Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

Вот только я не стал плести никаких чар.

Вместо этого я взглянул на аватар «богини», стоявшей всего в нескольких метрах от меня, и уже занесшей свой колдовской молот, резко выдохнул, и что есть сил прыгнул вперед и вверх. Но не просто так, а предварительно сформировав перед собой полый конус или, если угодно, небольшую остроконечную воронку. Именно она должна была пробить мне путь к телу Лайолланы.

Последний слой Призрачного щита лопнул, и на меня обрушилась вся мощь и ярость бушевавшего вокруг магического урагана. Огонь, лед, молнии, камни, песок, ветер, металл и еще черт пойми что били в мою костяную броню, но ничто не могло остановить движение колдовского бура. Словно горячий нож сквозь подтаявшее масло, он взрезал магические потоки, таща меня за собой. Навстречу гибели. Или славной победе.

Меньше секунды мне требовалось, чтобы преодолеть разделявшее нас расстояние, но плотность вражеских заклинаний оказалась так высока, что один за другим элементы моей брони не выдерживали рассыпались в прах. Одежда под ними превратилась в лохмотья. А следом настал черед и моей плоти. К счастью мертвой. Потому что иначе я бы неминуемо сошел с ума от боли, пораженный эффектами одновременно нескольких стихий одновременно.

Успев среагировать, эльфийка воздвигла вокруг себя антимагический барьер. Наверное, он бы даже остановил мой конус. Вот только на его вершину я поместил медяк. Старый потрепанный гульден, определенный Филом как Монета Обреченного. Чистой воды авантюра, однако в моей ситуации выбирать не приходилось. Тем более, что я и так уже умер, а значит эффект артефакта можно считать сработавшим.

Тем не менее, стоило реликвии Сацсадаса соприкоснуться с барьером, как раздался оглушительный хлопок, и в нем образовалась брешь. В которую я на полной скорости влетел, пожертвовав буром, чтобы ее расширить. Но это уже не имело значения. Ведь наградой мне стало вытянувшееся от удивления лицо «богини», когда я проник прямо в ее тело и схватился за Сосредоточие, являвшееся не то Ядром, не то чем-то в этом роде.

– Сдохни! – выдохнул я, изо всех сил дернув в разные стороны.

В тот же миг четырехметровая фигура потеряла стабильность, а я рухнул на землю. Магическая буря начала успокаиваться. Колдовской молот выпал из потерявшей плотность руки и растаял без следа. Составлявшие аватар измененные магические частицы устремились к небу…

– Не так быстро. – сквозь зубы процедил я и, поймав ошметки фрагментов спасшего мне жизнь конуса, сплел из них тугую ядовито-зеленую сеть. С помощью которой заарканил остатки аватара и закуклил его в светляка. Большого. И ярко фиолетового. Он занял свое место в Теневом могильнике.

– Вот теперь порядок. – удовлетворенно вымолвил я, откинувшись на оплавленный камень мостовой. И тот показался мне уютнее любой самой мягкой перины.

Глава 20

Стояла оглушительная тишина. Особенно контрастная на фоне только что оборвавшегося грохота магического сражения.

Я лежал на спине, глядя в далекое голубое небо. Чужое. Потому что я по-прежнему находился в Мифалласе. И ненастоящее. Ведь его проецировал все еще державшийся защитный Купол.

Впрочем, другого в нынешней реальности и не увидеть. Разве что в Диких Землях. Но там оно постоянно хочет тебя убить.

До чего же чертовы нелюди довели мою родную Землю…

Долго наслаждаться безмолвием мне не дали, и встревоженный крик в клочья разорвал блаженную идиллию:

– Лекаря! Лекаря Его Императорскому Величеству! Срочно!

Ну да, я ведь теперь первое лицо страны. Под забором помирать не бросишь. И в чужой шахте на десять лет не забудешь.

Где же вы все, доброхоты, были раньше?

Хотя ладно. Это я от усталости брюзжу. А ведь нужно еще домой вернуться… Надеюсь, у Митрофана все получилось.

