Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

Народ дружно ржал, решив, что они в цирке, я матерился, Мавка рычала – в общем, все при деле и никто не отлынивает.

Я несся, как оказалось, по направлению к городку, случайно в процессе выскочив на дорогу. И вот тут остро пожалел, что у меня нет никого ездового животного. Согласен даже на ишака, если у него острые зубы и он сможет не только быстро бегать, но и покусать злобную псину, которая почему-то в себя так сильно поверила. Меня внезапно осенила догадка – может, это она так ухаживает за мной? Ну, типа кусает, значит любит и все такое.

Но проверять пока не хотелось, и поэтому я бежал и бежал. Ведь бить девушек нехорошо, даже если очень хочется. Ну и все вовремя приходит к тому, кто умеет ждать. А это я это умел, наверное, лучше всех. Тем более, лучше час потерпеть, чем всю ночь уговаривать.

Я бежал, Мавка за мной, а за нами и все остальные. Емеля наяривал на балалайке что-то ритмичное, Василиса лупила в бубен. Веселые они ребята, но психи конченые. И кажется, они мне уже нравятся…

Глава 12

– Бей… Да расслабь ты кисть! Что ты вцепился в меч, как в бревно⁈ И двигайся, мать твою, двигайся изящно, а не как корова на льду!!! Что ты смотришь на меня, как баран на новые ворота? Повтори комбинацию – вспышка, волна, удар. Слитно. Одно должно перетекать в другое. Давай, до заката еще пара часов есть – успеем сделать ещё несколько подходов.

– Нет, я тебя точно трахну! Поймаю, свяжу и трахну так, что будешь визжать как сучка, – прохрипел я, падая после очередного удара в живот.

Двигалась эта ненормальная нереально быстро. Вот она стоит передо мной, а вот я уже на земле, катаюсь от дикой боли. И это когда Мавка в человеческом обличье. А если она превращалась в псину, то у меня даже минимального шанса на ответку не было.

– Раз есть такое желание, значит, есть на это силы. Сделаем ещё три подхода, чтобы уж наверняка закрепить. А завтра начнем изучать новую связку, соединяя ее с этой. Ну, и про полосу препятствий не забывай. Ее как раз Руслан с Аленькой сегодня закончат восстанавливать.

– Они меня хотят убить, – простонал я.

– Ну, Руслан – тот точно. Все же не стоило тебе говорить ему, что во время полета его болтает, как член в рукомойнике. А вот Аленькой ты, кажется, даже нравишься.

– Ну, я так сразу и подумал, когда она мне по жопе молнией зарядила.

– Сам же говоришь, бьет – значит любит, – усмехнулась она.

– Тогда ты точно от меня без ума. Сильней, чем ты, меня никто тут не лупит.

– Ну конечно, глупый! Наконец-то ты догадался о моих к тебе чувствах. А теперь хватит болтать – пошел, пошёл, пошёл!!!

Ну, я и пошел. Сегодня и вот уже почти месяц, как иду и иду. Получаю и получаю. Что? Я не сказал, что уже столько времени тут нахожусь? Простите. Ежедневные удары по голове памяти не добавляют.

Так, с чего бы начать – пока тело страдает, можно чуть удариться в воспоминания. На чем я там остановился? Когда удирал от Мавки в сторону города? Ну да, направление я совершенно случайно выбрал верное. Но думаете, я смог сбежать? Как же! Эта озабоченная решила, что гоняться за мной ниже ее достоинства, и позвала свою бешеную кобылу, которая возомнила себя жеребцом. Ну согласитесь, не может же мужик так себя вести, хотя бы из чувства солидарности!

Итак, эта гадость возникла у меня за спиной. Злобно оскалив зубы, он понесся за мной, громко клацая пастью и иногда порыкивая, так сказать, для острастки.

Остальная команда следовала за нами, громко переговариваясь и делая ставки, получится у меня удрать от него или нет.

Мавка же в этом не участвовала, не обращала ни на кого внимания, шла и явно размышляла о том, как она будет меня воспитывать и что из меня выйдет, когда я пройду ее школу выживания. Ну, или не выживания, как она иногда с усмешкой добавляла.

