Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

– Меня можно затащить только в одну постель – в ту, в которой я сплю со своей невестой. Другие постели меня не интересуют. Так же, как и девушки, к которым я отношусь как к своим близким подругам, фанаткам или просто знакомым. Да, однажды я совершил глупейшую ошибку, когда пошел на измену и притворялся влюбленным в Рэйчел ради карьеры в группе Альберта и мести Ракель за ее якобы предательство. Но теперь я буду только лишь с той, которую мне с таким трудом удалось вернуть.

– Ладно, расслабься, чувак! – с легкой улыбкой говорит Даниэль, хлопая Терренса по плечу. – Я же беспокоюсь о твоем личном счастье и стараюсь помочь тебе идти по правильному пути.

– Спасибо большое за столь огромную заботу, но ты лучше со своим счастьем сначала разберись, без пяти минут жених, – скромно хихикает Терренс. – Раз уж ты начал думать о женитьбе и искать способ понравиться родителям Анны, то надо довести дело до конца.

– Вот и доведу, вот увидишь! И ты будешь в числе первых, кого я приглашу на свою свадьбу. На которую я точно не пожалею денег. И сделаю так, что ее запомнят на долгие годы.

– Что ж, я запомню и напомню об этом, когда ты решишься на женитьбу, – хитро улыбается Терренс. – Я потребую свое обещанное приглашение. И даже немного обнаглею и буду проситься в друзья жениха.

– А кто сказал, что ты не будешь им? У тебя не будет права отказаться от предложения стать одним из моих дружков на свадьбе!

– Тогда я с нетерпением буду ждать этого момента. – Терренс с легкой улыбкой бросает взгляд в сторону. – Мне уже не терпится оторваться на твоей свадьбе и как следует оторваться на ней!

– Об этом мы поговорим чуть позже. – Даниэль бросает взгляд на широко улыбающегося Терренса. – И вообще, может быть, ты все-таки прекратишь улыбаться? Такое впечатление, что тебе чихать на проблемы нашего приятеля!

– Ты так говоришь, будто я только и жду, когда с Питером что-то случится.

– Не забыл, что нам скоро заезжать за этими девушками, а потом мы все вместе поедем к Питеру домой?

– Конечно, помню. И поэтому предлагаю пойти к машине и решить, чем мы займем себя на ближайшие полтора часа.

– Я бы с удовольствием пошел, – со скрещенными на груди руками хмурится Даниэль. – Только вот ты неплохо устроился с краю, и твою тушку черт сдвинешь с места. Не могли бы вы, уважаемый, поднять свою прекраснейшую задницу и пропустить меня?

– Сейчас все будет, Ваше Высочество! – со смешком приподнимает руки Терренс и быстро встает из-за стола.

Даниэль встает вслед за Терренсом, который продолжает тихо хихикать, когда они направляются к выходу из кафе.

– Терренс, да хватит уже ржать, твою мать! – чуть громче требует Даниэль. – Лично мне сейчас не очень-то смешно, и я чувствую себя паршиво !

– Э-э-э, да и мне тоже, если честно… – медленно выдыхает Терренс и резко проводит рукой по своим волосам. – Просто я не очень хочу постоянно думать о проблемах… Ведь если все время думать об одном и том же, можно запросто с ума сойти. По крайней мере, я точно к этому близок… Если я не буду отвлекаться хотя бы на пару секунд, то у меня самого начнется депрессия.

– Ну это тоже верно. Хотя мне на ум не приходит ничего хорошего.

– Ха, ты же несколько минут назад ухмылялся и улыбался!

– Да, но мне не становится легче. Хотя я и стараюсь верить в лучше… – Даниэль резко встряхивает головой, чтобы убрать маленькую прядь волос. – Правда после того, как я узнал, что Питер режет себя еще со школьных времен, мой позитивный настрой начинает потихоньку пропадать.

– Согласен, это и меня выбило из колеи…

– Я и подумать не мог, что все оказалось настолько сложно. Предположить не мог, что он резал себя.

– Конечно, я слышал о тех, кто делает то же самое, но никогда не понимал, в чем смысл всего этого. – Терренс открывает дверь и выходит из кафе вместе с Даниэлем. – Как будто если ты возьмешь лезвие и вскроешь вены, то от этого решатся все проблемы.

