Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

– Что это было?

– Ничего особенного, – иронично усмехнулась Мадлен. – Просто моя подружка умная девочка и очень любит своего жениха. Ей с самого начала показалась странной твоя уверенность в благополучном исходе поединка с таким здоровяком как Винс. Она захотела узнать о тебе больше. Полетела к своему деду, попросила навести справки. Тот обоснованно решил, что его близкий друг Дэниэль Рокволд должен владеть информацией об ухажере внучки. Позвонил моему деду. Вдвоем примчались в поместье, дед им показал одну любопытную видеокассету, снятую подручными Морриса. Когда ты первый раз познакомился с дедом, служба безопасности проводила твою проверку, и организовала тебе подставу в боксерском зале, чтобы посмотреть, как действуешь в таких ситуациях. Помнишь?

– Помню, – усмехнулся я. – Тогда первым дрался мой друг против Томми Моррисона, вторым я – с Джеймсом Дугласом. А если бы они нас покалечили?

– Не должны были. Моррис говорил, изначально они должны были работать аккуратно, – задумчиво ответила Мадлен. – Задать вам трепку, но ничего не ломать и не отправлять в нокаут. Потом, видимо, раззадорились, и начали драться в полную силу.

– Не знаю, что говорил Моррис, – с нескрываемой иронией хмыкнул я. – Но дрались они с самого начала в полную силу. Сперва, конечно, поиграли с нами немного, а потом начали рубить перчатками, только воздух свистел и головы тряслись. Мы с Олегом тогда хорошо получили, и чудом не улетели в нокаут. Потом несколько дней от поединков отходили.

– Это уже в прошлом, – отмахнулась мисс Рокволд. – Вернемся к Бетти. Когда она увидела, как ты нокаутировал здоровенного негра, и узнала, что это один из лучших боксеров-профессионалов в мире, чуть в обморок не упала. Представила, что ты сделаешь с её любимым Винсом, и перепугалась не на шутку. Помчалась к нему, устроила скандал, заставила отказаться от поединка и принести тебе извинения. Впрочем, думаю, когда он узнал, кого ты отправил в нокаут, то особенно не сопротивлялся. Я-то знаю: несмотря на массивные габариты, он трусоват, и выпендривается только тогда, когда думает, что противник гораздо слабее. Уверена: Батлер сейчас горячо возносит хвалу богу, что уберег его от серьезных побоев.

– Слушай, а можно попросить у твоего деда кассету? – загорелся я. – Была бы хорошая память об этих поединках. И другу отличный сюрприз сделаю, будет смотреть и гордиться, что самого Моррисона выстегнул.

– Ты меня плохо знаешь, Майк, – ослепительно улыбнулась Мадлен. – А я тебя, наоборот, хорошо. Кассета уже у меня в сумочке. Да, сразу предупреждаю, я сделала себе копию, будет в моей личной коллекции, чтобы хвастаться перед подружками.

Мисс Рокволд, расстегнула висевшую на плече сумочку, вытащила и протянула видеокассету:

– Держи.

Примечания:

Мотт-Хэйвен, Браунсвилл, Хантс-Пойнт –неблагополучные районы Нью-Йорка с высоким уровнем криминала

Глава 25

– Спасибо, – поблагодарил я.

– Всё, ты на сегодня закончил? – поинтересовалась девушка. – Спускаемся в офис?

– Зал арендован на два часа, – пожал плечами я. – Потренируюсь, раз уже переоделся, и представилась такая возможность.

– Окей, – кивнула Мадлен. – Ты всё-таки молодец, что не стал бить этого выпендрежника. Дед будет доволен.

– Думаю, мне не оставили никаких шансов, – криво усмехнулся я. – Ты же не зря пришла вместе с подружкой, верно? Контролировала ситуацию, чтобы не было драки?

