Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

Глава 18

Откровение брата лучше любых слов доказало мне, что он, как и я, особой любовью к нелюдям не пылал. Скорее даже наоборот. Да, пусть ему не довелось умирать от их рук, но его жизнь они точно так же разрушили. А будучи маленьким ребенком он воспринял это еще более остро.

Психологи, наверное, сказали бы что-то о душевной травме, но я в подобном не особо разбирался. Главное, что Фил мог стать моим верным союзником на пути к освобождению Земли от захватчиков. И союзником неслабым.

Однако, в итоге настало время задать главный вопрос. Как бы я ни боялся услышать в ответ что-то, что превратило бы мои усилия в бесполезную возню, но оттягивать момент истины еще дальше смысла уже не имело. Все. Или пан или пропал.

– Фил, Энн сказала, ты тоже слышал, что в Свете Зарницы есть кто-то, похожий на наших родителей. – осторожно начал я. – Ты их видел?

– Да. – коротко подтвердил мой брат.

– И?

– Это они.

Вот так просто. У меня будто камень с души упал. Да что там камень – самосвал, груженый булыжниками, снялся с ручника, поехал под откос и улетел в глубокую пропасть, громыхая где-то у подножья. Столько времени я боялся, что Малрендил меня обманул, что Умана ввели в заблуждение, что, добравшись до главного людского города, окажется, будто те двое лишь выглядели похожими, а на самом деле Диану с Жакером увезли неведомо куда, и искать я их буду до конца жизни.

Но нет! Наконец, спустя столько лет, мы снова оказались рядом. Всей семьей. Осталось лишь протянуть руку и вырвать долгих мне людей из лап чертовых ублюдков!

Краем глаза я заметил, что Анна тоже рада, хоть и пытается скрыть свои эмоции. А вот Леуш не пытался.

– Так это же здорово! – воскликнул здоровяк и, вскочив на ноги, хлопнул ладонями по столу. Тот, не выдержав подобного обращения, жалобно скрипнул и пустил длинную трещину, но воин-жрец этого даже не заметил. – Нужно немедленно за ними выдвигаться! Где они?

– Во-первых, сядь и не порти мне мебель. – невозмутимо бросил Фил.

– Прости, я все починю. – повинился Леуштилат, возвращаясь в кресло.

– А во-вторых, я видел их мельком во время парада. Под сильной охраной. И с тех пор так и не смог найти, где их держат. – мой брат скрестил руки на груди и пару раз перебрал пальцами по плечу. – Думаете я просто так Подгород захватывал? Больно надо. Но с его ресурсами я получит сотни помощников, тысячи глаз и столько же ушей. И даже так ничего не поменялось. Я просто не знаю, где их искать.

– Зачем они вообще сдались нелюдям? – задал весьма резонный вопрос Митрофан. – Освоивший стражник и Пробужденный Писарь, насколько я понял. При всем уважении это не самые ценные заложники. Тем более из захолустья, о котором не везде слышали. Опять же при всем уважении.

– Может они знают что-то важное? – предположил Леуш.

– Давно бы уже рассказали. – проронила Анна, качаясь на стуле. – За десять лет можно придумать такие пытки, которые развяжут языки хоть мертвым. Не говоря уже магии или зельях правды.

На самом деле я тоже не раз об этом думал. Еще с тех пор, как Малрендил не дал Инделлан убить моих родителей в особняке Александэла. На кой ляд нелюдям понадобилось сохранять им жизнь, да еще тащить через весь регион и тайно доставлять в Свет Зарницы? Вариантов не много. Или они действительно что-то знали, или успели поучаствовать в чем-то важном до своего приезда в Дальний Крутолуг, или их собрались использовать против кого-то.

Однако, сколько я не размышлял, ни к какому однозначному выводу прийти не сумел. Слишком малой информацией о течениях в столицы я владел.

– Этого я тоже не выяснил. – покачал головой Фил. – Знаю только, что завтра окончательно решится, кто станет новым монархом. Совет, наконец, нашел способ поставить точку на странице безвластия.

