Текст книги "Вместе сильнее. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Эстрелла Роуз

– Хм… – Терренс призадумывается на пару секунд, слегка нахмурившись, и щелкает пальцами руки. – Да… Да! Мне нравится твоя идея! Если мы сделаем это, то, возможно, сможем легко вывести моего дружбана на чистую воду. Эдвард точно не сможет быть спокойным, если он поймет, что кто-то, кого он знает, нашел нас.

– Придется воспользоваться нашими актерскими способностями.

– Для меня это не проблема, – загадочно улыбается Терренс. – В любом случае с этого дня я больше не буду верить той лжи, которую говорит этот парень.

– Похоже, твои актерские способности все-таки пригодились тебе в жизни, – скромно смеется Ракель.

– Согласен. Хоть я и сыграл не так много типов ролей, мне удалось научиться показывать любые эмоции.

– Уверена, ты будешь так притворяться, что Эдвард ни о чем не догадается до нужного момента. Никто не может сыграть кого-то настолько мастерки, как ты.

– Ты же прекрасно знаешь, что за чтобы я ни взялся, у меня все идет как по маслу, – хитро улыбается Терренс, гордо приподняв голову. – Ведь я не только красавчик, но еще и безумно талантливый.

– Ах, как же давно я не слышала, как ты восхваляешь себя, – скромно хихикает Ракель. – Если честно, я даже соскучилась по таким моментам.

– Чтобы с нами ни происходило, я никогда не забываю о том, кем являюсь, и уверен в себе как никогда.

– О, любимый…

Ракель мило целует Терренса в щеку, которую затем слегка щиплет. А после этого в воздухе воцаряется небольшая пауза, во время которой мужчина с нежной улыбкой гладит девушку по голове. Правда, потом они оба перестают улыбаться и снова вспоминают о своей проблеме.

– Ладно, допустим, эту идею мы осуществим, – задумчиво говорит Ракель. – А когда Эдвард все нам расскажет, мы можем поговорить с Наталией и объяснить, что произошло.

– Неизвестно, сколько времени у нас займут попытки разговорить Эдварда, – слегка хмурится Терренс. – Но нужно разузнать обо всем как можно быстрее, чтобы знать, к чему быть готовыми.

– Что-то подсказывает мне, что дальше будет хуже и хуже. – Ракель тихо вздыхает и переводит взгляд куда-то в сторону.

– Ты так говоришь, будто ситуация безнадежна , и у нас нет надежды на лучшее, – отмечает Терренс.

– Иногда кажется, что так оно и есть, – пожимает плечами Ракель и начинает рассматривать свои руки. – Сначала появилась проблема с твоей группой, потом прибавилась какая-то неразбериха в отношениях Наталии и Эдварда… А сейчас еще угрозы пошли… И твой друг как-то связан с этим.

– Полагаю, тот тип и правда угрожает всей семье МакКлайфов и тем, кто с ними тесно связан.

– С ним связаны не только мы с тобой, твой друг и моя подруга, но еще и твои родители.

– Верно… Похоже, все это так или иначе относится и к родителям… – Терренс слегка хмурится. – Интересно, почему этот тип упомянул моих отца и мать? Он говорил про обоих… И грозился уничтожить маму, и упоминал отца… Откуда он их знает?

– Может быть, твоя мама что-то знает об этом? Не хочешь осторожно поговорить с ней и выяснить, были у нее и твоего отца враги? Возможно, твои родители очень хорошо знает об этой ситуации.

– Если честно, то я бы не очень хотел говорить с матерью и волновать ее. Не хочу рассказывать ей про угрозы и нападение на меня.

– Слушай, а может, именно поэтому она так настаивает на твоей встрече с отцом? – предполагает Ракель, немного выпрямившись. – Что если он очень хорошо знает об этой ситуации и уже давно хотел предупредить тебя об этом?

– Да, но ведь тот тип не сказал, что мой отец точно что-то знает.

– Мне кажется, ты должен преодолеть свою обиду и согласиться на встречу с отцом. Не зря твоя мать так сильна хочет этого. Я предполагаю, что она может хорошо знать об этой ситуации.

