Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

Соавторы: Никита Киров,Тимур Машуков,Никита Клеванский
сообщить о нарушении

Текущая страница: 285 (всего у книги 348 страниц)

– Окей.

Мы двинулись, оставив стоящие машины сзади, свернули на небольшую тропинку и через пару минут выехали в развилку около двух холмов. Оливера, в светлом парике, и вязаной шапочке сидел за рулем, Баркли рядом, я расположился на заднем сиденье. Периодически Гарри связывался с кем-то по рации и снова клал рацию в проем между сиденьями.

Вопреки моим опасениям доехали до города без проблем. «БМВ» нырнула в поток транспорта. Минут десять кружили, поворачивали в разные стороны, Гарри бдительно посматривал в зеркало, но хвоста не обнаружил. Оливера как всегда был абсолютно невозмутим, но бдительности не терял, пару раз провожал подозрительным взглядом автомобили рядом.

«БМВ» привезло меня на площадку, к небольшому двухэтажному особняку, на окраине города. Баркли и Оливера сопроводили меня на второй этаж, остановившись около большой железной двери. Гарри два раза стукнул, сделал паузу, потом ещё раз. Затем достал ключи, минуту возился с замками, которых оказалось три и наконец открыл тихо скрипнувшую дверь. За дверью меня встретил улыбающийся Пауль и крепкий коренастый мужчина лет тридцати пяти с браунингом наперевес. Руководитель штази улыбнулся, кивнул напарнику, здоровяк молча спрятал пистолет в наплечную кобуру.

– Всё прошло нормально, без инцидентов? – уточнил Пауль.

– Да, – коротко ответил начальник СБ. – Преследователей отсекли, засаду объехали. Пересадили Майка в другую машину, пустой кортеж пустили для отвлечения внимания. По дороге проверялись, кружили по городу – хвоста нет.

– Хорошо, – кивнул Пауль. – Вы можете пока перекусить и отдохнуть. А мы пока с Майком пообщаемся.

Баркли кивнул и вместе с бесстрастным Оливерой скрылся за поворотом коридора.

Пауль чуть прошел вперед, открыл одну из дверей в коридоре, и жестом пригласил меня проходить. Комната оказалась кабинетом. Штази подошел к большому конференц-столу, пригласил сесть во главе, сам устроился рядом.

– По Синдикату информацию собираете? – уточнил я.

– Конечно, – моментально ответил Пауль. – Есть много сведений по фигурантам и финансовым потокам. Ваша информация очень нам помогла. Хотя по ней возникло несколько вопросов.

– Вы насчёт избирательности предоставленной информации? – тонко улыбнулся я. – Будто её специально слили, чтобы нашими руками свести счёты?

– Именно, – подтвердил штази. – Похоже, у вас тоже сложилось такое впечатление.

– Сложилось, – подтвердил я.

– Но у меня пока слишком мало данных, чтобы сделать однозначный вывод, – добавил Пауль. – Возможно, позже, когда соберем больше сведений и проанализируем, можно будет утверждать конкретно: это слив, чтобы подключить нас к внутренним разборкам в Синдикате или просто так получилось. Предметный разговор, по поводу, что мы накопали, займет большое количество времени. Мы просто не успеем.

Пауль вскинул руку и озабоченно глянул на циферблат «Сейко».

– Коммерсанты зайдут через шесть минут. Предлагаю обсудить самое важное, до встречи с ними. Предметный разговор о том, что мы накопали, займет много времени. Досье и всю информацию, собранную на Синдикат, можем позже доставить к вам в Москву для вдумчивого ознакомления.

– Пусть будет так, – согласился я.

– Есть срочные вопросы и пожелания?

– Конечно, есть, – ответил я. – Вы уж оценили камни и драгоценности?

– В первую очередь, – тонко улыбнулся Пауль. – Каждый алмаз сфотографировали, снимки уже передали по дипломатическим каналам геноссе Вольфу. В ФРГ есть один ювелир, с которым мы сотрудничаем. Точную оценку камней он провести пока не может, надо смотреть лично. По фотографиям и размерам, сказал, после огранки они будут стоить не меньше двух с половиной миллионов. Ювелир готов сразу выкупить камни оптом за полтора миллиона. Содержимое шкатулки по снимкам он предварительно оценил в восемьсот пятьдесят тысяч, добавил, что цена может вырасти после осмотра. Требуется ваше согласие на отправку.

