Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

Глава 5

Из подвала я вышел немного ошарашенный огромным количеством информации, способной уничтожить карьеру генерала. Беккер сопроводил меня и Олега до выхода из посольства, вежливо попрощался и отбыл.

В приемной ко мне метнулась встревоженная Ирочка.

– Тут к вам Дмитрий Федорович заходил. Долго вас ждал, не дождался, куда-то уехал. А потом позвонил товарищ Шмелев. Попросил, когда придете передать, чтобы срочно заехали к нему, куда вы знаете.

«Срочно⁈ О, как! Видимо товарищу генералу уже не терпится прибрать мои компании к рукам», – отметил я. – «А может Саня уже сработал, скинул инфу кадровичке, он долго тянуть не будет. Вот они и занервничали, засуетились».

– Ладно, – кивнул я. – Ещё какие-то новости есть?

– Факс пришел из Саудовской Аравии, – улыбнулась девушка. – Металл они получили, всем довольны, хотят продолжить сотрудничество. Ещё Елена Петровна заходила, отчитаться хотела, отчет оставила. Хотите ознакомиться?

– Сейчас некогда, – отмахнулся я. – Приеду, почитаю. Расскажи кратко, что там. Только самое важное.

«НКТ-сервис» два новых больших контракта заключил, – сообщила Ирочка, – Приехали Иван и Женя, хотели вас видеть, не застали. Принесли в бухгалтерию квитанцию с предоплатой, оплатили по договору большую партию одежды на сто пятьдесят семь тысяч. Плюс у нас собрано уже полтысячи заявок на американские автомобили по каталогу и тысяча на наши. Елена Петровна сказала: мы можем такие объемы сразу не потянуть, даже с учётом, указанного в договорах сроках поставки – полтора-два месяца. Как только Ашот, как директор «ОСМЫ-авто» договора получат, сразу авансы перечислят, и начнется отчет времени.

– Отлично, – довольно кивнул я. – Тогда пусть делают так. Пока Ашот это не подписывает, посылаем срочный факс в «А-Альянс», они должны быстро уточнить наличие этих машин и начать быстро готовить следующую партию. Как только будет уверенность, что свои обязательства выполним, подписываем договора, во всяком случае, на имеющиеся машины, чтобы не было проблем. А в АТОВАЗ Ашоту надо будет съездить на днях. Пусть как хочет Каданникова уламывает, но эту тысячу машин за два месяца выбивает, можно даже частичную предоплату сразу внести. Если не все сразу забрать, то время потянем, и оставшуюся часть попозже заберем. Впрочем, ладно, я об этом сам с ним поговорю.

– Но Елене Петровне я ваши слова передам, – уточнила Ирочка.

– Конечно, передавай, – согласился я. – Всё, поехал общаться с товарищем Шмелевым.

Генерал встретил меня хмурым и насупленным как грозовая туча. Молча провел в гостиную, тяжело уселся за стол. Указал взглядом на стул рядом.

– Присаживайся.

Я осторожно опустился на сиденье.

– Что там у тебя с оформлением документов? Сроки уже подходят, – мрачно напомнил он, сверля мое лицо тяжелым взглядом.

– С документами всё нормально, – спокойно ответил я. – Они уже давно подготовлены. С учредителями сложности. Я же говорил – все решения мы принимаем коллегиально и мне нужно убедить ребят отдать тридцать пять процентов вашим людям. Они не понимают, почему должны дарить свои доли.

– Что значит, не понимают? – рыкнул недовольно Бобков. – Я что-то неясно объяснил?

– Объяснили ясно, – подтвердил я. – Помните, когда я попросил перечислить все достоинства и недостатки передачи долей Гусинскому и Дмитрию Федоровичу, вы сказали: За мной и моими кооперативами будет стоять государство и Комитет. Перед нами откроются огромные возможности, выходы на самых больших людей, и никакие, я запомнил дословно это выражение: «сраные рэкетиры и чиновники и пикнуть не посмеют. Порвем на фашистский крест».

– И что тебя не устраивает? – буркнул генерал, продолжая давить взглядом. – Если бы не я, тебя бы разорвали на клочья. Забыл чьих детей ты избил? Ты для них как грязь на ботинке, наступили, вытерли и пошли дальше.

