Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

Глава 8.5

« Боже… – думает Наталия. – Неужели я наконец-то нашла того человека, который заинтересован в моем теле намного меньше, чем в моих чувствах и душе? Неужели я и правда встретила того, с кем смогу пообщаться дольше одного дня? Я бы не хотела упускать шанс провести время с обладателем столь приятного голоса… К тому же, у него очень теплые руки… И нежные… Да и вообще этот Эдвард просто красавчик. Ничуть не хуже Терренса, который тоже очень хорош собой…»

Наталия тихонько хихикает из-за своих собственных мыслей. А как только Эдвард определяется с заказом и говорит официанту, что он хочет купить, девушка скромно улыбается своему новому знакомому, который и сам одаривает блондинку милой улыбкой, продолжая с интересом рассматривать приглянувшуюся ему молодую красавицу. Ну а когда им надоедает играть в переглядки друг с другом спустя какое-то время, Эдвард и Наталия решают посидеть в кафе и поговорить, чтобы получше узнать друг друга.

С каждой секундой становится все очевиднее то, что мужчине очень понравилась эта девушка, и он не хочет упускать шанс провести с ней побольше времени. Да и самой блондинке явно приглянулся этот симпатичный парень с очень приятным, красивым голосом. Они оба чувствуют какое-то притяжение друг к другу и с радостью о чем-то разговаривают. Ну а девушка рада, что хоть кто-то заметил в ней не только красивое личико и обворожительную улыбку, но и посчитал ее приятным собеседником. Этот мужчина уж точно не похож тех, кого она встречала ранее. Так или иначе какие бы намерения ни были у Эдварда, Наталия не хочет упускать шанс провести время с этим человеком и надеется, что он не захочет встретиться с ней лишь единожды.

***

Терренс совершенно не скучает и не грустит из-за происходящего в его жизни. И похоже, что не особо раскаивается в содеянном. Он определенно рад, что уже практически разошелся с Ракель, с которой он сегодня сильно поругался. Однако как бы то ни было, мужчина все же жалеет о том ударе по лицу, прекрасно понимая, что любая девушка вряд ли бы простила того мужчину, который поднимает на нее руку. Иногда он хотел бы извиниться перед Ракель за подобное поведение. Однако когда Терренс вновь вспоминает то, как омерзительно она вела себя с ним все это время, он запрещает себе думать об этом.

Чтобы хотя бы ненадолго забыть о своих проблемах, он принял предложение своего лучшего друга детства Бенджамина Паркера посидеть в баре. Этот высокий обладатель каре-зеленых глаз и коротких каштановых волос знает о романе Терренса и Ракель буквально все, поскольку он развивался на его глазах. Он знает, с чего начались отношения этой пары, которой определенно не суждено быть вместе.

– Слышь, дружище, у тебя какой-то странный голос, – сделав глоток какого-то алкогольного напитка, задумчиво отмечает Бенджамин. – У тебя что-то случилось? Какие-то проблемы?

– Много чего произошло за то время, что мы с тобой не виделись, – держа в руках рюмку с еще не выпитым виски и иногда рассматривая ее, без эмоции на лице спокойно отвечает Терренс. – Очень много…

– Не хочешь рассказать? Может, я смогу как-то помочь тебе?

– Сомневаюсь, что ты сможешь что-то сделать. Моя ситуация уже абсолютно безнадежна.

– Ну а ты сначала расскажи мне обо всем, а потом я решу, смогу ли помочь тебе.

– Да в принципе рассказывать особо и нечего… – Терренс ставит свой стакан на барную стойку и облокачивается на нее рукой. – Просто сегодня я серьезно поругался с Ракель.

– Поругался с Ракель? – удивляется Бенджамин. – Но из-за чего?

– Долго рассказывать… Но поругались мы очень сильно… Настолько сильно, что в порыве злости мы наговорили друг другу кучу гадостей и…

Терренс на пару секунд замолкает, глубоко вздыхает и находит в себе силы признаться Бенджамину в содеянном.

