Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

Соавторы: Никита Киров,Тимур Машуков,Никита Клеванский
сообщить о нарушении

Текущая страница: 325 (всего у книги 348 страниц)

С грустью посмотрев наверх, я тяжело вздохнул, помечтал о чашечке кофе, хлебнул зелья из бутылки змея и пошел наверх по едва заметной тропинке, надеясь, что не поскользнусь и не рухну. Потому как падать будет очень больно…

Поместье Моровых

Глава рода сидел в своем кабинете и задумчиво вертел в руке ручку, являющуюся по совместительству еще и сильным защитным артефактом льда. Иногда он кидал взгляд на стенограмму его разговора с Раздоровым. Вроде бы и немного было сказано, но важных моментов хватало.

Его внук, сын Ольги, нелюбимой дочери. Своевольной, плюющей на мнение главы, всегда делавшей все по-своему. Убитой или пропавшей без вести. Да, косвенные доказательства ее смерти были, но он в это не верил. Не почувствовал он ее смерти. И это заставляло его злиться. Мысль о том, что посягнувшие на древнюю кровь остались безнаказанными, иногда доводила его до бешенства. И несмотря на то, что он ее не любил, любой покусившийся на неё должен страдать.

Она давно ушла из их поместья и его сердца. И вот теперь решила вернуться в виде своего сына – такого же нелюбимого и даже презираемого. Он был наслышан о своем внуке, и ничего хорошего про него не говорили. Откровенно говоря, он его и не признавал за своего, если бы не одно «но»: кровь Моровых в нем, по слухам, была очень сильна.

Так что звонок Раздорова пришелся более чем кстати – он давно хотел посмотреть на внука лично и принять решение, стоит ли с ним вообще возиться и рассчитывать на него. Моровым давно пора закрепиться в столице – севера им уже мало. Так почему бы это не сделать через юнца, на которого можно будет без особых усилий влиять?

Правда, надо бы проследить, чтобы детки не сильно прессовали нового родственничка. Нет, трепка тому пойдет на пользу, но чтобы без перегибов. Он должен бояться и уважать, а не показывать зубы. Ломать волю они умели лучше всего, а такому слизняку и подавно легко можно будет внушить то, что надо. Да, пожалуй, он не будет их слишком сдерживать. Внукам тоже надо выпускать пар, а этот подойдет идеально. Позорище. Это же надо – бежать, вместо того, чтобы сражаться за свою жизнь!..

– Ваше Темнейшество! – вбежал без стука в кабинет личный слуга. В иное время он бы сразу превратился в глыбу льда, но сейчас старик был слишком отвлечен на другие мысли…

– Там… Там портал открылся! Из Нави!!!

– И что? – его бровь чуть дернулась. – Это является поводом, чтобы вот так врываться ко мне? Стужев вернулся?

– Но это не наш, привычный портал смерти! Он больше, насыщеннее, сильней. Как бы не прорыв!

– Поднять гвардию по тревоге. Всех магов к порталу, окружить его защитной вязью. Я сейчас буду.

Выскочив на улицу и даже не став отвлекаться на то, чтобы расправиться со слугой, что так бесцеремонно отвлек его от мыслей, он сразу убедился в том, что тревога поднята не зря. Прямо в середине двора мерцал черными всполохами портал, да такой силы, что хотелось зажмуриться. А уж как от него несло смертью!!!

Мерцавшая защита таяла на глазах, и магам охраны приходилось постоянно ее подпитывать – слишком уж высокая концентрация Нави была внутри него.

– Ждем, – коротко приказал он, готовясь к возможному прорыву.

Редко случалось подобное, а вот такой силы, так вообще никогда. Но то, что произошло дальше, повергло его в шок.

Сначала портал как-то напрягся и выплюнул из себя духа в виде женщины. Сильного духа и сильной женщины. Та рухнула на траву, странно на них посмотрела, а после ее стошнило. Вот так банально, прямо на красивый газон.

После из портала вывалился тот, кого он посылал за внуком – барон Стужев. Весь в крови и многочисленных порезах. На его лице застыл дикий ужас, а губы тряслись и что-то невнятно шептали. Ну, а следом вышел тот, кого он ждал – внучек собственной персоной.

