Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

Тогда и начался личный кошмар Видара. Но еще хуже ему стало, когда отец привел в дом новую жену, а вместе с ней и двух ее детей – Агату и Артема. Они сразу друг друга возненавидели. Впрочем, детишки и между собой абсолютно не ладили, показывая всем гнилое нутро. Нет, по началу они еще шифровались, но когда мамочка взяла все в свои руки, устроили настоящую травлю.

Правда, и Видар не сидел сложа руки – он мстил так, что они плакали кровавыми слезами. Но подлечившись, отвечали – и так по кругу. И все бы ничего, но дошло до того, что ему запретили появляться в центральной части поместья, пока отца нет. Ему, наследнику рода, князю и хозяину всего этого, запретили ходить где хочет – в своем собственном доме⁈ И кто? Очередная шлюшка отца, решившая, что ей все можно?

Конечно же, он забил на ее распоряжение. И конечно же, высказал ей, все, что о ней думает. И конечно же, поперся туда, куда не звали. Вот только детишки решили сделать ход конем и подстроили магическую ловушку, куда он и вляпался. И если раньше они были хоть и на грани, но не смертельными, то в этот раз детишки перестарались. Удар пришелся в средоточие души и был такой силы, что просто разорвал ее внутри тела, оставив лишь жалкие лоскуты, а свободное место по чьей-то воле занял я. С какой целью – пока не понятно. Но план вроде есть и пункт номер один в нём – выжить и понять, что вообще происходит. А еще лучше – избавиться от этих упырей, пока они не избавились от меня. Пожалуй, этим сейчас и займусь…

Глава 3

Память еще усваивалась, а я лег на постель и закрыл глаза, сосредотачиваясь на себе. Откинув лишние мысли, я погрузился внутрь своего мира. Нет, я не был удивлен происходящим и вполне себе верил в переселение душ. Иногда даже просил богов о подобном. Но желать этого и столкнуться в реальности, все же разные вещи. Терзаться сомнениями буду потом, а сейчас надо разобраться с моей магией, без которой я как без рук.

Так что, сосредоточившись, я привычно раскрылся и посмотрел на то, что я имею – и увиденное мне не понравилось. Совсем, абсолютно, никак.

Ну, во-первых сам источник – раньше он сиял чистотой, был подобен плазме – без боли и не взглянешь. А сейчас он потускнел, стал выраженного серого цвета. Будто черную и белую краску смешали в равных количествах и вот эту получившуюся массу запихнули в меня. И теперь он не напоминал спокойную водную гладь, а был скорей бушующим морем, чьи тяжелые волны иногда поднимались на большую высоту. Внутри него я видел какие-то неясные тени и от этой картины даже стало чуть жутко. Раньше-то я очень любил в него погружаться – полезно, знаете ли, для восстановления сил. А сейчас я бы проделать подобное просто не рискнул. Потому как не знаю, что скрывается внутри него. Нет, навредить мне он, конечно, не сможет, все-таки он часть меня, но все равно жутко. Да и не любил я темную воду в принципе, поэтому даже когда отдыхал на море, никогда не купался по ночам. Такой вот знаете ли детский страх.

Ну, а во-вторых – каналы. Боль, слезы и желание умереть снова. Раньше у меня они были толстые, крепкие, максимально эластичные. По силе я стоял на пятом ранге, чуть уступая последнему, самому сильному – шестому. А тут – тонкие, едва заметные нити, через которые ничего не пропустить. Малейшее напряжение, и они банально порвутся. Вон как раз ошметки их видно – видать, от применения магии. Надо латать, а то еще срастутся неправильно, запорю себе развитие. Самый страшный сон любого мага – покалеченный источник и каналы.

Час я потратил на то, чтобы их восстановить – благо, я с подобным сталкивался и знал, что делать. А потом занялся памятью тела – надо было понять, что же происходит и найти, где вообще все это хранится. Найти как раз оказалось очень легко – будто инородный камень серого цвета среди россыпи брильянтов, он выделялся тем, что к нему шли мои эфирыне линии. Обрубить? Впитать? Оставить как есть?

