Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

– Другое дело. – изрек я, критически оглядывая результат своей работы.

Но как же быть с эволюцией?

Достав из кольца один из последних плодов, я закинул его в рот и принялся жевать, однако слюни не выделялись. Как и желудочный сок. Ну и все остальное, необходимое для пищеварения.

Впрочем, нельзя сказать, что эволюция происходила исключительно за счет такого тривиального явления, как метаболизм. Скорее главную функцию все же выполняла циркуляция Межмировой Энергии, которую я возобновил, питая каждую клеточку мертвого тела некротической силой. Но и кое-какие функции, вроде движения крови, я тоже восстановил. Хотя для этого и пришлось управлять ими вручную.

Возможно имелся и другой способ продолжить эволюцию, став личом, но изобретать его на коленке мне не хотелось. Да и привычнее так.

Однако, несмотря на все мои старания, процесс не продвигался. Я чувствовал это и телом, и душой, которая тоже никак не отзывалась на циркуляцию. В чем же дело?

– Идиот! – обругал я себя, огрев ладонью по лбу. – Сраный нелюдь ведь сломал наш Камень!

А какая без него эволюция? Привык, блин, что все по блату.

В принципе, ничто не мешало мне прямо сейчас усесться за создание нового, но заниматься этим в сердце чужой твердыни… Да еще и когда на поверхности неизвестно что происходит… Похоже придется отложить до лучших времен. К сожалению.

Я собирался уже отправиться в город, на ходу улучшая и переделывая созданные ранее чары, как заметил одну странность.

Вывороченный из пола кусок каменной плиты.

Вот только тот не прислонился к стене, и даже не пробил ее, а будто частично утонул, как упавшее в воду бревно.

Плюнуть? Или пойти посмотреть?

Я мог бы бросить монетку, но одна весьма важная мысль неожиданно посетила мой разум, заставив принять решение самостоятельно. И я шагнул к казавшейся нерушимой стене.

Глава 14

Я подошел к стене чуть ли не вплотную, и визуально она ничем не отличалась от соседних участков. И именно это настораживало. Как могли получиться два идентичных узора расплавленных подтеков?

Я провел пару быстрых экспериментов, и если Укус мертвеца преграду преодолеть не сумел, то брошенный кусок металлического мусора просто-напросто исчез, вместо того чтобы отскочить и упасть мне под ноги. Примерно та же участь постигла и гуля. Тот спокойно шагнул в стену, а затем вернулся, волоча по полу костяные пальцы-спицы.

– Иллюзия. – догадался я.

Ну или что-то в этом роде.

Мое мертвое тело не боялось боли, но я все равно рефлекторно выставил вперед руку, чтобы не расквасить нос в случае неудачи. Рефлексы они такие. Даже двумя смертями не перешибешь.

Без проблем преодолев преграду, я оказался в небольшом помещении, носившем следы недавней роскоши. Вот только эти следы теперь преимущественно догорали по углам, стены покрывали жирные пятна копоти, а на полу лежали окровавленные и обожженные трупы, не поддающиеся идентификации.

Впрочем, не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться, что те принадлежали эльфийским старейшинам, с которыми разделался Фингалинор.

Главной же достопримечательностью являлось, как и надеялся, Древо. Основной источник защиты Мифалласа от агрессивной пустыни Диких Земель.

Нелюдское Древо действительно ничем не отличалось от наших и представляло собой полуживое-полуискусственное кристаллическое растение, пронизанное сияющими золотыми прожилками. Чарующее. Красивое. И совершенно непонятное.

Теперь ясно, как князь сумел подкрасться ко мне со спины. Он просто вышел отсюда и застал меня крушащим нелюдские Краеугольные Камни. Сам же эльф спустился под землю исключительно ради убийства мешавших ему старейшин. В результате чего мы и встретились.

Но как же все-таки опрометчиво с его стороны оставлять практически невредимым тело Некроманта, чье имя прогремело на весь регион. А может уже и на соседние тоже. В конце концов у мага смерти могут найтись в рукаве козыри, недоступные другим видам чародеев.

