Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 208 (всего у книги 354 страниц)

– Да, но ты могла бы хотя бы обратиться в полицию, чтобы быть в безопасности, – уверенно предлагает Фредерик, сделав глоток чая. – Они бы поехали с тобой и помогли бы, если ситуация станет очень опасной.

– Нет, дедушка! – Ракель резко переводит свой усталый взгляд на Фредерика. – Я не могу так рисковать! Если я позвоню в полицию, Саймон может причинить кому-нибудь вред.

– Но ты же сама можешь стать его жертвой! – с ужасом во взгляде восклицает Алисия. – Он запросто может убить тебя и даже бровью не повести!

– Не убьет, не беспокойтесь.

– Господи, дорогая, неужели ты не понимаешь, что этот мерзавец специально заманил тебя туда, чтобы сделать свои дела и остаться незамеченным?

– К сожалению, у меня нет выбора, тетя. Я должна выполнить все его условия.

– Пожалуйста, милая, не делай этого! – с жалостью во взгляде умоляет Фредерик. – Не ходи туда одна! Кто защитит тебя, если этот подонок захочет покончить с тобой прямо там?

– Я умею за себя постоять и не дам ему причинить мне вред.

– Умоляю, возьми с собой кого-нибудь из полицейских или кого-то, кто намного сильнее тебя и этой сволочи. Неважно, кого. Но ради Христа, не встречайся с ним одна.

– Я больше переживаю не за себя, а за тебя, за тетю и всех, кого люблю. За тех, кто не должен пострадать…

– Ракель…

– Мне все равно, что этот тип сделает со мной. Но я точно знаю, что должна хотя бы попробовать убедить его оставить всех нас в покое.

– Как? – недоумевает Алисия. – Как ты собираешься это делать?

– Не знаю, тетя Алисия… Но я сделаю все, чтобы он оставил нас в покое.

– Господи, Ракель, почему ты ведешь себя как глупенькая, наивная девочка? – недоумевает Фредерик. – Ты же у нас умная и образованная девочка! Неужели ты не понимаешь такие простые вещи?

– Я все понимаю, но еще раз говорю, у меня нет выбора.

– Выбор есть всегда, дорогая.

– И вообще, я должна была раньше как-то предугадать это и обезопасить вас всех. Должна была сделать все, чтобы Рингер не смог добраться до кого-то из вас.

Ракель тяжело вздыхает и потупляет свой грустный взгляд в чашку с чаем.

– Ты ни в чем не виновата, Ракель, – мягко говорит Алисия, положив руку на руку Ракель и с грустью во взгляде смотря на нее. – И не могла знать, что Рингер каким-то образом узнает номера и адреса всех твоих друзей и родственников.

– Нет, тетя! – качает головой Ракель. – Я могла понять это по своим предчувствиям. Они преследовали меня задолго до того, как Саймон дал о себе знать. Я… Я будто знала, что скоро должно случиться что-то плохое.

– Да, но ты не могла знать, что конкретно случится, – уверенно отмечает Фредерик.

– Знаю, но я должна была прислушиваться к своим ощущениям. Они еще никогда не подводили меня. Хотя я не всегда прислушиваюсь к ним.

– Ракель…

– Впрочем, сейчас уже нет смысла об этом говорить. Ибо я совершила кучу ошибок…

– Все совершают ошибки, дорогая. Никто не идеален.

– Я не просто неидеальна, но еще и неудачница. – Ракель делает маленький глоток чая. – И потеряла все… Работу, семью, друзей… – Ракель замолкает на пару секунд и тяжело вздыхает, покачав головой. – И парня я тоже потеряла… И сама же в этом виновата.

– Ты вовсе не теряла работу, Ракель, – спокойно напоминает Алисия. – Никто не отказался с тобой работать, да и ты не говорила, что завершаешь модельную карьеру.

– Да, но меня преследует чувство, что в последнее время обо мне стали забывать. Что я всем надоела… Из-за того, что работала как проклятая и засветилась где только можно.

– Это не так, солнышко. У тебя по-прежнему очень много поклонников, для которых ты являешься идолом. Которые равняются на тебя и мечтают быть такой же красивой, как и ты.

