Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

***

Двадцать седьмое июня тысяча девятьсот девяносто первого года.

– Боже, какая же она хорошенькая! – с широкой улыбкой умиляется Алисия, сидя на кровати Элизабет, которая лежит на ней вместе со своей маленькой дочкой на руках, что завернута в белоснежную простыню. – Моя племянница просто очаровательная. Эта красавица взяла от мамы и папы все самое лучшее.

– Я влюбилась в нее с первого взгляда, – признается Элизабет. – И теперь совсем не хочу отпускать ее от себя.

– Невозможно не любить эту очаровательную крошку. – Алисия нежно гладит новорожденную девочку по голове. – Я уже уверена в том, что она вырастет очень красивой девочкой.

– Все врачи, которые принимали у меня роды, признались, что буквально влюбились в нее, – скромно говорит Элизабет.

– Неудивительно!

Легко заметить, что после родов Элизабет выглядит довольно усталой и нуждается в хорошем отдыхе. Однако ее глаза полны искренней радости и яркого блеска. Молодая мама не обращает ай внимания на то, что у нее практически не осталось сил, и не скрывает своей широкой улыбки. А с какой нежной любовью она смотрит на свою маленькую доченьку, что завернута в белую простыню и сейчас находится у мамы на руках! Кажется, что если сюда придет кто-то из врачей и заберет малышку, то эта девушка наотрез откажется отдавать ее, ибо она никак не может налюбоваться ею.

Пока что трудно сказать, на кого похожа новорожденная малышка, но она действительно очень милая и не может оставить кого-то равнодушным. Никто из родственников Элизабет не может сдержать своих эмоций, глядя на эту крохотную девочку, которой от роду буквально несколько часов. А гордый счастливый отец Джексон ни на секунду не отходит от жены и ребенка, с нежностью во взгляде смотрит на обеих и либо одаривает их милым поцелуем в макушку, либо мягко гладит по голове.

– Мне кажется, что она больше похожа на маму, – задумчиво предполагает Тимоти, сидя на стульчике рядом со своей женой и с нежностью во взгляде смотря на свою внучку в руках его дочери.

– Я тоже так думаю, – широко улыбается Тиффани, держа своего мужа за руку и пару раз поправив простыню, в которое завернута маленькая девочка. – Когда я рожала Элизабет, она была точно такой же куколкой. До сих пор помню, как также лежала с ней в палате и прижимала к груди.

– Она такая теплая… – скромно улыбается Элизабет, смотря на Тиффани полусухими глазами и едва ли не плача от радости. – И… Вкусно пахнет…

– Потому что это твоя дочка. Твоя плоть и кровь.

– Она такая красивая, мама. Такая хорошенькая. Я буквально не верю, что родила такую красавицу.

– Поверь мне, когда моя внучка подрастет, то она станет еще красивее. Разобьет сердце еще не одному парню.

– В моей семье рождаются только самые красивые девочки, – с гордо поднятой головой заявляет Тимоти. – Уж мои дочки красавицы, а внучка будет еще прекраснее.

– По-моему, у нее папин носик, – задумчиво предполагает Фредерик, получше рассматривая свою внучку и нежно погладив ее по голове. – И его щечки были очень похожи на ее. Джексон тоже был щекастым мальчиком, когда только родился.

– О да, папа прав, – скромно улыбается Джексон, позволяя маленькой девочке взять его палец, который она слегка сжимает своими малюсенькими пальчиками. – У нас дома много фотографии, на которых я был еще совсем маленьким. Щеки у меня были, конечно, большие, но потом сдулись сами собой.

– Это детская припухлость, не переживай, – машет рукой Алисия. – Видел бы ты, какая я была пухленькая, когда мне было лет восемь-девять. Но зато ближе к подростковому возрасту я подросла, похудела и изменилась.

– Не говори ерунду, Алисия, – возражает Элизабет, мягко прижимая к своей груди маленькую девочку и нежно гладя ее ручку. – Ты никогда не была пухленькой! Ни мама, ни ты, ни я!

– Вот именно! – соглашается Тиффани. – Не надо наговаривать на себя, дорогая моя. Вы с Элизабет всегда были худенькими красавицами. И мы с вашим папой всегда это говорили.

