Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"
Автор книги: Эстрелла Роуз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 120 (всего у книги 354 страниц)
Я нисколько не раскаиваюсь в том, что сделал. В том, что солгал всем про тебя. Почему? Потому что ты это заслужила! И я очень рад, что добился хоть каких-то результатов. Рад, что люди ненавидели тебя хоть какое-то время. А как радовались все твои ненавистники! Как они ликовали, когда выходила очередная статья, в которой твое имя поливали грязью. В которой тебя обвиняли в чем только можно. Порой журналисты сами придумывали темы и публиковали очень интересные статьи, прочтение которых доставило мне удовольствие. За что я безмерно им благодарен.
Тебе интересно, что будет дальше после того как меня разоблачили? А я отвечу! Больше нигде не появятся никаких статей, порочащих твое имя. Но не потому, что я решил оставить тебя в покое и позволить жить спокойной жизнью. А потому, что мне больше никто не поверит. Даже если я захочу распространить еще какую-то сплетню, это будет бесполезно. Так что мне придется сдаться.
Однако даже если я перестану клеветать на тебя, это не значит, что мои планы касательно мести будут отменены. Нет, миленькая моя, не будут. Я не оставлю тебя в покое. Я продолжу свое дело. И не остановлюсь до тех пор, пока не буду удовлетворен. Ты не сможешь спрятаться от меня. Да, пока что я позволю тебе вздохнуть с облегчением и заняться своей жизнью. Но все же советую не забывать обо мне. Советую всегда помнить, что однажды настанет день, когда я снова вернусь в твою жизнь и разрушу ее к чертовой матери.
Все еще не понимаешь, почему я это делаю? А тебе пока что не надо знать! Оставайся пока в неведении! Я не хочу и не буду раскрывать карты. Может быть, сделаю это незадолго до того, как моя месть осуществится. А до этого ты можешь только лишь догадываться о том, зачем мне все это понадобилось. Что мне понадобилось от бедной несчастной девочки, которая никому не сделала ничего плохого. Только я уверен, что все твои догадки не будут и близко стоять с настоящей причиной моей мести.
Так что, Ракель Эллисон Кэмерон… С этого момента я оставляю тебя в покое. Не буду ни распространять слухи, ни писать тебе анонимные письма. Да, деточка, не буду. Можешь расслабиться. А если хочешь – избавляйся от этой электронной почты и заводи новую. Мне все равно. В любом случае помни, что в следующий раз, когда я объявлюсь, все будет совсем иначе. Все будет гораздо жестче и хуже. То, что произошло в этот раз, покажется тебе цветочками. Я сделаю то, из-за чего ты вообще можешь захотеть уйти из этого мира. Да, Ракель, именно так!
Ладно, пожалуй, это все, что я хотел тебе сказать. Поживи немножко спокойной жизнью и займись своими делами. В ближайшее время я никак тебя не потревожу и буду лишь ждать хорошего момента, когда можно будет объявиться и надрать тебе задницу. Прощай, Ракель…
P. S. Ой, чуть не забыл сказать! Я тут прочитал твое письмо, в котором ты высказала свое мнение насчет подозрений о том, кто все это устроил. И должен сказать, что меня это впечатлило. Впечатлило то, что ты не хочешь мыслить шире. Не хочешь оглянуться вокруг и посмотреть, кто находится вокруг тебя. Хотя я думал, что ты намного умнее.
Ну ладно, напоследок я все-таки скажу тебе всего несколько очень важных слов… Раскрою некоторые карты… Я не Терренс МакКлайф. Мое имя – Саймон Рингер. »
Последние слова в письме анонима, который назвал себя Саймоном Рингером, приводят Ракель в шок. Девушка широко распахивает глаза и на несколько секунд впадает в ступор, перечитав их еще несколько раз, чтобы убедиться в том, что она действительно видит то, что написано в этом письме.
– О боже мой… – качает головой Ракель. – Не могу поверить…
Ракель нервно сглатывает.
– Аноним раскрыл себя… – слегка дрожащим голосом произносит Ракель. – Он назвался Саймоном… Саймоном Рингером.
– Так кто, говоришь, писал тебе все эти письма? – расставив руки в бока, интересуется Терренс. – А? Кто все это время требовал от тебя завершить модельную карьеру?
– Он сделал это впервые… Впервые написал свое имя… А до этого скрывал его… Он тянул до последнего.
– Просто понял, что его уже разоблачили. Вот и решил сдаться.
– Постой…
Ракель переводит взгляд на Терренса.
