Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

Соавторы: Никита Киров,Тимур Машуков,Никита Клеванский
сообщить о нарушении

Текущая страница: 316 (всего у книги 348 страниц)

– Нападай, – отец накинул на себя темную вуаль – аналог боевого щита. – Ты же знаешь теорию, так что начни с простейшего шара тьмы.

Ну, это я точно знаю. Правда, из обычного пламени, но тут магия иная. Принцип-то в общем похож – это ж обычный конструкт. Зачерпнуть, придать форму и выпустить. Шар тьмы, говоришь?

Эфир послушно принял нужную форму и, пройдя по каналам, выплеснулся наружу, ударив в щит отца. Хорошо так врезал – тот аж чуть пошатнулся.

– Еще, – довольно улыбнулся он. – Давай Помутнение разума!!!

Это я тоже знал – подленькое плетение из школы проклятий, которое в бою сбивает каст и заставляет отвлекаться на мелочи. Защититься от него легко, но отец специально раскрылся. И тут же, поймав его, что-то забормотал себе под нос, стал пристально изучать песок под ногами. Секунда, и он сбросил проклятие.

– А теперь давай что-нибудь посерьезней.

Хм, что бы такое выдать? Так, тут у них все с приставкой темный, значит, выдам темную воду. Нет, не так – проклятую воду. Очень мерзкая хрень, которая, попав на человека, начинает наподобие кислоты разъедать все, чего коснется. И щиты ему не помеха – сожрет. А еще оно при этом издает жуткую вонь. Бр-р-р-р! Гадость в общем. Однако действенная и часто используемая. Теорию я знал и теперь самое время опробовать ее на практике.

– Отлично!!! – заорал отец, крутясь во все стороны. – Уровень дружинника, не меньше!!! Иного я от наследника Раздоровых и не ждал!!! А теперь…

Не знаю, кто меня дернул сделать следующее плетение – будто под руку подтолкнули… Из моей ладони вырвалась стрела света и устремилась к отцу. Тот ловким движением отклонился, попутно накрывая ее пеленой мрака.

– Эм… Это как вообще? – замер он, выпучив на меня глаза. Обычно серьезный и максимально равнодушный, отец сегодня вел себя как обычный родитель, радующийся успехам своего ребенка. – Какого цвета у тебя источник?

– Серый, – скрывать это я не посчитал нужным.

– Серый, да? – призадумался он. – А у меня?

– Черный. С переливами такими серебряными. Блестят так, что аж глазам больно. А еще ты сейчас собираешься эфир выпустить, – чуть напрягся я, увидев, как напряглись его каналы и ток по ним усилился.

Эх, мне бы такие – у него они были раза в два толще и прочней моих! А я-то думал, что вернул свои прежние кондиции. Впрочем, магия тут иная и сила у магов тоже. Может, маг шестой ступени там был бы на уровне дружинника или воина здесь.

– А вот сейчас ты прекратил.

– Значит, это правда, – внезапно успокоившись, он вытер проступивший пот со лба. – Ты можешь видеть магию еще до ее возникновения. Все-таки этот дар может передаваться по наследству. Права была наша прабабка, когда говорила об этом.

– О чем? – не понял я.

– Есть у нас в роду предсказание одно – одна часть его тебе пока неинтересна, а вот другая… В общем, она повелела назвать одного из своих потомков Видаром, то есть, видящим дар. И потомок этот должен был родиться в день солнечного затмения. Я вот как-то подзабыл о нем, а твоя мать нет. Так что имя мы тебе, можно сказать, не выбирали.

– И чем меня это порадует? Или нет, не так. Чем мне это грозит?

– Пошли ко мне в кабинет. Потому что это правильный вопрос, но говорить об этом надо в самом защищенном месте.

Ну, мы и пошли, а я по дороге гадал, что за хрень происходит, и во что я вляпался…

Глава 11

Вот и уже знакомый мне кабинет, в котором совсем недавно я общался с Настей. Вроде бы совсем мало времени прошло, а кажется, будто целая вечность… Все было как и в тот раз, вот только теперь на месте главного сидел не я, а отец.