– Скорее их вынудили. – предположил искушенный в политике Митрофан. – Вряд ли им разонравилось править страной от имени императора.

– Не суть. – отмахнулся мой брат. – Главное, что родители там точно будут.

– И мы их героически спасем! – Леуш хотел снова хлопнуть по столу, но вовремя передумал и просто потряс кулаком в воздухе. – Во славу Сатвелеона!

– Чувствую, заварушка предстоит, что надо. – расплылась в улыбке Анна.

– Особенно с учетом того, что тайный путь во дворец мы так и не нашли. – с явным недовольством сообщил Фил. – Все улицы Подгорода упираются в русло реки. А замок на острове.

– Ничего, прорвемся! – ничуть не смутился Леуштилат. – Где наша не пропадала!

– Думаю, есть и другой способ. – спокойно произнес я. – По крайней мере попробовать мы его можем уже сегодня. А ваш оставим на завтра.

Четыре пары глаз сосредоточились на мне, и в каждом я читал один и тот же немой вопрос. Впрочем, подобное внимание к моей персоне меня уже давно не смущало. Чай не школьник и не шалопай, подглядывающий за тренировками во внутреннем дворе особняка. Я Некромант и стою во главе своей собственной армии! Да и до вершины развития мне осталось уже не так и далеко.

Если, конечно, я захочу стать Разделившим с третью объема измененной Межмировой Энергии. А я не захочу. Не для того я столько лет в шахте строил идеальный фундамент, чтобы под конец довольствоваться минимальным порогом!

– Это я нашел в кольце Малрендила. – с моего пальца свесился шнурок, на конце которого болталась янтарная голова дракона. – Вряд ли он просто коллекционировал безделушки.

– Медальон Шахака. – опознал висюльку Митрофан.

– Ересь. – поморщился Леуш.

– Ты думаешь, что родителей держат в капище демона? – уточнил Фил.

– Эльфы ему обычно не поклоняются. – усомнилась Анна. – У них своя богиня. Лайоллана.

Это я, естественно, тоже знал. Хоть я и не верил ни в каких богов, но информация на слуху. К тому же в Ижмариле у нее имелся целый храм, с которым пришлось немало возиться. В итоге, когда из него выбили последних ушастых, здание посвятили Магбару, в чем я уже участия не принимал.

– Тем страннее факт наличия у него такой вещи. – озвучил я один из аргументов, которые в немалом количестве успел сочинить с момента бегства из Нионанда. – К тому же, как эльфы сумели попасть под Купол? Для этого им нужен ключ. А последователи Шахака вполне подходят стать посредниками, через которых работают ушастые. В итоге кто-то может думать, что, выпуская товарища в Дикие Земли, всего лишь помогает ему приработать на стороне, и не подозревает, что предает всю расу. По крайней мере, мне бы хотелось в это верить.

– Что за ключ? – заинтересованно спросил Фил. Его поддержал Митрофан.

Я и забыл, что это знание считается секретным, и далеко не все в него посвящены. Вот как раз по тем самым причинам. Чтобы некто с недобрыми намереньями через третьи руки не получил доступ куда не следует.

Убедившись, что барьер латунной маски по-прежнему действует, я вкратце рассказал несведущим про Древо и ключи от Купола, заодно упомянув, что трепаться об этом не следует.

– Так вот как оно работает. – задумчиво произнес Фил. – Мое мнение о некоторых стражниках только что резко изменилось. Меня ведь тоже так выпускали в разных городах.

– При случае настучишь им по кумполу. – бросил я и вернулся к теме. – Знаешь, где в Свете Зарнице капище Шахака?

– Одно точно есть. – сообщил брат, задумчиво потирая подбородок. – Причем где-то здесь, в Подгороде. Точный адрес никто не называл, но болтали будто в районе Переломленного Перста. Сейчас пошлю людей и…

– Ненужно. – перебил его я. – Есть способ получше. Пойдемте.

Я потянулся рукой к лежавшей на столе маске, но Фил меня остановил.