Город встретил нас огнями и был абсолютно безразличен к нашему появлению. Я еще не был определен на постой, поэтому мы направились в сторону от городских казарм. Мавка, я и увязавшаяся за нами Женя, которая смотрела на меня с явным интересом, но как себя с ней вести, я пока не знал. Честно говоря, ее хищный цветочек меня немножко пугал.

Евгения – или Женя – была в отряде и певец, и жнец, и на дуде игрец. Кличка – Аленький цветочек, иногда просто Аленькая, или просто Цветочек. Её пет – ступа из дерева, а точней, из того самого цветка, имеющего семь лепестков разного цвета, каждый из которых отвечал за отдельную магию.

Сорвал белый и лечишь, пока он не рассыплется. Зеленый – управляешь силами природы. Красный – и огонь зальет все видимое пространство. Страшное оружие в умелых руках. Она могла бы стать богиней войны, если бы не одно ограничение – восстанавливался цветок долго, а без него она была абсолютно беззащитна.

Нежная, хрупкая, стеснительная… в отношении меня. А вот с другими сущий демон. Можно было часто видеть ее в кабаке, бухающей с Василисой Микулишной или поющей под балалайку Емели. А уж какие гонки по небу они с Сигурдом устраивали… Но со мной она становилась такой застенчивой… Даже когда утаскивала меня корнями под землю и держала там, пока не выберусь. Ее история была тайной для всех, и кем она была при жизни, никто не знал, а она сама не рассказывала. Но по слухам она была доброй волшебницей, помогла какому-то парню, а тот ее убил, чтобы завладеть цветком. Тогда она и стала Аленькой – цвета крови.

Да, не надо мне рассказывать, что кровь красная и все такое! Для нее она алая и для всех она – Аленький цветочек. И к тому же самая добрая из всех по отношению ко мне. Потому как на моих тренировках отметился весь отряд.

Я уже говорил, что они все были со странностями и у каждого была своя несчастливая история. Они все походили на сказочных героев, вот только сказки эти были мрачные и совершенно не похожие на те, что рассказывают детям.

Та же, например, Василиса – ее мужа, сильного воина, взял в плен хан. Пришлось ей собирать деньги на выкуп, переодеваться в мужика и ехать того выручать. Да вот только опоздала она – к этому времени муж ее женился на двух дочерях правителя татар и возвращаться не захотел. И вообще оказался мразью и сдал ее хану, сказав, что она женщина.

Три дня ее насиловали, а после едва живую вывезли к границе с Русью и, привязав к дереву, уехали, с издевательским смехом пожелав ей мучительной смерти в пасти зверей. Там ее через день и обнаружил отряд разведки из дружины князя Мстислава. Неделю она приходила с себя, едва не отдав богу душу, а после наравне с другими стала постигать воинскую науку под руководством опытного воеводы.

И спустя долгих два года опять отправилась к татарам в составе делегации, что везла дань хану. История умалчивает о том, как она умудрилась подсыпать сильное снотворное в еду хана и его ближников, но когда оно подействовало, Василиса хладнокровно перерезала всем глотки.

Надо ли говорить, что единственным, кто принял смерть, будучи в сознании, оказался ее бывший муж? Его она хладнокровно запытала до смерти, предварительно отрезав яйца. С тех пор она и не любит мужиков, считая их всех продажными тварями. К слову, и умерла она от предательского удара в спину, сражаясь в первых рядах.

А вечно хрумкающая яблоки Настя? Её печальная история о том, что не надо доверять темным силам. Захватил душу ее отца, что был царём, Чернобог и согласился вернуть ее только за яблоки молодильные, что росли в саду Велеса в Ирии. Уж как она договорилась с волком, зверем Велесовым, никто не знает, но помог он ей. Побывала она в саду и яблок нарвала, и обмен произошел – все честь по чести.

Да только обманул ее Чернобог и вместо души отца подсунул дух злобного колдуна. И как вернулась она и оживила отца, тот и пронзил ее сердце черным клинком тьмы, а после похоронил в склепе. Но не учел он, что Настя эти яблоки тоже ела. И вот спустя некоторое время ожила она, обретя силы великие. Вышла, огляделась и ужаснулась тому, во что превратил ее родину злобный колдун. Убила она его, а после, не вынеся позора, наложила на себя руки.