Выбор, впрочем, был очевиден – надо поглощать. Иначе мне не выжить. Память должна быть просто моей и я не должен каждый раз искать нужную мне информацию, зависая на месте, а то и теряя сознание от боли или нагрузки. Собравшись с силами и отбросив сомнения, я раздавил камень – и волна энергии захлестнула меня, впитываясь в мою душу.

В себя я пришел рывком. Вот лежу на постели, а вот сижу, с удивлением рассматривая собственную руку. Сжал пару раз кулак, повертел головой. Странное было ощущение – будто до этого тело воспринималось мной, как часть одежды с чужого плеча. А вот теперь я стал с ним единым и неделимым. Две силы внутри меня слились окончательно, и я все знал, все понимал и даже был готов действовать. Ух, развернусь!!! И мой хохот взорвал тишину помещения…

Встал, успокоился, но глупая улыбка не хотела покидать мое лицо – мыслей было много и таких креативных, что аж тошнило. Подошел к старой одежде и достал из нее браслет. Приложил палец, активируя его, и перед мордой лица появился виртуальный экран НИС – нейтральной имперской сети. Был еще СИС – светлая информационная сеть, и ТИС – соответственно темная. На светлой ругали темных, на темной светлых, а нейтральная как бы была запрещена государством, но по факту все сидели именно в ней, потому как на других, кроме пропаганды, ни хрена не было.

Так, все работает, хорошо. Сделал пару тапов, оплачивая заказ. Давно хотел, но вот все сомневался. Но теперь сомнений нет. Счет мой изрядно уменьшился, но это ерунда. Скоро стану богаче.

Глянул на время – обед. Прекрасно. Вроде недавно ел, а все равно хочется. Не иначе, стресс сказался. Пойду, посмотрю, чем нас повара порадуют, ну и с мачехой решу заодно. Трапезная как раз находилась там, куда мне лезть было вроде как запрещено, но это мы сейчас исправим.

Вышел, плотно закрыв за собой дверь, хотя нужды в этом не было – все свое я ношу с собой в пространственном кольце. Небольшом, но мне пока хватает. Кстати, оно тоже являлось предметом жгучей зависти моих родственничков, потому как полагалось только главам родов и их наследникам. Другим их носить было нельзя, под страхом вбивания кола в жопу. Со смазкой, если палач будет добрым, или без, если будет злым.

Иду я, значит, на стены любуюсь – портреты предков висят и смотрят на меня так сурово, будто зад мне надрать хотят. Я тоже в ответ этак грозно сверкаю глазами. Потому как если – или скорее когда – во мне темная силушка откроется, я и в некромантию могу удариться. А значит, зайти в семейный склеп, поднять и надавать по костям, чтобы, значит, привить побольше уважения. Правда, Раздоровы больше на проклятиях специализировались, но и другие направления были им не чужды. Например, батя вполне мог и нежить поднять, и город Ветром смерти упокоить.

А еще… Опаньки, чего я вижу сквозь приоткрытую дверь!.. Братец мой самоназванный, спустив штаны, вовсю пользует служанку. И судя по тональности её криков, ей это удовольствия ни капли не доставляет. А вот ему очень даже – пыхтит так эротично.

Мои глаза зашарили по комнате и увидели в углу швабру с ведром. На морду лица наползла похабная улыбка, швабра перекочевала ко мне в руку, я прицелился и засадил её ручку точнехонько в центр жопы, засунув сантиметров на тридцать.

Вой боли смешался с моим довольным смехом. Братец рухнул на пол, еще глубже загнав себе в зад черенок швабры, служанка, быстро поправив платье, тут же смылась, а я…

– Понравилось? Приятно?

– Я тебя убью, тварь! Вытащи это из меня!!!

– Неа. Ты пока полежи, я велю, чтобы тебе никто не мешал. Глядишь и подохнешь, – ответил я ему его же словами. После чего не отказал себе в удовольствии подойти к нему и от души врезать по морде, разбивая губы и ломая нос. Ну, и по ребрышкам с ноги, так сказать, для поднятия тонуса.

Ключ от комнаты перекочевал ко мне в руку, и я, выскочив за дверь, запер ее с обратной стороны. Хорошо, что этот урод магией не успел воспользоваться, а то бы мне пришлось худо. Впрочем, он бы не рискнул сделать подобного.