– Эриху Крамеру? – усмехнулся я. – Конечно, отправляйте, нам нужны деньги.

– Вы знаете Эриха? – удивленно поднял бровь штази. – Не ожидал.

– Я много кого знаю, – многозначительно ответил я. – Время у нас ограничено, давайте решим вопрос с распределением денег. Не считая тех сумм, которые я вам передал для открытия компаний и расходов, за камешки и драгоценности Морриса мы, как минимум, получим порядка двух миллионов триста пятьдесят тысяч, правильно?

Пауль кивнул.

– Предлагаю решить вопрос так. Триста пятьдесят тысяч – премиальный фонд для ваших людей, первоначальная сумма на билеты и подъемные для переезда ваших семей. Это, естественно, только начало, фонд будет регулярно пополняться. Возражений нет?

– Нет, – коротко ответил штази. – Кстати, четыре с половиной тысячи из бумажника мы потратили на оперативные расходы и обеспечение вашей безопасности. Информирую в порядке отчетности за деньги.

– Без проблем, – кивнул я.

Немного помолчал и добавил:

– Два миллиона мы вложим в открытые вами оффшорные фирмы. Вынужден ещё раз уточнить, поскольку суммы немалые, вы доверяете своим коммерсантам?

– Да, – подтвердил Баркли. – Они уже проводили операции со значительным объемом средств, никогда не подводили. К тому же сильно обязаны нашей организации, мы в свое время сильно им помогли. С другой стороны, у нас имеется информация, которая может не только уничтожить их деловую репутацию, но и отправить за решетку на долгое время за участие в наших схемах.

– Кнут и пряник? – усмехнулся я. – Это правильно. Увеличим их заинтересованность: предложим отличные зарплаты и три процента каждому от прибыли проводимых сделок. Как думаете?

– Согласен, – невозмутимо ответил штази.

– Значит, решено, – подытожил я. – С карточек Морриса что-то снять пытались?

– Нет. Возможность такая была, но решили не рисковать, – бесстрастно пояснил Пауль. – Наверняка, наши оппоненты тоже об этом подумали и взяли этот момент под контроль. Технически это сделать несложно, тем более с возможностями и финансовыми ресурсами Синдиката, но след все равно останется, а мы хотим этого избежать.

– Окей, – кивнул я. – Правильно поступили. На своей жадности многие прогорели. В большом деле нельзя палиться на мелочах. Идём дальше. Вношу предложение, премировать людей, которые сорвали покушение на меня в особняке Мадлен. Выдайте им, хотя бы тысяч по пять-семь долларов.

– Сделаем, – кивнул Пауль.

– Премируйте сотрудника заметившего снайпера в окне, возле Эмпайр-Стейт-Биллдинг, и на ваше усмотрение всех отличившихся, обеспечивавших мою безопасность, в том числе и сегодня.

– Злоупотреблять денежными премиями тоже не следует, – безучастно возразил штази. – Наши люди работают не ради долларов.

– Понимаю и целиком одобряю, – я чуть улыбнулся. – Но поощрения, в том числе материальные, как и любые другие, должны быть. Пусть ваши люди видят – их работа ценится и вознаграждается по достоинству.

– Хорошо, – согласился Пауль. – Это всё?

– Нет, – бросил я. – Баркли должен был передать вместе с документами по Синдикату мои рекомендации по работе на биржах, фьючерсной и фондовой, а также список акций, которые надо выкупать уже прямо сейчас.

– Передавал, – вздохнул Пауль. – Мы дали соответствующие команды и ваш список директорам: Митчу Эвансу и Нику Симмонсу. У них возникло много вопросов. Они не хотят действовать вслепую, настаивают, что хоть в общих чертах должны понимать замысел и реализуемую стратегию. Тогда смогут выполнить свою работу лучше.

– Вот поэтому я сегодня здесь, чтобы всё объяснить, – пояснил я.

В дверь тихо постучали.

– Заходите, – властно крикнул штази.