– Подожди. – сказал он серьезным тоном. – Свет Зарницы это тебе не Дальний Крутолуг. И даже не Триомаж. Сюда съезжаются воины и маги с шести регионов, а Развившие становятся бандитами. Среди послушников Шахака можно встретить кого угодно.

– Даже Разделившего? – изогнул одну бровь я.

– Нет, это вряд ли. – отмел такую вероятность брат. – Но Объединившим я не удивлюсь. Нужно собрать людей.

Я бросил взгляд на Энн с Леушем, однако они не торопились вмешиваться и предоставили мне самому объяснить Филу расстановку сил.

– Сколько людей ты можешь собрать за полчаса? – спокойно спросил я.

– Около сотни. – с тем же спокойствием ответил он. – За час больше.

– Сколько среди них Объединивших?

– Не считая меня, один.

– А Развивших?

– Двадцать два.

На лице Митрофана невольно отразилось удивление. И я его понимал. В Ижмариле род с двумя Объединившими и двадцатью двумя Развившими стоял бы по важности сразу после лордов и пользовался бы всеми благами Цитадели. Здесь же такая организация ютилась в канализации и промышляла мелким разбоем. Вот что значит попасть в «центр вселенной, сияющий в ночи, словно алмаз на фоне бархата неба», как порой называли Свет Зарницы поэты. Разница просто колоссальна!

– Не хочу принижать твоих достоинств, как лидера Подгорода, но сейчас в этой комнате уже сидит четверо Объединивших и один, готовящийся им стать. – напомнил брату я. – Согласись, это что-то да значит. Но главное, что с нами пойдет моя мертвая свита.

– Те уроды, которые тащили тебя в «Пони»?

– Прости за это шоу. – мягко улыбнулся я.

– И сколько их всего?

– Двести тринадцать. Включая четырех бывших Объединивших, два из которых маги, и сорок трех Развивших с Королевскими монстрами, что эквивалентно друг другу. Но, думаю, ты в курсе. Еще есть одна Императорская тварь, однако она банально никуда не влезет.

– Но зато мы на ней здорово прокатились! – вставил свои пять копеек Леуш.

Остальных же столь подробное описание моей армии придавило, словно надгробной плитой, и заставило замолчать. Да, мы все находились плюс-минус на одних и тех же ступенях со стадиями, вот только при этом каждый догадывался, что в честном поединке одолеть меня вместе со всей свитой никак не сможет. Без нее – возможно, а вот с ней…

Но ведь именно в этом и заключается сила настоящего мага смерти!

– До меня доходили слухи об удивительных возможностях Некроманта-Освободителя, но я не думал, что они окажутся правдой. – глядя мне прямо в глаза, произнес Фил. Голос его сквозил холодом промышленного рефрижератора. – Как не думал и, что он окажется моим братом.

Определенно назревал конфликт.

И кому, как не Леушу, его предотвращать?

– Мы все понимаем, что тебе пришлось нелегко, и что ты привык рассчитывать только на свои силы. – миролюбивым тоном проговорил Леуштилат, подойдя к Филу и положив руку ему на плечо. – Но поверь, дружище, Леон не ставит под сомнение твои возможности. Он просто такой человек. Иногда грубый, иногда заносчивый, иногда излишне рациональный. Но ты бы знал сколько раз он вспоминал тебя и ваших родителей, и видел бы ты как теплели при этом его колючие глаза. Уже за одно это я готов простить ему очень и очень многое. Ведь его счастливое детство тоже украли. А в бесконечной тьме рабства очень сложно не зачерстветь.

Фил повернул голову к Леушу. Затем снова посмотрел на меня. И я увидел, что в его взгляде что-то неуловимо изменилось. Удивительно, но трогательная речь моего друга действительно возымела него влияние. Хотя не так и удивительно, если вспомнить, что Леуштилат на довольно долгий период времени заменил ему семью. И, в любом случае, здоровяк справился со своей ролью на отлично.

Мой брат стряхнул с плеча руку и, поднявшись на ноги, направился в мою сторону. Я сделал то же самое. Приблизившись друг к другу, мы замерли на расстоянии меньше метра.

– Хлебный мякиш, говоришь? – спросил Фил, а его газах проскочила крохотная искорка.