Вот она цена эльфийской спеси и надменности. И теперь за ошибки лидера, поплатится весь город. А следом и вся раса!

Я уже достал из кольца огромный двуручный меч, как неожиданно почувствовал что-то у себя за спиной и резко обернулся, держа наготове скалящийся ядовито-зеленый череп.

Но тот не пригодился.

Прямо у меня на глазах из облака точно таких же ядовито-зеленых миазмов соткался до боли знакомый прямоугольный силуэт, обтянутый чем-то подозрительно напоминающим человеческую кожу.

– Здарова, партнер. – поприветствовал меня все привычным лишенным эмоций голосом Некрономикон. – Вижу, без дела зря не сидишь. Наконец сумел заметить мое появление. Никак приблизился к венцу творения?

– По-твоему, нежить – это венец творения? – я оперся о двуручный меч и скептически изогнул бровь.

– А ты сомневался? – шелестнул страницами Некро. – Вроде не совсем идиот, давно должен был понять. Хотя вообще я имел в виду себя. Но и лич тоже неплохо. Для начала.

Как всегда в своем репертуаре.

Я вздохнул и закатил глаза, что никак не повлияло на поведение самовлюбленного артефакта.

– И много ты видел личей? – спросил я, пользуясь случаем.

– Да уж изрядно. – Некрономикон сделал неполный круг и замер в воздухе между мной и Древом. – Взять хотя бы твоих слаб…

– Ты понял, о чем я. – суровым тоном перебил его я.

– М-да. – вздохнул Некро. – Ты и так остроумием не блистал, а со смертью, похоже, последние крохи потерял. Не проверял, может еще чего ценного отвалилось?

Я и сам прекрасно понимал, что в мертвом теле мне стало недоступно не только сердцебиение с пищеварением, но и кое-какие другие функции. За все нужно платить. А за могущество так и вовсе многократно. Но слушать это от бесячей книженции я не собирался.

Кое-как взвалив меч на плечо, я сделал несколько шагов в сторону, обходя артефакт, однако тот тоже сместился и снова завис передо мной. Как будто преграждая путь.

– Ну ладно-ладно. – выдал он. – Какие мы нежные. Уже и пошутить нельзя. – Некрономикон качнулся на месте, как поплавок при поклевке. – Встречал я личей. Хоть и немного. Но ритуал ты на удивление воспроизвел почти верно. Не вижу в тебе никаких существенных отклонений. А значит, можно предположить, при некотором допущении, хотя я и сам в это с трудом верю, но, похоже, ты умудрился улучшить обряд. Поздравляю!

– Счастье-то какое… – съязвил я.

– Думаю, понаблюдаем за тобой лет триста-четыреста, и, если в труху не развалишься, позволю записать его прямо в меня! – продолжал Некрономикон. – Для будущих, так сказать, поколений. Ты горд? Далеко не всем из тех, с кем мне доводилось иметь дело, выпадала такая честь.

– Обойдусь как-нибудь. – буркнул я. Но тут меня посетила одна крайне важная мысль. – В тебя можно что-то записывать? В смысле, в тебе есть записи?

– Э-эй, ау! – Некро помахал у меня перед лицом обложкой с черепом. – Я вообще-то книга. Книга Мертвых. Конечно, во мне есть записи. Ты видел где-нибудь книгу с пустыми листами? Это уже блокнот какой-то получается. Или альбом для рисования.

– Слушай сюда, альбом. – произнес я со всей серьезностью. – У тебя есть что-то для воскрешения? Не зомби, гуля или еще какой нежити, а нормальное воскрешение? В полностью живого человека. Заклинание, ритуал, обряд, таинство. Да хоть камлание! Ну, говори! Есть?

– Ничего себе ты замахнулся, партнер. – слегка отшатнулся от меня артефакт. – Такого даже боги не могут.

– Богов нет!

– Ну тогда никто и не может. Оставь эту мысль. Не трави себе душу.

