Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

Соавторы: Никита Киров,Тимур Машуков,Никита Клеванский
сообщить о нарушении

Текущая страница: 106 (всего у книги 348 страниц)

Глава 15

Еще раз вспомнив особенности нежити, с которой сражался у границы Купола, я вновь внес изменение в структуру прислужника. Конечно, я не мог за столь короткий срок превратить его в полноценного призрака, однако я к этому и не стремился. Мне требовалось лишь небольшое преобразование, способное дать возможность воздействовать даже не на материальные объект, а на магический. Это проще.

Крохотные скрюченные пальцы приведения удлинились и обрели бо́льшую плотность, однако и вторая попытка не увенчалась успехом.

Ошейник все так же висел на шее кочевницы.

А мальчик все так же умирал.

Люди вокруг замерли, затаив дыхание. Кто-то плакал, кто-то закрыл глаза не в силах вынести очередную детскую смерть. Многие молились, поминутно поднимая к потолку сложенные лодочкой ладони.

Странно, ни при этом я уже в который раз ощутил разлившееся в груди тепло. Оно распространялось не в сердце, но как будто рядом с ним. Хоть и вообще не в теле. И не в море души. И даже не в недавно сформированном Ядре. Я не понимал где. Но продолжал его чувствовать.

– У тебя получится. – проникновенно произнес Леуш, положив руку мне на плечо. – Ты справишься. Попробуй еще, дружище.

Что? Неужели я выглядел так, словно мне требуется поддержка? Я и так знал, что справлюсь. Вопрос лишь в том сколько времени это займет, и не будет ли к тому моменту уже слишком поздно.

Впрочем… Все равно спасибо.

Действуя скорее по наитию, нежели согласно логике, я зачерпнул немного этого таинственного тепла, смешал с Межмировой Энергией и влил в приведение, вновь меняя структуру его руки согласно собственным представлениям.

На сей раз процесс пошел успешнее. Конечность приведения приобрела более гуманоидный вид: плечо, локоть, запястье, ладонь. Даже количество пальцев сравнялось с нормой. Более того, они налились густым молочным сиянием, а их поверхность очертил отчетливый черный контур. Словно тонкая перчатка вышедшей в свет благородной дамы.

Не мешкая, я приказал прислужнику действовать, и тот сомкнул пальцы на магическом ошейнике. Секунда. Другая. Резкий рывок, и ненавистный магический обруч слетел с шеи кочевницы, растаяв без следа.

Глубоко вздохнув, женщина тут же заглянула внутрь себя, а затем окутала мальчика мягким фиолетовым облаком, начавшим впитываться, будто долгожданная влага в пересохшую после длительной засухи почву. Ребенок порозовел, его дыхание выровнялось, и мать прижала его к груди, разразившись рыданиями.

– Молодчина! – Леуштилат хлопнул меня по спине, едва не сбив с ног. – Я знал, что у тебя получится!

По всему подвалу прокатилась волна изумленных и восхищенных вздохов, а затем раздались оглушительные аплодисменты. Впервые за долго время пленники увидели свет в конце тоннеля. И тот вел не к чертогам богов, в которых они верили, а на долгожданную свободу. К ласковому солнцу. Игривому ветру. Улыбкам родных и близких.

Послышались крики:

– Теперь меня!

– Помоги мне!

– Моей дочери плохо!

– Давэр!

– Давэр!

Сохраняя холодный рассудок, я сперва освободил от ярма вторую женщину, утверждавшую, что она тоже способна делиться силой, а затем взялся и за остальных. Леуш, Уман, Хвост, Громослав, Еленга – один за другим пленники снова обретали возможность пользоваться умениями, а не просто служить «батарейками» в ритуале герцога. Некоторые, находившиеся уже на грани отчаянья, не могли сдержать слез и тянули к приведению дрожащие руки, словно то являлось ангелом, спустившимся к ним с небес.

Однако перед тем, как продолжить процесс вызволения всех прочих, кого я впервые увидел, оказавшись в подвале, я вспомнил еще об одном важном моменте и приказал прислужнику замереть возле меня. Тот повис в воздухе, плавно колыхаясь на несуществующем ветру.