– Какой ты умный, Майки, – игриво поддразнила мисс Рокволд. – Сразу разгадываешь наши коварные замыслы. С таким потрясающим интеллектом надо совершать выдающиеся открытия, становиться знаменитым учёным, прокладывать человечеству путь к новым знаниям, а не морщить лоб, чтобы заработать миллион-другой грязных зеленых бумажек.

– Не подкалывай, Мадлен, – я чуть поморщился. – Ты же знаешь, в эту игру можно играть вдвоем, и я это прекрасно умею. Нет настроения пикироваться.

– Дед, действительно, попросил присмотреть за вами, ему лишние скандалы и проблемы с Морганами не нужны, – посерьезнела девушка. – А вчера вечером перезвонила Бетти. Попросила присутствовать, чтобы ситуация не обострилась. Разумеется, я не могла отказать своей подруге.

– Я так и думал, – кивнул я.

– Майк, давай сегодня после работы встретимся? Проведем время вместе. Посидим в каком-нибудь ресторане, а потом отдохнём. У меня есть один сюрприз для тебя. Даже не придется из «Плазы» выходить.

– И что же это за сюрприз?

– Вечером увидишь, – подмигнула Мадлен.

– Заинтриговала, – усмехнулся я. – Хорошо. Только по ресторанам лучше не раскатывать. Ты же знаешь, на меня ведется охота.

– Как скажешь, – охотно согласилась девушка. – Тогда сразу после офиса поедем в «Плазу».

– Мне потребуется время, чтобы переодеться и принять душ, – предупредил я.

– Не проблема, – сверкнула белоснежными ровными зубками мисс Рокволд. – Мне есть чем заняться в «Плазе». Значит, договорились?

– Договорились, -кивнул я. – Но мне предварительно надо ещё заехать к твоему деду. Нужно посоветоваться с ним по одному вопросу.

– Хочешь обсудить разговор с Барухом? – проницательно глянула Мадлен.

– Угадала, – я улыбнулся одними губами. – Хочу.

– Тогда никаких вопросов, я к восьми-девяти вечера подъеду в «Плазу».

– Договорились.

– Ладно, я побежала к девочкам, нам сегодня нужно ещё многое сделать, – мисс Рокволд помахала ладошкой и покинула зал.

Я остался в одиночестве, задумчиво обозревая пространство: несколько боксерских мешков и груш,настенную подушку для отработки ударов, татами и ринг. Опять дубасить набитые опилками и ватой поверхности не хотелось, появилось желание, раз удалось выбраться в зал, провести спарринг, сбросить адреналин и накопившееся напряжение.

– Гектор, можешь подойти?

Оливера появился моментально. Только дверь чуть шелохнулась и он уже стоит передо мной.

– Ты боксом или другими единоборствами занимался? – уточнил я.

– Немного, – усмехнулся он. – А что?

– Ищу спарринг-партнера.

– У меня нет перчаток и капы, – спокойно напомнил боливиец.

– Это вообще не проблема, – отмахнулся я. – Подойдем к рецепшену, организуем, у них всегда есть запасные перчатки. С капами будет посложнее.

– Боксировать обязательно? – Гектор оставался таким же бесстрастным, только в глазах на мгновение сверкнули азартные искорки. – Я бы предпочел смешанный стиль. Кикбоксинг плюс борьба. Перчатки можем использовать каратэшные, чтобы брать захваты, если они, конечно, есть.

– Ого, – хмыкнул я, с интересом обозревая сухую жилистую фигуру боливийца. – Чем занимался?

– Бразильским джиу-джитсу у Хелио Грейси, – криво усмехнулся боликвиец. – Кикбоксингом и кекушином несколько лет. Даже в подпольных боях в Бразилии успел поучаствовать

– Ничего себе, – удивился я. – Так ты самурай без страха и упрека. Вся жизнь в единоборствах. Зачем тебе это надо, интересно?