– Врешь!

Я потянулся рукой к Некрономикону, чтобы взять его и полистать. Если раньше я не рисковал делать нечто подобное, опасаясь умереть, то теперь остановки сердца или другой аналогичной ерунды я мог точно не бояться. Кому, как ни личу, читать Книгу Мертвых?

Однако Некро не дался и резво отлетел чуть назад.

Тогда я выпустил из себя небольшое облако измененных частиц Межмировой Энергии и, напрягшись, придал им форму руки. Это было не заклинание или что-то в этом роде, а скорее… изъявление воли. Я бы вряд ли смог сражаться этой конечностью, как Фил, но вот схватить своевольный артефакт шансы вполне имелись.

И что самое главное, клятва Омиша на подобное действие никак не отреагировала! Что, в целом, логично. Ведь я не собирался причинять «партнеру» вред, а просто хотел узнать скрытые в нем тайны. Экскалибур то с Леушем знаниями делится. Так почему мой артачится?

Клятва Омиша мне не помешала, а вот сам Некрономикон вполне. Он тоже выпустил рой ядовито-зеленых частиц, из которых куда быстрее сформировал руку и огрел ею мою, от чего та развеялась.

– Не шали. – погрозил мне пальцем Некро. – Есть вещи, которые не следует знать даже личам на ступени Разделения.

– А кому следует?

– Точно не тебе.

– Ну и пошел в задницу!

Странно, что, будучи нежитью, я продолжал испытывать эмоции. Злость на Некрономикон, обида поражения, боль и гнев от смерти родителей. Я думал, что они должны утратиться или хотя бы утихнуть, но, видимо, за них отвечало что-то нематериальное.

Например душа.

Я по-прежнему сомневался в самом факте ее существования, а термин использовал для удобства обозначения, но в текущий момент другого объяснения придумать не мог.

– Сдвинься. – скомандовал я Некро. Я решил, что еще потренируюсь в использовании своей новой силы, а потом снова попытаюсь выведать его тайны. Рано или поздно получится. – Ты ведь не хочешь сказать, что явился сюда защитить Древо чертовых нелюдей?

– Что? – артефакт сделал вид, что не понял. – Ах ты про это. – он отлетел чуть в сторону. – С чего бы мне его защищать? Рушь, круши, ломай. Чем больше смертей, тем дальше ты продвигаешься в Некромантии. Что мне, собственно, и нужно.

– Зачем? – спросил я, но ответа не получил.

Да и фиг бы с ним. Будто у меня других забот нет, чем копаться в мотивах взбалмошной книженции. Вот разберусь с остальным, а потом и до него руки дойдут. Никуда не денется. Клятва Омиша связывает его также, как и меня.

Подойдя вплотную к Древу, я поудобнее перехватил меч, одолжил сил у Мугзанга и с размаха обрушил оружие на казавшийся монолитным ствол. Удара тот не выдержал, и, издав жалобный звон, источник Купола рухнул на пол, разлетевшись на тысячи сверкающих осколков.

Как прежде наша, теперь и эльфийская столица лишилась своей защиты. Вот только имелся один нюанс…

Обернувшись, я хотел бросить взгляд на Некро, но того и след простыл. Хотя теперь я чувствовал, что он находится где-то рядом. Правда не совсем понятно где. Достался же, блин, артефакт!

Я вернул меч назад в кольцо и шагнул обратно в комнату Краеугольных Камней. И сразу услышал со стороны выхода какой-то шум. Хотел бы я чтобы это оказались люди, разгромившие эльфов и пришедшие грабить сокровищницу, но всецело на подобное уповать не стоило. Тем более, что, судя по звукам, незнакомцы с кем-то сражались.

Нет, не сражались. Просто уничтожали оставленных мной в дозоре приведений, с которыми я потерял связь из-за смерти. Похоже князь счел ниже своего достоинства тратить на них время, и теперь прислал слуг разобраться. А заодно и вынести мое тело.