– Ты вообще как, голоден? Есть хочешь? – задал он мне внезапный вопрос, когда мы сели. – А то я как-то увлекся всем этим…

– Есть не хочу, а вот чаю бы выпил. Удалось по дороге перекусить, -усмехнулся я.

– Жертв много? – понимающе кивнул он. – Мое вмешательство требуется?

– С десяток светлых, которые в себя поверили и решили наказать одного слабого темного всего лишь за то, что он зашел в их кафе.

– И?

– Было кафе «У Серафимы», а стало «Уголек». Навка не терпит полумер, да и голодная была.

– А я и сейчас голодная.

– Ты вечно хочешь жрать.

– У меня молодой и растущий организм.

– Тебе больше тысячи лет!!! Какой, к светлым, молодой?!!!

– Вот я и говорю – молодая, прекрасная и голодная. И вообще, ты мне обещал души этих предателей!

– Так и нечего было когтями щелкать, когда добыча уходила…

– Я вам не мешаю? – не выдержал отец.

– Прости. Мозг она выносит качественно. Еще не привык.

– Сам ты такой. Я хорошая!

– Вы прям как семейная пара после двадцати лет совместной жизни, – умилился он, но тут же вновь стал серьезным.

Пока служанка расставляла чайные приборы и блюда с выпечкой, испуганно косясь на Навку, отец сидел с каменным лицом. И только после того, как та вышла, активировал Вуаль молчания – аналог моего звуконепроницаемого щита.

– Видар, ты задал верный вопрос насчет твоего дара. Дело в том, что магию до того, как она покинет тело, никто не может видеть. Ну, разве что боги, наверное, но их силы и возможностей никто не знает. Одно это уже поднимает тебя над всеми остальными. А вот твой источник – знаешь ли ты, что означает его серый цвет?

– Что я могу пользоваться и темной, и светлой магией?

– Верно. Но это ещё не все. Это значит, что теперь для того, чтобы справляться со светлыми монстрами пустоши, светлые маги нам не нужны. Ты представляешь собой дисбаланс, камешек, что попал в шестеренки идеально работающего до этого механизма. Этот мир держится на одном правиле – темное не может существовать без светлого. И наоборот. Стоит миру узнать об этом прецеденте, как темные тут же задерут нос, а светлые постараются тебя убить. Без гнева – просто чтобы не ломать сложившийся за века баланс и не позволить нам получить преимущество.

– Но ведь я слышал, что можно сменить полярность – ну, в смысле, светлый, например, может стать темным?..

– Верно. Это возможно. Один раз в жизни каждый может сменить сторону. В этом, собственно, и заключается моя работа – находить среди светлых подобных сомневающихся и направлять их во тьму.

– Но подобные тебе наверняка есть и у светлых?

– Конечно. Такая работа ведется обеими сторонами, и это нормально, понимаешь? Таков сложившийся порядок. Все о нем знают и принимают его. И вот появляешься ты – неизвестная величина на стороне темных. Что бы ты сделал на месте императора Олега?

– Убил бы, чтобы не ломать систему.

– Верно. Не потому, что ты плохой или хороший. А просто потому что другой. Не все любят перемены.

– Ну, есть и ещё один вариант…

– Какой? – внимательно посмотрел на меня отец.

– Привязать к себе. Заставить сменить цвет.

– Хороший вариант. Но маловероятный. Будь ты из менее знатного рода, такое было бы возможно. Но мы, Раздоровы, приближены к трону, а значит, рычагов влияния на тебя нет.

– И что прикажешь мне делать?

– Скрывать свои возможности, что же еще. Об этой твоей способности знаю пока лишь я. И Навка. Поэтому пока демонстрируй только темную магию.

– И думаешь, не догадаются? В той же академии при поступлении артефакт показывает, светлый ты или темный.

– В этом ты прав. Он покажет предрасположенность. Но ты можешь сделать непонимающий вид, продемонстрировать темную магию. Они подумают, что произошла какая-то ошибка, потом об этом забудут, если ты больше не проявишь никаких отклонений от нормы. Сбои случаются, это не редкость. И поверь мне, им будет легче списать все на неработающий артефакт, чем поверить в серый источник. Так что с этого момента никакой светлой магии, пока я не разрешу.

