Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

Каких планов? Да хер его знает. За все время Сварог так и не объявился, как вернуться обратно я даже не представлял. Мои осторожные расспросы на эту тему ни к чему не привели. Всё сводилось к одному – боги могут, смертные нет. Так что я просто ждал и тренировался, потому как больше ничего сделать не мог. Благо, время тут текло иначе, чем в Яви, поэтому вернусь едва ли не в тот же момент, когда сюда попал.

Так что я на все сто пользовался этим временным затишьем, осваивая магию света, тренируя тело и узнавая много интересного об этом и других мирах. Ведь для духов нет секретов и информацией они делятся очень охотно. Потому что нет смысла ее скрывать.

– Мавка загоняла, – ответил я Аленькой, на ходу стаскивая одежду. Тащиться в душ не хотелось, поэтому я очистился бытовым плетением.– Еще и надула с этими легкими полосами.

– Все через это прошли, – понимающе улыбнулась она. – Нас она по разным городам собирала. А Емелю, так вообще с первых корней к себе сманила. Ох, и ругался, помню, тогда Добрыня. Чуть до драки не дошло. С тех самых пор мы туда не суемся.

– Да с ее характером она никогда себе мужика не найдет, – буркнул я.

– Был у нее парень и любовь была. А потом… Все сложно, в общем. А теперь хватит болтать. Надеюсь, ты не все силы потратил на тренировке, – лукаво прищурившись, заявила она, тоже скидывая с себя одежду.

Ну, и я сразу убедился, что силы у меня точно остались. А спасение мира пусть пока подождет…

Глава 14

Аккуратно примостившись сверху, я начал медленно вводить свой член во влагалище. Женя же резко подалась своим тазом мне навстречу и, издав стон наслаждения, упёрлась своей мягкой попкой в мой лобок. Я почувствовал, как член обволакивают склизкие горячие стеночки лона и едва не кончил.

Девушка с явным наслаждением задвигалась, но я перехватил инициативу и стал её долбить со всей силы, схватив её за волосы, словно в порно. Мои яички от вытекающей смазки стали хлюпать, задевая при этом её клитор. От этого девушка перестала стонать и начала кричать в голос. Я понял, что оргазм тоже вот-вот настигнет ее.

Выйдя из столь сладкого и одурманивающего лона, я перевернул любовницу на спину и резким толчком вошёл в манящие недра влагалища. Наклонившись, я принялся вовсю целовать и мять её груди, иногда заставляя кричать потише девушку горячими поцелуями.

Наконец, отстранившись, я принялся одной рукой мягко ласкать и поглаживать её милый животик. Вскоре через плоть я нащупал внутри входящий и выходящий член и стал усиленно массировать это место.

От таких ласк девушка тут же прогнулась, и, приятно постанывая, принялась кончать, схватив себя за сосочки. Не дав себе отдышаться, она буквально выдернула из себя мой член и, потянув его на себя, попросила:

– Кончи мне в ротик.

Я примостился на ней и провёл горячим и мокрым от любовных соков мужским органом по притягательным сисечкам. Девушка, не теряя времени, схватила перенапряжённый член в ручку и неумело, но со страстью принялась мне надрачивать, выдаивая из моего органа сперму.

Первые тугие струи мутной жидкости ударили слишком сильно и попали на распущенные волосы девушки. Но моя любовница не растерялась и, продолжая мне надрачивать, направила извергающийся член в свой ротик.

Краткий перерыв, пока мы приходили в себя, просто лежа на кровати. И вот мой член окреп и уже был готов на второй заход. Поняв это, она снова взяла на себя инициативу и, опрокинув меня на спину, села сверху и резко ввела в себя член. Сначала плавно, а потом всё более быстро и под конец совершенно по-животному она стала трахать меня. Время от времени я переводил свои руки от её мягкой попы до грудей, от клитора до её нежной шеи и от ануса, в который иногда проникал мой пальчик, до лодыжек.