Оливера приоткрыл дверь, впустил двоих: представительного седого джентльмена лет пятидесяти, и высокого плечистого блондина с холодным взглядом. Оба были в безукоризненно сидящих костюмах: седой – в темно-синем, блондин – в сером со стальным отливом.

Пауль встал, я поднялся следом.

Штази обменялся рукопожатиями с гостями и повернулся ко мне.

– Это, Майк Елизаров. Он главный инвестор, ваш босс и руководитель нашего проекта. Рекомендации, которые вы прочитали, были его.

– Николас Симмонс, – чопорно представился пожилой джентльмен. – Директор компании «Симмонс энд сонс инк». Имею в собственности сеть закусочных, букмекерскими скую контору и мотель. Этими проектами сейчас управляют два сына и дочь.

– Очень приятно, – кивнул я, пожимая ещё крепкую ладонь.

– Митч Эванс, – представился атлет. – До недавнего времени был младшим партнером и руководителем брокерской группы «Глобал финанс инвестмент». Сейчас остаюсь её совладельцем. Частный брокер со всеми необходимыми документами. Владелец фирмы, экспортирующей сталь и древесину. «Стил энд вуд». Имею в собственности небольшое кафе. Занимался регистрацией компании «ЭйДи кэпитал итернешнл» и по согласованию с товарищами являюсь её директором.

Ручища у здоровяка оказалась каменной.

– Рад познакомиться, – приветливо кивнул я. – Джентльмены, время – деньги, поэтому давайте сразу перейдем к делу. Какие у вас возникли вопросы?

Коммерсанты переглянулись. Затем Эванс кивнул Симмонсу, уступая очередь.

– Давайте присядем, – предложил седой. – Так удобнее вести деловые разговоры.

– Конечно, – я указал рукой на стулья.

Когда все заняли свои места, вопросительно глянул на Ника, ожидая продолжения.

– Майк, можно к вам обращаться так? – уточнил пожилой джентльмен.

– Не имею ничего против.

– Нас интересуют несколько вопросов.

– Слушаю, – изобразил внимание я.

– Мы получили рекомендацию начать скупать акции около пятидесяти компаний в разных сферах.Перечислю по памяти несколько из них. Это Майкрософт, Оракл, Эппл, Сиско Систем, Делл, Эппл, занимающиеся программным обеспечением и производством компьютеров, фармацевтические Джонсон энд Джонсон, Пфайзер, БМС и многие другие в иных сферах, я просто устану их перечислять. Чего вы хотите добиться?

– Акции этих компаний в ближайшее время будут только расти, – спокойно пояснил я. – В дальнейшем мы создадим большой инвестиционный фонд, вы передадите эти акции ему в управление.

– Инвестиционный фонд? – поднял бровь Симмонс. – Я слышал о таких вещах. У нас в Нью-Йорке в прошлом году создали компанию «Блекрок», как часть подразделения «Блекстоун групп». А в Пенсильвании есть «Вангард» давно управляющая пакетами акций. Но самый известный и могущественный на сегодняшнее время «Бердфоршир Роял» Говарда Бэррингтона. Слышали о них?

«В досье Беррингтон упоминался одним из учредителей Синдиката вместе со стариной Рокволдом», – отметил я. – «Но слили именно его, в отличие от других. Интересно».

– Конечно, слышал, – я криво усмехнулся и добавил:

– Судя по той информации, которой обладаю, «Вангард» и «Блекрок» активно развиваются, получают всё большую прибыль. В будущем они могут стать корпорациями-гигантами с многомиллиардными доходами. Потому что грамотно анализируют рынки, определяют будущие скачки цен, скупают нужные пакеты акций. Но у нас цель немного другая. Некоторую часть акций продадим с прибылью. Нужно стать крупным держателем акций и через инвестиционный фонд войти в совет директоров определенных компаний.

– Каких? – живо спросил Симмонс. Эванс подобрался и придвинулся вперед, не желая упустить ни единого слова. В льдистых голубых глазах блондина сверкнули искорки интереса.

– Позвольте мне пока сохранить интригу, – уклончиво ответил я. – Не потому, что вам не доверяю. Руководствуюсь простым правилом: максимально исключить утечку информации и не раскрывать суть операции ещё на начальном этапе. Просто чем больше народу знает о наших настоящих планах, тем выше вероятность провала.