– Да, у нас было две красивые и умные девочки, а теперь появилась еще одна, – с гордо поднятой головой говорит Тимоти, погладив своих жену и дочерей по руке. – Не сомневаюсь, что моя внучка вырастет такой же умной, красивой и воспитанной, а ее мама с папой сделают для этого все возможное.

– Разумеется, мистер Томпсон, – уверенно отвечает Фредерик. – Мы все будем давать этой малышке самое лучшее.

– И поможем молодым воспитать ее хорошей скромной девочкой, – добавляет Алисия.

– Обязательно, – уверенно произносит Тиффани.

– Да, только вот есть один маленький вопрос!

– Какой?

– Как будут звать эту малышку? Молодые родители должны дать этой девочке имя.

– Да, Джексон, Элизабет, а вы уже решили, как назовете свою дочку? – проявляет интерес Алисия.

– Решили, – со скромной улыбкой уверенно произносит Элизабет. – Мы с Джексоном хотим назвать нашу дочку Ракель.

– Ракель? – переспрашивает Тиффани. – Ну что ж… Лично мне очень нравится это имя!

– Да, мне тоже, – уверенно кивает Фредерик. – Имя редкое, но очень красивое. По крайней мере, в моем окружении никто не носит такое имя и не называет так своих дочерей.

– Ладно, а что со вторым именем? – интересуется Тимоти.

– А ее вторым именем будет Эллисон, – с легкой улыбкой сообщает Джексон.

– Эллисон? Значит, вы хотите назвать свою дочку Ракель Эллисон Кэмерон?

– Да, мистер Томпсон, нашу дочку будут звать именно так.

– Ну что ж, прекрасный выбор! – широко улыбается Алисия.

– Мы уже решили это еще до рождения дочки, – признается Джексон. – Кроме того, у нас с Элизабет была договоренность, что она выберет ребенку первое имя, а я – второе.

– Вот как! – восклицает Фредерик.

– А поскольку мы не знали пол малыша и решили узнать его только в день рождения ребенка, то выбирали по два имени для мальчика и девочки. Выбирая имя для девочки, Лиззи понравилось имя Ракель, а я присмотрелся к имени Эллисон.

– А вы не возражайте, что вашу дочку будут так звать? – уточняет Тимоти. – Вдруг кто-то из вас хочет назвать малышку по-другому?

– Нет-нет, папа, не беспокойся, мы с Джексоном уже все обсудили и согласны на эти имена, – уверенно отвечает Элизабет. – Так что нашу дочь зовут Ракель Эллисон Кэмерон.

– Что ж… – широко улыбается Алисия. – В таком случае добро пожаловать в этот мир, наша дорогая Ракель.

Алисия нежно гладит свою племянницу Ракель по головке.

– Да благословит тебя Господь, – тихо произносит Алисия. – Пусть жизнь моей племянницы будет легкая и счастливая.

– Ты принесла свет и радость в нашу семью, – мягко добавляет Тиффани, тоже погладив малышку Ракель по голове.

– Наша долгожданная девочка… – тихо произносит Фредерик, скромно улыбнувшись, когда Ракель обхватывает его палец своими крохотными. – Ты только недавно родилась, а я уже люблю тебя всем сердцем.

– Красавица… – скромно улыбается Тимоти. – Моя любимая внученька…

– Ракель, радость моя… – с нежностью во взгляде произносит Элизабет и мягко целует Ракель в лоб. – Я буду для тебя самой лучшей мамой на свете.

– Слушай, Элизабет, ну дай нам хоть немножко подержать малышку на руках, – мягко просит Фредерик. – Мы понимаем, что ты не хочешь с ней расставаться, но нам тоже хочется подержать ее.

– Да, дочка, дай и нам полюбоваться на малышку, – уверенно говорит Тиффани. – Мы еще так и не держали ее на руках.

Глава 12.3

– Простите… – смущенно произносит Элизабет. – Просто не хочу с ней расставаться… Я ее так люблю.

– Пусть первым ее подержит гордый отец, – уверенно говорит Тимоти.