– В чем дело? – нахмурился Громослав. – Скорее помоги другим! Раз уж ты на это способен.

– Где члены последнего Каравана, прибывшего в Триомаж? – не обращая на него внимания, спросил я.

Люди заозирались, а ко мне подошел немолодой мужчина в одеждах караванщиков. Его смуглую кожу испещряли морщины и шрамы, но взгляд серых глаз по-прежнему хранил в себе твердость стали, закаленной в бесчисленных сражениях и не раз окропленной кровью врагов и монстров.

Мэлэх. Без тени сомнений.

– Да устелет Захаурун твой путь мягким песком, давэр. – произнес тот, степенным кивком обозначив свое ко мне расположение. Статус друга кочевников уже в который раз приносил свои дивиденды. – Меня зовут Ядвид. Зачем тебе понадобился мой Караван?

– С вами был один путешественник. – произнес я уверенным тоном. – Он здесь? Где он?

– Кроцис? – изобразил легкое удивление Мэлэх. После чего поискал глазами и нашел фигуру в таких же как у него самого одеждах. И даже кожа Кроциса выглядела такой же смуглой.

Сам бы никогда не выделил его из общей массы караванщиков.

Но спрашивал я не просто так. Во время пыток предателей в подвале гильдии авантюристов последние слова Шустрого натолкнули меня на кое-какую мысль. Я навел справки, и выяснил, что с предшествующим нашему Караваном действительно путешествовал некто, не являющийся кочевником.

В городе тот ни с кем не контактировал, но, хоть и не являлся авантюристом, много времени провел в холле гильдии. С учетом общего количества доступных там товаров и услуг сей факт никого не удивил. Как и то, что тот не стал задерживать в Триомаже, покинув город вместе с кочевниками.

Как оказалось, не покинул.

Не знаю, что увидел в моих глазах Кроцис, но, едва встретившись со мной взглядом, он резко сорвался с места и бросился бежать. Куда, правда, непонятно. Ведь мы по-прежнему находились в запертом подвале.

Я призвал из Теневого могильника пару гулей, но Леуш меня опередил. Не будучи больше стесненным в использовании Межмировой Энергии, он в два прыжка догнал мужчину и зафиксировал того на месте, заломив руки за спину. Жестко, но эффективно. Впрочем, на методы друга жаловаться я не собирался, ведь…

– Что за беспредел? – завопил Кроцис, осознав, что все его попытки вырваться тщетны. – Люди, что вы смотрите? Помогите! Мы же столько времени вместе! От Молневолков вместе отбивались! От Пескомеров!

На кого-то эти слова действительно подействовали, и люди стали подходить ближе, однако мой статус для кочевников все-таки перевешивал.

– Давэр? – Ядвид вопросительно изогнул бровь, ожидая объяснений.

– Спокойно, брат. – произнес Уман, положив руку на плечо коллеге-мэлэху. – Леон ничего не делает просто так.

Я же не стал впустую сотрясать воздух и, достав острый нож, принялся методично срезать с Кроциса одежду. Долго орудовать сталью не пришлось, и уже скоро всеобщему обозрению предстала небольшая третья рука, росшая из подмышки чуть ниже левой. Маленькие пальчики отчаянно цеплялись за последние лоскуты ткани, но я не оставил им и шанса.

– Клиот!

– Химер!

– Мутант! – заголосили, увидевшие это люди.

Одна женщина отвесила уроду смачную оплеуху после чего харкнула ему прямо в лицо.

– Тварь! – выкрикнула она сквозь слезы. – Ты держал моего сына на руках, когда он умирал! Ты говорил, что Захаурун примет его душу! Ты… Ты…

– Вас, челов, так легко обмануть. – окончательно сбросив маску, змеей зашипел Кроцис. – Пара добрых слов, и вы уже сами несете мне все, что я попрошу. Жаль, только что с главной целью не вышло. Но ничего. Шош оценит мои стара…

Фразу оборвал кулак Ядвида, со всей силы впечатавшийся в тело клиота. Даже без использования умения, его мышц хватило, чтобы заставить ублюдка харкать кровью.