Коммерсанты опять переглянулись.

– Окей, – после небольшой паузы, кивнул седой. – Пусть будет так. Возможно, в своё время мы, с вашего разрешения, ещё вернемся к этому вопросу.

– Возможно, – вежливо кивнул я.

– Тогда поясните ещё один момент. Вы представляете, сколько надо вложить, чтобы выкупить пакеты акций, позволяющие вашему фонду войти в состав директоров этих компаний. Речь даже не о миллионе-двух идет, а о десятках, если не сотнях, возможно даже для этого потребуются миллиарды.

– Прекрасно представляю, – парировал я. – За это можете не переживать. Деньги будут. Мы с Паулем уже договорились выдать вашим конторам по миллиону долларов. Это для начала.

– Два миллиона уже имеются в наличии? – азартно спросил блондин.

Штази солидно кивнул, подтверждая мои слова.

– Но даже если так, это все равно ничтожно мало, – буркнул седой.

– Сказал же, для начала, – надавил голосом я. – Чтобы вы сделали первые пробные покупки и начали зарабатывать деньги, следуя моим рекомендациям.

– Да, кстати, по поводу рекомендаций, – оживился Симмонс. – Вы посоветовали скупить на фьючерсных биржах контракты на золото в октябре и продать в ноябре. Почему?

– Потому что, в ноябре, цена на тройскую унцию подскочит на сорок – сорок с лишним долларов, а потом в декабре опять немного упадет.

– Как вы можете такое утверждать? – возмутился Симмонс, трагически воздев руки к небу. – Этого не знает никто, только господь бог. А вы, Майк, при всем уважении, совсем на него не похожи.

«Ага, так я тебе и расскажу. Просто в прошлой жизни изучал возможности инвестирования, в том числе как колеблется цена на драгметаллы и другие ценные ресурсы, какие факторы на неё влияют, а память у меня фотографическая. Один раз посмотрел на таблицы, отметил пиковые колебания и запомнил», – я мысленно ухмыльнулся.

– И вообще с чего вы это взяли? – не мог успокоиться пожилой джентльмен.

– У меня инсайд, – невозмутимо ответил я. – Или вы до сих пор наивно верите в невидимую руку рынка? Спешу вас разочаровать. Часто резкие скачки или падения цен связаны с конкурентными войнами, картельными сговорами или определенными действиями крупнейших игроков рынка.

– Хорошо, даже если и так, вам никто об этом не расскажет, – немного успокоился Ник. – Эти, как вы их называете, крупные игроки не будут общаться с такими как вы. Сколько у вас за душой, миллион, два, три? А у них миллиарды!

– Раз вы такой недоверчивый, – криво усмехнулся я. – Я дам вам один намек, при условии, что сказанное мною не покинет пределы этой комнаты.

– Даю слово, – мгновенно откликнулся Симммонс.

– Я тоже, – подтвердил Эванс.

– Мы с Мадлен Рокволд, внучкой Даниэля Рокволда – близкие друзья и компаньоны, – невозмутимо пояснил я. – Недавно имел интересный разговор с Бернардом Барухом-младшим, если вам что-то говорит это имя. Знаю Бетти Морган, подружку Мадлен, тоже входящую в одну из богатейших семей Америки.

Я сделал многозначительную паузу и с нескрываемым сарказмом спросил:

– Как думаете, люди такого уровня могут обладать инсайдами?

Молчание было красноречивым. Бизнесмены посерьезнели.

– Возможно, возможно, – наконец задумчиво пробормотал Симмонс. – Это многое объясняет.

– Ещё вопросы джентльмены? – иронично поинтересовался я.

– У вас имеется рекомендация собрать несколько миллионов к началу лета девяностого, и немного попридержать их для дальнейших операций на фьючерсных биржах. Можете хотя бы кратко пояснить, о чем идет речь? Или это тоже секрет? – блондин придвинулся ещё ближе, голубые глаза сверкали азартом и предвкушением больших сделок.

– С возможным началом войны на Ближнем Востоке. Там события развиваются так, что летом она разразится и нефть подорожает, – охотно пояснил я. – Все решения внутри стран уже приняты, спецслужбы это знают. Но цены держаться на пике будут недолго. Где-то по моим прикидкам, максимум, полгода. Поэтому в октябре контракты надо скидывать. Ещё вопросы?