Уже через несколько секунд Терренс и Даниэль подходят к машине, которая стоит на довольно большой парковке недалеко от кафе. Можно заметить, что в нескольких метрах от парней припаркованы еще несколько автомобилей разных размеров, цветов и ценовых категорий. А указательные знаки помогают разобраться, где можно останавливаться, как можно от сюда выехать, и с какой скоростью допустимо ездить по всем этим дорогам.

– О да, те типы здорово грохнули твою тачку, – подойдя к машине Терренса, которую он рассматривает со всех сторон, говорит Даниэль. – Все настолько плохо, что народ удивленно пялится на нее, когда проходит мимо.

– Ничего, сегодня я отвезу ее в ремонт, и моя девочка будет как новая, – уверенно отвечает Терренс, открывая машину с помощью ключа и убеждаясь, что ему это удалось, когда слышит характерный короткий звук. – Если бы нам не надо было забирать девушек, то я бы поехал в сервисный центр прямо сейчас и договорился о ремонте.

– Полагаю, он отнимет много времени, – задумчиво предполагает Даниэль, открывая дверь машины и садясь на пассажирское сиденье. – Ведь сейчас твоя тачка похожа на деформированный кусок метала. Удивляюсь, как она еще ездит после такого приключения.

– Ездит, но с двигателем что-то точно произошло. – Терренс садится на водительское сиденье и закрывает за собой дверь. – И дверь плохо закрывается… Из-за этого на табло высвечивается надпись, что мне надо закрыть ее.

– Да, походу, у твоих друзей и невесты будут « веселые » деньки. Им придется делиться с тобой своей машинкой, ибо на некоторое время ты останешься без своей раздолбанной старой клячи.

– Надеюсь, уже через неделю или две машину отремонтируют, и я с гордым видом снова буду рассекать на ней по городу.

– Ох, приятель, а не проще ли не тратить деньги на ремонт этого корыта и купить себе новую? Съездил бы в автосалон и посмотрел новые тачки! Кстати, некоторые новые модели просто конфетки, а их характеристики отпадные .

– Спасибо за совет, приятель… – Терренс вставляет ключ в замок зажигания, дабы завести мотор. – Но мне и эта машина нравится. И да, прекратите вы все называть ее старой клячей! Сначала Эдвард мою ласточку оскорбил, а теперь до тебя очередь дошла.

– Да вы с Локхартом любите все старье! – восклицает Даниэль. – Тачка Эдварда вообще была выпущена еще в девяностые года прошлого века, когда я еще лежал в люльке с соской во рту. Удивляюсь, как это корыто вообще может передвигаться. Не удивлюсь, если однажды его колымага развалится где-то посреди дороги.

– Это уже будут его проблемы. – Терренс проводит руками по рулю своей машины, как бы лаская ее как любимую девушку. – Я не собираюсь отдавать этому мелкому крысенышу свою девочку ни за какие красивые глазки.

Даниэль ничего не говорит и лишь пожимает плечами, пристегнув ремень безопасности, положив руку на дверцу машины и удобно устроившись на пассажирском сиденье. А спустя пару секунд, когда машина уже заведена, у Терренса, который тоже собирается пристегнуть свой ремень, неожиданно начинает звонить мобильный телефон, лежащий в кармане его кожаной куртки.

– Ох, как не вовремя, – устало бубнит Терренс, отпускает еще не пристегнутый ремень, кладет руку в карман и, даже не смотря на сенсорный экран, проводит по нему пальцем, чтобы ответить на звонок. – Алло.

– Привет, Терренс, – произносит чей-то мужской, подавленный голос. – Это Питер…

– Питер?

Терренс бросает округленные глаза на Даниэля, который мгновенно реагирует на имя Питера, посмотрев на своего друга с надеждой услышать от него хоть что-нибудь.

– Э-э-э… – запинается Терренс. – Привет, Питер…

– Привет… – очень тихим, слегка охрипшим голосом, что сильно дрожит от волнения неуверенно отвечает Питер. – Скажи, ты сейчас не очень занят?