– Но если она знает, то почему ничего не говорит? Зачем ей заставлять отца это делать? Чтобы найти лишний повод помирить нас и заставить меня выслушивать его оправдания за свое поведение? Если бы мама что-то знала, она бы сама сказала мне об этом.

– Не спорю, твои отношения с ним тоже являются предлогом для встречи… Ведь Эдвард намекнул на то, что тебя могли обмануть, когда кто-то сказал, что твой отец был ужасным и безобразно относился к твоей матери.

– Думаю, это были просто слова. Откуда Эдвард может знать об этом? Это всего лишь его предположение!

– Ну не знаю… – Ракель опускает глаза вниз. – Будь я на твоем месте, мне захотелось бы попытаться что-то разузнать о том человеке, который тебе это сказал.

– Да, а как я это сделаю, если не знаю, кто это был: мужчина или женщина? Если бы я знал, кто это сказал, то естественно расспросил бы этого человека обо всем и узнал, были ли правдивы его слова про отца.

– Что если твоя мама может сказать, кто это сделал? Если это произошло у вас дома, то она должна была быть рядом с тобой и слышать, как кто-то говорил подобное.

– Не знаю, Ракель, не знаю… – тихо выдыхает Терренс, проводя руками по лицу. – Я всегда удивлялся тому, как она так легко простила его после того, что произошло. Но если бы мама объяснила мне, почему она это сделала, то я бы, возможно, смог понять ее.

– Может, она бы и сказала, но ты не проявляешь к этому никакого интереса и продолжаешь верить, что твой отец ужасен. Поэтому миссис МакКлайф все меньше хочет говорить тебе всю правду.

– Я бы не сказал. Матери уже почти лет десять не надоедает просить меня об этом. И я уверен, что она продолжит настаивать на своем еще столько же.

– Уверена, что она точно что-то знает. Только эта женщина может рассказать тебе всю правду о ее отношениях с твоим отцом. Прояви к этому интерес, Терренс. Не ради отношений с отцом. Ради разъяснения этой ситуации. А иначе ты никогда не узнаешь, что произошло, когда был маленьким.

– Сейчас я точно не стану этого делать… Пока что у меня есть цель – вытащить из Эдварда всю информацию о том типе, который нам угрожает. И я не собираюсь отступать.

– Ну… Как хочешь… – Ракель пожимает плечами. – Я просто стараюсь мыслить логически и пытаться сопоставлять известные факты. И в моих предположениях очень многое сходится и имеет какое-то объяснение.

– Да… Должен признать, что у тебя отличное логическое мышление. – Терренс мягко гладит Ракель по щеке. – Редко встретишь сочетание блестящего ума и невероятной красоты в одном лице.

– Как однажды сказал мой дедушка Фредерик, учись мыслить логически, – загадочно улыбается Ракель. – А вообще, ты мог бы и сам догадаться… Ведь ты же не глупый человек, очень часто даешь дельные советы и быстро все понимаешь.

– Однако многое из того, что ты говоришь, точно не пришло бы мне в голову.

– Советую тебе сыграть в шахматы, ведь они заставляют много думать. Мы с дедушкой очень часто играли в них, когда я была более юной. Впрочем, мы договорились, что как-нибудь обязательно сыграем.

– В шахматы? А ты хорошо играешь в них?

– Я бы сказала, что неплохо. Половину всех наших игр выиграла я, а остальную половину – дедушка.

– Полагаю, ты сильный игрок.

– Хочешь проверить?

– Э-э-э… – Терренс задумывается на пару секунд и уверенно смотрит на Ракель. – Да, хочу !

– И ты не боишься проиграть более опытному игроку?

– Я бы поспорил, кто здесь сильнее, – хитро ухмыляется Терренс. – В какой-то период жизни я тоже довольно неплохо играл в шахматы.

– Ты играл в шахматы?

– Да. Моя мама немного умеет играть и смогла объяснить мне значения всех фигур и показать правильные ходы.

– Надо же… Не знала…

– Это еще одно подтверждение того, что я делаю все просто идеально, – с гордо поднятой головой отвечает Терренс.

– Хорошо, красавчик… – хитро улыбается Ракель. – Раз ты так уверен в себе и думаешь, что можешь победить меня, то предлагаю нам как-нибудь сыграть одну партию.

