Текст книги ""Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Алексей Шумилов

Соавторы: Никита Киров,Тимур Машуков,Никита Клеванский
сообщить о нарушении

Текущая страница: 336 (всего у книги 348 страниц)

– Отходим! – приказал я, хватая Василису за руку. – Все назад!

Мы отступали, отбиваясь от рассыпающейся нежити. Портал схлопнулся с диким грохотом, выбросив волну энергии. Земля под ногами дрогнула.

Когда пыль осела, на поляне остались лишь обломки костей и тишина.

– Руслан… – прошептала Женя.

Он лежал на спине, сжимая меч даже в смерти. Грудь провалилась внутрь.

Емеля упал на колени, его руки тряслись. Алена, бледная, но живая, прижала ладонь к ране на плече.

– Мы… закрыли его? – устало спросил Сигурд, опускаясь рядом. Он единственный выглядел более-менее свежим, благодаря тому, что атаковал сверху. Правда, руки его мелко дрожали – слишком уж сильные плетения пришлось ему применять.

Пургена в разгаре схватки пришлось спешно вернуть в его мир – на этот раз у меня получилось. Иначе бы задрали. Дурак поперся в самый центр и попал в окружение.

Я посмотрел на воронку. Земля была мертвой, но портала больше не было.

– Да, – выдохнул я. – Но это еще не все.

Потому что в последний момент, прямо перед тем, как портал исчез, я увидел в его глубине глаза. Огромные, багровые, полные ненависти. И понял: мы лишь отсрочили конец.

– Что с Мавкой? Женя, блять! Хватит сопли жевать. Проверь, что с ней. Руслан не умер, ты же знаешь. Рана слабая – пара дней и возродится. Помогай живым – мертвым на это плевать.

– Не командуй мной! – огрызнулась она.

Опять мир моргнул, да так, что у меня голова закружилась.

– Тут лич!!! – услышал я крик Василисы.

Все вокруг меня плыло, и я стал теряться, не понимая, где реальность, а где нет. Отряд сражался, а я тупо стоял и пялился на свои руки, которые вдруг стали полупрозрачными. Я видел, как по венам течет кровь, а по эфирным каналам – магия. Как в такт сердцу сокращается мой источник. Тело, будто бы и не мое, стало чужим и с неохотой подчинялось командам головы. Что, мать вашу, происходит⁈

– Не стой!!! – пронзительный вопль Мавки почти привел меня в чувство.

Медленно, даже как будто с неохотой, я повернул голову и увидел в полусотне шагов от себя зеленый тусклый свет, от которого шел легкий туман. И в нем угадывалась высокая неподвижная фигура.

Опять мир моргнул – вернулись звуки, вернулась сила, вернулись ощущения. И вместе с этим вернулась злость. Нет, не так – ярость! Ярость из-за собственной беспомощности. Ярость из-за непонимания того, что происходит. Ярость из-за того, что со мной опять играли в непонятную мне игру. Но думать об этом буду потом – а сейчас в бой!

– Ходи ко мне, мой антистресс, – поманил я рукой лича…

Глава 22

Лес затаил дыхание. Воздух, густой от запаха прелой листвы и медного привкуса крови, обжигал горло. Мы шли вперед по следам древнего зла – чёрным отметинам на коре, будто кто-то провёл по деревьям когтями, пропитанными смрадом.

Лич стоял на месте, но вместе с тем казалось, что был очень далеко. Мавка шла впереди, её пальцы сжимали посох так, что костяшки побелели. Я знал этот жест – она боялась. А если боится она, то нам всем стоило бежать, не оглядываясь.

– Он близко, – прошептала она, внезапно остановившись. – Видар…

Я кивнул, не спрашивая. Её магия всегда чувствовала смерть раньше, чем ветер приносил её запах. Но в этот раз всё было иначе. Земля под ногами дрогнула, словно гигантская змея извилась под слоем гнили. Из-за стволов, обвитых паутиной, выполз сгустившийся зеленый туман. В нём плавали огоньки, мерцающие зелёным. Глаза. Сотни глаз.

– Не двигайся, – Мавка бросила посох вперёд, и дерево заструилось синим светом, очерчивая круг защиты. – Он играет с нами.

Хохот разорвал тишину. Он не звучал – он скребся по костям, выворачивал рёбра наружу, заставляя зубы стучать в такт. Из тумана выступила фигура. Высокая, сгорбленная, обёрнутая в плащ из теней, которые цеплялись за неё, как голодные щупальца. Лич. Его лицо… Нет, не лицо – череп, покрытый трещинами, где пульсировала багровая жижа. В глазницах горели звёзды, холодные и бездонные.