– Мне кажется, что я уже становлюсь менее популярной. Потому что мне на смену приходят новые, более молодые модели.

– Твои самые верные поклонники всегда будут помнить тебя и следить за твоей работой.

– Я не всегда буду успешной. Однажды настанет момент, когда меня просто пошлют куда подальше.

– Ну лично я знаю много моделей, которые работают даже в почтенном возрасте. Они начали свою карьеру в очень юном возрасте, но продолжают работать и сейчас, когда им по сорок или даже пятьдесят лет. И до сих пор очень востребованы в своей профессии.

– Мне кажется, мое время уже уходит. Да, я еще молодая и красивая, но… Скоро перестану быть успешной как модель.

– Нет, дорогая, не говори так.

– Вот именно! – с легкой улыбкой восклицает Фредерик. – Недавно я смотрел одну передачу по телевизору, в которой речь шла о тебе.

– Правда? – округляет глаза Ракель.

– Да. Они сказали, что все беспокоятся о тебе. Потому что ты внезапно ушла в тень и оборвала все связи со всеми, кто с тобой работал. Говорят, даже твои менеджеры не могут связаться с тобой.

– Я потом с ними поговорю… Сейчас у меня нет желания что-то с ними обсуждать. Вот разберусь с Саймоном, тогда и буду говорить с Сереной и со всеми остальными.

– В любом случае с карьерой еще не все потеряно. Надо просто начать сниматься.

– И у тебя всегда была, есть и будет семья, – уверенно добавляет Алисия. – Я и твой дедушка. Мы всегда будем рядом, чтобы поддержать тебя в любой ситуации. Что бы ты ни сделала, мы оба будем любить тебя всем сердцем.

– Да, я знаю, но как же мои друзья и мой возлюбленный? Я своими же руками все разрушила!

– Прости, внучка, но здесь ты уже сама виновата, – осторожно говорит Фредерик.

– Я знаю… – Ракель тяжело вздыхает и опускает взгляд в свою чашку, сложив руки на столе. – Я начинаю понимать, что вела себя неправильно. Понимать, что мои отношения были разрушены по моей же вине. Своим равнодушием я вынудила МакКлайфа искать себе другую. Искать способы почувствовать себя счастливым. Я не смогла стать идеальной девушкой… Той, которой должна была быть.

– Просто не надо было ставить свою карьеру превыше всего, – спокойно говорит Алисия. – Ты слишком много думала о работе и была одержима ею. И совсем позабыла о том, что у тебя есть возлюбленный, который нуждался в твоем внимании.

– Может, он и сам начал уделять повышенное внимание своей карьере только для того, чтобы перестать чувствовать себя одиноким, – предполагает Фредерик. – И в итоге вы оба были заняты собой и забыли о том, что состоите в отношениях.

– Думаю, вы правы… – кивает Ракель. – Я сама виновата в нашем расставании… Но относись я к нему с большей любовью и заботой, все могло бы быть иначе.

– Хотя бы хорошо, что ты это понимаешь.

– Теперь я много чего понимаю…

Ракель облокачивается локтем на стол и запускает руку в свои волосы.

– К тому же, я уже начинаю жалеть о том, что разругалась с Наталией, – признается Ракель и тихо шмыгает носом. – Жалею, что наговорила ей столько гадостей и даже подралась с ней.

– С ней ты поступила еще хуже, – уверенно говорит Алисия. – И я не могу представить, что чувствует бедная девочка после всего, что ты с ней сделала.

– Я знаю… И все больше начинаю быть уверенной в том, что она ни в чем не виновата… Понимаю, что эта девушка не могла так со мной поступить. Не могла стать сообщницей Рингера.

– Почему ты раньше об этом не подумала? – недоумевает Фредерик. – Ты ведь знаешь ее с самого детства и в курсе, что она за человек и на что может пойти.

– Знаю…

– Ты уж извини, что я это говорю, но ты поступила просто омерзительно, когда пошла к ней и обвинила бедную девочку в предательстве.

– Да, но тогда я не понимала, что говорила и делала. Я была так зла и опустошена, что была готова поверить чему угодно и не искать никаких доказательств.