Настроение поднялось еще выше – у меня сегодня радость, я кому-то сделал гадость! Дошел до трапезной – ох, а тут уже все в сборе. Ну как, все – мачеха с надутыми губками во главе стола, да сестренка, уже подлечившаяся, рядом сидит. Все так мирно и спокойно.

Подхожу и резко бью по морде эту суку, да так, что она отлетает в сторону. От шока она распласталась на полу без движения, не в силах пошевелиться. Про сестру и говорить нечего – из поднесенного к ее рту бокала полился сок прямо на одежду. А я невозмутило уселся на место мачехи.

– Что у нас на обед? – невозмутимо поинтересовался я.

– Ах ты гадина. Ты что себе позволяешь?!!! – завопила эта шалава, придя в себя и поднимаясь с пола. Ее руки окутались мертвым огнем – дар ее рода. Прикоснется к плоти, и та осыплется прахом.

– Только попробуй применить магию на не прошедшем инициацию наследнике рода, и с тебя заживо кожу сдерет Темный приказ. Если это раньше не сделает отец.

– Да я тебя сама выпорю, сволочь! Тебе было сказано здесь не появляться!!!

– А на каком, собственно, основании ты, тупая шлюха, решила, что можешь тут кому-то приказывать? И уж тем более приказывать мне? Кто ты вообще такая? Мелкопоместная дворянка, которая, живя с моим отцом уже три года, так и не смогла родить ему сына или дочь. Значит, бесплодная пустышка. По его возвращению я буду рекомендовать ему взять другую жену, а тебя выкинуть из дома или засунуть куда-нибудь подальше отсюда, чтоб не маячила перед глазами и не портила мне аппетит. И еще…

Я тапнул браслет, после чего нажал тревожную кнопку – две секунды, и к нам ворвались маги рода во главе с начальником службы безопасности.

– Уважаемый Никифор Степанович, -расплылся я в улыбке, от которой все вздрогнули. – Скажи на милость, кто у нас в роду главный?

– Так батюшка ваш, Григорий Васильевич…

– Правильно. Премию уже заслужил. А теперь главный вопрос – кто главный в его отсутствие? Или нет, не так. Чей статус выше – мой или вот этой тупой идиотки? И прежде чем ответить, хорошо подумай – Ветер смерти, он такой переменчивый.

Мужик посмотрел на нее, потом на меня – наши глаза встретились, и он нервно сглотнул. И я понимал, почему. Старый Видар умер, а новый не производил впечатления хитрожопого идиота. Кем бы ни был мужик, но глупцом он не был точно. Влезать в разборки между хозяевами ему категорически не хотелось, но и отмолчаться не получалось. И при любом ответе он наживал себе врага – оставалось только выбрать, кто им станет.

– Надежда Витальевна, являясь единственной женой Его Сиятельства, является несомненно главной в доме, -начал он, и я увидел, как торжествующе блеснули ее глаза, – но…

– Но? – резко вскочила она.

– Видар Григорьевич является прямым наследником рода Раздоровых. И конечное решение в отсутствии князя принимает он.

– Ты соображаешь, что говоришь?!!! –зашипела та.

– Прекрасно, Никифор. Ты принял верное решение, и я этого не забуду. А теперь слушай мой приказ – этой женщине запрещено покидать свои покои, пока мой отец не вернется. Эта женщина более не имеет права отдавать распоряжения и приказы. Лишить эту женщину связи с внешним миром. Забрать у нее все документы и дела, которые она вела, и переслать мне – посмотрю на досуге. Чую, там не все так прекрасно, как кажется. За свое решение я лично буду держать ответ перед отцом. А теперь пошла вон, сука, пока я не разозлился! И да, пусть уже подают обед.

– Ты об этом сильно пожалеешь!!! – засверкала она глазами.

– Еще одна угроза, и я велю вас казнить, – равнодушно ответил я.

– А ты, – вернулся я к все так же охреневше смотрящую на все это Агату. – Подмойся, и жду тебя вечером у себя. Не придешь – вылетишь из поместья, как пробка из бутылки.