– Не нужен мне лекарь. – произнес я, без посторонней помощи поднимаясь на ноги.

И увидел, как в страхе отшатнулись спешившие ко мне люди. Я их, конечно, не винил.

Взглянув на себя глазами подоспевшего по первому приказу духа, я узрел довольно печальную картину. От моей колдовской брони каким-то чудом уцелел один единственный наруч, а в остальном я выглядел хуже самого жалкого из собственных зомби.

Меня будто похоронили, а через пару недель вспомнили, что я не доделал проект, и отправили обратно на работу.

Обугленная, отмороженная, а местами просто вырванная кусками плоть висела бескровными лоскутами. Обнаженные кости и струны сухожилий блестели на солнце. И только лицо, защищенное во время прорыва магическим конусом, сохранило свой первозданный вид. За исключением раны на скуле, естественно.

М-да. А я надеялся скрыть свое становление личом. Не вышло. Как бы на меня теперь охоту ни объявили.

На всякий случай я стал стягивать поближе нежить, но, к счастью, ситуацию исправила одна молодая девушка. Ласточкой выпорхнув из-за спин воинов, она устремилась ко мне, хотя на теле ее самой хватало пропитанных кровью бинтов. И в глазах ее я увидел нечто большее, чем почтение к монарху.

Жоржетта.

– Мой император. – девушка опустилась передо мной на колени и посмотрела на меня снизу вверх. Без тени брезгливости. Будто заглянула мне прямо в душу, минуя изуродованное тело ожившего мертвеца. – Я восполнила немного Межмировой Энергии. Позвольте ей с вами поделиться.

– Позволяю. – благосклонно кивнул я, и ко мне устремился тонкий ручеек фиолетовых частиц, тут же преобразуемых под воздействием моего внутреннего мира. И уже эти силы я направил на восстановление собственного организма.

Через несколько секунд Жоржетта пошатнулась, но упасть я ей не дал, подхватив ладонью с лишенной каких-либо изъянов кожей. Разве что чересчур бледной ввиду отсутствующего кровообращения. Я мог бы его запустить вручную, но решил пока не тратить на это столь ограниченный ресурс.

– Позаботься о ней. – сказал я главе рода Север, передавая ему бесчувственную девушку.

– Конечно, мой император.

Мужчина склонился передо мной, а следом то же самое сделали и остальные уцелевшие в боях за две столицы люди. Только вставали они не на одно колено, как положено вассалу перед сюзереном, а на два. И я чувствовал в этом жесте глубокий символизм. Ведь я стал для них не просто правителем, Некромантом-Освободителем и все такое прочее. Прямо на их глазах я сделал то, о чем никто и помыслить не мог. Одолел аватар Лайолланы – одной из сильнейших сущностей небесного пантеона. А значит и сам шагнул куда-то дальше, чем просто наивысшая ступень лестницы развития.

– Ну ты, братишка, и выдал! – ко мне в компании Леуша и Фила протиснулась запыхавшаяся Анна. – Просто нечто! Всегда знала, что мои подарки сделают тебя храбрее! Только не мог ее поближе к нам грохнуть? Мы тут задолбались туда-сюда бегать. – сестра явно хотела меня обнять, но передумала. – И это… – она бросил красноречивый взгляд вниз. – Мудя свои царски прикрыл бы что ли.

Будь я живым, возможно, залился бы краской, но становление личом уберегло меня от подобного конфуза. Хотя тот так или иначе уже случился, пусть остальные подданные и не нашли в себе мужества указать на очевидный факт. В итоге Энн выступила в роли мальчишки с сокровенной фразой «А король-то голый», и я сменил жалкие лохмотья, уцелевшие в битве с Лайолланой, на приличную одежду.

При этом я обратил внимание, что Фил все еще держится по отношению ко мне с настороженностью, и даже Леуш несколько посмурнел. Определенно сказывались полученные им за время сражений раны. Но, думается мне, куда больше на него повлияло низвержение образа могущественной богини.

Нет, мой друг, как и все остальные, желал мне только победы, но в то же время оставалась крепка и его вера в небожителей, что не могло не вызвать внутреннего конфликта.