– Я бы с удовольствием поболтал по душам. – произнес я тем не менее ледяным, как арктическая стужа, тоном. – Но время пожимает. Сам понимаешь. Поэтому спрашиваю один раз: где ваша база и зачем вам нужно то, что вы собираете?

– Пошел ты… – прохрипел Химер, капая на пол кровавой слюной.

– Как предсказуемо. – проронил я. – Запомни одно, мразь. Никакому Шошу твоя душа не достанется!

Я сделал шаг в сторону, а мое место заняла пара гулей, вонзивших в тело клиота свои длинные костяные пальцы. Которыми тут же принялись «щекотать» внутренности урода. Тот завыл. Затем заорал. Но обстановка и правда не способствовала долгой беседе, а потому я добавил, зарядив в упор Укусом мертвеца.

Давал Кроцис клятву Омиша или нет, меня устраивал любой исход, и я держался наготове, заранее сплетя сеть из Межмировой Энергии.

Оказалось, что давал.

В результате длительного воздействия ритуала герцога Мутант ослаб и не смог выдержать даже такую экспресс-пытку, а потому решил прекратить страдания. Он отрыл рот намереваясь, выдать тайну, но в тот же миг его сердце остановилось (что я мгновенно почувствовал), магический ошейник развеялся, а из груди вылетело светящееся серебряным светом облачко.

Его-то я тут же и заарканил своей сетью и, не мешкая, вогнал обратно в тело, подкрепив действие упрощенным заклинанием Создания зомби.

После провала в подвале гильдии я существенно поработал над этой связкой, чтобы в следующий раз добиться лучшего результата, но я не ожидал такого повышения эффективности. Хотя, если подумать, другие чары тоже стали формироваться быстрее и… Нет, сейчас не об этом! Несмотря ни на что, я чувствовал, что душа Кроциса рвется прочь, и удержать я ее смогу совсем не долго.

Леуш отпустил клиота и отступил на шаг, но тот не упал. В наступившей в подвале гробовой тишине оживший мертвец с удивлением осмотрел свои залитые кровью руки.

– Где ваша база? – повторил я свой вопрос. – Где секретное место? Где цедрик?

– В Ижмариле. – ответил урод, не силах сопротивляться моей власти Некроманта.

– Точнее!

– Под землей. Старый заброшенный храм забытого бога. Названия не знаю.

Я почувствовал, что едва удерживаю душу в теле и попытался закрепить ее грубой силой, добавив Межмировой Энергии.

Помогло.

Но слабо.

– Зачем вам это? – наседал я.

– Чтобы вернуть величие нашей расы. – с каким-то даже оттенком гордости выдал дохляк. – Больно…

– Точнее, суть твою! – рявкнул я.

– Мы вознесемся над остальными расами… Станем на ровне с эльфами… А потом превзойдем и… Больно!!!

Я попытался подбросить в горнило заклинаний еще Межмировой Энергии, однако душа все равно вырвалась прочь и, стремительным метеором пронзив потолок, исчезла из виду. Тело же, будучи не в состоянии выдержать избыток моей силы, вспыхнуло фиолетовым пламенем и осыпалось на пол горстью невесомого пепла.

Что ж. В этот раз все прошло гораздо успешнее. Расту́. Как Некромант и как маг, расту́. Приятное чувство. Но… снова Ижмарил? Опять этот странный город, лишенный Купола? Сколько еще раз я на него наткнусь? Сам бы наведался, но не по пути. Нужно передать добытую информацию кому-то, кому можно доверять. Пусть разберутся с проблемой чертовых нелюдей, пока те какого-нибудь вселенского дерьма не наворотили!

– Это что сейчас было? – нарушил затянувшуюся тишину Громослав. – Во имя Сатвелеона, он что сейчас с властью Омиша боролся⁈ Что это за магия такая?

– Ты правда хочешь обсудить магию, или займемся чем-то более насущным? – спросил я, оставив размышления до лучших времен.

– Действуй. – нехотя согласился столичный гвардеец.

– Вот спасибо. – буркнул я.