И вот такие печальные истории с несчастливым концом были у всех в отряде. Светлые души, озлобленные на тьму. Я знал или узнал все их истории – не знаю, почему, но мне доверяли. Правда, затуманенный болью и усталостью мозг работал туго, но им и не требовалось мое сочувствие или советы – они просто хотели выговориться.

Но самая лютая дичь со мной произошла буквально вчера…

А, стоп – тут надо уже голову подключать. Похоже, Мавка реально решила меня прибить на новой полосе испытаний, навертев на нее и магию иллюзий и, что самое поганое, магию пространства.

Я стоял перед входом на магическую полосу препятствий, чувствуя, как сердце бешено колотится где-то в горле. Воздух вокруг был насыщен энергией, словно сама атмосфера здесь жила своей жизнью. Передо мной тянулась куда-то вдаль узкая тропа, окутанная туманом, который то и дело вспыхивал искрами магии. Где-то в глубине этой белесой пелены слышался неразборчивый шепот, будто сама полоса пыталась говорить со мной, о чем-то предупреждая, дразня и обещая.

– Ну что, герой, – пробормотал я себе под нос, – покажи, на что способен. Цветочки кончились, пришло время ягодок.

Первый шаг. Земля под ногами дрогнула, и я едва удержал равновесие. Камни подо мной начали двигаться, словно пытаясь сбросить меня в пропасть, которая внезапно открылась справа. Я прыгнул вперед, чувствуя, как ветер свистит в ушах. Магия здесь была коварной – она не просто мешала, она играла. И я был ее игрушкой.

Впереди появилась стена из огня. Пламя лизало небо, его жар обжигал кожу даже на расстоянии. Я замер, оценивая ситуацию. Пройти сквозь это? Нет, слишком рискованно. Справа – отвесная скала, слева – пропасть. Оставалось только вверх. Я сжал кулаки, сосредоточился и выпустил эфир, окружая им себя, словно защитным коконом. Огонь на мгновение дрогнул, и я прыгнул, цепляясь за выступы скалы. Каждый камень обжигал пальцы, но я лез, зная, что остановка – это падение, переломанные ребра и обидный смех Мавки.

Когда я перебрался через стену огня, меня встретил лес из кристаллов. Они росли из земли, как деревья, их грани сверкали, отражая свет, который, казалось, исходил ниоткуда. И я знал, что это ловушка. Кристаллы были острыми, как бритва, один неверный шаг – и я превращусь в решето.

Двинулся медленно, стараясь не задеть ни один из них. Но они реагировали на магию. Чувствовали ее. И моя защита, которую я старательно сдерживал, всё же привлекла их внимание. Кристаллы начали вибрировать, издавая высокий, пронзительный звук. Я ускорился, но один из них краем задел мое плечо. Боль пронзила тело, как удар током, и я едва не закричал.

– Хер тебе, сучка крашенная, – прошептал я себе, стиснув зубы. – Не дождешься.

Последним испытанием был мост. Но не просто мост – он был соткан из теней. Казалось, что под ногами ничего нет, только тьма, которая зовет, манит, обещает покой. Но я знал, что это иллюзия. Шаг в сторону – и я упаду в бездну, из которой нет возврата.

Я закрыл глаза, стараясь не смотреть вниз, и пошел. Каждый шаг был пыткой. Тени шептали, пытаясь сбить меня с толку, но я продолжал идти, повторяя про себя: «Ты справишься. Ты должен справиться.»

Когда я наконец ступил на твердую землю, ноги подкосились. Я упал на колени, чувствуя, как дрожь проходит по всему телу. Полоса осталась позади, но ее эхо все еще звенело в ушах. Я сделал это. Прошел. Выжил.

– Ну что, – сказал я, поднимаясь на ноги и с гордостью оглядываясь на пройденный путь. – Это все, что у тебя есть?

– Браво, – раздались сдержанные хлопки. – На этот раз ты смог пройти самую легкую часть без травм.