Впрочем, я не сомневался, что он быстро найдет выход из сложившейся ситуации. Не тот у него характер, чтобы неделями предаваться сплину.

Я окинул взглядом коленопреклоненных подданных и понял, что от меня ждут речи. Короткой, длинной – не важно. Любой. Народ хотел услышать своего правителя, и в этот раз отвертеться не выйдет. Не поймут.

Пришлось расчехлять самые пыльные задворки сознания и извлекать из них слова, которые я не думал, что когда-нибудь произнесу. Однако, в процессе я почувствовал, что те идут не столько из разума, сколько от души и сердца, и дело пошло легче.

– Жители Света Зарницы. Храбрые воины. Маги. – начал я, проверив наличие короны на голове. Та каким-то чудом оказалась на месте. – Сегодня великий день не только для нашей империи, но и для всей людской расы! Чертовы нелюди вероломно вторглись в нашу столицу, но мы не только не дали им совершить задуманное, а отплатили той же монетой! И посмотрите вокруг. Чей город лежит в руинах? Чья армия разбита, а страна обезглавлена? Кто будет сегодня лить слезы, проклиная день, когда нас посмели разозлить?

Люди слушали меня, затаив дыхание, а мой голос достигал ушей каждого, транслируемый через зависших в воздухе духов. Бои на улицах практически прекратились, и только нежить под руководством Фингалинора, Христофора и вождя огров громила храм Лайолланы, добывая мне тела жрецов для создания новых темных клириков.

– Бои дались нам нелегко. – продолжал вещать я, чувствуя, как в груди постепенно начинает снова собираться растраченное в сражении с «богиней» тепло. – Я вижу, что многие ранены. Другие навсегда покинули нас, сложив головы во благо нации. Но их жертва не будет напрасной! Мы наглядно показали иномирским ублюдкам, что это они здесь низшие расы, а мы истинные хозяева планеты!

Люди стали подниматься на ноги, а их глаза светились гордостью за себя и своих товарищей.

– Без ложной скромности – мы победили! И я хочу сказать спасибо каждому, кто последовал за мной в этот нелегкий поход. Без вашей храбрости и самоотверженности у нас бы ничего не вышло. Вы сегодня истинные герои! И я безмерно горд, что мне довелось возглавить первый очистительный поход против нелюдей. Первый. Но далеко не последний! Терра, а если правильно – Земля, снова станет нашей. И только нашей!

Висевшая над руинами Мифалласа тишина взорвалась оглушительными овациями. Люди неистово били в ладоши, выражая мне свою искреннюю благосклонность. Кто не мог хлопать – топал ногами или бил оружием оземь. И каждый счел своим долгом выкрикнуть что-нибудь ободряющее в мою честь.

Все это, конечно, слилось в сплошной неразборчивый гвалт, однако я и правда почувствовал их поддержку и небывалый душевный подъем. Наконец, мне удалось не просто плеваться ядом в пустоту, а действительно совершить большое дело по очистке планеты. Первый шаг сделан. И шаг немалый. Но впереди еще долгий путь, который я пройду вместе с теми, кто встанет под мои знамена. Добровольно. А не только в виде нежити.

– Мы славно потрудились, но настало время возвращаться домой. – провозгласил я, дождавшись, когда аплодисменты и крики утихнут. – Те, кто может идти, помогите раненным и…

В этот момент эльфийская столица вздрогнула, будто ее встряхнул невидимый великан. На ногах удержались разве что только Джимини и Холмик, да и то исключительно за счет большого числа нижних конечностей. И одновременно с этим защищавший город Купол стал стремительно истлевать, превращая тянувшийся до горизонта полный зелени пейзаж в гнетущее однообразие Диких Земель.

– Катаклизм? – предположил Фил, в числе первых вновь принявший вертикальное положение.

– Вряд ли. – чуть подумав, пришел к выводу я. – Скорее предвестник. Чересчур стабильны частицы Межмировой Энергии.

– А не слишком ли до хрена предвестников? – в своей свойственной ей манере усомнилась Энн.