– С огромным удовольствием. Проигравший исполнит желание победителя. Если я выиграю у тебя, то ты осуществишь какое-нибудь мое желание. Ну а если ты окажешься сильнее, то так и быть – я стану твоим рабом, готовый исполнить любой твой каприз.

– Не боишься, что я могу загадать такое желание, что тебе придется попотеть, чтобы осуществить его? – скромно хихикает Ракель.

– Ну я думаю, что у тебя будут очень даже приятные желания, которые мне захочется выполнить без всяких уговоров, – более низким голосом отвечает Терренс, с хитрой улыбкой гладя Ракель по щеке и держа одну руку на ее колене. – Хотя я надеюсь выиграть и сделать тебя своей покорной рабыней.

– Мечтай и дальше, Терренс, уж в этом ты не окажешься настолько сильным, – с гордо поднятой головой заявляет Ракель, обеими руками берет Терренс за шиворот, с хитрой улыбкой приближает свое лицо к нему и уверенно смотрит ему в глаза. – Так что будешь делать все, что я скажу.

– Это мы еще посмотрим, красавица. – Терренс мягко берет Ракель за горло и тихо усмехается. – Я заставлю тебя не забывать, что решив бороться со мной, ты в любом случае проиграешь.

– Сними свою корону, павлин. Однажды я все равно найду то, в чем смогу с легкостью превзойти тебя.

– Это так и останется твоей несбыточной мечтой. Никто не может быть лучше Терренса МакКлайфа, чем сам Терренс МакКлайф.

– Иногда ты ведешь себя как напыщенный петух.

– Готовься к поражению, красотка, – с хитрой улыбкой уверенно говорит Терренс и по одному разу нежно целует Ракель в губы и в изгиб шеи, по которому медленно проводит кончиком носа. – У меня как раз очень много планов на тебя, которые я хочу осуществить.

– Ну я тоже уже знаю, что сделаю с тобой в случае твоего проигрыша. А уж поверь мне, такое ты точно не сможешь забыть еще очень долгое время.

– Вот мы и узнаем, чьим мечтам будет суждено сбыться.

– Разумеется, м…

Ракель не успевает договорить, ибо Терренс одаривает ее продолжительным, несколько напористым поцелуй в губы, придерживая ее за затылок. А пока она расслабляется под влиянием безумно приятных чувств и тепла, что распространяется по всему ее телу, мужчина легким движением укладывает ее к себе на колени. Из-за чего та издает негромкий писк прямо во время поцелуя. Затем он отстраняется от нее и оставляет несколько поцелуев на передней части ее шеи, которые заставляют ее издать чувственный стон и закатить глаза от удовольствия.

– Так нечестно… – сквозь тихий стон произносит Ракель.

– Что нечестно? – невинно улыбается Терренс, оставив шею Ракель в покое и заглянув ей в глаза, пока нежно гладит ее по голове. – Что я соскучился по своей любимой девушке и хочу немного расслабиться в ее компании?

– Сначала выиграй у меня в шахматы, а потом получишь то, что хочешь.

– Серьезно? А вам, милая леди, не кажется нечестным то, что вы строите из себя недотрогу после того, как украли у меня кое-что?

– Что? – по-доброму усмехается Ракель. – Я украла?

– Да… – Терренс нежно гладит Ракель по щеке. – Кое-что особенное, что крепко привязало меня к такой очаровательной красавице.

– Вообще-то, я не воровка.

– Однако кое-что сейчас находится в ваших руках.

– Я понятия не имею, о чем вы говорите, сэр. – Ракель хитро улыбается, как бы заигрывая с Терренсом и подыгрывая ему. – И вообще, мне кажется, что этот разговор бесполезный .

Только Ракель собирается сесть, как Терренс несильно сжимает ей челюсть и смотрит ей прямо в глаза, немного приподняв ее голову и придерживая ее на весу.

– Нет уж, этот разговор вовсе не бесполезный, – приятным низким говорит Терренс, позволяет своей руке уверенно проскользнуть под нежно-розовую обтягивающую майку Ракель и начать нежно гладить ей живот, не отрывая взгляда от ее глаз и чувствуя, как ее брюшные мышцы слегка напрягаются при легком касании его ладони. – Уж я-то точно не отпущу ту, которая украла мое сердце и способна свести меня с ума одним лишь взглядом.

