-прежнему считали молодым и горячим парнем с шикарным телом, о котором мечтают все девушки на свете.

– Зато я точно знаю, что твоя давняя мечта стать режиссером никогда не станет реальностью. Ты как был простым работягой, так им и останешься.

– Я уже давно с этим смирился и не мечтаю об славе. А вот ты уже несколько лет не хочешь верить, что твоей карьере подошел конец.

– Закрой свой рот, ублюдок. Не беси меня еще больше.

– Не груби мне, МакКлайф, – холодно говорит Саймон. – А иначе тебе придется бежать от позора так же, как и Кэмерон.

– Не надо мне угрожать.

– Клянусь, я расскажу всем, что ты на самом деле из себя представляешь. Расскажу, как ты тоже притворяешься невинным ангелочком, у которого полным-полно демонов в голове.

– Лучше разберись со своими демонами, – резко отрезает Терренс. – И оставь, наконец, Ракель в покое!

– Еще раз предупреждаю тебя: не связывайся с этой обманщицей. Вот зуб даю, ты еще здорово настрадаешься из-за нее. Будешь жалеть, что не послушал моего доброго совета и не сбежал от этой коварной сучки. От этой ведьмы, которая легко околдовала едва ли не всех молодых парней на свете.

– Ты совсем ее не знаешь! И не имеешь никакого права говорить мне, кто она такая!

– Ты разговаривал с ней всего пару раз и не успел хорошо узнать ее.

– Так же, как и ты!

– Я хочу, чтобы Ракель не забывала о том, что она не суперзвезда, капризам которой никто не обязан потакать.

– Ты очень жестоко поступаешь с этой девушкой. Она не заслужила всей этой грязью, что выливается на нее по твоей вине.

– Не был ты влюблен в нее, то поверил бы мне.

– Надеюсь, что однажды все это вернется тебе бумерангом. Хочу, чтобы ты страдал так же сильно, как и эта бедная девушка, которая сбежала отсюда, лишь бы не слышать, как ее незаслуженно унижают.

– Ты сейчас договоришься, несносный паразит, – сквозь зубы цедит Саймон, едва сдерживая себя, чтобы не напасть на Терренса с кулаками прямо в общественном месте на глазах людей. – Клянусь, сука, я так испорчу тебе жизнь, что ты и сам захочешь свалить подальше или вообще сдохнуть от стыда.

– Попробуй! – дерзко произносит Терренс, свысока смотря на Саймона. – Давай, Рингер, вперед! Я посмотрю, кому из нас поверят больше: тебе, человеку, который смеет врать и клеветать на невинную девушку, или мне, очень уважаемому актеру, мнение которого всегда высоко ценится.

– Я сейчас серьезно, Терренс! – чуть грубее бросает Саймон. – Если ты начнешь разыскивать эту девку, чтобы защитить от моих нападок, то тебе придется очень дорого заплатить за это. Клянусь, я не дам тебе спокойной жизни!

– А у меня ее уже давно нет! С тех пор как мы с тобой встретились!

– МакКлайф!

– И да, хочу сообщить тебе, что больше не собираюсь работать с таким ублюдком, как ты.

– Что? – ехидно усмехается Саймон. – Ты меня увольняешь?

Глава 16.8

– Да, Саймон, я тебя увольняю! – с гордо поднятой головой заявляет Терренс. – Отныне ты больше не работаешь моим личным водителем. Который мне в принципе особо не нужен. Я нанял тебя лишь из жалости. Но теперь с большим удовольствием избавляюсь от тебя.

– Ты совершаешь огромную ошибку, парень. Если не хочешь пожалеть, то не делай глупостей. Протрезвей и забудь о своих чувствах к этой девчонке!

– Я уже все решил, Саймон! Ты уволен! Можешь искать себе другую работу. Правда, я сомневаюсь, что ты найдешь что-то стоящее, что помогло бы тебе и дальше подкармливать своего дружка Кендрика.

– Твою мать, да услышь ты меня, МакКлайф! Вроде умный мужик, но ведешь себя, как маленький, безмозглый мальчишка!