– Дело не в этом, Филипп Денисович, – терпеливо пояснил я. – За меня слово сказали, помогли урегулировать ситуацию, спасибо вам огромное. Вопрос в моих компаньонах, они пока ничего от вас не увидели, никакой помощи, поэтому не понимают, за что должны отдавать свои доли.

– Как это ничего, – генерал придвинулся, тяжело оперся ладонями на столешницу и навис надо мною всем телом. – А визы вам в Америку, Швейцарию и другие страны, кто делал? А с поездкой в ГДР, оформлением документов, кто помог? А информацию о промышленниках и кураторе, кто дал?

– Ну да, – кивнул я. – И вас за это мы все регулярно благодарим материально. Кстати, с Рунге, ваш человек ничем помочь не смог. Пришлось решать эту проблему самому. И я её решил. Заметьте – без вашего участия. Люди хотят увидеть, как вы справляетесь с действительно сложными вопросами, а потом принимать решение.

– Сложные – это, какие? – набычился Бобков.

– Ну вот, например, с Братским алюминиевым заводом, – сразу ответил я. – Местный криминал спелся с властью и ментами и вообще обнаглел, с крышевания ларьков к заводу перешли. В моих людей стреляли, садили в обезъяник, наезжали всеми способами. Не дают работать, требуют платить сумасшедшие деньги, за то, что сотрудничаем с БРАЗом.

– Да они что, совсем там обалдели? – возмутился первый зам КГБ. – К государственному заводу лапы загребущие тянут рэкетиры сраные.

– Именно, – усмехнулся я. – И никто ничего сделать не может и не хочет. Там все спелись, и власти, и менты, и руководство завода. Вот и помогите мне решить эту проблему, избавиться от обнаглевшей местной братвы, разогнать ментов, работающих с ними в спайке, припугнуть руководство района и завода. Тогда у моих ребят вопросов к вам не будет, действительно серьезную проблему решили, показали свои возможности.

Минуту генерал молчал, сверлил пронизывающим взглядом – я глаза не отвел, держался спокойно и уверенно.

– Ладно, – буркнул Филипп Денисович. – Я подумаю, что можно сделать. Завтра-послезавтра дам ответ.

«Клюнул», – радостно отметил я.

В слух же проникновенно с нотками печали добавил.

– Понимаете, я не хочу давить на компаньонов и друзей. Никогда этого не делал и сейчас не буду. Это первый шаг к разрыву отношений, предпочитаю убеждать делами. Если они не понимают, за что отдавать вашим людям тридцать пять процентов, какую фактическую пользу мы от этого получим, значит надо это наглядно продемонстрировать.

– Сказал же, подумаю, – рыкнул генерал. – У тебя всё? Тогда позже свяжемся.

В машину я садился, твердо уверенный, что Бобков не останется в стороне.

– Куда едем? – поинтересовался Иван.

– В офис.

Оказавшись в кабинете, я получил от Ирочки отчет Елены Петровны и попросил пригласить Сергея. Начальник СБ появился в кабинете ровно через две минуты, после моего прибытия.

– Здорово, Сережа, – я отложил в сторону отчет главбуха и встал. – Поехали, проедемся.

– Сколько ребят с собой взять? – поинтересовался начальник СБ.

– Человек четырех вполне достаточно, – улыбнулся я. – Нас и так много будет. Со мной Иван и Артём, с тобою четверо, восемь, это целая команда получается.

На этот раз я предпочел поехать на «БМВ» за руль посадил Артема, Ваня разместился спереди, рядом с ним – мы с Сережей сзади. За нами следовал джип «шевроле-субурбан», за время моего отсутствия, специально купленный для службы безопасности с четырьмя бойцами, занимавшимися личной охраной и сопровождением руководства.

На подъезде к Новоарбатскому мосту, попросил водителя остановиться. Сережа по рации связался со старшим группы – Алексеем Игнатовым, и джип остановился в нескольких метрах от нас.Двери приоткрылись, сотрудники, вымуштрованные бывшим опером, рассредоточились вокруг, бдительно поглядывая по сторонам.