– А уж в этом вы сами виноваты, уважаемый, – уверенно заявляет Ракель, мягко погладив Терренса по щеке и запустив руку в его чуточку взъерошенные волосы. – Нечего было сводить меня с ума и заставлять влюбляться в вас с первого взгляда. И нагло лапать и целовать меня уже на первой встрече.

– Я сопротивлялся до последнего, но не смог устоять перед такой привлекательной красавицей. Да вы не смогли остаться равнодушной к моим природному обаянию, огромной уверенности в себе и нереальной сексуальности. Впрочем, я не знаю ни одну девушку, которая смогла бы устоять. Меня хотят все . Но я выбрал лишь одну, с которой становлюсь еще более уверенным в себе и чувствую себя на несколько лет моложе.

Терренс дарит Ракель нежный короткий поцелуй в губы и еще один более продолжительный, лаская ей живот и оголенные бока ее талии своей теплой ладонью и не скрывая своей хитрой улыбки, когда она отвечает ему взаимностью. А после этого мужчина оставляет еще несколько таких же поцелуев на всех участках ее лица и затем плавно соскользает к ее шее, целуя которую ему всегда удается свести девушку с ума. Прямо как сейчас, когда она от одного лишь легкого касания губ чувствует, как по телу пробегают мурашки. Каждая клеточка тела реагирует на его головокружительные поцелуи и моменты, когда он проводит губами по нежной коже этого чувствительного места.

– О, черт, МакКлайф, если ты продолжишь сводить меня с ума, я не буду ручаться за то, что сделаю с тобой, – тихо выдыхает Ракель.

– Я продолжу и сведу тебя с ума, – уверенно заявляет Терренс и дарит Ракель еще один продолжительный поцелуй в губы, нежно приложив руку к ее щеке и услышав, как она тихонько стонет.

– Эй, а ничего, что у нас куча проблем, а нам угрожает какой-то человек, который едва ли не хочет убить нас? И вместо того, чтобы думать над решением, развлекаемся друг с другом!

– Когда ты рядом со мной, я забываю обо всем на свете. – Терренс, придерживая ее за спину, приподнимает Ракель так, что теперь она сидит у него между ног, мягко берет ее за горло и уставляет свой томный взгляд в ее глаза. – Разве можно думать о каких-то проблемах, когда рядом с тобой находится такая чертовски привлекательная красотка?

– Я же думаю о проблемах, даже когда ты находишься рядом со мной. Несмотря на твою нереальную привлекательность и умение заставить меня опустить руки.

– Вот это плохо , малышка. – Терренс оставляет несколько коротких поцелуев на изгибе шеи Ракель. – Я хочу, чтобы ты не думала ни о чем, кроме меня. Давай хотя бы на время забудем, что нам кто-то угрожает, и что мой дружок хочет грохнуть нас, и немного поиграем.

– А если не забуду? – Ракель резко отстраняется от Терренса и вопросительно смотрит на него. – Что ты сделаешь?

– Мне ничего не придется делать, ибо ты все равно сдашься, – с хитрой улыбкой качает головой Терренс, сначала погладив Ракель по щеке, а потом проведя тыльной стороной руки по изгибу ее шеи. – Или ты, дурочка, все еще думаешь, что сможешь устоять перед таким неотразимым красавцем, как я?

– Если бы я не могла устоять, то уже давно сняла бы с тебя всю эту чертову одежду и оставила бы в одних трусах или вообще голым. – Ракель приподнимает лицо Терренса за подбородок, с хитрой улыбкой смотря ему прямо в глаза. – А как видишь, ты все еще одетый .

– Искренне поражаюсь твоей силе воли. – Терренс, с некой хитростью смотря Ракель в глаза, кладет руку ей на колено и сначала нежно гладит его, а потом перемещает ладонь ближе к ее промежности, чувствуя, как ее тело покрывается мурашками. – Но знаешь, мне это даже нравится . Твои игры в недотрогу только больше пробуждают во мне желание сделать тебя моей.