– А не слишком ли много ты от меня хочешь? – огрызнулся я. – Я как узнать должен?

– Ну ты же, братишка, теперь Разделивший, мертвяк-тухляк и все дела. Никаких тайных знаний не получил, что ли?

– Только по части магии смерти. Могу, кстати, сделать из тебя миленькое умертвие. Хочешь?

– Миленькое хочу, умертвие – не очень. И вообще, что за грязные фантазии в мою сторону? Держи свою некромантию в штанах. Я и так на нее сегодня насмотрелась больше, чем нужно!

К нам подошел Леуштилат и, сияя ослепительной улыбкой, обнял нас обоих за плечи.

– Друзья, не надо ссориться. – провозгласил он с привычным оптимизмом. – Уверен, в Свете Зарницы найдется умник, который все объяснит.

– Наконец, здравая мысль. Хоть от кого-то. – буркнул Фил. – Только если мы этого умника из-под песка откопаем. У нас там, помнится, тоже с Куполом проблемы.

– Обязательно откопаем! – подбодрил его здоровяк.

– Вижу, оттаял? – спросил я Леуша.

– А я и не замерзал! – хохотнул тот. – Не волнуйся, дружище. Все пучком!

– Рад за тебя.

Как и ожидалось, Леуштилат действительно сумел довольно быстро восстановить душевное равновесие. Я же уже в который раз позавидовал его внутренней гармонии с собой и окружающим миром. А заодно подобрал с земли покрытый сажей медный гульден и скомандовал выдвигаться. Эльфийский князь повержен, Краеугольные Камни рас Первого Вторжения уничтожены, больше половины Мифалласа в руинах, да и защиты он уже лишился. Делать тут больше нечего.

Нет, можно было бы, конечно, добить ушастых, сравнять тут все с землей, а заодно знатно пограбить, но уже точно не условиях Диких Земель. К тому же люди сильно устали, а мы и так задержались здесь дольше, чем я планировал.

Все из-за чертового князя и внезапно объявившегося аватара. Даже удивительно, что за столько времени армия нелюдей до сих пор не вернулась.

В отличие меня и моего ближнего окружения, простых солдат куда больше удивило падение Купола, нежели какие-то там неясные подземный толчки. Тем более, что им довелось его видеть уже второй раз задень, что совершенно не укладывалось в привычную для них картину мира. Но мое войско все равно кое-как построилось и выдвинулось в указанном мной направлении, прикрытое по периметру тонким слоем нежити.

Куда хуже пришлось эльфам. У них внезапно открывшийся вид бесконечной пустыни вызвал настоящую панику. Одни запирались в домах в надежде, что это все им приснилось, и беда обойдет стороной; другие носились из стороны в сторону, потеряв рассудок; третьи в безумии бросались на нас, зачастую даже не обзаведясь оружием.

Впрочем, сильнейших защитников города мы уже или перебили, или они надежно спрятались, так что проблем с этим не возникало. Ушастые гибли один за другим, пополняя число павших во время нашей карательной экспедиции. Счет им никто не вел. И их никчемные тела остались валяться на улицах, ненужные даже мне. Рано или поздно они привлекут пустынных падальщиков, но это уже не мои проблемы. Мы к тому моменту будем далеко.

Работавшие на полях рабы по больше части впали в ступор. Они поколениями копались в земле, не видя ничего другого, и совершенно не представляли, что делать в сложившейся ситуации. Я приказал забирать их с собой. Все-таки они оставались людьми. Но, чтобы не тратить время, брали только тех, кто не сопротивлялся. Остальным же я мог только пожелать не слишком мучительной смерти. На горизонте уже поднималась пыль от спешивших на запах крови тварей…

Когда мы добрались до бывшей границы города, ко мне подошел глава рода Весна. За его спиной пара дюжих воинов держали под руки избитого, переломанного, но все еще живого пленного эльфа. Тот, казалось, вообще потерял всякую связь с реальностью.

Уберегли-таки гада. А ведь я о его существовании уже успел забыть.