– А что? Шанс на это есть?

– Конечно. У тебя появились новые возможности и грех ими не воспользоваться. Взять, например, те же пустоши – ведь мы не знаем, что находится за ними. Какие страны уцелели после того, как на нас с неба обрушился вихрь, разделивший мир на участки и породивший чудовищ.

Большому отряду через них не пробиться, а вот малому или одиночке вполне себе по силам. Представь себе, если ты пройдешь туда, где никто из нас не был, и вернешься обратно с новостями. А если там остались живые? Возможности открываются сумасшедшие. Поэтому для тебя теперь главным становится учеба и развитие. К выпуску академии ты должен взять боярина – не меньше.

– Ты еще скажи воеводу, – усмехнулся я.

– Это в идеале. А чего ты лыбишься – гены у тебя более чем достойные, потенциал под присмотром Сварога может безграничный открыться. Все будет зависеть от бога и немного от тебя. Если лениться не будешь, то очень высоко взлетишь. А там, глядишь, и свадьбу сыграем – от невест отбоя не будет.

– О, хорошо, что напомнил. В общем, я бы хотел разорвать помолвку с Настей Темниковой.

– А зачем бы мне это делать? Подобное серьезно ухудшит наши отношения с сильным родом?

– Ну, хотя бы затем, что ни она, ни я этого не желаем.

– Интересы рода выше хотелок наследников.

– А может, в интересах рода будет привести в него более подходящую по статусу невесту для такого сильного меня?

– Продолжай, – одобрительно кивнул он.

– Я Кристину имею в виду. Годунову.

– На дочку императора замахнулся? –усмехнулся он в усы.

– Если красть, так миллион, если влюбиться, так в принцессу.

– Породниться с императорским родом почетно. Но потянешь ли? Дочка у него, как я слышал, нрава уж больно крутого.

– Это ты уже предоставь мне. Есть у меня по этому поводу кое-какие мысли.

– Хорошо, – после недолгих раздумий согласился он. – Даю год тебе на охмурение девицы. Увижу, что ладится у вас, дам добро на расторжение предыдущей помолвки. Или возьмешь Настю второй женой, что тоже неплохо. Но это уже решишь сам. А пока даже заикаться об этом не смей, пусть все идет своим чередом. Получится – хорошо. Нет – значит, оставим все как есть. Покажи себя человеком, знающим цену словам, тогда и говорить станем.

Ты, Видар, себе создал не самую лучшую репутацию и трудно будет ее изменить. Хотя, уже сейчас я вижу, как ты поменялся, и это радует меня. Кстати, в честь инициации ты будешь уже официально представлен ко двору императора. Не как просто мой сын, а как наследник рода. Это дело почетное и важное. Так что готовься, церемония состоится через три дня.

– Мы там одни будем или как?

– Или как. Ради тебя никто отдельный прием устраивать не будет. Ну, пока по крайней мере. Будут присутствовать несколько ближников – те же Темниковы или граф Замогильников с сыном и дочерью. Они двойняшки, если помнишь. Еще вроде как барон Ягинский заявится, – поморщился он.

– А эти-то каким тут боком? – удивился я. – Простые бароны, и к императору…

– Зелья их новое развитие получили. Сильней стали, что империи во благо. Ягинские разрослись, везде свои представительства открыли. Того и гляди, они графский титул получат. Правда, поговаривают, что они и светлым контрабанду возят, но, как говорится, не пойманного на кол не посадишь.

Ну, и еще парочка гостей ожидается, их фамилии тебе пока ничего не скажут. Из выскочек они. Мы там самые родовитые будем, так что и внимания к нам больше будет.

– Ваше Темнейшество, – постучавшись, заглянул к нам гвардеец. – Вот, нашли в комнате Артема, – протянул он мой браслет.

– Свободен, – скрипнул зубами отец, едва сдерживая гнев. – Пригрел змею на груди, не разглядел обмана. А теперь расскажи мне в подробностях, что произошло, пока меня не было…

После разговора с отцом я был предоставлен сам себе, ну, и направился в свою комнату. Хотелось отдохнуть – день был не самым легким.

