Текст книги ""Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Вел Павлов

Глава 23
Шок и трепет…

Многие служители оказались настолько увлечены увиденным на арене, что потеряли всяческий интерес к окружению. Никто и вправду не видел и не чувствовал могущественного оберега. Тем не менее от прозвучавших ранее слов внутри у Фьётры всё перевернулось. Она не могла поверить в такое. Не могла поверить тому, что сейчас говорит властительница Ванадис.

– Моя госпожа, но… но разве такое возможно? – с толикой трепета и уймой паники вопросила девушка. – Ведь он же… он же аххес.

– Само собой из-за этого могут возникнуть кое-какие проблемы, – мягко усмехнулась оберег, оглядывая безмятежным взором всю центральную площадь, а затем вновь возвращаясь к четвёртому ристалищу. – Главная и единственная проблема может быть заключена в том, что он уже кому-то приглянулся из моих аххеских сородичей. Однако этот… – улыбка Фреи на долю секунды стала малость шире, – чудесный мальчик слишком юн и ничьих отметин я на нём не вижу. Вас, своих дочерей, я отбирала не только среди Ванахейма и Альвхейма, но и среди других кланов. Да и как понимаю, он многое скрывал, потому как удивление я вижу не только на лице у первого сына Видара, но и у Арнлейв.

Каждое слово Фреи в голове у валькирии громовых клинков отдавалась гулким набатом. Впервые она стояла подле госпожи во вест рост как равная, и от этого осознания ей становилось не по себе. Девушка хотела упасть на колени перед несравненной, но рука небожительницы мягко лежала у неё на плече, а сама Ванадис будто ничего не видела перед собой.

– Хаззаки хотели начать войну из-за него, потом он спас мою горячо любимую дочь от смерти, – рука Фреи перетекла на запястье девушки, и она заботливо его сжала, а после та вновь добродушно окинула взором всю центральную площадь, которая погрязла в тишине. – Теперь еще и всё это… Вероятнее всего, юношу ждёт большое будущее. Что ж, по всей видимости теперь я начинаю понимать по какой причине ты ошиблась. Он в какой-то степени действительно аномален и способен приковать слишком много внимания. Однако честно признаться, я немного… удивлена.

– Ч-что? – вдруг вырвалось у небесной воительницы.

Услышать такое из уст небожительницы для некоторых сродни чуду, которое не совершалось пару тысяч лет. Ведь удивить ту, которая живёт на этом свете очень долго, невероятно трудно. Фьётра слышала россказни, что некоторые небожители перенимают повадки тех или иных народов для комфортной жизни и большего понимания своей паствы, но она до сих пор не могла поверить в то, что слышала.

– Вы… вы удивлены? – сглотнула опасливо девушка, боясь даже пошевелиться. – Но почему?

– Вы все в курсе, что я немного провидица и порой могу видеть будущее той или иной живой души, его примерный путь, – загадочно изрекла Фрея, я её глаза внезапно блеснули потусторонним светом. – Вот только у этого мальчика нет пути. Он заботливо окутан… тьмой. Точнее сказать у него не просто нет пути, маршрут вперед у него имеется, но таких маршрутов слишком много для одного разумного. Их бесчисленное количество. Их тысячи и в то же время их будто бы нет. Всё в черном тумане. Складывается чувство, что он как стоит постоянно на месте, так и каждую секунду совершает миллион шагов в… пустоту. Давно я не видела такого. Очень и очень давно, – доброжелательная улыбка Ванадис стала чуть шире, а её глаза неторопливо вернулись в исходное состояние. – Занятный молодой человек…

Фьётра страшно боялась. Не передать словами как сильно. Боялась, что госпожа раскроет её ложь, но она не боялась умереть. Она боялась разочаровать небожительницу. Боялась её укоризненного взора. А еще она боялась потерять того, кого любит всем сердцем и душой.

И тем не менее с её губ слетели абсолютно иные слова:

– Скажите… он опасен для нас, моя госпожа? Нам взять его под стражу?

– Вовсе нет, милая, – заботливо проговорила Ванадис, вновь мягко сжав ладонь дочери. – Он не опасен для нас. Сейчас он всего-навсего интересен по той причине, что выбивается из толпы. Лишь будущее покажет, что нас всех ждёт. Однако нельзя оставлять без внимания тот факт, что Ингмар желает взять мальчика на поруки. Присмотри за юношей, дорогая. Ты с ним знакома. А посему я доверяю тебе эту задачу, – однако тон Фреи стал чуть тише, а в её голосе зазвучала непостижимая загадочность. – Возможно, именно ты будешь той, кто поможет избрать мальчику верный путь. Да, это будет интересно…

– Я исполню вашу задачу, моя госпожа, – клятвенно заверила небожительницу Фьётра с необычайным волнением.

