Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

Глава 19: Ты заставляешь меня чувствовать себя живым

Прошло две недели. Утро уже давно прошло, наступило время обеда. Фредерик недавно выписали из больницы и отправился домой. Врачи были правы, когда говорили, что мужчина быстро поправится. Он действительно оказался очень выносливым, а его здоровье довольно крепкое. Именно поэтому Фредерик быстро пришел в себя. Правда, несмотря на значительные улучшения, лечащие врачи все равно дали несколько рекомендаций относительно режима дня. Такие, как запрет на переработку и волнения. Но крайняя необходимость проводить хотя бы один час в день на свежем воздухе. Впрочем, мужчина делает это с огромным удовольствием, ибо для него быть лишенным возможности двигаться равносильно пытке.

Алисия все это время находилась рядом с Фредериком и Ракель, всячески помогала племяннице ухаживать за ее дедушкой и делала все, что было нужно. Девушка безмерно благодарна своей тетушке за эту помощь, потому что она вряд ли справилась с этим одна. Впрочем, вскоре ей все-таки придется самой присматривать за Фредериком, поскольку очень скоро женщина вернется в Лондон и будет заниматься своими делами.

После недолгой прогулки по городу Алисия, Ракель и Фредерик возвращаются домой и присаживаются за столиком, чтобы выпить чашку горячего кофе и полакомиться какими-то вкусностями. Женщина не скрывает своей грусти из-за того, что ее племянница по-прежнему даже и не думает воссоединяться с Терренсом и планирует заняться своими делами, поскольку считает, что однажды ее племянница может сильно пожалеть об этом поступке, что может оказаться далеко не обдуманным. Алисия не скрывает это, но обещает себе поддержать любое решение Ракель и в любом случае быть на ее стороне.

– Ты все еще не поменяла свою позицию относительно расставания? – сделав несколько небольших глотков из своей чашки, с грустью во взгляде интересуется Алисия.

– Нет, тетя, не передумала, – тихо отвечает Ракель, постукивая пальцами по своей чашке. – Сейчас я уже более-менее пришла в себя… И понимаю, что это решение окончательное.

– Ты уже говорила с Терренсом на этот счет? – с грустью во взгляде спрашивает Фредерик, выпивая чай из своей чашки.

– Нет, я не разговаривала с ним после нашего последнего разговора в больнице. Но очень скоро мне придется это сделать. Да, он знает, что я не считаю продолжение наших отношений возможным. Но я все равно попрошу его о встрече и скажу ему, что наше расставание окончательное.

– Девочка моя…

– Все уже давно было решено. Я не вижу смысла что-то обсуждать.

– Вы ведь толком и не обсуждали свои отношения. Не спрашивали друг друга о том, считайте ли вы ваши отношения безнадежными.

– Конечно, считаем. Так что ни один из нас не будет возражать.

– Ракель…

– И слава богу, что мы не успели пожениться. А иначе бы мы потратили кучу времени на развод. – Ракель тихо вздыхает. – Хотя в этом случае я бы не стала ничего требовать у Терренса. – Мне не нужны деньги, дом, машина и прочее имущество… Да и будь у нас дети, я бы не стала запрещать ему видеться с ними. Так что все прошло бы гладко. Подписали бы бумаги, подождали нужное время и стали бы официально свободны.

– Ну а теперь что? – интересуется Фредерик. – Что ты собираешься делать после того как рассталась с парнем?

– Не знаю, дедушка… – тихо вздыхает Ракель. – Но мои примерные планы вы с тетей уже знайте…

– Неужели ты все еще хочешь уехать? – удивляется Алисия.

– Не могу сказать. Но все возможно.

– Не будешь ли ты жалеть об этом спустя какое-то время?

– Я почему-то сомневаюсь. – Ракель складывает руки на столе и уставляет грустный взгляд в одной точке. – Я не хотела ничего решать, потому что ждала, когда дедушке станет лучше. Но сейчас он наконец-то выписался из больницы. И это значит, что я могу начать думать о своей жизни и о том, чем заняться дальше.

– Неужели ты считаешь это лучшим выходом из ситуации? – недоумевает Алисия. – Разве бежать от проблем – это лучшее решение?