– Давай, сынок, возьми свою дочку, – с гордо поднятой головой добавляет Фредерик, похлопав Джексона по плечу.

– Только осторожно, пожалуйста… – мягко просит Элизабет. – Осторожно…

Элизабет передает завернутую в простыню малышку Ракель своему супругу Джексону, который тут же прижимает девочку к себе и смотрит на нее со всей нежностью во взгляде, не скрывая своей широкой улыбки. Остальные тут же обступают его со всех сторон, чтобы получше рассмотреть новорожденную крошку, которая уже подарила им столько радости.

А немного полюбовавшись на нее, мужчина осторожно передает сверток своим счастливым родственникам: сначала дедушкам и бабушке, а потом уже и тете, которая выглядит такой счастливой, будто сама стала мамой этой очаровательной малышки. Каждый из них едва сдерживает слезы, глядя на эту прекрасную малышку, которая мгновенно похитила их сердца и буквально влюбила в себя с первых же секунд.

Поскольку никто не собирается выгонять родственников Элизабет из палаты, то они все с большим удовольствием проводят время с ней и никак не могут нарадоваться на только что рожденную Ракель, которая отныне будет занимать особое место в их сердцах. А наблюдая за счастливыми лицами своей семьи, молодая новоиспеченная мама не скрывает своей широкой улыбки и еще раз принимает искренние поздравления ото всех, кто ждал, переживал и наконец-то дождался рождения абсолютно здоровой девочки.

***

– Это, конечно, все замечательно, только тогда тебе было наплевать на свою семью, – уверенно заявляет Элеанор. – Ведь ты начала получать такие огромные деньги, каких в жизни никогда не видела, и уже не смогла отказаться от своей работы просто так. Была готова променять деньги на семью и забыть о ней.

– Неправда! Мне никогда не было наплевать на свою семью. Я работала в том месте не только ради учебы в университете, но еще и ради своих близких. Хотела порадовать их и дать возможность что-то себе купить.

– И поэтому не отказалась от, пожалуй, самого большого подарка, который сделал для тебя мой отец.

– Мне не был нужен тот модный бизнес, который твой отец открыл для меня. И он прекрасно это знал, потому что поначалу я отказывалась от столь дорогого подарка. Однако Гильберт не слушал меня и насильно всучил мне документы, подтверждающие мои права на него.

– Да-да, а потом ты узнала, что такое настоящие огромные деньги, полюбила их и все-таки решила принять подарок моего папочки. Возомнила себя суперталантливым дизайнером, рекламу которого была проплачена этим человеком. И платила ты за нее, конечно, своим телом. Своим молодым телом, ради которого отец бросил мою маму. Вертела перед ним голой жопой, трясла своими сиськами и вытворяла в постели просто безумные вещи.

– А лезть в подобные дела – очень неприлично, – уверенно говорит Алисия.

– Да что ты говоришь!

– Вот был бы у тебя муж, с ним бы и обсуждала подобные темы. Но не смей говорить что-то подобное, когда речь идет о твоем отце. О человеке, который намного старше тебя.

– Я уже давно не ребенок, Алисия, – напоминает Элеанор. – К тому же, у нас с тобой не такая уж большая разница в возрасте. Всего лишь десять лет. Сейчас мне тридцать семь, а тебе – сорок семь.

– Какая разница? Дети не имеют права вмешиваться в дела своих родителей!

– Может, я и была еще ребенком, когда ты обрабатывала моего отца. Но я все равно хорошо знала о том, что ты вытворяла. О том, как ты разрушила многолетний брак моих родителей и заставила отца потерять голову.

– Неужели ты ни разу не подумала о том, что твой отец мог сам за мной бегать? Что он устал от твоей матери! Что ему захотелось немного встряхнуться и расслабиться!

– Ну а ты, гадина, решила ему помочь.

– Гильберт думал, что сможет удержать меня возле себя столь дорогими подарками и документами на владение домом моды. Возомнил себя моим хозяином и решил контролировать мою жизнь, решая, что мне можно делать, а что – нельзя.