Но для последнего я однозначно разрешения не дам. Я, может, и умер, но ноги у меня еще не отнялись. Сам выйду.

Бросив взгляд на горсть висевших у меня над головой светляков, я хотел уже наклепать новых бестелесных прислужников, но все-таки не стал. У меня чуть ли не отвращение вызывало несовершенство структуры разработанных ранее плетений. Сложно пользоваться чем-то дефектным, когда знаешь, что можно лучше. Гораздо лучше.

Сперва у меня промелькнула мысль оперативно усовершенствовать заклинание, создающее призраков, однако я сообразил, что в текущих обстоятельствах удобнее и быстрее будет просто разработать другие чары. Тем более, что ранее я уже какое-то время размышлял над этим вопросом. Особенно после встречи с нежитью Влатислава.

Отдавшись наитию, я взял двух светляков, слил их воедино и принялся ваять совершенно новое существо, придавая ему более или менее антропоморфный вид. При этом я заглянул значительно глубже в структуру объекта и вносил правки напрямую, исходя из собственного виденья необходимого результата.

Процесс шел легко и бойко, а измененная Межмировая Энергия послушно струилась меж моих пальцев, как тонкий родниковый ручей. В какой-то момент я понял, что мне не хватает материала, и, протянув руку, просто взял еще одного светляка и, добавляя его содержимое к творимой магии.

В результате за считанные секунды я вылепил уникальное создание, по всем параметрам превосходившее призраков. Оно обладало большей плотностью, что позволяло наносить физический урон, но в то же время слабые атаки не могли причинить ему вреда. Маги же ниже ступени Развития или воины со слабым восприятием вообще его не увидят. Кроме того, мне удалось добавить одно довольно любопытное и крайне полезное свойство.

Я назвал этот тип нежити духом, а соответствующее заклинание уже оформилось у меня в голове. И я тут же им воспользовался, сформировав из трех светляков точную копию экспериментального прислужника. Они оба отправились прямиком в стену.

Не успел я взяться за следующего, как на пороге показалась пара эльфов. Нелюди держались абсолютно непринужденно и даже затеяли небольшой спор, делая ставки на то, как быстро князь испепелит забывших свое место челов. Завидев меня, стоящим на ногах, а не валяющимся на полу в луже крови, они сперва встали в ступор, но довольно быстро сориентировались и принялись готовить умения, постепенно окутываясь фиолетовым сиянием Межмировой Энергии.

Обычной. Не измененной.

Наверное, сами они думали, что действуют молниеносно, но для меня их движения и перемещение силы казались соревнованиями улиток на окне заброшки.

Став личом, достигшим вершины развития, и прошедшим две эволюции, я отчетливо видел, что один эльф является магом, а другой воином. Что оба находятся на ступени Развития. И что один собирается нападать, в то во время как второй колдует что-то оборонительное.

Я не дал им сделать ни того, ни другого.

За спиной у каждого появилось по духу. Мои прислужники вытянули вперед свои полупрозрачные руки, и с кончиков их пальцев сорвались ядовито-зеленые скалящиеся черепа, мгновенно оборвавшие жизни, чертовых ублюдков. Те даже пикнуть не успели, а на их лицах навсегда застыли гримасы боли и удивления. Души же их пополнили мою коллекцию светляков.

– Можно было и лучше. – я разочарованно цыкнул, убирая тела в Теневой могильник.

Пусть я и создал новую нежить, но Укус мертвеца мне удалось лишь немного улучшить прямо в процессе волшбы. Работы там еще непочатый край.

Но зато духи получились, что надо!

Еще только воскреснув в виде лича, я проанализировал случившиеся со мной перемены и обратил внимание, что мои чары не приобрели эффекта коррозии, как это было у Влатислава. Тогда я пришел к выводу, что это не побочное действие, а полноценное заклинание, которое герцог слил с другими и транслировал через своих прислужников.

Теперь такую возможность я добавил и своим духам.