– Ты умница, дочь моя, большая умница, – вдруг ни с того ни сего похвалила оберег небесную воительницу. – Я и позабыла, когда в последний раз ощущала такой душевный подъём, – таинственно прошептала та. – Всё-таки я не зря сюда заглянула. Стоит делать так почаще…

Сердце валькирии продолжало учащенно биться, как зверёк, загнанный в клетке. Настолько слова госпожи шокировали её. Фьётра на протяжении нескольких секунд стояла полностью неподвижной, но затем с какой-то робостью решилась заглянуть через плечо. Однако там никого, почему-то, более не было. Уже это заставило девушку облегченно выдохнуть и на миг прикрыть глаза от нахлынувшего волнения.

– Сестра, что с тобой? – вдруг раздался у уха встревоженный голос Ингрид. – Тебе нехорошо?

– Вовсе нет, – грустно усмехнулась девушка. – Всё в полном поря…

Вот только валькирия резко осеклась и вновь застыла. Ведь только сейчас до неё дошла одна главная истина. Всё то время пока она беседовала с госпожой, затуманенный взор Ранкара периодически обращался только на неё…

* * *

Назад я возвращался более уверенным шагом. Жажда Крови хоть и не исчезла полностью, но накал эмоций стал заметно меньше. Скорее всего, сработало как пожирание, так и выплеск. Теперь хоть удавалось сносно контролировать себя. И слово «сносно» являлось ключевым во всем возникшем дерьме.

Ко всему прочему отчего-то слабо пульсировал протест. Он словно предупреждал о чем-то. Правда, взгляд то и дело против моей воли смещался в сторону Фьётры. Не знаю почему, но над всем пьедесталом в этот момент зависла или же возросла безграничная сила.

Впрочем, если взять в учёт количество служителей оберегов и то, что несколько секунд назад я изувечил голубокровного, то кто-то из них действительно сейчас разозлился и едва сдерживает себя, чтобы не прикончить зарвавшегося аххеса.

Однако бросив в последний раз взгляд на слегка бледную Фьётру, которая о чем-то беседовала с Ингрид, я неторопливо продолжил путь обратно.

– Как же мне всё надоело, – истощенно пробормотал я, пропуская мимо троицу целительниц, которые завидев меня, отшатнулись прочь и на всех парах устремились помогать великану. – А еще я жутко устал.

Причина же усталости крылась не в физическом плане, а как бы смешно это ни звучало, в моральном.

«Ты хорошо постарался. Ты стерпел, – раздался в сознании ободрительный голос Руны. – Ты большой молодец».

Боюсь, если всё так продолжится, то на одной силе воле я не вывезу.

Как-либо парировать прозвучавший факт спате было нечем и до ушей донесся лишь горький вздох.

Как оно там? – решил осведомиться я, не имея ни малейшего желания погружаться во внутренний мир. – Очень плохо?

«Третий источник отличается от остальных, – честно призналась Альяна без какой-либо радости. – Нет ничего общего с другими. Тьма и эссенция принимают вид текучего потока-колонны, пока этот во всех смыслах походит на пламя с запахом и цветом свежепролитой крови. Сейчас оно не такое яростное, но в момент после разрушения печати она напоминала ревущий костёр».

Костёр, значит, и пламя.

Спасибо тебе, малышка. Присмотри там за всем. Можешь спокойно взять часть поглощенный энергии с Овоща. Оставь лишь пятую часть для моего собственного восстановления.

«Ты, как и всегда обходителен, – смутившись пробормотала та. – Спасибо…»

Сумрачный сдвиг…

В чертог участника пришлось возвращаться рывком и судя по напряженным и выжидающим взглядам парней и проводника те что-то желали услышать.

– Я в норме. Всё в порядке. Убивать никого не собираюсь, – махнул им слабо рукой, присаживаясь в первое попавшееся кресло. – Спасибо, что вошли в положение.

– Чтоб меня чумные сильфы драли! – выдохнул облегченно Рамас, приземляя свой зад в кресло по соседству. – Я уж думал не переживу. Ты здорово всех напугал.