Глядя на него, у главы рода задергался сначала один глаз, потом второй, потом оба сразу. А тот как-то радостно улыбнулся, помахал им рукой, вежливо поздоровался и… Его начало тошнить.

Портал за его спиной схлопнулся с противным чавком, отчего тошнить эту парочку стало еще сильней.

«Газон придется менять», – проскользнула мысль в голове главы, прежде чем ледяная ярость затопила сознание. И он ударил…

Тимур Машуков
Индульгенция 2. Без права на жизнь

Глава 1

 
Как нас вставило,
как нас вставило,
как нас вставило, боже!..
Как нас вставило,
как нас вставило —
чтоб вас так вставило тоже…
 

Ох уж мне эта Кудыкина гора, чтоб ей пусто было! Я пошел, как порядочный, наверх, а там как все засвистит, как налетит! Леший воет – кричит, что лишили тринадцатой зарплаты. Русалки на ветвях предлагают интим за скромную плату, намекая на экзотику. Кот Баюн, поигрывая цепью, рассказывает, как хорошо в Нави и как плохо в Ирии. Еще и Лихо Одноглазое пристало с предложением купить у него очки. На один глаз. И так расписывало все их преимущества, что я и вправду чуть не купил.

Ох, и тяжко было, особенно с русалками – так-то они дамы очень даже ничего. И зазывали так активно, всячески соблазняя винами заморскими, да яствами заграничными. Но я ж кремень – стойкий, как оловянный солдатик. Все выдержал.

Правда, в какой-то момент мне подумалось, что это всё вообще галлюцинация, потому как штырило меня не по-детски.

То мне казалось, что моё тело покрывается чешуей, то изо рта вырывалось пламя. А иногда хотелось срочно куда-то бежать и похищать принцессу. Или на худой конец княжну. Ну, и к консервам, внутри которых находился какой-то герой, я начинал испытывать слабость. И с каждым шагом всякие изменения происходили все чаще, отчего я вообще потерялся во времени и пространстве. Поэтому просто тупо передвигал ноги, забыв вообще, зачем куда-то иду.

Еще возникло желание полететь. Вот прямо очень сильное. Я даже пытался пару раз оторваться от земли, хорошенько разбежавшись – но ноги предательски заплелись, и я упал. Мелькнула даже мысль залезть на дерево и спрыгнуть оттуда, дабы ветер понес меня на своих крыльях. Но не полез, поленился. Вот только вопрос, почему это я иду, а не лечу, в голове стал всплывать всё чаще и чаще.

Вершина горы показалась внезапно – вот я иду, а вот уже стою и смотрю на портал. Хотя фиг его знает – я мог так и целый день простоять с разинутым ртом, накрыло-то меня знатно. А еще мутило сильно. И почему-то вид страшного прохода вызвал у меня неудержимый смех. Сложно сказать, что так на меня подействовало, но мне было дико смешно. Я даже на земле повалялся, держась за живот от приступов хохота. Потом меня немного отпустило, но все равно периодически похихикивал.

– Ты дошел. Странно, – появился возле меня когда-то уже виденный мужик. Помню, что знаю, как его зовут, но вот кто он…

У него на плече лежала дама и пьяно икала. Зеленая дама. Собрав мозги в кучу и предельно сосредоточившись, я вспомнил ее имя – Навка. И кажется, мы с ней того этого… Близкие друзья, в общем. Тогда почему она с ним, а не со мной? В воздухе отчетливо запахло ревностью и пиздюлями изменщице.

– Забирай эту пьянь. Она победила, -мужик бесцеремонно закинул ее в портал. Как мешок с картошкой. – И этого тоже. Прошел, хоть и не идеально. Все договоренности сохранены.

Рядом с ним появилось воющее тело. Поджопник, и вратарь пропускает мяч к воротам.

– Ну, и ты вали. Заслужил. Но в ближайшие пару дней здесь не появляйся. Мне после тебя еще бардак разгрести нужно.

Увернувшись от его длани, которой он собрался нанести мне увечье посредством подзатыльника, я с гордым видом зашел в портал.

А там что? А там стоит встречающая группа много так встречающих собралось. Это все для меня, что ли? Так уважают? Приятно до слез!

Навка блюет, Стужев – я внезапно вспомнил, кто он такой, – воет и жалуется на какого-то маркиза из сада, называя его то милым, то тварью. А мне как-то внезапно поплохело. Ну, и вывернуло всем, что было сожрано непосильным трудом.

