Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

С другой стороны, совершенно непонятно для каких целей Гожару и его… как там… ах да, цедрику понадобились ядро и сердце прошедшего эволюцию зверя. Соответственно мне от них толку тоже не очень много. Хотя… Кое-какие варианты использования можно и рассмотреть.

Как минимум меня еще ждало препятствие при переходе между ступенями, и ядро в этом плане вполне могло помочь. По методу Чагаша. Благо опыт имелся.

Я еще раз окинул взглядом тушу и разочарованно цыкнул. Лучшим вариантом, конечно, было бы запихнуть ее в Теневое хранилище, а решение принять уже потом, но я сильно сомневался, что ящерица туда вообще влезет. А если и влезет, то куда девать остальную нежить? Таскать за собой, как матушка-гусыня неоперившихся птенцов? Такое себе удовольствие. Да и козыри всегда приятнее в нужный момент вытаскивать из рукава, а не размахивать или перед лицом у потенциального противника.

Мне бы по-хорошему задержаться в Трещине, пока не пойму принцип работы оккупировавших тень чар, а заодно их не улучшу, но мэлэх на такое точно не согласится. Даже несмотря на то, что немало мне задолжал. Да и времени столько, если честно, тратить впустую не хотелось. И так в Крутолуге проторчал дольше запланированного, а мне еще до столицы добираться неизвестно сколько.

Таким образом выбора, по сути, не оставалось, и я приказал эльфу с дварфом присоединиться к потрошению трупа, а сам подошел к каменной платформе, возле которой с невидящим взором сидел старый сгорбленный кобольд.

– Эй ты! – я помахал у него рукой перед глазами. – Фрукты! Есть еще? Синие. Ням-ням. Где взял?

Крысо-ящер поднял голову, и я понял, что разговаривать с ним бесполезно. И не только потому, что тот ни слова не понимал из сказанного мной, но и потому что смотрел на меня с нескрываемой ненавистью. Будто я лично отнял у него смысл всей жизни.

Хотя, судя по всему, так оно и было.

Кто же мог подумать, что доминантным видом в Трещине окажутся не полуразумные кобольды, а Пустынные Тритоны, которым коротышки прислуживали. Впрочем, это мало на что влияло. На Земле им не место!

– Они таскали их из вон той кучи мусора. – крикнул мне Гурдияр, указывая на ближайшую ко мне «хатку».

Я отвлекся лишь на секунду, но именно в этот момент старик выхватил откуда-то кривой костяной кинжал и вонзил тот мне в бок. Вернее попытался. Я, может, и не закалял свое тело, как воины, до состояния, когда кожа способна выдержать удар меча более слабого противника, но кое-какое преимущество эволюция мне все-таки давала.

Вспоров одежду, примитивное оружие оставило короткий кровавый росчерк на моем теле, не причинив существенного вреда. Хотя, с другой стороны, старый кобольд сделал то, с чем не справились ни Развивший клиот, ни Королевский Тритон. В сим факте определенно просматривалась некая ирония.

Мощным пинком я, словно футбольный мяч, отправил коротышку в полет, закончившийся за переделами утеса, и тот рухнул вниз, исчезнув в желтовато-серой дымке, поглотившей его, даже не колыхнувшись. Чем бы это марево не являлось, свою добычу оно точно назад не вернет.

Я же, пригнувшись, залез примеченное мэлэхом жилище, где при свете извлеченного из Тени светляка обнаружил что-то вроде теплицы. Аккуратные ряды грядок, на которых росли небольшие деревца, похожие на карликовые пальмы. И, как на зло, ни одного синего персика! Все скормили дурацкой ящерице!

А ведь я надеялся с их помощью завершить собственную вторую эволюцию, когда иссякнет эффект Птичьих Пенчиков. Не могли, блин, немного про запас оставить что ли?

Я хотел уже вылезать обратно наружу, как тут мой взгляд упал на небольшой кожаный мешочек, лежавший в самом дальнем углу. Если бы не висевший над плечом Срандель, я бы его даже и не разглядел, но теперь уже не мог не заглянуть внутрь. Хотя бы из любопытства.