– Че, бля⁈ Это по-твоему легкая часть⁈

– Ага. Я ее с закрытыми глазами пройду. Давай-ка еще разик для закрепления успеха, а после усложним.

– Бля-я, – от отчаяния завыл я, понимая, что все только начинается.

– Бе-е-е-е! – радостно завопил Пурген.

– Со мной пойдешь, козел, – мрачно бросил я ему, с удовольствием увидев, как радость в его глазах сменяется на ужас. Он замотал головой, сдал назад, но было поздно – нас окутала магия, и вот мы уже на старте…

Что? Я не сказал за козла Пургена? Простите, голова совсем не варит. Как-то слишком часто я стал извиняться и все забывать, это не к добру. Тем более за Пургена, который был резкий, как удар серпом по яйцам, и внезапный, как диарея, забыть просто невозможно.

Вот как сейчас помню – сижу, медитирую под душные нотации Мавки. Она типа вещает, что ездовой пет – это отображение моего внутреннего мира. Сосредоточься на нем, слейся с ним, почувствуй его и свои желания. Он – это ты, он отражение тебя… И такая муть мне заливалась в голову целую неделю. Пару раз я хотел бросить это дело, но гордость не позволяла. Поэтому и пыжился-тужился, надеясь заполучить в петы какого-нибудь грифона или дракона. И вот спустя продолжительное время мне стало казаться, что у меня что-то получается. Внутри будто рос пузырь, которой должен был вот-вот лопнуть.

И напрягало это сильно – вот как запор. Хочешь, но не можешь. И отвлекало тоже – откуда взяться силам, если внутри тебя зреет что-то жуткое. Ну, это я так чувствовал. Но вслух ничего подобного не говорил, потому как оборжут и век еще вспоминать будут. И наконец-то это случилось…

Ничего не предвещало беды – наш отряд только что вернулся из рейда, были мы усталые и довольные. Ну, и как всегда собрались на улице у большого кабака, где, кроме нас, по причине раннего утра никого не было.

Я, как самый младший и бесправный в отряде, отправился медитировать, пока остальные бухали. И сразу почувствовал, что сейчас что-то будет. Пузырь внутри меня сильно напрягся, появилось желание сходить в туалет, а потом – БАМ!!! И на меня несется двухметровое чудовище с рогами!

Я успел отскочить лишь в последний момент, а тот снес забор и влупился в придорожный камень. Ну, и расколов его пополам, конечно же, застрял. Тупая башка с той стороны, а жопа с нашей. И начал скрести копытами, отчаянно мемекая и дергаясь в разные стороны.

Дикий хохот заставил меня подпрыгнуть и резко убраться в сторону. Не знаю, как, но я чувствовал, что плохо сейчас станет всем.

Козел замер, козел напрягся, козел топнул ногой – камень разлетелся на осколки. Развернувшись к нам, он злобно посмотрел на всех, включая меня. Так и состоялось наше с ним знакомство.

Его грязно-белая шерсть неопрятными клочьями торчала во все стороны, будто он только что пережил встречу с грозовым облаком, а один рог был слегка погнут. Глаза отчетливо горели красным и, казалось, что из них сейчас польется огонь. Выплюнув из пасти осколок камня, который он жевал, козел обратил внимание на Свенельда – лошадь Мавки, который катался на земле и ржал громче всех.

Выбор врага был сделан, и козел, грозно мемекнув, оскалил зубы, подозрительно похожие на волчьи, и кинулся к нему. И глупый конь вовремя не сообразил, что ему пора бежать, а потом уж поздно было – козлиные рога встретились с лошадиным телом, и Свенельд улетел метров на пять вверх и вбок, с оглушительным треском долбанулся об дерево, после чего расплескался водой по стволу.

– Ме-е-е-е-е!!! – торжествующе заорал козел и навалил целую кучу камней, при это еще и испортив воздух. Ну да, гадил он камнями, потому что, как позже оказалось, он владел магией земли. Но не суть.

– И-И-И-И-И!!! – раздалось сбоку, и ничего не подозревающий козел тоже испытал радость непродолжительного полета. Свенельд на полном ходу повторил его подвиг, тупо протаранив козла головой. И пошла заруба, бессмысленная и беспощадная.