– Нет-нет, я не занят…

– Я бы хотел кое-что сказать тебе… Если это возможно…

– Да, конечно, я тебя слушаю… Что произошло?

– Скажи, а Даниэль сейчас не с тобой? Если нет, то я потом позвоню ему сам, потому что хочу тоже поговорить с ним.

– Да-да, он со мной… – Терренс неуверенно бросает взгляд на Даниэля, который начинает нервничать, немного побаиваясь того, что сейчас может услышать и узнать. – Если хочешь, я могу дать ему трубку, и ты поговоришь с ним.

– Нет-нет, знаешь что… – тихо произносит Питер. – Лучше включи громкую связь на телефоне. Раз он с тобой, то я хочу, чтобы он слышал меня.

Терренс слегка хмурится и включает на телефоне громкую связь, благодаря которой они с Даниэлем могут слышать Питера.

– Все, я включил ее, мы оба тебя слышим, – немного взволнованно говорит Терренс.

– Да? – недоверчиво интересуется Питер. – Эй, Даниэль, ты слышишь меня?

– Да-да, Питер, я тебя слышу, – слабо кивая, уверенно отвечает Даниэль.

– Говори, Пит, мы тебя слушаем, – уверенно говорит Терренс.

В трубке хорошо слышно, как Питер резко выдыхает перед тем, как сказать то, что для него определенно очень непросто. А через некоторое время блондин все-таки находит в себе силы начать говорить дрожащим, взволнованным голосом:

– Даниэль, Терренс… Я знаю, что вы оба вините меня в проблемах нашей группы. Однако я прекрасно все понимаю и… Не могу обижаться на вас… – Питер медленно, с дрожью выдыхает. – Знаю, что вы никогда не сможете простить меня за то, что я предал группу и всех тех, кто работал с нами. И по этой причине будет лучше, если я уйду из нее.

Глава 16.3

– Послушай, Питер, мы уже говорили тебе, что не хотим, чтобы ты ушел из группы, – слегка взволнованно отвечает Даниэль. – И мы не собираемся даже и думать о том, чтобы выгонять тебя. Ты все еще наш барабанщик.

– Прошу вас, перестаньте надеяться, что я вернусь. И если вы все еще верите, что я шучу, то сегодня вы убедитесь в этом. К сожалению, вам придется смириться с моим уходом.

– Мы никогда не смиримся, слышишь! Ты не можешь бросить нас! Мы ведь обещали друг другу, что сделаем группу известной, несмотря ни на что. Это было нашей общей мечтой!

– Да, я помню про обещание. Но… – Питер замолкает на пару секунд и издает очень тихий всхлип. – Черт возьми, парни… У меня совершенно нет сил и желания бороться… Бороться с тем, что меня гложет… Я устал ото всего этого! И больше не могу так жить!

– Господи, Питер, о чем ты говоришь? – предчувствуя что-то очень нехорошее и чувствуя, что он все больше и больше начинает нервничать, ужасается Терренс. – Почему ты так говоришь? Все еще может поменяться, если ты сам того захочешь! Еще не поздно!

– Нет, Терренс, ничего уже не изменишь! – обреченным, дрожащим голосом отвечает Питер и на секунду или две замолкает. – Я так все испортил, что уже ничто не может быть иначе.

– Послушай, я прекрасно понимаю, что у тебя, возможно, не самый приятный и легкий период в жизни. Но ты всегда можешь рассчитывать на нас с Даниэлем. Мы с радостью поможем тебе, если ты расскажешь нам, в чем дело, и дашь знать, что могло бы облегчить твое состояние.

– Мне уже ничто не поможет. Я окончательно убедился в том, что мне не место в вашей группе. И больше не могу быть вашим другом и даже просто общаться с вами. Я просто не заслуживаю этого после всего, что сделал.

– Нет, Питер, не говори так! – взволнованно произносит Терренс. – Ты не сделал ничего ужасного, чтобы мы так думали о тебе! Да и если бы ты что-то сделал, то мы все равно были бы на твоей стороне и не стали осуждать.

– Не надо успокаивать меня, Терренс. Все решено, сегодня будет последний день, когда я разговаривал с вами. Я уже покинул группу несколько дней назад и теперь готов закончить с вами общение. Лишь бы позволить вам осуществить свою мечту, к которой вы оба так стремитесь.