Поняв, что надолго меня не хватит, я опрокинул любовницу на бок, заключил её нежную шею в свои руки и, пристроившись к ней сбоку, стал осатанело вколачивать ей свой болт во влагалище, достигая головкой матки, под оглушительные крики девушки, несущейся на всех парах к очередному оргазму. В следующую секунду она закричала, её тело и в первую очередь влагалище затрясло в сладострастных судорогах. Я едва успел вытащить из её тёплого и горячего влагалища свой член, как из него ударили тугие струи, заливающие весь животик девушки.

– Круто, – только и смогли выдохнуть мы.

Как по мне, отличное завершение трудного дня. Впрочем, у нас еще вся ночь впереди…

* * *

В начале времен после тяжелейшей небесной битвы богов Прави с Чернобогом, в результате которой он был наконец побежден, Сварог спустился в Явь и создал у мифической Алатырской горы новый мир.

В самом центре его из почвы тут же появился маленький стебелек. За несколько часов он вырос до небес и превратился в огромный вяз, который с тех самых пор сдерживал при помощи своих могучих корней всю Землю.

В кроне священного дерева поселились всевозможные удивительные существа, в том числе птица Алконост, имевшая человеческое лицо, и птица Сирин, исполнявшая зачаровывающие слух и лишающие сознания песни.

На плоской и бескрайней вершине самой Алатырской горы бог-кузнец посадил в честь рождения своего сына Вышеня вишню, плоды которой были слаще меда и обладали свойством прояснять сознание и предвидеть будущее. Вокруг вишни выросли другие деревья, каждое из которых обладало определенными волшебными свойствами. Например, яблоня круглый год радовала золотыми яблочками, вкусив которые, можно было обрести вечную молодость.

В свою очередь выпивший сока, что стекал редкими каплями по стволу росшего рядом ясеня, мог познать все тайны смерти. Так и появился райский сад, который стал называться Ирием.

В райский сад на Алатырской горе на ночь уходило Солнце, там же пережидало зиму лето и, естественно, туда же каждую осень улетали птицы. И первыми среди них были ласточки, главная из которых являлась хранительницей ключей от Ирия. Открыв райские врата, она пропускала в волшебное царство всех остальных птиц, а также насекомых, ужей, полозов – гадюки и другие ядовитые гады зимовали в Нави – и прочих добрых животных. По весне же верховная ласточка Ирия отпирала врата, и на Землю вновь возвращалось тепло, благотворные дожди, радость и веселье.

Но до этого изначально Сварог возложил обязанности ключника на тысячелетнего ворона. Однако тот постоянно, громко и довольно противно каркал в раю, нарушая царящую там идиллию и тревожа как райских птиц, так и души умерших. Увещевания бога на зловредную птицу не действовали, и тогда Сварог приказал ему передать ключи ласточке, а самому больше в Ирии не появляться.

Недовольный ворон покаркал-покаркал с досады и выполнил приказание. Но лишь частично. Ключ от черного входа в рай он себе таки оставил. Ласточка, проведя ревизию и выявив недостачу, устыдила ворона, а тот в отместку схватил ее клювом за хвост и вырвал несколько перьев. Именно с той поры он у новой ключницы и стал раздвоенным.

Когда Сварогу доложили об инциденте, который случился на подведомственной ему и доселе тихой территории, он так разбушевался, что чуть не разнес Ирий в клочья. Успокоившись же, бог-кузнец повелел отныне всему вороньему племени питаться до скончания времен мертвечиной. И это наказание ворон принял как должное; тем не менее, навсегда удаляясь из рая, утаенный ключ ласточке так и не вернул. И с тех пор, поступив на службу к темным силам Нави, регулярно и тайно проникает в Ирий, чтобы добыть для своих новых хозяев, а порой и для героев, живую и мертвую воду.

Ну, и конечно же, информация – шпионил ворон с душой, как говорится, по велению сердца. Тем более, что недавно в Вырии появился крайне интересный персонаж, в котором был заинтересован не только его хозяин, но и хозяйка. Вот и носился он, никем не замеченный, следом за этим человеком и наблюдал. И чем больше видел он, тем больше не понимал, как остальные не замечают очевидного – а именно часть тьмы, что таилась в душе этого персонажа.