– Клянусь, если у меня будет хоть малейший шанс рассказать всему миру, как ты унизил бедную девушку, тебе придется бежать от того позора, с которым будешь вынужден столкнуться.

– Однажды ты скажешь мне « спасибо » за то, что я заставил тебя очнуться и понять, какую глупость ты хочешь совершить.

– Нет, Рингер, я совершу глупость, если и буду молчать о том, что кто виноват в распространении этих ложных сплетен. Прекрасно зная, что люди поверят мне и перестанут издеваться над Ракель.

– К тому же, я в любом случае воспользуюсь твоим именем и заставлю Кендрика написать в своем журнале комментарий якобы от твоего имени.

– Увижу хоть один комментарий, сказанный не мной, я посажу тебя и этого ублюдка Кендрика.

– Это мы еще посмотрим!

– Все те статьи в газетах и журналах заставили меня очнуться. И я уж точно не собираюсь терпеть и бояться такого мерзкого и бессовестного ублюдка. И я не готов мириться с этой несправедливостью.

Терренс залпом выпивает остатки своего кофе и собирается покинуть кафе, пока Саймон хмуро смотрит на него со скрещенными на груди руками.

– С меня хватит, я ухожу, – холодно бросает Терренс, достает несколько купюр из кармана своей куртки и кидает их на стол. – На меня не рассчитывай! Ищи другого идиота, который будет выполнять твои грязные делишки.

Терренс ехидно усмехается.

– Тем более, что у тебя и так слишком много знакомых в Нью-Йорке, которые готовы что угодно сделать для тебя, – добавляет Терренс.

– Закрой свой рот, щенок, – грубо требует Саймон.

– Всего хорошего, Саймон Рингер. С этого момента я буду обходиться без личного водителя. Буду сам ездить куда только пожелаю.

– Куда пошел? Куда ты собрался, я спрашиваю?

– Отвали от меня, мудак!

– МакКлайф! А ну вернись на место! Мы еще не закончили! МакКлайф! Ты оглох что ли? МакКлайф! Вернись, я сказал!

Однако Терренс никак не реагирует на эти слова. Он спокойно встает из-за стола и быстрым шагом покидает кафе. Пока Саймон провожает его недовольным взглядом, едва сдерживая злость по отношению к этому человеку.

– Ну ты и мразь, МакКлайф… – тихо возмущается Саймон. – Просто мразь… Я с тобой по-хорошему, а ты, сука, вот так значит…

Саймон тихонько рычит.

– Что ж, хорошо! – восклицает Саймон. – Раз тебе так угодно, то проваливай к этой девчонке. Я и сам смогу сделать все, чтобы уничтожить ее и заставить ответить за то, что мне пришлось пережить. Только запомни, рано или поздно ты сильно пожалеешь об этом. Вы оба пожалейте о том, что просто живете на этом свете. Я не оставлю вас в покое. И сделаю все, чтобы вы вздрагивали, даже просто вспоминая меня. Даже если пройдет десять или двадцать лет.

Саймон с хитрой улыбкой медленно делает глоток кофе из своей чашки.

«Эта девочка еще не знает, какой ад ее ждет… – думает Саймон. – И даже не догадывается, что я знаю ее намного дольше, чем она – меня. Не знает, почему она мне нужна. Почему я так мечтаю уничтожить ее…»

Саймон гордо приподнимает голову.

«Но ничего, Ракель Кэмерон, однажды придет день, когда ты обязательно узнаешь всю правду, которая известна никому, кроме меня, – обещает Саймон. – С помощью этого идиота Терренса, который втюрился в тебя, или без, но я все равно уничтожу тебя. Ты никуда от меня не денешься. Я найду тебя в любой точке мира. В любой…»

Саймон бросает короткий взгляд в сторону и начинает с задумчивым лицом поглаживать свой подбородок.

«Ну и с этим предателем я разберусь… – обещает Саймон. – Только чуть позже. Однако он тоже так просто от меня не отделается. Он еще узнает, что значит идти против Саймона Рингера. И пожалеет о том, что совершил такую глупую ошибку.»

Саймон ехидно усмехается.