– Ваше Императорское Величество. – со всем почтением обратился ко мне аристократ. – Что делать с этим?

Вообще изначально я планировал воскресить его, чтобы открыл путь из-под Купола, но в сложившейся ситуации…

– Выкиньте. – небрежно махнул рукой я. – Нужно уметь избавляться от хлама.

– Нет-нет-нет! – встрепенулся нелюдь, перейдя даже на наш язык. – Я могу пригодиться! Я знаю…

Сталь нашла его сердце, а я закуклил очередного светляка и достал из кольца отобранную ранее у Галеммагла карту.

– Как пойдем? – спросила Анна, заглянув мне через плечо. – Может здесь?

Она провела покрытым засохшей кровью пальцем по изломанной пунктирной линии. Самой короткой, соединявшей две столицы. Не считая ту, по которой мы прибыли сюда, ведь воспользоваться ей больше уже никто не сможет.

– Не терпится вернуться? – коротко усмехнулся я.

– Интересно как там Митроша. – пожала плечами сестра. – Совсем ведь жизни не видел в своем Ижмариле. Что ты ему поручил?

– Эй, а как же я? – демонстративно возмутился Леуш, не дав мне ответить.

– А что «ты»? – хитро посмотрела на него Энн.

– Почему это моя невеста интересуется другим мужчиной?

– А ты меня уже победил?

– А он победил?

– Избавьте меня от ваших брачных игр. – мрачно бросил Фил, разминая запястье с серьезного вида гематомой. – Лучше места не нашли?

– И почему оба мои братишки выросли такими буками? – хохотнула Анна. – Берите пример с Леуша.

– И стать Колобком?

– Почему Колобком? – не поняла Копейщица.

– Хлебный мякиш с душой авантюриста. – пояснил Фил, используя мои слова. Благодаря чему я догадался, что он все же принял мое новое состояние. Хоть и не показал это более открыто.

Брат кивнул мне и отвернулся, Энн расхохоталась, воин-жрец широко улыбнулся, а я указал всем выбранное мной направление движения.

Кроме закрытого нами ранее прямого перехода имелось три кружных способа добраться от Мифалласа до Света Зарницы. С «пересадками». Они состояли из пяти, шести и семи Трещин туннельного типа, иногда выводя к другим эльфийским городам, а иногда просто в открытые Дикие Земли.

Что не было указано на карте, так это длина каждого отдельного коридора.

И все же я решил добираться до нашей столицы самым длинным путем. Во-первых, чтобы уменьшить вероятность встречи с армией нелюдей, а во-вторых, потому что возле одной из остановок имелась отметка, обозначавшая Ижмарил. И мне крайне не нравилось, что ушастые могут быстро добраться до города-крепости, с таким трудом мной отвоеванной.

– Мой император, Трещины за собой закрываем? – поинтересовался у меня глава рода Север.

– Пока нет. – ответил я. – Еще могут пригодиться. Но «цепных псов» всех спасем. Их жизнь хуже смерти.

– Как прикажете. – аристократ с поклоном сделал шаг назад, и мы, наконец, начали

Глава 21

Путь до первой Трещины много времени не занял. Только вот нежити пришлось топать пешком, потому что я решил сэкономить даже тот мизер Межмировой Энергии, который необходим для их перемещения в Теневой могильник. Но мертвяки, что ожидаемо, не роптали и послушно пылили по барханам, заодно добавляя моей армии массовости и делая ее мене притягательной в глазах зверей и монстров.

Хотя Джимини с Холмиком в итоге пришлось все же спрятать, чтобы их не разрезало границей пространственного перехода, как некогда Императорского Трицебыка возле Заманска.

Черт побери, как же давно и одновременно недавно это было…

Ни одна из трех первых Трещин особых проблем не доставила. Разве что во второй завелась стая пустынных псов, но никто из них не развился даже до Королевского зверя, так что мой Рыцарь смерти разделался с ними одним махом.

Погребенных заживо Аскетов я всех отыскал с помощью бестелесных прислужников, но те уже давно лишились рассудка и совершенно не воспринимали ни себя, ни окружающую реальность. Смерть стала для них избавлением. Я же поклялся непременно найти «ферму», где их выращивают и спалить ее дотла к такой-то бабушке!