Стоя под струями воды, я смывал с себя все, что произошло за это время. И впервые чувствовал себя более-менее сносно. Инициация избавила меня от телесных ран, а вот остальное… Слишком хорошо я помнил, как резал сам себя. Такого и врагу не пожелаешь…

– Спинку потереть? -появилась в душе Навка в своем девичьем обличье. Причем была она голая, отчего мой организм, несмотря на перенесённый стресс, стразу взбодрился.

– Кто ж от такого отказывается? – усмехнулся я, повернувшись к ней спиной. И сразу почувствовал, как на мои плечи легли вполне себе материальные руки. И начался кайф.

Навка вполне умело орудовала всеми частями тела, то прижимаясь ко мне, то чуть отдаляясь. Ее шаловливые ручки гуляли по мне, и она играла на моих нервах, как опытный музыкант, каждым нажатием вызывая стон наслаждения. Наконец тело, не выдержав этой пытки, разрядилось так, что у меня чуть звезды из глаз не посыпались.

– Извини, чуть перестаралась, – без капли раскаяния сказала она. – Ого, ты уже готов к следующему раунду! А я слышала, что мужчинам надо время, чтобы восстановиться.

– Мужчины бывают разные, – зарычал я, подхватывая ее на руки.

– Ох, ты такой горячий!!! – взвизгнула она от неожиданности, отыгрывая смущение, когда мы рухнули на постель.

После этого я уложил её животом на подушку, раздвинул ноги, разместился сверху, пристроился и когда почувствовал, что смазки в её вагине достаточно, начал входить. Навка была полностью готова, поэтому долго осторожничать мне не пришлось. Уже скоро я по-хозяйски имел её, постанывающую, сзади, целовал её, шептал ей на ухо комплименты. Я понял, что в сексе она предпочитает вести себя пассивно и, если вообще двигается, то не слишком активно. Меня это не только не напрягло, но даже наоборот завело. Я мог взять всё происходящее полностью в свои руки.

Отымев Навку сзади, я перевернул её на спину в миссионерскую позу, раздвинул пошире её ноги, чтобы получше пристроиться и поглубже войти, и навалился на неё доброй частью своего веса, чуть разгрузившись за счёт упора локтями в кровать, чтобы её совсем не раздавить. Она, сдавленная подо мной и дергающаяся от фрикций, стонала: ей явно нравилось находиться полностью в моих руках. Пока я её трахал, я то запускал ей обе руки в волосы и массировал голову сквозь них, то эту голову грубо обхватывал, то целовал её, то крепко брал за шею или плечо, то фиксировал её руки своими, то прихватывал за ягодицы, то крепко сжимал её с боков так, что она вообще ничем не могла пошевелить и только сжималась и разжималась, то принимая в себя мой член, то выпуская его. Она, хотя и была пассивна (а что ей ещё оставалось подо мной), обильно текла – не думал, что духи так могут. Это меня очень заводило.

Затем я повернул её в одну из любимых своих поз: раком на боку, то есть, я остался в том же положении, что был в миссионерской, а её провернул на девяносто градусов и свёл её ноги вместе так, что она оказалась как бы в позе раком, но при этом не стоя на коленях и локтях, а лёжа боком на кровати. Я взял её одной рукой за основание шеи, а второй обхватил оба её запястья так, что под моим контролем сразу оказались обе её руки. При этом левым локтём я упёрся ей в талию сзади от неё, а правым прижал спереди. Так я её, обездвиженную и закрывшую глаза, дотрахал до оргазма.

Когда она начала кончать, я тоже уже давно был на грани и не извергался только потому, что хотел сначала удовлетворить ее. Но почувствовав содрогание ее тела, я наконец позволил себе с громким стоном разрядиться в нее, получив максимальное удовольствие.

Устало откинувшись на постели, я просто смотрел в потолок, наслаждаясь тишиной.

– Это было… круто, – Навка нависла надо мной, опершись на локоть.

– Круто. Не знал, что духи так хорошо могут отыгрывать материальность.

– А я и не отыгрывала. Не забывай, что чем выше порядок, тем сильней мы чувствуем жизнь. На втором я могу ощущать себя полноценной женщиной. А уж на первом, так вообще не отличишь от оригинала. Причем все будет настоящее, а не созданное. В общем, не парься.