– Так выходит, что ты сказал правду? – слегка хмурится Ракель. – Это не твоих рук дело?
– Я пытаюсь сказать тебе это уже минут двадцать, – хмуро бросает Терренс. – А ты будто заткнула уши и не хочешь меня слышать.
– Но… Почему? Почему Саймон так поступил? Он ведь казался мне таким добрым и милым человеком! Да, от него, конечно, немного веяло холодом, но… Разговаривать с ним не было пыткой.
– Я пытался узнать, в чем причина его поступков. Однако Саймон ничего мне не сказал и заявил, что не остановится до тех пор, пока не получит желаемое.
– Здесь написано, он пока что оставляет меня в покое, но вернется чуть позже.
– Я сомневаюсь, что он остановится.
– Значит, с этой историей еще не покончено? Значит, придет день, когда Саймон снова объявится и начнет вытворять что-то еще более ужасное?
– Не исключено. Пока о нем никто не знает, а он находится на свободе, Рингер будет делать все, что ему вздумается.
– Нет… – Ракель резко мотает головой. – Нет, я этого не допущу. Не допущу. Раз Саймон сам признался в том, что это его рук дело, то он дорого заплатит за это. Я не позволю ему остаться безнаказанным.
– Вот именно! – восклицает Терренс. – Ты должна принять меры, пока этот ублюдок не зашел еще дальше. А я нисколько не удивлюсь, если у него будут куда более ужасные планы на тебя, чем простая клевета.
– Нет-нет, я сделаю все, чтобы этого не случилось. Саймон не останется безнаказанным.
– Если что, я всегда готов помочь.
– Правда? – округляет глаза Ракель.
– Да. Рассчитывай на меня, если будут нужны свидетели или доказательства. Я готов еще раз все подробно рассказать.
– Хорошо, спасибо…
В воздухе на несколько секунд воцаряется неловкая пауза, во время которой Ракель задумывается о чем-то своем, крепко сжимая в руках свой телефон, а Терренс смотрит куда угодно, но только не на девушку. Пока в это же время Наталия также приходит в шок от того, что услышала.
« Ух ты, автор тех анонимных писем дал о себе знать и наконец-то назвал свое имя, – думает Наталия. – Ничего себе… Это Саймон… Саймон Рингер… Который и распространил слухи про Ракель. Ну этот мужик явно сильно на что-то обиделся. Очень сильно… »
Наталия качает головой.
« Кто он вообще такой? – недоумевает Наталия. – Что ему от нее надо? Чего этот мужик прицепился к Кэмерон и хочет любой ценой отомстить ей. За что? Я не понимаю! И что значит, с этой историей еще не покончено? Неужели этот тип еще объявится? О боже мой… »
Наталия прикрывает рот рукой, призадумываясь над всем, что она услышала.
– Хорошо… – задумчиво произносит Ракель и скрещивает руки на груди после того как она убирает свой смартфон в свою сумку. – Допустим, ты сумел оправдаться и убедить меня в том, что твоей вины в этой ситуации может не быть.
– Ее и нет, – спокойно говорит Терренс.
– Однако это еще ничего не значит. Не означает, что все будет по-другому.
– А?
– Ты ведь не думаешь, что решив приехать в Лондон и рассказать мне, кто распространил все эти сплетни, тебе удастся получить желаемое?
– Я приехал сюда ради того, чтобы все объяснить.
– Ну приехал – и молодец! Я рада, что ты решил действовать.
– А еще я хочу, чтобы между нами было все иначе.
– Между нами ничего не может быть.
– Я хочу наладить с тобой отношения. Не хочу, чтобы мы и дальше продолжали конфликтовать.
– Да что ты говоришь!
– Это правда, Ракель. Я хочу с тобой мира. Хочу, чтобы ты знала, что всегда можешь рассчитывать на меня.
– А я хочу, чтобы ты исчез из моей жизни раз и навсегда. Чтобы больше никогда не смел напоминать о себе.
– Пожалуйста, позволь мне все объяснить.
– Все еще надеешься, что я передумаю и все-таки лягу с тобой в постель? – сильно хмурится Ракель, расставив руки в бока. – Не теряешь надежду на то, что тебе все-таки удастся трахнуть меня?
– Почему ты и твои подружки так уверены в том, что от меня мне нужен только лишь секс?
– Так ты никогда этого не скрывал! С самой первой нашей встречи ты только и говорил о том, что хочешь со мной секса. Хочешь немедленно затащить меня в постель, раздеть, облапать и оттрахать!