– И часто у вас такое бывает, юный лорд? – осведомился со всей серьёзностью Глиан. Впервые на моей памяти тот не улыбался и не пытался перевести всё в шутку. – Почему меня об этом никто не уведомил?

– Не бери в голову, Натан, – выдохнул устало я. – С этим всё равно ничего не поделаешь. Если хочешь, то донеси обо всём Имании. Она так или иначе в курсе.

– Жестокая, но славная победа, – усмехнулся воодушевляюще падший, мягко хлопнув меня по плечу и тем самым отвлекая внимание на себя. – Возможно, такова твоя судьба.

Чего? Судьба? Да в гробу я всё это видал!

– О чем ты? – не понял его я.

– После такого боя публика до сих пор не оклемалась, – спокойно ответил Тэйн. – А если не пришли в себя они, то это уже что-то значит. Они не понимают, как к тебе теперь относиться. Ранее ты для них был врагом, но теперь стал кем-то большим. Ты поверг высокородную знать.

– Уважаемый Тэйн прав, чтимый Ранкар, – кивнул утвердительно Алейф, а затем на его губах образовалась загадочная ухмылка. – Именно об этом я и говорил вам. Ранее вас ненавидели, презирали и желали смерти. Теперь вас ненавидят и презирают еще больше, но после данного поединка ко всем этим пунктам прибавилось… уважение.

От такого умозаключения хотелось рассмеяться, но единственное, что удалось сделать это слегка обнажить зубы в подобии улыбки.

– Видимо вы кое-чего не поняли, – отрицательно покачал я головой. – Мне плевать на весь тот сброд, который собрался на центральной площади. Внимание публики никоим образом мне не сдалось. Их любовь стоит дешевле, чем любовь самой дешевой портовой потаскухи, поэтому чихать я хотел на такое уважение. Меня волнуют сейчас те, кто стоит над ними. Если вы не заметили, то пару минут назад я сделал калекой голубокровного.

– Соглашусь с тем, что многим такой исход не по душе, но вы победили честно, – ободрительно произнес проводник. – Валькирии дали вам своё слово и не позволят вмешаться голубокровным. Служители имеют огромное влияние на Севере. По крайней мере, в открытую никто из голубокровных не посмеет вас тронуть.

После речи Алейфа вновь захотелось рассмеяться. Громко и заливисто.

Мириада сраных бед! Валькирии дали слово⁈ Да оно гроша ломаного не стоит. Неужели старый хрыч не понимает, что за всё через что я сейчас прохожу, нужно сказать спасибо Арнлейв?

– Думаю, сейчас вам следует немного отдохнуть, чтимый Ранкар, – проговорил дружелюбно сопровождающий, неторопливо подходя к краю барьера и всматриваясь куда-то в верхние ложи. – Ваш следующий бой не за горами.

Старик оказался донельзя правым, потому как стоило прикрыть веки, и до ушей донесся голос диктора:

– Первое Ристалище…

* * *

Зона благородных.

Общая ложа.

Тишина. Непередаваемая и гробовая тишина. Само собой, это если не считать звука крошащегося щебня, который падал под ноги Кендрину. Ведь та самая груда щебня несколько секунд назад являлась мраморными перилами.

Тем не менее Кайсу и её веселый смех это совсем не останавливало. Девушка упивалась каждой секундой образовавшейся атмосферы эйфории.

– А ведь это забавно, вы не находите? – обратилась та разом ко всем голубокровным с лукавой усмешкой. – Без пяти минут мертвец чудом одолел голубокровную знать. Да и похороны не удались, не так ли, Глахаут? – колко заметила та. – Стой! Погоди! – вдруг с наигранным удивлением прошептала та, а после пальцем указала на проекцию и следующего возможного противника Ранкара. – Наверное, твой брат устроит ему похороны⁈ Ты говорил об этом? – и будто насмешек было мало, дочь Данакта с испугом расширила глаза. – Уж он точно справится с приблудой из аххеса!

– Не переходи черту, – угрожающе прошипел представитель дома Хельхейм.

– Достаточно твоих игр и шуточек! Лучше прикуси язык, рептилия! – процедила сквозь зубы Ульрика, но та вдруг озабочено переглянулась с мрачной Линарой.