«Хотя не исключено, что я могу воспользоваться твоим именем и твоей славой, когда заставлю Кендрика написать статью, где будут якобы твои ужасные комментарии о той, в которую ты влюблен, – думает Саймон и тихонько смеется. – Вот она придет в ярость! Тем более, что ты наверняка для нее главный подозреваемый. Который захотел отомстить ей за то, что она отвергла тебя.»

Саймон гордо приподнимает голову.

«Не думай, что ты такой всемогущий, Терренс, – думает Саймон. – У меня тоже есть свои связи. Есть люди, которые за небольшую денежку готовы сделать все, о чем я попрошу. Немного усилий – и твоя карьера будет разрушена к чертовой матери. Уверен, что это сильно ударит по твоей заоблачной самооценке, и ты перестанешь считать себя едва ли не Богом, которому все должны поклоняться. Рано или поздно я сниму с тебя корону, которую ты на себя напялил, Терренс МакКлайф. Я тебе это обещаю. Приползешь ко мне коленях и будешь молить о прощении. Будешь сильно жалеть о том, что встал на сторону этой девчонки.»

Саймон еще на какое-то время остается в этом кафе и неторопливо пьет свой кофе из маленькой чашки, время от времени бросая взгляд на людей, что проходят мимо него, и усердно думая над своей местью Ракель, которая ни в чем не виновата перед ним. Но которая, по его мнению, все-таки что-то сделала. Думает также и над местью Терренсу, который прямым текстом заявил, что переходит на сторону этой девушки и сделает все, чтобы помочь ей восстановить ее репутацию и защитить от нападок, которые она не заслужила.

***

– Когда он это сказал, я поначалу не поверил ему, – признается Терренс. – Но Саймон говорил очень уверенно и был решительно настроен на то, чтобы уничтожить тебя. Как я уже говорил, он наотрез отказался объяснять причину своих поступков. И заявил, что до определенного времени ты не узнаешь, кто за всем этим стоит.

Терренс замолкает на пару секунд.

– Я не стал молчать и заявил, что сделаю все для того, чтобы вывести его на чистую воду, – добавляет Терренс. – Чтобы не дать тебе и дальше думать, что все это моих рук дело. Это не моя вина. Во всем виноват Саймон Рингер. Человек, который работал моим личным водителем. Который присутствовал практически на всех моих съемках.

– Вот как… – с недоверием произносит Ракель, держа руки скрещенными на груди.

– Я правда не распространял про тебя все эти сплетни. Хотя Саймон очень радовался от одной только мысли, что ты могла винить во всем меня. И даже не подумала о том, что он мог быть как-то к этому причастен.

Ракель несколько секунд ничего не говорит и обдумывает все, что только что услышала, по-прежнему не веря, что во всем может быть виноват Саймон, и считая, что Терренс просто пытается свалить всю вину на другого человека. Пока Наталия все еще прячется недалеко от своей подруги и слышит ее разговор с мужчиной, приходя в ступор после всего услышанного, хотя также не спеша верить в невиновность этого человека.

– История, конечно, очень правдоподобная, – задумчиво говорит Ракель. – Но я все равно не могу в это поверить.

– Ты мне не веришь? – округляет глаза Терренс.

– Не верю. И по-прежнему считаю, что ты пытаешься прикрыть свой зад.

– Клянусь, Ракель, я не солгал тебе. Во всем виноват Саймон. Именно он должен отвечать за то, что сделал. А не я. Я здесь совершенно не причем.

– Думаешь, твои рассказы могут стать хорошим доказательством твоей невиновности?

– Ты должна мне поверить.

– Серьезно? – Ракель ехидно ухмыляется. – С какой это стати?

– Ты не можешь обвинять меня в том, чего я не делал, – уверенно отмечает Терренс.

– Что бы ты ни сказал, я ни за что не поверю в твою невиновность.

– Хорошо, а что мне нужно сделать для того, чтобы ты поверила?

– Ничего!

– Послушай, Ракель…

– Я не хочу слышать никакие твои оправдания.

– Во всем виноват Саймон!

– Хватит пытаться свалить всю вину на невинного человека.

– Саймон далеко не невинный! Он – виновник всего, что с тобой произошло. Если с кого и спрашивать, то только с него.