– А цвет?

– А что с ним не так?

– Ничего, кроме того, что ты зеленая.

– А, ну это я пока не научилась исправлять, – смутилась она. – Тебе не нравится?

– Кто сказал? Экзотика же. Теперь все? Довольна?

– Ага. Все договоренности соблюдены – теперь я точно твоя. Хотя не до конца. Думаю, еще один раунд ты легко выдержишь, – заявила она, залезая на меня.

В общем, выдоила досуха, оставив пустоту в яйцах и негу в теле. Даже шевелиться не хотелось. Организм, получив ударную дозу адреналина, наконец пришел в норму и стал намекать, что пора бы и отдохнуть. Но сделать этого мне не дали.

Браслет разразился противным жужжанием, от которого заныли зубы. Не глядя, я тапнул и только потом сообразил, что прошел видеозвонок.

Экран перед глазами разделился. На одном был граф Гиви Вахтангович Трупкипанидзе, из рода некромантов – мой закадычный дружок. На другом Танька, ну, в смысле, Татьяна Алексеевна Темноводная – из рода призывателей чудовищ, баронесса, злючка и просто красавица. По слухам, она переспала уже с половиной наших ровесников, но нам не давала принципиально, не желая портить карму и терять друзей.

– Ты бы хоть прикрылся! – взвизгнула она, с интересом рассматривая мое тело.

– А сама то?.. – лениво ответил я, глядя на ее полупрозрачный топик без лифчика. Большая татуировка в виде змеи шла у нее от шеи, ныряла в сиськи и, опускаясь ниже, обвивала тело, создавая второй пояс.

– Танька жжет, но сейчас не об этом. Ты инициацию прошел⁈

– Ага, – зевнул я. – Отец сказал, что не ниже дружинника уровень.

– Огнище!!! – Гиви был как и всегда эмоционален.

Не знаю, что его привлекало к дружбе с трусоватым Видаром, но дружили парни крепко и уже давно. И даже появление в их компании Таньки, из-за которой они сначала чуть не поссорились, ничего не изменило. Со временем мы вообще перестали видеть в ней женщину, воспринимая как своего в доску пацана.

– Это надо отметить!!!

– Без меня. Я спать хочу, – опять зевнул я.

– Как это – без тебя отмечать твою инициацию⁈ Сдурел? Ничего не знаю, встречаемся через два часа в «Притоне».

– Через три, – уточнила Танька. – Через два у меня свидание.

– Управишься за час?

– Да там и за пять минут управлюсь. Делов-то.

– Такой слабак?

– Ну, девки сказали, что огонь. Но быстро перегорает. Хочу проверить.

– Оно тебе надо? – Гиви было пофиг, но чисто мужское любопытство играло.

– Ну, он из хорошей семьи. Кто знает, как там оно сложится. Я девушка вольная и нахожусь в поиске.

– Большого хера? – заржал некромант.

– Прокляну, – посулила девушка. – Под себя месяц будешь ходить.

– Вы призыватели монстров глубин, а не проклинатели!

– Тогда Видара попрошу. Он мне не откажет, правда же? – приблизилась она к экрану и эротично провела языком по губкам.

– Откажу, потому как не умею еще. И вообще, проклинать друзей – плохой тон. Еще и ответка может прилететь.

– Вот в последнее я верю, а не в чушь про друзей. Так что – в «Притоне» через три часа?

– Ладно. Ты и мертвого уговоришь, -потянулся я.

– А чего их уговаривать. Поднял и пусть чешут куда приказано.

– Мерзкий некромант, – послала Танька всем воздушный поцелуй и отключилась.

– Шлюха по призыву, – не остался в долгу Гиви, так же отключаясь.

– Достали оба, – сказал я в пустоту.

– Эй, я тоже хочу в «Притон»! – раздался сбоку голос. – Только мне надеть нечего.

Блин, чую этот день никогда не закончится!

Я упрямо закутался в одеяло…

Глава 12

«Притон» был максимально пафосным и условно нейтральным местом, где относительно вольготно чувствовали себя представители обеих сторон, и светлой, и темной.