– Уверена, что он просто решил немного приструнить тебя. Потому что в какой-то момент ты зажралась и сама начала мнить себя великой и любимой. Забыв о том, откуда тебя вытащили. – Элеанор ехидно усмехается. – Однако папочка быстро обрубил тебе крылышки, когда он прикрыл эту лавочку и лишил тебя того модного бизнеса. И вот результат – про тебя все очень быстро забыли. Кто же ты сейчас? Да никто! Точнее, помнят тебя только как женщину, убившую Гильберта Вудхама. Не уверена, что люди даже в курсе того, что Ракель Кэмерон – твоя племянница.

– А я и не стремилась к бешеной славе, – уверенно заявляет Алисия. – Твой отец даже не посоветовался со мной, когда подарил мне тот модный бизнес. Ему хватило лишь моих слов о том, что я училась в университете на дизайнера и увлекалась модными тенденциями. Гильберт просто поставил меня перед фактом. Мол, вот тебе документы на собственный бренд одежды, вот тебе деньги, слава и целая команда помощников.

– Да-да, я знаю… Этот человек полагал, что сможет растопить сердце Снежной Королевы и заставить ту влюбиться в него, делая ей дорогие подарки и выполняя любой ее каприз. Он стал твоим подкаблучником и был готов прогибаться про такую мерзкую стерву, как ты.

– Он с самого начала знал, что у него не было никаких шансов. Что я не люблю его и воспринимаю только лишь как одного из своих клиентов.

– С ним ты могла принимать любое решение. Отец мог запросто уволить любого из того модного бизнеса, ибо одно его слово – закон, который не подлежало обсуждению и обжалованию.

– Да, не спорю, что мне было приятно его внимание, и я поначалу была действительно рада, что он постоянно одаривал меня такими роскошными презентами. Но потом мне это начало надоедать. К тому же, я все-таки хотела добиваться всего сама, а не с помощью других людей.

– Увы, милочка, у тебя ничего бы не получилось.

– Даже если бы я захотела бы открыть свой модный бизнес, то нашла бы способ сделать это.

– Чтобы это сделать, нужны очень хорошие связи и много денег. А у тебя не было ни того, ни другого.

– Сейчас мне это уже не нужно, и я очень довольна тем, что работаю профессором в университете, где меня все любят и уважают.

– Серьезно? – ехидно усмехается Элеанор. – Любят ту, которая убила одного из самых уважаемых людей в стране?

– Да, не отрицаю, поначалу всех пугало то, что я сидела в тюрьме. Многие меня сторонились и презирали. Однако мне все-таки дали шанс проявить себя, ибо я слезно умоляла позволить мне доказать, что мне можно доверять. Это было непростое время, но сейчас все коллеги глубоко уважают меня, а студенты с интересом слушают мои лекции и часто остаются после занятий и задают какие-то вопросы.

– Пытаешься убедить меня в том, что ты счастлива жить на маленькую зарплату преподавателя? – презрительно хмыкает Элеанор.

– Да, я очень счастлива. Счастлива жить своей жизнью и ни от кого не зависеть. Мне хватает этих денег на хорошую жизнь. Я запросто могу не только покупать себе какие-то вещи, но даже раз в год позволить себе отправиться в отпуск на неделю. Вот однажды я провела отличное время в Египте, откуда и привезла парочку очень красивых экспонатов.

– Ой, да плевать я хотела, куда ты там ездила и что оттуда привезла. Сейчас у меня лишь одна цель – уничтожить тебя и отомстить за убийство моего близкого человека. За то, что по твоей вине едва не пострадала еще и Инес.

– Я не хотела убивать твоего отца! И не хотела вредить Инес! Кем бы она ни была!

– Кстати, в тот раз я послала к тебе своих людей не сколько для того, чтобы они украли у тебя столько денег, сколько смогут найти во всех твоих заначках, сколько для того, чтобы еще раз напомнить тебе о твоих грешках, за которые ты должна ответить.

– В любом случае они бы не привезли тебе миллионы, потому что у меня таких денег нет.

– Я уже это поняла, поскольку мои помощники приехали ко мне ни с чем.

– Представляю, как ты была зла из-за того, что они не выполнили твой приказ.