– Я даже ударил ее по лицу, – спокойно добавляет Терренс и уставляет пустой взгляд в свою рюмку с виски. – И едва не придушил собственными руками… В прямом смысле…

– Что? – приходит в шок Бенджамин, широко распахнув глаза и уставив их на Терренса, как будто пытаясь получить подтверждение тому, что он услышал. – Ударил ?

– Да…

– Нет, чувак, я не верю… Ты никогда бы себе такого не позволил!

– Но позволил же.

– Да, я знаю, что у тебя несдержанный характер, и ты с самого детства передрался и пересобачился со многими людьми. Но ударить девушку… – Бенджамин качает головой. – Нет, я не могу в это поверить.

– А ты поверь, – без эмоций произносит Терренс. – Я треснул Ракель по лицу.

– Но за что ты ее ударил? – с ужасом во взгляде недоумевает Бенджамин. – Ударил свою собственную возлюбленную! Любимую девушку!

– Есть на то причины, – сухо бросает Терренс.

– Она как-то оскорбила тебя? Или… – Бенджамин слегка прикусывает губу, стараясь быть осторожнее со словами. – Твоих близких?

– Упомянула отца! – слегка сжимает руки в кулаки Терренс. – Завела разговор про этого человека, которого я ненавижу.

– И ты поднял на нее руку только из-за этого? – широко распахивает глаза Бенджамин. – Ты совсем ку-ку, МакКлайф? С дуба рухнул?

– Ты же знаешь, что я терпеть не могу, когда кто-то начинает говорить о нем. Я могу говорить о чем угодно, но только не о нем. Точнее, не о том, что между ними было. А когда я слышу оскорбления в адрес своей матери, то не могу себя сдерживать.

– А разве Ракель как-то оскорбила миссис МакКлайф? Она же всегда вроде бы хорошо ладила с твоей матерью! Да и та приняла ее как родную. Вон какая счастливая ходила после того как ты сказал ей, что начал встречаться с этой девчонкой! Едва ли не дочерью своей считала!

– Нет, но…

– Тогда почему ты так поступил? Я бы понял тебя, если бы Ракель как-то оскорбила твою маму. Ибо я бы сам обиделся, если бы кто-то сказал что-то плохое про мою. Но ты не просто разругался с ней из-за этого, но еще посмел поднять на нее руку. Просто за то, что она что-то сказала про твоего отца.

– Она вывела меня из себя, – задумчиво, неуверенно отвечает Терренс. – Наговорила мне столько всякого дерьма, что у меня сдали нервы… И я перестал думать о последствиях.

– Но ты ведь раньше не позволял себе ударить девушку, как бы сильно она тебя ни бесила. Что с тобой произошло в этот раз?

– Я знаю, но…

Бенджамин видит, что Терренс явно уходит от ответов на многие его вопросы. И это начинает его немного настораживать и наводить на мысль, что на самом деле конфликт его друга с Ракель был намного серьезнее, раз дело дошло до рукоприкладства.

«Что-то мне подсказывает, что этот парень что-то не договаривает, – слегка нахмурившись, думает Бенджамин. – Я знаю его слишком хорошо… И не думаю, что дело именно в его матери и его отце. Ракель уж точно не оскорбляла миссис МакКлайф и всегда хорошо к ней относилась. Причина точно не в том, что произошло между его родителями. МакКлайф не мог так просто взорваться. Да, он как бомба – может легко взорваться. Но на это нужна какая-то причина… А раз он поднял руку на Ракель, значит, ситуация гораздо серьезнее. Но мой друг почему не хочет об этом говорить…»

В этот момент Терренс замечает на себе странный взгляд Бенджамина и слегка хмурится, когда интересуется:

– Чего задумался? Почему ты так странно смотришь на меня?

– Да вот размышляю над твоим поведением, – спокойно признается Бенджамин.

– Я же сказал, что во всем виновата Кэмерон.

– Ракель наверняка не знала, что для тебя это больная тема, а ты на нее незаслуженно наехал.

– Да, я ничего ей не говорил! – Терренс скрещивает руки на груди, убрав их с рюмки. – Но она вывела меня из себя.

– Раз она не оскорбляла твою маму, то какой был смысл так заводиться и поднимать на нее руку?

– Просто не выдержал.