– А зря! – восклицает Алисия. – Думала бы головой – могла бы многого избежать! А ты слепо доверяла этому подонку. Предпочитала слушать его, а не тех, кого знаешь буквально тысячу лет.

– Я доверяла, потому что Саймон приводил аргументы, которые и правда могли казаться причиной ее якобы мести. Он такого наговорил, что я и впрямь поверила, будто Наталия завидует мне и пришла в ярость из-за того, что МакКлайф предпочел меня, а не ее.

– Ты всегда знала, что они просто дружат.

– Если бы Наталия и правда запала на Терренса, она бы сама соблазнила его и сделала бы все, чтобы он даже не посмотрел на тебя, – добавляет Фредерик.

– Да, дедушка, я знаю, – с грустью во взгляде отвечает Ракель. – Я поняла все это, когда немного успокоилась. Поняла, что Наталия не мстительная и на самом деле никогда не завидовала мне и моим успехам.

Ракель тяжело вздыхает и крепко сцепляет пальцы рук.

– Саймон оклеветал ее, чтобы заставить меня почувствовать себя одинокой и брошенной всеми, – добавляет Ракель. – Наталия никогда бы не пошла на такое. Может быть, она и болтушка и не всегда умеет хранить секреты. Но на такой мерзкий поступок эта девушка уж точно не пойдет. Она никогда не говорила ничего, что могло мне навредить. Эта девушка могла проболтаться лишь о чем-то хорошем, что должно стать сюрпризом… Такая черта в ней есть… Но она не могла рассказывать Саймону обо всем происходящем в моем окружении и давать ему все наши контакты.

– Мы никогда и не сомневались в этой девочке, – мягко говорит Фредерик. – Для нас с Алисией она всегда была милым ангелочком. И мы желаем ей только счастья, которого она так заслуживает.

– Ты поступила очень плохо, когда заявилась к ней, набросилась с обвинениями, оскорбляла, подралась с этой девочкой и разорвала с ней дружбу, – уверенно добавляет Алисия.

– Да, я не отрицаю, что сама разрушила нашу многолетнюю дружбу, оскорбляла ее и откровенно насмехалась над неудачами в ее личной жизни, – признается Ракель. – Но тогда я была готова поверить чему угодно.

– Запомни, дорогая моя племянница, для любых обвинений нужны доказательства. Даже то, что ты видела собственными глазами не всегда является правдой.

– Я знаю, тетя…

Ракель тяжело вздыхает.

– И очень хотела бы навести ее, – с подступающими к ее грустным глазам слезами признается Ракель. – Все объяснить и попросить прощения за то, что я была такой идиоткой.

– Думаю, Наталия поняла бы тебя, если бы ты пошла к ней и все объяснила, – предполагает Фредерик.

– Я так хочу вернуть свою подругу и знать, что она по-прежнему считает меня близкой себе.

– Эта девочка наверняка сильно переживает из-за вашей ссоры и мечтает помириться с тобой.

– Я знаю, дедушка…

– Господи, вы же были подружками с самого детства. Ты знаешь ее как облупленную… И так легко порвала вашу крепкую дружбу. Из-за какого-то больного ублюдка.

– Я правда сожалею, что все так случилось.

– Ну вот и поговори с ней. Извинись и скажи, что хочешь и дальше быть ее подругой.

– Не знаю… – тихо вздыхает Ракель. – Не могу…

– Дорогая, что тебе мешает пойти к Наталии домой и извиниться? – недоумевает Алисия. – Уверена, что эта девочка все поняла бы и согласилась бы принять твои извинения.

– Я боюсь смотреть ей в глаза, тетя. Даже если это я виновата в нашей разрушенной дружбе и должна просить у нее прощения.

– Мы все понимаем, но нельзя так все оставлять. Ты должна решить эту проблему.

– Я очень хочу ее решить… Но пока что не могу решиться…

– Ладно, милая, не переживай, – с легкой улыбкой подбадривает Фредерик. – Уверен, что ты еще помиришься с ней.

– Да, а сейчас тебе надо думать о Саймоне и о том, как покончить с ним раз и навсегда, – добавляет Алисия.

– Вы правы… – кивает Ракель. – Сейчас я должна думать только об этом. А уж поверьте мне, я настроена очень решительно. И знаю, что у меня все получится.