– Верно, я была зла. Но не так уж сильно. Ведь они выполнили свою главную задачу – как следует припугнуть тебя и дать понять, что ты от меня не денешься. Так же, как и твоя племянница.

– Я из-за тебя чуть Богу душу не отдала!

– О да, я представляю, как тебя шокировало появление моих людей на пороге твоей квартиры. Наверное, ты долгое время ты не могла прийти в себя. Представляю, сколько времени с тобой просидела твоя соседка, которая ухаживает за тобой как за беспомощной старухой.

– Да уж, ты использовала все возможны методы, чтобы запугать меня.

– Просто ты слишком расслабилась с тех пор, как мы виделись в последний раз. – Элеанор на секунду бросает хмурый взгляд в сторону. – Забыла о грехах своего прошлого и решила сделать вид, что ничего не случилось. Что ты не лишила жизни моего близкого человека.

– Ты прожила шестнадцать лет своей жизни впустую, – качает головой Алисия. – Только и жила желанием отомстить.

– Я же сказала, что не успокоюсь до тех пор, пока не буду знать, что ты гниешь где-нибудь в земле.

– И не успокоишься до тех пор, пока не заработаешь все деньги на свете.

– Всех денег не заработаешь. Но всегда можно заполучить немножко больше, чем тебе полагается. Надо просто знать, как это сделать.

– И не иметь ни грамма совести, стыда и страха.

– Это то, что мешает человеку жить и никогда не позволит человеку разбогатеть.

– Ты ненормальная , Элеанор. Просто ненормальная.

– В любом случае меня сейчас мало волнуют дела магазинов. Я полностью доверяю своим помощникам и знаю, что они меня не подведут. Сейчас моя самая главная цель – отомстить тебе. Заставить заплатить за убийство моего папули, который стал твоей жертвой.

– Сомневаюсь, что твой отец одобрил бы то, что ты делаешь.

– Я уверена, он гордился бы мной и моими успехами. И был очень счастлив знать, что я отомстила той, кто убила его и заставила все его семью лить слезы и страдать.

– Когда Гильберт был жив, ты была совершенно другой. Может, далеко не идеальной, но твой отец так или иначе держал тебя в руках. Такое чувство, что ты будто бы ждала , когда наконец-то перестанешь находиться под его контролем и получишь возможность делать то, что тебе хочется.

– Да, мой отец порой был строг со мной и неоднократно наказывал за какие-то проделки. Однако я все равно всей душой любила его и считала своим близким человеком. Своим лучшим другом, который прекрасно понимал меня и утешал в те моменты, когда мне было плохо.

– Остановись хотя бы ради него, Элеанор, умоляю тебя, – с жалостью во взгляде взмаливается Алисия. – Давай забудем обо всем, что произошло, и начнем жить мирно. Я все тебе прощу, а ты не будешь упрекать меня за то, из-за чего мне и так до сих пор снятся кошмары.

– Да, Томпсон, ну ты и дура… – резко выдыхает Элеанор. – Глупая и наивная дура, которая до сих пор верит, что у любой истории существует хороший конец. Убеждаюсь в этом все больше и больше.

– Зачем тебе нужна эта месть? Зачем? От нее никому не станет лучше! Твоему отцу точно не понравилось бы то, что ты стала такой ужасной и мстительной после того как он умер.

– Это ты так думаешь!

– Неужели ты не можешь отпустить и забыть даже ради памяти Гильберта? Он наверняка в гробу переворачивается из-за того, что ты сейчас вытворяешь. Любому родителю было бы стыдно иметь дочь или сына, которые ведут себя подобным образом и никого не щадят ради достижения каких-то своих целей.

– Все, довольно! – резко приподнимает руку ладонью к Алисии Элеанор. – Мне некогда с тобой трепаться! И так потратила на тебя черт знает сколько времени! Лучше пойду думать над тем, как мне заманить твою племянницу на встречу со мной.

– Что? – широко распахивает глаза Алисия.

– Да-да, я собираюсь пригласить Ракель на встречу, на которой ей придет конец. И она еще об этом не знает. Не знает, что ее ждет.

– Нет, Элеанор, не вздумай! Не смей!