– А ты думаешь, другие мужики этого не хотят? Да они душу готовы продать ради того, чтобы оказаться с тобой в одной кровати.
– Уж лучше оказаться в одной постели с кем-то из них, чем иметь какие-то дела с таким наглым и невоспитанным пингвином, как ты.
– Ну да, возможно, я вел себя не очень красиво и был слишком настойчив, – резко выдыхает Терренс. – Признаю.
– Ты вел себя отвратительно !
– Послушай, Ракель…
– Расслабься, МакКлайф, ты мне и даром не нужен, – уверенно заявляет Ракель. – Я буду с куда более воспитанным и порядочным мужчиной.
– А ты уверена, что будешь любить его?
– Очень сильно. Я буду любить его так, как никого в жизни!
– Так ты же еще ни разу не влюблялась! – тихо усмехается Терренс.
– Мой первый раз станет моим последним.
– Да что ты говоришь!
– Это ты можешь и дальше прыгать по чужим койкам и трахаться с любой, кто предложит тебе себя, а я буду искать того, кто будет мне верен. И не станет вести себя как чертов кобель.
– А тебя так волнует то, что я прыгаю по чужим койкам?
– Мне чихать, с кем ты там трахаешься и сколько раз!
– Расслабься, детка, я уже давно ни с кем не кувыркаюсь.
– Да что ты говоришь! – изображает удивление Ракель.
– А все потому, что я жду момента, когда смогу покувыркаться с тобой .
Терренс приобнимает Ракель за талию и притягивает ее поближе к себе.
– Невозможно устоять, когда рядом с тобой стоит такая сексапильная девчонка, – более низким голосом с загадочной улыбкой добавляет Терренс.
– Так, кобель, ну-ка убрал от меня свои руки! – грубо требует Ракель и резко отстраняется от Терренса.
– Да уж… Я-то думал, что за все это время ты успела хорошенько подумать о своем поведении. Но вижу, ты так ничего и не поняла.
– Зато я не сомневалась в том, что ты уж точно не призадумаешься о своих поступках. Не научишься вести себя хоть чуточку вежливее.
– Знаешь, красотка, я очень сомневаюсь, что какой-то мужик сможет справиться с такой вредной и невоспитанной сучкой. Точнее, ты сделаешь все, чтобы он сбежал от тебя при первой же возможности.
– А я бы с радостью поговорила с девчонками, с которыми ты встречался больше одного месяца. Чтобы узнать, как они могли терпеть самовлюбленного кобеля с извращенной фантазией.
– Неужели ты так до сих пор не поняла, какой популярностью я пользуюсь у девчонок? Забыла, как все те молодые красавицы практически не отходили от меня на нашей совместной фотосессии?
– Да и я не оставалась без внимания молодых мужчин, которые были очень галантны по отношению ко мне, – с гордо поднятой головой заявляет Ракель. – И которые были очень даже симпатичными.
– И скольких из них ты запомнила? – хитро улыбается Терренс. – Назови хоть одного из тех мужиков, которого ты помнишь лучше всего!
– А ты-то сам помнишь, с кем трахаешься? Или тебе плевать?
– Я – единственный, о ком ты думаешь уже на протяжении долгого времени.
– Откуда такая уверенность?
– Потому что Терренса МакКлайфа невозможно забыть.
– Верно, невозможно. После всего, что он сделал.
– Я также не сомневаюсь в том, что ты никак не могла забыть наш с тобой поцелуй.
– Я? – широко распахивает глаза Ракель и нервно усмехается. – Да я вообще о нем не вспоминала. Забыла об этом сразу же после того как мы попрощались.
– Думаешь, я тебе поверю?
Терренс приближает свое лицо очень близко к лицу Ракель, которая начинает неотрывно смотреть ему в глаза и в какой-то момент нервно сглатывает.
– Даже если в тот раз я показал не все, что умею, тебя это все равно не оставило равнодушной, – уверенно добавляет Терренс. – Но что с тобой было бы, если бы я не сдерживал себя? М-м-м…
– Прекрати считать себя повелителем всего и всех, – холодно говорит Ракель. – И оставь свои попытки соблазнить меня и затащить в постель.
– Правильно Саймон в своем письме написал, что ты слишком узко мыслишь. Потому что у тебя на все есть лишь одно предложение.
– Успокойся, МакКлайф. Я никогда не соглашусь быть твоей. Ни-ког-да.
– Ну же, детка, признайся, что я тебе нравлюсь! – с хитрой улыбкой восклицает Терренс. – Признайся, что ты без ума от меня!
– Хочешь, чтобы я призналась тебе во лжи?