– Питер, услышь нас! – слегка дрожащим голосом умоляет Даниэль. – Мы ни в чем тебя не виним и готовы помочь тебе. Давай мы все спокойно обсудим, и ты объяснишь, почему хочешь поступить так с нами. Обещаю, мы с Терренсом не будем судить тебя и обвинять в чем-либо. Только дам нам шанс помочь тебе и спасти от чего-то ужасного.

– В этом уже нет никакого смысла, – без эмоций низким голосом отвечает Питер. – Уже ничто не поможет такому бездарному и безмозглому уроду, который вечно все портит. Я… Я больше не могу… Этого подонка по имени Питер не должно существовать на этом свете. Он не должен травить жизнь всем, кто окружает его, и не давать им исполнять свои заветные мечты.

Терренс и Даниэль с ужасом в широко распахнутых переглядываются между собой и слегка покачивают головой, чувствуя, как от волнения у них пересыхает во рту, а руки начинают слегка дрожать.

– Нет-нет, Питер, прошу тебя, не говори так! – с учащенным дыханием умоляет Даниэль. – Мы никогда не считали тебя уродливым или бездарным! Почему ты вбил себе в голову столь ужасные мысли? Разве люди, которым ты важен, не могут убедить тебя в том, что ты совсем не такой, каким ты себя считаешь?

– Да я кому я, черт возьми, нужен! – издает чуть более громкий всхлип Питер, сильно дрожа от волнения. – У всех своих дел по горло, и им уж точно не охота возиться с каким-то жалким ублюдком, чье рождение на этот свет было самой огромной ошибкой.

– Ты нужен нам ! Нужен не только как барабанщик группы, которой не будет существовать без тебя, но еще и как прекрасный друг, который всегда придет на помощь близким и никогда не переставал быть по-собачьи верным.

– Не смеши меня, Даниэль, ты говоришь полный бред. Наверное, ты перепутал меня с каким-то другим Питером и имел в виду не того урода, с которым сейчас говоришь по телефону.

– Пожалуйста, Питер, давай забудем все, что между нами произошло, и спокойно поговорим. Клянусь, я не злюсь на тебя все, что было, и хочу и дальше дружить с тобой и научиться быть гораздо лучшим другом, который не разрушит дружбу из-за своего длинного языка. Если тебя что-то сильно задевает, то я больше не буду даже заикаться об этом. Только позволь мне и Терренсу помочь тебе выбраться из депрессии. Мы знаем , что ты нуждаешься в помощи, и готовы предоставить ее.

– Забейте, парни, и продолжайте жить долго и счастливо, – тяжело выдыхает Питер. – Я ни за что не поверю, что вы вдруг изменили свое мнение и забыли, как когда-то жалели о том, что связались с таким эгоистичным ублюдком, из-за которого все было разрушено к чертовой матери.

– Нет, нет и еще раз нет! – с учащенным дыханием громко, взволнованно заявляет Терренс. – Я никогда даже и подумать не смел о чем-то подобным и всегда считал тебя прекрасным другом, который ни разу не предал меня.

– Предал, Терренс. Я разрушил твою с Даниэлем мечту стать известными как музыканты. Вы думали, что как никогда близки к своей цели. Но тут я психанул и начал все портить и злить вас и всю нашу команду. Это из-за меня Джордж чуть не прибил нас и был таким озлобленным. Винить во всем нужно только лишь меня .

– Да, я… – неуверенно произносит Даниэль. – Я реально винил тебя в этом… Но сейчас я понимаю, что ты не виноват. Во всем виновата твоя депрессия и те мысли, которые тебя посещают. Я не сомневаюсь, что ты не поступил бы так, если бы с тобой все было в порядке.

– Верно, мы всегда знали тебя как ответственного и трудолюбивого человека, который всегда имел в запасе кучу идей и мог любому поднять настроение, – уверенно добавляет Терренс.