– С душой авантюриста. – подтвердил я с ухмылкой.

Он первым протянул мне руку, и я тут же ее пожал. Если до этого между нами и оставался какой-то барьер, то теперь он окончательно рухнул. Семья воссоединилась. Я чувствовал это. Впервые с того момента, как за Филом закрылась дверь Нигдейки. И если бы к нам еще присоединилась Энн, которой ничего не стоило протянуть руку и…

– Ну поцелуйтесь еще! – с хохотом выдала Анна. Она пересела со стула на стол и принялась болтать ногами в пыльных кожаных сапогах. – Мы в капище идем или нет? Кто тут распинался о нехватке времени?

– Что за женщина… – едва слышно вздохнул Митрофан, не отрывая от нее глаз.

Ну да. Полностью в своем репертуаре.

За сим мешкать мы не стали, и действительно покинули «Чахлый Пони». По дороге Фил раздал указания, и каждый, к кому он обращался, лишь молча слушал и кивал, не смея сказать и слова поперек. Более того, люди которых мы встречали на улицах Подгорода – мужчины, женщины, старики, дети – останавливались и с искренним почтением кланялись моему брату. Причем вовсе не из-за страха. Не знаю, чем, но он действительно заслужил их уважение. А я на личном опыте имел представление, как нелегко этого добиться.

Ну и прекрасно помнил пример Пантелеймона, которого отсутствие главы гильдии чуть в могилу не свело. Интересно, как он в статусе лорда.

Путь до нужной части города занял какое-то время, и я успел вдоволь налюбоваться местными «красотами». Подгород отличался от своего собрата с поверхности, как пробитая сифилисом портовая шлюха от студентки-первокурсницы. Темнота, вонь, грязные подворотни, пустые глазницы сохранившихся с древних времен зданий, будто умолявших закончить их мучения и окончательно похоронить в земле забытое всеми прекрасное прошлое.

Причем часть построек раньше определенно являлись высотками, но теперь на уровне пятого-шестого этажа их поглощала чернота земного слоя, служившего Подгороду небом. Куда девалось все остальное? Да куда угодно за пять-то с лишним веков. Не исключено, что первые здания Света Зарницы строили именно из этого материала.

Переломленный Перст оказался местной достопримечательностью. Такой же убитой и убогой, как и все вокруг. Некогда величественная колонна, являвшаяся символом процветания и благополучия, осколками былого счастья валялась на земле, увитая сухим колючим плющом. Стоявший веками гранит не выдержал Катаклизма и пал подобно храбрым воинам, не сумевшим отразить вторжение.

Я видел в этом подлинный символизм ситуации, ставшей для человечества новой реальностью. И даже не столько в самой колонне, сколько в окружающей клоаке, в которой вынуждены были жить люди в своем собственном родном городе.

Как же низко мы опустились…

– Мрачное местечко. – озвучил мои мысли Митрофан. – На поверхности мне нравилось больше.

– Поверь, мы туда еще вернемся. – обнадежил его я. – Причем довольно скоро.

– Вот это правильный настрой, дружище! – похвалил меня Леуштилат. – Всегда бы так.

– Может делом займемся? – заскучала Энн.

– Зови свою армию. – с явной неохотой проронил Фил. – Здешние люди ко всему привычны. Их кучкой мертвецов не напугать.

– Думаю, большинство мы и вовсе не потревожим. – усмехнулся я.

После чего сосредоточился и резко развел руки, а во все стороны устремились десятки приведений и призраков. Бесшумными бестелесными тенями, они ныряли в камень, чтобы искать любые алтари, замаскированные проходы и все, что могло навести нас на капище демонопоклонников. Самая эффективная разведка, на которую вряд ли способен хоть кто-то из людей брата.

– Я говорил, что не считаю призраков за бойцов своей армии? – невзначай спросил я. – В сражении от них толку мало. Но если надо что-то найти…

– Позер. – закатила глаза Анна.

– Результат? – лаконично поинтересовался Фил.

– Имеется. Идем вниз. Под Подгород!