– Я вовсе не бегу.

– Это неправильно, дорогая. Если у тебя есть какая-то проблема, ты должна разрешать ее, как бы больно тебе ни было.

– А какой в этой ситуации может быть выход? Наш с Терренсом роман был обречен с самого начала! Если бы я повела себя иначе, мы, возможно, смогли бы избежать всего того, что между нами произошло.

– Милая, но ведь ни какие отношения не бывают идеальными, – уверенно отмечает Фредерик. – Думаешь, у меня и твоей покойной бабушки Розеллы все было хорошо? Или у Алисии с ее мужем Домиником? Нет, Ракель! Мы все и ругались, и дверьми хлопали, и жалели о том, что сыграли свадьбу. Но все равно оставались вместе. Мы с твоей бабушкой прошли очень долгий путь до того, как привыкли друг к другу и научились решать все проблемы мирным путем.

– Просто у вас всех была любовь. А вот в моих отношениях ее, к сожалению, не было…

– Нет, не говори так, солнце мое, – с грустью во взгляде говорит Алисия, мягко погладив Ракель по руке. – Мы все видели, как у вас горели глаза в начала вашего романа.

– Тогда между нами, может, что-то и было. Но после того как мы начали жить вместе, огонь погас.

– Верно, вы перестали поддерживать свою любовь и забыли, что над отношениями всегда нужно работать вместе и привносить в них что-то новое. Не подумали о том, что о любимом человеке нужно заботиться.

– Нет смысла работать над отношениями, в которых нет любви.

– Ты просто этого не хочешь. Никогда не хотела.

– Я нисколько не жалею о том, что несколько месяцев жила с этим человеком и была его девушкой. Но теперь пришло время разойтись по сторонам и начать новую главу в своей жизни. Жизни, в которой не будет Терренса. И которая, скорее всего, начнется где-то в другом месте.

– Послушай, дорогая, расставаться или нет – это, конечно, твое дело. Но подумай, стоит ли тебе куда-то уезжать. Куда ты собираешься уехать?

– Я иногда подумываю вернуться в Кингстон. Да, я всегда говорила, что не хочу туда возвращаться. Но прошло уже много лет. Там все кардинально поменялось. Многого из того, что причиняло мне боль, уже не осталось.

– Хорошо, а как будешь жить? На что? С кем? Если ты собралась завершать свою карьеру модели, то собираешься кормить себя?

– Не знаю, тетя. Но я что-нибудь придумаю. Найду какую-то работу и буду работать.

– Допустим. – Алисия замолкает на пару секунд. – А как же твой дедушка? Ты собралась оставлять его здесь? Я не слышала, что ты собралась забрать его с собой туда, куда собралась уезжать.

– Разумеется, я заберу дедушку с собой и ни за что на свете не оставлю его здесь, – уверенно говорит Ракель. – А если у меня не получится это сделать, я буду очень часто навещать его и помогать всем, чем только смогу.

Ракель с грустью во взгляде тихо вздыхает.

– Я больше не допущу той ошибки, которую совершила, – обещает Ракель. – Когда позабыла о вас обоих из-за всех этих проблем, что свалились на меня, как снег на голову… Да и из-за работы я тоже не могла найти время на вас… И я очень жалею, что не уделяла вам столько внимания, сколько должна была, и была маниакально одержима лишь своей карьерой и желанием достичь еще большего.

– Мы все понимаем, радость моя, – мягко погладив Ракель по руке, спокойно отвечает Фредерик. – Ты же не могла бросить все и быстрее ветра мчаться к нам. Все-таки у всех нас есть свои дела. Мы не можем в один момент бросить все и отправиться к тому, кому нужна наша помощь и забота.

– Знаю, но ведь я вообще о вас позабыла. Не давала о себе знать с тех пор, как собрала вещи и переехала в дом Терренса.

– Пожалуйста, Ракель, перестань винить себя в этом. Мы с твоей тетей прекрасно понимаем, что ты была занята своей работой и личной жизнью. Никто не заставляет тебя находиться с нами целыми сутками. Мы вполне в состоянии сами о себе позаботиться.