– Мы рады, что ты думаешь позитивно, – с легкой улыбкой отвечает Алисия. – Конечно, мы по-прежнему не хотим, чтобы ты ехала туда одной. Но мы будем молиться, чтобы все прошло хорошо.

– Все будет хорошо, дорогая тетушка. Не переживайте.

– Дай-то Бог, солнце мое… – с тревогой в душе задумчиво говорит Фредерик.

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза.

– Ладно, давайте мы с вами спокойно поедим, а потом решим, чем займемся до вечера, – спокойно предлагает Фредерик.

– Хорошо… – соглашается Ракель.

– Ешь, моя милая, ешь, – мягко говорит Алисия. – Я испекла печенье специально для тебя.

– Спасибо…

Ракель, Фредерик и Алисия начинают без спешки доедать печенье и допивать чай и разговаривать о чем-то, что не касается сегодняшней встречи с Саймоном. И мужчина, и женщина очень хотели бы поговорить с девушкой про Терренса и узнать, что она думает о нем на самом деле. Однако они решают пока что отложить этот вопрос на более подходящее время. Фредерик и Алисия прекрасно понимают, что этот разговор может причинить Ракель боль и немного ослабить ее боевой дух и решительность, с которой она поедет на встречу со своим главным врагом.

Так что именно поэтому ее родственники стараются всячески поддерживать девушку и делать все, чтобы не ранить ее теми или иными словами, которые могли бы сломать ее боевой дух. Тем более, что сегодня Ракель впервые за долгое время сама вышла из своей комнаты, начала улыбаться и даже с большим удовольствием ест что-то более существенное, чем хлеб и вода.

Хотя Алисия и Фредерик не знают, как все в итоге закончится, в глубине души безумно переживают за свою кровиночку и страшно боятся, что с ней может что-то случиться. А для них время бежит гораздо быстрее. Встреча Ракель и Саймона состоится уже через несколько часов. А значит, очень скоро им придется сидеть как на иголках и ждать хоть каких-то известий. Впрочем, родственники девушки решают не думать о плохом заранее и пытаются вспомнить что-то хорошее, дабы не сойти с ума от переживаний за ту, ради которой они оба живут на этом свете.

Глава 14.3

Тем временем Саймон находится у себя дома и с легкой улыбкой и гордым видом смотрит в маленькое окошко, в которое, однако, нечего рассматривать, кроме засохших деревьев. Параллельно он с большим удовольствием строит грандиозные планы на будущее с искренней верой, что уже через несколько часов ему станет намного лучше. Мужчина знает, что удача будет на его стороне, и нисколько не сомневается в своем успехе.

– Этот день настал ! – с широкой улыбкой восклицает Саймон. – Я наконец-то покончу с Ракель… Твою мать…

Саймон качает головой.

– Не могу поверить, что осталось всего несколько часов до того, как мои желания станут реальностью, – добавляет Саймон. – Сегодня все наконец-то закончится… Я сделаю то, о чем мечтал уже очень много лет…

Саймон радостно потирает руки с хитрой улыбкой на лице.

– Ах, мне уже не терпится покончить с этой девчонкой, – уверенно говорит Саймон. – И, возможно, даже с ее дедусей, теткой и со всеми ее друзьями… Но об этом я подумаю потом. Сейчас главная моя задача – покончить с Кэмерон. Покончить с девчонкой, которую я так ненавижу.

Саймон гордо приподнимает голову.

– Ах, Ракель, Ракель… – с широкой улыбкой вздыхает Саймон. – Как жалко, что очень скоро твоя короткая жизнь подойдет к концу. Жаль, что никто не сможет и не захочет спасти тебя и разрушить все мои планы. Потому что все, кто мог помочь тебе, устранены. И я сомневаюсь, что они захотят меня остановить. Так что очень скоро моя месть свершится… Уже через несколько часов…

Саймон злостно смеется, все еще глядя в окно и тихонько постукивая пальцами по небольшому подоконнику. А пока мужчина буквально считает минуты до столь долгожданной встречи, к нему уверенно подходит Ричард, который находится у него в гостях с самого утра и ранее отошел в сторону для того, чтобы с кем-то поговорить по мобильному телефону.