– А не то, что будет, Рика? Бросишь мне вызов? – холодно осведомилась горгона, отбрасывая всякие насмешки в сторону. – Так ты попробуй! Или же северяне настолько не привыкли проигрывать?

– Уймись! – вступила тотчас в разговор вана. – Не смей поносить наш пантеон! Если…

Впрочем, договорить Линара что-либо не успела, потому как в себя, наконец-то, пришел огненный великан. Одним щелчком пальцев тот выудил из накопительного кольца драгоценную прямоугольную пластину и грубо швырнул её дочери Данакта, которую девушка ловко поймала.

– Твой выигрыш! Аронтир. Особняк. Верхний город, – с каменным выражением лица пробормотал здоровяк, медленно удаляясь прочь. – Тем не менее советую не радоваться раньше времени. Жизнь изменчива. Очень изменчива!

Однако юная горгона будто не слышала голубокровного и с необычайно обворожительным видом и хитрой улыбкой она посмотрела на главного наследника дома Хельхейм:

– Глахаут, как насчет пари?..

* * *

Чертоги участников.

Пока в общей ложе зоны благородных разгорались новые споры касательно следующих боёв и будущих победителей в чертогах участников всё было совсем иначе. Линнея с каким-то неверием наблюдала за тем, как Киданиану оказывают первую помощь и нынешний вид друга вану страшно напугал.

Вестар же вернулся назад задолго до окончания битвы на четвёртом ристалище и с невероятно холодными глазами созерцал за итогами схватки.

Последним, кто не находил себе места являлся Йоар. Маг смерти несколько долгих мгновений пребывал в какой-то свирепой прострации, а затем будто прокаженный рванул в сторону Элейны, которая с абсолютно непоколебимым лицом взирала за потугами целительниц.

– СУЧКА!!! ТЫ ЗНАЛА!!! – яростно выпалил Йоар, возвышаясь над альвой на целую голову. – ТЫ ЧТО-ТО ЗНАЛА!!! ОТКУДА⁈ КТО ТЕБЕ СКАЗАЛ⁈ ИЛИ ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ЛЕГЛА ПОД НЕГО И ЧТО-ТО ВЫЯСНИЛА⁈ ГОВОРИ, ШЛЮХА!!! НУ ЖЕ!

Наперерез представителю дома Хельхейм шагнул молчаливый Вестар, но и Элейну сейчас уже было не остановить.

– Лучше прикрой свою прогнившую пасть, дегенерат! Если бы ты лично сразился с аххесом, то многое понял бы! Это было лишь предчувствие. Я хотела помочь! Советовала же сдаться!

– МОЖЕТ И МНЕ ТЫ ПОСОВЕТУЕШЬ СДАТЬСЯ⁈ – надрывался громогласно Йоар.

– Что ты… – скривилась презрительно послушница словно услышала хорошую шутку. – Тебе я ни за что и никогда такого не скажу. Лучше ступай и проверь сам! Именно ты следующий на очереди, поэтому пойди покажи, как следует сражаться голубокровным наследникам, – и она глазами указала прямиком в сторону зоны благородных. – Докажи своему брату и остальным всю свою удаль. Ты же к этому стремишься? Вот только сомневаюсь, что тебе повезет так же, как и Киданиану.

– ГРЯЗНАЯ ПОБОЧНАЯ ПОТАСКУХА!

Рука Йоара намеревалась отвесить девушке пощечину, но совершить столь глупый поступок ему не дали, потому как ладонь Вестара заблокировала удар, а затем ледяной дух с каким вопросом уставился на альву.

– О чем ты говоришь, Элейна?

– А ты разве сам ничего не понял? – раздраженно поинтересовалась она. – Разве не видел, как сражался аххес? Он потакал во всём Киданиану. Сражался голыми руками, как и великан. Во имя Небес! – возвела альва глаза к потолку. – Да он даже пространственный оттиск за три схватки не использовал. Надеюсь, вы не забыли, что он врожденный деспот?..

Глава 24
Выиграешь, приблуда, и умрешь…

Сознание хоть и находилось в не совсем глубокой медитации, но всё происходящее я слышал более чем отчетливо. Да и к тому же, когда побеждала высокородная знать голоса, вещающего с управителем, становились гораздо громче.

……

– Победа Йоара из верховного клана Хельхейм.

……

– Победа Линнеи из верховного клана Ванахейм.

……

– Победа Элейны из побочной ветви верховного клана Альвхейм.