Все стали орать, что-то наперебой предлагать, а мне было так плохо, что я вообще ничего не воспринимал. Потом почуял, что холодом повеяло. Сильно так. И фейерверки из глаз – прям как на Новый Год. Тело стало таким невесомым. Но встретившись с чем-то твердым, всю невесомость потеряло, взбодрив мозги болью, от которой они стали чуть лучше работать.

Чую, кто-то склонился надо мной и дышит так часто. Ой, что-то плохо мне и желудок бурлит. Изжога, догадался я, выдохнув пламенем, отчего дышащее что-то быстро свалило, завывая от боли.

– Поднимите мне веки, – простонал я, но увы, подмога не пришла, подкрепления не прислали. Пришлось помогать себе самому руками. Сложно, но я геройски справился.

Голоса из общего гула стали разделяться на слова, а потом и на предложения. Резкий свет постепенно перестал травмировать мои глаза, и я наконец увидел всю картину, разбитую на фрагменты, и смог более адекватно оценить ситуацию.

Так, что имеем в наличии: суровый дед со взором ледяным – одна штука. Пара телок, нарядно одетых – ниче так, с пивом пойдет. И остального народа несчитано.

– Видар, мне плохо, – подползла ко мне Навка и положила голову на колени.

– А мне, блять, вот прям зашибись, да? – сочувствия во мне не было ни капли.

– Ты злой…

– Нихуяшечки. Злой вон тот дед, которому мы газон облевали. А я добрый.

– Это твой родственник?

– Судя по тому, как он на меня смотрит – определенно.

– Прямо вот так по взгляду догадался?

– Ну да. Раз хочет убить, значит, родня.

– Высокие отношения.

– Отож. Ладно, давай вставать – знакомиться будем. А то что-то мне прям реально нехорошо. Змей, гад, протухшее зелье впарил.

– А от чего оно?

– Судя по боли, от головы. Ну, чтобы сама отвалилась. Если что – работает. Но больше мне его не предлагать. Лучше уж топор, чем это.

– Видар Раздоров? – деду походу надоело ждать, пока я оклемаюсь, и он решил взять процесс в свои холодные руки.

– А кто спрашивает? – проявил я несвойственный мне дух бунтарства.

– Я Дмитрий Афанасьевич, князь Моров. Глава рода.

– Рад познакомиться, дед. Здрасте всем! – я встал и даже изобразил на лице дружелюбную улыбку. – Я Видар, это Навка, а того завывающего ты знаешь. Кстати, проводник из него так себе. То Кощей на пути, то баба Яга, то змей Горыныч с его надкусанным яблоком. К слову, говорят, что такое стоит дороже целого. Поди врут, а может, и нет. Менять вам надо маршрут, точно тебе говорю. Потому как второй раз я через реку Смородину точно не попрусь. Там кикиморы сидят – стопудово в долги вгонят. В этот раз еле отбился от них. Но не факт, что получится в следующий. Да и вообще, погодка там так себе. Снизу припекает, сверху холодит – вообще ни разу не курорт. Это я тебе как знающий человек заявляю.

– Стоп. Остановись. Замри. Какой Кощей? Какая Смородина⁈ Вы зачем вглубь Нави потащились⁈

– Ты меня спрашиваешь? – изобразил удивление я. – Этот прочитал лекцию и повел. Мы за ним, ну и… Как-то так. Навка, хватит зеленеть лицом, а то меня опять сейчас стошнит.

– Это мой натуральный цвет, придурок! А Кощей зверь, не буду больше с ним пить.

– Совращал? – чуть удивился я.

– Да куда ему. Но наливал сильно. Алкобатл, сказал, будет. А я девушка доверчивая и местами невинная. Поверила охальнику, а он как начал… И откуда у него столько, спрашивается⁈ Но я не посрамила рода Раздоровых… Ик… Ик… Икибану, правда, ему всю вынюхала, потому как у этого жлоба закуски не было. А рукав он мне свой побрезговал давать, хамло несчастное.

– Я вам не мешаю? – дед явно бесился, но вида не показывал.

– Не. Это нормально. И что тут у нас? –глаза уже открылись сами. – Не вижу хлеб да соль. Внук вернулся, радость-то какая!!! Шарики и полуголые красотки приветствуются.