– Господи, что за бред! – хмуро бросает Питер. – Ребята, хватит меня успокаивать! Вы оба прекрасно знайте, кто я такой на самом деле! Знайте, что на меня нельзя положиться. У меня никогда ничего не получалось. И я не умею дружить… А еще я никогда не должен что-то обещать, ибо позже я все забываю и ничего не делаю.

– Пожалуйста, Питер, прекрати внушать себе подобные мысли, – с жалостью во взгляде умоляет Терренс. – Забудь все, что тебе сказали какие-то ублюдки! Они не заслуживают твоего внимания и переживаний. Ты – потрясающий друг, окруженный кучей хороших друзей, всегда готовых поддержать тебя. Тебе можно доверить любой секрет с полной уверенностью в том, что он не станет известным кому-то еще. Даниэль прав – все твои действия и слова – это всего лишь последствия твоего состояния. Вот увидишь – когда тебе станет легче, то ты будешь думать иначе.

– Ты не знаешь, что на самом деле происходит у меня в душе, Терренс. Я всегда считал себя таковым, хотя и скрывал это, чтобы не казаться нытиком. Однако у всего есть свой предел. Вот и я достиг его и больше не могу жить с тем, что губит меня уже много лет. После всего, что произошло за последнее время я окончательно понял это. Я больше не получаю удовольствие от того, что делаю.

– Разве за четыре года нашей дружбы ты не стал хоть чуточку счастливым? – удивляется Даниэль. – Неужели ты делал это из-под палки и мечтал о том, чтобы поскорее отделаться от меня или Терренса? Вспомни, как классно мы проводили время вдвоем! Как нам было весело! Лично я еще никогда не проводил настолько потрясное время! Это одно из самых лучших времен в моей жизни. Я реально рад, что обрел такого друга, как ты.

– Нет-нет, я не делал это из-под палки… – тихо отвечает Питер. – Мне и самому нравилось проводить с тобой время, и я реально отвлекался ото всех своих проблем и мог прогнать всех своих демонов из головы хотя бы на несколько часов. Но к сожалению, этому времени пришел конец… Думаю, теперь ты будешь проводить классное время с Терренсом, который сможет стать для тебя более прекрасным другом, чем я. Может, однажды объявится Эдвард, и ты тоже сможешь сделать его таким же близким себе человеком. Втроем вам будет здорово. И я буду рад, если вы познакомитесь с новыми людьми и подружитесь с ними.

– Но я хочу проводить время не только с ними, но и с тобой . Мы же дружим столько лет и успели через многое пройти и тысячу раз помочь друг другу в трудных ситуациях. И сейчас – прекрасный момент, когда я могу доказать, что мне реально жаль из-за всего, что произошло.

– Не надо, Перкинс, это бессмысленно. Больше ты никогда не увидишь и не услышишь меня. Потому что я больше не хочу жить… Жить в этом чертовом жестоком мире, в котором не должен жить такой уродливый и бездарный человек, как я. Это мой прощальный разговор с вами.

– Нет, Питер, прошу не говори так! – с ужасом во взгляде качает головой Терренс, довольно часто дыша. – Что ты собираешься делать? Только не говори, что ты, черт возьми, собираешься умереть …

– Хочу, – тихо, но уверенно говорит Питер. – Мое время пришло . И я готов сделать это. Сегодня. Прямо сейчас.

Взволнованный Терренс испуганно переглядывается с Даниэлем, который с широко распахнутыми глазами, полные ужаса, прикрывает рот обеими руками и качает головой.

– Нет, Роуз, нет! – срывается на отчаянный крик Даниэль. – Не вздумай даже думать об этом, слышишь! Не смей причинять себе вред! Никаких таблеток или лезвия! Никаких!

– Не останавливай меня, Даниэль, тебе и Терренсу ничего не удастся изменить, – низким, дрожащим голосом отвечает Питер. – Я уже давно должен был это сделать. Но постоянно тянул и боялся… Однако сейчас пришло время отбросить все страхи и отправиться туда, где меня не будут терзать мучения.

– Пожалуйста, Роуз, хватит! Мы все еще можем помочь тебе! Давай мы сейчас приедем к тебе домой и спокойно обо всем поговорим. Обещаю, мы найдем решение твоих проблем и сделаем все, чтобы облегчить твое состояние.