– Сереж, у меня всё готово, – сообщил я, когда мы в сопровождении Ивана отошли в сторону. – Звони Герману, пусть собирает своих парней и ребят из «Бастиона», начинаем работу в Братском районе. Генерал сегодня, завтра должен дать ответ, но думаю, он тоже в деле.

– Понял, – кивнул бывший опер. – Сегодня свяжусь.

– Гуменюку тоже позвони, – напомнил я. – В районе его опер работает, много информации собрал. Позже, когда генерал даст согласие работать по братским бандитам и ментам, пусть тоже подсуетится, выделит человечка из Центрального аппарата для негласной проверки поступивших сигналов. Как он это оформит, меня не интересует. Не сможет самостоятельно решить, пусть согласовывает с кем нужно. Под это дело возьмешь у Елены Петровны пять тысяч и передашь товарищу полковнику, когда потребуется.

Начальник СБ кивнул.

– И готовьтесь с Германом, сразу после решения с Братском займемся старателями, время уже на исходе, – добавил я. – Всё, как договорились. Пусть все люди, задействованные в операции, будут наготове.

– Передам, – коротко пообещал Сергей.

– А теперь поехали в бар «Авангард». Он где-то недалеко от арбатской толкучки находится.

– Я даже знаю, где именно, – усмехнулся начальник СБ. – Как только тебя туда пригласили, мы туда прокатились, посмотрели место, даже внутри побывали, правда, недолго. Обстановка там уж больно специфическая.

– Вот и отлично, – я хлопнул Сергея по плечу. – Поехали, покажешь, где этот притон находится, Штирлиц.

– Я не Штирлиц, я только учусь, – ухмыльнулся Владимиров.

«Авангард» находился на одной из небольших улочек, относительно недалеко от Арбата. У входа цветное панно с реющими советскими флагами, стройными фигурами спортсменов. Атлеты толкали ядра, боксировали, прыгали в высоту, гребли на байдарках.

– Его в одно время со стадионом «Торпедо» открывали, сперва, по слухам, хотели рядом сделать, там школа бокса, легкой атлетики, футбол и многое другое. Предполагалось, бар для спортсменов будет, но почему-то не срослось, пришлось в другом месте открывать, – пояснил Сергей, когда мы вышли из машины. – Поэтому, наверно, и спортивную тематику использовали. Кстати, он до начала восьмидесятых годов безалкогольный был, с различными диетическими меню. Спортсмены здесь, действительно, часто бывали, соки пили, всякие салатики жевали. Потом всё поменялось. В последние годы это место смоленские облюбовали, каждый день здесь сидят с утра до вечера. К ним коммерсы на поклон ездят, какие-то мутные типы, барыги разные.

Пока мы разговаривали, следом вылезли Иван, и трое из «шестерки». В машинах остались только водители.

В баре нас тоже заметили. Дверь распахнулась, выглянул квадратный бритый парень в спортивном костюме и легкой кожаной куртке.

– Э, пацаны, я чё-то не понял? Чего надо? – лениво перемалывая мощными челюстями жвачку, поинтересовался он.

– От тебя? – я опустил взгляд на лаковые черные штиблеты, видневшиеся из-под спортивных штанов, иронично хмыкнул. – Ничего.

– Так, я не понял? – браток уловил сарказм и набычился. – Тебе че-то не нравится?

– Мне? – удивился я. – Очень нравится. Такого уникального стиля давно не видел. Только ты одну деталь упустил. Надо было штанины в носки заправить, и трусы поверх брюк натянуть. А если для полноты картины рот разинешь и слюной на асфальт покапаешь – вообще красавцем будешь.

– Не по-о-нял, – протянул браток. – Ты чё издеваешься?

Наружу вышел, отодвинув братка плечищами, Макс. Окинул взглядом меня, Сергея охранников, криво усмехнулся.

– Здорово.

– Привет, – спокойно откликнулся я.

– Веня, иди обратно к пацанам, я сам разберусь, – заявил культурист, не сводя с меня взгляда.

– Так он, это, борзый очень, и не один, с торпедами, – попробовал взбрыкнуть бритоголовый.