– Эй, тебя меня мало? – нелогично обиделась Навка.

– Тебя я люблю голой. А тут полуголые, сиречь топлес. Смекаешь разницу? И вообще, где тут кормят, поят и спать кладут? А то что-то я устал.

Смотрю, у деда опять глаз дергаться начал. Потом второй, потом оба. Прикольно. Я так тоже хочу научиться.

– Отведите его в дом и пусть проспится, – бросил он слугам, разворачиваясь и уходя в даль.

И даже матерно не облаял, кремень мужик! Ну да ничего – скоро ты у меня всем телом будешь дергаться.

Остальная группа встречающих последовала за ним, напоследок облив меня ушатом презрения и мысленными пожеланиями никогда не рождаться. Тронуло это меня? Еще как. Прям по живому порезали. Обиделся. Сильно. Я-то рассчитывал на хлеб да соль, а тут на тебе. Да и хер с ними. Ща осмотрюсь и начнем…

– Господин, – нежный голос вырвал меня из мечтаний о том, как я живописно развешиваю на деревьях трупы врагов.

Сфокусировав взгляд, я обнаружил стоящую рядом со мной милашку с пятыми размером груди. Это что? Это все мне, что ли?!!! Наверное, с развешивание трупов я погорячился. Пожалуй, я их просто спалю.

– У тебя слюна потекла, – обломала мне мою фантазию Навка.

– Это потому что я голодный.

– А она очень аппетитная?

– Ага.

– Господин?

– Да что ты заладила⁈ Я это он, он это я. Но ты можешь называть меня мой альфа, например. Или любимый.

– Прошу вас следовать за мной. Я покажу вам вашу комнату.

Чуть резче, чем было необходимо, она развернулась и пошла туда, куда утопала вся делегация. При этом так призывно виляла попкой, что я реально залип.

– Сможешь так же? – спросил я у Навки.

– Да легко. Чуть в себя приду и продемонстрирую. А что? Цепляет?

– Ага. Так и хочется задрать юбку и посмотреть, как она это делает. Ну там, оценить работу мышц и все такое.

– Так я тебе и поверила, кобель несчастный.

– Будем вместе смотреть.

– Впрочем, я всегда открыта для нового.

Бедная служанка шла впереди нас и, конечно же, все слышала. От этого ее походка была нервной, ушки отчаянно краснели, и мне даже показалось, что она меня искренне ненавидит. Это расстраивало мою ранимую душу, которая не понимала, за что ей эти все испытания.

По сторонам я смотрел мало, потому как во-первых, смотреть на задницу девушки было всяко приятней, а во-вторых, я опасался вертеть головой, чтобы меня опять не стошнило. Состояние было прямо очень удручающим, и никакая очистка организма не спасала. Дрянь, что всучил мне Горыныч, походу плотно впиталась в кровь, и тело, несмотря на всю интенсивность борьбы с отравой, уверенно проигрывало. Чем мне это грозит, пока не понятно, но уверен, что скоро узнаю.

Так что конец маршрута я воспринял с благодарностью. Открытая дверь привела меня в довольно скромную комнату, больше похожую на чулан. Небольшое окно, кровать-полуторка. Шкаф для вещей, стол для письма или еды. Ну, и совмещенный с душем туалет. И надо ли говорить, что все это роскошество находилось на последнем, третьем этаже поместья, на котором никто не жил.

Я-то сразу и не заметил, как долго мы шли, загипнотизированный виляющей попкой служанки, но потом до меня дошла боль еще и в мышцах и стены дома услышали много новых матерных выражений.

Приглашения проверить крепость кровати служанка не приняла, и я сразу заподозрил, что она не такая уж и крепкая. Иначе с чего бы ей отказываться? В общем, меня почти насильно запихнули в комнату, закрыли дверь, и подозреваю, что еще и подперли с другой стороны, чтобы, значит, не сбежал.

– Я спать, – протяжно зевнул я, падая на постель.

– В душ сходи. От тебя несет, как из конюшни, – поморщилась Навка.

– Похер. Это запах самца. Вон, видела, как на меня служанка смотрела? Точно хочет, но пока стесняется.

– А мне кажется, она хотела тебя убить.