– К тому же, я тут немного подумала и решила, что будет неплохо заполучить еще немножко денежек с этой девчонки. Так что в качестве предлога я потребую у нее небольшую сумму денег. В качестве выкупа за свою любимую тетушку и моральной компенсации за потраченное на нее время. Ну и я могу также вычесть это из суммы, которую ты так и не смогла заплатить мне. Раз ты не смогла, то пусть твоя племяшка немного тебе подсобит.

– Нет, Элеанор, не смей ничего делать! – отчаянно вскрикивает Алисия. – Не трогай Ракель! Слышишь меня!

– Думаю, она без проблем найдет нужную сумму, потому что наверняка успела заработать достаточно денег на том, что трясла задницей перед камерой. – Элеанор ехидно усмехается. – Ну прямо как ее тетушка в свое время. Яблоко от яблони недалеко падает.

– Закрой свой рот, стерва, – сквозь зубы цедит Алисия. – Закрой!

– Ах, дорогая моя… – Элеанор негромко смеется, с гордо поднятой головой начинает накручивать на палец прядь волос. – Мне уже не терпится покончить с тобой и этой девчонкой раз и навсегда. И продолжить заниматься своими делами… С мыслью, что ты наконец-то получила то, что заслужила.

– Я не позволю тебе причинить вред моей племяннице, – сквозь зубы цедит Алисия. – Не позволю! Слышишь!

– Прости, но мне уже пора. Дел много…

Элеанор с гордо поднятой головой разворачивается и уже собирается уходить. Но в последний момент она поворачивается к тяжело дышащей Алисии, смотрящая на нее своими широко распахнутыми глазами, полные ужаса.

– А пока что оставайся здесь, – уверенно говорит Элеанор. – Доживай свои последние денечки… Уже очень скоро вашим с Ракель родственничкам придется раскошелиться на похороны сразу обеих. Точнее, дедуле твоей обожаемой племяннице придется раскошелиться.

– Гадина… – со злостью во взгляде произносит Алисия. – Будь ты проклята…

– Ты пока готовься к своей смерти, а я решу, где мне назначить встречу твоей племяннице, и сколько денег с нее вытянуть.

– Ненавижу тебя…

– И помни, если ты хотя бы попытаешься сбежать от сюда и будешь дерзить моим людям, то тебе придется очень сильно пожалеть об этом.

– Лучше бы ты занялась своей жизнью вместо того чтобы строить планы мести. Всем было бы намного лучше.

– Пока-пока, моя несостоявшаяся мачеха… – машет рукой Элеанор. – Может, чуть позже я еще раз проведаю тебя.

Элеанор гордой походкой направляется к выходу из комнаты, в которой сейчас находится Алисия, резко соскочившая с кровати.

– Ты все равно не сможешь добиться своего, гадюка! – с крепко сжатыми в кулаки руками и довольно тяжелым дыханием вскрикивает Алисия. – Рано или поздно ты ответишь за все свои грешки! Только попробуй причинить Ракель хоть малейший вред! Клянусь, я с тебя кожу сдеру! Слышишь! Не смей даже думать об этом! За свою девочку я тебе глотку перегрызу! СЛЫШИШЬ! ПЕРЕГРЫЗУ!

Однако Элеанор уже не слышит этих слов, так как она уходит с самодовольной улыбкой и закрывает за собой дверь на ключ. Алисия же остается в этой комнате совсем одна. К сожалению, за эти пару дней женщина сильно ослабла и сейчас вряд ли бы смогла бороться со своим врагом и ее помощниками. И уж точно вряд ли сможет сделать что-то, чтобы не позволить дочери покойного Гильберта Вудхама причинить вред Ракель. Умом она понимает, что находится в безвыходном положении и ничего не может сделать. Единственное, что Алисия может делать, – только лишь молится о том, чтобы ее племянница никак не пострадала или же сама предприняла какие-то меры для своего спасения.

– Только бы она ничего не сделала с моей Ракель, – присев на кровать, дрожащим голосом взмаливается Алисия и тихо шмыгает носом. – Только бы с ней ничего не случилось.

Алисия издает пару тихих всхлипов.