Один за другим спадали сорванные привидением ошейники, и люди радостно расправляли плечи, ощущая, как снова могут пользоваться своими силами. Без сомнений они чувствовали себя аквалангистами, умудрившимися всплыть к поверхности после того, как кислород в баллонах неожиданно закончился прямо посреди погружения. Я знал. Сам некогда пережил подобное. В Нионанде.

Пока уцелевшие караванщики и путешественники обнимались и поздравляли друг друга с избавлением, а я продолжал подпитывать бестелесного прислужника Межмировой Энергией, ко мне подошел Ядвид. От лица кочевников и других освобожденных он сердечно меня поблагодарил и пообещал вечно славить мое имя среди всех, бредущих по негостеприимным пескам Диких Земель. Присоединились к нему и другие мэлэхи.

Сомнительная награда. Лучше бы этерния подкинули. Или на худой конец гульденов. Хотя без своих колец, которые у них отобрали при похищении, пленники могли похвастаться разве что богатством в виде давно не стиранных трусов. Да и то не каждый.

Такого добра нам не надо.

Но зато Ядвид сообщил, что Кроциса ему в Караван рекомендовал мэлэх по имени Эшкоц. Старый знакомый. Тот же тип, который подсунул Гурдияру свинью в виде Гожара. О чем я тут же сообщил караванщикам, порекомендовав отправить чертового предателя в одиночку прогуляться по Диким Землям. Без оружия. Без одежды. И заодно желательно без кожи.

Они заверили меня, что нарушившего традиции мэлэха ждет участь куда страшнее.

Отрадно слышать.

Наконец, последний ошейник растаял в воздухе, а я понял, что израсходовал на эту операцию довольно много Межмировой Энергии. Тогда, даже не задумываясь о том, что делаю, я интуитивно повел рукой, будто отгоняя от головы назойливую муху. Или скорее желая знойным летним деньком направить к лицу поток свежего воздуха.

Вот только вместо воздуха выступали витавшие вокруг фиолетовые частицы. Подвластные моей воле те подлетели ко мне, вместе с дыханием попали внутрь и, скользнув по поверхности Ядра, растворились в море души.

Только по очередной порции ошалевших взглядов я понял, что сделал что-то не то. Ну еще бы. Походя поглотил силу, не прибегая ни к медитации, ни даже к банальной концентрации. Пусть немного, но все же. Эффект от формирования Ядра алмазной твердости?

Ладно, об этом тоже потом.

Чуть подумав, я отдал приказ Жутню, и тот с размаху полоснул когтями по испещренному рунами полу. Камень оказался прочнее, чем я думал, но гулю все равно удалось оставить на нем четыре длинных параллельных борозды, перечеркнувших сразу несколько символов.

Народ ахнул.

Ко мне устремился стороживший вход призрак.

Но в этот раз я подготовился ко встрече и накинул на нежить еще немного подредактированную фиолетовую сеть. После короткой борьбы с несколькими разорванными и заново восстановленными нитями мне удалось пленить чужого прислужника и пусть не без проблем, но затолкать его в Теневой могильник.

Оттуда не выберется.

Позже, когда выдастся время, обстоятельно его изучу и на основании полученных знаний попробую сотворить своего. Ну или хотя бы улучшу приведений, что тоже неплохо.

– Может не стоило привлекать внимание герцога? – прозвучал полный сомнений голос одного из пленных путешественников.

– Не слишком ли долго вы терпели его измывательства? – громогласно вопросил в ответ Леутилат. – Друзья теряли на ваших глазах ступени, гибли дети… Настал черед отомстить! Вместе мы справимся!

Речь пламенная, и я даже видел, как зажегся огонь в глазах многих людей, но остались и те, кто достаточно настрадался и предпочел бы тихо отсидеться в стороне, дожидаясь спасения. Я их не винил. Вот только…

– Влатислав и так уже все знает. – спокойно сообщил я. – Потерю двух-трех магических ошейников он еще мог списать на смерти, то с исчезновением всех точно что-то заподозрил. Даже если он клинический идиот.

– А может он и не узнал пока. – предположил молодой незнакомый мне караванщик. – Не почувствовал.

– Тебе, Густ, если член оторвать, ты об этом тоже только в сортире узнаешь? – осадил его более опытный товарищ. – Если да, то у меня для тебя плохие новости. Магия работает по-другому.