– Ну ты даешь, чувак! Портить отношения с девушкой только из-за того, что она упомянула твоего отца…

– Разве я должен любить его? Этот человек зверски избивал мою маму и всячески издевался над ней. А когда ему надоело, мой папаша просто собрал все свои манатки и свалил из дома к чертовой матери.

– Я не говорю, что ты должен любить его.

– И знаешь, что удивительно? – Терренс тихо хмыкает. – То, что моя мать простила его за все эти избиения и сейчас поддерживает с ним хорошие отношения. Она ведет себя так, будто ничего не случилось.

– Ну да, это странно … – задумчиво произносит Бенджамин.

– А самое возмутительное – это то, что мой папаша решил объявиться тогда, когда его сын уже вырос и не нуждается в его помощи. Совесть, блять, заиграла! Захотел попросить прощения и наладить отношения.

– Да, он поступил ужасно. Но все же это не тебя били. Твой отец не сделал ничего плохого лично тебе.

– Да пошел он куда подальше! – хмуро бросает Терренс. – Пусть забудет о нас и живет своей жизнью. У него ведь есть жена и дети – вот пусть будет с ними! Чего ему надо от нас с матерью? Почему он решил, что мне что-то нужно от него? Или этот человек думал, что я брошусь к нему с распростертыми объятиями? Ни хрена подобного! Я вышвырну его на улицу, если он посмеет заявиться ко мне домой.

– Я все понимаю, – спокойно говорит Бенджамин. – Но ты понимаешь, что можешь запросто испортить отношения с Ракель? Нельзя срывать злобу на девушке и тем более поднимать на ее руку! Ты же не срываешься на своей матери, когда она говорит о твоем отце.

– Не срываюсь, потому что уважаю ее. И никогда не повышу на нее голос, даже если она порой делает то, чего я не понимаю.

– Вот как! – Бенджамин скрещивает руки на груди. – А Ракель ты, значит, не уважаешь? Я правильно тебя понимаю?

– Я никогда не говорил, что не уважаю ее.

– И думаешь, что тот факт, что ты ее возлюбленный дает тебе право раздавать ей пощечины?

– Я знаю, что перегнул палку. Но эта девушка реально вывела меня из себя.

– Ты имел никакого права бить ее! Какая бы плохая она ни была!

– Мне нужно было как-то заткнуть ее. А иначе она бы не перестала говорить.

– Неужели ты уже не любишь ее, раз смеешь так с ней обращаться? Это не поведение любящего человека!

– Ох… – Терренс тихо вздыхает и замолкает на пару секунд, уставив взгляд в одной точке. – Честно говоря, я вообще не знаю, что испытываю к ней: любовь, отвращение или что-то еще…

– Послушай, Терренс, я не хочу тебя осуждать, потому ты – мой лучший друг, – спокойно говорит Бенджамин. – Но тебе следует понимать, что после того как ты ударил Ракель она вряд ли простит тебя.

– Знаю…

– Кэмерон могла бы простить тебе все, если она действительно любит тебя. Но ни одна девушка не потерпит мужчину, который поднимает на нее руку. Даже если это происходит единожды. Даже в состоянии агрессии.

– Она никогда не любила меня.

– А?

– Ракель не любит меня. Она просто нагло воспользовалась мной.

– Да брось, чувак, с чего ты это взял? – недоумевает Бенджамин.

– Она сама так сказала, – с грустью во взгляде признается Терренс. – Во время нашей ссоры Кэмерон призналась, что встречалась со мной только для того, чтобы ее семья наконец-то отстала от нее.

– Да ладно, во время ссоры можно много чего наговорить. Она просто была очень зла. Скорее всего, после твоей пощечины. Вот и выдала тебе такие заявления.

– Я был слишком слеп для того, чтобы увидеть это. Чтобы понять, что я выбрал не ту девушку.

– Перестань, Терренс, выкинь эти мысли из головы, – уверенно возражает Бенджамин. – Я видел, как у нее горели глаза, когда она смотрела на тебя. Ракель любит тебя.

– Ага, любит… – Терренс тихо усмехается. – Она – притворщица! Лживая гадина, которая только делает вид, что ее волнует кто-то еще, кроме нее самой.