– Я родился и рос в гетто во время президентства Суасо, а потом во время военной хунты, – бесстрастно пояснил Оливера. – Видел, как деньги превращались в бумажки, а напоминающие ходячих скелетов люди, копались в помойках, яростно дрались с крысами за объедки и умирали от голода в лужах собственной мочи. Мои родители были членами «Патридо Обреро Революционеро». Их убили в шестьдесят первом каратели Ортуньо. Когда Че прибыл в Боливию, я стал одним из самых младших бойцов в отряде. Тогда мы проиграли. Я был четырнадцатилетним пацаном, и не мог помочь команданте, когда его вели убивать. Меня терзал страх, парализовала боязнь смерти. Тогда я поклялся тренировать дух и тело – стать лучшим, всегда быть готовым к бою и никогда не подводить своих товарищей. Много лет учился калечить и убивать людей разными способами – стрелять, бить по уязвимым точкам, ломать конечности. В Бразилии и Штатах занимался единоборствами, учился у хороших мастеров. Спорт далек от реального боя, но он учит терпеть боль, дарит боевые навыки, развивает чувство дистанции, умение контролировать эмоции и держать удар.

– Интересно, – хмыкнул я, удивленный пламенным спичем обычно немногословного латиноамериканца. – Вопрос можно?

– Конечно, – кивнул Гектор. – Спрашивайте.

– Зачем ты вместе со штази работаешь на меня? Явно ведь не из-за денег.

– Не из-за денег, – подтвердил Оливера. – Немецкие товарищи стали единственными, кто протянул мне руку помощи, когда я остался один. Ваши комитетчики мне не понравились, они давно продали марксисткие идеалы. Вы даете нам шанс продолжить борьбу против тех, кого я ненавижу – вонючих, зажравшихся гринго, заработавших капиталы на крови других. Но главное, у нас появится шанс жить отдельно, своей коммуной в Африке или Азии вдали от этого мира жадных дельцов и империалистических людоедов.

– Меня тоже можно назвать капиталистом, – иронично усмехнулся я. – Тебя это не смущает?

– Вы другой и боритесь против американцев, – убежденно ответил Оливера. – Немецкие товарищи мне всё объяснили. Враг моего врага – мой друг. И, честно говоря, юношеский запал у меня остался позади, я давно понял – этот мир не переделать. Но бороться все равно надо, тогда появится шанс, что в будущем станет лучше.

«Вот что ему сказать?» – задумался я. – «Фанатик – это одновременно хорошо и плохо. Он не предаст, будет зубами грызть решетку, терпеть пытки, но молчать. Но если перемкнёт, и покажется, что я не тот, за которого за себя выдаю, убьет деловито, без эмоций с полным осознанием своей правоты. Будем надеяться, штази знают, что делают. Обманывать их я не собираюсь, с землей решим, пусть в своем поселке извращаются, как могут, хоть партсобрания проводят, клянут мировой империализм, помогают бедным и угнетенным. В принципе, хотят так жить, ничего плохого в этом не вижу. Но думаю, этим заниматься никто не будет. Людям просто нужны две вещи: обезопасить себя от преследований и заниматься делом своей жизни, уже на другом уровне».

– Будем спарринговаться? – бесстрастно уточнил Оливера, прервав мои раздумья.

– Конечно, – кивнул я. – Травмирующих приемов не используем. Спортивный поединок, и пусть победит лучший.

Боливиец еле заметно усмехнулся и кивнул.

Каратэшные перчатки без лишних вопросов нам выдали на рецепшене, как оказалось, они входят в сумму аренды зала для индивидуальных тренировок. А вот капы для Гектора не оказалось. Впрочем, я и своей решил не пользоваться. Договорились, что спарринговаться будем не в полную силу, не бьем на вырубание, а только чтобы остановить атаку противника.

Зашли на татами, Гектор чуть присел, поднял руки, вопросительно глянул. Я встал в боксерскую стойку, усмехнулся:

– Начинай.