– Но ведь я так не хотела, чтобы все так получилось. – Ракель тяжело вздыхает и опускает взгляд на свои руки. – Этого не должно было случиться… Не должно…

– Не вини себя, солнце мое, – мягко просит Фредерик. – Рано или поздно мы должны были отпустить тебя и дать свободу. Ты уже давно не маленькая девочка, чтобы мы всегда были рядом. Тебе нужно заботиться о себе самой и заниматься своей жизнью. Неправильно, что ты живешь с нами. Тебе все-таки нужно было покупать себе жилье и жить самостоятельно. Тем более, что ты была в состоянии купить себе хорошую квартиру или домик.

– Я буду заботиться. Сейчас, когда весь этот кошмар наконец-то закончился, я смогу начать жить спокойной жизнью и заниматься своими делами.

– Да уж, хорошо, что весь этот кошмар закончился, а мы все, слава богу, живы и здоровы, – с легкой улыбкой отмечает Алисия и отпивает немного кофе из своей чашки. – И слава богу, что Саймон дорого заплатил за свое желание отомстить.

– Кстати, а вы не знайте, что с ним произошло? – переведя взгляд на Алисию, интересуется Фредерик. – Ракель вроде бы говорила, что он упал с крыши пятиэтажного здания.

– Как и говорили врачи, после падения у него выявили огромное количество травм плюс сотрясение мозга, – спокойно отвечает Ракель. – Теперь уже точно известно, что этот человек останется прикованным к инвалидному креслу на всю свою жизнь.

– Да уж… – с грустью во взгляде произносит Алисия. – Плохо радоваться горю другого человека. Особенно, подобному. Но все-таки хорошо, когда есть справедливость на свете.

– Это верно, – уверенно кивает Фредерик. – Этот мерзавец дорого поплатился за все свои грехи. Хотя если бы я намного раньше узнал, что за делишки он натворил, то посадил бы его за решетку еще тогда, много лет назад.

– Даже несмотря на то, что Саймон остался инвалидом, он не сможет избежать наказания, – задумчиво отмечает Алисия. – Я слышала, что через некоторое время состоится суд над ним. Ему предъявят обвинения по нескольким статьям.

– Хорошо, что мне не нужно присутствовать там, – тихо говорит Ракель. – Хорошие адвокаты будут представлять интересы всех пострадавших. В том числе и тех, кого он развел на деньги, и кто сейчас также активно сотрудничает с полицией. Мне будут регулярно докладывать о ходе процесса и сообщат решение судьи, когда оно будет принято. Но я думаю, что Рингер получит приличный срок и еще долго не выйдет на свободу.

– В этом никто и не сомневается, – уверенно отвечает Фредерик. – Уж я верю , что закон на нашей стороне, а суд даст этому подонку приличный срок.

– Дай бог, дедушка, дай бог…

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Алисия съедает маленькую конфетку и запивает ее несладким кофе.

– Кстати, а вы уже читали все, что пишут в Интернете? – интересуется Алисия. – Там как раз написали про него!

– Да, я читала все, что там писали, – без эмоций во взгляде кивает Ракель. – Они написали не только про него, но и про меня тоже… Всех интересует, куда я так неожиданно пропала. Хотят знать причины моего расставания с Терренсом и желания завершить карьеру…

– Я знаю… Люди встревожены и стоят на ушах, а пресса пишет, что твои представители не давали никаких комментариев.

– Верно…

Ракель тихо вздыхает, опирается локтями о стол и проводит руками по волосам от макушки до затылка.

– Но в ближайшие несколько дней я объявлю всему миру о том, что мы с Терренсом приняли решение закончить наши отношения, – с грустью во взгляде добавляет Ракель. – И сообщу, что хочу на время приостановить свою карьеру и, скорее всего, завершить ее спустя некоторое время.

– Неужели у тебя совсем не екает сердце? – недоумевает Алисия.

– Конечно, мне очень грустно, что все так случилось. Все-таки то время было интересным, несмотря на взлеты и падения. Скандалы и интриги. Сплетни и слухи. Может, я бы и продолжила работать, но в последнее время у меня пропало желание заниматься этим.