А еще его напарник очень походил на одного из тех козлов, что когда-то давно возили колесницу убитого скандинавского бога Тора. Попытка приблизиться к нему, чтобы выяснить всё наверняка, сразу провалилась – тот моментально почуял ворона и едва не убил. При этом он посмотрел на птицу таким взглядом, что тот больше не отваживался к нему приближаться. Тогда-то ворон и заподозрил неладное, ведь увидеть его мог только тот, в ком текла хотя бы капля божественной крови темных.

И теперь ворон гадал -что еще выкинет этот странный смертный, к которому приковано внимание не только темных богов, но и самого Сварога. Поэтому он, откинув все прочие дела, просто смотрел и запоминал. Ведь чем дальше, тем все становилось интересней…

* * *

– Бек! – входная дверь с оглушительным треском вылетела от мощного удара рогами, и в комнату всунулась голова довольного Пургена.

– Херак! – высказался подкованный железом сапог, встретившись с его башкой, которая тут же исчезла.

– Пошел на улицу, тва-а-арь!!! – а вот это уже голос взбешенной Мавки, которую козел, видимо, разбудил.

Потом послышались ещё удары, пахнуло магией и раздались громкие вопли раздраженных людей, чей сладкий сон прервал бесцеремонный козел. Ну да, у нас сегодня выходной – гуляем, бухаем, готовимся к будущим подвигам.

Лично я собрался на экскурсию к Первым корням – интересно посмотреть на легендарных богатырей. Собрался один, потому как остальные там уже были и тратить на это своё свободное время не хотели. Да и ладно. С Пургеном, думаю, за пару часов доберусь. Когда он хочет, то может быть очень быстрым. А чем его мотивировать, я уже придумал.

Жени в моей комнате уже не было – у нее случился очередной приступ «я свободная девушка и мне нужно личное пространство». Поэтому я встал, принял душ, закинулся парой бутербродов из кольца и пошел искать козла.

Кстати, пища Вырия мне не вредила, в отличии от той же Нави, и это радовало. Иначе шанс помереть от голода или эманаций света был бы вполне себе реальный.

Сверившись с внутренним козлонавигатором, я уверенно потопал в нужном направлении. Козел обнаружился на соседней улице, в тихом проулке между домами. Прячась в тени, он наблюдал за двором дядьки Ивана, который держал коз. И этот дурак сразу воспылал к ним неземной любовью и страстью. А то, что они раза в три меньше него, было для него ничего не значащим фактором. И все бы хорошо, если бы козы до дрожи в коленках не боялись Пургена. А от этого они впадали в депрессию и переставали давать молоко, что Ивана категорически не устраивало.

Поэтому с Пургеном у них был вялотекущий конфликт, иногда переходящий в острую фазу, когда козел шел в яростное и бессмысленное наступление. Свой двор дядька хорошо защитил с помощью магии, и иногда козлу удавалось ей противостоять, а иногда нет. В общем, чего не сделаешь ради любви…

По этой же причине вежливый вроде Иван со мной даже не здоровался, несправедливо считая, что раз я хозяин козла, то мне за него и отвечать. Вот только о том, что я его хозяин, Пурген даже не догадывался, считая себя венцом творения, а всех остальных неизбежным злом и ошибкой Создателя.

– Хватит нервно блеять на ворота. Пошли, нас ждут великие дела, – обратился я к нему, уже заранее предвидя его реакцию.

– Бек, – демонстративно отвернулся он, показывая, что совсем не заинтересован куда-то идти, если это куда-то не двор Ивана.

– То есть, тебя совсем не интересует огород с экзотическими фруктами и овощами? Большой, правда хорошо охраняемый. Но я-то думаю, для такого гурмана, как ты, это не преграда?

– Мек? – скосил он на меня глаза и тон его сменился на недоверчивый.

– А еще говорят, там выращивают коз, и не простых, а особой породы, у которой красивая и нежная шерсть…

– Пфе, – мечтательно пустил Пурген слюну, уже не так активно наблюдая за двором Ивана.