На поверку мешочек оказался не то желудком молодого Пустынного Тритона, не то каким-то другим аналогичным органом, но самое главное, что внутри я обнаружил семена. Или косточки. Судя по виду, нечто среднее. Но по форме и цвету я догадался, что именно из них выросли те самые карликовые пальмы, подарившие кобольдам, бесценные плоды.

А значит их успех смогу повторить и я. Жди меня, вторая эволюция!

Никита Клеванский
Некромант на страже человечества. Том 4

Глава 1

– Они у тебя всегда такие сообразительные?

– Тупые, как пробки. Даже бутерброд сделать не могут. Не говоря уже о супе или банальном бигосе.

– Смешно. – Гурдияр изобразил на изможденном лице некое подобие улыбки. – Гожар своих только для сражений использовал.

– Ну… – протянул я. – Они еще на велосипеде катаются и до пяти считают. – и тут же, глядя на вытянувшееся лицо мэлэха, добавил. – Шучу. Только до трех.

Не знаю, поверил ли мне до конца караванщик и понял ли вообще шутку, но меня это особо не волновало. Потому что, едва выбравшись из «хатки» кобольдов я попал на торжественную встречу, организованную собственными прислужниками. Передо мной в ряд стояли Элельвед, Гибольт и один из пары последних уцелевших в сражении Лемилингов. Они закончили потрошить дохлого Пустынного Тритона и приволокли мне свою, вернее мою, добычу.

Забрав у гуля отнюдь не маленькое сердце, я спрятал то в Теневом хранилище, выделив ему толику Межмировой Энергии, чтобы не испортилось. Извлеченное эльфом ядро Королевского монстра отправилось в кольцо. При этом я обратил внимание, что в отличие от ядра Матриарха Нетров поверхность кристалла покрывали изящные линии фиолетовых узоров, перекочевавшие туда с тела ящерицы.

А вот с кольцом Гожара возникли проблемы.

Ру́ки клиота успели пробыть в желудке монстра от силы минут пять. Это до смерти последнего. И еще сколько-то после. Но этого вполне хватило, чтобы практически полностью растворить плоть Химера, так что теперь в жвалах муравья покоилась чуть ли не скелетская конечность с жалкими ошметками чудом сохранившегося мяса.

И плевать бы я хотел на тело нелюдя, вот только досталось и внепространственному вместилищу. Едва стянув с перста мертвеца кольцо, я сразу же отметил, что его металл потерял блеск и гладкость, а попытка заглянуть внутрь не увенчалась успехом. Будто на глухую стену наткнулся.

– Его нужно в гильдию авантюристов нести. – глядя на мои потуги, посоветовал Гурдияр. – Результата не обещаю, но у них там разноплановых спецов хватает. Может что и придумают.

– В Заманске я их найду?

– Конечно. А куда, по-твоему, стекаются таланты из ближайших захолус… в смысле небольших городов? Скажешь, что от меня пришел, получишь приветственный бонус.

– Ну и тебе кой-чего перепадет. – не спросил, а утвердил я.

– Само собой. – не стал отпираться мэлэх.

Про гильдию эту слышать мне уже доводилось. Впервые ее упомянул при мне Чагаш в беседе с Александэлом, затем, после встречи в шахте, рассказывал Леуш, а позже и Уман. Насколько я понял, туда вступали люди, лишенные богатого покровителя или именитой родословной с целью банально заработать денег. Ну и, может, сделать себе имя, которое в последствии так же можно будет монетизировать. Ведь далеко не каждый был в состоянии подниматься по лестнице развития без помощи вспомогательных ресурсов, а амбициозных людей хватало в любые времена.

В общем, гильдия принимала заказы на все подряд – от охраны и заказных убийств до добычи определенной части тела конкретного монстра или, скажем, поиска сбежавшей кошечки – а затем находила тех, кто всем этим готов заниматься. За что имела определенный процент с награды и была в курсе всех мало-мальски важных событий и веяний.

На мой взгляд подобную организацию логичнее было бы назвать артелью наемников или как-нибудь в этом духе, но гильдия авантюристов существовала уже несколько веков, обросла связями, писаными и неписаными законами, правилами, про нее слагали анекдоты, да и вообще большинству цивилизованных людей она казалась неотъемлемой частью бытия. Как религия или коррупция. И лишь в захолус… небольших городках вроде Дальнего Крутолуга о ней слыхом не слыхивали.