– Послушай, Ракель… – с грустью во взгляде смотря на Ракель, мягко произносит Фредерик и накрывает ее руку своей. – Ты прекрасно знаешь, что мне всегда не нравилось то, что ты работала моделью. Прежде всего потому, что это очень коварная профессия. Ты у всех на виду. На тебя смотрят люди всех возрастов, у которых порой могут быть не самые лучшие мысли насчет тебя.

– Я знаю, дедушка, – кивает Ракель.

– Я всегда говорил, что для меня все эти модели и манекенщики – сексуальные объекты, которые торгуют своим телом и выставляют себя на показ для всех желающих. Ведь есть и такие, кто порой показывает себя обнаженными, а всяким извращенцам это только в радость, и они с нетерпением ждут, когда какая-нибудь красивая привлекательная девушка продемонстрирует всем свои прелести. И самое обидное, что очень многие идут на это добровольно.

– Ты всегда это говорил.

– Верно. – Фредерик делает пару глотков из своей чашки. – Но я не хотел и не буду уговаривать тебя бросить этот бизнес. Потому что надеюсь, что у тебя есть голова на плечах. Мы с твоей тетей считаем, что правильно воспитали тебя, и то, что должен видеть только твой парень или муж, останется для всех недоступным.

– Конечно, – кивает Ракель.

– Однако сейчас я прошу тебя не принимать никаких поспешных решений и хорошенько подумать над тем, стоит ли это делать. Пока что тебе стоит просто на время приостановить карьеру и хорошенько отдохнуть. Уверен, что пара месяцев хорошего отдыха пойдут тебе на пользу, и ты возьмешься за работу с еще большим удовольствием. Все-таки упорная работа без выходных еще никогда не заканчивалась чем-то хорошим. А ты совсем не щадила себя.

– Мне кажется, что после отдыха я и правда решу все бросить и решу, что хочу заниматься чем-то другим.

– Но, милая, ты ведь всегда любила это дело. А я никогда не запрещал тебе заниматься тем, что ты любишь, даже несмотря на мою нелюбовь к модельному бизнесу.

– Я и сейчас люблю свое дело, – устало вздыхает Ракель. – Просто сейчас у меня нет никакого желания этим заниматься. На данный момент я хочу только лишь одного – забыть о том, что мне пришлось пережить. И хотя бы какое-то время пожить там, где не будет ничего, что напомнило бы мне о том, что произошло.

– Дорогая, неужели ты хочешь всю жизнь пролежать на диване, уставив бездонный взгляд в потолок? – удивляется Алисия.

– Не знаю, тетя…

– Господи, что с тобой произошло? Неужели фраза « оставайся сильной, храброй и счастливой » больше не является твоим девизом по жизни? Даже скандал с клеветой Рингера не сломил тебя. Ты сумела найти в себе силы пережить это и двигаться дальше. Так почему ты сейчас так легко сдаешься?

– Просто я чувствую себя полностью опустошенной и будто лишенной жизненных сил. Меня уже ничто не радует и расстраивает… Мне все равно на все происходящее, понимайте…

– Мы прекрасно понимаем тебя, девочка моя, – с грустью во взгляде отвечает Фредерик. – И знаем, почему ты находишься в таком состоянии. Ты остро нуждаешься в хорошем отдыхе. Ведь ты несколько лет подряд работала как сумасшедшая. Даже я не работал до полного изнеможения, когда был молодым, и всегда брал перерыв, когда понимал, что начинаю уставать.

– Твой дедушка прав, Ракель, – мягко соглашается Алисия. – У тебя действительно была какая-то не совсем здоровая любовь к работе. Ты могла променять ее на что угодно. Даже на подружек.

– Я просто любила свое дело. И отдавала ему всю себя.

– И это было неправильно. Надо уметь вовремя останавливаться. У всего есть конец и предел.

– Я знаю.

– Вот поверь нам, стоит тебе на время забыть о работе и хорошенько отдохнуть, то все придет в норму. И ты начнешь ясно понимать, действительно ли у тебя пропал интерес к модельному бизнесу.