Глава 19

С помощью призраков мне удалось не только найти капище, но и проход к нему. А начинался тот в куче мусора, маскировавшей довольно широкую лестницу с остатками перил и следом от буквы «М» под потолком. Моим спутникам это, конечно, ни о чем не сказало, но лично я определенные выводы сделал. Причем далекоидущие.

– Что этим Древним на земле не сиделось? – возмущалась Энн, отпихивая от себя наглых крыс, покушавшихся на ее обувь. – Они от кротов произошли, что ли? Мало того, что целый город под землей вырыли, так еще и дальше копать продолжили. Куда? К центру Терры?

– У нас в семье сохранились предания, что Древние, наоборот, к звездам летали. – произнес Митрофан, держа шпагу наготове.

– Ну и сказки вы там друг другу рассказываете! – добродушно хохотнул Леуштилат. – Все знают, что звезды – врата в божественные царства. Смертным туда хода нет.

– Богов не существует. – уже в который раз осадил я друга, управляя светляками, освещавшими нам путь.

– Я видел одного. – мрачно проронил Фил. – Аватар. На него даже смотреть было больно.

– Вот и я ему о том же! – подхватил Леуш. – А он все не верит.

Упорствовать и переубеждать их я не стал. Без железобетонных аргументов такие споры ничем хорошим не заканчиваются, а нам еще моих родителей спасать. Да и в конце концов время все расставит на свои места. Пусть даже если после смерти.

Миновав узкий проход, задрапированный черной тканью, мы спустились по очередной лестнице и оказались на длинной платформе с колоннами. В две стороны от нее убегали длинные, прямые, облицованные расколотыми каменными плитами туннели, утопавшие во тьме. Когда-то здесь толпились тысячи людей в ожидании поезда, который увезет их на нелюбимую работу, но теперь даже рельсов не осталось, а окружающее пространство пестрело символикой культистов.

Чадили факелы, курились пиалы с кровью, коленопреклоненные послушники шептали нечестивые молитвы, отбивая поклоны массивному обсидиановому алтарю. На последнем в агонии корчилась обнаженная женщина. Ее руки, ноги и грудь насквозь пробили металлические штыри, не дававшие пошевелиться, тело покрывали многочисленные порезы и ожоги, а сама она, казалось, давно лишилась разума от боли. Но продолжала источать из себя некое эфемерное, похожее на темный дрожащий воздух марево, устремлявшееся к потолку под руководством нескольких облаченных в черные рясы жрецов.

От царившей здесь удушливой атмосферы свербело в носу и хотелось сплюнуть. Я так и сделал.

– Нас, кажется, ждали. – произнес Митрофан, глядя на толпу вооруженных культистов, перекрывших нам путь.

– Тем хуже для них. – ухмыльнулась Энн, придав своему изменчивому оружию форму копья. – Кто-то видит наших родителей?

– Нет. – отозвался Фил, а из-за его спины стали одна за другой появляться дымчатые фиолетовые руки. – Но они мне расскажут. Все расскажут!

Казалось, что сражение должно вот-вот начать, однако даже в этой вполне однозадачной ситуации Леуш предпринял попытку решить дело миром.

– Стойте! – крикнул он, выйдя вперед с поднятыми руками. От него исходила яркая золотистая аура, которая умудрялась бороться с гнетущей тьмой подземелья. – Одумайтесь, люди! Вы повернулись ко злу, но всегда есть шанс искупить свои грехи. Сатвелеон учит прощению. Покайтесь. Откройте свои души свету. Большинству из вас еще не поздно вернуться на праведный путь.

– А что на счет остальных? – с явной насмешкой крикнул кто-то из толпы.

– Я помолюсь за них. – ответил воин-жрец, скорбно склонив голову.

– Помолись за себя, неверный! – воскликнул один из младших жрецов.

Оторвавшись от творимого возле алтаря ритуала, он взмахнул рукой, и в нашу сторону поплыло черное облако, встречи с которым простые культисты старательно избегали. Они явно знали, что ничего хорошего оно не принесет. Но, что самое интересное, это было не заклинание в том виде, в каком я привык их видеть. Нечто другое. И я сильно сомневался, что даже Несокрушимая Крепость Некроманта сможет нас защитить.