– Сказал же, обратно иди, я разберусь, – процедил Макс. – Не вкурил?

– Вкурил, – скривился браток, но спорить не стал и исчез за дверью.

– Джека хочу видеть, – сообщил я. – Пообщаться надо.

– Я уже понял, – усмехнулся качок. – Ну, пойдем. Только своих быков здесь оставь. Можешь с собой одного взять, максимум, двух, но не больше.

– Хорошо, – согласился я. – Серый, ты со мной. Остальные ждут здесь.

За двумя столами сидел десяток братков. Среди хмурых рож, я разглядел Мурика, Болта и Дуба, ещё парочку попавших под замес на дороге. Чернявый смотрел с нескрываемой ненавистью. Болт и Дуб хмуро, но без явной злости. Я дружелюбно им помахал. Мурик злобно оскалился, Болт и Дуб молча отвернулись.

– Не надо пацанов дразнить, – тихо буркнул культурист. – Им и так досталось.

– Так я только поздоровался.

Макс хмыкнул, но ничего не ответил. Провел меня мимо большого зала, в коридор, остановился возле первой двери, постучал.

– Заходи, чего там мнешься? – я услышал знакомый голос и улыбнулся.

Джек сидел за столом, вокруг разложены разные бумаги, воротник рубашки расстегнут, открывая обвившую крепкую шею толстую золотую цепь, похожую на якорный канат. Рядом на тарелочке надкусанный бутерброд с красной икрой и ещё парочка с балыком и салями.

Поднял глаза, отложил стопку документов в сторону.

– Привет, – сухо поздоровался авторитет. – Присаживайтесь

Руку не протянул и не привстал, подчеркивая своё отношение.

– Привет, – спокойно ответил я, усаживаясь рядом. Сергей сел рядом. Макс всей огромной тушей плюхнулся на стул напротив, слева от босса, ножки жалобно скрипнули, но выдержали.

– Какими судьбами? – безразлично поинтересовался Джек.

– Должок хочу начать забирать. Помнишь, мы о трех желаниях договаривались, как у золотой рыбки? – дружелюбно пояснил я. – Пришло время выполнять первое.

– Я так и думал, – холодно улыбнулся Виктор Владимирович. – Помню, конечно, и от своих слов не отказываюсь. Но ты тоже обещал, под молотки бросать меня и моих людей не будешь.

– Помню, – в тон ему ответил я. – И не собирался. Наоборот, хочу сделать интересное предложение.

– Какое? – авторитет напрягся.

– Я забираю под себя Братский алюминиевый завод. Там обстановка сложная, братва местная хочет меня на деньги поставить, за то, что с завода кормлюсь. Районные менты вместе с властью с ними повязаны, прикрывают в наглую.

– А говорил, под молотки бросать не будешь, – криво усмехнулся Джек. – Да нас всех на клочья порвут, едва там обозначимся.

– Да подожди ты, дослушай сначала, – я досадливо поморщился. – С ментами и властью, я вопрос решу. Их за задницу московские коллеги и комитетчики возмут, никуда они не дернутся. И смотрящего Пахома тоже примут. Тебе со своими ребятами надо будет всю оставшуюся бесхозную борзоту под себя взять. Менты мешать не будут, у них самих задницы гореть будут, у районных начальников и руководства завода – тоже. Практически всю работу я за тебя сделаю, приходи и владей, стриги своих овец. Но только договор, никакого беспредела, как раньше, они тебе процент, ты им защиту, делаешь всё по справедливости, людей по беспределу не давишь. Договорились?

– Кто там рулит? – поинтересовался Джек.

– Пахом, он даже не из старых сидельцев. Молодой, да ранний, едва за тридцатник перевалил. Все коммерсы и жулики ему отстегивают.

– Ну он же не сам по себе, – рассудительно заметил авторитет. – Пахома этого на район кто-то из больших людей поставил?

– Петруха и Кисель – воры, – сразу ответил я. – Но это не большая проблема. Хочешь, я с Абхазом могу договориться, он за тебя слово скажет. Против него они не пойдут, весовая категория не та.

– Хочу, – мгновенно откликнулся Джек. – Договорись. Там много денег собрать можно?