Они не только находились под моим постоянным контролем, но и обладали дополнительным магическим каналом. Таким образом я мог сформировать чары в море души, используя «Третий глаз», а воплотить их в реальность не самостоятельно, а через духа. Что только что и проверил на парочке любезно присланных мне подопытных крыс.

Нужно будет не забыть поблагодарить за них Фингалинора. Посмертно.

Случившийся только что инцидент еще раз ткнул меня носом в несовершенство как моего колдовского арсенала, так и немертвой свиты. Поэтому перед подъемом на поверхность я решил еще немного задержаться в тишине дворцового подземелья. Ведь я имел мысли не только по части новой бестелесной нежити, но и наработки касательно их материальных коллег.

Со смачным шлепком на оплавленный пол лег труп вождя огров. Существо, умудрявшееся при жизни использовать как боевые умения, так и магию. Фактически уникум. И теперь я гораздо лучше видел суть его естества. Будто сменил лупу на электронный микроскоп.

Словно опытный хирург, я вплетал нити Межмировой Энергии в труп, воздействуя одновременно на мышцы, кости и другие материи, недоступные медицине прошлого. А может и вовсе не существовавшие до Первого Вторжения. Сейчас уже не проверить.

Одновременно с этим я извлек из Теневого могильника светляка, полученного из души огра. Тот по-прежнему походил на застывшую в процессе деления зиготу и нес в себе куда больше информации, чем я полагал ранее.

Теперь я понял в чем была загвоздка, когда я создавал лича из убитого мной цедрика. Мне не хватало понимания магии металла, которой тот владел на весьма достойном уровне. Хорошо хоть я каким-то чудом ухватил отпечаток концепции, благодаря которому мне и удалось сохранить прислужнику хотя бы несколько заклинаний. Вообще удивительно, как я смог тогда сделать это, не видя того, что видел сейчас.

Продолжая процесс воскрешения, я обнаружил, что вождь при жизни обладал весьма специфическим Ядром, будто сплавленным из двух разных. Что, казалось бы, в принципе невозможно, ведь те имели не только разную структуру, но и различные назначения. Тем не менее оно имело место, а значит я смогу его повторить.

Разве что плотность меня не устраивала. Огр развил себе лишь каменное, я же хотел сделать ему… алмазное! Зачем мелочиться, когда речь идет о сильнейшем прислужнике, которого я когда-либо создавал. Тем более, что я теперь превосходил его на целую ступень, а значит задача должна несколько упроститься.

Я продолжал трудиться, постепенно приближаясь к финалу, когда понял, что вождь, обитая в Трещине, овладел весьма скудным набором умений. Проведя аналогию, я рисковал на выходе получить мощный танк, но с пистолетом вместо дула. Причем с травматическим.

Что же делать?

К счастью, у меня имелся достаточный запас тел и душ, чтобы решить эту проблему, а нужный метод подскажет сама Некромантия.

Я чувствовал себя способным сделать все, что придет в голову.

И принялся творить!

Глава 15

Магия смерти слушалась меня, как отражение с другой стороны зеркала. Но и сам я тоже не сплоховал. Я делал такие вещи, которые раньше мне бы даже в голову не пришли. Теперь же решения возникали интуитивно и тут же воплощались посредством измененной Межмировой Энергии. А другой я отныне и не увижу.

Словно виртуозный фокусник, я извлекал из светляков концепции, постигнутые их владельцами при жизни, и вливал их в свое творение. Лишенные же самой сути светящиеся сферы я безжалостно выбрасывал будто скомканные коробочки из-под сока.

Но и на этом я не остановился. Вытаскивая из Могильника походящие тела, я брал из них части, которые прививал трупу огра. Но я не просто наращивал ему мышцы, а передавал вместе ними наработанные годами тренировок рефлексы и навыки.

Просто удивительно как много всего хранилось в памяти простого куска мяса и сущности, считавшейся душой!