«Второго августа Ирак нападет на Кувейт. Уже в июле цена начнёт расти и в октябре девяностого вырастет вдвое с 17-ти до 36-ти долларов за баррель. Потом рынок начнёт стабилизироваться, поскольку американцы в хлам разгромят иракскую армию, но хороший куш сорвать можно. Но кто вам правду скажет?», – мысленно усмехнулся я.

– Это очень интересно, – медленно проговорил Симмонс, явно что-то прикидывая.

– Разумеется, вероятность ещё не означает сто процентов, что война будет, – поспешил добавить я. – Могут возникнуть разные, неучтенные факторы. Например, президент одной из стран неожиданно умрёт или власть резко поменяется. Поэтому деньги надо собрать, попридержать и начать действовать после моей команды.

Оба коммерсанта энергично закивали.

И ещё один важный момент, добавил я.

Сделал небольшую паузу, приковывая внимание.

– Мы слушаем вас, Майк, – вежливо напомнил седой.

– Зарегистрированные вами фирмы только начало. Таких предприятий надо создать пару десятков и провести закупки акций небольшими партиями, а потом слить их воедино, через наш хедж-фонд. При такой стратегии мы выигрываем время и усыпляем бдительность крупных собственников. Когда они спохватятся, что контроль за предприятиями начнёт уплывать из рук, будет поздно.

– Но деньги? – обескураженно развел руками Симмонс. – Вынужден снова вернуться к вопросу, поднятому в начале беседы. Даже с вашими связями и возможностями, не понимаю, где их взять? Боюсь, вы не отдаете себе отчет, какие суммы могут понадобиться. Даже не десятки миллионов, а миллиарды. Где вы их найдете? Нет, я осознаю, связи и первоначальные капиталы у вас есть, но для выкупа больших пакетов акций, требуются огромные финансовые вливания.

– Я прекрасно отдаю себе отчёт во всем, что делаю и собираюсь сделать, – холодно пояснил я. – Ещё три года назад у меня была комната в коммуналке и полностью отсутствовали деньги даже на то, чтобы угостить девушку мороженым в кафе. А сейчас в собственности несколько крупных прибыльных компаний, ежемесячно зарабатывающих миллионы рублей и долларов. И это только начало. Что же касается вашего вопроса, где я возьму деньги, всё продумано. Во-первых, меня поддержит крупный банк, об этом уже есть предварительная договоренность. Возможно, не только он один.

– Рокволд? – улыбнулся Эванс

– И он тоже, – невозмутимо подтвердил я. – Во-вторых, по моим рекомендациям на Нью-Йоркской товарной бирже и многих других заработаем, минимум, десятки миллионов на фьючерсных контрактах.В-третьих, одному из вас придется сотрудничать с Мадлен Рокволд, используя её связи, скупать земли и недвижимость в различных штатах, которая в силу запуска различных государственных проектов и законов, подорожает в десятки раз. В-четвертых, в Союзе я становлюсь монополистом по производству и продаже американских автомобилей. Скоро мой партнер поедет в Японию, Корею и Европу, чтобы заключить эксклюзивные контракты с местными автопроизводителями. Это уже не говоря, о других, не менее выгодных операциях, и моих компаниях в иных сферах, приносящих солидную прибыль. Учитывая, что наш проект растянется на годы, стратегическая цель – скупка больших объемов акций и вхождение в Советы директоров нужных мне компаний, вполне может быть достигнута. И ещё один важный момент: ваша мотивация. Вам будут назначены хорошие зарплаты, ежемесячно выплачиваться круглая сумма на представительские расходы, и три процента от прибыли со всех выгодных сделок, проведенных с участием вашей компании и вас. Все подробности, нюансы по оплате и представительским расходам обсуждайте с Паулем.

– Процент со сделок тоже обсуждать? – поинтересовался повеселевший Эванс.

– Нет, – сухо отрезал я. – Три процента, больше, извините, дать не могу. Учитывая, что деньги не ваши, вы будете работать уже по готовым схемам и полученной мною информации, предложение королевское. Вы не согласны или чем-то не довольны?