Конь давил авторитетом, козел отсутствием мозгов и абсолютно наплевательским отношением к собственной жизни. То есть, сама мысль о том, что он может проиграть, ему даже в голову не приходила – да там, похоже, вообще не было ни одной мысли!

– Это вообще кто? – нетерпеливо дергала меня за рукав Женя. – Это твой пет? Отражение твоей души и силы⁈

– Очень даже похоже, – не могла не подколоть меня Мавка.

– И что? Зато он сильный!!! И орет громко.

– И как ты его назовешь? Имя должно отражать его суть.

– Пурген. Его зовут Пурген.

– Это почему так?

– А чтобы враги при его появлении сразу излечивались от запора.

– Каков хозяин, таково и отражение души. Я так и думала, что ты козел.

– Мавка, можешь даже не уговаривать меня – твоим я никогда не буду.

– Да кому ты нужен, болезный!!!

– Тебе и нужен…

Тем временем животные закончили выяснять отношения и лежали по разные стороны от многострадального дерева, тяжело дыша. Походу у них был боевой перерыв и временная ничья. Сдаваться никто из них не собирался.

Волк Аленки и змей Сигурда смотрели на них абсолютно равнодушно – им было плевать и лень.

Вот так мы и познакомились с тем, кто должен был стать моим вроде как другом, а стал личным кошмаром…

Глава 13

Я, конечно, мечтал о величественном грифоне или послушном единороге, но судьба подкинула мне это недоразумение. Пурген был мастером саботажа. Как только мы собиралась в рейд, козел «случайно» застревал в дверном проеме. Если нужно было срочно куда-то лететь, он внезапно решал, что ему нужно немедленно поесть, и начинал жевать все, что попадалось на глаза: от травы до вещей, разбросанных по казарме. Он в принципе все время что-то жевал – мог употреблять даже камни, если уж ничего более подходящего не находилось. А когда я попытался в первый раз оседлать его, козел просто лег на землю и начал кататься, как будто у него чесотка. При этом я тогда с него соскочить не успел, поэтому покатался вместе с ним по ниразу не мягким полам казармы.

Насчет летать я не шутил. Он это умел. Правда, не совсем летать, а скорей прыгать, но очень далеко – на пару километров его способностей точно хватало. Мог карабкаться по любым поверхностям. Используя магию земли, создавал локальные землетрясения или швырялся каменными кулаками. Фантазия в плане пакости была у него очень сильно развита.

И жрал. Он постоянно что-то жрал. Особенно уважал овощи и мясо. Вот совсем недавно случай был – отвлекся я, а этот мудак учуял что-то съестное и ломанулся в окно дома напротив.

Хозяйка оборачивается, а там морда эта – разбила стекло, залезла внутрь и громко мекает. Та с перепугу и стала кидать в него то, что было в руках – то есть, овощи из корзины. Она кидает, он ловит на лету и жрет. Когда овощи закончились, в него полетела корзина, которую он тоже сжевал. Когда хозяйка поняла, что метательные предметы кончились, она пришла в себя и с криком стала тыкать этому козлу в морду ухватом. Тот стал орать еще громче и пытаться выбраться.

Услышав крики, я выскочил на улицу и увидел уже ставшую привычной картину – эта тварь опять застряла и пытается освободиться. Да так, что задними копытами под собой уже яму на полметра вырыл.

Я рванул к нему, схватил за ноги и стал тянуть на себя, чтобы его вытащить – но фиг. Этот идиот поднял голову и рогами зацепился за стену и орет, потому как спереди его атакует баба, а сзади дергаю я. Ну, еще и хохот обывателей, которым посчастливилось наблюдать эту картину, совсем не добавлял настроения.

Наконец меня это задолбало, и я рванул, применив магию, что усиливала тело. И этот дурак свалился на меня с частью стены, вырвав ее рогами.

Пока я приходил в себя, эта сволочь свалила в огород и навела там шороху, частично все сожрав, частично потоптав. После этого я три дня чинил стену и перекапывал огород, приходя туда после тренировок. Надо ли говорить, что меня очень заинтересовал рецепт шашлыка из козлятины?