– Маленькие мотыльки, – прошипел он, и голос его был шелестом страниц в запретной библиотеке. – Вы прилетели на мой огонь?

Мавка не ответила. Её руки взметнулись, и круг света рванулся вперёд, выжигая туман. Лич махнул рукой – поток энергии ударил в невидимый щит, рассыпавшись искрами.

– Бегите! – закричал кто-то сзади. Это был голос Василисы, но я не обернулся. Не мог. Мои ноги приросли к земле, как будто корни проросли сквозь сапоги. Отряд замер – парализованный, беспомощный. Только мы с Мавкой остались относительно свободными, она успела наложить на меня щит благодати.

– Твоя магия слаба, дитя, – лич сделал шаг вперёд, и земля под ним вскрикнула. – Ты потеряла право ей пользоваться с того момента, как оказалась здесь.

– Зато я крут, как Эверест, и силен, как злой носорог, – храбро бросил я, выхватывая меч. Лезвие, испещрённое рунами, вспыхнуло голубым – знаком, что нежить рядом.

Лич повернул ко мне пустые глазницы.

– Мальчик с игрушкой, – он щёлкнул пальцами.

Боль. Резкая, как удар кнута, она пронзила мою грудь. Я рухнул на колено, оперевшись на меч, чтобы не упасть. Воздух стал тягучим, как смола.

– Видар! – Мавка вскинула руки, и между нами взметнулась стена из пламени. Огни пели, звонко и высоко, отбрасывая на лицо лича оранжевые блики. – Вставай!

Я вдохнул сквозь стиснутые зубы. Проклятие, он вытягивал силы… Нет, не он. Всё вокруг – деревья, воздух, сама земля – работало против нас. Лич был не просто некромантом. Он был пожирателем магии.

Мавка рванула вперёд, её плащ взметнулся, как крылья совы. Посох выписывал в воздухе руны, каждый символ вспыхивал и взрывался ослепительными молниями. Лич отступал, его плащ горел, но смех не стихал.

– Хорошо! – взревел он. – Давай же, покажи, на что способна падшая богиня Кострома!

Молнии сменились лезвиями из света. Мавка атаковала яростно, без пауз, но её дыхание становилось прерывистым.

Я поднялся, пересилив дрожь в ногах, и ринулся вбок, заходя личу за спину. Меч света взвыл, рассекая воздух, но клинок ударил в пустоту – чудовище растворилось в тумане.

– Сзади! – крикнула Мавка.

Я кувыркнулся в сторону, и чёрный шип вонзился туда, где секунду назад была моя голова.

Лич материализовался за спиной Мавки, его костлявые пальцы сомкнулись вокруг её горла.

– Нет! – я бросился вперёд, но магия ударила мне в грудь, швырнув на землю.

– Ты могла стать великой, – прошептал лич, притягивая девушку к себе. Её ноги бились в конвульсиях, лицо синело. – Но выбрала смерть.

В глазах Мавки вспыхнула ярость. Она вцепилась в его руку, и от точки касания поползли трещины – не по кости, а по самой реальности. Лич взвыл, отшвырнув её. Мавка рухнула на колени, кровь текла из носа, но её руки уже рисовали новый круг.

– Проклятие расселины! – проревел лич, и лес содрогнулся.

Деревья ожили. Ветви сплелись в сети, корни вздыбились, пытаясь схватить нас. Я рубил их мечом, но на каждое отсечённое щупальце вырастали два новых. Мавка, стоя в эпицентре круга, сотканного из света, кричала заклинание – голос рвался, срываясь на хрип.

– … Ал’драхор! – заорала она на неизвестном мне языке.

Взрыв. Ослепительная вспышка разрезала тьму, и лич отлетел к дереву, разбив его вдребезги. Его плащ горел, кости трещали, но он поднялся. Глазницы пылали теперь алым.

– Достаточно!

Он взмахнул руками, и из земли полезли мертвецы. Десятки, сотни – полуистлевшие, с костями, обмотанными гнилью. Они шли, скрипя, их челюсти щёлкали в немом крике.

– Держись! – Мавка метнула в толпу шар огня. Мертвецы вспыхнули, как бумажные, но их было слишком много.