– Может быть… Но есть вещи, которые я уже обдумала. Например, мое расставание. С этим уже все решено. Надо только лишь сообщить об этом Терренсу. Сказать, что между нами действительно все кончено.

Алисия и Фредерик ничего не говорят и с грустью во взгляде качают головой, а Ракель быстро допивает то, что осталось у нее в чашке.

– Ладно, я хочу ненадолго пойти к себе и немного полежать… – очень тихо, задумчиво говорит Ракель. – А потом я, может быть, схожу куда-нибудь прогуляться… Мне не хотелось бы сидеть дома в такую хорошую погоду. Простите…

Ракель быстро встает из-за стола и уходит к себе в комнату, пока Фредерик и Алисия провожают девушку грустным взглядом. Хоть они знают, почему она такая грустная и подавленная, никто из них не решается говорить с ней об этом напрямую.

В воздухе несколько секунд воцаряется тишина, а потом Алисия с грустью во взгляде переводит взгляд на Фредерика.

– Она может ничего не говорить о своих проблемах, – уверенно говорит Алисия. – Но мы оба прекрасно знаем, почему моя племянница такая грустная.

– Да уж, вы абсолютно правы, – устало вздыхает Фредерик. – Она не хочет этого расставания. Сомневается в том, что принимает верное решение.

– Думаю, Ракель просто боится, что снова может столкнуться с разочарованием и болью. Возможно, она сомневается в том, что смогла бы стать лучше. Вот, что ее останавливает.

– Должен признаться, что после того как Терренс сдержал свое обещание, я немного смягчился к нему. И даже начинаю верить , что ему и правда стыдно за свое поведение.

– Правда?

– Хотя я до сих пор не понимаю, настолько сильно они должны были разругаться, чтобы расстаться.

– Ну я же говорила, что вы однажды поменяйте свое мнение, – слегка улыбается Алисия. – Теперь-то вы видите, что Терренс и правда раскаивается?

– Теперь вижу . И знайте, если честно, мне даже как-то грустно от того, что моя внучка решила закончить отношения с этим парнем. – Фредерик бросает короткий взгляд в сторону. – Все-таки в самом начале их отношений Терренс был очень хорошим. Воспитанным, вежливым… Он так красиво ухаживал за ней. А как моя внучка смотрела на него! Если бы вы знали, как я радовался, что она наконец-то познакомилась с мужчиной, который ее заинтересовал. Я уже было начал терять надежду, но Терренс все-таки сделал невозможное и сумел обратить на себя внимание.

– Согласна… – кивает Алисия.

– Я бы хотел, чтобы они снова стали такими же. Чтобы смотрели друг на друга так, как тогда. Тогда, когда эти двое действительно были влюблены и наслаждались обществом друг друга.

– Я тоже… – Алисия тяжело вздыхает. – Если бы вы знали, как сильно я скучаю по тому времени… В то время Терренс был таким добрым, милым и заботливым… А Ракель казалась такой счастливой. И даже стала меньше думать о работе.

– Да, она стала больше времени проводить у зеркала и часами перебирать свою одежду. Хотела понравиться этому парню.

– Да уж… – Алисия откидывается на спинку стула, с грустью во взгляде бросив короткий взгляд в сторону. – Судьба приготовила для их отношений проверку на прочность, но они с треском провалили ее.

– Мне кажется, они оба в какой-то степени виноваты, – предполагает Фредерик. – Нельзя не признать, что вина за разрушенные отношения также лежит на ней. Эта девочка не понимала, что о парне нужно заботиться. А не забывать о нем и выбирать свою карьеру вместо него. В этом плане я Терренса даже понимаю …

– Да и мы с вами тоже отчасти виноваты, – неуверенно отмечает Алисия. – Мы не объяснили ей, что значит быть хорошей возлюбленной. Только лишь принуждали ее к замужеству и говорили, что девушка не может жить одна, без мужчины. Она не знает, зачем все это нужно, и не стремится к созданию своей семьи. По крайней мере, сейчас.