– Ну, и хозяин там богатырь, считающий себя самым сильным.

Этот аргумент забил последний гвоздь в гроб недоверчивости Пургена, потому как самым сильным он считал себя. Ну, и еще самым, конечно же, красивым – но это уже детали. Про скромность я умолчу.

– Но ты ж понимаешь, что надо действовать быстро – пришли, взяли, ушли. А там пусть вопит на весь Вырий. От такого позора ему не отмыться.

Что ж, это он понимал и любил. У меня сегодня радость, я кому-то сделал гадость – вот его девиз.

– Но не сразу. Надо пообщаться, втереться в доверие, разведать, что там и как. И главное не спалиться. Так что как прибудем – разделимся. Я отвлекаю богатырей, а ты лезешь в огород. Забились?

Стукнув кулаком по протянутому копыту и скрепив, так сказать, наш договор, я вскочил на козла, и мы понеслись туда… Куда нам совершенно не нужно. Я-то сходу не сообразил задать направление, а козлу было пофиг, куда бежать.

Пришлось искать рычаг ручного тормоза и орать ему в ухо, чтоб поворачивал. Не сразу, но получилось, и вот мы уже двигаемся правильно, со скоростью гоночного болида, напрямую через водные и лесные преграды, потому как бегать по дороге козлу не нравилось. Типа, ровные пространства для слабаков. А настоящие козлы ищут трудности и легко с ними справляются. Хорошо, что я не козел и у меня крепкий щит. Иначе давно бы снесло с его спины тяжелой веткой или смыло течением.

Ну, и конечно, раз мы пошли не так, как все, то и добраться до места назначения обычным путём не вышло. После того, как мы влетели в какой-то особо густой и мрачный бурелом с такими толстыми деревьями, что даже Пурген не мог их снести с первого раза, наше продвижение замедлилось. Потому как этот дурак сильно бесился, если преграда не ломалась с одного удара, и упрямо долбился об нее, пока она не исчезала. Мои понукивания и уговоры ни к чему не привели – когда включалось упрямство, мозг у этого животного отключался напрочь.

Поэтому, когда вдребезги разлетелся большой кусок непонятно откуда взявшегося тут камня с меня ростом, и вместо него засиял портал, козел даже и не подумал останавливаться и с разбегу влетел в него. Я же успел свалить, спрыгнув с его спины в последний момент, и еще в полете успел переместить дурака в его мир. Потому как он хоть и урод, но мой урод. И только я решаю, когда сделать из него шашлык.

И вот теперь я остался с непонятной хренью один на один, потому как призвать Пургена смогу теперь только через час.

А хрень агрессивно мерцала и будто даже следила за мной. Сбежать вариантов не было – по такому бурелому я не рискну передвигаться на своих двоих, ну или просто не смогу. Деревья стояли и лежали вокруг стеной, и небольшие проходы между ними внушали осторожный оптимизм, если, конечно, у меня было бы время протискиваться между ними. Ладно, сперва посмотрим, что из этого портала вылезет…

Ох, ну лучше бы не смотрел! Это все мое любопытство, будь оно неладно. Ну, и Пурген тоже виноват. В очередной раз я себя спрашиваю – почему нормальным героям достаются всякие жеребцы, вороны или драконы, а мне козел⁈ Какой-то неправильный сценарий моей жизни. Вон, не успел переродиться, как ни минуты покоя. А я, может, в кино сходить хочу, с девушкой пообжиматься на задних рядах… Но кто вообще интересуется моими желаниями⁈

Меж тем портал дрогнул, резко увеличился в размерах, и из него шагнули два огромных демона. Рогатые, четырехглазые, руки как стволы деревьев, а уж когти-то… Красные, страшные, ну прям как моя мачеха, чтоб ей в Нави тысячу лет страдать!