– Она смотрела на тебя, как на Бога! Как на своего короля или хозяина, которому готова подчиняться.

– Как на короля? – Терренс громко ухмыляется. – Черт, не смеши меня, Бен! Хватит говорить какие-то глупости!

– Почему это глупости? – недоумевает Бенджамин. – Я ведь не слепой и вижу, что происходит.

– Ты думаешь, я обманываю тебя?

– Нет-нет, я верю тебе. Конечно, верю. Просто ты не должен верить ее словам о том, что она не любит тебя.

– Я для нее пустое место, Паркер! Она использовала меня и начала встречаться со мной только потому, что ее родственники давили на нее и мечтали поскорее отдать ее замуж. И так обрадовались, что она переехала ко мне, что уже несколько месяцев не интересуется ею.

– А какая семья не мечтает выдать кого-то замуж? Иногда тебя хотят поженить едва ли не незнакомые люди! Думаешь, моя мать не твердит, что мне пора найти хорошую девушку и жениться? Нет, приятель, она постоянно об этом говорит!

– Ну знаешь, моя мама тоже говорит, что мечтает побывать на моей свадьбе.

– Я бы больше удивился бы, если бы семья Ракель не пыталась выдать ее замуж хоть за кого-то. Все девчонки находятся под большим давлением. Очень многие не могут принять то, что женщина может быть счастливым человеком и без мужа и детей.

– Вот Кэмерон и решила покончить с этим, когда я встал у нее на пути. Эта сучка сделала все, чтобы заставить меня потерять от нее голову. Чтобы я бегал за ней как собачонка и добивался ее внимания. А когда это наконец-то случилось, и мы начали встречаться, то она решила, что можно расслабиться и жить как раньше.

– Правда? – слегка хмурится Бенджамин.

– Правда! По-твоему, это нормально, что она забыла обо мне сразу же после начала романа и променяла меня на свою карьеру? Когда мы встречались с друзьями и родственниками, она всем улыбалась и играла со мной в огромную любовь. Но как только все разошлись, все менялось! А ее огромной любви хватило лишь на наш первый секс. А потом все – чувства внезапно прошли! Кэмерон опять начала сниматься для журналов и в рекламе и участвовать в модных показах, совершенно позабыв о том, что у нее есть парень, которому нужно уделять внимание.

– Ну знаешь, МакКлайф, вообще-то многие пары так живут: либо оба работают сутками напролет, либо работает кто-то один. По этой причине влюбленные редко видят друг друга. И многие, между прочим, умудряются находить время и для своих любимых.

– Да, а ты думаешь, она его находила? Думаешь, она так сильно хотела этого? Стоило мне только предложить ей немного расслабиться и провести время вместе, так она все сваливала на усталость или головную боль и ложилась спать.

– Да ладно?

– У меня тоже было много работы, но я, однако, не забывал о своей девушке и искал время на нее.

– Вот как…

– Все резко изменилось после того как мы начали жить вместе. А до этого все было хорошо. По крайней мере, мне так казалось .

– Подожди-подожди… То есть, ты хочешь сказать, что Ракель начала избегать тебя сразу же после того как вы съехались?

– Вот именно! Я неоднократно пытался все исправить, но Ракель наотрез отказывалась провести со мной хоть пару минут.

– Ничего себе…

– Она практически со мной не разговаривала. Не интересовалась тем, как прошел мой день, что я делал, что чувствовал, что хотел, о чем мечтал… Ей было чихать! Но зато о себе любимой она могла говорить хоть часами. Правда мне уже было плевать на нее.

– Не могу в это поверить… – качает головой Бенджамин.

– И я уж молчу об интиме, свиданиях или простых прогулок в парке. Естественно, что все это заставило меня начать постепенно охладевать к ней. Я пытался спасти наши отношения, но это невозможно сделать, когда усилия прилагает только один.

– Черт, неужели ваши идеальные отношения только казались идеальными? – округляет глаза Бенджамин.