Страшно представить, сколько лет мне понадобилось бы, чтобы это понять в обычных условиях. Не удивительно, что ритуалы становления личом практически исчезли, а их самих нещадно истребляли. Ведь если бы подобный обряд провел Фингалинор, но он один бы с мог противостоять сразу нескольким Разделившим. Причем тут же. Без подготовки, необходимой для этого мне.

Но зато, когда я закончу формировать свою свиту, не останется препятствия, способного меня сдержать! Ведь именно в правильно подобранных прислужниках заключается сила настоящего Некроманта. И я чувствовал, что теперь моя армия перейдет на совершенно новый уровень. И по качеству, и по количеству!

Продолжая колдовать над телом огра, в какой-то момент я понял, что этот процесс может занять целую вечность. Нет предела совершенству. А значит его, как и ремонт, нельзя завершить, а можно только прервать. К тому же меня поджимало время, ведь наверху по-прежнему шло сражение, а к городу приближалось эльфийское войско, встречаться с которым я все еще не хотел.

Поэтому, поставив завершающий штрих, я под завязку залил в нового прислужника силу и вдохнул в него жизнь.

Не забилось мертвое сердце. Не всколыхнулась, втягивая воздух, мускулистая грудь. Но павший вождь распахнул веки и поднялся на ноги, постепенно осознавая возможности нового тела. Он получился даже еще больше, и мощнее, чем был при жизни. Но самое главное, что в отличие от остальной моей нежити, в его потускневших глазах светился разум. Холодный, колючий и бесконечно преданный своему создателю.

– Повелитель! – голосом, похожим на камнепад в горах, пророкотал огр, склонив голову и опустившись на одно колено.

Только в этой позе он перестал надо мной возвышаться, словно утес. Но, чувствуя его эмоции, как свои, я знал, что меня он видит не крохотной букашкой, а могучим созданием, от которого зависит все его существование. Ведь так и было на самом деле. Я его создал, и я же мог оборвать его «жизнь» в любую секунду. Одной лишь единственной мыслью.

– Встань. – приказал я, и вождь беспрекословно повиновался. – Отныне ты рыцарь смерти и служишь на благо человечества!

– Как угодно моему повелителю. – ответило существо без тени промедления.

Я еще раз окинул его придирчивым взглядом.

Под посеревшей кожей бугрились рельефные мышцы; волосы практически все выпали, а те, что остались, свисали неряшливыми седыми прядями; клыки торчали из лишенной губ пасти, словно возведенный наспех частокол. Но самое главное, что от него так и веяло мощью, а вырывавшуюся наружу силу можно было разглядеть невооруженным взглядом.

Ах да. Лишнюю недоразвитую голову я тоже запрятал вглубь тела, чтобы не смущала меня своим видом, а противников не наводила на ненужные мысли. В целом получилось неплохо. Не идеально, но я остался доволен.

– Держи. – я протянул рыцарю смерти двуручный меч, которым разбил уже два Древа.

Его по моему специальному заказу выковали в Ижмариле взамен доставшегося Леушу Экскалибура, поскольку я знал, что рано или поздно оживлю огра, и тому потребуется оружие. Хотя с размером я все-таки прогадал. Клинок едва ли не со всего меня длиной казался игрушкой в лапищах здоровенного монстра. Но заранее тут было никак не угадать.

Приняв меч, вождь не стал проверять его балансировку, как это сделал бы любой живой воин, а просто застыл в ожидании дальнейших приказов. Впрочем, я ничуть не сомневался, что в случае необходимости он воспользуется оружием наилучшим образом. Ведь именно таким я его и создал!

– Пойдем. – бросил я, направляясь к выходу. – Нужно отдать кое-кому должок.

И я ушел, оставив за спиной лишь внушительную кучу искореженных трупов, отдавших все самое ценное моему первому рыцарю смерти.

В этом подвале я умер. Но здесь же родился и новый я, готовый с удвоенной силой очищать родную Землю от заразы нелюдей. И ничто не заставит меня свернуть с выбранного пути!