Я бился, как в кошмаре. Меч рубил, рука немела от ударов, но армия не убывала. Магией я не пользовался – ее будто высосали из меня, оставив самую малость.

Лич стоял вдалеке, восстанавливаясь, и его загробный смех эхом гулял меж деревьев.

– Его посох – он связан с ним! – вдруг крикнула Мавка. – В груди – чёрный кристалл! Это его жизнь! Надо разрушить что-то одно!!!

Я кивнул, отсекая голову скелету. Пробиться к нему сквозь толпу… Безумие. Но иного выбора не было.

– Отвлекай! – закричал я, разнося горящего мертвяка. Рядом с ним валялась палка, что так же горела каким-то черным пламенем. Подхватил и ее, не знаю, зачем.

Мавка поняла. Она вскинула руки, и земля вздыбилась волной, сметая нежить. Я рванул в образовавшийся проход, факел в одной руке, меч – в другой.

Лич разглядел мой манёвр.

– Жалкий червь! – он махнул рукой, и невидимая сила пригвоздила меня к земле. Ребра треснули, и рот сразу наполнился кровью.

Но Мавка уже была в воздухе. Она парила, окружённая вихрем из листьев и огня, её волосы горели белым пламенем.

– Возвращаю тебе твое проклятие! – её голос гремел, как гром.

Она сложила ладони, и между ними возникла точка света. Лич зашипел, отступая.

– Ты не посмеешь!

– Посмею.

Точка стала шаром, шар – солнцем. Она метнула его. Лич попытался увернуться, но свет настиг его, обвил, сжал.

– СЕЙЧАС, ВИДАР!!!

Я поднялся, превозмогая боль, и прыгнул вперёд. Меч вошёл в грудину лича с хрустом ломающегося стекла. Чёрный кристалл треснул.

Мир взорвался.

Тишина.

Я лежал на спине, глядя в небо, которого не было видно за кронами. Где-то кто-то плакал. Мавка… Где Мавка?

– Здесь… – её голос, слабый, как шепот листвы.

Она сидела, прислонившись к дереву. На её груди, чуть левее сердца, зияла дыра, а края раны светились зловещим фиолетовым.

– Нет, – прошептал я, ползя к ней. – Нет-нет-нет…

– Тише, – она улыбнулась, и в уголках губ выступила алая пена. – Ты… сделал это…

– Женя! – заорал я. – ПОМОГИ!

Но её пальцы сжали мою руку.

– Поздно… – она покашляла, и кровь запачкала её подбородок. – Обратная связь… Он ударил в последний момент…

– Все херня. Я не отпущу тебя!!! Ты мне должна, потому что… я из за тебя я чуть не погиб. Вот. Поэтому пока не расплатишься, не смей помирать.

– Глупыш… – её пальцы дрожали, касаясь моего лица. – Я же… говорила… держать дистанцию…

– Заткнись. Женя, блять!!! – я оглянулся.

Я прижал её к себе, не чувствуя слёз. Её дыхание стало мелким, прерывистым.

– Слушай… – она притянула мою голову к своим губам. – Ты должен… сжечь лес…

– Что?

– Споры… в его магии… Они прорастут… через три дня… Сожги всё… Иначе все напрасно…

Её тело обмякло, но глаза смотрели требовательно. Где-то упала ветка, громко, как выстрел.

А потом была только тишина. И крик, застрявший у меня в горле.

– Нет… Нет-нет-нет! – я подхватил её, срывая с груди латы. Чёрная метка пылала над сердцем – проклятие обратной связи. Лич успел ударить в последний миг.

Отряд по-прежнему лежал в параличе, но лич-то мёртв. Значит, чары должны…

Тело дёрнулось. Цветочек застонала, пытаясь подняться, и поползла к нам с лицом белее пергамента.

– Проклятие… – пробормотала она, осматривая рану. – Оно пожирает душу. Я не…

– Лечи!!!

– Не могу. У меня не осталось лепестка. Истратила, – истерично всхлипнула она.

– Ну, значит, ей придется умереть. Как-нибудь проживем без нее пару месяцев.

– Нет, ты не понимаешь. Мавка тут в своем теле и если умрет, то умрет навсегда. Боги после смерти не попадают в Ирий – они развоплощаются. Ее смерть будет окончательной.

– ЧТО⁈ Стоять! Ты не можешь умереть. Ты не должна умирать. Я к этому вообще не готов. Ты… – от отчаяния я стал заговариваться. Вот уж не думал, что так расклеюсь.