– На твоем месте я бы взял с ящерицы не только сердце, но и глаза, печень, желчный пузырь и диафрагму. – прокомментировал мою добычу Гурдияр. Будто не слышал, что успел рассказать мне перед боем клиот. А может и правда не слышал. – Если твои мертвяки их еще не искромсали в хлам.

– Гожаровская нежить и правда только дралась? – уточнил я, отдавая прислужникам соответствующий приказ.

– По крайней мере ни разу не видел, чтобы они делали что-либо без его непосредственного контроля.

Любопытно. Воскрешенные Троттам Нетры имели довольно большую свободу действий, и именно поэтому я вкладывал такую возможность в свои чары при их создании. А ведь обучайся я некромантии у того же Гожара и сейчас руководил бы каждым шагом каждого зомби, вместо того чтобы болтать с мэлэхом, пока мои трупаки продолжали самостоятельно потрошить Тритона. Просто удивительно сколько разных форм и модификаций одного и того же заклинания может существовать.

Когда зомби притащили мне уцелевшие запчасти монстра, я отправил их убедиться, что в деревне кобольдов не осталось никого живого, а сам прошелся среди трупов, пряча самые перспективные в Теневом хранилище. Схватка с чертовым нелюдем существенно истощила мой запас тел, и теперь приходилось пополнять его тем, что имелось под рукой. Хотя некоторые экземпляры я нашел вполне достойными.

И пусть на перемещение мертвецов в Тень и обратно требовался совсем мизер Межмировой Энергии, но я все равно сжимал в кулаке осколок Этерниейвой руды, пополняя запас. Ведь как бы близко от выхода из Трещины не располагался Заманск, но до него еще требовалось добраться. И если Императорский Трицебык по-прежнему никуда не делся, то мне пригодится каждая крупица, которую я успею восполнить. И то не факт, что как-то поможет…

– Ты закончил? – с плохо скрываемым нетерпением спросил меня мэлэх, когда я вернулся назад к месту главного сражения и спрятал в Хранилище труп Гожара. От того, конечно, мало что осталось, но тела Развивших на дороге не валяются. Глупо оставлять его здесь, если можно без проблем унести с собой.

– Помочь тебе сходить до ветру? – участливо поинтересовался я. – Прости, но это как-нибудь сам. И зомби под такое дело тоже не выделю. Не то обоссышь, и куда мне его потом? Над ним же остальные потешаться будут.

– Смешно. – выдал караванщик без тени улыбки на все еще бледном лице. – Хочу напомнить, если ты забыл, что мы по-прежнему находимся в Трещине. Которую нужно обязательно закрыть. А с этим могут возникнуть некоторые трудности.

– Если снаружи не прошла пара веков, и бык давным-давно не ушел по своим делам. Где и сдох от старости в кругу семьи.

– На счет второго всем сердцем молю Захауруна…

– Что-то в прошлый раз не особо помогло.

– … а на счет первого сильно сомневаюсь. – пропустив мою ремарку мимо ушей, закончил Гурдияр. – Трещины с временным расхождением встречаются нечасто. Я за всю жизнь видел всего одну.

– А я уже побывал в двух.

– Тем меньше шанс, что эта станет третьей.

– Прости, но теория вероятности работает не так. – вздохнул я.

– Что?

– Не важно. Сам пойд… попрыгаешь или помощников отрядить?

– Пока давай помощников. – нехотя попросил мэлэх. – Силы лучше экономить. Мне, возможно, еще с Трицебыком драться.

– Один раз уже подрался. – буркнул я, но так, чтобы караванщик меня не услышал.

Все-таки перспектива весьма вероятной встречи с Императорским зверем заставит нервничать кого угодно, кроме, разве что, мертвеца. Гожар поэтому уже не волновался. Но поменяться с ним местами я бы не согласился, даже ради душевного спокойствия всей людской расы. Мне еще семью воссоединять. По крайней мере то, что от нее осталось…

На поляну с уцелевшими членами Каравана мы вернулись весьма впечатляющей процессией: Гурдияр, опирающийся на плечи Элельведа и зомби-орка (другого, а не того, с которым я уходил в лес. Хотя для меня они особо не различались), зомби-Лемелинг, зомби-эльфийка и еще трое оживших мертвецов, один из которых являлся Высшим Пустынным Тритоном.