– Пусть в очередь становится. Меня многие хотят, но не для всех моя розочка цвела. Все, я сплю. Будешь трахать, не буди.

Говорят, время в Нави стоит на месте – возможно. Да, я ушел днем и вернулся днем. Но вот психологически для меня прошло много времени, и мой организм, казалось бы, уже закаленный множеством травм, банально не выдержал и расслабился. Еще и на территории врага – а иначе, как врагами, я Моровых воспринимать не мог. Нет, убивать меня не будут– хотя не факт, – но жизнь будут портить по максимуму. К этому я как бы готов и сильно удивлюсь, если подобного не произойдет.

Поэтому и я не собирался играть в любящего внука и падать на грудь деда, заливая ее слезами умиления. Более того, я собирался отрываться по полной, потому как право имею. И вообще, они мне банально не нравились. Наглые, самоуверенные – все в меня. А я, чтоб вы знали, не терплю конкурентов.

В общем, я спал, иногда дергая во сне ногой – это я представлял, как бью злого деда по жопе и уничтожаю его любимый газон…

* * *

– Я его ненавижу!!! – девушка сидела перед главой рода Моровых и с омерзением смотрела на свою одежду.

– Ну ты же сама хотела разыграть его, одевшись в костюм служанки, -позволил тот себе легкую улыбку.

Нет, так-то он тоже был очень зол, но вид приемной внучки – дочери его сослуживца, чей род был вырезан в недавней войне, его, откровенно говоря, забавлял.

– Он похотливый дегенерат!!! Сама не знаю, как сдержалась и не прокляла его!

– А чего сдерживалась-то?

– Да эта его Навка. Вроде невменяемая, но смотрела так… Боюсь я ее, в общем. А почему, не пойму.

– Ну, понять-то дело не хитрое. Дух она. Второго, а то и первого порядка.

– Так не бывает. Такое невозможно! Он же слабак. Он не мог ее подчинить. Не с его силами. Это НЕ-ВОЗ-МОЖ-НО!!!

– Кажется, она с ним добровольно, -задумался он. – Ты слышала, что он бормотал про реку Смородину и Змея Горыныча? Ты не поняла, да? Он прошел Калинов мост. Кого ты знаешь из живущих, кто бы мог так далеко зайти в Нави? Причем в одиночку – как я понял, духа с ним в этот момент не было.

И посмотри, в каком состоянии вернулся Стужев. Ты вообще поняла, о чем он бормотал? Он же седой, как лунь стал! И это тот, кто не раз бывал в Нави и не боится ее ужасов. Озеро Боли – это конец преддверия, я был там, но не проходил его. Живущие в нем – они иные. Не духи и не демоны – кошмары. Никакое воображение не может их описать. А вот он был и, судя по всему, прошел – сам или помогли, не знаю. Но если придет в себя, то станет сильней. Намного.

То же касается и Видара. Ты увидела лишь то, что он захотел показать. Да-да, не удивляйся. Он не так глуп, как кажется. Уверен, что в данный момент он знает и видел больше, чем многие из сильнейших темных. Их бог-покровитель – Переруг, он слабейший из всего пантеона. Но никто, повторяю, никто не рискует с ним связываться. Хитрость лисы и коварство змеи в одном теле. Уверен, это передалось и внуку.

– Отец, – в кабинет вошла высокая женщина и плавно опустилась в стоящее кресло.

– Тамара, – кивнул он.

– Перемываете кости этому ублюдку?

– Ну почему сразу ублюдку? – Морову, кажется, было забавно наблюдать за ними. Он даже чуть развеселился, что на него было совсем не похоже. – Он родился в браке.

– Ну да. Но от этого не перестал быть ублюдком. Явился и сразу опозорился. Хорошо, что этого никто из чужих не видел. Пришлось бы устранять. Зачем ты его вообще позвал?

– Ну, не позвал, а принял. Какой ни есть, а все ж родня. В нем, как и в тебе, течет кровь Моровых. И как я слышал, магию он применяет больше на основе льда и холода – а это, сама знаешь, наш атрибут. У Раздоровых сейчас непростые времена, вот и он попросил приютить внука на время.

– Я больше к нему ни на шаг! – опять завелась девушка.