Сказать, что наши с ним отношения складывались туго – ничего не сказать. Он ведь должен был быть частью меня, отражением моей души и силы. Ага, щаз-з! Не дух он был призывной, а вполне себе живое существо, которое я своей силой как-то – и не спрашивайте меня, как! – переместил в наш мир. Ну да, мы были связаны, но козел хер клал на нашу связь.

Ну, типа я ему должен все, а он мне – пошел в жопу, раскомандовался тут. Пока я разобрался, как его отзывать, эта тварь наделала тут бед. Но был и положительный момент – его мир, то есть, то место, где он жил – сплошь голые скалы, по которым он скакал, питаясь тем, что на них растет, не рискуя спускаться вниз, где обитали любители козлятины. Поэтому у нас ему очень понравилось и возвращаться обратно он категорически не хотел. Но и подчиняться тоже.

По итогу мы сошлись с ним на кулачках, выясняя, кто круче. Не выяснили, потому как у нас была боевая ничья. Пришлось договариваться – он слушается меня и помогает, а я не играю в самодура хозяина и не отправляю его обратно.

Говорить он, конечно же, не мог, но все прекрасно понимал. Ну, а мы с ним общались с помощью мыслеобразов и по первому времени там часто мелькал шашлык. В общем, он проникся и не пакостил. Ну, почти. Иногда козлиная натура все же брала верх, и тогда по всему городу слышался мат, звон оружия и возмущенное меканье.

Его ненавидел весь отряд, в то же время вынужденно признавая его полезность. К Пургену нельзя было подобраться незамеченным – магия земли позволяла ему услышать даже невесомые шаги призрака, если он вдруг шел по ней. А уж отменный нюх, которому любая собака позавидует, мгновенно реагировал на любой посторонний запах. Но это не мешало его не любить и всячески сторониться.

Вот только фиг у кого это получалось – Пурген полностью оправдывал свое имя и напрягал всех, включая пролетающих над нами птичек. В них он швырялся камнями – в основном, промахивался. Но иногда попадал, и если мы не успевали спасти бедную, то он ее съедал вкусную.

Так что, если вы вдруг увидите в небе странное существо, похожее на летающий ковер из грязной шерсти и упрямства, знайте – это Пурген. Он может быть наглым, резким и совершенно непредсказуемым, но в нем есть своя магия и некий козлиный шарм. Хотя, конечно, лучше держаться от него подальше – если только вы не готовы к приключениям, которые начинаются с «Меее!» и заканчиваются полным хаосом…

– Я ее убью!!! – прохрипел я, лежа на земле. Сломанная нога, отбитые ребра и замороженная левая часть груди.

– Бек, – подтвердил козел, валяющийся рядом. Треснутое копыто, обожженная в нескольких местах шкура и сломанный рог.

– Справились – молодцы. Но слабенько. Далеко от рекорда. Видала я результат и получше, – Мавка стояла над нами – руки в боки, на губах презрительная улыбка.

– Ме-е-е-е? – вопросительно посмотрел на меня Пурген, тяжело поднимаясь на ноги.

– Согласен, – кивнул я, так же с трудом вставая. Нога, хоть ещё и болела, но кость уже срослась. Регенерация рулит.

– Вы чего задумали? – что-то заподозрила она, делая шаг назад.

Вспышки перекрыли ей обзор, земля разошлась и тут же сомкнулась над ней, оставив снаружи только голову.

– Отпустите меня, сволочи!!! – нервно задергалась Мавка, но Пурген держал крепко.

– И это командир элитного отряда? –скривил я губы в презрительной усмешке.

– Пфе! – сплюнул козел, а потом подошел к ней и… помочился ей на лицо! Нет, я знал, что он конченый, но чтобы до такой степени…

Рев взбесившейся Мавки, наверное, услышали даже небеса и содрогнулись. Земля пошла трещинами, раздался взрыв – и вот уже разъяренная дама вылетает оттуда, формируя в полете что-то максимально убойное и болезненное.

– Успокойся. Говорят, козлиная моча полезна для кожи, – проявил я несвойственную мне прежде гуманность. Но козла было реально немного жаль.