……

Голубокровные не щадили отныне никого и никогда. Они будто бы взбесились. Складывалось впечатление, что высокородная знать силилась всем доказать, что поражение их собрата было всего-навсего нелепой ошибкой. Схватки Вестара я не видел, потому как она проходила в одно время со мной, а вот представитель дома Хельхейм старался больше прочих. Падальщик словно с цепи сорвался.

Да и необходимо отдать должное Мотыльку. В правой группе она явственно выделялась среди остальных и в сокрушительной манере не оставляла противникам ни единого шанса. Девчонка была сильна. Очень сильна. Тем не менее всё увиденное оказалось тщетными попытками. Если начнется бой между мной и ею итог будет закономерным.

В какой-то мере сам не предполагал, что пожирание станет той самой ультимативной техникой для моего будущего развития. Если честно, то это странно. Очень странно. Буквально недавно не получалось убивать, а сейчас всё изменилось до неузнаваемости. Я изменился до неузнаваемости. Я краду жизни и резервы других, уничтожаю любого, кто встанет на пути чтобы самому возвыситься над другими. Ко всему прочему я совсем не чувствую никаких угрызений совести. Будто так и должно быть.

Мерзко и несправедливо? Возможно.

Гадко и несёт гнилым душком? Несомненно.

Вот только сейчас абсолютно на всё стало наплевать.

Краем глаза я всё-таки успел взглянуть на третий источник и в какой-то мере он действительно напоминал неугасаемый высокий костёр. Однако имелась еще одна метаморфоза, которая бросалась в глаза. Главенствующая колонна-источник отныне стала больше. Теперь она возвышалась над остальными. Складывалось впечатление, что она укореняла свою власть над другими сородичами во внутреннем мире. Вероятнее всего, причина её роста крылась в Жажде Крови. Оба источника действительно были как-то связаны.

Черный Туман. Эссенция Духа. Жажда Крови.

Таким отныне являлся арсенал Ранкара Хаззака. И честно сказать никакой радости внутри я не испытывал. Да, воспитанник Изувера и вправду становился сильнее, но такая сила требовала и отнимала слишком много для своей уплаты. И вопрос тут стоял не в жертвах. Убивать я был готов. Проблема заключалась в том, что кое-кто медленно терял себя. Разум и расшатанное до предела здравомыслие медленно растворялись. Абсолютно не хочется когда-нибудь придти в себя после припадка и увидеть на руках кровь Рамаса, Тэйна или же… Фьётры.

Количество участников стремительными темпами убавлялось. Имена одно за другим угасали на магической проекции. Через час их стало ровно столько, сколько нужно для начала следующего этапа. Отныне в правой и левой группе имелось равное число: всего по восемь разумных.

Моё имя по-прежнему находилось на дне состязательной сети, в то время как имя Вестара красовалось на самом верху, чуть ниже имелось еще несколько участников, после шла Линнея и самым близким к ненавистному аххесу был Йоар из Хельхейма.

– ДАМЫ И ГОСПОДА! – вновь зазвучал голос управителя над всей ареной. – ИХ ОСТАЛОСЬ ВСЕГО ПО ВОСЕМЬ В КАЖДОЙ ГРУППЕ! С ЭТОЙ САМОЙ МИНУТЫ ВМЕСТО ЧЕТЫРЁХ БУДЕТ ЛИШЬ ОДНО РИСТАЛИЩЕ! СЕВЕР ОБЯЗАН ЗНАТЬ ГЕРОЕВ В ЛИЦО! КАЖДЫЙ ИЗ ВАС ДОЛЖЕН УВИДЕТЬ И ОТПЕЧАТАТЬ ИХ ОБРАЗ В ПАМЯТИ! ВЕРОЯТНЕЕ ВСЕГО ЭТО БУДУЩАЯ ЭЛИТА НАШЕГО НАРОДА!

Казни сущее, Ярвир! Как он надрывается. Ну да! Как же! Элита вашего народа… Хотя я и вовсе ни к одному из известных народов не принадлежу.

Баритон голубокровного на некоторое время притих, но притих он лишь по веской причине – вся центральная площадь пришла в движение, а арена стремительными темпами начала перестраиваться. Все изменения заняли не более пары минут. На миг всё стихло, но затем вновь раздался глас управителя.