А ей и не потребовалось. Тяжело вздохнув, Леуш указал на облако пальцем, шевельнул губами в короткой молитве, и с его перста сорвался ослепительный луч света, порвавший тучу, как рельсотрон картонную коробку. Миг – и от нее не осталось даже следа. Жрец же, скрипнув зубами, крикнул:

– Задержите их! Во имя Шахака! – и вернулся к ритуалу.

В тот же миг в нашу сторону ломанулась толпа воинов, а над их головами пронесся залп куда более привычных чар. Маги среди культистов тоже имелись.

– Действуем по плану. – срываясь с места, бросила Энн.

– Мы справимся. – вторил ей Митрофан, устремившись следом.

Леуш к этому времени уже во всю орудовал Экскалибуром, каждым взмахом исполинского меча разрубая одного, а то и двух подошедших слишком близко противников. На его лице застыла маска скорби, но он понимал, что сделал все возможное и, теперь ему оставалось лишь встать на защиту своих друзей перед лицом зла.

Неподалеку от Леуштилата сражался Фил. И вживую его умение «Тиран битвы» выглядело еще более впечатляющим, чем я себе представлял. Словно человек-армия, он в одиночку противостоял чуть ли не десяти противникам, умудряясь при этом уничтожать пролетавшие мимо заклинания. Мой брат одинаково ловко орудовал обеими своими настоящими руками и целым пучком призванных, а всевозможные виды оружия оставляли на телах врагов самые разнообразные раны.

Проведя годы в беспрерывных сражениях Трещины, он действительно отточил мастерство боя до невероятного уровня. Но страшно подумать, через что ему пришлось ради этого пройти…

Энн, как всегда, скакала обезьяной и вертелась юлой, не подпуская к себе никого ближе длины копья, и время от времени даже находила возможность швырнуть куда-нибудь вдаль Огненный шар. За нее я не волновался. Почти.

Куда хуже приходилось наследнику рода унд эс Громоушевых. Он заранее попросил нас ему не помогать и теперь на пределе возможностей пыхтел сразу против двух Развивших и одного Осознавшего. Митрофан чувствовал, что почти закончил слияние умений и надеялся прорваться на следующую ступень в запале сражения. Довольно действенный метод, которым я и сам не раз пользовался, а потому я ему не мешал.

Да и вообще по разработанному нами на ходу плану мне выпало сосредоточиться на иных целях. Объединившие среди культистов, если и имелись, то пока себя не показали, а потому я призвал лишь небольшую часть своей армии, приказав ей сдерживать линию фронта и не дать окружить моих спутников. Также я прикрывал их Призрачными щитами от вражеских чар и руководил личами, устроившими перестрелку с магами. А еще заслал нежить в туннели, чтобы заранее знать о приближении подкреплений, если такие случатся, и не позволить никому сбежать.

В общем, много что делал, на самом деле. Но главное – я разослал приведений и призраков, проверить все постройки, ниши и другие укрытия, которые нагородили на платформе культисты. Я искал родителей и надеялся отбить их, чтобы не дать использовать в качестве заложников. Ведь силы врага медленно, но верно таяли, а значит можно было ожидать любой каверзы.

Мои бестелесные разведчики гибли один за другим, однако я быстро пополнял их число за счет павших. Противники поставляли мне непрерывный урожай душ, и я даже не всегда успевал собирать свою мрачную жатву.

Но, несмотря на общую загруженность и вовлеченность в схватку, угрозу собственной жизни я все же не проморгал. Направленный в мою сторону метательный кинжал жалобно звякнул, отраженный щитом Катура. Вот только вместо того, чтобы упасть на пол, тот превратился в юркого воина ступени Развития, резво обогнувшего умертвие и попытавшегося достать меня со спины.

Весьма любопытное умение.