– Верно. Мы тоже виноваты в том, что роман моей внучки оказался не таким удачным. Хотели как лучше, но увы… Все эти годы мы упорно навязывали ей свою точку зрения и считали, что так правильно. И никогда не задумывались о том, хочет ли сама Ракель того же самого. Когда она захочет…

– Однако все было вполне исправимо. Да, Ракель и Терренс перестали любить, когда встречались. Но они жили вполне мирно и не ругались. Их отношения разругались из-за Саймона. Этот подонок разругал их и заставил окончательно испортить свои и без того не идеальные отношения.

– Думаю, вы правы, – пожимает плечами Фредерик. – Сначала была виновата Ракель, которая слишком увлеклась собой и своей карьерой, а потом Терренс добавил масла в горящий огонь. И сжег все мосты, по которым можно было вернуться назад и что-то исправить. К тому же, он сказал, что и сам был увлечен своей работой.

– Теперь они оба это понимают.

– Жаль, что человек поздно понимает правильные вещи. Понимает тогда, когда пути назад нет.

– В этом случае путь назад есть. Но никто не хочет вернуться и что-то сделать.

– А еще жаль, что они не хотят попробовать поговорить о своих отношениях. Не хотят узнать, что каждый из них думает об этом на самом деле. Может, все не так безнадежно, как хочет показать нам Ракель.

– Надеюсь, она понимает, что делает, и потом не пожалеет об этом.

– Дай бог… Дай бог.

В воздухе на несколько секунд воцаряется пауза, которую прерывает Фредерик после того как выпивает еще немного чая.

– Кстати, а вы не могли бы рассказать мне, что на самом деле произошло между ней и Терренсом? – интересуется Фредерик. – Однажды я спросила ее об этом, но она промолчала, скорее всего, чтобы не нервировать меня. Да и вы не хотели разговаривать об этом и ушли от разговора.

– Господи, мистер Кэмерон, ну я же уже объясняла вам всю ситуацию, – начинает слегка нервничать Алисия. – Просто сильно кричали друг на друга и обвинили во всех грехах… Вот и все!

– Мне кажется, это далеко не все, что я знаю. Интуиция подсказывает мне, что там было что-то серьезное… Намного серьезнее, чем тот факт, что Терренс накричал на Ракель. Моя внучка должна и без нас понимать, что после такого пустяка люди не разрывают отношения.

– Вы ведь недавно выписались из больницы и не должны волноваться, – с грустью во взгляде напоминает Алисия. – Ваш врач настоял на этом и сказал, что только так вы окончательно восстановитесь.

– Я гораздо больше волнуюсь из-за того, что мне ничего неизвестно. Такая скрытность заставляет меня думать, что вы все скрывайте от меня что-то ужасное. Что вы, что ваша племянница, что ее бывший парень…

– Не думайте об этом, мистер Кэмерон…

Алисия опускает свой взгляд в чашку с кофе, становясь все более напряженной и взволнованной.

– Ничего страшного не случилось… – неуверенно добавляет Алисия и нервно сглатывает. – Если бы случилось что-то ужасное, Ракель не стала бы молчать, ибо она доверяет вам и мне. Она бы просила у нас защиты от этого человека и бегала от него, как от призрака.

– Знайте, Алисия, если бы произошла какая-то обычная ссора, из-за которой они разругались в пух и прах, вряд ли бы эти двое стали говорить практически одно и тоже, – уверенно отвечает Фредерик. – Да и завершать отношения после обычной ссоры – это настоящая глупость.

– Мистер Кэмерон, ради бога…

– Нет…

Фредерик качает головой и выпивает еще немного чаю.

– Здесь что-то не так, я не сомневаюсь в этом… – уверенно добавляет Фредерик и переводит взгляд на Алисию. – И вы прекрасно это знайте.

– Даже если и произошло, то это ее личное дело.

– Значит, я прав?

– Послушайте, я не хочу портить отношения с Ракель. Ей не понравится, если я это и скажу. И я сама понимаю, что вам лучше это не знать.

– Но, Алисия…

– Я могу сказать вам только то, что произошло кое-что действительно очень серьезное. И это весомый повод для расставания.

– Поймите, дорогая моя, мне очень важно знать все, что происходит с Ракель, – наклонившись к Алисии через стол, спокойно говорит Фредерик. – Хоть она уже и далеко не ребенок, я всегда буду переживать за нее и поддерживать ее.