Впрочем, впечатляющей процессия выглядела лишь для кочевников, я же не мог не покачать головой, понимая, что потерял больше двух третей своего отряда и еще больше заранее заготовленных и тщательно отобранных тел.

Правда нельзя не брать в учет, что сражаться мне пришлось с превосходившим меня на целую ступень магом и равным ему по силам Королевским зверем. К тому же для Некроманта подобные потери – на самом деле ерунда. Всегда можно «навербовать» новых солдат, и те даже сопротивляться не станут.

А вот приобрел я куда больше. Тут и открытие «Третьего глаза», позволяющее гораздо быстрее воплощать в реальность чары, а заодно расширившее максимально доступный запас Межмировой Энергии, и новые успехи в освоении магии смерти, включающие создание гуля и похищение приведения, и добыча ядра прошедшего эволюцию монстра вместе с наиболее ценными частями его тушки.

Хотя наиболее ценным призом, я бы, наверное, все-таки счел именно семена синих плодов, позволяющих заняться совершенствованием собственных души и тела. Ведь даже Некрономикон говорил, что подобного рода ресурсы встречаются крайне редко, и найти такой считается невероятной удачей. Я же вообще смогу заняться их выращиванием. Непонятно только пока где и когда. Но, главное, возможность остается за мной.

Ну и еще наличествовало кольцо Гожара с неведомым содержимым, но я не возлагал на него особых надежд. Тем более вообще не факт, что удастся из него хоть что-то извлечь.

В общем, урожай я собрал нехилый, но изумленные взгляды караванщиков, осознавших, что именно мне повинуется вышедший из леса выводок зомби, все равно знатно потешили мое эго. Сперва они заметили своего мэлэха, затем обратили внимание на мертвецов, потом поискали глазами Гожара, а когда не нашли, дружно обернулись ко мне. И на их вытянутых лицах отчетливо читалась вся гамма удивления, густо замешенная на восхищении, и слегка приправленная завистью.

Точно так же мы с Леушем в детстве смотрели на Алаума, управлявшего Королевским зверем, а теперь я и сам мог бы помериться с ним силой. Хоть еще и не достиг ступени Развития. Чудно́.

– Может мне кто-то соизволит помочь? – недовольно произнес Гурдияр, сорвав со своих людей пелену завороженности. – Или так и будете пялиться?

К нему тут же, встрепенувшись мокрыми псами, подскочила пара воинов и переложила руки мэлэха себе на плечи. Следом подошел и Степан, задавший интересовавший многих вопрос:

– А где…

– На бороде! – огрызнулся, перебив мага, мэлэх. – Гожар оказался клиотом. Ублюдок напал на нас исподтишка и прикончил Григора с Делягой. Мог бы и меня отправить к Захауруну, если бы не Леон.

Взгляды людей вновь сосредоточились на мне, но на этот раз я видел в них уважение и благодарность. Ведь мэлэх не просто нес на себе роль лидера группы по интересам, но также являлся лицом кочевников и гарантом репутации. Уман после смерти отца, как ни старался, так и не смог достичь прежнего уровня доверия к его Каравану. И не сможет, как минимум пока не станет Развившим.

– Спасибо! – Степан от имени всех остальных сердечно пожал мне руку. – Если мы можем что-то для тебя сделать, то…

– Для начала вы можете держать язык за зубами! – вновь прервал его Гурдияр. По дороге мы обсудили с ним некоторые моменты, но я не думал, что он так быстро начнет их реализовывать. – Как видите, барон – и наш друг – обладает недюжинным талантом. И, думаю, все понимают, что у любого таланта найдутся завистники. Не всегда доброжелательные. Даже к нам, вечным странникам, умудрилась прибиться крыса. Что уж говорить про тех, кто вынужден годами жить на одном месте. – люди с пониманием кивали, слушая лидера. – А потому я запрещаю обсуждать с кем-либо способности Леона! Даже с членами Совета. Напомню, что по нашим законам вы имеете полное право со всеми вопросами отсылать кого угодно к своем мэлэху. То есть ко мне.