– Достаточно, – хмыкнул я. – Конкурентов у тебя не будет, все Пахому платили. Если договоримся, я тебе твой полтинник назад верну, мне эта мелочь и даром не нужна.

– Если получится, и ты с Абхазом договоришься, я ещё бабок зашлю, и буду подкидывать на общак, не вопрос, – пообещал лидер «смоленских». – Знаешь, мы с пацанами подумали, решили отойти от жестких методов, действовать по понятиям, помогать своим коммерсам. Что самое интересное, выгодно оказалось, к нам через месяц народ сам стал подтягиваться.

– Ладно, дам команду Сергею, он с Абреком, это правая рука Абхаза свяжется, тему обкашляет, – я кивнул на начальника СБ. – Решим вопрос. В крайнем случае, ему и шефу машины по себестоимости подгоним, они все равно ни копейки не потратят, за всё подшефные коммерсы заплатят.

– Так что, договорились? – я встал и протянул руку.

– День, два мне дай, – попросил Джек. – Я не отказываюсь, свой должок помню и признаю, но тему надо пробить. Может, чего-то не учитываю, какие-то вопросы появятся.

– Хорошо.

Глава 6

Генерал дал ответ на следующий день, через Дмитрия Федоровича. Полковник сухо сообщил, предложение принимается, сейчас идут подготовительные мероприятия. Задал вопрос, имеются ли у нас какие-либо материалы, подтверждающие бандитский беспредел, сращивание власти с криминалом и попытки взятия БРАЗа под контроль.

Я сразу передал заблаговременно подготовленный пакет документов. Сергей, Вова и Ашот, под руководством многоопытного Френкеля написали письменные жалобы в Генеральную прокуратуру и КГБ. Сначала начальник СБ и Барсамян в красках расписали нападение на трассе, попытку похищения коммерческого директора, включая угрозы «посадить его на цепь, пока не привезут деньги». Затем Сергей и Володя выдали многостраничные претензии охранителям социалистической законности. Поведали о покушении на них, стрельбе из обреза и легком ранении с приложенными копией заключения и справкой врача, обрабатывавшего пострадавшее плечо бывшего помощника тренера. Не забыли дать показания на товарищей милиционеров, рекомендовавших им заплатить бандитам или вообще сюда не приезжать, чтобы не подвергать свои жизни опасности. Под давлением Исаака Моисеевича местные правоохранители с большим скрипом приняли и зарегистрировали первичные заявления от пострадавших, но до сих пор ничего официально не сделали для розыска и наказания виновных. На все запросы нашего адвоката отвечали стандартными отписками, которые довольный Френкель собирал в отдельную стопочку и придерживал до поры до времени.

Отдельной толстой папкой шел компромат на милицейское начальство и братву, заботливо собранный опером Заваровым. Бумаги передал поощренный очередной денежной «премией» полковник Гуменюк. Там находились документы, подтверждающие жизнь не по средствам милицейского и районного начальства, копии заявлений коммерсантов, последующие копии просьб от них закрыть уголовные дела. Они каялись в своих ошибках под воздействием эмоций и жизненных обстоятельств и униженно просили дать возможность забрать заявления.

Имелись фотографии сестры Чибиса со своим парнем, начальником местного «уголовного розыска» и её же с авторитетным братом. В папке было много оперативных материалов по взяткам, наездам бандитов на предпринимателей, показаниями свидетелей, положенными под «сукно», откровениями уже запуганных и «откативших назад» людей, с резолюциями «факты не подтвердились». Были заявления родственников, о пропаже предпринимателей, отказавшихся платить бандитам, поджогах предприятий машин и домов. Подшиты и прикреплены к делу снимки случайно запечатлевшие на свадьбе племянника Пахома, властей города в одной компании с авторитетом и другими бандитами. И все перечисленное было только малой частью, общей картины беспредела и разгула криминала в Братском районе. Полковник начал листать материалы, вчитываться. Затем каменное лицо вздрогнуло, морщины чуть разгладились, губы тронула едва заметная усмешка.

– С такими бумагами мы любые санкции получим, – хмыкнув, сообщил он.