– Тебя никто и не заставляет. Сыграть служанку – это была твоя идея. Правда, чего ты хотела этим добиться, я так и не понял. Но не суть. В общем, как бы то ни было, это ничего не меняет. Действуем по плану.

Когда они вышли, глава рода молча смотрел на закрывшуюся дверь. О чем он думал? Загадка. Возможно, вспоминал дочь, которую сам выгнал. Быть может, жалел о том своем поступке. Кто знает, какие мысли роились в голове сильнейшего темного мага холода Российской империи… Но судя по ледяной дымке, исходившей из его глаз, были они совсем не добрые и не сулящие его внуку ничего хорошего…

Глава 2

– А-ахм… – проснулся я, сладко потягиваясь. Ничего не болит, состояние отличное, чувство голода привычное. Красота же!

– Уже пора вставать или время ложится? – спросил я лежащую рядом Навку.

– Вставать. Утро на дворе, – ворчливо отозвалась она.

– Прикольно, – я чуть присел, собрал под головой подушки. – И пары часов не прошло. Спал так мало, а хорошо выспался.

– Ты дрых сутки. И храпел.

– Ого. В первое поверю, а во второе никогда. Я не храплю.

– Я слышала. Тарахтел на все поместье. Даже слуги пугались звуков из этой комнаты.

– А, ну это я от врагов отбивался, наверное. Пугательный элемент, так сказать. И что тут у нас? Меня кто-то навещал? Переживали о здоровье любимого внука?

– Один раз заглянул слуга, но увидев меня, сбежал. А больше никого не было.

– И что? Даже та грудастенькая служанка не прибегала? Наверное, стесняется прийти и показать свои чувства.

– Она тебя не любит.

– Ерунда, – отмахнулся я. – Меня все любят, даже ты.

– Почему это я – и даже? И вообще, я никого не люблю.

– Врешь ведь. Иначе с чего бы ты лежала тут рядом, вся такая невинная и почти голая?

– Фу на тебя! Вот не умеешь ты комплименты девушкам говорить. А еще несет от тебя, как от старого козла. Вали в душ.

– Ах ты вот как, да⁈ Я к ней… А она!!! Все, я обиделся. Вот прям по-серьезному. И пока не превратишься в ту красотку, в виде которой разговаривала с Кощеем, ко мне не подходи.

– В Яви трудно поддерживать форму силы. Она предназначена исключительно для Нави.

– Так это твой натуральный вид?

– До смерти я была такой.

– Расскажешь?

– Не сейчас. И вообще, какой у нас план? Нет, я поняла, что ты будешь тут порядок наводить. Я про глобальное.

– Да фиг его знает. Пока плывем по течению, становимся сильней. Потом наведаемся в Пустоши, сходим на другой конец – посмотрим, что там. Может, вообще получится их ликвидировать. Ну, и в конце женюсь на двух принцессах. Тебя бы тоже взял замуж, но глупые людишки этого не поймут.

– Что? Правда бы женился? – оживилась она.

– Конечно. Ты ж у меня самая верная и преданная. А еще красотка, даром что зеленая. Но это даже в плюс – если набухаешься, никто и не заметит.

– Ну да. Особенно вчера, – помрачнела она. – Так плохо мне никогда не было.

– Согласен. Синька зло. Напомни мне больше ничего не брать у змея. От его выпивки меня так вставило, что думал, помру.

– А нехер пить всякую гадость. И есть тоже. Ты хоть понимаешь, что творил? Нет в Нави привычной тебе еды – она вся пропитана эманациями мертвого мира, которые смертельны для живых. Думаешь, в сказках Баба Яга прям все хорошо с Иваном делала? Да как бы не так! Накормила – то есть, отравила и сделала его плоть съедобной для себя. Напоила – ослабила, чтоб не сопротивлялся. Ну, и в бане попарила – сварила заживо. А после спать уложила – то есть, съела. А все красивое уже люди сами придумали.

– То есть, она меня убить хотела⁈ Вот ведь карга старая! А я-то ей поверил!!!

– Что убить – вряд ли. На тебе печать Сварога стоит, а с ним связываться никто не рискнет. Ну, разве что Кощей – но у него мозгов слишком мало, чтобы о последствиях думать. Этот только мечом махать может, да долги выбивать. Так что кормила-то она тебя от чистого сердца, зная, что выдержишь все. Но организм твой слабый, к подобному не привычен. А ты его еще зельем Горыныча добил. Вот побочные эффекты и полезли. Мог и помереть – шанс был высок. Но ты выжил, и это очень хорошо.