– По мне, сегодня чертовски отличный день! – бодро восклицает Ричард. – Не так ли?

– Да, Ричард, сегодня просто изумительный день, несмотря на то, что на улице пасмурно, – с широкой улыбкой уверенно отвечает Саймон.

– Даже погода не сможет испортить нам настроение.

– О, черт! Я так долго ждал этого момента! Ждал, когда справедливость наконец-то восторжествует! И вот этот торжественный момент настал!

– Понимаю, босс, понимаю.

– Мне уже не терпится поскорее покончить с Ракель. Возможно, еще и с ее семейкой и друзьями.

– Скоро, Саймон, – хитро улыбается Ричард. – Скоро все ваши мечты сбудутся.

– Несомненно, парень!

– Уже представляйте себе, как празднуйте победу на своим главным врагом?

– О да!

Саймон всем корпусом разворачивается к Ричарду.

– Мне не терпится увидеть, как эта девчонка страдает у меня на глазах и умоляет отпустить ее и не делать с ней ничего плохого, – с хитрой улыбкой признается Саймон.

– Будет тяжело сохранять невозмутимое лицо, когда она начнет это делать, – по-доброму усмехается Ричард.

– Согласен! Меня ужасно веселят те моменты, когда она бросается из крайности в крайность. Либо строит из себя слишком крутую, либо трясется, как зайчик, и со слезами умоляет ничего с ней не делать.

– Ну ладно, дайте вы ей немного повыпендриваться и почувствовать себя героиней. Не могут же девушки все время выглядеть слабыми. Пусть и сильными притворятся.

– В любом случае ей со мной не тягаться. Я расскажу ей мотивы своих поступков и грохну эту сучку к чертовой матери.

– Скорее бы уже все закончилось… – хмуро бросает Ричард, скрестив руки на груди. – Так хочу получить бабки за свою работу и свалить отсюда к чертовой матери. И забыть про всех этих попрошаек, нищебродов на улице и всяких бабуль, которые так и норовят чему-нибудь тебя поучить. Знайте, как я задолбался слышать их нравоучения и отвязываться от всяких бомжей.

– Потерпи чуть-чуть, парень, – уверенно отвечает Саймон, похлопав Ричарда по плечу. – Скоро все эти жалкие людишки будут просить милостыню у других, у кого денег уж точно полный мешок…

– Слушайте, а что вы собирайтесь делать после того как расквитайтесь с Ракель?

– Прежде всего заберу все деньги, которые у меня есть, и уеду отсюда. Уеду подальше отсюда.

– Хотите сбежать, пока копы не поймали вас?

– Они никогда меня не поймают. Во-первых, я не оставлю никаких следов. А во-вторых, когда полиция будет расследовать загадочное убийство известной модели Ракель Кэмерон, я уже буду далеко отсюда.

– А если они все же узнают, где вы находитесь? Ну там подключат Интерпол, начнут патрулировать каждую улицу и всякое такое…

– Об этом не беспокойся. Я не такой дурак, как ты думаешь.

– Я и не считаю вас дураком. Вы что!

– Поверь, мальчик, у меня все под контролем. Я все так хорошо продумал, что никакой Интерпол не сможет разыскать меня. К тому же, у меня есть много вещей, благодаря которым я могу менять свою внешность до неузнаваемости и спокойно ходить по улицам.

– И вы думайте, они вас не поймают?

– Главное в этом деле – вести себя абсолютно спокойно и не нервничать при виде полиции. Они сразу начинают наблюдать за тобой, если ты ведешь себя как-то странно. – Саймон на секунду замолкает и слегка хмурится, бросив вопросительный взгляд на Ричарда. – И вообще, чего это ты так начал так бояться копов? Ты же ведь и сам ловко скрываешься от полиции и делаешь все так, чтобы тебя никто не поймал.

– Да не хочу я в этот чертов обезьянник! – чуть громче восклицает Ричард. – Не хочу сидеть с теми больными придурками! Как представлю, что меня посадят в камеру к тем грязным и вонючим животным, так блевануть хочется.

– Успокойся, Ричард, ты не попадешь в тюрьму. Чуть позже я раскрою тебе пару секретов маскировки, благодаря которой меня еще никто не смог поймать.