– Я прекрасно понимаю вас, мистер Кэмерон, – с грустью во взгляде отвечает Алисия. – Но если я сейчас расскажу вам во всех подробностях о том, что с ней произошло, то вы можете разнервничаться. А сейчас вам противопоказаны любые стрессы и переживания.

– Ну пожалуйста, Алисия, хотя бы намекните на то, что между ними было, – умоляет Фредерик. – Обещаю вам, я не стану разговаривать с Ракель на эту тему. Мне просто нужно знать, почему моя внучка решила расстаться с парнем. Она должна понимать, что заявлять всем об окончании отношений после любой ссоры – это глупо . И пока я не знаю всей истории, все выглядит так, будто она и правда хочет этого лишь из-за его криков. Мол, она не стерпела то, что на нее накричали.

С одной стороны, Алисия прекрасно понимает, что рано или поздно Фредерик все равно узнает, что произошло между Ракель и Терренсом, как бы усердно она это ни скрывала. Но с другой – женщина хочет пожалеть пожилого мужчину, который буквально пару дней назад вышел из больницы. Она понимает, что Фредерику может стать еще хуже, если он узнает всю правду. А Алисия никак не может этого допустить и не собирается своими же руками губить близкого человека своей племянницы.

– Мистер Кэмерон, пожалуйста, пожалейте себя, – с жалостью во взгляде умоляет Алисия. – А если и не себя, то хоть подумайте о Ракель. Ради бога, не причиняйте ей боль.

– Я хочу видеть свою внучку счастливой, Алисия, – с грустью во взгляде говорит Фредерик. – И я готов сделать для этого что угодно. Я должен знать причину, чтобы понять, как мне защитить ее или помочь ей наладить отношения с Терренсом. Вдруг оказалось, что он опасен для нее? Вдруг мы должны спасать ее от него, а не толкать в его объятия?

– Нет-нет, не беспокойтесь, Терренс не опасен для Ракель, и она может спокойно с ним находиться. А был бы он не тем, за кого себя выдает, я бы сама и на пушечный выстрел близко не подпустила его к своей девочке. Уж вы меня хорошо знайте: за свою кровиночку я готова разорвать любого. Даже ее собственного парня. Если он провинится, конечно.

– Вы и правда думайте, что я могу не переживать из-за того, что ей еще предстоит еще как минимум раз встретиться с Терренсом для того, чтобы сообщить о расставании?

– Конечно, дорогой мой, вы можете не переживать, – хлопнув Фредерика по руке, мягко говорит Алисия. – А пока что перестаньте об этом думать и сосредоточитесь на своем здоровье. Ваша внучка не переживет второго вашего сердечного приступа.

– Ах, я всегда думаю о Ракель… – тихо вздыхает Фредерик и опускает взгляд на свои руки. – В последние несколько лет я не могу думать о ком-то еще, кроме моей внучки… Она ведь единственная, кто остался у меня на этом свете. К сожалению, сына и жену я потерял много лет назад… А когда я вспоминаю о том, что нужен ей, это заставляет меня искать в себе силы жить дальше. Я знаю, что должен жить ради своей маленькой девочки, которая всегда будет нуждаться в моей помощи и любви.

– У меня тоже осталась только одна Ракель, – с грустью во взгляде отвечает Алисия, в глубине души начав радоваться, что тема разговора начинает постепенно уходить в другое русло. – Моя сестра погибла в той ужасной катастрофе, в которой погиб и ваш сын. А моих родителей уже давным-давно нет в живых…

Алисия тяжело вздыхает и выпивает почти весь свой кофе.

– Да и мужа я потеряла, когда была намного моложе, – с грустью во взгляде добавляет Алисия. – Прошло уже много лет, а я до сих не могу с этим смириться. Не верю, что он умер так рано. От такой ужасной болезни, как рак.

– Знайте, если бы у меня не было Ракель, я бы вряд ли так стремился к жизни, – задумчиво признается Фредерик. – Не будет моей внучки – не будет смысла жить! Я живу только ради своей внучки и моих будущих правнуков, которых, я надеюсь, моя девочка однажды мне подарит.