– И чем это хорошо?

– Пока не знаю. Эффект всегда разный бывает. Но то, что у тебя новые способности появились – факт. Какие, не знаю, с этим сам разберешься. Будет интересно.

– Успокоила ты меня. Ладно, пошел я душ, а то что-то действительно от меня пахнет.

Помылся, привел себя в порядок. Скинул грязные вещи прямо на пол – пусть слуги стирают. Уверен, они их по запаху найдут. Вытащил из кольца чистое – переоделся. Посмотрелся в зеркало – красавчик. Обратил внимание, что мои глаза иногда становятся зелеными – прям огонь!!! Сразу таким загадочным кажусь.

Интересно – это все, чем меня бухло змея наградило? Прислушался к себе, но кроме желания есть, ничего не обнаружил. Ну и ладно. Где тут кормят-поят?

– Навка, хватит давить матрас. Пошли на экскурсию в сторону еды. Ты ж не просто так, надеюсь, тут валялась, а провела разведку?

– Первый этаж, налево и до конца. А я не пойду, ты там ругаться сейчас начнешь, а у меня голова еще болит. Но надо будет кого съесть – кричи.

– Лентяйка, – попенял я ей и пошел в мир, размышляя о его несправедливости. Потому как жаловаться всегда легче, чем с радостной улыбкой идиота встречать каждый восход солнца.

Мир встретил меня узким, слабо освещенным коридором и длинной лестницей, уходящей в неизвестность. Ругнувшись на местное гостеприимство, я, набравшись храбрости, стал спускаться вниз, потому как воющий желудок победил дрожащую жопу. Ну да, не люблю я вот такие вот лестницы, потому как точно знаю – на них всегда происходит что-то нехорошее.

Второй этаж встретил меня… никак. Ну, в нормальных-то домах можно как бы спуститься по прямой, а тут нет. Чтобы перейти с третьего этажа на первый, надо было прошлепать весь второй. Кто так строит, я вас спрашиваю⁈ Еще напрягала непривычная тишина – ни девчушки, ни зверушки, было тихо, будто все вымерло.

Впрочем, тишина длилась недолго. Высокий мужик, затянутый в ливрею, лет эдак за сотню, но бодрячком, внезапно вынырнул из-за угла и замер, ожидая, когда я к нему подойду. Прикинув, что он вроде как не агрессивный и убивать меня вот так сразу не будет, я направился к нему, потому как бежать было бы неспортивно.

– Ваше Темнейшество, – обозначил он поклон. Не слишком низкий – и это я запомню.

– Я это он. А ты?

– Слуга рода. Мое имя вам ничего не скажет, поэтому так и зовите – Слуга. Афанасий Иванович послал меня узнать – не присоединитесь ли вы к завтраку?

– Вот прямо так и сказал? Ой, не верю. Небось ляпнул что-то типа – поднимись к этому идиоту, и если он встал, гони его пинками под жопу в трапезную. Угадал, да?

– Его Темнейшество никогда не опустится до подобных оскорблений, – задрала нос эта старческая немочь. – Он ожидает вас. Прошу следовать за мной.

– Веди меня, мой загадочный проводник! – патетично воскликнул я, и мой желудок ответил согласием. Ну, и жопа временно расслабилась, понимая, что прям сейчас по ней бить не будут.

И вот спустя каких-то жалких десять минут мы вошли в ярко освещенное помещение, в котором за длинным столом собралась куча народа.

Во главе его сидел дед, с которым мы уже успели познакомиться, по его правую руку – низенький пухляш с надменной рожей, по левую – дама лет сорока, симпатичная, но такая вся прям из себя холодная. М-да, тащить такую в постель – это ж грелок не напасешься. Правда, в жару, наверное, самое то. Хотя низя – это ж, наверное, тетка Тамара. Вон, даже фамильное сходство есть со мной – она, похоже, так же всех сидящих тут презирает.

Со стороны пухляша находились две девчонки, еще не достигшие возраста согласия на всякие извращения, пацан лет десяти, смотрящий на меня, как на гавно, и мелкая дошкольного возраста.