Передвигались они на четырех конечностях – медленно, я бы даже сказал, вальяжно. Метра три в холке – такие сожрут и не подавятся. Однако я ошибся – это были не демоны. Да, от них разило тьмой так, что хотелось зажмуриться. Да, они были прям по классике – ну, типа, именно так у нас принято их изображать. И все же это были не они – присмотревшись, я понял, что очертания их слегка плывут, а легкая дымка искажает вид.

Ясно. Духи Нави пожаловали. Сильные, страшные, но на удивление спокойные. На меня посмотрели презрительно, как на блоху, втянули носом воздух, плотоядно облизнулись и замерли по краям портала, не делая попытки напасть на меня. Хотя я прям ощущал их желание отведать вкусного Видара.

А после из портала показалась голова их друга – но был он побольше, клыки длинней и злобой от него так несло, что мне вдруг захотелось завизжать, как перепуганная девчонка, которую в темной подворотне зажали насильники.

Он медленно, будто ощущая собственное величие, двинулся вперед, постепенно появляясь передо мной во всей своей красе.

Но не он меня заинтересовал. Монстр и монстр – мало я таких убил, что ли, пока тут живу? Нет. Мое внимание привлек тот, кто на нем сидел. Точнее, та. А еще точнее, что при виде этой наездницы мое сердце будто сжали железными тисками, а ледяной холод стал промораживать все вокруг.

« Надо было теплой одежды прихватить», – мелькнула у меня бредовая мысль, когда я встретился с ледяными, светящимися глазами незнакомки, черт лица которой из-за низко надвинутого капюшона я пока не увидел…

Глава 15

Величественная, прекрасная, непостижимая в своей красоте черноволосая девушка в красном бархатном платье, вышитом драгоценными камнями. Капюшон, что прежде скрывал ее лицо, теперь был откинут, и я был не в силах оторвать от нее восхищенных глаз.

– Богиня, – склонился я в почтительном поклоне.

– Видар, – вполне доброжелательно кивнула в ответ она.

Лед, сковывающий моё тело, стал медленно и будто с неохотой отступать. При этом я почему-то не мерз, просто были ограничены движения.

– Вы меня знаете? – ох, не к добру это!

– А как же, – мило улыбнулась она. – Ты довольно известен в наших кругах.

– И чем же я заслужил подобную честь?

– Ну, хотя бы тем, что тобой заинтересовался Сварог, чего не бывало уже тысячи лет. Ах да, где же мои манеры – Морана, – представилась она, легко спрыгивая с духа-демона.

Остальные её спутники настороженно замерли, не сводя с меня глаз. Уверен, стоит ей только пожелать, и эти твари порвут меня на кучу маленьких Видаров. Впрочем, я тоже могу больно ударить. Но не буду. Пока не буду.

Но это же сама богиня стужи и смерти пожаловала. Красотка, что писец, но и такая же опасная. Хотя, я бы с ней замутил. Но нет, не рискну – замерзнуть боюсь. И чего ей от меня надо? Надеюсь, она меня прям сейчас не начнет соблазнять? Потому как я могу и соблазниться, а потом придётся скрываться от ее ревнивого мужа. А он правит царством мертвых. Нет, не буду соблазняться.

Итак, дрожим от страха, заикаемся и всячески выражаем верноподданнические чувства. Боги вроде это любят.

– Присаживайся, – она величественно повела рукой, и вот мы уже находимся на живописной поляне, в центре которой стоит накрытый стол, на котором куча всего вкусно пахнущего.

– В Вырии у меня не так много сил, но кое-что я всё же могу, – слегка улыбнулась она, услышав нетерпеливое ворчание моего желудка. – Времени у нас не так много, пока защитники не всполошились. А ждать, пока ты сам придешь в Навь, я не хочу.

– Есть необходимость в спешке? – поинтересовался я, занимая удобное кресло напротив нее.

– Как таковой нет. И все же я бы хотела быть первой.

– Смысл ваших слов ускользает от меня. Вы и так первая, вы самая могущественная и прекрасная…

– Лесть я люблю, но не перегибай, – дёрнула уголком рта она. – Разговор сейчас не обо мне.

– Просветите тогда, о чем?

– Для этого я здесь. Ты ведь изначально не собирался в Вырий, верно?