– Я вот не скрываю, что ты мне очень даже нравишься. – Терренс тыльной стороной руки проводит по щеке Ракель. – Да, у тебя просто ужасный характер, но я не могу не признать, что неравнодушен к тебе. С самой первой нашей встречи.
– Как бы усердно ты ни пытался прикидываться хорошим и воспитанным, твоя сущность все равно вылезет наружу, – уверенно говорит Ракель. – Как бы ты ни пытался скрыть то, что хочешь потрахаться со мной, это очевидно.
– Я этого не отрицаю. Не отрицаю, что до смерти хочу, чтобы ты удовлетворила меня и подарила лучший секс в жизни.
– Я сказала, ищи для этого другую дуру!
– Мне не нужна другая. Я хочу тебя .
Терренс проводит руками по изгибам талии Ракель и располагает их на ее ягодицах, пока та слегка вздрагивает и понимает, что ее сердце пропускает удар.
– Ты – единственная, кто возбуждает меня по-настоящему сильно, – низким голосом признается Терренс.
– Ты не сделаешь меня своей очередной жертвой! – угрожает Терренсу пальцем Ракель. – Не сделаешь!
– Твое тело с тобой не согласно. Оно хочет, чтобы я как следует занялся им и одарил его лаской. Той любовью, которую оно никогда не забудет.
– Даже не вздумай распускать руки! Клянусь, я врежу тебе! Прямо на глазах публики!
– А чем больше ты мне сопротивляешься и грозишься врезать мне, тем сильнее я возбуждаюсь. Твоя непокорность только больше заводит меня.
– А меня совсем не заводит твоя наглость!
– Я бы не обратил на тебя внимание, если бы ты повела себя так же, как и все девчонки. Если бы сразу предложила мне себя. Но ты вынуждаешь меня бегать за тобой и делать все, чтобы ты все-таки согласилась стать моей.
– Ты ошибся адресом, МакКлайф. Я не проститутка и не предлагаю секс без обязательств.
– Будь на моем месте кто-то другой, ты бы точно не возражала.
– С удовольствием! Если бы я любила человека.
– Меня ты тоже любишь!
– С какой стати?
– Тебе нравится все, что я делаю! Нравится даже грубое обращение.
– Не говори глупости!
– А если проверю?
Терренс крепко берет Ракель за горло и уставляет свой уверенный, холодный взгляд в ее глаза, пока та хмуро смотрит на него, с затрудненным дыханием сжав руки в кулаки.
– Если я окончательно выключу режим хорошего парня и буду обращаться с тобой настолько грубо, насколько это возможно? – добавляет Терренс.
– Хочешь, чтобы я заорала на всю улицу о том, что ты хочешь изнасиловать меня? – хмуро спрашивает Ракель.
– Ну давай, ори!
Терренс губами немного ласкает губы Ракель и проводит ими по ее скулам, пока его свободная рука расположена на ее ягодицах. Этим он почти сразу же вызывает у девушки легкую дрожь и учащенное дыхание.
– Посмотрим, хватит ли у тебя смелости сделать это в том месте, где ходит много людей, – добавляет Терренс.
– Немедленно прекратил это делать! – грубо требует Ракель.
– Не перестану.
– Я сказала, отпусти меня!
– М-м-м, а сердечко-то снова забилось чаще.
Терренс, придерживая Ракель за заднюю часть шеи, проводит кончиками пальцем по ее изгибу и хорошо чувствует учащенное сердцебиение девушки.
– А ты сама как тяжело дышишь, – хитро улыбается Терренс и оставляет парочку поцелуев на подбородке Ракель. – Я еще не сделал ничего особенного, но тебя уже всю трясет.
– Ар-р-р, будь ты проклят, Терренс МакКлайф! – раздраженно бросает Ракель.
– Не надо сдерживать себя, малышка. Покажи, как тебе хорошо.
Только Терренс собирается оставить короткий поцелуй на ее шее. Ракель грубо отталкивает его от себя, практически выкрикнув:
– Я сказала, НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ!
– Не зли меня, сучка, – грубо бросает Терренс.
– Это ТЫ меня не зли! Не смей прикасаться ко мне и лапать своими чертовыми руками!
– Ага, значит, другие мужики могут целовать тебе ручки, а мне НЕЛЬЗЯ? – громко возмущается Терренс.
– Какое твое собачье дело, кто целует мне руки? Тебя не должно это не волновать! Не должно волновать, с кем я общаюсь, с кем целуюсь и с кем трахаюсь.