– Забудьте обо мне, ребята. Я не заслуживаю вашего внимания. Занимайтесь своими делами и не переживайте за меня… – Питер медленно выдыхает, разговаривая тихим голосом, который сильно дрожит от волнения и становится все более хриплым. – На том свете мне будет хорошо… И я ничего не буду чувствовать… Я сделаю то, чего так хотят многие люди… Те, кто желал мне смерти… Те, кого я когда-либо предал… Те, кто жалеет, что вообще связался с таким эгоистичным мудаком, вроде меня…

– Питер, пожалуйста, не делай глупости… – взволнованно тараторит Терренс, с каждой минутой дрожа от волнения все больше и больше и чувствуя, что ему довольно тяжело дышать. – Умоляю, держись изо всех сил… Держись ради нас с Даниэлем… Обещаю, мы не бросим тебя в беде. У нас нет никакого права потерять тебя и позволить тебе покончить с собой. Ты нужен нам, Пит… Как барабанщик и как друг… Прошу, выкинь из головы все мысли о самоубийстве и убери подальше все, чем ты можешь навредить себе. Мы сейчас…

– Прости, Терренс, но я не могу… – обреченно произносит Питер. – Я уже все решил… И я как раз позвонил тебе для того, чтобы попрощаться и поблагодарить за все, что ты для меня сделал. Ты – потрясающий человек, который всегда может посоветовать что-то умное и стоящее. Я всегда восхищался тобой… Ты – мой образец для подражания… И я считаю, что тебе крупно повезло быть помолвленным с такой прекрасной девушкой, как Ракель. Пожалуйста, приятель, заботься о ней. Бедняжка очень многое пережила и нуждается в искренней любви и внимании. А я знаю, что ты сможешь дать ей все это и намного больше.

Питер замолкает на пару секунд, слишком тяжело дыша из-за огромного волнения, будучи не в силах сдерживать свои слезы, но стараясь как-то сдерживать себя. Пока Терренс и Даниэль сидят бледные от ужаса и не могут поверить, что их самые худшие мысли вот-вот станут реальностью.

– Хоть мы с тобой не ругались и всегда прекрасно ладили, я все равно хочу извиниться перед тобой за то, что тебе приходилось делать все возможное, чтобы спасти группу и удержать ее на плаву, – говорит Питер и издает пару всхлипов. – К сожалению, твои усилия оказались напрасны. Хотя я ценю то, что ты сделал ради спасения своего детища.

– Мы все пытались спасти группу, – с грустью во взгляде говорит Даниэль и нервно сглатывает, крепко сцепив пальцы рук. – Каждый из нас делал все возможное, чтобы покончить с нашими проблемами.

– Ты – да, Терренс – да, а я – нет. Я предал вас и больше не могу оставаться в вашей группе и продолжать дружить с вами. Никаких обид… Просто это было бы слишком несправедливо…

– Нет, Пит, не говори так! – чуть дрожащим голосом умоляет Терренс. – Ты никогда не предавал нас.

– Предавал, МакКлайф, не смей это отрицать. Зачем вы так паритесь о человеке, которого должны были выгнать гораздо раньше? Если бы не мои проблемы, вы бы уже давно записали свой первый альбом и готовились отправиться в свой первый мировой тур.

– Если ты уйдешь из группы, то ее уже не будет существовать! – уверенно заявляет Даниэль. – Мы отказываемся работать без тебя и забьем на свою мечту ради того, чтобы помочь своему другу.

– Ох, Дэн, Дэн… – медленно выдыхает Питер. – Можешь думать обо мне что хочешь и в глубине души проклинать тот день, когда встретились. Но раз уж мне предстоит умереть уже через несколько минут, то я хочу извиниться перед тобой за то, что вел себя как настоящий псих. Я не хотел заставлять тебя разочаровываться во мне и дико ненавидеть. С другой стороны, я понимаю, что ты был абсолютно прав во всем и отреагировал так, как должен был. И пусть даже ты и продолжишь винить меня в том, что я разрушил твою мечту… Мне будет намного лучше, если ты простишь меня. Будет намного легче умирать…

– Пожалуйста, брат, одумайся! – с жалостью во взгляде умоляет Даниэль, слишком часто дыша. – Ты должен быть сильным! Мужик никогда не сдается! Просто держись! Подожди немного: мы сейчас приедем к тебе домой и обо всем поговорим. Только ничего не делай до нашего приезда, слышишь! Держись!