– Ваша мудрость может посоперничать только с вашей красотой, – склонил я голову.

Ну да, мажу я ее медом во всех местах, но зато качественно. Так, чтобы она расслабилась и сказала больше, чем планировала. Ведь чтобы прийти сюда, она потратила кучу сил. Зачем? Чтобы пообщаться и перетащить меня на свою сторону? Боги любят почитателей. Особенно не из своего пантеона. Хотя, я ж вроде темный? Ничего не понимаю. Свои сомнения я выразил вслух:

– И все же я не понимаю, чем привлек ваше внимание.

– Ты… Ну, скажем так, необычный, Видар. Смертный, в котором гармонично слились темное и светлое начало. Такого даже у богов не бывает, что уж говорить о людях…

– И чем это интересно лично вам?

– Пока не знаю. Удиви меня.

– Не понял. Как мне вас удивить, если я не знаю, чем?

– Дело в том, что тобой заинтересовался мой муж. А его интерес не всякий смертный пережить может. И у него на тебя планы. У Сварога тоже – только его мыслей никто не знает. Но раз ты интересен темным, то наверняка и светлым. И у них тоже есть планы в отношении тебя. Какие? Вопрос. Вот ты и просвети меня, чтобы я могла тебя защитить.

– А вам это зачем? Какое дело могущественной богине до простого смертного, к тому же ей не посвященного? Мой бог – Переруг, что бы там ни думали все остальные. И зачем вообще меня надо защищать?

– Признаюсь, жизнь богов скучна и однообразна. За тысячи лет существования мы перепробовали все развлечения, поэтому нас трудно чем-то заинтересовать. Но если такое происходит, то, можно сказать, активизируются все. Ты, как я уже сказала, не собирался перемещаться сюда. Знаешь, кто тебе в этом помог?

– Не знаю точно, но догадываюсь – Сварог?

– Очень похоже на него. Или кто-то из его близкого круга.

– Но зачем?

– Ну, причин этому может быть масса. Так, навскидку… Чтобы ты, например, хорошо освоил светлую магию. Ведь более нигде она лучше не работает, чем тут. Здесь, можно сказать, ее оплот, начало, если хочешь… Или вот ещё – чтобы ты как следует проникся идеями светлых. Мол, темные все плохие, и лишь светлые одни способны привести миры к процветанию. По факту, что там творится в голове у Сварога, не ведает никто. Но вот вмешаться в его игру захотят многие.

– И не побоятся?

– Конечно, нет. Пойми, это же развлечение. Ставка вслепую. Ты – загадочный джокер, если говорить карточным языком. И пока непонятно, чего от тебя ожидать. Это добавляет остроты. Так что сейчас лучший момент признаться – что в тебе такого особенного, кроме источника?

– Да черт его знает… – мясо неизвестного, но очень вкусного животного пошло на ура. Как и картошечка с укропчиком. Не знал, что боги уважают пищу смертных.

– Да главный черт-то знает, но молчит. Это и бесит.

Я решил отбросить условности и обращаться к ней на «ты».

– Поэтому ты решила вмешаться?

– Конечно. Если отказать женщине, то она все равно возьмет свое. Но горе тому мужчине, из-за которого ей пришлось напрячься.

– Увы, прекраснейшая, но помочь тебе я не могу, потому что не имею ни малейшего представления, чем.

– Не врешь. Это хорошо. Но и всей правды не говоришь, вот это уже плохо. Впрочем, причин доверять мне у тебя пока нет. Явилась какая-то незнакомка и требует откровенности. Понимаю и не осуждаю. Однако пищу для размышлений ты мне подкинул. Так что дам я тебе совет – не спеши возвращаться. Научись пользоваться светом так, чтобы для тебя это стало так же легко, как дышать. А потом приходи в Навь – помолись мне перед открытием прохода, и я лично заберу тебя. И возьму в ученики. Очень уж мне интересно, что из этого получится. Да… – кивнула она своим мыслям и хитро улыбнулась. – Так и поступим. Ты меня услышал?