– Господи, прошу Тебя, защити мою девочку… – тихо просит Алисия. – Я никогда не прощу себя, если с ней что-нибудь случится. Если Элеанор причинит Ракель вред, то я сдеру с Вудхам шкуру. Даже если я буду находиться при смерти, за свою кровиночку у меня всегда будут силы постоять.

Алисия качает головой.

– Даже сейчас… – слегка дрожащим голосом добавляет Алисия. – Когда я чувствую себя просто ужасно … Я знаю, что должна бороться… Не знаю, как… Но должна… Уж лучше я сама пожертвую собой и все-таки отвечу за то, что сделала, чем позволю этой ядовитой змее навредить Ракель. Только я должна отвечать на все это… Только я… Только не моя племянница… Только не моя девочка, которая и так достаточно настрадалась в своей жизни.

Алисия тяжело вздыхает и продолжает молиться о том, чтобы с Ракель все было хорошо, чуть позже согнувшись пополам, закрыв лицо руками, начав издавать тихие всхлипы и все больше приходя в ужас от своих же собственных мыслей. А через некоторое время женщина со слезами на глазах вспоминает кое-что из своего прошлого, что заставляет ее испытывать сильный стыд, отвращение и сожаление… Один из тех случаев, который она бы с большим удовольствием вычеркнула бы из своей жизни.

***

Конец восьмидесятых годов двадцатого века.

– О да, детка, продолжай в том же духе…

Темноволосый мужчина с далеко не самой привлекательной внешностью и злыми зелеными глазами с хитрой улыбкой и слегка раздвинутыми ногами гордо восседает на удобном кожаном кресле в своей комнате. Он медленно выкуривает сигарету и с наслаждением вдыхает запах дыма, почесывая свою легкую щетину и время от времени попивая элитный коньяк из своего небольшого бокала.

Его похотливый взгляд полностью сосредоточен на юной, стройной девушке высокого роста лет двадцати, что одета в черный брючный сексуальный костюм, под которым скрываются откровенное бюстье, стринги и прозрачные чулки, и шикарные лакированные туфли на высоченном каблуке. Ее густые, темные, немного волнистые волосы, что достигают лопаток, красиво извиваются при каждом плавном движении красавицы. При каждом ее повороте, при каждом взмахе головой…

Все движения этой девушки, танцующей для этого человека, который живет в очень богатом доме и окружен прислугой и кучей телохранителей, которые всегда готовы примчаться к нему по первому же зову, завораживают. Хочется неотрывно смотреть только лишь на роскошное молодое тело двадцатилетней девушки, что так изящно и грациозно двигается под энергичную музыку и выгибается насколько сильно, насколько это возможно, демонстрируя все свои достоинства.

Мужчине безумно нравится то, как пластично двигается эта юная девушка, у которой шикарные крепкие ягодицы и великолепная пышная грудь. Изумительно красивое бюстье затянуто таким образом, что оно приподнимает бюст и делает его даже больше, а и без того тонкую талию еще больше сужает. Яркий макияж, выполненный в черных оттенках, еще больше подчеркивают красоту ее серых глаз, что сводят мужчину с ума и заставляют его мечтать овладеть ею.

Поначалу она одета в черный брючный сексуальный костюм, но во время приватного танца медленно снимает с себя какую-то часть, некоторое время танцует перед владельцем этого шикарного дома и снова от чего-то избавляется. И в итоге в скором времени она остается в одном лишь шикарном бюстье с прозрачными вставками спереди и сзади и стрингами, что едва прикрывают ее интимные места. Этим юная красавица еще больше сводит мужчину с ума и заставляет его смотреть на нее голодными глазами и терять голову от всех плавных, соблазнительных движений, что будоражат его разум.

– Ах, моя малышка, ты такая сексуальная… – широко улыбается мужчина, с наслаждением попивая коньяк из своего стакана и откинувшись на спинку кожаного кресла. – Продолжай в том же духе! О, да, детка!

Взгляд этого мужчины внимательно следит за девушкой, которая не стоит на одном месте и перемещается из одной стороны в другую, демонстрируя свои самые прекрасные достоинства под негромкую музыку, что играет в большой спальне, окна в которой зашторены плотными шторами, и в которой горит приглушенный свет.