– Как бы сильно ты ни хотел отправляться в тюрьму, тебе все равно придется туда пойти. Потому что я не позволю тебе оставаться безнаказанным. Тебе и тому мужику, который писал все эти ложные статьи по твоей указке.

– О боже, пошли мне терпения… – с прикрытыми глазами тихо взмаливается Терренс. – Помоги мне доказать этой упрямой девчонке, что я ни в чем не виноват.

– И ты приперся в Лондон для того, чтобы рассказать мне эту ложь?

– Я приехал сюда, чтобы рассказать тебе всю правду и назвать имя настоящего виновника.

– И тебе совсем не жалко времени? Не жалко было тратить деньги на билет? Должен был понимать, что я ни за что не поверю в твои чертовы сказки!

– Я был обязан это сделать!

– Ты обязан был сообщить всему миру о том, что сделал!

– Я не собираюсь отвечать за то, чего не делал.

– А ты ответишь за то, что сделал.

– Да не виноват я в этом! – повышает голос Терренс. – Не виноват!

– Какой же ты трус, МакКлайф… Распространяешь сплетни обо мне под маской анонима и трусишь в этом признаться.

– Мне что, признаться всему миру в том, что сделал другой человек?

– А вдруг ты с ним в сговоре? Вдруг этот Саймон согласился взять вину на себя и прикрыть твою чертову задницу? Сделать так, чтобы твоя безупречная репутация никак не пострадала!

– Не надо делать из меня монстра!

– А ты что, невинный ангел?

– Да, я не ангел. Но я ни в чем не виноват.

– Ладно, не хочешь признавать свою вину – не признавай. Видно, что ты не умеешь это делать. Считаешь, что во всем виноваты только лишь люди вокруг тебя. Даже если они ничего не делали.

– Послушай, Ракель…

– Только я не собираюсь молчать! Не собираюсь делать вид, что все хорошо. – Ракель резким движением руки убирает прядь волос с лица. – Я не стану вести себя как все и закрывать глаза на твои поступки только лишь ради твоего красивого личика. Ради личика, которое надо как следует побить.

Терренс ничего не говорит и просто тихо рычит с закатанными глазами, едва сдерживая себя для того, чтобы не сделать что-нибудь с Ракель, которая, сказать по правде, начинает все больше его раздражать. Пока Наталия старается услышать каждое слово их разговора, скрываясь за высоким уличным фонарем.

« Хоть я не хочу выгораживать его, мне кажется, что Терренс говорит вполне искренне, – думает Наталия. – У меня такое впечатление, что МакКлайф реально ни в чем не виноват. Во всем виноват некий Саймон… Кажется, Ракель как-то говорила про него. Правда, она вряд ли могла подумать, что за всеми теми слухами стоит именно он. »

Наталия слегка хмурится.

« Интересно, что тому мужику нужно от Ракель? – задается вопросом Наталия. – Что она такого сделала, раз он обиделся на нее и возможно решил распространить все эти ложные слухи? Если это действительно водитель Терренса, то Ракель вроде бы сказала, что он нормальный и достаточно порядочный. Неужели это было притворство? »

Наталия качает головой и продолжает внимательно слушать все то, что говорят Ракель и Терренс, не обращающие внимания на тех людей, которые время от времени проходят мимо них и бросают на них несколько косые взгляды, будто задаваясь вопросом, почему эти люди ругаются прямо посреди оживленной улицы.

– Да-да, МакКлайф, ты не ослышался, – уверенно говорит Ракель. – Я не позволю тебе спокойно жить и делать вид, что ничего не случилось.

– Если хочешь, я могу заставить Саймона лично признаться тебе в том, что он сделал, – отвечает Терренс. – Приведу его к тебе и потребую все объяснить.

– Объяснить то, как ты договорился с ним о том, чтобы оклеветать меня?

– Я ни о чем не договаривался с Саймоном. Этот человек действовал без моего ведома.

– Вы точно сговорились. Я в этом не сомневаюсь.

– Это ложь! Мы ни о чем не договаривались.

– Ты еще скажи, что ничего не знал обо всех его делишках.

– Не знал. Я даже и подумать не мог, что Саймон окажется виновником всего происходящего.