– Нет, что вы, Майк, – перепугался пожилой джентльмен. – Предложение, действительно, великолепное. Мы полностью согласны с вашими условиями. Правда, Митч?

Блондин кивнул.

– Вот и хорошо, – кивнул я и поднялся. – Если вопросов больше нет, на этом давайте прощаться джентльмены.

Когда за коммерсантами закрылась дверь, я немного подождал и повернулся к Паулю:

– Собирайте информацию о финансовых потоках Синдиката, когда будет понимание, где и у кого собирается большая куча наличных и ценностей, готовьте операции по изъятию. Будет справедливо, если мы заберем грязные деньги у гангстеров и направим их на благое дело.

– То, что вы сказали бизнесменам, реально? – уточнил штази. – Или где-то преувеличили?

– Всё абсолютно реально, – заверил я. – Они, используя мои советы, заработают десятки миллионов в ближайший год. Просто нам требуется очень много денег. Не забывайте, ещё сотни ваших людей с семьями из ГДР эвакуировать, выкупать землю и строить собственный поселок в Африке или Азии.

Глава 30

Баркли уехал, Оливера отвел меня в апартаменты, расположенные в конце коридора. В гостиной почти на всю комнату раскинулся огромный диван с двумя креслами, напротив – тумбочка с телевизором «Джи Ви Си», на журнальном столике лежало несколько книг и журналов. Крохотная кухонька с небольшой печкой, несмотря на размеры, оказалась вполне уютной и удобной. В холодильнике я нашел несколько полуфабрикатов, разогрел пиццу в микроволновке, достал бутылочку «колы». Посмотрел местные каналы, лениво щелкая по клавишам, обнаруженной на столике «лентяйки». Поймал начало «Великолепной Семерки» с Юлом Бриннером, Чарльзом Бронсоном, Стивом Маккуином, Джеймсом Коберном, лениво понаблюдал за знакомыми приключениями бравых ковбоев, защищающих деревню от бандитов, попивая прохладный шипучий напиток и закусывая плоской лепешкой с колбасой, сыром и оливками.

Баркли приехал, когда отгремели последние выстрелы и титры фильма сменились рекламной паузой.

Эффектная девица, мило улыбаясь ровными белоснежными зубками, только начала рекламировать зубную пасту вкрадчивым голоском, и в дверь тихо постучали.

– Войдите, – разрешил я.

Главный безопасник появился на пороге, снял обувь, прошел в комнату и разместился в кресле напротив.

– Разогреть пиццу или бургер? – поинтересовался я. – Могу порезать колбасы, помидоров, огурцов для перекуса. Больше, увы, ничего нет.

– Не нужно, – отказался Гарри. – Я ненадолго. Разговаривал с вашим секретарем и компаньоном. Двойник уже в номере, вещи перенесены в апартаменты мистера Барсамяна. Билеты куплены. Рейс утром, поэтому рекомендую отдохнуть и как следует выспаться перед дорогой. Первым на «континентале» с охраной поедет ваш двойник. Барсамян с секретарем выедет на «линкольн-таун-каре», но по другой дороге. В аэропорт вы поедете с нашим человеком и Оливерой. Он наиболее подготовлен для охраны. Я буду вас сопровождать сзади на другой машине, заодно присмотрю, чтобы всё было в порядке. Не забудьте до выезда сдать все стреляющие штучки Гектору.

– Не забуду, – кивнул я.

– И ещё один момент, я попросил Анну связаться с советским посольством, пусть выделят человека. Дипломат подъедет прямо в аэропорт и проследит, чтобы вы улетели без всяких осложнений.

– Вам не кажется, что слишком много предосторожностей? – иронично хмыкнул я. – Такое впечатление, словно за мной охотятся все спецслужбы мира.

– За вами охотятся лучшие киллеры Синдиката, – с каменным лицом отчеканил Баркли. – Моя задача, чтобы вы улетели из Штатов живым и здоровым. Предосторожностей в этой ситуации не может быть много. Их, наоборот, мало, поскольку мы ограничены ресурсами и людьми.

– Как скажете, – я развел руками. – Безопасность – ваша забота, я вам полностью подчиняюсь.