Пусть несколько скабрезная, но шутка разрядила обстановку, заставив Густа густо залиться краской. Остальные же расплылись в улыбках, а кое-кто и вовсе не удержался, расхохотавшись в голос.

А спустя мгновение, на ненавистный, высеченный в полу ритуальный круг обрушился целый шквал умений и заклинаний. Что начисто уничтожило чары, столько времени тянувшие из людей силы.

Вот этого герцог, или кто там всем заведовал, точно не заметить не мог. Но настало время нам самим нанести ему визит вежливости. И законы гостеприимства мы точно соблюдаться не станем!

Глава 16

Всей толпой бродить по замку не пришлось. Среди пленников имелись как ремесленники, так и люди, потерявшие возможность сражаться ввиду утраты одной или более ступеней. Их, вместе с детьми, оставили в разгромленном подвале. Под охраной, естественно.

Так же я некоторым воинам я раздал оружие из запасов, скопившихся у меня в кольцах. Несколько топоров и мечей, шпага, копье, молот, ножи, кинжалы. Удалось пристроить даже не помню уже откуда взявшуюся алебарду. Ее взяла сердитого вида мускулистая женщина, сказавшая, что не умеет ей пользоваться, но с голыми руками сражаться не собирается.

Леуш просил двуручный меч, утверждая, что неплохо навострился им орудовать и даже выучил пару соответствующих умений, однако таких в моем арсенале не водилось. Поэтому ему я доверил изделие из рога Императорского Трицебыка. Короткий меч в руках здоровяка походил на кинжал, пусть и несколько экстравагантный, но, взмахнув им несколько раз, Леуштилат остался доволен и пообещал вернуть оружие в целости и сохранности.

Нашлось так же, как ни странно, целых трое людей, худо-бедно ориентировавшихся в замке. Они являлись мэлэхами и посещали это место еще в период правления прежнего лорда. Под их руководством, выломав дверь, мы и отправились искать неприятности на задницы. Свои или чьи-то другие – покажет время.

Снаружи нас никто не поджидал. И в коридоре. И на лестнице, по которой мы беспрепятственно поднялись на первый этаж. В замке вообще царило странное запустение. Всюду клочками лежала пыль, мебель валялась поломанной, будто ею не пользовались уже несколько столетий, и ни единой живой души. Даже мыши под ноги не попадались, не говоря уже о слугах, кои в огромном количестве должны обслуживать такое большое строение.

В нашу группу мстителей вошло человек сорок. Примерно. Я не считал. Воины и маги, мужчины и женщины, авантюристы, караванщики, члены столичной экспедиции и простые путешественники. Каждый, кто нашел в себе силы бросить вызов злу и постоять за правду, шел с мрачным выражением лица, готовясь в любой момент принять бой. Возможно последний.

Ведь предполагалось, что противостоять нам будет никто иной, как герцог Влатислав ин тиэт Ундиназ. Маг ступени Освоения.

Однако, время шло, позади осталось уже несколько пустых гулких переходов, а нас по-прежнему никто не встречал. Караванщик, наколдовавший в начале большую летающую саблю, развеял ее, чтобы экономить Межмировую Энергию. Большим запасом сил люди, вымотанные длительным взаимодействием с ритуалом, похвастаться не могли. Поэтому нас сопровождал лишь каменный голем, сотворенный из испещренных рунами плит. Им управлял столичный гвардеец. И то не развоплощал он свое творение лишь потому, что собирать потом его обратно слишком долго.

На их фоне я, и без того уже многократно показавший себя настоящим героем, выглядел не в пример лучше. Ведь меня прикрывали четыре зомби и четыре гуля, и еще столько же приведений курсировали из стороны в сторону по воздуху, время от времени ныряя сквозь стены и двери, чтобы проверить окружающее пространство на предмет засады. Причем каждому приведению я прямо по дороге отрастил по руке с «черной перчаткой».

Единовременный контроль над таким большим количеством прислужников вызывал невольное восхищение у незнакомых со мной спутников. Но даже члены Каравана Умана, уже видевшие меня в деле, не догадывались, что после формирования массивного Ядра алмазной твердости максимальное число моей свиты снова выросло. Насколько – я пока и сам не знал.