– Да что ты!

– Я мог подумать на любого из твоих ненавистников. На любого известного человека, который когда-либо говорил о тебе что-то нелестное. Но никогда не думал, что во всем окажется виноват Саймон. Мой бывший личный водитель, который не имеет к тебе никакого отношения.

– Верно, я раньше никогда нигде его не встречала. И уверена, что Саймон никак не мог мне навредить.

– Да я запросто мог заподозрить даже тех, кто хорошо к тебе относился. Я бы нисколько не удивился, если бы кто-то из твоих друзей оказался врагом.

– Однако все люди в моем окружении надежные и проверенные. Есть только лишь одна гнида, которая испортила мне всю жизнь. Которая заставила меня ненавидеть его так сильно, как еще никого в жизни.

– Не надо обвинять меня во всем только из-за того, что мы поругались на фотосессии.

– Ты сам себя выдал!

– Как? Всего лишь со зла сказал, что уничтожу твою карьеру?

– Этого уже достаточно для того, чтобы быть уверенной в том, что это ты все устроил.

– Я не имею к сплетням никакого отношения, – в очередной раз повторяет Терренс. – Никакого! Я не распространил про тебя никаких слухов и не давал прессе никаких комментариев. Ничего не делал! Ничего!

– Не ври мне! – прикрикивает Ракель, уставив холодный взгляд в глаза Терренса.

– Я не вру.

– Ты ничем это не докажешь. Не докажешь, что не распространял эти слухи и не писал мне все те анонимные письма.

– Слушай, Кэмерон, сколько раз мне повторять, что я, твою мать, не имею к этому никакого отношения? НИКАКОГО! ПОНИМАЕШЬ?

– ДОКАЖИ! Докажи, что это так!

– Ты должна поверить мне на слово.

– Ах, на слово… С какой, твою мать, стати?

– А что касается тех писем, я нисколько не сомневаюсь в том, что их также писал Саймон.

– Ах, Саймон, значит…

– Да, Саймон!

– Мне что, показать тебе все твои писательские творения? Которые ты наверняка сочинял часами перед тем, как отправить мне!

– Ну покажи! Давай, девочка, покажи мне все эти письма! Покажи!

– Ну и покажу!

– Покажи!

– Покажу!

– Где они, блять? Показывай!

– Сейчас увидишь, раз так хочешь!

Ракель резким движением раскрывает свою сумку, достает из нее свой смартфон и начинает что-то в нем искать.

– Сейчас-сейчас… – более низким голосом тараторит Ракель. – Сейчас ты, сука, все увидишь… Я не поленилась сохранить все твои творения в отдельную папочку.

Спустя несколько секунд Ракель находит в своем телефоне то, что ей нужно, и демонстрирует его содержимое Терренсу.

– Смотри, МакКлайф! – восклицает Ракель. – НАСЛАЖДАЙСЯ!

Терренс быстро пробегается глазами по тексту одного из писем, которое ему показывает Ракель, покачав головой.

– Как я и думал, – задумчиво произносит Терренс. – Это Саймон… Здесь чувствуется его рука…

– Читай-читай, павлин, читай! – хмуро бросает Ракель и показывает Терренсу еще одно письмо. – И вспоминай! Вспоминай самого себя! Вспоминай, как ты часами сидел за компьютером, чтобы сочинить все эти длинные тексты. Не поленился же!

– Он постепенно готовил тебя к раскрытию своей личности. Хотел запутать… То говорит, что подозреваемый находился среди тех, кто был на нашей фотосъемке, то заявляет, что во всем виноват кто-то из твоих друзей или близких.

– Ну да, ты решил немного запудрить мне мозги. Только я все равно поняла, что это твоя работа. Сколько бы ты ни отнекивался.

– Саймон даже дал тебе намек на то, чтобы ты призадумалась. Его цитата… Очернить невинного человека – проще простого. Гораздо сложнее восстановить отношения с тем, кого ты незаслуженно обвиняешь во всех смертных грехах.

– Ну с тобой я уж точно не собираюсь восстанавливать отношения. Не собираюсь становиться тебе другом и прощать за то, что ты сделал.

– Я ничего не делал!