– Конечно, – подскочил и вновь поклонился я. – Ваши слова совпадают с моими желаниями.

– Прекрасно. Значит, будешь работать не за страх, а за силу. Кстати, держи, – от нее отделился маленький амулет на веревочке и сам наделся мне на шею. – Этот лес – он не простой. И это тебе точно пригодится, чтобы из него выбраться. А теперь мне пора. А то скоро сюда вся охрана Вырия сбежится.

Послав мне воздушный поцелуй, богиня растаяла в воздухе вместе со своими демонами и столом с вкусняшками. При этом портал она не открывала – понты дороже денег, а появиться требовалось эффектно. Наверное. Фиг его знает, что в головах этих богинь.

Но при всем при этом возник вопрос – что мне-то делать? Впрочем, у меня было свое учение, придуманное мной еще в прошлом мире. Называлось оно дао пофигиста. В нем есть три главные заповеди. Первая – нефиг нервничать по поводу того, что могло случиться, но не случилось. Вторая – нефиг нервничать о том, что еще не произошло. Ну а если что-то все-таки случилось и произошло, то тут вступает в силу третья заповедь. Она гласит: пофиг!

Это было великое учение, созданное мной тогда, когда я расправился с убийцами родителей, и я быстро нашел его адептов. Правда, нас часто путали с раздолбаями, но это большая ошибка. Пофигист не забивает на все и вся.

Да, и ещё, не путайте пофигистов с эгоистами. У пофигиста нет преувеличенного значения собственной жизни, и пофигисты не приносят все в жертву лишь удовлетворению собственных потребностей.

Каждый пофигист мечтает стать таким пофигистом, чтобы ему было пофиг на все. Но это – типа несбыточной мечты, как ни один христианин при жизни не станет ангелом. Жизнь одним днем и тому подобное – это все признаки высшей ступени духовного развития пофигиста, но достичь этой ступени практически невозможно… Тем не менее, каждый пофигист в своей жизни стремится к этому, делая все возможное, чтобы встать на эту ступень. В этом и заключен сакральный парадокс Дао Пофигизма – обычный пофигист не может себе позволить просто забить на абсолютно все, так как это бы означало достичь недостижимого, но стремится к этому.

В этом стремлении они ведут себя в рамках правил общества… За исключением тех благодатей, которые даровал им Дао Пофигизма. Итак…

Пофигисты сродни фаталистам. Но если последние верят, что все предопределено, то последователям Дао Пофигизма всего лишь наплевать, предопределено ли все. Но и вмешиваться им лень.

Пофигисты нравственно похожи на циников. Разум человеческий не может вместить всего того зла, которое совершается ежеминутно вокруг нас по всей земле. Проблема в том, что почему-то в полном соответсвии с афоризмом «одна смерть – трагедия, миллион – статистика» нам показывают именно трагедии. Пофигист закален душой, и он не страдает от того зла, которое он видит, но не может исправить.

Например, когда пофигисту показывают убитого младенца, тот остается спокоен: во-первых, такие дети умирают тысячами ежедневно, а во-вторых, вернуть к жизни мертвого все равно уже нельзя.

У пофигистов не бывает депрессий и стрессов. Это величайшее достижение Дао Пофигизма, которое дает огромную силу всем его последователям. Если ты истинный приверженец Пофигизма, то какая бы неприятность ни случилась, ты останешься спокоен и сохранишь трезвость мысли, чтобы проанализировать причины случившегося и предотвратить дальнейшие неприятности. У пофигиста просто нет поводов огорчаться или злиться. Значит, стрессы и депрессии ему не грозят. В ярость пофигисты тоже не впадают.

Исходя из всего предыдущего, пофигисты отлично справляются с поставленными задачами, так как им ничего не мешает: пофигист не может бояться трудностей, ему просто пофиг на них. Что, конечно, не мешает предпринимать адекватные действия для преодоления возникшего препятствия. Просто у пофигистов нет психологического дискомфорта или страха, который может помешать справиться со сложностями.