– Охренел? – завелась она. – Чтобы я, с таким слизняком, как ты…

– Ага. И смазку прихвати – твой зад тоже сегодня поработает. А проконсультироваться насчет этого можешь у своего братца. У него теперь есть подобный опыт, – заржал я.

– Ты что с ним сделал? Убил, да? А впрочем, если так, то и хорошо, – вдруг успокоилась она. – Накрывайте уже на стол!!!

– Всем спасибо, все свободны, -отпустил я охрану.

На моем лице играла довольная улыбка – а жизнь-то налаживается! Осталось еще отца убедить в своей правоте, но думаю, на это у меня есть все шансы. Доказательств того, что эта сука пыталась меня убить, у меня более чем достаточно. Просто старый Я боялся давать им ход, а вот новый не боится ничего.

Надо будет вечерком навестить мачеху и постегать ее ремнем по голой жопе. А отцу потом скажу, что она до меня домогалась.

Далее мы спокойно обедали в тишине – я жевал, наслаждаясь пищей, иногда ловя на себе взгляды Агаты. Но мне было похер – ну да, так, по первому взгляду, она красотка – белые волосы, фигурка огонь – паучиха херова. Ну да, такой у нее дар – Темный ткач. Она швыряет во врагов липкую кислотную дрянь, которая растворяет щиты, металл, кожу – да все, до чего прикоснется. А еще если укусит, то может на короткое время взять любого под свой контроль.

Так что насчет секса с ней я, конечно, не серьезно – мне такие проблемы не нужны. Характер весь в мамочку, чтоб ей батиного хера не видать.

Я закончил есть на позитивной ноте – появилась очередная идея, которую следовало проверить. Но не дали, хотя настроение поднялось еще больше. Появился мой проткнутый братец, пылающий жаждой возмездия и размахивающий той самой шваброй. Интересно, он ее после того, как из жопы вынул, помыл или прям вот так пришел? Судя по подтекам, точно грязная. А я чистоту люблю. Вот и смылся, сделав вид, что тактически отступаю.

По вполне понятной причине бегать он быстро не мог, а от его мата мне только смешно становилось. Правда, он как-то быстро переключился с меня на сестру, потому как она догадалась, что с ним не так, и принялась совсем не культурно над ним ржать. Так что я свалил как раз в тот момент, когда он собирался засунуть швабру уже в Агату, а та хотела посмотреть, как палка будет торчать у него из задницы. Веселая семейка, и главное, все друг друга любят.

Но далеко уйти мне не дали. Только, понимаешь, выскользнул за дверь, как нарисовался слуга максимально чопорной наружности и с такой рожей, что мне сразу захотелось по ней ударить. Раньше я бы так и сделал, но сейчас сдержался. Прям горжусь собой.

– Ваше Сиятельство. Прибыла графиня Темникова Настасья Андреевна, с сопровождающей. Имеют к вам приватный разговор.

– Симпатичная? – тормознул я начавшийся забег.

– Кто? – не понял он.

– Не тупи!!! Графиня, конечно.

– Прекрасная леди, о красоте которой судачат во всей империи, – кратко охарактеризовал он предел мечтаний всех прыщавых подростков.

– Тащи ее в батин кабинет. Будем встречать солидно и уверенно. И организуй нам – ну, не знаю, чего она там любит? Сопровождающая из благородных?

– Не могу знать.

– Ну так узнай. Если да, то пусть тоже заходит. Если нет, пусть ждет снаружи.

– Юной леди нельзя оставаться наедине с молодым человеком…

– Да похер мне. Не захочет – пусть валит. Она ко мне пришла, а не я к ней. Мой дом, мои правила. В общем, помаринуй их минут десять, а потом загоняй на меня.

Пока слуга хлопал глазами, я ускорился. Встречать гостью надо красиво. Особенно если рассчитываешь на более близкое знакомство. А я рассчитывал, потому как внезапно обнаружил, что секса хочется, аж зубы сводит. А тут такая красотуля – наверное. Впрочем, судить по словам слуги не стоит, поэтому сам предварительно гляну в НИСе.