Выглядел он соответственно названию – стены облупленные, но из дорогого дерева, декоративные лужи мочи перед входом, вопреки мерзкому виду пахнущие дорогим парфюмом. Охранники – вышибалы в обносках из последней коллекции приличного модного дома. Глядя на их фигуры, можно было заподозрить их маму в противоестественной связи с троллем. Покосившаяся вывеска с художественно разбитыми лампами и окна, зияющие пустыми проёмами без стёкол – всё строго по дизайну.

Внутри все тоже соответствовало стилю: официантки, одетые (а точнее, раздетые) как портовые шлюхи, с яркой помадой и искусственными тенями под глазами; бандитская рожа бармена, чьи холеные пальцы с дорогим маникюром явно никогда не сжимали ничего тяжелей бутылки.

Пафос, море пафоса, океан пафоса! Гармонично тут смотрелись и оплывшие свечи на огромной люстре-колесе, висящей на ржавых цепях, и деревянные столы и стулья, и искусственно состаренный пол.

Все это кричаще демонстрировало грязь и безысходность нищих районов и позволяло богатой молодежи почувствовать себя ближе к народу. Одевались тут кто во что горазд, стараясь переплюнуть друг друга в этой самой близости. Особым шиком считалось прийти сюда в тюремной полосатой робе от Всесветлого Мудашкина – единственного модельера, которому было разрешено жить и творить в любой части империи.

Так же «Притон» имел три, можно сказать, зоны, разделенные между собой. Светлая – где собирались светлые, темная – соответственно с темными и условно нейтральная, где сидели те, кому плевать на различия, ну, или кому хочется показать удаль молодецкую, сойдясь в драке с себе подобными. Именно в этой зоне не было охраны и администрация не несла ответственности за то, что в ней происходило. Надо ли говорить, что поперлись мы именно в нее.

Не скрывая раздражения, я шел вперед как танк, таща за собой Навку, которая меня успела выбесить.

Надеть ей, видите ли, нечего. Ты, мать твою, дух – создай себе одежду сама! Но нет. Она – дама и так не хочет. По магазинам было лень ехать и я потащил ее в комнату Агаты, где от новых, ни разу не одетых шмоток ломились шкафы.

Потом последовала долгая примерка всего, включая нижнее белье, быстрый секс и опять примерка. В результате мы провозились больше двух часов, отчего я еще больше злился. И так устал, так еще и эта…

Нет, можно было, конечно, забить и никуда не ехать, но это традиция, которую нельзя было нарушать. Каждый благородный аристократ, прошедший инициацию, должен был закатить пирушку, подраться, переспать с первой попавшейся девицей, а потом гордо этим хвастаться. Это же правило касалось и дам. Все то же самое, вот только переспать они могли как с парнями, так и тоже с девицами. Это не порицалось. А вот на мужеложство смотрели все-таки искоса – такое вот гомофобное неравенство. Как по мне, и то, и то мерзко, но таков уж этот мир.

Две машины с охраной высадили нас перед входом, а сами перекочевали к толпе таких же, как они, бедолаг, что будут ожидать богатых детишек и тащить потом их пьяных домой. Внутрь им хода не было.

Фейс-контроль на входе показал, что я пока еще вполне вменяемый князь, и поэтому дальше я прошел свободно. К Навке вообще никаких вопросов не возникло – на время она стала невидимой, вместе с одеждой.

Впрочем, она сразу появилась, стоило нам войти в царство музыки и веселья. Увидев машущую мне рукой Таньку, я пошел к столику, за котором уже сидел и Гиви, планомерно накачивающийся модным в этом сезоне коктейлем «Три висельника» – ром, водка и апельсиновый сок. Танька же просто пила водку, считая, что это стильно.

Дружеские объятья, взаимное представление – Навка, согласно нашей договоренности, стала баронессой Навьей Шишиговной, приехавшей к нам по обмену из-за Урала. Мол, тут она в первый раз, моя гостья и все такое.

Гиви тут же решил подкатить к ней яйца, за что был послан в грубой форме. Это привело Таньку в восторг и она предложила выпить той на брудершафт. За них, красивых, и козлов мужиков.