Дмитрий Федорович повез собранные материалы полковнику, через час перезвонил, сообщил:

– Генерал очень доволен, готовьтесь, будем решать вопрос с бандитами и заводом.

Как я узнал позже, Филипп Денисович грамотно играя на эмоциях, упирая на стратегическое значение завода для страны. В беседах с Крючковым он упоминал беспредел, разведенный криминалом, сращивании местной милиции с уголовниками. Особо подчеркивал, что новообразованная мафия уже пытается взять БРАЗ под свой контроль и заставляет предпринимателей платить дань с каждой сделки с заводом. Давил на эмоции, подчеркивал – если не уберем, рэкетиры станут крупной структурой и рано или поздно разгорится скандал на всю страну, пострадает имидж «Перестройки» и партии, допустивших уголовников к уникальному стратегическому заводу всесоюзного значения. Крючков проникся. Разрешение на операцию и все необходимые санкции, Бобков получил за один день. Все действия разрабатывались в режиме абсолютной секретности. Учитывая вовлеченность милиции в преступные схемы, высокое начальство, после доклада высшему руководству страны, получило все необходимые полномочия и «добро» на обезвреживание преступников. После консультаций с Генеральным прокурором и министром МВД, Крючков и Бобков приняли решение провести задержания и допросы собственными силами с привлечением надежного следователя по особо важным делам Генеральной прокуратуры и проверенного офицера инспекции по кадрам.

Операции было присвоено название «Большая чистка». По личному поручению Бакатина, в обстановке полной секретности подобрали офицера Организационно-Инспекторского бюро. Все сотрудники КГБ, МВД, Генеральной прокуратуры, вошедшие в следственную группу, дали подписки о неразглашении посторонним лицам.

Одновременно началась работа с Чибисом, Литовцем и их братвой, взятой за драку в ресторане. Улыбчивых милицейских дознавателей, сменили суровые люди из Комитета и Генеральной прокуратуры, впечатленные предоставленными Бобковым материалами. Не знаю, какими методами они действовали, но часть бандитов, ехавших в Москву, удалось быстро расколоть. Чибис и Литовец молчали, но и без них фактуры набралось достаточно.

Руководить операцией назначили майора Сергея Игнатовича Северянина. Негласно курировал операцию от лица генерала Дмитрий Федорович. В следственную группу он не вошел, считался назначенцем первого заместителя КГБ, негласно имел доступ к материалам и большие полномочия, как лицо, представляющее инициатора и непосредственного высшего руководителя.

Как выяснилось, в отставку полковника ещё не отправили, только собирались, когда будет окончательно решен вопрос его официального оформления в наших компаниях. Позже, Дмитрий Федорович признался: руководить следственными действиями могли бы поставить его, но осторожный Бобков не захотел, слишком очевидно высвечивались наши связи, когда полковник получит доли в компаниях. Северянин все равно их человек, что ему скажут, то и сделает.

Чекисты согласовали со мной детали операции и моменты, зависящие от меня. Со своей стороны Серегины люди, обосновавшиеся в Братске, и завязавшие связи среди местной братвы, кооператоров и мелких жуликов, курировали вопрос с противоположной стороны. В отличие от Сереги, хорошо сработавшегося с полковником, Саня настоятельно попросил, чтобы он и его люди никакого отношения к сотрудничеству с чекистами не имели. Им «понятия» не позволяют. Мне информацию, касающуюся безопасности, передадут, подыграют, когда нужно. Но общаться и работать напрямую с чекистами, прокурорскими и ментами, категорически не желают – «западло». Я согласился.

В результате вместе с Сергеем в Братский район выехала следственная группа Прокуратуры во главе со следователем «важняком» Иваном Николаевичем Прохоровым, приданная в усиление сотрудникам Комитета, плюс спецподразделение КГБ в микроавтобусе, поскольку завод являлся предприятием всесоюзного масштаба, производившим около трети алюминия в стране.

Предварительно, через наших людей на заводе, распространилась информация, о моем скором приезде на БРАЗ для заключения нового крупного контракта. Активно расходились слухи, что после ареста Чибиса, Литовца и братвы, собиравшейся навестить меня в Москве, я уверовал в свою безопасность и самодеятельно решил, никаких накатов не будет, поскольку главные фигуранты лечатся в тюремной больничке и сидят в СИЗО.