– Правда?

– Да, но все это будет после того как мы покончим с моим проклятием по имени Ракель Кэмерон.

– Буду рад научиться у вас чему-то новому. И с удовольствием помогу вам уничтожить эту девчонку.

– Вот и прелестно!

В воздухе на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Саймон смотрит в окно. А затем он с легкой улыбкой переводит взгляд на Ричарда.

– Знаешь, Ричи, мне вот стало интересно узнать, что случилось бы с родственниками Ракель, если бы я убил их любимую девочку прямо на глазах этих людей, – задумчиво говорит Саймон. – Уверен, что если бы она умерла, это стало бы настоящим ударом для любого из них.

– Че, думайте, они все еще продолжают так или иначе любить ее и беспокоиться о ней? – слегка хмурится Ричард.

– Даже если они и кинули Ракель и страшно боятся иметь с ней дело из-за ее якобы невменяемости, в которой я их убедил, они все равно продолжают так или иначе любить и переживать.

– Ну если это так, то готов поспорить, что все так бы и случилось. Они бы точно подохли от горя раньше, чем вы убили бы эту девчонку.

– Я тоже так думаю.

– Узнать о ее трагической гибели и правда было бы огромным шоком для них…

– И поверь, я обязательно « обрадую » их этой новостью, когда эта девчонка сдохнет…

Саймон хитро улыбается.

– Сначала об этом узнают ее тетка с дедусей, а потом и все ее друзья, – обещает Саймон. – Ну и напоследок я расскажу обо всем Терренсу.

– А ему-то зачем? – удивляется Ричард. – Он же наверняка там во всю развлекается со своей белокурой красоткой и чихать хотел на свою бывшую возлюбленную!

– Просто хочу посмотреть на его реакцию, когда этот придурок узнает, что его бывшая возлюбленная мертва. Что я убил ту, что могла возбудить его всего за пару минут.

– Думайте, ее смерть не оставит его равнодушным?

– Что-то мне подсказывает, что нет.

– Но в любом случае ни он, ни все эти людишки уже ничего не смогут сделать. Эта девчонка будет уже мертва. Пусть хоть проклинают, хоть грозятся уничтожить вас – им уже ничто не поможет.

– Я совсем не боюсь угроз и проклятий. И мне все равно, что они будут говорить. Никто не сможет ничего доказать, а словам копы уж точно не поверят.

– Это верно! Ведь сейчас нашим планам уже ничто не угрожает. Никто не станет помогать Ракель и делать что-то ради нее. Все бросили эту девчонку и доказали, что все их слова о том, что они всегда будут рядом с ней – абсолютно пустой звук.

– Об этом можете не беспокоиться, Саймон. Все потенциальные герои устранены и не представляют никакой угрозы нашим с вами планам.

– И я очень рад. Очень рад…

Саймон прикладывает палец к губе.

– Да, я надеюсь, ты в последние пару дней не делал ничего лишнего? – слегка хмурится Саймон.

– Что вы, конечно, я ничего не делал! – приподнимает руку Ричард. – Вы же меня просили! Я не посмею пойти против вашей воли.

– Прекрасно…

Саймон кивает с легкой улыбкой, пока в воздухе воцаряется небольшая пауза, после которой он срывается с места и куда-то направляется со словами:

– Ладно, парень… Хватит терять время и болтать непонятно о чем. Надо готовиться. Встреча состоится уже через несколько часов.

– Лично у меня все готово! – бодро восклицает Ричард.

– Это хорошо, – одобрительно кивнув, задумчиво говорит Саймон. – А вот мне нужно еще кое-что сделать. Правда мне понадобится твоя помощь.

– Не вопрос! Что нужно сделать?

– Сейчас я все объясню.

Саймон разворачивается и отходит в другую часть комнаты. А затем он резко останавливается и поворачивается всем корпусом к Ричарду, который следует за ним как хвостик.

– Да, а что насчет твоих друзей? – интересуется Саймон. – Они готовы нам помочь?

– Разумеется, босс, – уверенно кивает Ричард. – Мы договорились встретиться через пару часов в одном укромном местечке. А потом я привезу их к вам домой. Как раз успеем к пяти часам.