Скажете, раскатал губу? Кто ж тебе даст на первой встрече? А вот и нет. Мы ж темные – у нас все наоборот. Добродетели считаются грехом, а грех – добродетелью. Не так, чтобы прям критично – но пороки тут не то, чтобы поощрялись, а скорей, не осуждались. То есть, незамужняя девица не будет кичиться своей невинностью, а парень, вполне спокойно может при знакомстве с девушкой хвастаться своими любовными победами и размерами члена.

Вообще, общество в этом мире было, конечно, интересным. Темные – это темные, насчет них уже все понятно. Что же касалось светлых – ага, сразу думаем, что они такие все белые и пушистые? Как бы не так.

При свете дня гадостей творится не меньше, чем под покровом ночи. Например, светлая стража вполне себе спокойно могла брать взятки, прикрываясь добровольными пожертвованиями. А Темный приказ посадить на кол сильно уж проворовавшегося чинушу, забывшему заплатить с этого налог. Ну да, тут за все надо платить – даже с украденного. Справедливость была у каждого своя, но она все же была.

При этом было четкое разделение обязанностей между светлыми и темными. Правда, это касалось только Москвы – центра Российской империи, которая была признана нейтральной территорией. То есть, тут были равные права как у темных, так и у светлых.

Именно в Москве заседали оба императора, когда решали глобальные задачи. А так каждый жил на своей земле: Светлые на юге империи со столицей в Светлогорске, темные – на севере, со столицей в Темнокаменске. Но хватит истории – слышу уже стук каблучков, а я ещё не причесан.

Нацепив на лицо самую радушную улыбку, я приготовился к разврату…

Глава 4

– Ее Сиятельство Темникова Настасья Андреевна, – торжественно провозгласил слуга, после чего едва успел сделать шаг в сторону, а то его снесла бы с ног мелкая торпеда, что ворвалась следом.

Смерив его презрительным взглядом, ее сиятельство вытолкала беднягу пинками за дверь, закрыла ее и злобно уставилась на меня.

Так, и что тут у нас? Мелкая – мне едва по плечо. Черные, чуть взлохмаченные волосы, такое же черное платье, плотно обтягивающее роскошную фигурку. На руках перчатки с торчащими из них шипами. На шее такая же хрень – ошейник как у собаки. Агрессивный макияж во все тех же мрачных тонах. Моська злобная, что при ее росте смотрелось немного комично. Ну, как если бы на вас зверски скалился шпиц. При этом грудь большая для ее роста, а с учетом того, что дама была без лифчика, соски торчали так, что могли пробить ткань.

Пока я беззастенчиво рассматривал ее, она, ничуть не сомневаясь в своём праве на это, подскочила ко мне и влепила мне по морде хорошего леща, от которого у меня едва голова не отвалилась.

– Охренела⁈ – тут же ответил я кулаком в нос.

Её нос отчётливо жалобно хрумкул, и даму отбросило к двери – все же у нас разные весовые категории.

Думаете, она на этом успокоилась? Ее руки окутала темная дымка, от которой явно повеяло смертью, а моя рука замерла на кнопке активации защиты. Одно касание, и эту дуру растворит на редкие элементы.

– Какого хрена ты творишь⁈ – зашипела она, сразу показав, что дамы и логика – вещи в принципе несовместимые.

– Я творю⁈ Зашла такая себе… Ни тебе приветственный минет, ни дружеского поцелуя в жопу – сразу начала бить в морду. Так серьезные люди дела не ведут.

– Какой на хрен поцелуй⁈ Ты почему, гад такой, до сих пор не разорвал нашу помолвку?

– Разорвал? А что, должен был? – задумался я. Память услужливо подкинула мне этот порядком подзабытый момент.

Лет пять назад мой и ее отец отмечали какое-то важное событие – то ли светлых нагнули, то ли новый бордель открыли – не суть. И вот им с пьяных глаз померещилось, что было бы здорово породниться. Своих детишек они поставили перед фактом, после чего принялись отмечать уже это знаменательное событие.