– Я даже была бы готова закрыть глаза на то, что ты нагло приставал ко мне и посмел поцеловать. Но это уже выходит за границы дозволенного. Я никогда … Слышишь, никогда не прощу тебя за то, что ты посмел оклеветать меня в глазах людей.

– Да ты хоть внимательно читала все эти письма? Сколько раз? Или же ты взглянула на них разок или два и закрыла их с мыслью, что во всем виноват лишь я один?

– Я читала их очень внимательно и много раз. – Ракель сжимает свой смартфон в руке. – И сразу же все поняла. Поняла, кто хочет разрушить мою жизнь. Да, к сожалению, мне никто не поверил, когда я рассказала о своих подозрениях. Но мне как-то плевать. Я точно знаю, что не ошибаюсь. Знаю, что сделаю все, чтобы наказать своего обидчика.

– Я не буду отвечать за то, чего не делал!

– И будь уверен, я уже ничего не боюсь, – уверенно заявляет Ракель. – Не боюсь твоих угроз и всего, что ты можешь со мной сделать. Я готова бороться и призвать тебя к ответу. И стала намного сильнее и чувствую себя гораздо увереннее.

– Ты же потом сама начнешь жалеть о том, что так яро обвиняешь человека, который не сделал ничего из того, что пытаешься ему приписать.

– Неужели тебе совсем не стыдно? Неужели совесть совсем не мучает? Хотя бы немного!

– Я ни в чем не виноват, – уверенно, спокойно произносит Терренс. – И буду стоять на своем до самого конца.

– Хорошо, МакКлайф, отстаивай. Будешь рассказывать все эти сказки не мне, а сотрудникам полиции. И судье, которая вынесет тебе самый строгий приговор.

– Серьезно? Ты собралась сажать меня в тюрьму?

– И посажу. Сделаю все, чтобы ты, сука, остался там до конца своих дней и сдох прямо в камере. Чтобы ни одна девчонка не взглянула на тебя и…

В этот момент телефон Ракель с легкой вибрацией издает негромкий звук, говорящий о том, что пришло какое-то уведомление. Девушка резко замолкает, переводит взгляд на экран телефона и обнаруживает, что ей на почту только что пришло новое письмо.

– Новое письмо… – задумчиво произносит Ракель. – Прислали только что…

Недолго думая, Ракель открывает приложение почты.

– Что? – округляет глаза Ракель. – Опять сообщение от анонима? Без имени и темы!

Пока Терренс слегка хмурится, скрестив руки на груди, Ракель открывает письмо и начинает вслух читать все, что написано в длинном тексте анонимного письма. Наталия же прекрасно слышит про письмо и начинает еще лучше прислушиваться к каждому слову с надеждой узнать что-нибудь интересное.

« Ну что, Ракель Кэмерон, я приветствую тебя!

Пишу тебе не с самыми лучшими для меня новостями. К сожалению, люди узнали правду о том, что тебя оклеветали. Да, я больше не смогу и дальше рассказывать людям о том, какая ты эгоистичная тварь, которая ужасно обращается с людьми и любит только саму себя. Разумеется, я прекрасно знал, что рано или поздно кто-то поймет, что это ложь. Но думал, что это случится еще очень нескоро. Думал, что все затянется, по крайней мере, на несколько месяцев. Но я просчитался! Мое веселье недолго длилось!

А во всем виноваты какие-то придурки, которые записали мой разговор с одним человеком, который помогал мне осуществлять задуманное, на телефон и отнесли эту запись на телевидение. Какой-то никому не известный фотограф и его подружка, которую я видел на некоторых съемках, но с которой никогда не общался. Знал бы я их личности, то проклял бы их и пожелал гореть в аду за то, что они разрушили все мои планы.

И вот теперь из-за этих тварей люди начали понимать, что все мои слова о тебе – ложь. Меня начали ненавидеть. Мне желают умереть. Все с нетерпением ждут момента, когда я раскрою себя. Но будь уверена, я ни за что этого не сделаю. Я не собираюсь добровольно подставлять себя под удар и терпеть все оскорбления и унижения в свой адрес. Пусть лучше люди поливают грязью кого-то другого, но не меня.