Удар ассасина заблокировал второй Гледельвейд, однако враг преподнес еще один сюрприз разделившись надвое! Я сперва подумал, что это какая-то иллюзия или что-то в этом роде, но, когда одного зарубил топором Мугзанг, а другого нашинковал Аскар, оказалось они и правда работали в паре. Оба тут же пополнили ряды моей армии, сохранив часть своих умений.

Попытка культистов лишить моих товарищей магической поддержки с треском провалилась.

Тем временем Митрофан и правда завершил слияние приемов, забравшись на ступень Объединения. С резкой вспышкой Межмировой Энергии он совершил серию таких быстрых взмахов шпагой, что без эволюций даже мне было бы трудно за ними уследить, а его противники и вовсе не поняли, что произошло. Одно за другим их оружие отлетело в стороны, отбитое чуть ли не единым слитным движением, а следом тело каждого превратилось в решето, обретя больше десятка незапланированных отверстий.

– Мои поздравления! – отсалютовала ижмарильцу ему Энн, играючи уклонившись от взмаха меча и полоснув его обладателя острием копья по горлу.

– Спасибо. – сдержанно ответил Громоушев, шагнув на тела поверженных врагов. – Нашел родителей?

– Их тут нет. – отозвался я, как раз закончив исследовать местность.

– Уходим?

– Нет. Пробиваемся к жрецам. Они должны что-то знать.

Я хотел уже призвать больше нежити для скорейшего истребления мешавшихся культистов, как женщина на алтаре вдруг издала предсмертный вопль, а торчавшие из ее тела штыри стаей спугнутых грачей разлетелись во все стороны. Из получившихся отверстий хлынул сплошной поток черного дыма. Смешавшись с аурой страдания, он начал формировать некую фигуру.

– Приди, господин наш! – в религиозном экстазе кричал главный жрец. – Повелитель боли, Владыка страданий, Отец несчастий, приди и покарай неверных, посмевших осквернить твой храм! Пускай познают твой гнев! Приди!

Сражение само собой прекратилось, а уцелевшие культисты склонили головы и принялись хором скандировать: «Приди! Приди! Приди!». Будто дети, зовущие Деда Мороза со Снегурочкой.

Антураж только маленько не тот. Ну и подарочков ребятня при таком раскладе вряд ли дождется.

Дым же тем временем становился все гуще. Как если бы кто-то бросил в костер старую покрышку. Он сжимался, клубился, выпростал пару жутковатого вида рук, словно обожженных пламенем, и, наконец, отрастил себе голову, отдаленно напоминавшую драконью. С правой стороны которой, приглядевшись, я заметил не до конца затянувшуюся рану.

– Это ведь не очень хорошо, верно? – с тревогой проронил Митрофан.

– Аватар демона. – определил природу призванной сущности Леуштилат.

Про аватары Леуш мне уже рассказывал. Мол, «боги» и их темные коллеги при определенных условиях могли проецировать часть своей силы на землю и таким образом влиять на ход событий.

Недолго. Но кардинально.

А в некоторых случаях последствия таких вот сошествий приходилось разгребать десятилетиями. В результате чего рождались легенды, мифы и сказки, передаваемые простыми смертными из уст в уста.

– Спрячьтесь за мной. – серьезным тоном произнес мой друг, начав распространять вокруг себя сияющую ауру. Коснулась она и меня, но какого-либо дискомфорта я не почувствовал. Как, впрочем, и благодати.

– Хочешь забрать все веселье себе? – фыркнула Энн, встав рядом с Леушем.

Я тоже не стал отступать, заняв место с другой стороны от Леуштилата. Ко мне присоединился Фил. Чуть помешкав, после непродолжительной внутренней борьбы примкнул к нам и Митрофан.

Явно не такие приключения он себе представлял, покидая уютное семейное гнездышко. Хоть бы заранее спросил – я бы ему сказал, что у нас других не бывает.

Впятером мы стояли с гордо поднятыми головами, готовые сражаться против кого угодно. Никто не дрогнул, и никто не убежал. Мягкий золотистый свет окутывал нас, и мы с вызовом смотрели на аватар Шахака и всех его приспешников, прикидывая в голове дальнейшие действия. Будучи Объединившими различных ступеней, мы и поодиночке представляли собой грозную силу, а уж вместе могли практически все, что угодно.