– За этой дверью тронный зал. – объявил Ядвид, приведя нас в тупик длинного широкого коридора.

С двух сторон по стенам висели ряды портретов прежних лордов. Многие оказались порезаны, но некоторые мне удалось рассмотреть. И с каждого на меня взирал мужчина с длинными, тонкими, загнутыми к верху усами. Прямо как у… Точно! У Пантелеймона.

Тот, как и Маэстро, являлся отпрыском прежнего лорда, отправленным работать в гильдию авантюристов? Это какая-то традиция империи, о которой я не знал? Не лишенная смысла, кстати. Или замглавы просто следовал некой моде, чтобы понравиться Даме Трех Ка?

Нашел, блин, время думать о всякой ерунде! Я отвесил себе мысленную оплеуху. За дверью чувствовалась такая концентрация силы, которой я не видел даже в массивах ступени Слияния. Если враг не там, то я вислоухая чайка, и вообще ничего в этой жизни не смыслю.

– Если герцога там нет, то мы замучаемся его по всему замку искать. – озвучил очевидное Уман. – Проще тогда выбраться наружу и объединиться с авантюристами Триомажа. Ты говорил, они должны прийти на помощь? – обратился он ко мне.

– Герцог там. – ответил я, приказав прислужникам мгновенно и безжалостно реагировать на любую агрессию. – Приготовьтесь.

Не успели мои слова сорваться с губ, как дверь, протяжно скрипнув, отварилась, гостеприимно приглашая нас зайти внутрь.

– Что за жуткая сила? – пораженно выдохнула Еленга.

– Поздно отступать. – мрачно процедил Уман, формируя у себя над головой большой Огненный шар.

– Вперед, друзья, мы справимся! – торжественно провозгласил Леуш. – С нами Сатвелеон!

С нами Леон, я бы сказал. И толку от меня будет явно больше, чем от какого-то там псевдо-бога. Вот прям руку даю на отсечение!

Настороженно озираясь, мы медленно зашли внутрь и оказались в длинном просторном помещении с исчезавшем в вышине сводчатым потолком. Здесь царило такое же запустение, как и во всем замке. Сломанная мебель; обшарпанный пол, покрытый лоскутами истлевшего ковра; затянутая толстым слоем паутины массивная люстра, давно уже истосковавшаяся по чарующему танцу пламени зажженных свечей.

Сквозь пыльные стекла робко, будто боясь нарушить покой и сумрак спящего зала, проникали бледные лучи дневного солнца. Но они не развеивали царившую вокруг тьму, а лишь подчеркивали ее подавляющее величие, склоняясь перед превосходящими силами противника.

Как следовало бы поступить и нам.

На лестничном постаменте, откинувшись на спинку каменного трона, сидел старик в выцветшей серой мантии. Тень от капюшона скрывала его лицо, а ладони не выглядывали из рукавов, но длинная белая борода намекала на более чем почтенный возраст. Стекавшиеся же к нему со всех сторон потоки силы всерьез заставляли задуматься о позорном бегстве.

Многих.

Но не меня.

– Герцог Влатислав ин тиэт Ундиназ! – официальным тоном провозгласил вышедший вперед Громослав. – Именем императора вы обвиняетесь в узурпации власти, неуплате налогов, пленении и убийстве подданных империи и представителей касты кочевников, проведении незаконного ритуала, а также препятствию работы гвардии Света Зарницы. Кроме того, я официально заявляю о нанесении мне, как дворянину, смертельного оскорбления и требую предоставления ресурсов для полного покрытия ущерба. В противном случае…

– Император мертв. – произнес лорд, и его голос шелестом песка времени по древней надгробной плите пронесся вдоль колонн, достигнув ушей каждого. – Отсутствие лидера рождает беззаконие, а беззаконие рождает нового лидера. Круг замыкается. Таков естественный ход вещей. Мы ничего не можем с этим сделать. К сожалению…

– Почему мне кажется, что он говорит вовсе не об императоре и стране? – задумчиво проговорила Еленга вполголоса.