И был в следующее мгновение брошен на ковер. Оливера резко рванулся вперед и вниз, уходя в ноги, я даже рукой махнуть не успел. Захватил под коленями, рванул, одновременно ударив плечом в живот. Меня снесло как кеглю, тушка с размаху грохнулась на татами. Стук от глухого удара раскатистым эхом разлетелся по залу.

Гектор навис сверху, захватил запястье, рывком, с нажатием на локтевой сустав, заставил перевернуться на живот. Как спрут оплел руку предплечьями и ногами, беря на излом, чуть надавил. Локоть пронзила нарастающая боль, я быстро стукнул ладонью по ковру, признавая своё поражение.

– Неплохо, – признал, встав на ноги и разминая пострадавший сустав. – Продолжим?

Гектор кивнул и сразу же атаковал снова. На этот раз, он прилип ко мне, захватил шею и руку. Повис, заставив напрячься, и аккуратно подсек зацепом пятки изнутри. Перекрутился, захватывая шею и запястье, зажимая бедрами руку, сделал движение тазом, снова заломило в локте, пришлось опять сдаваться.

На этот раз я встал в стойку молча, хмурый и сосредоточенный. И опять ничего не смог сделать, слишком быстро двигался боливиец. Джеб лишь скользнул по смуглой скуле, не причиняя вреда, я был подхвачен за ногу, опрокинут на ковер и взят на удушающий.

– Продолжим или хватит уже? – невозмутимо поинтересовался боливиец. Сам Гектор остался равнодушным, но я успел заметить на мгновение мелькнувшую довольную усмешку.

«Черт возьми! Он меня валяет как ребенка!», – внутри волной поднималась спортивная злость вперемешку с азартом и желанием реванша.

«Говорят, у борцов перед атакой на секунду меняется направление взгляда. Надо внимательно контролировать и ловить любую попытку клинча и броска. Упираться, пробивать навстречу, выламываться из захватов. Работать с ним боксом с подключением классических ударов ног не получится – такие ударники корм для хорошего борца, легко теряют равновесие и попадаются на захват. Тут нужна особая тактика. Придется вспомнить парочку приемчиков из прошлой жизни».

– Давай попробуем ещё пару раз, – попросил я. – Только теперь буду использовать не только кулаки.

– Окей, – пожал плечами Оливера. И опять без предупреждения рванулся вперед. На этот раз я не успел поймать начало движения, но заметил скользнувший вниз взгляд, по наитию инстинктивно выбросил колено, ощутил, как оно влетело в лицо Гектора. Оливера отшатнулся, качнулся, тряхнул головой, восстанавливаясь. Из уголка губы боливийца потекла жирная капля крови.

– Может, хватит? – язвительно скопировал интонации Оливеры.

– Если не против, давайте продолжим, – Гектор вытер кровь предплечьем, посмотрел на разводы, в глазах на секунду мелькнуло хищное выражение.

– Давай, – согласился я, снова принимая стойку.

На этот раз Оливера не бросился. Пробил левой, добавил лоу-кик по бедру, опять кинул джеб, сразу атаковал хай-киком, и только после этого молниеносно вошел в клинч. Я надавил локтем на горло, отодвигая голову, пробил локтем в челюсть, сразу добавил стопой по голени, резким рывком вырвался из ослабевшего захвата, отпрыгнув назад.

– Грамотно, – признал Гектор, тряхнув головой.

– Стараюсь, – улыбнулся я.

Оливера пощупал челюсть, наклонился, потер голень, глянул искоса, и опять стремительно пошел в атаку. Пробил двоечку, влепил стопой по бедру, так что повело в сторону, поймал на захват и перебросил через себя. В последнее мгновение, я, вспомнив уроки самообороны из прошлой жизни, поймал на излом запястье и рывком, заставил боливийца кувыркнуться следом. Он перелетел через меня, мягко приземлился, вскочил.К тому времени я тоже поднимался на ноги. Гектор напрыгнул, ухватил за шею, я головой надавил на переносицу и подбородок, резко дернулся и отскочил в сторону. Двинувшийся следом Гектор пропустил несильный правый прямой и отступил.