Вот только детишки этому совсем не обрадовались. Мелкая тогда была еще мельче, характер её еще сволочней, а уж про манеры я вообще молчу. Ну а тому мне даже в столь юном возрасте нравились фигуристые дамы с большими сиськами, а не вот такое вот недоразумение. Я тоже казался ей не самым лучшим вариантом. Так что мы решили, что как только мне стукнет восемнадцать и у меня появится право голоса, я смогу разорвать помолвку, убедив отца, что она мне не пара. А чтобы его в этом убедить, мелкая должна была начать отыгрывать конченую мразь, что среди темных хоть и не порицалось, но все равно имелись какие-то границы. Хотя я подозреваю, что мелкая не играла, а на самом деле была таковой. Так что с ее стороны договор вроде как был выполнен, а я о нем абсолютно забыл.

Ее отец, кстати, хотел нашей свадьбы еще больше, потому как за это время мы поднялись еще выше, стали еще богаче и влиятельней. Так что все было бы хорошо, если бы не заартачившиеся детки.

– Ладно, понял, вспомнил. Такую мелкую, – это слово я выделил, смерив ее высокомерным взглядом, – проблему легко решить. Отец сейчас в отъезде и связи с ним нет. Но как только он вернется, я скажу ему, что все – на такой уродине я жениться не буду, потому как опасаюсь, что и дети родятся уродами.

– Это кто тут урод? Это я урод⁈ – еще больше завелась она. – Да на мои фото дрочит пол-империи!!! Даже, говорят, у самого Тёмного императора есть видео, где я позирую в купальнике! Такой красоты прежде не было, нет и уже не будет. И вообще, у меня есть тот, кто это ценит.

– Да похер. Прорекламировала себя – отлично, зачёт. Рад за тебя и все такое. И если больше вопросов нет, можешь валить. А я пока поплачу над упущенной задницей.

– Че? Реально не нравлюсь? – вдруг сменила она тон со злобного на заинтересованный.

– Ебабельна, – кивнул я. – Но мелкая. Тебя, чтоб в губы поцеловать, надо на ступеньку, а то и на две выше ставить. А я, знаешь ли, люблю, чтобы дамы покрупней были. Ну, и сиськи чтоб побольше.

– Грубиян, – как ни странно, от ее злобы не осталось и следа. – Ладно, чаем хоть напоишь?

– Ну, если больше драться не будешь, могу и не только чаем. Чего желаешь?

– Чай и выпечку какую-нибудь.

– Ща сделаем. Эй ты, бедолага! Есть кто на проводе? – заорал я, нажав кнопку связи со слугами. – Тащите всего и много. И быстро! Дама изволит жратеньки хотеть.

Далее, пока слуги метались туда-сюда, накрывая стол – мне чай, ей кучу всего, чего конкретно, я не вникал, мы предались вполне себе дружеской беседе, забыв о старых разногласиях. Так я узнал, что инициацию она прошла пару дней назад и уже стала дружинником, миновав отрока.

Тут надо сделать небольшое отступление, потому как ранги в этом мире, в отличии от моего, носили абсолютно идиотские названия и было их в общей сложности семь. Отрок, дружинник, гридень, воин, темник, боярин, воевода. Первые – это зачастую только что пробудившиеся маги, а последние – вершина магической силы. Воеводы могли по щелчку пальца стереть с лица целый город и были практически неубиваемыми. К слову, оба императора, что Олег, что Борис, были именно воеводами и имели каждый в своей свите ещё парочку подобных себе. Точное число, конечно же, не разглашалось, но все знали минимум о еще двух, так сказать, публичных личностях с обеих сторон, которые обычно решали глобальные конфликты.

То, что эта пигалица сразу перепрыгнула на вторую ступень, не считалось слишком уж большой редкостью, но внушало уважение и говорило о хороших генах и потенциале. Мне же подобное еще только предстояло пройти. Через месяц после того, как стукнет восемнадцать лет, и происходила инициализация. До нее, как я и говорил, мне осталось всего пару дней, и я уже ждал того момента, когда смогу нормально магичить. А еще было жутко интересно – смогу ли я применить знания того мира в этом.

– И какое развитие, если не секрет?

– Да обычное родовое – малефики мы.

Ага, темные колдуны, мастера темной магии. Питаются эмоциями своих жертв, становясь сильней. Могут использовать стихийную, но извращенную магию. Все заклинания у них имеют приставку Мертвый – мертвый ветер, мертвый огонь, мертвая вода и так далее. Страшные и в быту, и на поле боя. Интересно.