Но Мавка уже никого не слышала – запрыгнув на появившегося Свенельда, она рявкнула мне: – Только попробуй его отозвать! – и рванула за давшим стрекача Пургеном, сжимая в руках молнии.

– Чего это она? – ко мне подошел Емеля, вслушиваясь в вопли разъяренной Мавки, которую хоть уже и скрыли от нас дома, но негодующий голос еще был хорошо слышен.

– С Пургеном поругалась. Сказала, что мы слабаки и еле прошли ее легкую полосу препятствий. Хотя мы на ней чуть не сдохли.

– Легкая полоса? – заржал он. – Открою тебе секрет, мой непросвещенный друг – у Мавки нет легких или средних полос. Все максимально сложные – иные она создавать не умеет.

– Нас это, типа, наебали? – охренел я.

– Ну, типа да. Это у нее такой воспитательный процесс. Сам на это в свое время купился. И то, что вы ее прошли и даже остались относительно целыми, уже о многом говорит.

– Ладно. Я тебя услышал. А теперь, если ты не против, я пойду – прогуляюсь. Мавка, нам надо поговорить. Ходи ко мне, гули-гули! – заорал я, направляясь на шум битвы, постукивая по земле тяжелым посохом, который я намеревался засунуть ей в зад. Хороший такой, состоящий из света и острых частичек земли. Недавно его придумал, и вот появился шанс проверить в деле.

Если бы мне раньше сказали, что ездовой козёл станет моим ближайшим союзником в схватке с полубогиней-садисткой, я бы покрутил пальцем у виска. Но сейчас, глядя на Пургена, который нервно жевал куст ежевики и косился на Мавку, прижимаясь задом к дереву, я понял – это судьба в очередной раз показывает мне свой зад.

– Гули-гули, да? – Мавка вышла из тени, и её волосы, сплетенные из корней и шипов, зашевелились, будто живые. – Ты серьезно решил, что палка с грязью меня напугает? Или ты настолько в себя поверил, что решил подать голос? Стой спокойно и смотри, как я готовлю шашлык из козлятины.

– Эй, это не просто грязь! – возмутился я, вращая посохом. – Это… эм… концентрированная ярость земли! Светом приправленная!

– Ярость земли? – она фыркнула. – Она такая же слабая, как и ты сам. Как и твой козел. К тому же ты потерял концентрацию, и твое грозное оружие превращается в пшик.

Я взглянул на посох. И правда, те самые «острые частички земли» дружно посыпались вниз, оставив в моих руках жалкий прутик с тусклым свечением, напоминавшим светлячка на диете.

– Ну… Это часть плана! – соврал я, отступая.

Но было поздно. Мавка уже махнула рукой, и земля под нами ожила, превратившись в змеиную пасть. Я гордо взмахнул посохом – моим шедевром из света и дерь… кхм, земли.

– Вот сейчас я тебя, – начал я пафосно, но закончил неожиданно: – Аааа, блять!

Посох, который должен был сиять, как меч Перуна, вдруг замигал, как дешёвая гирлянда из подземного перехода, и рассыпался. Острые частички земли дружно решили, что их жизненная цель – впиться мне в лоб.

– Новый посох? – Мавка склонила голову, будто разглядывала муху в паутине. – Мило. Напоминает мне мой первый… Правда, тот хотя бы стрелял.

– Пурген, атакуй!

Козёл, который уже начал пятиться к кустам, замер, издал звук, средний между блеянием и матом, но Мавка его опередила. Она щелкнула пальцами, и земля под нами превратилась в болото. Не в метафорическое – в самое настоящее, пахнущее тухлыми яйцами и канализацией.

Я попытался выбраться, но трясина засосала меня по пояс. Пурген, стоявший на крошечном островке суши, дрожал и искал возможность свалить, но увы…

– Время принимать ванну! – рявкнула Мавка, и лоза выросла из воды, отправив Пургена под заливистый ржач Свенельда прямиком в трясину.