– Тогда не буду больше отнимать время, – заявил начальник СБ. – Вон в том ящичке постельные принадлежности, диван раскладывается, он по размерам как большая двуспальная кровать. Вам должно быть удобно. Отдыхайте и постарайтесь выспаться. Завтра в восемь подъем. В восемь тридцать выезжаем.

– Слушаюсь, геноссе Баркли, – я шутливо отдал честь.

Утром меня разбудил настойчивый стук в дверь. Я потянулся, с трудом открыл глаза и хриплым от сна голосом крикнул:

– Минутку.

Пришлось вставать и идти открывать дверь. В коридоре стоял как всегда невозмутимый Оливера.

– Гарри скоро подъедет, – бесстрастно сообщил он. – У вас есть тридцать минут, чтобы привести себя в порядок и одеться.

– Ладно, – я посторонился, – Зайдешь?

– Нет, – отказался боливиец. – Мне тоже надо приготовиться. Гарри просил передать, чтобы вы не задерживались, всё просчитано по минутам. Там в шкафу лежит черная куртка, она должна вам подойти, на полке сверху – бейсболка. Наденьте их.

– Окей. Через полчаса буду готов, – пообещал я.

Тридцать минут пролетели как одно мгновение. Принял душ, распаковал одноразовую щетку в целлофановой упаковке, почистил зубы, перекусил разогретыми бургерами из холодильника, выпил кофе и быстро переоделся. Когда закончил надевать ботинки, в дверь опять постучали.

– Вы готовы? – осведомился Гарри. Начальник службы безопасности «А-Альянса» в длиннополом темно-синем пальто и до блеска начищенных черных ботинках, как всегда выглядел безупречно. За спиной Баркли, маячил Оливера и ещё несколько человек.

– Конечно, – кивнул я.

– Тогда сдайте Гектору ваши штучки и выходим на улицу.

– Ладно, – пожал плечами я.

Передал Оливере, ручку и портсигар и вышел.

Около особняка нас ждали две машины: «Шевроле-селебрити» цвета «стали», и серый «фиат-панда». В первой уже сидела знакомая симпатичная брюнетка. Я запомнил ее, когда выходил из «Плазы» – тогда она отвлекала администратора.

Мы сели в «шевроле», я – на заднее сиденье, Гектор рядом с брюнеткой. Баркли с коренастым мужиком, впервые встретившим меня в холле офиса, погрузились в «панду».

– Поехали, Мэри, – скомандовал Гектор.

Брюнетка кивнула, повернула ключ в замке зажигания, нажала на педаль газа. Машина тронулась с места.

– Нас ищет полиция, – бесстрастно сообщил Оливера. – Рядом с аэропортом дежурят и возле Эмпайр Стейт Биллдинг. Неофициально. Офицеры, сотрудничающие с Синдикатом, дали команду своим подчиненным, под любым предлогом остановить тебя, найти наркотики или оружие, арестовать, доставить в участок, некоторое время там продержать, а потом выпустить. На выходе, вас немного поведут и ликвидируют.

– У меня сразу несколько вопросов возникло, – помрачнел я. – Первый, откуда вы это знаете? Второй. Зачем такие сложности и многоходовые комбинации?

– Я давно живу в Нью-Йорке, – скучным голосом пояснил Гектор. – По заданию старших товарищей наладил связи везде. В полиции тоже – у меня много знакомых и друзей, в основном из Латинской Америки. В прошлом они нам пару раз помогли провернуть пару дел, не бесплатно, конечно. Знают, со мной можно сотрудничать. А такие многоходовые комбинации люди Синдиката провели, потому, что уже теряли нас из виду. Киллеры не уверены, что смогут успеть и остановить вас по дороге в аэропорт, а выпускать из Америки не хотят. Им очень нужно вас ликвидировать.

– Ладно, – хмыкнул я. – Принимается.

Минут пятнадцать мы ехали в тишине, я рассматривал мелькающие в окне здания, пешеходов, проезжающие машины, Гектор хранил молчание, поглядывая по сторонам. Мэри вела машину.

Неожиданно, в районе пояса колумбийца что-то громко затрещало и зашуршало, я вздрогнул от неожиданности, но сразу успокоился, заметив, как Оливера поправил на ремне прямоугольник рации, щелкнул штекером, подхватил провод с миниатюрным наушником, прикрепленным прищепкой к воротнику, и сунул поролоновую пуговку в ухо.