– Вот именно, что казались. Все считали нас примером для подражания и думали, что у нас все хорошо. Но никто не знал, что на самом деле происходило в нашей паре. Никто не знал, что мы так и не насладились совместной жизнью. А все из-за Ракель. Это из-за нее наши отношения были к чертовой матери разрушены. Это из-за нее я все больше начал мечтать о расставании и прежней жизни. Когда я жил спокойно и не получал отказ ни от одной девчонки. Любая была готова на все ради меня, а эта дива воротила нос и делала вид, что меня не существует. Для нее отношения ничего не значили. Она начала встречаться со мной только для галочки. Для нее это была просто цель. Цель заставить свою семью заткнуться.

– Ох, слушай, Терренс, мне очень жаль… – Бенджамин хлопает Терренса по плечу. – Не думал, что у вас все так сложно.

– Знаешь, как мне обидно… Как обидно, что меня так предали. Я-то надеялся, что создам семью и буду жить счастливой жизнью. Но увы… Роман с этой девушкой сделал меня несчастным и заставил страдать. Чувствовать себя одиноким . Я вроде бы был в отношениях, но вроде был один.

– Понимаю…

– Ракель собственноручно убила все мои чувства. Я слишком долго терпел все это и закрывал глаза на то, как она со мной обращалась. Но теперь все, мое терпение лопнуло. Я больше не хочу жить с этой девушкой под одной крышей. И уже изъявил желание разорвать с ней отношения.

– Вы уже расстались?

– Можно и так сказать. И надеюсь, скоро она еще и свалит из моего дома. Я уже больше не могу. Не могу находиться с ней на одной территории. – Терренс делает пару глотков виски. – Думаю, я сегодня же потребую, чтобы она собрала все свои манатки и свалила из моего дома к чертовой матери. Пусть идет куда хочет – хоть на улицу! Мне все равно! Я больше не собираюсь терпеть ее рожу у себя дома.

– Что-то мне подсказывает, что после твоей пощечины она сама уйдет из дома.

– Вот и славно! Чтобы и духа ее там не было. А если она оставит там хоть одну свою шмотку и хоть одну свою побрякушку, то я немедленно все это выброшу.

– Это правильно. Если хочешь забыть ее, то надо избавиться ото всего, что напоминает о ней.

– Ты прав. И я так сделаю.

Терренс на несколько секунд замолкает и облокачивается руками об барную стойку, запустив руку в свои волосы, пока Бенджамин молча наблюдает за ним и не спеша попивает свой напиток.

– А я ведь не хотел, чтобы это произошло… – с грустью во взгляде признается Терренс. – Не хотел, чтобы наши отношения были разрушены…

– Я думал, что у вас еще есть шанс все исправить, – задумчиво говорит Бенджамин. – Но после того что я услышал, могу сказать лишь одно… Тут уже ничего не поделаешь. Раз Ракель и правда тебя не любит, то она вряд ли полюбит. Говорят же, что насильно мил не будешь. Вот и отпусти ее. Пусть найдет себе кого-то другого.

– Мне будет очень жалко того мужика, который втюрится в нее. Потому что его ждет та же участь, что и меня. – Терренс ехидно усмехается. – А вообще, ей не нужен мужик. Кэмерон волнует только карьера. Семья, муж и дети – это не про нее. Главное – вилять задницей на подиуме, сниматься для журналов и слышать хвалебные оды.

– Тогда вам и правда лучше расстаться.

– Да я буду до смерти рад этому расставанию! Я хочу быть свободным и вновь начать встречаться с более достойными девчонками. Уверен, что я без проблем найду ту, что будет намного лучше этой эгоистичной сучки.

– Вот именно! Миллионы девчонок мечтают оказаться на месте Ракель, которая, к моему удивлению, не оценила то, что ей было дано.

– Пусть посмотрит на меня и мою новую будущую девочку и кусает локти. Может, поймет, кого она потеряла. Кого не оценила по достоинству.

– Может, однажды и поймет.

– Ох, если бы ты знал, как я счастлив, что расстался с ней… – устало вздыхает Терренс, проведя рукой по лицу. – Эти отношения реально тяготили меня… Не потому, что я не хотел этого. А потому, что Ракель сделала все, чтобы заставить меня пожалеть о содеянном. Она сделала то, что я вряд ли смогу простить…

– Ничего, Терренс, не расстраивайся.