– Ты не имеешь право с кем-то целоваться и трахаться! НЕ ИМЕЕШЬ!
– ЕЩЕ КАК ИМЕЮ!
– Я не собираюсь делить тебя с кем-то еще! НЕ СОБИРАЮСЬ! ТЫ МОЯ! И БОЛЬШЕ НИЧЬЯ!
– НИ ЧЕРТА ПОДОБНОГО! – раздраженно вскрикивает Ракель. – Ты мне никто, чтобы указывать мне, что делать!
Глава 16.9
– Запомни, сучка, если я еще раз увижу, как кто-то пытается флиртовать с тобой и целовать тебе ручки, клянусь, тот сильно пожалеет об этом, – грубо заявляет Терренс. – НИКОГО НЕ ПОЖАЛЕЮ! Я БОЛЬШЕ НЕ СТАНУ МОЛЧАТЬ! НЕ СТАНУ!
– Но я-то молчу, когда всякие молодые девки едва ли не готовы раздеть тебя до гола и облизать с ног до головы. МОЛЧУ, КОГДА ОНИ ОТКРЫТО ГОВОРЯТ О ЖЕЛАНИИ ПОТРАХАТЬСЯ С ТОБОЙ!
– А ТЕБЕ-ТО ЧТО? Если я захочу, то потрахаюсь с любой из них! С ЛЮБОЙ, КТО НЕ БУДЕТ СТРОИТЬ ИЗ СЕБЯ ЧЕРТОВУ СНЕЖНУЮ КОРОЛЕВУ, КОТОРУЮ НЕ ПРИДЕТСЯ ДОБИВАТЬСЯ!
– ВОТ И ВАЛИ К СВОИМ ШЛЮХАМ! – вскрикивает Ракель. – ПУСТЬ ОНИ УБЛАЖАЮТ ТЕБЯ!
– Вот и пойду!
– Вот и иди!
– НУ И ПОЙДУ!
– ВАЛИ КУДА ХОЧЕШЬ! ТОЛЬКО ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ, КОЗЕЛ!
– Я не потерплю другого мужика рядом с тобой. НЕ ПОТЕРПЛЮ!
– Твоя ревность совершенно неуместна!
– А тебе разве не чихать на то, с кем я трахаюсь и сколько?
– Хоть групповушкой занимайся! МНЕ ВСЕ РАВНО!
– ВОТ И БУДУ ЗАНИМАТЬСЯ! – со злостью во взгляде бросает Терренс. – Буду развлекаться с теми, кто окажется намного лучше, чем какая-то мерзкая, невоспитанная сучка.
– От мерзкого, невоспитанного ублюдка слышу!
– Не выводи меня из себя, сука, – с частым дыханием крепко сжимает руки в кулаки Терренс. – Или я ПРИДУШУ ТЕБЯ СОБСТВЕННЫМИ РУКАМИ!
– Раз ты уже перетрахал почти всю женскую часть Нью-Йорка, то начни искать всяких глупых дур здесь, в Лондоне.
– Только не надо делать вид, будто ты ревнуешь.
– БОЛЬНО МНЕ НАДО! – ехидно ухмыляется Ракель. – РЕВНОВАТЬ КАКОГО-ТО КОБЕЛЯ!
– Раз тебя так волнует, сколько девчонок меня обхаживает, значит, ты ревнуешь .
– Нет!
– Тогда какого хрена ты устраиваешь мне истерики по поводу того, что я с кем-то трахаюсь?
– Но ты же ведешь себя, как истеричка, когда я говорю о том, что есть мужчины гораздо лучше тебя. Мужчины, с которыми я с удовольствием встречалась бы, целовалась и трахалась.
– Потому что мне ПРОТИВНО! – вскрикивает Терренс. – ПРОТИВНО, БЛЯТЬ! Мне было ДО СМЕРТИ тошно смотреть, как на фотосессии ты любезничала со всеми теми мужиками, а на меня не обращала никакого внимания.
– Потому что ты не заслуживаешь моего внимания. НЕ ЗАСЛУЖИВАЕШЬ!
– ЧЕМ Я ХУЖЕ ВСЕХ ЭТИХ УРОДЛИВЫХ ПРИДУРКОВ? ЧЕМ? СКАЖИ МНЕ!
– Тем, что они воспитанные !
– И ВСЕ?
– Я ни за что не стану встречаться с таким самовлюбленным человеком, как ты. Который доставил мне уже целую кучу проблем, даже не будучи моим возлюбленным или тем более моим мужем.
– Если он у тебя будет, то ты сама доставишь ему кучу проблем.