– И да, парни, прошу вас, не считайте, что без меня ваша группа ничего не добьется. – Питер издает пару всхлипов. – Вы оба реально талантливы и способны завоевать сердца многих поклонников. А новый барабанщик сделает все возможное, чтобы заслужить ваше доверие и подружиться с вами. Наши менеджеры найдут вам кого-нибудь. Устроят кастинг и выберут лучшего.

– Нет, Питер, не хотим нового барабанщика! – уверенно заявляет Терренс. – Мы хотим только лишь тебя! Чтобы ты остался с нами и был участников группы, которую мы сделаем известной все вместе!

– Нет, ребята, этого не будет. История « Against The System » ни в коем случае не должна закончиться после моего ухода. Она должна продолжаться. Выполните мое последнее желание – докажите Джорджу, что вы способны на большее, и он зря постоянно орет на вас и называет вас бездельниками. Я верю в вас и знаю, что вы сможете это сделать.

– Нет, брат, ты не совершишь никаких глупостей! – взволнованно отвечает Терренс, сильно дрыгая ногой и постукивая пальцами по рулю машины. – Мы этого ни в коем случае не допустим!

– Не старайтесь, парни, уже слишком поздно, – обреченно говорит Питер. – Но я рад, что вы согласились выслушать меня от начала до конца. Для меня было очень важно сказать вам свои последние слова перед тем, как я навсегда попрощаюсь с вами.

– Ты пугаешь нас, приятель, – обеспокоено говорит Даниэль. – Мы не можем потерять тебя…

– Спасибо вам огромное за удивительную дружбу, которая связывала нас. Я благодарен вам за то время, которые мы провели вместе. Ведь я мог хотя бы на некоторое время расслабиться и почувствовать себя счастливым. Спасибо каждому из вас… – Питер замолкает на пару секунд, буквально задыхаясь от нехватки воздуха. – Даниэль, спасибо за то, что стал для меня самым лучшим другом. Практически братом… За четыре года крепкой дружбы, которая связывала нас. Несмотря ни на что, я искренне желаю тебе счастья и хочу, чтобы ты был счастлив вместе с Анной. Не бросай эту девушку, ведь я вижу, как сильно она любит тебя. Вряд ли можно встретить еще одну такую… Ну и тебе, Терренс, я еще раз желаю счастья рядом с Ракель. Она – чудесная девушка, с которой тебе повезло. И благодарю тебя за все хорошее. Будь счастлив.

– Нет, Пит, пожалуйста, не делай глупостей… – умоляет Даниэль и нервно сглатывает. – Ты нужен нам…

– Прощайте, друзья! – очень тихо, практически прощается Питер. – Еще раз спасибо, что вы выслушали меня. И надеюсь, что вы не держите на меня зла. Я сам никого из вас не ненавижу и уйду из жизни с хорошими мыслями о своих братьях. Прощай, Терри… Прощай, Дэн… Всего хорошего…

– Постой, Питер, послушай меня… – тараторит Терренс.

Но Терренс не успевает договорить, ибо в трубке раздаются гудки, которые говорят о том, что Питер отключил звонок. Будучи ошарашенными всем услышанным, Терренс и Даниэль широко распахнутыми глазами, полные ужаса, несколько секунд смотрят в одну точку. А потом они переглядываются между собой и слабо качают головой.

– Нет-нет, я не верю… – дрожащим голосом говорит Даниэль. – Не верю, вот-вот может произойти то, чего мы боимся. Нет…

– Он говорил на полном серьезе, – уверенно отвечает Терренс, дрожащими руками крепко вцепившись в руль машины. – Походу, Роуз реально решил покончить с собой.

– Твою мать, я не думал, что все будет настолько сложно! – резко хлопает себя по лбу Даниэль. – Думал, мы с девушками приедем к нему, спокойно обо всем поговорим и убедим все рассказать. Но похоже, мы уже ничего не сможем сделать…

– Нет, Дэн… – качает головой Терренс, уставив взгляд в одну точку. – Нет! У нас еще есть время! Мы не можем потерять его и не потеряем!