– АРЕНА ГОТОВА И ЖДЁТ БОЙЦОВ! А ТЕПЕРЬ СОГЛАСНО ТРАДИЦИЯМ, МОИ УВАЖАЕМЫЕ СООТЕЧЕСТВЕННИКИ, КАК ТОГО ТРЕБУЮТ ОБЫЧАИ МЫ НАЧИНАЕМ С НИЗОВ ТУРНИРНОЙ СЕТИ! ПОПРОШУ ЯВИТЬСЯ К РИСТАЛИЩУ НАШЕГО ПЕРВОГО СУДЬЮ!

С низов, значит. Странная традиция.

– Ранкар, – раздался слегка напряжённый голос тифлинга. – Сейчас…

– Да я уже понял, – сухо буркнул я, разлепляя веки, одновременно поднимаясь на ноги и вплотную подходя к барьеру. – Моя очередь вроде как.

Публика торжествовала будто умалишенная, а арена изменилась до неузнаваемости. Одарённые знали своё дело. Прекрасно знали. Более не существовало четырёх малых ристалищ, теперь была лишь одна единая арена. Львиная доля помещений для участников исчезла в недрах земли, остались лишь те, кто прошел дальше, ограничительные зеркальные барьеры, отделявшие чертоги претендентов от внешнего мира отныне выводили прямиком на арену.

Достаточно сделать шаг и уже можно вступать в схватку. Не нужно и упоминать, что внимание большинства зрителей оказалось приковано к шестнадцати чертогам, причем некоторые из них пустовали, потому как голубокровная знать решила собраться в одной комнате. Впрочем, стоило первому судье спуститься со своего пьедестала, как шквал зрителей разразился пронзительными аплодисментами и криками. Можно сказать, что сын Хеймдалля купался в лучах славы и в прямом смысле играл на публику. Вероятнее всего, Гуннар был довольно знаменит на Севере.

Честно сказать пришлось кое-что разузнать обо всех слугах оберегов, в том числе и об этом ублюдке. Ну а в том, что он ублюдок я абсолютно не сомневался. Гуннар из Нифльхейма. Ледяной дух. Пятый по силе служитель Хеймдалля. За этим мудозвоном закрепилась весьма противоречивая слава. Выходцы из Хельхейма и Нифльхейма его любили и преклонялись пред ним, но многим другим кланам было доподлинно известно, что он являлся редкостным садистом и маньяком. По слухам, его рьяная «любовь» к женщинам не знала границ. А еще это отребье ухлёстывал сразу за двумя валькириями: Христой и Фьётрой. На Христу мне было откровенно начхать, а вот Дурёха… В принципе, таким темпераментом как у Гуннара, отличались все сыновья Хеймдалля. Ведь большинство из них обладали родословной того или иного вида берсеркеров.

Если ставить всех служителей оберегов в порядке благоразумности, то на первое место я бы поставил гармов, после валькирий, а затем эйнхериев. Честно признаться, Ингмар чем-то напомнил наставника и это сыграло свою роль, а гармы покамест не сделали мне ничего плохого. Небесных воительниц я поставил на второе место только из-за выходок Арнлейв, а также поисков по мою душу, которые устроила их хозяйка.

– ДАМЫ И ГОСПОДА, МЫ НАЧИНАЕМ! – продолжил надрываться голубокровный, стоило Гуннару оказаться в центре арены. – ТЕПЕРЬ ПОПРОШУ ЯВИТЬСЯ НА РИСТАЛИЩЕ ПЕРВУЮ ПАРУ БОЙЦОВ!

На мгновенье возникла театральная пауза, но через секунду голос управителя громыхнул над всей центральной площадью.

……

……

……

– ПЕРВЫЙ БОЙ – ЙОАР ИЗ ВЕРХОВНОГО КЛАНА ХЕЛЬХЕЙМ ПРОТИВ РАНКАРА ИЗ ДОМИНИРУЮЩЕГО ДОМА ХАЗЗАК!!!

Публика вновь завопила словно резаная во весь опор, но их вопли слились с яростным освистыванием аххеса приблуды.

– Ты как, Ранкар? – тихо вопросил Рамас с лёгким беспокойством. – Готов?

– В норме, – хмыкнул я, криво усмехаясь и сдерживая в груди нарастающую Жажду Крови.

– Действуй, друг, – ударил в спину ободряющий баритон Тэйна и тот хлопнул меня по плечу.

– Юный лорд, помните, что я не хочу везти вашу голову домой.