– Я бы с удовольствием послушала тех девиц, которым ты доставил едва ли не больше проблем.
– До того, как ты встала у меня на пути, ни одна девчонка не смела отказывать мне, – грубо заявляет Терренс. – Любая была готова на все и не выпендривалась, строя из себя гребаную Снежную Королеву.
– Ну раз тебе это так нравится, так какого черта ты преследуешь меня? Вот и валил бы к своим шлюхам, которые потрахаются с любым, кто поманит их пальчиком!
– Ха, сказала та, что сама ведет себя как чертова шлюха!
– Что ты сказал? – приходит в бешенство Ракель.
– Не надоело еще вилять задницей перед мужиками? Строить им глазки и мило улыбаться? НЕ НАДОЕЛО, А?
– Тебя это не касается, козел!
– ЕЩЕ КАК КАСАЕТСЯ!
– Ты не имеешь никакого права указывать мне, что делать. НИКАКОГО, СЛЫШИШЬ!
– Да? А в таком случае почему тебя так волнует то, что я общаюсь с девушками?
– А мне тоже противно ! – сухо заявляет Ракель. – ПРОТИВНО! Меня тошнит от твоей фальшивой вежливости. Тошнит от того, каким милым и пушистым ты притворяешься для других.
– Сама виновата! – холодно бросает Терренс. – Вела бы себя нормально, и я бы не проявлял грубость! Но ты этого явно хочешь!
– Не я начала эту войну!
– И я пытался быть с тобой хорошим!
– Когда это было?
– Всегда!
– Да что ты!
– Я не мог стерпеть того, что ты посмела заявить мне то, что до тебя никто никогда не говорил.
– А может, и говорил? Просто ты не признаешь это!
– Ложь! Меня ВСЕ знают!
– ТАК Я И ПОВЕРИЛА!
– Жаль, что ты так и не удосужилась зайти в Интернет и поискать информацию о Терренсе МакКлайфе.
– Я ничего не хочу о тебе знать! НИЧЕГО! И БЫЛО БЫ НАМНОГО ЛУЧШЕ, ЕСЛИ БЫ ТЫ НИКОГДА НЕ ПОЯВЛЯЛСЯ В МОЕЙ ЖИЗНИ!
– Хватит строить из себя черт знает кого, Кэмерон! Просто признайся, что я тебе нравлюсь, и ты хочешь меня.
– Меня от тебя тошнит!
– Признайся!
– Я не собираюсь лгать!
– Ты лжешь ! – Терренс резко сокращает расстояние между собой и Ракель и уставляет уверенный взгляд в ее глаза. – Хочешь позлить меня! Вывести на эмоции! Тебе НРАВИТСЯ это делать! НРАВИТСЯ заставлять меня выходить из себя!
– Мне и не надо ничего делать, потому что ты и без того больной на голову, – грубо заявляет Ракель.
– Как будто ты здорова!
– Буду куда здоровее тебя!
– Не выводи меня из себя, сучка. А иначе тебе придется сильно пожалеть об этом.
– Иди лучше потрахайся с какой-нибудь проституткой!
– Это ТЫ найди кого-нибудь, в чьи трусы ты могла бы залезть!
– Вот и найду!
– Ищи!
– Ищи себе шлюху!
– Ищи себе кобеля!
– От кобеля слышу!
– От шлюхи слышу!
– Я НЕ ШЛЮХА!
– Хватит бесить меня!
– Сам не беси меня!
– Возьми у кого-нибудь пару уроков хороших манер. Вроде девчонка, а такая грубая, невоспитанная и громкая.
– Ты говоришь это себе? Наглому и бессовестному извращенцу!
– Твоя семейка явно ничему тебя не научила.
– Как будто твоя вырастила достойного человека! Раз ты не знаешь, как обращаться с девушками и думаешь, что они готовы раздвинуть ноги, едва увидев тебя.
– Интересно, а твоя родня знает, что ты ведешь себя как шлюха, которая откровенно флиртует с мужиками и только и рада повилять перед ними задницей и услышать от них громкий свист или парочку комплиментов? Или же ты притворяешься перед ними святой и соглашаешься с тем, что секс может быть только после свадьбы?
Одержимая гневом Ракель с частым дыханием со всей силы залупляет Терренсу пощечину, после которой он резко берется за щеку. Пока Наталия приходит в шок ото всего, что происходит прямо на ее глазах, и слегка приоткрывает рот.