– У него явно с головой не все в порядке. – вынес свой вердикт Уман. – Еще один оседлый свихнулся на старости лет. А нам разгребать.

– Он не просто свихнулся. – уточнил я, качая головой. Оценив ситуацию с текущего расстояния, я много что понял благодаря своему умению. И еще кое о чем начал догадываться. – Он давно умер. Жизнь в нем держится только за счет магии.

– Так он, чтобы не умереть, все устроил? – удивился Леуштилат. – Сатвелеон прав. Его нужно остановить!

В этот момент герцог медленно начал поднимать руки к лицу. Рукава мантии соскользнули, обнажив кисти. Бледные. Тощие. Покрытые пигментными пятнами старости. Продолжая движение, он взялся за края капюшона, откинул тот назад, и в робком приглушенном свете нам предстала картина, резко сделавшая бессмысленными любые притязания Громослава.

Теперь уже никто не сомневался, что на троне сидит мертвец.

Редкие пряди седых волос выпадали с обтянутого кожей черепа и дождем падали на пол. Нос ввалился, превратившись в зияющую черную дыру, разделенную пополам тонкой перегородкой. Бледные растрескавшиеся губы, лишенный зубов рот, остро очерченные скулы, оставшиеся без век неподвижные глаза, затянутые мутной пеленой бельм – у меня иные зомби выглядели лучше.

Но в отличие от зомби Влатислав по-прежнему сохранял сознание. Им никто не управлял. В то время как от него во все стороны тянулось сразу несколько фиолетовых жгутов магического контроля.

Громослав витиевато выругался. И оказался далеко не единственным, кто при виде подобного зрелища не сумел сдержать поток нецензурной брани.

– Так ты уже не человек… – сокрушенно выдохнул предводитель гвардейцев. – Для чего все это?

– Иногда, чтобы что-то сохранить, приходится чем-то пожертвовать. – раздалось из открытого рта Влатислава. Хотя ни его губы, ни челюсти так и не сдвинулись с места. – И если цена выше, чем ты можешь заплатить, приходиться брать взаймы…

– Ты хотел сказать «красть»? – Громослав стиснул в руках рукоять полученного от меня молота.

– … у других. – продолжал, будто не услышав, герцог. – У себя, у времени… – он замолчал, и тишина давила на нас ничуть не хуже его жуткого голоса. – Я не хочу вас убивать. Вы слишком ценны для поддержания ритуала. Пожалуйста, не сопротивляйтесь. Мой слуга проводит вас в другую комнату с кругом.

Из-за трона вышел сгорбленный седой мужчина в костюме дворецкого. На удивление живой. Возможно, единственный живой обитатель замка, находящийся здесь по своей воле. Медленно перебирая ногами, он добрался до дверей зала и жестом предложил нам следовать за ним. Судя по выражению лиц, некоторые личности, впечатленные силой лорда, вполне были готовы последовать совету.

К счастью, таких оказалось не много.

– А больше тебе ничего не сделать? – хмуро заявил я, глядя прямо в глаза нежити. – Может нам еще и самим себе кровь слить, чтобы тебе проще было?

– Кровь не нужна. – без каких-либо эмоций выдохнуло то, что осталось от Влатислава. – Ритуал изменен. Нужна только Межмировая Энергия. Вы можете ее восполнять. Этим вы лучше зверей.

– Что ты сделал с моими Октанонтами⁈ – неожиданно вспылила Еленга. – Где Лилу и Лолил? Я их с детства растила, скелет ты ходячий!

– Чем-то приходиться жертвовать… – повторил герцог.

Не выдержав, караванщица метнула в лорда заклинание, выглядящее как небольшой ветряной вихрь. Не самые сильные чары – все-таки специализировалась она больше на контроле над монстрами – но Суверенных Пескомеров калечило знатно. А Высших так и вовсе в клочья разрывало.

Лорд даже не дернулся.

Достигнув трона, вихрь врезался прямо в грудь Влатислава, изрезав его одежду и обнажив обтянутые белой кожей ребра. На них осталось лишь несколько незначительных полос. Обычный человек уже истекал бы кровью, но нежити на подобное повреждение наплевать.

– Да что же ты такое… – пораженно покачал головой Громослав.