Шествуя по пустынным коридорам и лестницам в компании дохлого огра и пары духов, я ни на секунду не прекращал работать над своими заклинаниями, улучшая их одно за другим и внося правки в уже улучшенные. Таким образом я был уверен, что воскрешенный теперь в виде зомби Освоивший даст фору Осознавшему, а гуль вообще сможет тягаться с Развившим.

Я будто разом поднял всех своих потенциальных прислужников на целую ступень.

Уверен многие, застрявшие на своих стадиях, отдали бы что угодно за возможность вот так легко шагнуть дальше. Я мог бы дать им это. Но цела была одна. Жизнь.

Поработал я и над мощнейшими из своих уже созданных приспешников. Ведь если раньше я питал их обычной Межмировой Энергией, то теперь у меня такой не осталось, и я больше никогда не смогу ее получить. А значит им придется приспособиться под новый источник силы.

Ну как «им». Конечно, все заботы легли на мои плечи. Но поскольку нежить свою создавал я сам, а мои измененные частицы идеально подходили для Некромантии, то мне не составило труда переделать их Ядра и вместилища для работы с другим типом Энергии. Ведь я и сам теперь являлся нежитью, а значит еще лучше понимал происходящие в ней (вернее в нас) процессы.

Так что в результате и Мугзанг, и Инделлан, и цедрик, и патриарх Глендельвейдов сохранили все свои возможности. Их самих, правда, не мешало бы существенно улучшить для повышения эффективности, но на это требовалось куда больше времени, чем на переделку структуры чар. Все-таки уже готовое существо, а не умозрительная концепция.

А вот Аскара с Катуром и парных ниндзя я лишился навсегда. Они дотла сгорели в пламени Фингалинора. И пусть сотворил я их всего лишь из тел Развивших, но терять столь ценных членов своей свиты мне не понравилось. За это долбанному эльфу тоже придется ответить!

Выход из замка преграждали запертые хитрым механизмом ворота, накрытые магическим пологом. Я не стал искать заветную кнопку или рычаг, а просто отдал рыцарю смерти приказ проделать мне путь наружу.

Тот взял наизготовку меч, поднатужился и одним мощным ударом проломил дыру. В стене. Что меня, в целом, тоже устроило.

Пожав плечами, я вылез на свежий воздух, и моему взору предстали руины, в которые превратились ближайшие к дворцу строения. По ним будто гигантским бульдозером проехались. Однако, сражение еще продолжалось, что не могло не обнадежить. Значит я не сильно опоздал, и еще остались те, кого можно спасти. Нужно только лучше понять текущий расклад.

Что ж, рабочий метод у меня на такой случай уже имелся.

Взмахнув руками, я разом разослал в стороны десятки приведений и чуть меньше духов. Бестелесные прислужники вспугнутыми чайками разлетелись по городу, предоставив мне прекрасную возможность получить актуальную информацию.

Та особо не радовала.

С моей смертью гули и зомби замерли бестолковыми истуканами, что позволило нелюдям совершить контратаку и нанести внушительный ущерб моей армии. Об этом говорили целые пласты трупов, устилавших заваленные каменными обломками улицы.

Хорошо еще, что хоть умертвия и личи от ступени Развития и выше являлись более автономными боевыми единицами. Они не опустили оружия и стояли насмерть, пока их всех не уничтожили под корень. Ведь команды к отступлению или хотя бы перегруппировке им никто кроме меня дать не мог.

Спасся только Джимини. Да и то на последнем издыхании. Лечившие его темные клирики явно выдохлись и жучила теперь лежал на руинах какого-то здания, уже практически не сопротивляясь мощным ударам питомца Хранителя.

Одно его крыло оказалось скомкано, как половая тряпка; другое отсутствовало напрочь; большая часть конечностей смотрели в разные стороны, вывернутые под противоестественными углами. Жвала перекошены, глаз выбит, а уцелевших мест на теле практически не осталось. Будь он живым – давно бы двинул кони. А так держался. Хоть и в качестве груши для битья.