Мавка слабо улыбнулась. Её глаза, всегда такие яркие, будто два изумруда в огне, потихоньку тускнели.

– Всё в порядке, – прошептала она. – Это… достойный конец.

– Не смей! – я стиснул её руку, словно мог удержать жизнь силой. – Ты мне должна! У нас же было столько планов!

Ты не можешь просто так умереть, не познав чистой и порочной любви. Не можешь уйти до того, как я сделаю с тобой всякие непристойности!..

– Идиот, – она кашлянула, алая полоса выступила на губах. – Ты… так и не научился… держать свой член в штанах…

Её рука обмякла. Глаза закрылись. Где-то за спиной Женя заглушенно вскрикнула. Сигурд что-то говорил о ритуалах, о том, что, может, есть шанс… Но я не слышал.

Ветер шевельнул её волосы. Я прижал её к груди, не чувствуя боли от ожогов, от ран. Только пустоту. Ту самую, что оставляют после себя личи.

И тишину. Уже не удушающую, а бесконечно одинокую.

И тут меня как током ударило. Шанс был – Сигурд прав. Крошечный, но реальный. Она богиня, она живет, пока живет вера в нее, пока люди приносят ей молитвы и дают дары… или жертвы. А что может быть сильней жертвы крови?

Я схватил кинжал с пояса – рука дрожала так, что лезвие ходило ходуном.

– Нет! – она приоткрыла глаза, вяло шевельнулась попыталась вырваться, но сил не было. Она уже одним шагом стояла на пороге смерти и осталось сделать второй, что бы уйти окончательно. – Это бессмысленно. Кровь духов не несет в себе энергии…

– Заткнись, – я провёл лезвием по ладони. Кровь, чёрная, как смола, хлынула ручьём. В жилах заурчало что-то древнее, голодное. Темная сторона моей силы просыпалась будто от долгой спячки.

– Пей, – я прижал окровавленную ладонь к её губам. – Или я волью тебе в глотку силой.

Она сопротивлялась секунду – гордая, упрямая, как всегда. Потом вцепилась в мою руку с жадностью утопающей. Золотое сияние в её ране вспыхнуло, столкнувшись с моей тьмой. Боль пронзила тело – будто кто-то выворачивал кости наизнанку.

– Довольно! – она оторвалась, отшвырнув мою руку. Её глаза горели теперь полностью золотом, без намёка на человеческое. Ветер взметнулся вокруг, поднимая листья в вихре. Рана на груди начала срастаться, оставляя рубец в форме спирали – знак возрождения.

Я отполз, сжимая окровавленную ладонь. Тело трясло, в ушах звенело. Она встала – не как человек, а как марионетка, которую поднимают за нитки. Волосы развевались сами по себе, кожа излучала тусклый свет.

– Что… я? – её голос звучал эхом, наложенным на шум леса.

Она повернулась ко мне, и я увидел их – тени крыльев за её спиной, невидимых, но отбрасывающих дрожь на землю. Богиня, пробудившаяся через смерть.

– Что ты со мной сделал⁈ – прошептала она.

– Я сделал тебя живой! – зарычал я, поднимаясь. Ноги подкашивались, во рту стоял вкус пепла.

Она рассмеялась – звук колокольчиков, звенящих в бездне.

– Живой? – её пальцы коснулись рубца. – Ты не понимаешь. Ты не можешь… Твоя кровь… Это невозможно!

Ее черты поплыли, и перед глазами замелькали образы – то девушки, то собаки с крыльями.

Лес вокруг застонал. Деревья скрипели, сгибаясь к её ногам, как подданные перед королевой. Даже воздух дрожал, наполненный зелёными искрами.

– Мавка… – я шагнул вперёд, но она взмахнула рукой.

Невидимый удар швырнул меня на землю.

– Не подходи! – в её голосе зазвучала угроза – страшная, первородная. – Ты сам не понимаешь, что пробудил.

Ее рука дернулась в ударе, но застыла в миллиметре от моего лица. Из глаз, что сверкали подобно самым ярким звездам, лились слезы. – Ты меня привязал….

– В смысле привязал⁈ Я тебя спас, -охренел я от подобного наезда. Вот же ж неблагодарная…

– Нет, – она истерично всхлипнула. – Когда живой добровольно делится своей кровью с богом, он привязывает его к себе. За тысячи лет такого никогда не было. Для того, чтобы подобное случилось, должно соединиться великое множество вероятностей. И сейчас это произошло.