Таких особенностей Уман не упоминал. Впрочем, я все равно понимал, что шила в мешке не утаить – потому и спрятал в Теневом хранилище гуля с темным клириком – однако надеялся, что в случае чего хоть какое-то преимущество сумею за собой сохранить. Но также не мешало заняться и созданием новых козырей.

– А теперь о насущном. – сменил тему Гурдияр. – Что с повозками?

– Две потеряны безвозвратно. – отрапортовал Степан, бросив короткий взгляд в сторону расположенных плотной группой телег. – Не считая той, которую сожрал Трицебык. Мы использовали их для ремонта остальных.

– Товары?

– Почти все уцелели. Распредели между фургонами.

– Хтолиски?

Степан поджал губы.

– С этим сложнее. – сообщил он, покачав головой. – Несколько погибли, налетев на колья. Других ранили сраные коротышки. Скажу честно: долгого перехода они не выдержат.

– Долгого нам и не нужно. – отрезал мэлэх. – Город рядом, а там за три дня залатаем. В Заманске есть хороший ветеринар с нужными умениями. Что с… – Гурдияр скривился от прострелившей искалеченную ногу боли, пару раз глубоко вдохнул и продолжил. – Что с Трицебыком?

– Не знаю, мэлэх. Не проверяли. – пожал плечами маг. – Ждали тебя.

– Это правильно. Да, это правильно…

Гурдияр медленно окинул взглядом людей, фургоны, Хтолисков. Оценил обстановку, прикинул варианты. Как ни крути, но все упиралось в один вопрос: ушел Императорский зверь или караулит у выхода из портала? Так же нас устроил бы вариант, если монстр сожрал всех кобольдов с Тритонами и завалился спать. Мы бы тогда даже трогать его не стали. Тихо закрыли бы Трещину, да и шмыгнули мимо. А дальше путь местный Лорд разбирается с проблемой. У него для этого всяко больше возможностей.

Задумался и я.

Чтоя́могу сделать в сложившейся ситуации? Какую выгоду извлечь? Материальную? Репутационную? Экономическую? Может использовать Императорского зверя для попытки продвижения по лестнице развития? Или для углубления понимания магии смерти? Вот уж где угроза жизни нависнет, как нож гильотины над шеей приговоренного!

Хотя нет. Куда я полез… Это явно меня еще не отпустила эйфория от победы над предыдущими противниками. Даже обладай я полным запасом Межмировой Энергии, укомплектованным отрядом прислужников и неограниченным запасом тел, Императорского Трицебыка мне не одолеть. Тот Развившего воина, вон, одним касанием чуть в инвалида не превратил. К тому же такая махина!

Хотя… Последний факт мог, как ни странно, играть на руку и окружающим. Кое-какая мыслишка у меня зародилась.

– Можешь отправить зомби на разведку? – тем временем обратился ко мне мэлэх. – Так чтобы… не знаю… смотреть его глазами или что-нибудь в этом роде.

– Так делал клиот? – я вопросительно изогнул одну бровь. Мне как раз закончили бинтовать оставленную старым кобольдом рану, и теперь я ее даже не чувствовал. Врачи у Гурдияра не в пример лучше крутолужских.

– Нет. – честно ответил караванщик. – Но я думал, что ты…

– Точно не через портал. – перебил я. – Можно было бы попробовать, но…

– … рисковать нельзя. – закончил за меня он.

– Именно.

Мэлэх задумался.

– Оллег! – крикнул он.

Не прошло и пары секунд, как к нам прискакал мальчишка лет десяти. Прыткий, верткий, со смуглой, как и у остальных караванщиков, кожей и заостренными чертами лица, делавшими его чем-то похожим на фенека – пустынную лису. Разве что без хвоста и с вполне обычными человеческими ушами.

Парнишка был примерно того же возраста, что и Мих с Тихом при нашей первой встрече. Второй, правда, так и не случилось. Близнецы погибли задолго до того, как я освободился из плена нелюдей. Жизнь караванщиков – не сказка.