– А чего так-то? – поинтересовался я, рассматривая меню и ни хрена в нем не понимая. Ну вот что, например, мне должно было сказать блюдо с таким названием – «Труп из подворотни»? Или напиток «Отрыжка жреца»?

– Хрень полная. Это были худшие две минуты в моей жизни.

– Реально, что ли? – неподдельно удивился я. – Настолько все плохо у него?

– Даже хуже, – мрачно отозвалась она. – Мало того, что скорострел. Так еще и орудие у него мелкокалиберное. И заряжается так долго, что я не выдержала и ушла. Тоска-печаль.

– Зато у Видара как у коня. И может долго, – влезла в разговор Навка.

– Правда? – заинтересовалась та. Потом замотала головой. – Не, фу-фу-фу!.. С друзьями спать нельзя. Это мой… ик… принцип.

– Быстрые вы, – завистливо протянул Гиви, осматривая зал в поисках кого-нибудь симпатичного.

Кстати, через два столика от нас обнаружилась Настя. Ну та, из Темниковых которая. Сидела она в большой компании, среди которой был и этот урод Кривдин. Она демонстративно к нему льнула, правда, без особой радости на лице, как мне показалось. Будто повинность какую исполняла. При этом она старательно делала вид, что меня не замечает. Ну, и я не стал лезть – раз не хочет здороваться, ее право.

– А чего это Видар у нас трезвый⁈ Мы же тут по поводу собрались!!! А ну, догоняй!!!

В стакана мне плеснули какой-то жидкости, по запаху напоминавшей растворитель. Чокнулись, выпили – а ниче так – вкусненько! И согревает хорошо.

Между первой и второй проклятье не пролетит – повторили.

– Ну, давай рассказывай, как все прошло, – Танька с любопытством сфокусировала на мне пьяненький взгляд.

Вообще-то алкоголь магов слабо брал, ну, и при желании можно было протрезветь за секунду. Но такой глупости тут никто не делал, потому что обычно цель прихода сюда была именно напиться.

– Чего рассказывать? Вихрь, гром, потом явился Переруг. Матерно меня обругал, пожелал мне побыстрей сдохнуть – ну, это он так благословляет, и все на этом. Потом с отцом чуть подрались. Он и сказал, что у меня уровень дружинника, не меньше. Точней в академии скажут.

– Во, кстати – это тема! Мы ж все будем в этом году поступать, – оживился Гиви. – Я тут пробил по своим каналам – набор будет сильный. А еще говорят, что Светлана, младшая дочь императора Светлых, тоже будет в этом году поступать в академию. А с ней вместе еще куча народа. Как бы не стали давить темных.

– Да херня это. Кристина Годунова уже на втором курсе. А у нее знаешь, какая поддержка? Светлые и носа не будут высовывать из своих общаг.

– Это ты так думаешь. А я вот уверен, что заруба будет страшной. Прикинь, когда две высокородных красотки начнут делить территорию. У нас и Кристина-то характером не подарок. А у этой Светы – так вообще крыша поехавшая. Слухи ходят, что последнего своего жениха она так избила, что его родители жалобу подали.

– Да ты гонишь!!!

– Зуб даю. Мне отец рассказывал, что скандал вышел жуткий. И ее сюда в наказание отправляют, чтобы, значит, перевоспиталось дитятко. Интересно, а она хорошо сосет? – размечтался он.

– Судя по всему, она скорей откусывает, – заржал я. – Так что не суй куда не надо.

– Ага, тебе легко говорить. У тебя вон Навья есть. А я один-одинешенек. И никто на груди не пригреет, – попытался он под шумок положить руку на сиську Таньки, за что получил по морде. Но не обиделся – это у них своеобразный ритуал. К тому же о любвеобильности Трупкипанидзе легенды ходили, за что он уже бывал неоднократно избит ревнивыми парнями. Правда, дамы его ухаживания воспринимали вполне благосклонно – их род был богат и вхож к императору. Так что Гиви был завидной партией, чем бессовестно пользовался. Осуждать я его не мог, потому как тут это в порядке вещей.

– Навья, ты тоже будешь поступать? -переключилась на нее баронесса.