– Да что произошло-то⁈ Ну, дал я тебе кровь, так теперь ты не подыхаешь. Живая такая вся из себя…

– Кстати, да, – ее глаза налились злобой так, что я невольно попятился. – Объясни-ка мне, милый друг – почему это ты живой?

– Ну… так получилось, – еще шаг назад, и я уперся спиной в Емелю, который положил мне свою тяжелую руку на плечо. И слегка сжал пальцы так, что я сразу понял – рыпнусь, и мои кости хрустнут.

– Подробности.

– Да какие подробности⁈ Я вообще в другое место хотел портал открыть, а меня к вам закинуло. Волхв сразу просек, что я живой, и запретил мне об этом говорить. Мол, таких тут не любят и сразу сделают мертвыми. Вот я и молчал.

– А потом напоил меня своей кровью! -взмах мечом, но опять мимо. Причем я даже не уворачивался – она просто не могла меня ударить. Будто что-то отводило ее руку.

– Да я спасти тебя хотел, дура набитая!!! – заорал я.

– Лучше бы дал умереть, – плюхнувшись на траву, она закрыла руками лицо и заревела.

– Мне кто-нибудь может объяснить нормально, что происходит? – обратился я к понуро смотрящему на меня отряду.

– Она теперь твоя, – раздался знакомый голос, который я совсем не ожидал услышать здесь.

Повернувшись, я увидел довольного Сварога. Рядом с ним стоял кряжистый мужик с аккуратной, я бы даже сказал, щегольской бородой.

– Отец!!! – вскинулась Мавка.

– Ага. Доигралась, – мужик совсем не был впечатлен или расстроен слезами дочери.

– Сварог, Симаргл, – почтительно склонили все головы.

Ну, всё, кроме меня и Мавки. Потому как я кланяться не привык, а ей было похер. Она страдала непонятно с чего.

– Моя? Что значит – моя?

– То и значит. Вот у тебя есть Навка – злобный дух Нави. А теперь есть еще и Мавка, прежде светлая богиня, а ныне светлый дух. И быть ей в подчинении у тебя до тех пор, пока привязка не спадет.

– Вот только не говорите, что она станет свободной только после моей смерти…

– Хорошо, об этом промолчим.

– Мавка, хочешь стать свободной? –моей шеи коснулся кончик меча Сигурда.

Я застыл, понимая, что если дернусь, моя голова расстанется с телом. А хотя, нет – многослойный и пока ни кем не видимый щит тьмы уже обволакивал мое тело. Ещё пара секунд, и хер им, а не комиссарского тела.

– Не такой ценой. Если ты убьешь его, я должна буду убить тебя и развоплотить, – покачала она головой. – Да и не виноват он – реально же хотел спасти.

Глубоко вздохнув, она встала и посмотрела на Сварога и своего отца:

– Это же вы все подстроили, да?

– Ну, если только чуть-чуть подтолкнули события в нужном направлении, – улыбнулся краешком губ Симаргл. – Надоело смотреть, как ты бесцельно проживаешь жизнь. А с ним ты узнаешь много интересного. Глядишь, и поумнеешь.

К тому же век смертных недолог, так что и тебе не долго страдать. Отслужишь ему честно, верну в Правь и восстановлю твой статус младшей богини. А теперь вам пора возвращаться в Явь. И не переживай за свой отряд, я за ними присмотрю.

– Подожди!.. – только и успела воскликнуть Мавка, но тут открылся портал, и нас в него мгновенно втянуло.

Блин, хреново вот так вот уходить. Но еще хреновей иметь светлого духа в империи темных. И чую, неприятности только начинаются…

Глава 23

Мир послушно мигнул, портал за нами захлопнулся, и вот мы стоим в той самой квартире, откуда я ушел.

Браслет, одетый на руку, сразу поймал связь и пиликнул сообщением. Посмотрел по времени – прошла всего пара часов в этой реальности. Хорошо.

Навки со Снежаной не было – не иначе, успели свалить. Попытался связаться с ними – абонент вне сети. Плохо. Нет, Навку я чувствовал, но призвать не мог. Значит, найду через Снежану, как сеть появится.

Выломанная входная дверь была осторожно прислонена к косяку, так, что со стороны казалось, будто она целая. Не иначе, люди Моровых постарались.