– Я уже сказала, хочешь получить желаемое – выиграй у меня в шахматы, – невинно улыбается Ракель, немного одергивает вниз куртку Терренса, которую он до сих пор не снял после того, как зашел в дом, и медленно и нежно проводит рукой по его крепкой груди. – Правда, ты никогда не сможешь победить меня.

– Да что ты говоришь! А ну иди сюда, моя дикая кошечка…

Терренс легким движением притягивает Ракель к себе и, крепко обняв ее за плечи и обвив рукой ее талию, впивается в ее губы так, что та не успевает понять, что только что произошло. Поначалу она пытается вырваться и несильно хлопает мужчину по рукам, но потом постепенно расслабляется и откидывает голову назад. Мужчина вкладывает в свой поцелуй всю свою любовь и страсть, кончиками пальцев нежно гладит переднюю часть шеи девушки и придерживая за заднюю ее часть другой свободной рукой.

Чуть позже его губы плавно соскользают к этому чувствительному месту, а руки опускаются ниже по изящным изгибам женской талии и остаются на ее бедрах. Брюнетка в этот момент не сидит на диване без дела и также проявляет к своему жениху любовь, гладя ему лицо, копаясь в его блестящих, мягких словно шелк черных волосах и в те моменты, когда он делает перерыв, чтобы привести слегка сбивчивое дыхание в норму. Она нежно ласкает губами его уши, пару раз осторожно целует синяк у него под глазом и оставляет несколько милых поцелуев и легких укусов у него шее. Все это заставляет его скромно улыбнуться и прикрывать глаза от удовольствия, чувствуя сильную дрожь по всему телу и едва будучи в состоянии нормально дышать.

Глава 13.2

– Мне кажется, здесь не самое лучшее место, – слегка хриплым, низким голосом отмечает Терренс. – Может быть, нам подняться на верх и пойти в спальню?

– Хочешь, чтобы я точно свела тебя с ума и осуществила парочку своих возбуждающих желаний? – с хитрой улыбкой интересуется Ракель.

– Подожди, детка, я только начал и еще не дошел до самого интересного. А ты знаешь, что я способен на гораздо большее.

– Ну давай, попробуй удивить меня. Может быть, я хорошо отблагодарю тебя, если останусь довольной.

– Тогда пошли в спальню, раз тебе не терпится отвлечься от всего плохого. И оказаться в руках настоящего мужчины.

Ракель скромно хихикает и слегка прикусывает губу. Ну а Терренс с гордым видом встает с дивана, берет девушки за руки и легким движением тянет ее на себя, заставляя подняться на ноги. Затем мужчина приобнимает девушку за талию, положив руку на ее бедро, и с загадочной улыбкой ведет ее к лестнице. А оказавшись рядом с ней, Терренс останавливает Ракель, положив руку на ее плечо. Пока та вопросительно смотрит на него, он без всяких слов берет ее на руки. Девушка с негромким писком закидывает одну руку вокруг шеи мужчины. Другую же она сначала держит полностью опущенной, а затем также закидывает ее на шею жениха. Терренс же поднимается по лестнице на второй этаж и направляется к двери, ведущую в их комнату. По пути девушка покрывает милыми поцелуями буквально все его лицо и пропускает пальцы сквозь его черные точно смоль пряди, в ответ на что тот не может сдержать своей широкой улыбки.

Ну а когда Терренс наконец-то оказывается рядом с нужной дверью, он осторожно ставит Ракель на ноги и придерживает за талию еще пару секунд, дабы убедиться, что она не упадет. Он собирается уже зайти в комнату, но оказывается прижатым к стене самой девушкой и едва успевает понять, как она, закинув руки ему на шею, резко впивается ему в губы. Впрочем, мужчина сразу же отвечает ей взаимностью, обвив руку вокруг ее талии и свободной ладонью гладя и несильно сжимая ее бедра и ягодицы.

Терренс во время страстного поцелуя с Ракель в губы, с затрудненным дыханием нащупывает у себя за спиной дверную ручку, слегка давит на нее и открывает дверь. А девушка закрывает дверь спальни на ключ, который ей удается взять с небольшой тумбочки после того, как они с мужчиной заходят в нее. Все больше увлекаясь друг другом и планируя провести остаток этого вечера в шикарной компании, они постепенно забывают об имеющихся проблемах и позволяют себе расслабиться. Терренс надеется прийти в себя после сегодняшних событий, а Ракель рада помочь своему жениху почувствовать себя получше и готова осуществить любое его желание.