– Молодец, Ричард! Я всегда знал, что могу на тебя положиться, – Саймон кладет руку на плечо Ричарда. – Такому парню, как ты, без всяких сомнений можно доверить хоть жизнь.

– Вы же знайте, что всегда можете на меня положиться, – с легкой улыбкой отвечает Ричард.

– Я знаю.

Саймон на пару секунд замолкает.

– Так ладно, – уверенно произносит Саймон и резко перестает улыбаться. – Хватит всех этих нежностей… Нам надо еще очень многое сделать! Вот сделаем дело – будем говорить всякие нежности и слова любви.

– Поддерживаю! – восклицает Ричард.

Саймон с гордо поднятой головой разворачивается и куда-то уверенно направляется, пока Ричард быстрым шагом следует за ним и очень внимательно слушает все, что тот говорит ему по пути.

Этот парень настолько сильно хочет выбраться из нищеты, что готов на все ради того, чтобы Саймон заплатил ему обещанные деньги. Ему уже надоело жить в нищете и не иметь возможность купить то, о чем он уже давно мечтает. Но понимает, что ради желаемого ему придется хорошо потрудиться и выполнить абсолютно все приказы Рингера.

Только иногда кажется, что сам Саймон вовсе не собирается делиться с Ричардом обещанным денежным вознаграждением и давать ему даже жалкие гроши. Этот парень даже не догадывается, что вполне может работать на Рингера просто за « спасибо » и в итоге не получить ничего из обещанного. Ну а поскольку этот человек убедил его в том, что он щедро заплатит ему за работу, молодой парень буквально целует ему ноги и скачет перед ним на задних лапках, безропотно делая все, что тот хочет, и даже подключая к этому своих друзей, которые также могут не получить даже малой доли обещанной награды.

***

Время приближается к обеду. Время встречи все ближе и ближе. Терренс также не остается равнодушным и нервничает из-за того, как все пройдет. На данный момент он находится дома, сидит в гостиной на диване и разговаривает со своим другом детства Бенджамином по телефону с надеждой, что этот разговор поможет ему немного расслабиться.

– В общем, вот такая вот история, – откинувшись на спинку дивана, задумчиво говорит Терренс. – Сегодня будет ясно: или все вернется на свои места, или же все будет разрушено к чертовой матери.

– Сочувствую тебе, друг, – выражает сожаление Бенджамин.

– Лучше поддержи. И пожелай мне удачи.

– Ну естественно, удачи. Только ты точно уверен в том, что делаешь все правильно?

– Да, уверен, – уверенно кивает Терренс. – Тетя и дедушка Ракель держат меня в курсе всех событий и сообщают мне обо всем происходящем.

– Но сама Ракель пока что ничего не знает о твоем плане, так ведь?

– Верно. Она пока что ничего не знает о том, что мы с ее родственниками придумали.

– Слышь, а этот Саймон реально назначил ей встречу в заброшенном месте?

– Именно! А я думаю, ты понимаешь, зачем этот больной ублюдок заставил ее ехать туда.

– Понимаю. И она реально собралась в это место одна?

– Собралась. Ее родственники пытались уговорить Ракель обратиться в полицию и взять с собой кого-нибудь, но она и слышать ничего не хочет об этом. Наивно думает, что Саймон не убьет ее и ее близких, если она появится там одна.

– То есть, ты реально считаешь, что этот Саймон способен на… – неуверенно спрашивает Бенджамин. – Убийство ?

– Пф, я не считаю! Я знаю !

– Нет, мы, конечно, знаем, что он за сволочь. Но чтобы зайти так далеко непонятно для чего…

– Да уж, не думал, что этот гад мог зайти так далеко, – уверенно отвечает Терренс. – Не думал, что ради достижения своей цели этот тип может сделать что угодно.

– Если это так, тогда ей ни в коем случае нельзя ехать туда одной. Если это случится, и ты кинешь ее, то Ракель точно придет конец.

– Нет, приятель, на этот раз я не кину ее, – уверенно качает головой Терренс. – Родственники Ракель надеются на меня, а я не имею права подвести их и дать понять, что все мои слова сожаления – пустой звук.

– Ну посмотрим, сдержишь ли ты свое слово.