« Ничего себе… – думает Наталия. – Да у них там страсти покруче, чем в любом сериале! Искры так и летят из глаз! Если бы это была игра актеров, я бы однозначно поверила. И с удовольствием продолжила бы смотреть такой сериал и болеть за их пару. Мне реально нравится наблюдать за тем, что там у них происходит. »
Терренс несколько секунд потирает горящую щеку, а затем, придя в ярость после произошедшего, одной рукой крепко берет Ракель за волосы, а другой крепко сжимает ей горло. Из-за чего возбужденная девушка слегка вздрагивает с испугом в глазах.
– Ты опять за свое? – возмущается Терренс, уставив свой испепеляющий, холодный взгляд в глаза Ракель. – ОПЯТЬ РАЗДАЕШЬ МНЕ ПОЩЕЧИНЫ?
– Получаешь то, что заслуживаешь, – с гордо поднятой головой заявляет Ракель.
– Да тебе, сучка, нравится влипать в неприятности. Нравится, когда тебе стучат по башке.
– Нет, это тебе нравится выставлять себя больным ублюдком прямо посреди улицы.
– Как будто тебе понравится, если тебя будут дубасить. Как будто тебя это приведет в восторг.
– Если тебе так нравится получать тумаки, то могу с радостью влепить тебе еще парочку пощечин. И добавить еще один-два крепких ударов по яйцам. Чтобы ты хорошо прочувствовал все это!
– Не исключаю, что тебе вообще нравится, когда с тобой грубо обращаются. Учитывая, что ты не ревешь и трясешься передо мной как зайчиха.
– Реветь и трястись из-за какого-то больного ублюдка, который решил, что я – его собственность? – Ракель презрительно усмехается. – Я еще с ума не сошла!
– Придет день, когда ты будешь моей ! – уверенно заявляет Терренс. – И только моей!
– НИКОГДА! Слышишь, НИКОГДА!
Ракель грубо отталкивает Терренса от себя и начинает со всей силы дубасить его куда только можно, никак не сдерживаясь и выпуская всю злость, что в ней копилась еще с того момента, как она впервые с ним поругалась.
– Ты… – грубо бросает Ракель. – Скотина… Ублюдок! Тварь! Козел!
– Прекрати выставлять себя истеричкой, – сухо требует Терренс, никак не реагируя на действия Ракель.
– Кобель! Мразь! Сука!
– Люди смотрят на тебя, дура!
– ПУСТЬ СМОТРЯТ! МНЕ ПЛЕВАТЬ!
– Так, а ну успокойся! Успокойся немедленно!
– Ненавижу тебя, НЕНАВИЖУ! БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ! БУДЬ ПРОКЛЯТ ТОТ ДЕНЬ, КОГДА Я ПОЗНАКОМИЛАСЬ С ТОБОЙ!
– Блять, да заткнись ты уже, сучка!
– ТЫ ИСПОРТИЛ МНЕ ЖИЗНЬ! ИСПОРТИЛ ВСЕ, ЧТО МОЖНО!
– Сейчас же прекрати эту истерику!
– ГОРИ В АДУ, ТЕРРЕНС МАККЛАЙФ! ГОРИ! ЗА ВСЕ, ЧТО ТЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ!
– Я сказал, СЕЙЧАС ЖЕ УСПОКОЙСЯ!
Терренс крепко берет взбешенную Ракель под руки и слегка встряхивает ее, пока она все еще пытается отдубасить его.
– УСПОКОЙСЯ, БЛЯТЬ, ИСТЕРИЧКА! – во весь голос вскрикивает Терренс. – ХВАТИТ ОРАТЬ!
– ОТПУСТИ МЕНЯ! – грубо требует Ракель, пытаясь вырвать руки из хватки Терренса. – Отпусти, я сказала!
– А ты успокойся! И хватит распускать руки! Хватит вести себя как хабалка!
Терренсу еще несколько секунд приходиться бороться с Ракель до того, как он решает грубо оттолкнуть ее от себя. Они оба смотрят друг на друга с частым, громким дыханием, пока в воздухе воцаряется тишина. В какой-то момент девушка снова пытается наброситься на мужчину, но тот просто крепко берет ее обеими руками и прижимает поближе к себе. Она несколько секунд сильно бьет его руками в грудь, но затем переводит взгляд на его глаза и будто околдованная прекращает это делать.
Легко заметить, какими напряженными они становятся, когда их лица оказываются на мизерном расстоянии. Дыхание становится неравномерным, а сердце начинает биться так, как это происходит в моменты страха или волнения. Его звук эхом отдается в виски, ноги будто бы все больше слабеют, а помнить о том, что нужно дышать, становится все сложнее. Их взгляды сосредоточены на глаза друг друга, в которые Терренс и Ракель внимательно всматриваются с довольно затрудненным, частым дыханием.