Не надо думать, что пофигисты избегают принимать решения. Пофигисты выбирают верное решение, и их выбор свободен от неуверенности и страхов, от предубеждений и субъективных причин. Пофигисты всегда выбирают тот вариант, который надо.

Ни в коем случае пофигисты не живут одним днем. Они разумно планируют свою жизнь и совершают необходимые действия, чтобы ее улучшить. Другой вопрос, что пофигист не чуствует дискомфорта от плохой жизни, что позволяет ему сосредоточиться на ее улучшении, вместо того, чтобы жалеть себя, как обычные люди.

На этом реклама моего учения заканчивается. Все желающие приобщиться к его мудрости пишите, и если будет время, я обязательно приму вас в сект… в смысле, в нашу дружную семью.

Так что я огляделся, пожал плечами и принялся ждать, когда откатится время призыва Пургена. Потому как выбраться отсюда без него у меня банально бы не получилось. Ну, или пришлось бы потратить кучу времени на это. Все красивое убранство, созданное Мораной, исчезло вместе с ней, поэтому я просто присел возле дерева, прикрыл глаза, установив внутренний таймер на двадцать минут. Общение с богиней не заняло много времени, хотя, как мне показалось, прошло много часов. Все-таки ее сила сильно давила на мозги.

Таймер сработал и попытался призвать козла. Но фиг. Подождал еще чуть, попробовал снова – тот же результат. Похоже, сам лес блокировал эту возможность. Что ж, двигаться все равно надо, но Пурген еще получит по своей волосатой жопе. Нашу с ним связь я чувствовал, но была она как бы тусклой, приглушенной. Он в данный момент был в своем мире, и я ощущал его желание вернуться сюда. Но увы – пока я не окажусь подальше от леса, видимо, ничего не выйдет.

Сверившись с внутренним навигатором и определив направление по солнцу, я ступил под сень первого дерева. Воздух здесь был гуще, словно сам лес не спешил впускать чужака. Стволы, черные и скрюченные, будто кости древнего исполина, смыкались надо мной, их ветви сплетались в арку – словно челюсти, готовые сомкнуться.

Увидел проход. Тропа, едва заметная, вилась меж корней, выпирающих из земли, как жилы. Шаг за шагом, а за спиной уже не было пути – кустарник сходился, жадно поглощая мои следы.

Тишина. Не та, что зовет покоем, а та, что давит, обволакивая шепотом. Шелест листьев отзывался эхом чьих-то шагов, хотя вокруг не было ни души. Воздух дрожал серебристой дымкой, и в ней плясали огоньки – то ли светляки, то ли духи, маревом зовущие вглубь. Они переливались синим и лиловым, касаясь кожи холодными поцелуями. А между деревьев, в полутьме, мерещились силуэты: вот мелькнул рогатый профиль, вот скользнула тень с крыльями, словно вырезанными из лунного света…

Я шел, сжимая в потной ладони меч, готовый отразить любую, хоть физическую, хоть магическую атаку. Но лес молчал и манил. Под ногами хрустели грибы, шляпки которых светились изнутри, как фонарики. Их бледное сияние выхватывало из мрака странное: каменную статую с лицом, стертым временем, колодец, опутанный плющом с алыми ягодами, тропу, вымощенную плитами с рунами. И всюду – глаза. Невидимые, но ощутимые. Спина ныла от их взглядов.

Внезапно тропа оборвалась у ручья. Вода текла густая, словно расплавленное серебро, но, заглянув в нее, я увидел не свое отражение, а того, кем я был в прошлой жизни – карающую длань императора. Он смотрел на меня суровым взглядом, протягивая руку. Я отпрянул, и вода вздыбилась, выбросив на берег ветвь, обвитую колючей проволокой. Сердце забилось в такт далекому бою барабанов – или это стучали стволы?

Дальше пришлось пробираться наугад. Деревья становились выше, их кора шевелилась, как старая кожа. Однажды я услышал смех – высокий, звенящий, будто стеклом по стеклу. Обернулся: на ветке качалась кукла с фарфоровым лицом, ее глаза стекали черными слезами.