Полномасштабных битв уже не велось. Моя армия разбилась на несколько групп, которые перемещались от здания к зданию, вступая в мелкие стычки с отрядами противника. Наиболее активное сражение шло лишь на одном участке, где самые отчаянные до сих пор пытались добраться до Хранителя. Тот давно уже переместился от ворот дворца, и его телохранители тоже сменились, однако он по-прежнему оставался приоритетной целью.

Я увидел Анну. Ее левая рука висела плетью, и у нее не нашлось времени на перевязку. Но моя сестра зажала копье подмышкой правой и даже так продолжала сеять смерть. Враги же не спешили вставать у нее на пути, предпочитая стратегию сдерживания.

Неподалеку от Энн бился Фил. Его тело покрывали многочисленные раны, а количество дополнительных конечностей уменьшилось всего до трех. Но и он твердо стоял на ногах в попытке лишить противника ключевой фигуры.

Присоединился к ним и Леуш. Могучий воин берег левую сторону, где пластины его брони оказались вскрыты, словно консервным ножом, однако мой друг раз за разом взмахивал Экскалибуром, не давая врагам приблизиться.

Там же я заметил членов рода Север вместе с их главой, и еще нескольких сильных магов. Но они не плели атакующих чар, а лишь сосредоточенно защищали союзников.

От кого? Конечно от князя!

Тот парил над городом на своих огненных крыльях, время от времени коршуном пикируя, чтобы швырнуть несколько заклинаний и снова взмыть в воздух. Судя по всему, именно из-за него моя армия и разбилась на части, вынужденная прятаться в домах, а не пыталась реализовать численный перевес. И тем не менее глазами прислужников я видел великое множество обожженных трупов, а для противодействия одному Огненному шару нашим магам приходилось тратить по два-три защитных заклинания.

Вот только Фингалинор не показывал и половины своей истинной мощи, которую мне довелось испытать на себе. Он будто играл, наслаждаясь слабостью и страхом пришедших со мной людей. Или экономил силы. Или чего-то ждал. А может все это вместе взятое. Хотя чего может ждать прошедший три эволюции Разделивший, являющийся сильнейшим существом под Куполом Мифалласа?

Сильнейшим среди живых.

Ведь теперь настал мой черед взяться за дело!

В первую очередь я протянул магический канал к Джимини и буквально вбил в него целую прорву измененной Межмировой Энергии, параллельно пополняя его запас и залечивая раны.

С громким щелчком встали на место испачканные в гемолимфе хитиновые пластины, расправилось крыло, вернулись в норму жвала, а следующий удар монстра Хранителя мой жук принял на все свои конечности. При этом те отчетливо хрустнули, но я снова их подлечил, а Джимини вывернулся из вражеской хватки и отскочил в сторону, снеся своим телом угол очередного здания.

Летать с одним крылом он больше не мог, но я восстановил его подвижность, и он опять получил возможность противостоять исполинской твари. Повреждений у которой, кстати, тоже хватало. Пусть и не таких серьезных.

Подобное происшествие не прошло незамеченным. Обычные солдаты с обеих сторон могли лишь догадываться о причинах внезапного исцеления монстра-умертвия, а вот князь сразу повернул голову в сторону дворца и увидел меня. Его лицо исказило удивление, затем растерянность и уже та сменилась нескрываемой злобой. Перестав тиранить моих подданных, нелюдь рванул ко мне.

Но время до рандеву еще оставалось, а потому я продолжил колдовать.

Собравшись с силами, я раскинул во все стороны целую сеть магических жгутов, накрывших существенную часть центра города. До куда мог – дотянулся сам, а остальные транслировал через засевших в ключевых местах духов. В магическом зрении Мифаллас будто оплел паук. Но я не пытался кого-либо убить или поймать, а место этого восстановил контроль над уцелевшими прислужниками и принялся одного за другим воскрешать павших воинов и магов.

Всего за пару секунд улицы наводнили не сотни, а тысячи оживших мертвецов. И я чувствовал, что даже не подобрался к своему пределу! Вот она истинная мощь лича, достигшего вершины лестницы развития!