– Думаю, расставание точно не будет для нас болезненным. И она будет до смерти рада, и я вздохну с облегчением.

– Э-э-э, прости, а почему ты говоришь, что она сделала что-то, что тебе не удастся простить? – слегка хмурится Бенджамин. – Или я туплю из-за бухла, и ты говоришь про ее отношение к тебе?

– Да нет, я говорю еще про кое-что. Ракель не только не обращала на меня внимание, так еще и сделала кое-что непростительное.

– Слышь, приятель, а ты случайно не бредишь? Неужели на тебя уже подействовала небольшая выпитая доза алкоголя?

– Прости, но пока я не могу тебе об этом сказать, – без эмоций спокойно отвечает Терренс. – Но скажу только то, что я никогда не прощу человека, который говорит мне в лицо одно, а за спиной делает совершенно другое.

– В смысле?

– Ненавижу двуличных тварей. Вот и весь смысл!

Тут-то Бенджамин понимает, что причина ссоры Терренса с Ракель вовсе не в том, что та пыталась заговорить про его мать или отца, а в чем-то другом. Что столь же серьезно, как и полное безразличие девушки к своему парню.

«Так значит, дело действительно вовсе не в его родителях, — мысленно заключает Бенджамин. – И я не исключаю, что Ракель и правда могла сделать что-то еще… Но с другой стороны, я не слишком уверен, что она способна на какую-то подлость… Что если Терри сейчас просто врет и пособачился с ней из-за ее безразличия к нему? Хм… Может быть, я смогу вытянуть из этого молчуна всю правду, которую он скрывает? Почему-то мне кажется, что в этой истории есть еще что-то, о чем он умалчивает…»

Бенджамин задумывается еще на пару секунд перед тем, как спросить:

– Неужели она сделала что-то серьезное?

Однако Терренс отказывается рассказывать о том, что он явно тщательно скрывает ото всех, хотя и не отрицает сам факт, что Ракель сделала то, что еще больше ухудшило его отношение к ней.

– Да, она сделала огромную ошибку, которую я никогда не смогу простить, – уверенно отвечает Терренс. – И дело не только в том, что она меня не замечала. Есть еще кое-что…

– Что? – интересуется Бенджамин.

– Расскажу как-нибудь потом. Хотя я не вижу смысла что-то говорить. Ничего уже не изменить. Мы с Ракель расстались. Отныне мы оба свободные люди.

– Ох, ладно… – резко выдыхает Бенджамин. – Раз ты не хочешь говорить, то я не буду настаивать. Но помни, что ты можешь рассказать об этом в любое время.

– Спасибо, Бен, – бросает легкую улыбку Терренс. – Рад, что ты поддерживаешь меня.

– Я, конечно, осуждаю тебя за то, что ты ударил Ракель, но и эта девушка тоже не святая. Ну а после того что ты рассказал, то предпочту встать на твою сторону. На сторону своего лучшего друга.

– Не знаю, что я бы с тобой сделал, если бы ты встал на сторону этой неблагодарной эгоистки.

– Мы ведь с тобой друзья! Знаем друг друга с детства. Как облупленных. А вот Ракель я знаю всего несколько месяцев и очень мало с ней общался.

– Лучше не надо общаться с ней, – хмуро бросает Терренс. – Пусть эта девчонка останется одна.

– Хорошо, что вы не успели пожениться, а иначе бы вам пришлось ждать еще несколько месяцев, чтобы вас развели.

– Ничего, подождал бы. Подписал бы все бумаги и подождал. Ожидание того стоило бы. Я наконец-то стал бы свободным и начал жить своей жизнью. Но к счастью, в моем случае все намного проще, и мы расстались просто на словах. – Терренс выпивает немного виски. – Она будет помешана на своей карьере и желании постоянно слышать комплименты от своих фанатов, а я продолжу искать пути пробиться в музыкальный бизнес и однажды найду себе другую девушку. Которая не повторит ошибок моей девушки.

– Да уж… – тихо вздыхает Бенджамин. – Вот уж не думал, что эта девушка окажется такой…

– Я и сам не думал. И успел сто раз пожалеть, что решил встречаться с ней.