– А покажи-ка еще раз свою грудь, – с хитрой улыбкой просит мужчина. – Давай же, куколка, покажи своих пышных малышек.

Юная девушка, исполняющая сексуальный танец, с гордостью демонстрирует мужчине свою шикарную пышную грудь.

– Да, детка… – более низким голосом произносит мужчина. – Очень хорошо…

В какой-то момент девушка подходит поближе к мужчине и немного трется ягодицами об его ладонь, которую он подносит поближе к ней. Но когда тот хочет дотронуться до одной из ее грудей, что выглядят так привлекательно и буквально напрашиваются на ласку, она не разрешает ему трогать себя, с игривой улыбкой покачав головой и тихонько цокнув.

– Не все сразу, мистер Вудхам, – низким соблазнительным голосом произносит девушка. – Разрешается только смотреть. Но никак не трогать.

Танцовщица продолжает исполнять свой соблазнительный танец, кружась вокруг своей оси и много крутя бедрами, а немного погодя продолжив демонстрировать какие-то сексуальные движения уже лежа на полу. Улыбка мужчины становится еще шире, пока он смотрит на то, как она извивается, выгибается и выставляет все самые выдающиеся части тела, такие как пышная грудь, манящие изгибы талии, тонкая изящная шея, упругие ягодицы, соблазнительные бедра и стройные длинные ноги, на которые этот человек может любоваться вечно. А как она с ним заигрывает, когда время от времени подмигивает ему… И как игриво улыбается…

– Да, красавица, продолжай… – низким голосом уверенно просит мужчина, затягивает сигарету и тут же выдыхает дым. – Продолжай…

С каждой секундой танцовщица все больше заводит мужчину тем, что начинает ласкать все свое тело и играть со своими чулками, легонько оттягивая резинку на них или то поднимая, то опуская один из них, дабы показать свою оголенную ногу.

– Боже, куколка, я просто без ума от тебя! – с широкой улыбкой признается мужчина и отпивает еще немного коньяка из своего стакана. – За такой шикарный танец ты заслужила хорошие чаевые.

Мужчина с гордо поднятой головой достает из внутреннего кармана пиджака несколько крупных купюр и протягивает их девушке, которая охотно берет их и прячет между грудями, продолжая без остановки исполнять свой соблазнительный танец, что все больше и больше сводит его с ума и пробуждает в нем много похотливых фантазий.

– Благодарю вас, мистер Вудхам, – с легкой улыбкой низким голосом благодарит девушка и делает медленный поворот вокруг своей оси, немного покрутив бедрами прямо перед носом мужчины. – Должна признаться, что из всех моих клиентов вы самый щедрый.

– Такой сексапильной красотке я готов отдать хоть все свои деньги, – уверенно говорит мужчина.

– Рада для вас стараться.

– Еще ни одна девчонка не сносила мне голову так сильно, как ты, Шерил. Я могу смотреть на тебя хоть целую вечность.

– Любой каприз только за ваши деньги, мистер Вудхам.

Девушка вплотную подходит к мужчине и уверенно берет его за подбородок, заставив смотреть ей в глаза.

– Я стану для вас кем угодно и буду танцевать для вас не только стриптиз, но и любой другой танец, какой вы только пожелайте, – уверенно заявляет девушка.

– О деньгах не беспокойся, малышка, – уверенно говорит мужчина. – Денег у меня полно. Ведь я же – миллионер! К тому же, ты прекрасно знаешь, что я всегда плачу тебе как полагается. И даже даю дополнительные деньги, если тебе удастся свести меня с ума и пробудить во мне огонь.

– Я знаю. Именно поэтому я и готова исполнить любое ваше желание.

Мужчина игриво рычит с ехидной улыбкой, нежно гладит юную девушку за ягодицы, слегка шлепает по ним и успевает немного подержать в руке ее грудь до того, как она отстраняется и продолжает извиваться перед ним, точно кошка, и соблазнять своими плавными движениями, игривым взглядом и всем способам флирта с помощью глаз и рук.