– Ясно. Тем более надо разрывать помолвку. Получить проклятие на член как-то не очень бы хотелось.

– Раздоров, я тебя умоляю!.. Именно вы у нас мастера проклятий. Да и вообще, ты забыл, что у вас иммунитет к проклятиям? Вы же сразу с легкостью перенаправите его на того, кто наслал, еще и усилив. Так что хреновая отмазка.

– Ты так говоришь, будто уговариваешь меня не отказываться от помолвки.

– Вот еще, – задрала она нос. – Просто объясняю глупому тебе, как плохо иметь меня во врагах и хорошо верить в себя.

– В себя-то я верю, а насчет врагов не понял – есть претензии?

– Кроме того, что ты дурак, никаких. А к дураку какие могут быть вопросы? Мы договорились – я свою часть выполнила. Теперь дело за тобой. И не тяни, а то мой парень не хочет ждать.

– И кто же этот несч… Ох, прости, счастливчик?

– Кривдин Сашка. Ты его видел, наверное, на приеме, пару лет назад.

– Это сын министра финансов, что ли? –скривился я. Ну да, помнил я этого урода. Сам же нарвался, получил по морде, а потом распускал про меня всякие сплетни. Чуть до войны родов не дошло.

– Лицо попроще сделай. Нормальный он. Ну, любить чуть приврать – так это нормально. Его в дипломаты готовят, а там без этого никак.

– Твой нормальный – пидор конченый.

– Ну да, он по мальчикам тоже. Но и с девушками тоже нормально может. Подруга с ним трахалась – говорит, огонь.

– Ну, прям парень хоть куда. Фу таким быть! Сначала пихает член в чью-то жопу, а потом в тебя. Гадость и мерзость. Не зря я ему тогда втащил.

– Гомофоб. Я за толерантность.

– Тогда держись от меня подальше. А то вдруг это заразно. Но в целом хорошо поговорили и в свете услышанного считай нашу помолвку недействительной. Отца я смогу убедить. Тем более, у меня тоже появился один вариант.

– Это кто?

– Не скажу, чтоб не сглазить. Но вся в моем вкусе.

– Красивей меня нет.

– Утешайся этой мыслью, когда тебя будут пользовать жених и его друг с двух сторон.

– Тройничок – это же круто. А ты что? Ревнуешь?

– Вот еще. Стараюсь даже об этом не думать, а то стошнит.

– Не была бы уверена, что ты темный, подумала бы, что светлый.

– Не все у плохо у них и не все хорошо у нас.

– Лазил по СИСу? Смотри, узнает отец – запорет до смерти.

– Причем тут светлая сеть? Для того, чтобы что-то понимать, достаточно иметь мозги. Я, например, брезгливо отношусь к мужеложцам. Но мнение свое никому не навязываю, каждый решает сам, как ему жить.

– А ты изменился, – закончив с едой, она принялась за чай. Я же ограничился соком.

– Ну да. Наверное. Надоело, знаешь ли, что все тебя считают неудачником. Решил поменять свою жизнь и начать, так сказать, с чистого листа.

– И что, например, хочешь начать?

– Ну, для начала пройти наконец инициацию, поступить в академию. Отучиться, отслужить положенные два года, а потом… Есть у меня одна мысль, как достичь максимальных высот в магии.

– Очень интересно. Поделишься?

– С чего бы это? Мы сейчас с тобой разбежимся и если когда и встретимся, то точно не будем кидаться друг другу на шею с криком «как я по тебе скучал или скучала»…

– Ну, встретимся мы гораздо раньше – я тоже буду поступать в НАМиС.

– Это что еще за сокращение?

– Стыдно не знать название будущего места учебы! Нейтральная Академия Магии имени Создателя.

– Ты в него веришь, что ли?

– Он выше всех богов, – пожала она плечами. – И думаю, ему плевать, верят в него или нет. Отец верит, а мне как-то пофиг. Я верю в себя. Ну, еще немного в Деву Обиду, которая покровительствует нашему роду. Мне кажется, я ее чувствовала, когда проходила инициацию. В какой-то момент таким холодом повеяло… А еще почудился черный лебедь, пролетевший рядом. Может, конечно, я просто переволновалась и померещилось всякое. Но чем боги не шутят.