– Ах, мистер Кэмерон, я и сама живу только лишь ради одной Ракель… – устало вздыхает Алисия. – Хоть очень скоро у меня появится новый смысл жить… Ведь я хочу удочерить девочку и почувствовать себя матерью…

– Думайте, вы справитесь?

– Думаю, да. Практически вырастив свою племянницу, я получила достаточно опыта. Его будет достаточно, чтобы вырастить приемного ребенка. Хотя моего опыта хватит еще и на будущих детишек моей любимой Ракель.

– Ракель всегда будет нашей любимой девочкой, – с легкой улыбкой говорит Фредерик. – Мы будем с ней до тех пор, пока живем на этом свете. Уж я точно ни за что не оставлю ее! Кто бы что ни говорил! Я никому не поверю, потому что знаю свою внучку лучше, чем какие-то проходимцы или журналисты.

– Я тоже, – скромно улыбается Алисия. – Пока я жива и здорова, Ракель не останется без поддержки своей тети Алисии. Моя девочка всегда была для меня как родная дочка, которую я люблю всем сердцем. Которую не могу бросить в трудный для нее момент…

– Дедушка Фредерик тоже всегда будет рядом. И она прекрасно это знает.

Алисия ничего не говорит и просто скромно улыбается, радуясь, что, по крайней мере, сейчас ей удалось избежать разговора относительно ситуации Ракель и Терренса. Правда это в следующий раз удача вполне может оказаться не на ее стороне. Женщина знает, что рано или поздно ей придется все рассказать. Но она решает, что лучше во всем признаться не сейчас, а намного позже. Хотя Алисия все же надеется, что ей удастся сохранить произошедшее в секрете и не дать Фредерику узнать, что произошло в паре, которая, скорее всего, уже прекратила свое существование.

***

Тем временем Эдвард без дела прогуливается по городу, никуда не торопясь и с интересом рассматривая все, что его окружает. За эти две недели мужчина сумел найти общий язык с Терренсом и его друзьями Питером и Даниэлем и сблизиться с ними. Он несказанно счастлив, что был достаточно тепло принят этими людьми, даже несмотря на то, что к нему все еще продолжают относиться к нему настороженно из-за его слишком ярого желания навязать МакКлайфу свою дружбу.

«Здорово, что мне удалось найти общий язык с Терренсом, и он не стал меня отвергать, – медленно шагая по улицам с засунутыми в карманы куртки руками, с легкой улыбкой думает Эдвард. – И что удалось поладить с его друзьями. Даниэль с Питером относятся довольно дружелюбно и показались мне классными ребятами… Да, ребята пока что относятся ко мне с подозрением. Но я уверен, что в скором времени все наладится.»

Эдвард мысленно вздыхает.

«Точнее… Что мне удастся завоевать доверие Терренса… Стать ему настолько близким человеком, насколько это возможно. Чтобы в один прекрасный день рассказать то, что он должен знать. Что от него скрывают уже очень много лет. Не факт, что после этого Терренс не захочет от меня отвернуться. Но уж лучше я во всем признаюсь тогда, когда мы станем друзьями. А то… Было бы как-то глупо появляться на пороге его дома и сразу же делать какие-то шокирующие признания. Надеюсь, что до поры до времени все будет хорошо. И моя настоящая личность не будет раскрыта. Сейчас не время разоблачать себя… Не время…»

Эдвард поправляет свои волосы, которые растрепал внезапно подувший сильный ветер.

«Просто буду делать то, что и планировал… – с грустью во взгляде думает Эдвард. – Раз уж я затеял все это, то надо идти до конца. А там будь что будет. Самое главное – дойти до финишной черты. »

В какой-то момент Эдвард резко останавливается рядом со скамейкой, которую он видит на своем пути, присаживается на нее и кое о чем призадумывается. О том, что прошло уже две недели с тех пор, как они с Наталией проводили время вместе в последний раз. Мужчина неоднократно пытался связаться с ней, но она все время была вне зоны доступа. Такое чувство, будто она намеренно избегала его. Из-за этого Эдвард начинает все больше переживать, хотя и не понимает, почему девушка вдруг перестала выходить с ним на связь.