Вообще, кто-то скажет, странно, что в компании графа и князя она столь вольно себя чувствует. Но это если не знать, чем занимается их род. Бароны Темноводные были неким аналогом военно-морских сил империи. Пустоши ведь не ограничивались землей – из воды тоже лезло много всякого гадкого. Так вот, они против этого и сражались. Причем очень успешно. А тушки убитых зверей продавали, и задорого. По богатству они переплюнули многих князей, а уж по влиянию… Достаточно сказать, что главу их рода император лично поздравлял с днем рождения. Им тоже пророчили скорое графство, причем слухи ходили вполне определенные и даже называли конкретные даты – через два месяца на большом приеме.

Из всей их богатой и очень серьезной семьи выбивалась лишь Таня – вечная бунтарка. Правда, ее дед – глава рода – внучку безумно любил и многое ей прощал. Ну, и наша компания его полностью устраивала – по происхождению мы очень высоко стояли, и уверен, дед был бы не против, если бы один из нас стал ее мужем. Но нет, мы только друзья и ничего больше.

– Думаю еще над этим. Но наверное поступлю, – Навка нерешительно посмотрела на меня.

До нее дошло, что когда я буду в академии, ей придется обходиться без меня, и ее это совсем не обрадовало. Однако просто так сильного духа туда не пустят, а скрывать ее до бесконечности не выйдет. Маги там сильные, враз почуют.

Вот, теперь остро встал вопрос о ее легализации. Черт, сколько же проблем из -за баб! Впрочем, когда она рядом, я могу в принципе не париться – порвет любого и добавки попросит.

– Хули тут думать – поступать надо однозначно, – Гиви ударил стаканом об стол. – Примем тебя в нашу стаю и будем всех рвать, кто косо посмотрит.

– Стаю? – вопросительно уставилась она на меня.

– Не спрашивай. Гиви говорит, что мы стая, Танька считает, что мы банда.

– А ты?

– А я называю нас – Мранные.

– Это что значит?

– Ну, как-то хотел сказать «чудак» на букву «М», а сказал «странные»… Так и появилось – мранные. Мудаки, но с магией, в общем.

– Видар, не начинай. Мы стая! Ау-у-у-у, – завыл Гиви.

– Мы банда!!! – завопила Танька. – Отправим светлых на тот свет!

– Светлых к свету, светлых к ответу! -раздались вопли разгоряченных алкоголем темных.

– Темные мрази, вылезли из грязи! Темным темную!!! – не остались в долгу светлые.

Градус напряжения резко возрос, как и градус выпивки. Молодежь старательно накачивала себя горячительным, соображая, уже можно кидаться в драку или выпить еще. Использование магии тут было строжайше запрещено. Нарушителей потом изгоняли с позором и весьма приличным штрафом. Так что если и бились, то только используя подручные средства или кулаки.

С нашей стороны отделилась пара человек, что направились в сторону светлых. Те сделали то же самое – ясно, сейчас будут как коты долго орать друг на друга, вспоминая или придумывая обиды, а потом начнется махач. Сценарий стандартный и виденный мной не один раз.

Вот за это я и не любил нейтральную зону – отдохнуть тут спокойно никогда не получалось. Однако посещать ее надо, потому как место статусное и отдыхает здесь вся верхушка аристократии. Утверждать не буду, но говорят, тут бывают даже дети правящих родов. Но лично сам подобных не встречал.

А кстати, кто от наших-то? Так, одного вроде знаю – граф Мстов Димка. Ну, с этим все понятно. У них богиня Мста покровительница. И кроме войны, они ни о чем другом думать не умеют. Второй барон Камнев – дуболом. Только руками махать может. Правда, если попадет, можно сразу отходную молитву читать. То, что от тебя останется, никакой некромант не поднимет. Еще двух не знаю – империя большая, всех не запомнить.

А вот главный у светлых – личность примечательная, и год назад была у всех на слуху – князь Абидов. Правда, еще недавно его род был темным, под покровительством девы Обиды, но перешел к светлым, и все они поменяли цвет, а так же, согласно традиции, сменили первую букву фамилии. Кто теперь из богов им покровительствует, я не знал, но предателей никто не любит. Вроде он учится на последнем курсе академии, но это не точно. Остальные для меня были светлыми лошадками, раньше я их не видел.