За третьей Трещиной уже шел Ижмарил, и вот там нас ждал сюрприз.

Крупный. И крайне неприятный.

Несмотря на все мои танцы с бубном, я все же не угадал, и нас угораздило столкнуться с армией нелюдей, как раз во всю штурмовавшей многострадальные восточные ворота города.

Сперва огры, теперь эльфы… Вот так и рождаются истории о проклятых районах, где никто не хочет селиться. Хотя в Ижмариле выбирать особо не приходится. Место жестко ограничено.

– Мне кажется, или их как-то маловато? – склонив голову на бок, оценила расклад Анна.

– Да и потрепанные какие-то. – подхватил Леуш.

– Все еще больше, чем нас. – прагматично отметил Фил. – Даже с учетом нежити. И, судя по заклинаниям, сил у них еще предостаточно. Где следующая Трещина?

– С другой стороны города. – ответил я.

Мой брат разочарованно цыкнул.

Мы стояли в паре километров от развернувшейся баталии и могли беспрепятственно наблюдать за ходом схватки. Среди эльфов действительно хватало раненных, не принимавших участия в штурме, и державшихся в стороне. Да и умения с заклинаниями длинноухие использовали весьма экономно, что тоже о многом говорило.

Неужели это мы их так успели потрепать еще в Свете Зарницы? Верилось с трудом. Да и, по большому счету, меня мало волновали проблемы ублюдков.

– Мой император, прикажете закрыть Трещину? – обратился ко мне глава рода Север.

Честно говоря, меня так и подмывало отрезать чертовым эльфам путь к отступлению и от души врезать им во фланг, но я прекрасно понимал, что мои люди крайне измотаны и еще одного сражения не выдержат. Враг по-прежнему превосходил нас числом, а Ижмарил держался исключительно за счет стен и свежих сил защитников.

Однако и оставить город на произвол судьбы я не мог. Ведь теперь тот являлся оплотом человечества, а вовсе не рассадником иномирской погани, как раньше.

– Трещину не трогать. – подумав, распорядился я. – Все, кто еще может сражаться, идут со мной. Но близко ко мне не подходить. Остальные тоже выдвигаются к воротам. По дуге. – я жестом указал направление. – Сейчас наша главная задача сохранить жизни людей.

– Как прикажете. – поклонился аристократ и принялся раздавать соответствующие распоряжения.

– Прольем еще немного эльфийской крови! – хищно оскалилась Энн, придавая своему изменчивому оружию форму копья.

Фил поддержал ее мрачным кивком, а Леуша подобная перспектива явно не обрадовала. Но он уже дал слово защищать мою сестру и отказываться от него не собирался.

– Если я прикажу вам остаться с раненными, вы же не послушаетесь? – на всякий случай уточнил я.

– Естессно! – выдала Анна, всем своим видом показывая, что готова сражаться, несмотря на висящую на тугой перевезя руку. – Кто же пропустит такое веселье?

– Ладно. – согласился я. – Но держитесь от меня подальше.

– Хочешь опять забрать всю славу себе? – усмехнулась Энн.

– Не хочу, чтобы вы вошли в город в обсосанных штанах.

Я на мгновение достал из кольца костяной меч и сразу убрал тот обратно, однако этой микросекунды хватило, чтобы люди в радиусе двадцати метров разом схватились за голову, а некоторые так и вовсе рухнули на раскаленный песок.

– Поняла. – кивнула резко побледневшая Копейщица, хватая ртом воздух. – Держаться подальше, беречь штаны. Ну и срань! Как ты это выносишь, братишка?

– Оно меня слушается. – хмыкнул я и выдвинулся вперед в окружении пары тысяч оживших мертвецов.

На самом деле, прибудь мы минут на пять позже, и могли бы застать уже совсем другую ситуацию. Лорд Ижмарила, конечно, являлся Разделившим, но и у атакующих парочка таких точно имелась. Не говоря уже о численном превосходстве свалившихся, как снег на голову, нелюдей. Задавили бы массой даже с учетом вынужденной экономии сил.