– Черный на связи, слушаю, – буркнул он, поднеся к рукав к лицу. Наушник еле слышно зашипел, Гектор молчал, принимая информацию.

– Понял, принял к сведению, – наконец буркнул он, опустил руку, щелкнул кнопкой, прерывая сеанс связи, отсоединил штекер, снял динамик.

– Зачем столько телодвижений? – поинтересовался я. – Снимать, потом снова надевать.

– Помехи, шум в ухе постоянно, – сухо ответил боливиец. – Отвлекает и рассеивает внимание. А рацией лишний раз мелькать в машине не стоит, может привлечь ненужное любопытство.

– Понятно. Что передали?

– «Континенталь» остановила полиция. Проверила документы у нашего человека, обыскала машину, ничего не нашла и вынуждена была отпустить. Людям Синдиката сейчас сообщат, что вас там нет. У аэропорта придется быть осторожным вдвойне. Скорее всего, вас не узнают. Но бейсболку всё-таки чуть поправьте, когда будете выходить. Так чтобы козырек максимально лицо закрывал.

– Ладно, – кивнул я.

Оставшийся путь, до стоянки перед аэропортом, прошел спокойно. Никто не тормозил, не пытался протаранить или убить. Когда мы остановились перед входом, Оливера снова заговорил:

– Выходите с Мэри. Изображаете влюбленную пару. Когда зайдете в зал ожидания, можете расслабиться. Там уже находятся все ваши. До самого отлёта вас будет охранять Орловски со своими парнями. У них легальное оружие и всё лицензии на охрану, проблем не будет. Да и в зале аэропорта никто не решится устраивать покушения, много полиции, людей с оружием. Но на всякий случай, будьте начеку.

– Понял.

Мэри льнула и прижималась ко мне грудью и бедрами, изображая пламенную страсть, я обнимал её за талию, играя роль ухажера. Даже возбудился немного, уж больно хорошая фигурка была у брюнетки, небольшая упругая грудь, тонкая талия, стройные ножки, всё на своих местах.

Путь от стоянки до входа в аэропорт преодолели без проблем. Ещё одна парочка в потоке пассажиров и встречающих, не привлекала особенного внимания.

Когда мы очутились в зале ожидания, Мэри легонько надавила коготками на локоть и взглядом указала вперед:

– Ваши там стоят, идите к ним, а я отойду. Буду наблюдать со стороны.

Я глянул, действительно, Ашот, Анна, Адамян стояли с тележками, нагруженными сумками и чемоданами, и крутили головами, пытаясь рассмотреть меня в толпе. Чуть дальше, недовольно надув толстые губки, нетерпеливо переминался с ноги на ногу Петр Сергеевич. Маленький дипломат выглядел немного растерянным и тоже провожал взглядом проходящих мимо людей.

Меня в бейсболке, черной куртке, и наброшенным сверху капюшоне, никто не узнал.

Когда до друга, секретаря и сопровождающих, оставалось метров десять, Ашот глянул, прищурился, расплылся в широкой улыбке и пошел навстречу:

– Миша, наконец-то! Мы уже переживать начали, да.

Взгляды всех присутствующих скрестились на мне. Напряженные лица разгладились, появились улыбки. Мы с Ашотом обменялись рукопожатиями. Подлетела взволнованная Анна.

– Михаил Дмитриевич, слава богу, появились.

Я улыбнулся и обнял девушку.

– Ань, помнишь, когда-то говорил, мне надо верить, всё будет в порядке? – прошептал в маленькое розовое ушко.

– Помню, – выдохнула девушка.

– Вот и хорошо, – улыбнулся я, отстраняясь.

– Миш, сюда полицейские идут, – буркнул Ашот.

Я обернулся. Прожигая меня хмурыми взглядами, к нам направлялись двое полицейских: кудрявый смуглый брюнет и рыжий, мужик постарше, с россыпью веснушек на белоснежной коже. Оба держали ладони на рукоятях пистолетов, выглядывающих из тактических кобур. Орловски со своими ребятами напряглись, но останавливать полицию не стали.

– Мистер Елизаров? – холодно осведомился рыжий.