– Ох, хорошо, что у вас за время отношений не появились дети, и вы не додумались пожениться. Ведь если бы у вас был хотя бы один ребенок, вам пришлось бы бороться в суде за право проживать с ними. Да и радуйся, что у вас нет совместно нажитого имущества. Иначе пришлось бы делиться.

– Я ничего не отдам этой девчонке, – хмуро заявляет Терренс. – Она не получит от меня ни цента! Пусть даже не раскатывает губу.

– Не беспокойся, МакКлайф, тебе не придется ничего отдавать, потому что ты не женат на этой девчонке. А значит, все останется при тебе.

– Это точно! Я уже дал ей понять, что она ничего не получит. В том числе мой дом, из которого Кэмерон попыталась меня выгнать.

– Правда?

– Ага! Представляешь, сказала мне собирать свои манатки и валить из дома. – Терренс ехидно усмехается. – А я ей напомнил, что она не может отобрать его от меня, потому что он был куплен на мои деньги еще до того, как Кэмерон переехала ко мне. Ракель не имеет на него никаких прав и жила там лишь потому, что являлась моей девушкой. А в противном случае она в любой момент могла бы вылететь из моего дома и катиться на все четыре стороны. И она непременно вылетит, когда я выставлю ее за дверь со всеми ее чертовыми манатками.

– Не переживай, Терренс, все останется при тебе, – уверенно говорит Бенджамин. – А Ракель как переехала в твой со своими вещами, так она и уедет с ними.

– Кстати, ты правильно сказал насчет детей. Слава богу, что у нас их не было, и Кэмерон никогда не была просто беременна.

– Да уж, ей даже презервативы не понадобились… – шутливо отвечает Бенджамин.

– Знаешь, как я рад, что у меня нет детей от этой эгоистки. И рад, что она отказывалась от секса. Ведь хотя бы один единственный раз мог запросто привести к беременности.

– Это верно! Если бы вы расстались, уже будучи родителями, то вам пришлось бы долго объяснять малышу, куда ушел папа, и почему мама решила покинуть дом…

– Согласен… – Терренс выпивает немного виски. – Было бы очень трудно объяснить все это ребенку.

– Я и сам пережил это, когда мои родители разводились… – Бенджамин тоже делает пару глотков из своего стакана. – До сих пор помню, что мама долго не хотела говорить мне, что она разводится с отцом. Пыталась убедить меня, что он просто уехал куда-то по делам. Но когда она все-таки призналась в этом, я принял это достаточно спокойно. Никаких истерик и депрессий…

– Она сказала тебе, что твой папаша просто ушел к другой?

– Сказала. Пыталась сделать это в мягкой форме. Мол, у папы другая семья. Типа так иногда случается… Мать пыталась подбирать слова, но в какой-то момент я попросил ее перестать делать это и говорить мне все как есть. Мол… Надоело слушать, как она оправдывает этого человека. Я хотел знать правду и имел на то право. Сказал, что я уже достаточно взрослый, чтобы понимать некоторые вещи.

– Неужели ты и правда спокойно принял их развод?

– Правда. И думаю, что мне было проще это сделать, потому что я как-то уже привык к тому, что отца постоянно не бывало дома. Он и раньше целыми днями пропадал на работе. А когда папаша однажды не появлялся дома уже целую неделю, я даже этого не заметил.

– Кстати, а ты так не встречался со своим отцом после его развода с твоей матерью?

– Нет, не встречался. Он не очень-то стремится к этому.

– Ты злишься на него?

– Я не злюсь на отца и отношусь к нему нейтрально, но все же не могу сказать, что люблю его. И к тому же, я не горю желанием видеть его.

– Интересно, он до сих пор живет с той женщиной, к которой ушел?

– Кто знает… Может, он и женился на ней и стал папашей ее детей… А может, они все-таки расстались… И сидит этот человек в какой-нибудь маленькой квартирке и смотрит телевизор с пакетом чипсов и бутылкой пивасика в руках.

– Прошло уже много лет. Многое могло измениться.

– Может быть. Но меня это не очень интересует. Пусть мой папаша живет своей жизнью, раз он бросил нас с мамой. Да, нам было непросто, но мы справились и сейчас живем вполне неплохо.