К счастью, мы подоспели вовремя.

Наше появлением не осталось незамеченным, и фланг эльфийской армии укрепился, готовясь принять удар нежити на уже засверкавшие Межмировой Энергией умения. Глупцы. Они еще не знали, что их ждет.

Эх, имей я полный запас сил, я бы в одиночку выкосил всех, а затем еще и воскресил бы врагов в виде верных прислужников. Однако с оставшимся мизером приходилось экономить и рассчитывать исключительно на эффект неожиданности. Хотя новую костяную броню, укрепленную расплавленными светляками, я все же наколдовал. Личная безопасность на первом месте.

Зомби, гули и умертвия бесформенной лавиной неслись на стройные ряды нелюдей. За ними семенили личи с темными клириками. В воздухе парили десятки приведений, обеспечивая мне обзор. Сильнейшие свои боевые единицы я запрятал в толпе и в ней же скрылся сам. Хотя громадина рыцаря смерти безусловно выделялась из общей массы. С этим ничего не поделать.

Несколько сотен воинов и магов и числа живых тоже выдвинулись, держась чуть позади. Остальные, как я и приказал, отправились к городу по дуге, забирая в сторону стен и оставляя противоположную часть пустыни свободной.

За несколько секунд до столкновения в нас полетели заклинания и другие дистанционные умения, выкосившие целую уйму нежити. Причем личам я приказал не тратить силу на защиту и ждать приказа к атаке. Ведь в случае магической перестрелки они быстро выдохнутся, а «дозарядить» их мне будет нечем.

Мои прислужники падали один за другим, но остальные продолжали бежать, сокращая расстояние до порядков противника. Их нисколько не смущали смерти соратников, и только моя воля могла заставить их остановиться.

Считанные метры оставались до столкновения. Я уже мог отчетливо рассмотреть сосредоточено-надменные выражения на лицах эльфов. Они еще не знали, что случилось с их столицей, и ни секунды не сомневались в победе, готовясь встретить разрозненную толпу непоколебимой стеной защитных умений.

По-прежнему летели чары. Сияли налитые силой щиты, мечи, топоры и копья. И в один миг вся эта красота рассыпалась, как карточный домик, стоило мне достать покрытый филигранной резьбой костяной меч.

Чудовищный по своей силе скорбный вопль пронесся над рядами, заставляя нелюдей падать на колени, хватаясь за головы. Стройные порядки смешались. Готовые к применению умения развеялись. В одну секунду сотни бойцов вышли из строя, и еще больше потеряли ориентацию в пространстве. Самые же слабые так и вовсе испустили дух, не в силах выдержать воя вкусившей крови Шахака банши.

И в эту бесформенную кашу, как стрела в трухлявый пень, влетела моя армия. Зомби и гули голыми руками рвали разлегшихся на песке нелюдей, умертвия размахивали оружием, не встречая сопротивления, личи дали слаженный залп, собирая богатую жатву павших противников.

Но и на этом я не остановился. Мне удалось достичь успеха лишь на одном участке, а я должен был по-настоящему напугать врага, чтобы он и думать забыл о сопротивлении. А значит настало время разом вывалить все имеющиеся у меня козыри!

Земля содрогнулась, когда из Теневого могильника выпрыгнули Джимини с Холмиком. Императорский и Небесный монстры сходу принялись крушить ушастых, и здесь, в отличие от улиц столицы, «букашкам» негде было спрятаться от их ужасающей мощи.

Тем более, что к парочке тварей присоединился здоровенный песчаный енот, наколдованный Христофором с помощью заклинания Айнилиэля. Да и сам генерал смерти кружил воздухе, одновременно защищаясь от направленных на него чар и отвечая убийственными заклинаниями.

Швырялся металлическими копьями цедрик. Вождь огров чередовал плотоядных червей и неизменно находившие жертв боевые умения. Кружил магические вихри Селунгил. Старалась не отставать Инделлан.