Терренс резко переводит взгляд на Даниэля.

– Я поеду к Питеру домой прямо сейчас, – уверенно заявляет Терренс, быстро пристегнув ремень безопасности. – Не дожидаясь Джессики и Хелен.

– Да, надо ехать без них, – уверенно кивает Даниэль. – Если мы потратим еще пару часов, то Питер успеет покончить с собой.

– Нет, мы должны успеть! Буду ехать настолько быстро, насколько позволяют правила.

– Не будем терять ни секунды! Мы не должны позволить Питеру сделать какую-нибудь глупость и потерять его! Я не прощу себя, если так просто позволю ему умереть.

– Я тоже… – Терренс хочет встать ключ в замок зажигания и завести машину, но обнаруживает, что уже успел сделать это до звонка Питера. – Поедем по короткой дороге, по которой сможем быстро добраться до его дома.

– Да по какой угодно! – довольно тяжело дыша, чуть громче восклицает Даниэль. – Лишь бы приехать вовремя и силой отобрать у него все, чем он может убить себя. Мы и так слишком долго откладывали эту поездку из трусости, но сейчас пора сделать это.

– Твою мать, хоть бы ничего с ним не случилось… – умоляет Терренс, на секунду прикрыв глаза. – Хоть бы ничего не случилось…

Терренс включает первую скорость на коробке передач, быстро выезжает с парковки задним ходом, разворачивает машину и заезжает на огромное шоссе. А пока МакКлайф давит на гашетку настолько сильно, насколько это позволяют правила дорожного движения, он и Даниэль искренне надеются, что они успеют приехать вовремя и успеют спасти Питера от того, что он собирается сделать.

***

Питер отключает свой телефон и оставляет его в своей комнате. В красных и опухших глазах Роуза можно увидеть слезы, которые медленно катятся по его бледным щекам, и которые он время от времени вытирает. Кажется, что за прошедшие несколько дней мужчина успел скинуть еще пару килограммов и сейчас выглядит более тощим, окончательно потеряв свою шикарную форму, которой восхищались многие девушки. Его тонкие руки и ноги сильно трясутся не то из-за стресса, не то из-за малого количества потребляемой еды, ведь в последнее время у него сильно ухудшился аппетит.

После разговора с друзьями Питер берет с письменного стола, на котором царит полный беспорядок, ручку и листок сильно мятой бумаги. Он быстро что-то черкает на ней, постоянно всхлипывая и сильно дрожа из-за осознания того, что проводит свои последние жизни в этом жестоком мире. Мужчина даже не проверяет записку на наличие ошибок, медленно, но уверенно направляется к ванной комнате и вешает ее на дверную ручку, просто ею проткнув листок. Затем мужчина в последний раз окидывает взгляд небольшой коридор своей квартиры, из которой нужно выбросить все разбитые вазочки, бутылки и многие другие вещи, которые когда-то попали под руку разгоряченного человека. Набрав в легкие побольше воздуха, Питер заходит в ванную комнату, закрывает за собой дверь и запирает ее на щеколду.

С негромкими всхлипами и слезами на глазах Питер дрожащей рукой берет пластмассовую коробку, прислоняется спиной к холодной стене, сделанной из белоснежной плитки, и медленно сползает вниз, сгибая ноги в коленях. И еще несколько секунд с дрожью в теле заливается слезами, с одной стороны, желая, чтобы все закончилось поскорее, но с другой цепляясь за возможность остаться в этом мире еще ненадолго. Наивно надеется, что случится чудо, которое изменит все. Ведь… Где-то в глубине души он хочет жить. Хочет осуществить свои мечты и добиться успехов в жизни. Правда когда он почти передумывает, в голове начинают звучать приглушенные голоса, твердящие, что пора прекратиться откладывать и доказать, что он мужик, который держит своего слово. И попытка закрыть уши и глаза не помогает ему сбежать от навязчивых мыслей и перестать видеть перед собой черные фигуры с белыми глазами, что парят в воздухе и пристально наблюдают за ним свысока.