– Да, мэлэх? – глядя снизу вверх, обратился Оллег, нет-нет да бросая полные любопытства взгляды на моих зомби. – А можно их потрогать?

– Потом. – серьезным тоном произнес Гурдияр. – Сперва нам снова понадобится твое умение.

– Я готов, мэлэх! – радостно воскликнул парнишка.

Чуть в стороне тревожно заломила руки женщина. Но промолчала.

Это что же у него за умение такое?

Глава 2

В компании юного Оллега мы подошли к самому мареву выхода из Трещины. В прошлый раз мне не удалось его подробно рассмотреть, но теперь я увидел, что оно не только в высоту достигало пары метров, но и в ширину имело все четыре. Нет, скорее даже больше. Будь оно еще чуть шире, и при должном уровне воображения можно было бы представить, как с пронзительным гудком и стуком колес изнутри выныривает вагон метро. А следом еще один. И еще. И еще.

А в вагонах сидят простые работяги, которые едут по своим делам и не подозревают, что Земля уже несколько веков как захвачена нелюдями, а по измененной чередой Катаклизмов до неузнаваемости планете шарахаются монстры размером с трехэтажный дом.

Впрочем, это все лирика, и увидеть в нынешней жизни метро шансов у меня не больше, чем встретить Хтолиска в прошлой.

– Давай, парень. – Гурдияр потрепал мальчишку по волосам. – Туда и обратно. Как ты умеешь.

– Как он умеет? – не удержавшись, спросил я у Степана.

– Быстро. – вполголоса ответил маг. – Очень. У Оллега как умение пробудилось, так он нам все Трещины разведывал. Пока Гожар не явился со своими зомби.

– Ребенок? – удивился я. – А если там выход и вход не совпадают?

– Один раз так и вышло. Пришлось спасать. Но даже так это все равно наименьший риск. Смотри. Сейчас сам все увидишь.

Тем временем мальчик подошел вплотную к мерцающей завесе и встал в позу, будто собирается бежать кросс с высокого старта. Дернул кистями, сбрасывая напряжение, размял шею, пару раз вдохнул-выдохнул, напружинился, оттолкнулся и… распрямился, поворачиваясь к мэлэху.

– Готово! – улыбаясь во весь неполный комплект зубов, заявил он.

– Ну, увидел? – усмехнулся мне Степан.

– Да. – кивнул я.

– Да? – не поверил маг.

– Да.

И даже почти не соврал. За исключением того, что снова почувствовал себе ребенком, который пробрался на тренировку Сэра Чагаша и пытается разглядеть, его скоростной удар. Тот, правда, в итоге оказался стремительно промелькнувшей фигой, но все-таки я ее увидел. Хоть и не достиг тогда еще даже ступени Освоения.

Сейчас же, как ни странно, пришлось прибегнуть к тому же методу. Закрыв глаза, я покадрово представлял движения мальчишки. Вот напрягается икра толчковой ноги, вот ступня медленно погружается в уже успевшую подсохнуть от крови землю, вот под кожей муравьишками снуют мельчайшие частички Межмировой Энергии. А в следующий миг парень срывается с места и так быстро возвращается назад, что в какой-то момент кажется, будто он раздвоился и вернулся, не успев еще уйти.

Удивительная способность.

– Мерцающий шаг. Так называется его умение. – пояснил погонщик Хтолисков. – Хотя сам Оллег называет его «Прыг-Скок». Бестолочь. Но бестолочь везучая. Если когда-нибудь разовьет навык, то станет новым мэлэхом и поведет наш Караван на север. Ближе к столице.

– Он ведь еще даже не Освоивший.

– Вторая стадия первой ступени. Но Гурдияр в него много сил вкладывает.

– Сын?

– Племянник.

– Понятно.

Мальчишке действительно повезло с умением. Как и с тем, что он научился им пользоваться даже до непосредственного получения полного контроля над Межмировой Энергией. Мерцающий шаг являлся его неотъемлемой частью, такой же как нога, и тело само изыскивало способ оптимального распределения ресурсов. Требовалось лишь найти правильный подход. Оллег нашел.