Вокруг меня царил страшный хаос, еще больше усугубляемый духами, периодически выныривавшими из-под земли, чтобы дать залп Укусами мертвеца. Редко кто успевал среагировать на подобную атаку, и я точечно выводил из строя командиров и других сильнейших врагов.

Меня пытались достать с расстояния, но ни одно даже самое мощное заклинание и в половину не дотягивало до того, что показывал мне аватар «богини». Призрачного щита вполне хватало для защиты.

Разве что воскрешать павших противников я не спешил, экономя Межмировую Энергию. Но и без этого мне удалось глубоко вгрызться в порядки эльфов, явно не ожидавших такого напора.

По сути, угрозу мне могли представлять разве что Разделившие. Числом от трех, и если скооперируются. И нападут внезапно. И если я решу вздремнуть, забыв отдать нежити команду меня защищать. Да и то последние созданные мной прислужники догадаются об этом сами.

Пока что же сильнейшие из ушастых носились по небу, охотясь за отчаянно сопротивлявшимся Корнелиусом. Видимо хотели сперва разделаться с ним.

За пару минут ожесточенной рубки мне в одиночку удалось уничтожить процентов десять вражеской армии. Немыслимое достижение для любого воина или мага, достигшего ступени Разделения. Но точно не для Некроманта, подкрепленного силами лича!

Однако, мое продвижение все же замедлилось. Вокруг простиралось столько чертовых нелюдей, что они казались мне несметным полчищем. Получившим суровую оплеуху, но все еще не сломленным. А вот силы моих прислужников таяли прямо на глазах, и новыми я поделиться с ними не мог.

О чем, правда, противники не знали и знать не могли.

Финальной точкой стало появление Фингалинора. Распахнув огненные крылья, тот взмыл в воздух и тут же разразился десятками пламенных сфер и других пышущих жаром заклинаний. А обрушенный им сверху поток огня прочертил широкую борозду, сплавив песок в стекло с застывшими в нем обугленными костями. Никто не смог противостоять его убийственной мощи!

Как не нашлось и тех, кто не узнал лидера своей расы.

– Это же князь!

– Князь здесь!

– Почему князь обратил свои силы против подданных?

– Бич Нелюдей убил князя и направил на нас!

– Что за чушь ты несешь⁈

– Тогда какого хрена тут происходит⁈

Фингалинор продолжал буйствовать, унося каждым выпадом десятки жизней, и никто не смел поднять на него руку. Даже для собственной защиты. Такова была его аура власти, как сильнейшего представителя нации. И все больше нелюдей поддавалось панике, пока, наконец, не послышались приказы к отступлению.

Громоздкая армия врагов начала медленно разворачиваться, отступая от стен города. В то время как те, кто находился на непосредственной линии соприкосновения, бежали без оглядки, путая ряды и вселяя в сердца соратников еще большую панику. И никакие окрики командиров не могли заставить их взять себя в руки.

Бич Нелюдей и Некромант-Освободитель пришел за их душами. Даже князь не сумел с ним справиться. Что же тогда делать простым солдатам? Никто не желал умирать. И еще меньше было тех, кто хотел бы после смерти стать безвольной нежитью и до скончания веков таращиться в пустоту, безропотно исполняя волю Некроманта.

Шедшая обо мне молва сыграла мне на руку и лишь сильнее превознесла меня как в глазах союзников, так и врагов.

Но, черт побери, как же у меня чесались руки отдать приказ преследовать беглецов и перебить их всех до последнего сраного нелюдя! Душившая меня ненависть к ублюдкам ни на йоту не утихла с уничтожением трех Краеугольных Камней, убийством князя или снятием защиты с Мифалласа. Она клокотала разбуженным вулканом, требуя выхода, но теперь я отвечал не только за себя, но и за тысячи других людей.

А если копнуть глубже, то вообще за миллионы. Пусть те пока об этом еще и не знали. По сути, я стал защитником человечества перед лицом иномирских захватчиков. Живым символом и одновременно карающей дланью. А потому приходилось делать выбор в пользу живых, а не собственной мести.