Злость и ненависть по-прежнему одержимы ими обоими и порождают еще большее влечение друг к другу, которые они не могут отрицать где-то в глубине души. Естественный запах тела все больше дурманит разум и вызывает легкое головокружение, а в сочетании с дорогостоящими стойкими духами этот эффект становится куда сильнее. Невозможно думать ни о чем другом, когда рядом находится человек, который может ничего делать, но все равно свести с ума.
Ракель и Терренс еще несколько секунд словно околдованные смотрят друг другу в глаза, находясь на мизерном расстоянии. А затем девушка и мужчина одновременно вовлекают друг друга в продолжительный поцелуй в губы. Довольно страстный. Горячий. Уверенный. Пока мужчина обеими руками начинает водить по ее спине или придерживать за ягодицы, девушка позволяет своим ласкать его лицо или что-то делать с его волосами, которые она сильно оттягивает и сжимает в порыве страсти. Почти сразу же они оба начинают тихонько постанывать и намного тяжелее и чаще дышать, полностью отдаваясь этому порыву и определенно не возражая против того, что сейчас происходит.
Увидев, как Терренс и Ракель начали страстно целоваться прямо посреди улицы, Наталия широко распахивает глаза и слегка приоткрывает рот.
« Вот это да! – думает Наталия, прикрыв рот обеими руками. – Вот это поворот! Еще несколько секунд назад они ругались как кошка с собакой, а теперь целуются, как давние страстные любовники. »
Наталия качает головой, с интересом наблюдая за поцелуем Терренса и Ракель, которые определенно чувствуют себя вполне уверенно и не стесняются выражать свои чувства прямо посреди улицы.
« Ребята, вы бы хоть уединились! – думает Наталия, видя, что Ракель и Терренс на пару секунд разрывают поцелуй, чтобы перевести дыхание, но затем снова вовлекают друг друга в еще один, более страстный. – Неужели нельзя было найти какое-то другое местечко для того, чтобы целоваться? Конечно, я понимаю, что у вас кипят страсти, но имейте, черт возьми совесть! »
Наталия еще несколько секунд наблюдает за происходящим, отмечая, что Ракель уж точно не выглядит так, будто она целуется с мужчиной во второй раз в своей жизни. Пока Терренс демонстрирует свои способности и с большим удовольствием ласкает ее, сама девушка даже и не думает сопротивляться и всячески показывает, что ей безумно нравится происходящее.
« Ого, да вы смотрите, что они там делают! – с загадочной улыбкой думает Наталия. – МакКлайф отрывается по полной и лапает мою подругу где только можно, а Кэмерон не выглядит так, будто ей противен этот парень, и она целуется всего лишь во второй раз. »
Наталия скромно хихикает и продолжает наблюдать за происходящим, не желая прерывать столь интересный момент и продолжая оставаться там, где она прячется. Тем временем Терренс и Ракель окончательно перестают сдерживаться и отдаются своим чувствам, ведя себя так, будто они уже долгое время принадлежат друг другу. Слегка оттягивают, покусывает и зажимают губы друг друга и водят руками по лицу, шее, ключицам, груди, животу, изгибам талии, бедрам и ягодицам. Чем дольше все это происходит, тем более учащенным становятся сердцебиение и дыхание, тем более сильным становится чувство головокружения, тем сложнее становится сдержать желание издать тихий, томный стон, чтобы выразить то, что они испытывают.
Впрочем, спустя некоторое время Ракель и Терренс делают свой поцелуй уже более спокойным, но от этого он не становится менее возбуждающим. Наоборот, мужчина с затрудненным дыханием прижимает девушку к себе как можно ближе, а она выражает свое удовольствие с помощью тихих, чувственных стонов, что так радуют его слух и заставляют понимать, что он все-таки добился своего. Сделал все, чтобы эта молодая красавица была без ума от него.
В какой-то момент они медленно разрывают свой поцелуй и смотрят друг другу в глаза, довольно тяжело дыша и немного раскрасневшись из-за сильного возбуждения. Пока мужчина придерживает ее за спину обеими руками, ее ладони же расположены у него на груди, через которую она хорошо чувствует его учащенное сердцебиение. Несколько секунд Терренс и Ракель пытаются прийти в себя после столь головокружительного порыва, а затем скромно улыбаются друг другу, не сдерживая своего желания это сделать.