– Ты умеешь воодушевить, Натан, – фыркнул сухо я. – Но умирать я не собираюсь. Можешь быть спокоен. Вечером отчитаешься обо всём Имании и поинтересуйся последними «делами».

– Будет исполнено, юный лорд.

– Думаю, мои пожелания вам ни к чему, – заговорил мягко Алейф. – Ведь мне почему-то кажется, что для себя вы многое решили и сейчас мы вновь увидим нечто занятное. Но стоит ли злить голубокровную знать, чтимый Ранкар? Стоит ли оно того? Может быть необходимо сделать всё иначе?

Проводник будто бы говорил сам с собой, но и в то же время обращался ко всем окружающим.

Вот же холера! Старый хрыч действительно не прост. Он сраный пророк, что ли?

– Я не правитель и не полководец, – пробормотал вяло я, глядя в собственное отраженное в зеркальном барьере. – Я всего-навсего боец, Алейф. Для кого-то друг, для кого-то враг, для кого-то убийца, а для кого-то обычное пушечное мясо и расходный материал. Но я ценю тех, кто рядом. Отношусь к окружающим так же, как они ко мне. Не больше и не меньше. Надеюсь, ты понимаешь, о чем я.

– Хотел бы я с вами познакомиться, чтимый Ранкар, при других обстоятельствах. Всё-таки среди северян есть те, кто за мирное сосуществование народов. Не все хотят крови и вражды. Однако, как понимаю, этому не суждено сбыться.

На секунду захотелось обернуться к старику и заглянуть тому в глаза, но оградительный массив внезапно замерцал и полностью исчез, а затем я не мешкая сделал шаг вперед на каменную и слегка запыленную поверхность арены.

– Всё действительно уже решено, – пробормотал тихо я себе под нос, не оборачиваясь назад. – Затягивать смысла нет. Да и дело тут не в голубокровных, старик. Просто… так совпало. Подобным образом я бы поступил с любым. Если угодно, можешь назвать мой будущий поступок судьбой.

«Он тебя не слышит, Ранкар», – грустно шепнула Руна.

– Я знаю, малышка. Знаю…

По ушам вновь ударил визг, вопли и гул толпы. Однако в одном старик ранее оказался прав. Освистываний стало меньше. Гораздо меньше. Как я понимаю, миру явилось то самое хвалёное уважение к враждебному аххесу-приблуде.

Остановиться пришлось метрах в четырёх от Гуннара и в восьми от Йоара. Падальщик абсолютно не скрывал своего презрения ко мне, а в глазах у него полыхал праведный гнев к аххесу.

– Слушайте оба сюда! – с ленцой заговорил служитель, руками приказывая публике угомониться. – Правила прозвучали ранее не единожды! Вступать в бой разрешено только по моему приказу! Однако от себя добавлю кое-что… – злорадная усмешка Гуннара внезапно стала до безобразия пренебрежительной и тот повернул своё лицо ко мне. – Внемли моим словам, сученыш! Не делай глупостей и покорно прими поражение. Само собой, если у тебя еще есть желание вернуться домой. Я не такой добрый и стойкий, как Ингмар, и не такой рассудительный и справедливый, как Арнлейв. Уяснил, молокосос?

Мириада сраных бед! Казни сущее, Ярвир! Неужели я сплю? Всё-таки я был прав на его счет.

После слов мудозвона захотелось громко расхохотаться, согнувшись в три погибели, но единственное, что получилось – это выдавить из себя это кривую ухмылку, а Йоар в свою очередь расплылся в кровожадной усмешке.

– Такое наглое нарушение правил? – провокационно спросил я. – Причем от самого слуги оберега? Плюс угрозы тому, кто слабее тебя. Совесть не мучает?

– Мне плевать на правила. Победить я тебе в любом случае не дам, – пожал тот самодовольно плечами. – Скажу, что рука соскользнула или же просто не удержал ауру от переизбытка чувств. Убить тебя, то же самое что раздавить насекомое. Далее сделаешь выводы сам, сученыш…

«Грязный подонок! – ощерилась разъярённо спата. – Ненавижу всё их ублюдское племя! Как еще эта тварь не захлебнулась от собственной важности!»