– Сдержу, не сомневайся. – Терренс на пару секунд замолкает и бросает грустный взгляд в сторону. – Да, кстати, а ты знал, что почти все его бабки вовсе не принадлежат ему?

– Не принадлежат? – удивляется Бенджамин. – То есть, как это? А чьи же они?

– Все очень просто! Саймон на протяжении многих лет обманывал наивных людей, предлагая им небывалую славу и несметные богатства. До того момента, как он решил попроситься в мои личные водители, он представлялся кем-то из шоу-бизнеса и обещал сделать всех желающих знаменитыми. Правда ради этого он требовал заплатить ему немалую сумму денег. Чтобы типа с кем-то договориться о съемках в кино, рекламе или каком-нибудь журнале.

– А разве не он должен вкладывать деньги?

– Верно! Именно Саймон должен был вкладывать деньги в будущую звезду. Точнее, оплачивать ее пиар и всякое такое. Но жертвы, конечно, не знали об этом и совершенно спокойно отдавали свои деньги…

– И что дальше?

– А дальше Саймон получал нужную сумму, подло кидал жертву и сваливал куда подальше.

– Ничего себе…

– Такая схема прокатывала много лет. А потом он решил, что с него хватит. Захотел переквалифицироваться в кого-то другого. И в итоге Саймон стал моим личным водителем. Мы познакомились через наших общих знакомых, и он начал жаловаться мне, что у него совсем не хватает денег на жизнь. Ну а я как-то пожалел и решил дать ему работу личного водителя. Да, он мне в принципе не был нужен, но… Как-то жалко стало мужика. Тогда Рингер показался мне нормальным. И я не стал ему отказывать.

– Ну и дела… Походу, ты очень плохо знал этого мужика. Не знал, что нанял на работу настоящего гада.

– Ты прав, – кивает Терренс. – Мне удалось выяснять, что в полиции есть целое досье на этого Рингера. Почти все его жертвы писали заявление о мошенничестве. Да, они описывали разных людей, ибо Саймон всегда менял внешность и имя, но в полиции смогли установить, что это был один и тот же человек. А именно Саймон. Которым он представлялся одной из своих первых жертв.

– Ну и дела…

– Так что вот такие дела. Этот ублюдок уже давно начал карьеру мошенника и обманул уже огромное количество людей, которые так и не получили свои деньги обратно. И вряд ли получат.

– Слушай, приятель, ну ты меня удивил! – восклицает Бенджамин.

– Знаю, сам был в шоке, когда узнал такое про человека, которого знал много лет…

– Ты реально не знал о его делишках?

– Нет, Бен, я ничего не знал о его прошлом. Даже понятия не имею, кто его семья, где он родился и всякое такое. Знаю только лишь то, что он – типа бедный несчастный мужик, который вынужден жить на гроши.

– Вот поэтому не зря говорят, что не стоит доверять всем подряд.

– Да знаю!

– Вот начал проявлять к нему жалость, а он этим и воспользовался.

– Верно… – Терренс призадумывается на пару секунд и запускает руку в свои волосы. – Однако несмотря на это, у меня никогда не было к нему никаких претензий. Саймон прекрасно выполнял свою работу и был всем доволен.

– Ну учитывая, что ты обычно очень щедро оплачиваешь работу тех, кто на тебя работает, то ему было бы грех жаловаться, – уверенно говорит Бенджамин.

– Наверное, поэтому он и молчал.

– Скорее всего. А в противном случае Рингер постоянно предъявлял бы тебе какие-то претензии.

– Согласен. – Терренс медленно выдыхает и прикладывает руку ко лбу. – И я его понимаю. Ведь когда-то мне и самому позарез были нужны деньги. Я брался за любую работу в кино… Играл всех подряд. Все ради того, чтобы хоть что-то заработать.

– В любом случае очень скоро он не сможет найти даже самую ужасную работу с низкой заплатой, – уверенно говорит Бенджамин. – Потому что никто не захочет иметь дело с этим ублюдком. Особенно если народ узнает, что он не только распространил те ужасные сплетни про Ракель, но еще и собрался едва ли не убить ее.

– Хотелось бы верить, приятель… – тяжело вздыхает Терренс. – Хотелось бы…