– Это лич. – сообщил я, окончательно переварив всю доступную мне информацию.

Не знаю, совпадение ли, что как раз недавно Некрономикон решил мне о них рассказать, или артефакт уже каким-то образом проведал о происходящем в замке, но теперь я ни секунды не сомневался – герцог ин тиэт Ундиназ добровольно стал нежитью для обретения могущества и бессмертия.

Правда я чувствовал, что что-то с ним не так. Влатислав казался мне каким-то неполноценным. Незавершенным. Неправильным. Словно единственную деталь в мозаике установили кверху ногами. Или на полке магазина среди настоящих цветов затесался один искусственный. Или ребенок в раскраске забыл подарить цвет последнему белому пятну. Словом, когда не сразу находишь несоответствие ожидаемому, но уже знаешь, что оно все-таки есть.

– Лич? – переспросило сразу несколько голосов. – Что еще за лич?

– Ты сейчас серьезно, давэр? – уточнил Ядвид. Краем глаза я заметил, как тот заметно побледнел. – Пожалуйста, скажи, что ты шутишь.

– В чем дело? – не понял Уман.

– Я слышал про личей. – широко раскрытыми глазами пожирая старика на троне, проговорил Ядвид. – Они бессмертны!

– Это не совсем так. – поправил его я. – Но справиться будет сложновато.

– Лич-Объединивший. – мрачно резюмировал Громослав. – Вот ведь…

– Да ладно! – бодро провозгласил Леуш. – Нас тут четыре десятка! Сейчас вместе навалимся и все! Потом будет что вспомнить!

На этот раз его речь особого успеха не возымела. Я даже пожалел, что вообще открыл рот.

А вот герцог его даже и не закрывал.

– Так значит это ты всех освободил. – произнес он, сосредоточив на мне взгляд неподвижных глаз. Я прямо почувствовал, как у меня позвоночник прошибло молнией. Один я такому монстру точно ничего бы не противопоставил. Но, к счастью, нас и правда целая толпа. – Не знаю, как ты это сделал, но тебе придется умереть. Остальные вернутся в ритуальный круг.

– Да хрен тебе по всей роже! – огрызнулся я. – Не в мою смену!

Народ перспектива медленно угасать, теряя ступени развития, тоже не обрадовала. Послышался напряженный скрип зубов, засверкало фиолетовым светом оружие, повисли в воздухе готовые сорваться в полет чары.

На лице лича не дрогнул ни один мускул, но прямо из стен один за другим стали выплывать призраки. Много. Едва ли меньше, чем нас. Некрономикон, конечно, говорил, что становление личом существенно повышает силы мага, но я не думал, что настолько! Впервые мне встретился кто-то кроме меня, кто мог единовременно контролировать такое число прислужников.

Правда какой ценой…

Шаткое равновесие в зале держалось на какой-то эфемерное величине толщиной с волос, и я собирался его уже нарушить, первым швырнув Укус мертвеца, как вдруг из-за колонны возле трона вынырнуло белое пятно, резко контрастировавшее с темнотой заброшенного зала.

– Ребенок⁈ – изумленно воскликнул Громослав, немного даже опустив молот.

Это в самом деле была Зарина. Все в том же дорогом платье, с аккуратной прической, украшенной блестящими побрякушками, в лакированных туфельках и с совершенно неуместным и вычурным обручальным кольцом на пальце.

Случайный луч света упал на обрамленный алмазами кристалл этерния и, преломившись десятки раз, разукрасил мрачные стены танцующими пятнами солнечных зайчиков.

– Дедушка, так ты все-таки решил устроить для гостей бал! – захлопала в ладоши девочка. – Прямо как раньше, в столице. Это так здорово! Здравствуйте, Леон, Леуш. – она помахала нам рукой. – А где Тумбочка? Я уверена, в замке найдется угощение и для нее.

– Что за сюр… – недоуменно хлопал глазами Громослав. – Я сплю?

– Спокойно. – хмыкнул я. – На самом деле она тоже мертва.

– А-а-а… – протянул гвардеец. – А⁈

– Зарина! – громогласно пророкотал лич. – Я же велел тебе оставаться в своих комнатах!