Это предсказуемо, малышка. Никто не позволит нам победить. В принципе, их разрешения я и не собирался спрашивать…

– Я уже сделал выводы, слуга, – спокойно изрёк я, глядя ему в глаза. – Когда-нибудь ты ответишь за всё сказанное сегодня. Ответишь своей дрянной кровью и вшивенькой жизнью… Что касательно его, то он станет жертвой моей клятве, – и кивком указал на Йоара. – Пошире раскрой свои собачьи глаза, северянин. Он сдохнет через несколько секунд, так ничего и не поняв. И именно ты станешь свидетелем его гибели! Я хотел всё сделать иначе, но после такого и не подумываю сдерживаться.

– Ты поплатишься за эти слова, приблуда! – яростно прошипел Падальщик. – На куски порежу…

– Посмеешь победить и станешь прахом, – процедил сквозь зубы Гуннар, не дав Йоару договорить. – Клянусь своим оберегом!

– Мне чихать на твоего оберега! – сплюнул презрительно я себе под ноги, глядя на того с вызовом. – Если хочешь убивать, то убивай! Не нужно сотрясать попусту воздух! Но ты ведь не можешь… – осклабился насмешливо я.

На лице служителя промелькнула гримаса гнева и ярости, но сдержавшись, тот поднял руку и вновь взглянул на меня:

– Выиграешь – умрёшь!

На миг возникла пауза, а рука Гуннара резко опустилась вниз:

– К БОЮ!!!

«УБЕЙ МЕЛКОГО УБЛЮДКА, РАНКАР! – ярость Альяны не знала границ к этому моменту. Спата изнывала от желания убивать. – КЛЯНУСЬ ДРЕВНИМИ, ЧТО МОЯ СТАЛЬ БУДЕТ ТОЙ, КОТОРАЯ СНЁСЕТ ГОЛОВУ ВЫКИДЫШУ ХЕЙМДАЛЛЯ!»

Не знаю почему, но свирепость Руны подстегнула Жажду Крови, и я сделал шаг вперед. Без защиты, и без каких-либо укреплений. План состоял в ином. Абсолютно в ином. Только тотальное подавление.

Однако за секунду до этого пришлось задрать лицо чуть выше и найдя глазами дочь Данакта, мы пару секунд играли с ней в гляделки. Причем за спиной Кайсы с важным видом выхаживал Глахаут. Но затем, будто в подтверждение своих прошлых слов, голубокровная неуловимым и в то же время медленным жестом провела ноготком по своему горлу. Её обворожительная усмешка за секунду сменилась садистским прищуром, а губами та произнесла всего три слова.

– Только… Сокрушительная… Победа…

Видит Ярвир, впервые я согласен с этой стервой!

Малышка, ко мне…

Парное Истребление…

Сумрачный сдвиг…

Сущность Истребления… Первая Форма…

Спата со скоростью молнии образовалась в руках еще в момент рывка. Правая часть Руны тотчас вонзилась в грудь, а пальцы как можно крепче сжали левую.

Тёмно-зеленные потоки силы мага смерти за долю секунды смешались с оранжевым сиянием эссенции четвёртого масштаба, но, когда я исчез из реального мира Йоар невольно замешкался. Всего на одну, может две секунды, но замешкался.

Практически сразу тот попытался совершить какой-то удар заклинанием по площади, но стало слишком поздно. Неладное почуял и Гуннар, потому как его тело стремительно шагнуло в сторону Падальщика, но что-либо предпринять ни один, ни другой попросту не успели.

Затем же всё действительно случилось за мельчайшую долю вдоха. Мой собственный силуэт из-за телепортации материализовался в паре метров за спиной противника почти моментально. Ярость неистовства, свирепость Руны, Черный Туман, Эссенция и Жажда Крови расплескались бушующей волной во внутреннем мире, а затем рванули наружу в виде пары точных и выверенных удара, тело же под напором неуёмных сил тотчас возвратилось в реальный мир.

Жажда Крови…

Вторичное состояние неистовства…

Черно-алый арбитр…

А теперь…

Эскапада Истребления…

– Нет! – прошипел Гуннар, обращаясь мрачной тенью. – Не смей…

От мощи атаки всё задрожало и завибрировало в радиусе пару-тройке десятков метров. В какой-то момент Йоар даже умудрился малость повернуться в мою сторону, но Руна следуя приказу расщепилась на миллион осколков, защита Падальщика в мгновение ока попросту растворилась под властью навыка, а затем в груди Йоара образовалась зияющая кровавая дыра размером с футбольный мяч. У голубокровного до самого последнего момента в глазах плескалось превосходство, но затем и оно исчезло. Вместе с его головой и частью тела.