Посмотрел информацию – ага, это Снежана мне сообщала, что они двинулись в Москву. Правильно. Там нас не достать. Мне, кстати, тоже туда надо. А то воевать с родней в мои планы пока не входило. А этот же наверняка бесится – и бабу увел, и бабки вместе с ней. Прям хорошо так на душе стало, как вспомнил. Вроде тут всего пара часов прошла, а для меня в Вырии пара месяцев.

– Мавка, хватит сопли жевать! Надо сваливать. В этом городе нам официально не рады, – рявкнул я на девушку, что плюхнулась на кровать с самым несчастным видом.

– Да, хозяин. Как скажете, хозяин, -отреагировала она абсолютно бесцветным голосом.

– Вот ща как дам по жопе, будет тебе хозяин! Ничего не поменялось, и я не собираюсь тобой командовать. Хочешь – идешь со мной или за мной – на твой выбор. А хочешь – делай что хочешь. Ты свободна и все такое. Неволить я тебя не собираюсь, как и принуждать к чему-либо.

– Ох, спасибо тебе, мил человек, – встав, она карикатурно поклонилась. – За любовь, да за ласку. Да за возможность выбора, которую ты мне не оставил!!! – опять заорала она.

Вот уж даже предположить не мог, что Мавка такая истеричка.

– Я тебя спас, дура набитая! -тоже заорал я на нее в ответ. – Достала! Будешь и дальше на меня орать, трахну, как суку, и брошу!

– Да, хозяин. Конечно, хозяин. Мне сразу ноги раздвигать или в душ перед этим позволите сходить⁈

– Пошла нахер. Все. Задолбала. Делай, что хочешь, а я сваливаю. У меня тут дел до жопы и на тебя тратить время нет желания.

– Убить небось хотят? Как же я их понимаю. Увижу – подскажу им пару действенных способов.

– Сука!!! – дверь от моего удара разлетелась в щепки, и я направился на выход.

Надо было решить вопрос с доставкой моей тушки домой и понять, как лучше это сделать. И хорошо бы Навку найти. За такой короткий срок они не могли слишком далеко уйти.

Город выдыхался в предрассветной мгле, словно гигантский зверь, уставший гнаться за добычей. Кипя злобой, я выскочил из подъезда, сделал пару шагов и тут же прижался к растущему дереву спиной. Воздух пахнул дымом и железом, а где-то рядом, в переплетении узких улочек Темноярска, уже слышался рев моторов. Люди Морова не сдавались. Во дворе так же дежурила парочка машин – видать, решили проконтролировать округу. Заметили или нет? Вопрос на миллион.

– Прячешься? – прошептала Мавка, эротично дыша мне в ухо.

– Хули ты тут делаешь⁈ – пискнул я, пытаясь задавить вопль. Напугала, сучка крашеная.

– А ты что думал? Что я там останусь? Бери на себя ответственность, гад.

– Ты слишком тяжелая, чтобы я на себя тебя брал.

– Намекаешь, что я жирная? – взвилась она.

– Отвали. Сказал же, что ты свободна.

– Нет, ты скажи – жирная я или нет⁈

– Не знаю, не видел. И вообще, я тут, и если что, прячусь, а ты меня демаскируешь.

– Хрень. Я тут вроде как дух, поэтому меня, кроме тебя, никто не видит. Нет, я смогу, конечно, появиться, но тогда придется бежать – и быстро. А ты этого не любишь.

– Не люблю. К тому же куда бежать, я даже не представляю.

– Чего тут думать? Там… – она махнула рукой, – река и нам туда не надо. А вон там… – рука указала в противоположную сторону, – лес. Туда и пойдем. Тут сейчас все дороги перекрыты, уйти по нормальному не получится.

Я кивнул, хотя понимал: лес – это километры колючего терновника и топей, где земля дышит ядовитыми испарениями. К тому же тем близко пустоши, куда соваться сейчас чистое самоубийство. Но альтернативы не было. Выезды из города уже перекрыты, мосты подняты, весь наземный, воздушный и водный транспорт проверяют – спрятаться не получится. А воевать – так я не переоцениваю свои силы. Есть и посильней меня народ, и тут их слишком много на квадратный километр.

Мы рванули вдоль стены, через стройку, пригнувшись, будто сама темнота могла нас выдать. Мавка летела бесшумно, иногда саркастически комментируя мою неуклюжесть. Потому как я спотыкался о разбросанные строительные материалы, и каждый мой шаг грохотал в тишине подобно раскатам грома.