Пока мы со Степаном вполголоса обсуждали способности следующего поколения, мэлэх расспрашивал нашего юного разведчика на предмет того, что тот успел рассмотреть в Диких Землях. И я прислушивался к ответам ничуть не менее внимательно, чем к словам мага. А может даже и более.

– Был?

– Был.

– Видел?

– Видел.

– Бык там?

– Бык там.

Гурдияр, не стесняясь присутствия детей и женщин, сочно выругался. Народ его не корил. У всех на языке вертелись примерно те же слова. А то и еще грубее. Каждый надеялся, что Императорский зверь куда-нибудь свалил, но реальность как всегда оказалась скупа на подарки.

– Что он там делает?

– Лежит, раны зализывает.

– Оллег! – Гурдияр сурово посмотрел на мальчика. – Сейчас не до шуток!

– Так я и не шучу, мэлэх! – искренне возмутился парень. – Лежит. И лижет. У него мясо с ноги аж до кости стесало. Даже ее саму задело. Так он язычищем своим здоровенным прям по кости и елозит. Все в слюнях. Но вроде мясо уже обратно нарастать начало. Больше не разглядел. Скакнуть еще? Я могу!

– Нет! – Гурдияр схватил за плечо уже дернувшегося в сторону Трещины парня. – Иди к матери. Издергалась вся.

– А зомби хотя бы можно потрогать? – с надеждой в голосе спросил Оллег.

Мэлэх вздохнул и одним взглядом переадресовал вопрос мне. Все-таки ребенок – есть ребенок.

– Ну попробуй. – разрешил я и кивнул на Элельведа, приказав тому замереть.

Под завистливые взгляды других детей мальчик сперва осторожно, а затем все смелее принялся ощупывать мертвое тело нелюдя. Впрочем, опознать в нем эльфа уже вряд ли бы кто-то смог. За прошедшие сражения, порой больше похожие на мясорубки, ходячий труп полностью лишился волос и ушей, а его серую кожу сплошным ковром покрывали уродливые рубцы от плохо затянувшихся ран.

И это еще темный клирик «лечил» более или менее ровно. Я же вообще такой ерунде, как внешний вид прислужников, внимания не уделял. Меня куда больше заботили их прочность и боевая мощь. А в остальном пусть хоть на сбежавших из лепрозория прокаженных смахивают.

– Он тако-ой мерзкий… – протянул Оллег. – Мне нравится!

В этот момент я приказал Элельведу замахнуться на парня, и мальчишка, громко ойкнув, в мгновение ока переместился за спину матери. Чем вызвал у караванщиков сперва оторопь, а затем и волну смешков, шумным прибоем смывшую напряжение и гнетущие мысли о предстоящей встрече с Императорским зверем.

Гурдияр посмотрел на меня с благодарностью. Хотя, честно признаться, специально я подобного эффекта добиться даже не пытался.

– Слушайте все! – громогласно привлек к себе внимание мэлэх, когда люди более или менее успокоились. – С той стороны нас ждет противник, сталкиваться с которым нам прежде еще не приходилось. – народ затих и теперь сосредоточенно внимал речи лидера. – Да, у нас нет шансов на победу. Но побеждать его нам и не требуется! Все, что мы должны сделать, это закрыть Трещину. Так велит нам закон. Так велит долг. И так велят нам сердца вечных странников Диких Земель. Вы со мной?

– Да! – раздался нестройный многоголосый хор.

– Не слышу вас! Вы со мной⁈

– Да!!! – взревела толпа, вскинув руки к далекому небу, залитому зеленым светом ромбических солнц.

И пусть люди понимали, что задача перед ними возникла непростая, что выйти из передряги без потерь однозначно не выйдет, что стоящий сейчас рядом человек уже к вечеру может стать кучей парящего дерьма оставленного Трицебыком на раскаленном песке, но они даже не думали роптать или отступать. Да, кто-то украдкой вытирал непрошеные слезы, но на их лицах я видел решимость твердо идти по выбранному пути, даже если уже следующий шаг станет последним.

Меня даже гордость взяла за то, что мы с ними принадлежим к одной расе. И как только такой народ умудрился просрать свой Краеугольный Камень? Чертовы нелюди! Наверняка они вообще за него не сражались, а вероломно выкрали! Не иначе!