– Пожалуй, хватит, – выдохнул я. Грудь ходила ходуном, загоняя воздух в легкие. Отсутствие тренировок давало о себе знать просевшей выносливостью.

– Окей, – кивнул Гектор.

Несколько секунд мы молчали, восстанавливая дыхание. Затем боливиец повернулся, собираясь выходить, но я остановил его вопросом:

– Стреляешь ты так же хорошо, как и дерешься?

– Намного лучше, – усмехнулся Оливера. – Практически из любых видов оружия. Браунинг, вальтер, глок, различные виды револьверов, популярные виды снайперские винтовки, автоматы. Специально готовился много лет. Иногда надо немного пристреляться, чтобы ощутить особенности оружия, но в целом никаких проблем.

– Сможешь обучать моих ребят из службы безопасности? Раз ты такой супермен, – предложил я.

– Не думаю, что получится хорошо, – дипломатично отказался Оливера. – Я – практик. Умею решать проблемы, находить людей, вычисляю киллеров, могу ювелирно провести ликвидацию, раздобыть информацию. Пауль говорит, у меня отличное чутье и хорошая интуиция. Но преподавать? Не уверен.

– Как хочешь, – я разочарованно вздохнул. – Ладно, можешь идти.

* * *

Рокволда в поместье не было, Взял трубку Оливер. Бархатным баритоном проинформировал: старик улетел в Вашингтон на очередную тусовку демократов. Пришлось из офиса вечером возвращаться в «Плазу». С Мадлен мы расстались в холле отеля. Девушка улыбнулась, загадочно пообещала позвонить в номер через полчаса и удалилась.

Я неторопливо переоделся: скинул куртку, избавился от порядком надоевшего за день костюма, и пошел в душ. Потом для поднятия настроения выпил прохладного испанского вина и пошел переодеваться.

Выбрал приятно холодящую кожу шелковую ярко-синюю сорочку «Джорджио Армани» и серые, со стальным отливом брюки от братьев Брукс. Приготовил легкие и удобные мокасины «Бали», купленные в прошлую поездку. Только успел прыснуть на воротник и шею туалетной водой, как призывно заверещал телефон.

– Слушаю, – буркнул в трубку.

– Ты уже готов? – в голосе девушки слышались игривые нотки.

– Конечно.

– Тогда спускайся в холл. Покажу тебе свой сюрприз.

– Буду через три минуты, – деловито сообщил я и повесил трубку.

Мадлен ждала меня в кресле недалеко от стойки рецепшена. Девушка скрестила длинные ножки в черных чулках, подчеркивая свои безупречные формы. Юбка плотно обтягивала стройные бедра и заканчивалась на ладонь выше коленок, а первые две пуговички на жемчужной блузке были провокационно расстегнуты, обнажая тонкую белую шейку и чуть приоткрывая зону декольте.

Увидела меня и на лице расцвела довольная улыбка. Я галантно подал руку, помогая мисс Рокволд выбраться из глубокого кресла.

– Куда пойдем смотреть твой сюрприз? – улыбнулся я.

Мадлен взяла меня под руку, подвела к выстроившимся в ряд лифтам. Завела на лестницу, открыла ключом неприметную дверь слева. За ней оказалось небольшое помещение с отдельным лифтом. Девушка зашла, нажала на кнопку. Лифт открылся. Мисс Рокволд жестом пригласила меня войти. Я шагнул вовнутрь, захлопнув дверь. Зашел в лифт с любопытством, осматривая сияющую хромом стальную поверхность с поручнями, огромными зеркалами, столиком со стульями и телефоном.