Санины люди и сотрудники Сереги, работавшие в районе и плотно общавшиеся с местной братвой, подтвердили: информация дошла до Пахома, он рвется отомстить за Литовца и Чибиса, готовит «торжественную встречу». Западня была расставлена…

В аэропорту Братска, меня с Денисом встретил, прибывший ранее Сергей с тремя сотрудниками охраны, приехавший на двух «волгах», взятых в аренду у местного таксопарка.

Когда погрузили сумки с одеждой, я скомандовал:

– Поехали прямо на завод, хочу сразу решить все накопившиеся вопросы.

Водитель, полный лысеющий мужик лет сорока, метнул короткий взгляд в зеркало заднего вида. Я заметил мелькнувшую на губах торжествующую злорадную усмешку, сразу сменившуюся безразличным выражением.

– Ты слышал? Давай к проходной БРАЗа, – скомандовал Сергей.

Водитель кивнул, машина тронулась. Вторая «волга» с охраной двинулась следом.

Через двадцать минут, когда городские строения сменились лесополосой, начальник СБ подозрительно прищурился:

– Вадим, я не понял, мы куда едем? На завод надо было раньше поворачивать.

– Там ремонтные работы идут, – пояснил водитель. – Всё перекопано с утра. Нас в таксопарке ещё вчера предупредили. Придется делать небольшой крюк, а потом срезать, чтобы добраться до завода.

– Ладно, – многозначительно согласился Сергей. – Когда приедем?

– Да минут двадцать ещё, – многозначительно заявил таксист.

«Волга» повернула на небольшую дорогу, идущую вниз и прикрытую черными кронами деревьев.Машину затрясло по усеянной ухабами грунтовке.

– А это ещё что такое? – возмутился начальник СБ. – Ты, куда нас везешь?

– Говорил же – срежем немного, – невозмутимо откликнулся водитель, продолжая следить за дорогой.

В низине заграждая дорогу, стояли белая «нива», бежевая «девятка», и серая «шестерка». Я оглянулся. Сзади на грунтовку заехал синий хетчбэк «москвич-2141», закрывая возможность отхода назад.

– Не понял, – прорычал бывший опер, схватившись за руль. – Ты куда нас привез, урод?

– Сейчас увидишь, – буркнул водитель, нажимая на тормоз.

Около машин толпился десяток мужчин. Здоровенный верзила злобно ощерился медными фиксами. Мрачный крепыш, засунул большие пальцы раз ремень, показывая темнеющие кляксы татуированных перстней, на остальных. Высокий сутулый парень со стеклянным взглядом, неприятно улыбался, помахивая здоровенным тесаком-свиноколом. У двоих, молодого, с тупым выражением лица и у старого мужика с потертым лицом матерого уголовника из вызывающе расстегнутых курток виднелись рукояти пистолетов «ПМ» и «ТТ».

В середине толпы, широко расставив ноги, стоял крепкий мужчина лет тридцати пяти среднего роста. Полы черного кожаного плеча чуть подергивались, под порывами легкого ветерка.

«Ужас, летящий на крыльях ночи», – пришло в голову, и я невольно улыбнулся. В прошлой жизни, сынишка очень любил мультфильмы о Черном плаще.

Мужик в плаще смотрел в нашу строну тяжело, колюче, будто сдерживался из последних сил, чтобы не наброситься и втоптать в щебенку всю нашу компанию.

– Чего надо? – выкрикнул Сергей, высунувшись из приоткрытого окна.

– Ты, Елизаров? – крикнул в ответ мужчина.

– Ну я, Елизаров, – лениво отозвался я. – И что? А ты кто? Обзовись.

– Пахом, – оскалился «Черный плащ». – Слыхал?

– Слыхал, – подтвердил я.

– Сюда иди, перетереть надо, – ласково попросил Пахом. – Боишься один, можешь пару церберов с собой взять.