– Мы задержим быка, мэлэх! – выкрикнул широкоплечий мужчина, потрясая в воздухе отнюдь не игрушечным молотом.

– Задержим! – подхватила женщина, увешенная дротиками и другим метательным оружием, как новогодняя елка шариками.

– Костьми ляжем! – поддержал их еще один караванщик, с повязкой, закрывающей левый глаз.

Все больше людей выказывали свое желание помочь лидеру, и я видел, как в глазах Гурдияра загорался огонь благодарности и признательности. Безусловно он ценил каждого члена своей группы, и их слова тронули его да самой глубины души.

– Друзья! – мэлэх поднял руки, и люди постепенно затихли. – Спасибо вам за все! Я благодарен каждому, с кем делил небо и пыль дорог. – и почему его речь так похожа на прощание? – Но монстра отвлеку я сам!

Ах вот почему. Гурдияр же тем временем продолжал, не дав кому-либо себя перебить:

– Я уже все решил! Я лично сражусь со зверем и уведу его как можно дальше от Трещины. Тем временем вы поведете фургоны к городу, а Данил закроет портал. Степан, помнишь я рассказывал тебе о том, как проходить через Купол? Все необходимое получ…

– Как ты с ним драться собрался, мэлэх? – все-таки прервал речь лидера тот самый Данил – маг второй ступени, владеющий как минимум одним заклинанием воздушной стихии. – Ты на ногах еле стоишь! Лучше я отвлеку тварь, а ты…

– Я⁈ Еле стою⁈ – вскричал Гурдияр, вернув себе слово. Он отбросил костыли в стороны и, стиснув зубы, оперся на больную ногу. Пот выступил у него на лбу, но караванщик не издал ни звука и с вызовом смотрел на Данила, не отводя глаз. – Я – Развивший! Не забывай об этом! И я сделаю то, что должен сделать любой мэлэх, оказавшийся на мое месте! Это приказ. И он не обсуждается!

Я не знал, слышал ли Гурдияр историю Алаума, или у кочевников и правда существовали предписания и правила действий для подобных инцидентов, но, в любом случае, силе духа предводителя кочевников можно лишь позавидовать.

Однако у меня имелось свое видение сложившейся ситуации.

– Я отвлеку монстра. – спокойно произнес я, и в наступившем после речи мэлэха безмолвии мои слова долетели до ушей каждого. – И Трещину закрою тоже я. А поскольку я не принадлежу вашему Каравану, то и подчиняться ничьим приказам тоже не должен. И не буду.

– Ты свихнулся? – по-простому спросил меня Гурдияр, сбитый с панталыку настолько, что растерял весь свой героический тон. – Я видел тебя в деле, но ты не представляешь, о чем…

– Я. Закрою. Трещину. – роняя слова, словно надгробные плиты, проговорил я.

– Это невозможно! Ты всего лишь Осознавший.

– А это важно? – усмехнулся я. – Если хочешь, могу дать клятву Омиша.

В разрушенном лагере кобольдов воцарилась такая тишина, что слышно было, как муравьи щелкают жвалами, откусывая кусочки от сложенных в стороне трупов. Кажется, люди забыли даже как дышать, и в гнетущем молчании переводили взгляд с меня на мэлэха и обратно, дожидаясь решения лидера.

Сам Гурдияр несколько раз изменился в лице, одновременно желая принять мое предложение и борясь с чувством долга. Потому что он чувствовал, что предложенным мной способом имеет куда больше шансов спасти своих людей и вести их дальше в светлое будущее. Но мог ли он возложить такую ответственность на чужака? Позволят ли ему поступить подобным образом законы караванщиков? И, что куда важнее, разрешит ли совесть?

Решившись, мэлэх, кривясь от боли в ноге, прихромал ко мне и на глазах у всех заключил в крепкие объятия. Я подобных проявлений чувств не одобрял, а потому стоял, не шелохнувшись, но это ничуть не смутило воина.

– Теперь я понимаю, почему Уман рискнул репутацией ради тебя. – шепнул он мне на ухо. – Клянусь сделать все, что в моих силах, чтобы помочь ему пройти Испытание Верности.