– Твой-то отец явно понимает, что виноват, а мой – нет. Мой папаша никак не может оставить нас в покое. Никак не поймет, что я не желаю видеть и слышать его.

– Ничего, когда-нибудь до него дойдет, что ты этого не хочешь. Да и твоя мать рано или поздно смирится с твоим желанием.

– Мне никогда ее не понять… – устало вздыхает Терренс. – Не понять, почему она заставляет меня общаться с ним. Общаться с тем, кто нас предал.

– Миссис МакКлайф слишком добрая. Я не помню, чтобы она была на кого-то обижена. Она либо относится ко всем нейтрально, либо хорошо.

– Я постоянно ей об этом говорю. Говорю, что у нее должна быть хоть какая-то гордость. А она меня не слушает. Знал бы ты, сколько раз мы спорили из-за этого.

– Да уж… Тяжелый случай…

В разговоре на пару секунд воцаряется пауза, во время которой Бенджамин отпивает немного из своего стакана.

– Клянусь, если я однажды стану отцом, то никогда не поступлю со своим ребенком так омерзительно, – уверенно обещает Терренс. – Я стану для своего ребенка прекрасным отцом и ни за что не брошу его.

– Вижу тебе уже не терпится взять своего карапуза на руки, – скромно улыбается Бенджамин.

– Ты же прекрасно знаешь, что я всегда об этом мечтал. И не важно, кто у меня был бы: девочка или мальчик… Я одинаково буду рад как сыну, так и дочери.

– Знаю… А вот я всегда мечтал о сыне… О пацане…

– Ну ты подожди мечтать о детях! – Терренс скромно хихикает и отпивает немного виски. – Ты сначала девушку себе найди. И повстречайся с ней хотя бы месяц. А то я смотрю, ты уже размечтался о детях, несмотря на то, что у тебя нет жены.

– А что, разве мне надо жениться для того, чтобы стать отцом? – искренне удивляется Бенджамин.

– Желательно бы. Вообще-то, все порядочные мужчины женятся, прежде чем делать детей.

– Если захочу, то обязательно женюсь.

– О да, конечно! – тихо усмехается Терренс. – Только вопрос в том, когда ты женишься. Ведь девчонки не задерживается с тобой дольше недели.

– Просто они не понимают, что потеряли настоящее сокровище, – с гордо поднятой головой заявляет Бенджамин. – Не знают, глупенькие дурочки, каким превосходным партнером я могу быть.

– По крайней мере, ты уже точно успел стать превосходным бабником, – скромно хихикает Терренс, сделав небольшой глоток из своего стакана. – Твоему списку бывших позавидует любой мужик.

– А я просто выбираю . Развлекаюсь. Надоедает одна – нахожу другую.

– Я уже понял.

– Ой, ладно, МакКлайф, заткнись лучше! Спорю, что ты тоже оторвешься по полной после расставания с Ракель. Не будешь успевать менять девчонок! Вспомнишь старые добрые времена, когда ты ни одной юбки не пропускал.

– Сейчас мне это определенно нужно. – Терренс с загадочной улыбкой бросает взгляд в сторону. – Честно говоря, в последнее время я что-то очень истосковался по женскому вниманию. И перестал чувствовать себя желанным. Хотя так хочется поверить, что девчонки все еще сходят по мне с ума и готовы на все ради меня.

– Потерпи немного, дружище, – слегка улыбается Бенджамин. – Очень скоро ты сможешь оторваться по полной и искупаться во внимании красивых девочек…

Бенджамин на секунду бросает взгляд в сторону.

– И снова начнешь говорить о том, какой ты неотразимый и идеальный, – добавляет Бенджамин.

– Скорее бы… – задумчиво произносит Терренс.

– Слышь, Терри, должен тебе признаться, что я что-то соскучился по тем временам, когда ты доставал всех этими словами…

– Правда?

– Ты совсем перестал восхвалять себя, мужик! В чем дело? Я тебя не узнаю? Где мой прежний дружбан Терри?

– Просто я перестал чувствовать себя таким. Мной так давно никто не восхищался, что я и сам забыл о том, что еще недавно считал себя чертовски привлекательным.