– Ну да, с нашим-то точно шутить не получится.

– Погоди. А у вас кто?

– Переруг у нас.

– Переруг? Что-то не припомню такого.

– Ну, если судить по древним легендам, то когда мир только начался, Сварог распределял обязательства между другими богами. И одному из них он предложил быть ответственным за движение облаков. Но того не устроило такое распределение. Тогда Сварог предложил ему повелевать радугами. Тому опять предложение пришлось не по нраву. Да еще и начал ругаться с другими божествами.

Строптивый божок поднял такой хай, что Сварог вышел из себя и сказал, что отныне его будут звать Переругом и будет он жить на земле, повелевая ссорами да скандалами между людьми.

А мы ж Раздоровы – кому, как не ему нам покровительствовать? Не самый сильный в пантеоне, однако ж все его опасаются. Где он, там покоя не будет. А боги не любят, когда их тревожат.

– Ты в него веришь?

– Не думал об этом. Я, как и ты, наверное – верю в себя. Да и не до высоких мыслей, если честно. Тут бы с земными проблемами разобраться.

– Наслышана. Говорят, у тебя с мачехой, ну скажем так, недопонимание. Трахнул бы ее уже и помирились бы.

– Да ты в своем уме⁈ Чтобы я – и с ней⁈

– А чего? Женщина она опытная, да и на рожу не кривая.

– Не все можно решить через постель, -наставительно сказал я под ее смех.

– Поверь мне, Видар – все проблемы в нашем мире решаются через постель. Потому что неудовлетворенная женщина может столько всего наворотить, что и сотня мужчин потом не разгребет.

– Ну прямо-таки… Хотя да, все зло в мире от баб.

– Соглашусь – мы злые, потому как с вами добрыми быть нельзя. Не успеешь оглянуться, как у тебя уже член во рту и куча обязанностей на шее. Нет, я своего мужа воспитаю сама. Кривдин хоть и лох педальный, зато моих проклятий боится. А значит, будет делать все, что я скажу, еще и улыбаться радостно при этом.

– Любишь быть сверху?

– А кто не любит-то? Меня роль постельной игрушки не устраивает. Я сама люблю поиграть, а не когда играют мной. И все-таки ты сильно изменился, и я пока не могу понять, нравится мне это или нет.

– А тебе не пофиг?

– Не уверена. Нам же не обязательно становиться врагами, верно? Ну, чуть поругались – с кем не бывает. А в академии все равно надо будет прибиться к кому-нибудь. Или сделать так, чтобы прибивались к тебе. Старшаки там, говорят, совсем лютуют, не имеешь силы, сожрут. Причем, например, Оборотневы или Ликанские – в прямом смысле слова. Бешеные псины и волчища позорные.

– Слышал я про это. Там же ректор вроде Упырева? Никак не подохнет, старая ведьма.

– Ага. А зам у нее Гамаюновна. Злобная, даром, что светлая. Еще и лекции ведет. Говорят, что у нее темным особенно тяжко приходится. Выше среднего балла никак не получить.

– На каждую светлую курицу найдется темный петух. Уверен, что она нам все поставит, еще и хвалить будет.

– Ага. Осталось тебе только инициализацию не запороть. А то, знаешь ли, были прецеденты.

– Не запорю. В своих силах я уверен.

– Да? С чего бы это?

– Уверен и все. Считай, тайна рода.

– Сколько же в тебе тайн, Видар. Я прям заинтригована.

– Вот так пусть и остается. И не надо тут блестеть глазами – я уже остыл и на разврат не согласен.

– Да кто тебя спросит, если я захочу!!!

– Плоть слаба, но дух сильней!!!

– Это ты проповедей светлых жрецов наслушался, что ли? Чушь полная. Наше тело само знает, чего желает. И надо к нему прислушиваться. Ладно, засиделась я. Благодарю за материальную и не материальную пищу. Признаюсь, ты меня приятно удивил. Есть над чем подумать. Не провожай – дорогу я найду.