Когда за спиной раздался первый лай собак, сердце упало в пятки, и возникло желание позвонить отцу. Впрочем, я его сразу подавил – нехер. Сам вляпался, сам и разрулю.

– Держись ближе! – Мавка резко свернула в переулок, заваленный гнилыми досками. Её голос звенел, азартом и предвкушением хорошей драки. – Они взяли наш след. Нужно смешать запахи.

Она сорвала с шеи серебристый амулет, сплетённый из корней и лунного камня, и раздавила его в ладони. Треснувший камень вспыхнул голубоватым светом, и вдруг со всех дворов, из каждой щели повалили крысы. Десятки, сотни, серым потоком хлынувшие через переулок. Они визжали, кусали друг друга, оставляя на земле кровавые метки. Гончие позади захлебнулись лаем, спутанные хаосом чужих следов.

– Беги! – Мавка толкнула меня вперёд, и мы рванули под арку, где когда-то висели ворота, а теперь зияла дыра, облепленная строительным мусором.

Путь наш пролегал дальше, в сторону городской стены – близость Пустошей накладывала на архитектуру определенный отпечаток. Скорость держали бешеную, но выматывало это сильно. Я даже подумал было призвать Пургена, но нет. Этот гад сразу начнет выкобениваться и пытаться понять, где оказался. А на это времени нет.

Пара длинных прыжков, попытка поиграть в скалолаза – и вот мы наверху. Охрана бдит, но на нас им плевать – я вроде как пацан-аристократ, а Мавку они не видят.

Внизу, метрах в пяти чернело болото. Вроде бы из него чего-то там полезное добывали. Мысль о том, что какого хрена оно находится так близко к городу, пришла ко мне с запозданием.

Мавка, ни секунды не колеблясь, прыгнула первой. Её платье взметнулось, показались стройные ножки, и она сделала вид, что нырнула.

Я последовал за ней, зажмурившись, и холодная жижа захлестнула меня по грудь, выбив из лёгких стон. Млять, она ж дух – какого хрена⁈ Тихий смех был мне ответом. Развела как лоха – что ж, я отомстю, и мстя будет страшной. Но потом.

Грязь тянула вниз, цепляясь за плащ, но Мавка, схватив меня за ворот, уже тащила меня за собой, её сила, нездешняя и жуткая, буквально выталкивала меня из топи.

– Не останавливайся, – её шёпот жёг ухо. – Они всё ещё слышат…

Мы пробирались через камыши, и с каждым шагом болото становилось глубже. Вода липла к одежде, замедляя движение, но Мавка, казалось, становилась лишь легче, будто сама трясина давала ей силы. Иногда она замирала, прикладывая ладонь к чёрной воде, и тогда вдали, за нашей спиной, раздавались всплески – будто призраки заманивали погоню в ловушки зыбучих песков.

– Ты… ты топишь их? – выдохнул я, когда её лицо в очередной раз исказилось от напряжения.

– Нет, – она улыбнулась без радости. – Болото само принимает жертвы. Я лишь показываю ему дорогу.

К рассвету мы выбрались на каменистую гряду, откуда виднелся лес – мохнатый и мрачный, чужой. Ноги горели, в горле пересохло, но Мавка вдруг остановилась, втянув воздух.

– Кровь, – прошептала она. – Ты ранен.

Только теперь я заметил рваную рану на бедре – должно быть, зацепился за ржавую арматуру, когда бегал по стройке. Мавка присела, сорвала полосу с моей рубашки и туго перетянула рану. Её прикосновения обжигали холодом.

– Это замедлит их, – она кивнула на кровавый след за нами. – Но ненадолго. Однако с тобой весело.

– Ага. Прям обоссаться от удовольствия можно. Вот я прям мечтал, чтобы из одной драки сразу попасть в другую. Без перерыва на хороший сон, стол и секс. Да я даже кофе не выпил, не говоря уже о стаканчике вина! А все ты виновата.

– Я⁈ – задохнулась от возмущения она.

– Конечно. Это же твой батя вместе с Сварогом все подстроили и разыграли меня в темную. Я, знаешь ли, в Навь хотел попасть, а не в Вырий. И уже тем более не хотел там жить все эти месяцы. И что я приобрел за все это время? Еще одну мозгоклюйку, которая считает себя обиженной целым миром в общем и мной в частности. А так как мстить миру глупо, то будет мстить и изгаляться надо мной.

– Ты раскрыл мой коварный план, -картинно схватилась она за сиську. – Как же мне теперь жить с этим?