Со стороны тетки суровый хрен старше меня лет на пять, а может, и на двадцать пять. Его черты лица будто застыли, и мимика полностью отсутствовала. Рядом с ним шушукались то ли близняшки, то ли двойняшки. Ниче такие – живчики. Симпатичные. Ну, и последней сидела та самая скромняга служанка с пятым размером груди – эта смотрела на меня с искренней ненавистью. Вот точно запала. Ничего, пусть пока страдает и думает, как помириться.

И сразу вопрос – чего это она делает за столом господ? Либо она ни фига не служанка, и передо мной разыграли спектакль. Либо тут все прям такие демократичные, что писец. А еще где все остальные? Ну, в том смысле, что этот пухлый, насколько я знал, имел трех жен. Тетка была вдовой, поэтому вопросов по ней не было.

– Здрасти, – отвесил я поклон и плюхнулся рядом с большими сиськами, чтобы иметь их в шаговой доступности. Навка – это хорошо, но тройничок тоже нормально. Правда, надо выяснить, есть ли у нас с ней общая родственная линия, потому как инцест у темных хоть и не запрещен, но все же не поощряется.

Реакция на мое появление была вяло-никакой. То есть, меня все дружно ненавидели, но молча и как-то без огонька. Хотя, о чем это я? Они ж Моровы. Значит, должны ненавидеть без чего-то ледяного. Представлять мне присутствующих дед посчитал ненужным и подал знак слугам, которые споро начали накрывать на стол.

Дальше все ели – чинно и благородно. Причем настолько, что во мне опять проснулся дух противоречия – захотелось, знаете ли, чего-то эдакого. Ну, например, запустить помидоркой в морду пухляша. Интересно, он будет визжать, как девочка, или сразу полезет в драку? Но я сдержался, за что горжусь собой вот прям нереально.

Зато за сидящей рядом служанкой я ухаживал вовсю – то огурчик у нее из тарелки стащу, то вино из бокала отхлебну. Про неоднократные попытки погладить ее коленку под столом я умолчу – отбитая рука жутко болела.

– Видар, пошли со мной, нам надо поговорить, – голос деда отвлек меня от борьбы ногами под столом. Я пытался наступить на ногу служанке, а она мне. Увлеклись, признаюсь. Но было весело. Только она как-то скалилась непривычно и, кажется, хотела вцепиться мне в горло. Ну точно запала!

– Я готов, – вскочив с места, я успел напоследок мстительно пнуть эту нахалку, отчего она ТАК посмотрела на меня, что у меня все задымилось. Вот точно утащу ее к себе в берлогу и окажу первую помощь! А то я ей, похоже, сильно мозги травмировал – вон, и слюна потекла. Или это она просто не наелась?

В общем, я встал и, мысленно послав всех на хер, бодрой походкой, хоть чуть и прихрамывая, посеменил за дедом. Меня проводили злобными взглядами, ну а я, уже выходя, показал всем средний палец, явно намекнув на нетрадиционные отношения внутри семьи. Кажется, им понравилось – вон как зашумели за моей спиной.

Идя по очередному коридору, я вдруг задумался над своим поведением – и что это на меня нашло? Впрочем, мне даже нравится. Бесить, бесить и еще раз бесить! Не знаю, зачем, но почему-то очень хочется.

Я следом за дедом вошел в его кабинет. Тот, пройдя дальше, сел в массивное кресло и жестом пригласил меня сесть напротив него. Оглядевшись по сторонам, я, признаюсь, был впечатлен.

Кабинет деда был словно застывшая во времени картина, где каждая деталь говорила о его статусе, вкусе и богатой истории нашей семьи. Воздух здесь был наполнен ароматом старого дерева, воска и легкой пылью веков.

Письменный стол, огромный и величественный, занимал центральное место. Его темное лакированное дерево с глубокими прожилками блестело под мягким светом люстры. На столе лежали аккуратно сложенные бумаги, сьояла чернильница с серебряным пером и красовался старинный глобус.

Кресло, в котором сидел дед, было настоящим троном. Его спинка, украшенная резным гербом рода Моровых – рука скелета, сжимающая ледяной посох, возвышалась над ним, словно корона. Обивка из темно-бордового бархата была слегка потерта на подлокотниках, что выдавало долгие часы, проведенные здесь за размышлениями и делами.