***

Проходит еще два дня. В Нью-Йорке примерно два часа дня. Впервые за это время Наталия решила выйти из дома и прогуляться по городу. Девушка все еще чувствует себя подавленной и находится на грани того, чтобы сделать что-то плохое. Хотя она воздерживается от этого изо всех сил, постоянно думая о тех, ради кого ей стоит жить. Однако она прекрасно понимает, что скоро и эти остатки сил покинут ее, поскольку что-то съедает ее изнутри со сумасшедшей скоростью.

Неторопливым шагом прогуливаясь по людным местам в городе и держа руки скрещенными на груди, настроении Наталии не становится лучше. Даже та красота, что окружает ее повсюду, не может заставить ее улыбнуться. Пока что еще зеленые толстые деревья с множеством листьев на них, стоящие практически на каждом углу, небольшие кустики, цветочные клумбы, небольшая речка, что тянется вдоль асфальтной дорожки, по которой ходят люди… Маленькие детишки, топающие рядом со своими родителями и иногда издающие какие-то радостные звуки, собаки, покорно следующие за своими хозяевами, с негромким лаем гоняющие стаи голубей или с интересом осматривающие людей… Все это оставляет девушку равнодушной. А если мимо нее проходит влюбленная парочка, то она провожает их грустным взглядом, мечтая точно также ходить по улицам со своим возлюбленным и прижиматься к нему. Она уверена в том, что у нее никогда не появится возможность почувствовать себя любимой в объятиях возлюбленного.

Наталия настолько глубоко уходит в свои раздумья, что не замечает, как нечаянно налетает на кого-то. Она мгновенно выходит из транса, издав негромкое « Ой! » и поднимает свой взгляд на того, с кем столкнулась. И приходит в оцепенение, когда видит, что врезалась в Эдварда. Девушка слегка вздрагивает и мгновенно отскакивает назад, испуганными глазами быстро окидывая окружающую ее обстановку и начав часто дышать от волнения.

Сам Эдвард также вздрагивает от неожиданности, но остается стоять на том же месте. Его глаза внимательно рассматривают девушку, чей внешний вид вызывает у него искренне чувство беспокойство. Однако мужчина никак это не показывает и сохраняет невозмутимость, смотря на нее уверенно, даже как-то свысока.

– Прости, не заметила тебя… – опустив взгляд вниз, тихо говорит Наталия.

– Все в порядке, – выглядя довольно напряженным, сухо отвечает Эдвард и нервно сглатывает. – Задумался и не успел вовремя свернуть.

– Ничего страшного…

– Если честно… То я не думал, что встречу тебя здесь…

– Я тоже не думала…

Засунув руки в карманы своей куртки, Эдвард несколько секунд безразличным взглядом осматривает Наталию с головы до ног, пока та бросает взгляд на какого-то человека с небольшой собачкой на поводке.

– Э-э-э, как поживаешь? – неуверенно интересуется Эдвард.

– Нормально, – скрестив руки на груди и опустив взгляд вниз, низким голосом врет Наталия. – У меня все хорошо. А ты?

– Тоже. Спасибо, что спросила.

– В таком случае я рада…

– А ты давно общалась с Ракель и Терренсом?

Наталия пару секунд ничего не говорит, изо всех сил сдерживая свои эмоции и мечтая как можно быстрее уйти отсюда, дабы не видеть Эдварда, чье присутствие заставляет ее начать нервно перебирать пальцы.

– С Ракель я разговаривала недавно… – задумчиво отвечает Наталия. – А Терренса я видела лишь на том ужине, на который они нас пригласили.

– Понятно… – Эдвард поджимает губы, чувствуя сильную неловкость и также не особо обрадовавшись встрече с Наталией. – А я не видел Ракель после того ужина…

– Ракель сказала, что вы с Терренсом бывали дома у своей матери несколько дней назад.