Но не только мы смотрели на демона. Тот тоже взирал на нас глубоко утопленными в череп блестящими черными глазками. Он не уделил особого внимания моей сестре и брату, полностью проигнорировал Громоушева, несколько томительных мгновений оценивал Леуша, после чего установил зрительный контакт со мной.

Я почувствовал, будто в мой разум пытается что-то вторгнуться, но нечто другое его не пустило. Черный дым, составлявший тело аватара принялся гневно клубиться. И в этот момент я даже сквозь два кольца почувствовал, как запрятанный глубоко внутри костяной меч рвется наружу, чтобы испить еще немного той сладкой крови.

Глядя Шахаку в глаза, я криво ухмыльнулся и сделал жест, будто снова кромсаю его чешуйчатую морду.

– Покарай их, господин мой! Уничтожь! – бесновался в экстазе жрец, брызжа слюной. – Пусть познают боль! Пусть познают отчаянье! Они посмели осквернить твою обитель, убить верных последователей! Тысячи лет мучений не хватит, чтобы искупить их вину! Так покажи свой гнев, о могуществ…

– Слабая жертва! – пророкотал демон, проведя раздвоенным языком по острым зубам.

– Да, они все слабы, господин, и все принадлежат тебе!

– Слишком слабая жертва! – повторил аватар, скользнув по своему слуге гневным взглядом. – Подготовь другую и призови меня снова! Если выживешь.

– Госпо… – недоуменно начал жрец, но дымный силуэт с тихим хлопком исчез. – … дин. – закончил он и тряпичной куклой осел на пол.

В подземелье воцарилась звенящая тишина.

Которую не постеснялась тут же нарушить Энн.

– Хах, братишка, да тебя, походу, уже даже демоны боятся! – она с довольной моськой пихнула меня локтем в бок. – Может тебе прозвище сменить? Не Бич Нелюдей, а, скажем, Святой? Святой Некромант! Как тебе?

– Отвратительно. – поморщился я. – Еще хуже всего остального.

– А мне нравится. – с явным облегчением выдохнул Леуш.

– Тебе все нравится. – буркнул я.

Наш короткий диалог вывел культистов и жрецов из ступора, заставив поверить в весьма неприглядную реальность: их покровитель – демон боли страданий Шахак – покинул свою пасту, оставив самостоятельно разбираться с проблемами.

Почему так? Да пес его знает! Вряд ли он и правда испугался меня или Леуштилата с его непонятными силами. Скорей всего имели место некие обстоятельства, о которых я пока не знал. Ну или он просто решил заставить страдать последователей. На мой взгляд, вполне по-демонически.

Прозрев, обитатели капища отреагировали по-разному. Одни истерически завыли, другие в ярости бросились на нас, сверкая Межмировой Энергией, третьи потеряли сознание, а некоторые так и вовсе, побросав оружие, пустились наутек. Последних остановили мои прислужники, вернувшиеся из разведки, а через миг к ним присоединилась и остальная нежить, быстро окружившая демонопоклонников.

В результате чего всего за несколько минут сопротивлявшихся добили, а остальных пленили, чтобы позже отдать на справедливый суд. Так потребовали Леуш с Филом, а я не стал спорить. Запас тел я все равно пополнил, Объединивших же среди культистов, вопреки опасениям моего брата, не оказалось. Хотя Развивших хватало.

– Сестра Крыса. – мрачно произнес Фил смахнув волосы с лица лишившейся чувств женщины. – Двоюродная. Никогда бы не подумал, что она одна из этих.

– Не расстраивайся. – подбодрил его Леуш. – Тьма порой может скрываться на самом видном месте.

– В Подгороде она повсюду. – ответил тот.

– Этот ты еще в Бездну не падал. – припомнил былое я. – Вот где настоящая тьма.

– В бездне я живу. – проникновенно взглянув мне в глаза, проронил брат. – Или вернее она во мне.

– Ну так давай фонарик повесим! – хохотнула Анна. – Что ты в потемках шарахаешься, как неродной?