Поинтересовался:

– И что это такое?

Мадлен полезла в сумочку, достала маленький ключ, вставила в скважину, повернула. Кабина начала подниматься вверх.

– Отдельный лифт, ведущий в пентхаус на восемнадцатом этаже, – довольно сообщила девушка.

– Интересно.

Когда двери открылись, я зашел вперед. И сразу восхищенно присвистнул. Темный лакированный паркет зала прекрасно гармонировал с огражденным решеткой и стеклом внушительным фигурным камином в стиле рококо. Рядом с камином стоял диван с креслами и круглым столиком на резных ножках, тяжелые атласные шторы бордового цвета, убраны и подвязаны шнурами, открывая прекрасный вид на вечерний Центральный парк и окружающее пространство. Шкафы под старину, занимавшие часть стен, были заполнены внушительными антикварными томами, украшенными золотистой вязью.

– Очень красиво, – признал я. – Книги настоящие?

– Нет, – усмехнулась Мадлен. – Бутафория, чтобы создать соответствующую атмосферу и пустить пыль в глаза гостям. Но это ещё не всё.

Девушка сделала паузу и кивнула на лестницу, ведущую наверх:

– Пошли?

– Давай, – согласился я.

Поднявшись следом за девушкой, я замер. Большое панорамное окно плавно переходило в наполовину стеклянный потолок, создавая впечатление, будто я вдруг оказался среди загадочно мерцающих звезд и бледного диска луны. Разбросанные по комнате круглые лампочки только усиливали это впечатление, озаряя неярким светом стол между двумя диванчиками, с расставленными на нем напитками и закусками.

– Нравится? – поинтересовалась, внимательно наблюдавшая за выражением моего лица, мисс Рокволд.

– Очень, – признался я.

– Здесь каждый зал и комната, за исключением ванных, по прихоти владельца сделаны по-своему. Внизу мы побывали в парадной, там организовываются приемы и переговоры, а здесь небольшое уютное пространство для двоих, – пояснила девушка. – Другие комнаты, я тебе их позже покажу, тоже очень необычны. Я бы выдержала всё в одном стиле, но владелец, эксцентричный парень.

Мисс Рокволд подхватила уже открытую бутылку вина, наполнила бокалы, протянула один мне:

– Пойдем на веранду?

– Может не стоит? Там, наверно, холодно? – предположил я, принимая фужер.

– Веранда крытая, утепленная, с тропическим садом. Там поддерживается специальный микроклимат, – пояснила Мадлен.

– Тогда пошли.

Мадлен прошла налево, открыла арочную дверь. Я двинулся следом.

На фоне темного неба, девушка обернулась, облокотилась на стальные поручни. Лицо мисс Рокволд стало жестким, глаза колючими:

– Скажи Майк, чего ты добиваешься? – холодно бросила она.

Примечания:

Хелио Грейси – основатель (со своими братьями) бразильского джиу-джитсу и клана Грейсию Побеждал профессиональных борцов и боксеров. В Бразилии считается легендарным мастером боевых искусств, живой иконой стиля.

Эрнан Силес Суасо – боливийский политик, трижды занимал пост президента страны – в 1952, 1956–1960 и 1982–1985 годах. Его правление характеризовалась кризисами, переворотами и высокой инфляцией.

Partido Obrero Revolucionario – Революционная рабочая партия (Боливия). Левая троцкистская организация. Пользовалась массовой поддержкой рабочих.

Рене Баррьентос Ортуньо – кадровый офицер. Диктатор, пришел к власти в результате военного переворота. Являлся президентом Боливии в 1964—1969 годах. Глава военной хунты. При его правлении солдаты и офицеры открыли огонь по шахтерам и убили около трех десятков мужчин и женщин – событие получило название «Резня в ночь святого Хуана». Подавил восстание Че Гевары. Погиб в 1969 году во время крушения вертолета (по другим данным он был сбит).