– Да, это так. Это был последний раз, когда я видел Терренса. Но иногда болтаю с ним по телефону…

– Рада, что вы общайтесь… – Наталия отводит взгляд в сторону, все еще держа руки скрещенными на груди.

– А как, кстати, там Ракель поживает?

– Нормально. С Терренсом живет хорошо и ни на что не жалуется… А недавно у нее была съемка, в которой она снималась с тигром.

– С тигром? Интересно! Думаю, это было здорово.

– Ей понравилось, хотя и было страшно. Все-таки хищное животное…

– Понимаю…

– А что там насчет Терренса?

– Беспокоится за свою группу.

– Я слышала об этом. – Наталия снова отводит взгляд в сторону, продолжая держать руки скрещенными на груди. – Неужели ничего не изменилось?

– Нет, к сожалению. – Эдвард тоже скрещивает руки на груди, как бы неосознанно копируя многие действия Наталии, тщательно скрывая свои эмоции глубоко внутри и нацепив на себя маску полного безразличия. – Я бы сказал, все стало еще хуже … Группа находится на грани распада…

– Они найдут нового барабанщика вместо Питера? Или закончат свою историю, толком не начав ее?

– Возможно, да. Но они не хотят потерять Питера потерять и распускать группу. Но из-за тех проблем, которые появились у этого парня, и о которых он умалчивает, невозможно так легко спасти группу.

– Ракель говорила… – Наталия начинает рассматривать свои черные сапоги на невысоком каблуке, все еще держа руки скрещенными на груди и желая поскорее уйти отсюда, ибо присутствие Эдварда заставляет ее чего-то бояться и чувствовать огромную неловкость. – Не уверена в том, что все закончится хорошо. Но я хочу верить, что ребята спасут группу. Ведь будет жаль, если все их усилия пойдут коту под хвост.

– Я тоже этого не хочу, но от меня здесь мало что зависит… – спокойно отвечает Эдвард, иногда бросая взгляд в разные стороны и нервно перенося вес с одной ноги на другую. – Только Терренс и Даниэль должны спасать свою группу.

– Ты прав…

Наталия всеми силами старается избегать зрительного контакта с Эдвардом. Она смотрит куда угодно, но только не на него. Готова на все, лишь бы не видеть его глаза, в которых можно увидеть презрение по отношению к ней. Несколько секунд в воздухе стоит неловкая пауза, во время которой девушка все также же держит руки скрещенными, а глаза – опущенными. Эдвард же начинает еще лучше присматриваться к ней. Хоть на его лице нет никаких эмоций, выражающие его беспокойство и интерес, в глубине души ему действительно не все равно, что с ней происходит, несмотря на обиду, которую он таит в себе.

– С тобой все в порядке? – слегка хмурится Эдвард. – Выглядишь, честно говоря, не очень.

– Да, со мной все в порядке… – отведя взгляд в сторону и тихо выдохнув, лжет Наталия. – А почему это тебя так волнует? Не твое дело, что со мной происходит, и почему!

– Ну… Э-э-э… Мы вроде как не чужие друг другу люди… И мне интересно, что с тобой происходит… И происходило все это время…

– Да? – удивляется Наталия, скрывая то, что приятно знать, что Эдвард беспокоиться о ней, но никак это не показывая. – Неужели тебя реально это заботит? Да ты бы и бровью не повел, если бы узнал, что у меня есть проблема.

– Если бы у тебя была проблема, ты бы начала реветь как истеричка, – довольно сухо отвечает Эдвард. – Прямо как в тот раз, когда я узнал о твоем настоящем отношении ко мне.

– О, а может, ты вспомнишь, что сказал после того, как закатил весь этот скандал? А! Помнишь, каким дерьмом ты меня поливал?

– Ты сама виновата в том, что начала тот скандал и разрушила все хорошее, что между нами было.

– Ах, это я виновата! – широко раскрывает рот Наталия, скрывая свои эмоции с помощью агрессии. – А ты у нас такой невинный и пушистый, да? Ты вовсе не такой уж и милашка, Эдвард! Сколько бы усилий ты ни прикладывал, твоя гнилая натура все равно вылезет наружу. Уж я прекрасно убедилась в этом, когда ты наговорил таких вещей, что я и вспоминать не хочу!