Дальше все смешалось: посох-неудачник загорелся, как спичка, осветив мое унижение; Пурген, барахтаясь, брызгал грязью с нотками травы, которую он жевал; а Мавка тем временем устроила мини-лекцию о том, что настоящие воины не тычут палками в лесных духов, а учатся слушать природу.

– Слушать природу? – выдохнул я, выплевывая тину. – Какая, на хрен, природа⁈ Ты вообще о чем? Что за бред несешь?

– Свенельд, – ласково сказала она, и эта лошадь прыгнула прям на голову Пургену, заставив его нырнуть в дурнопахнущую жижу. Потом эта участь постигла и меня – благо, я успел задержать дыхание и не начать обещать ей страшные кары и, возможно, даже анальные.

Когда болото наконец выплюнуло нас на берег, мы лежали, похожие на два куска дерьма, пахнущие примерно так же. Мавка окатила нас ледяной водой, дабы мы почувствовали себя еще более униженными.

– Спасибо, – пробурчал я. – Ты просто прелесть. Надеюсь, у меня все же будет шанс поквитаться.

– О, милый, – она улыбнулась слаще ягод белены. – Шанс есть всегда. Надо лишь им суметь воспользоваться. А теперь поднял жопу и марш в казарму! Пургенчик, а ты останешься. Боюсь, я со всей этой беготней сильно проголодалась…

– Бек, – отрицательно помотал он головой, чуть нервно потряхивая телом. Явно готовится свалить, но еще не придумал, как. Посмотрел на меня с надеждой, но я демонстративно отвернулся – мне он ни хрена не помог, хотя мог. Сам нассал, сам пусть и разбирается.

Так что я обиженный и расстроенный поплелся, куда меня послали. За Пургена я не переживал – ничего она ему не сделает. Ну, набьет морду – так оно не в первый раз. Хотя даже в этом я сомневался – козел уже вполне пришел в себя, так что сможет удрать. Это он просто изображает немощь, а по факту быстро восстановился.

В свою комнату я входил совершенно разбитый, поэтому и не заметил, что я в ней не один.

Да, я ж не объяснил, где живу – казармы оказались не совсем тем, что я представлял и знал. Небольшой двухэтажный дом, рассчитанный ровно на десять человек. У всех индивидуальные комнаты – у Мавки, как командира отряда, пороскошней, у остальных стандартные типовые: кровать, стол, пара стульев, шкаф для одежды. Душевая общая, туалет типа сортир во дворе.

Ну да, они духи, но имитировали реальную жизнь по полной, чтобы не забыть корни. Так что да, ходили в туалет, бухали, когда была возможность, да и вообще, жили жизнью рядовых обывателей. И если насчет Пургена все удивлялись – живому не место в мире духов, то вот насчет меня вопросов не было – за это время никто так и не понял, что я живой.

Общая кухня, где кашеварили по очереди все, кроме меня – то, что я готовил, даже всежрущий козел отказывался есть. Но вообще в казарме ели редко, предпочитая питаться в кабаке «У Демьяна», где нам всем, кроме Пургена, были официально рады. Этот дурак тоже был раньше туда вхож, пока не пробрался на склад и не пробил рогом бочку с пивом и все вылакал. А после резвым конем скакал по помещению, круша все вокруг. Ну, и когда увидел, что его пришли убивать, проломил стену и рванул на поиски приключений. Так что теперь он ел что придется, в основном пробираясь на соседские огороды. Или охотился в лесу, потому как мясо тоже уважал не меньше капусты.

– Ты чего такой разбитый? – Женя прижалась ко мне, нежно целуя в щеку.

Ну да, мы как бы вместе – просто секс, без всякой любовной шелухи. Сам не знаю, как это произошло – после очередной зачистки все настолько сильно устали, что еле доплелись до своих комнат. Причем, меня до моей фактически дотащила на себе Аленькая. Раздела, уложила и легла рядом. Так оно и завертелось.

Она могла жить у меня пару дней, а после опять вернуться к себе в комнату, неожиданно заявив, что ей надо больше личного пространства. А потом все повторялось по новой. Я не был ее мужчиной, а она не была моей женщиной. Мы просто помогали друг другу сбросить напряжение. Эдакий секс по дружбе, без дальнейших планов.