– Не, давай, по-другому сделаем, – предложил я. – Встретимся на полдороге между вашими и нашими. Только ты и я. Там и перетрем. Если боишься, можешь взять с собой кого-то одного, я тогда тоже с собой человека возьму – всё по-честному будет. Добазарились?

– Ты не в том положении, чтобы диктовать условия, – криво усмехнулся авторитет. – Я скажу, тебя и всю твою кодлу прямо здесь перешмаляют. Тебе это надо?

– Может и перешмаляют, – согласился я. – Только вы все после этого недолго проживете.

Сделал короткую паузу и передразнил:

– Тебе это надо? Если побазарить хочешь, значит, есть шанс договориться без стрельбы и лишнего геморроя. Или боишься ко мне подойти без своих псов? Дело же предлагаю, встретиться посередине и поговорить нормально.

– Ладно, – процедил Пахом. – Тогда я беру с собой одного человека, ты тоже можешь. Встречаемся вон у того пенька, возле дороги. Там обо всем и перетрем.

– Договорились, – откликнулся я. Повернулся к Сергею.

– Сереж, идешь со мной. Остальные выходят из машины и рассредотачиваются вокруг, так чтобы в любой момент уйти под прикрытие деревьев. Ситуация под контролем, но мало ли что.

Я открыл дверь, придвинулся к выходу. Почесал грудь, будто волнуясь. Подушечки пальцев ощутили под гольфом, прикрепленный изнутри пластырем миниатюрный микрофон. Я мысленно, с облегчением выдохнул:

«Слава богу, на месте».

Сергей выскочил следом, пристроился слева, бдительно отслеживая обстановку. Захлопали дверцы. Мои люди начали выходить наружу, группируясь вокруг автомобилей.

С Пахомом встретились около пенька, как договаривались. Я с любопытством разглядывал положенца Братского района. Злые волчьи глаза с характерным издевательским прищуром наблюдают за нами, острые скулы натянули кожу, на щеке небольшой шрам, ещё один на подбородке. Рядом с ним здоровенный бритоголовый верзила, с огромными ручищами, под два метра.

– Ну что, побазарим? – хмыкнул авторитет, остановившись вместе со своим подручным в метре от нас.

– Побазарим, – согласился я.

– У вас есть единственный вариант уехать отсюда целыми и невредимыми, – холодно сообщил авторитет. – С тебя лимон, за неприятности, которые ты нам доставил. И каждый месяц по сотке штукарей, за то, что работаешь на моей земле с нашим заводом. Но главное, вытащи Литовца и Чибиса с ребятами из СИЗО. Плевать как ты это будешь делать, главное, результат. Тогда между нами никаких непоняток не будет. Работай с БРАЗом делай свои дела, здесь тебя никто не тронет, ты под моей защитой.

– Что будет, если откажусь? – хладнокровно поинтересовался я.

– Мы тебя заберем, посидишь у нас в подвале, пока твои люди бабло не привезут и наши проблемы не решат. Если твои торпеды попробуют помешать, положим их прямо здесь, – нехорошо ухмыльнулся бандит. – Так что, лучше давай решать по-хорошему.

– Подожди, одного не понимаю, – я изобразил недоумение. – БРАЗ – завод государственный. Ты здесь причем? Крышуешь ларьки и кооператоров, твое дело. На завод зачем полез?

– БРАЗ – завод наш, – отрезал Пахом. – Он на моей земле стоит. Все, кто на нем крутится, должны братве бабки. Откажутся – будут проблемы. В конце концов, трупам деньги ни к чему. Так что лучше делиться с нами и делать бизнес, чем быть закопанным под осиной.

– Что, и нас попробуешь завалить, если откажемся? – криво усмехнулся я.

– И вас, – подтвердил Пахом. – Менты тебе на помощь не придут, у нас тут всё схвачено, сам должен был понять. Если миллион штрафа, сотку за подкат к заводу не привезешь, пацанов не вытащишь, конец тебе. Будешь гнить в земле сырой.

– Понятно, – усмехнулся я. – Ну что же, вопросов у меня больше нет.

Я незаметно напрягся, ожидая продолжения.

Громыхнуло так, что на секунду у всех заложило уши, с обочины брызнула щебенка, клочья черной жирной земли, перемешанной с остатками листьев.