– Регулярно и повизгивая от удовольствия. Потому как тебя все равно поимеют, хочешь ты этого или нет.

– Вот кто о чем, а Видар о сексе. Ты вообще можешь думать об иных материях?

– О еде могу. Но вроде как пока не хочу. Секса, кстати, тоже – у меня стресс. Но потом мы вернемся к этой теме – или не вернемся, если встречу Навку.

– Это что еще за шлюха? Мне даже имя ее не нравится.

– О-о-о-о, ты оценишь ее общество, как его ценю я, – расплывшись в коварной улыбке, я неосмотрительно шагнул мимо кочки и провалился в трясину по колено. – Но, как я уже говорил, ты вольна свалить, когда пожелаешь.

– Не при твоей жизни, – отозвалась она, вытягивая меня из болота.

– Тогда отрежь мне голову, да и все, – проворчал я, пытаясь встать. – Получишь свободу.

Она впилась в меня взглядом, и вдруг её лицо исказилось яростью.

– Ты думаешь, я из тех, кто предаёт? – её голос зазвенел сталью. – Если так решил отец, то так тому и быть. Он мудрей меня и видит дальше! Поэтому я решила быть с тобой до конца.

– Как я счастлив!!! – слезу пришлось из себя выдавить, но я справился. – Скрепим зародившийся союз нежным поцелуем?

Она вскочила, отшатнувшись, будто я ударил её. Впервые за всё время побега я увидел в ней не духа, а человека – хрупкого, яростного, живого.

– Чтобы я… и с тобой…. Не бывать этому!!!

– И чем же я тебе не нравлюсь? Не урод, все при мне. Да ты и сама этого хочешь.

– Пошел на хер, Видар! На меня твои глупые подкаты не действуют.

Где-то вдали, со стороны болота, прозвучал рог. Длинный, тоскливый звук, от которого сжалось сердце. Мавка вздрогнула.

– Они нашли обход. У нас есть час, не больше.

Она повернулась к лесу, и вдруг земля под нами дрогнула. Из-под камней выползли корни, чёрные и блестящие, как змеи. Они сплелись в подобие моста через последний участок топи, ведущий к деревьям.

– Иди, – приказала Мавка. – Они не посмеют войти в лес с печатью Тары. Она моя подруга, и я тут силу имею. Можно сказать, что это мой лес.

– Твой?

Она не ответила, лишь толкнула меня вперёд. Корни держали мой вес, но скрипели жалобно, будто живая плоть. Когда мы достигли первых деревьев, Мавка обернулась и взмахнула рукой. Мост рассыпался, корни с воем ушли под землю, унося с собой последний след нашего пути.

Лес встретил нас шепотом. Стволы, покрытые мхом, сдвигались теснее, скрывая нас от мира. Мавка шла впереди, кладя ладони на кору, и деревья склоняли ветви, укрывая нас от неба, где уже занималась заря.

– Здесь я сильнее, – наконец сказала она, когда мы добрались до поляны, где воздух дрожал от легкого марева.

Я прислонился к дубу, пытаясь перевести дыхание. Рана ныла, но Мавкина повязка словно заморозила боль. Вой, раздавшийся недалеко от нас, заставил меня вздрогнуть.

– Кто это?

– Тот, кто видит сквозь чащи. Тот, кто… – она замолчала, вдруг прислушиваясь. Лес затих. Даже цикады стихли.

И тогда я услышал. Где-то далеко, за стеной деревьев, завыл ветер. Но не обычный – этот вой был похож на смех, высокий и пронзительный, будто точили нож о кость.

Мавка побледнела.

– У нас гости.

– Гости?

Черт, как же мне это надоело. Что ж, видят боги, я не хотел этого. Пришла пора показать, кто такой Видар Раздоров, и почему меня уважает сам император темных и опасается император светлых.

Они появились из воздуха – вот только было пусто, а вот они уже стоят. Десять капюшонов, десять посохов с мерцающими набалдашниками. Длань Моровых – элитный отряд перехватчиков. Они даже не потрудились спрятать лица – морщинистые, с выжженными рунами на лбах, они улыбались так, словно я уже в их власти.

– Ну же, мальчик, – прошипел старший, чей посох дымился чёрным туманом. – Сам с нами пойдешь или нам заставить тебя?

– Единственное место, куда вы можете пойти – это на хер. А я на мужские херы не хожу. Так что? Сами туда пойдете или только после пинка под жопу?