– Это не у меня натура грязная, Наталия. Это ты повела себя как эгоистка и наплевала на меня. Я давал тебе шанс все объяснить! Но ты не призналась в своей ошибке и подтвердила, что врала мне все это время. А уж ты прекрасно знаешь, что я терпеть не могу, когда люди мне врут. Я говорил это тысячу раз! Ты-ся-чу!

– А я терпеть не могу, когда люди пытаются оклеветать меня!

– Ох, и кто же это тебя оклеветал? – громко ухмыляется Эдвард, расставив руки в бока. – Я сказал тебе всю правду еще в тот день. Но похоже, ты отказываешься признать себя наглой и бессовестной лгуньей!

– А ты, похоже, не собираешься признавать, что и сам врал мне все это время и лишь притворялся таким милым, порядочным и хорошим. – Наталия с презрением во взгляде осматривает Эдварда с головы до ног. – Но теперь-то я знаю, что ты – та еще гнида . Гнида, которая воспользовалась моей наивностью и втерлась в доверие!

– В отличие от тебя я никому в жизни не врал.

– Да что ты говоришь! – громко ухмыляется Наталия, закатив глаза. – Мне ты точно врал для того, чтобы поиграть со мной и бросить, когда тебе надоест ломать комедию! Так что ты не имеешь право ненавидеть лгунов, когда сам являешься таковым.

Эдвард резко выдыхает, проводя руками по своему лицу и пытаясь контролировать тот внутренний гнев, что становится все сильнее и вот-вот может выйти наружу.

– Послушай, Наталия, давай мы обойдемся без ругани, – спокойным, немного сухим голосом предлагает Эдвард. – Я готов понять и выслушать тебя, если ты захочешь пойти мне на встречу и покончить с ложью, которую пытаешься выдать за правду.

– Да конечно! – презренно хмыкает Наталия, начав вести себя довольно агрессивно и разговаривать на повышенных тонах. – Я ни за что не стану рассказывать хоть что-то, что касается моей жизни такому омерзительному человеку. Если бы я знала, что ты окажешься такой тварью, то не стала бы даже разговаривать с тобой в тот чертов день, когда мы познакомились.

– Ну знаешь, если бы кто-то сказал мне, что ты насквозь фальшивая и эгоистичная, то и сам держался бы подальше от тебя. Проклинаю тот день, когда я заговорил с тобой в кафе, да еще и отдал свои деньги за твое кофе.

– Если бы ты знал, как мне было противно находиться с тобой на том ужине в доме Терренса и Ракель. Я только и делала, что считала минуты до того, как смогу наконец-то свалить и больше не видеть тебя.

– Я уже несколько раз успел пожалеть, что согласился поехать туда, где была ты, – грубо бросает Эдвард. – Мне не терпелось поскорее избавиться от нужды видеться с омерзительной лгуньей. Чье присутствие я едва мог выносить.

– Тогда предлагаю перестать притворяться, что у нас все хорошо, и мы все еще безумно любим друг друга. Я могу хоть сейчас поехать к Ракель и Терренсу домой и рассказать, что ты гнида, которая поступила со мной просто омерзительно.

– А поверят ли они тебе? Если я расскажу им, как ты обманула и предала меня, то эти люди предпочтут поверить мне и не будут сомневаться в том, что дружат с фальшивой дрянью!

– Ах, это я – фальшивая дрянь? – тыкнув в себя пальцем, громко удивляется Наталия. – А ты, значит, у нас такой невинный парень? Жертва , мать твою! Жертва, отчаянно пытающаяся строить из себя хорошенького милого мальчика, которого все обязаны любить?

– Можешь хоть сейчас рассказать своим подружкам о том, что между нами произошло. Уверен, что ты выставишь все так, что я буду виноватым, и на меня ополчатся без причины. Ведь ты в этом настоящий профессионал! Откровенно лгать, смотря людям в глаза, – это твое призвание.

– Мои друзья прекрасно знают, какая я на самом деле. А вот тебя многие встретили едва ли не месяц назад и еще не успели узнать, какие тараканы сидят у тебя в голове. Однако если я очень сильно захочу испортить тебе жизнь и настроить других против тебя, то легко смогу это сделать.