Текст книги ""Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Вел Павлов

Глава 4
Обмен…

Аронтир. Внутренние земли.

Край Соприкосновения.

Храм Соприкосновения.

Чертог Северного пантеона.

– Некоторые не поймут и проклянут меня, но уж знаменитый Жнец Бездны и Линчеватель Мерраввина обязан понимать, что именно чудовищный хаос, жертвенная кровь и гибель загнивающих тварей предотвратят падение Альбарры, – продолжила мягко вещать Ванадис, но от прозвучавших прозвищ мужчина недовольно поморщился. – Если мне не изменяет память, то когда-то ты сам поступил аналогичным образом. Я более чем уверена, что по количеству загубленных жизней ты дашь любому из оберегов огромную фору. Не правда ли… реанорец?

– Откуда узнала? – хмуро вопросил Хранитель Земли. – Кто рассказал обо мне?

– Я тоже часть необъятного Астрала, Зеантар. И тоже могу слушать и наблюдать, – усмехнулась таинственно женщина. – И кое-какие отголоски дошли и до Вечного Ристалища. Тебе прекрасно известно, как устроен тонкий мир, и ты в курсе, какие существа и сущности там живут и обитают. Однако можешь не переживать на этот счет. Хорошо если о тебе знает хотя бы трое или четверо моих братьев и сестёр. Как ты уже понял борьба на Альбарре происходит не только между пантеонами, но и между каждым из оберегов. Каждый из нас тянет одеяло на себя. Каждый пытается добиться чего-то большего, ведь на что еще тратить бессмертную жизнь? Вот только бессмертная жизнь в гнилом болоте мне не сдалась. Теперь ты осознаешь, чего именно я добиваюсь?

– Ты мастерски играешь словами, Фрея, а также прекрасно манипулируешь фактами, как тебе заблагорассудиться, – фыркнул мрачно иномирец. – Однако разговор сейчас не обо мне и не о моих похождениях, речь о моём сыне. С чего ты решила, что я позволю использовать Влада? Почему ты думаешь, что я не прикончу тебя прямо здесь и сейчас?

– Ранкара, Зеантар, Ранкара… – беззаботно поправила женщина собеседника. – Если мне не изменяет память, то он отказался от своего прежнего имени и проклял своих родителей. А насчет твоих слов, то я не боюсь гибели. Если ты убьешь меня, то есть шанс того, что это ускорит процесс преобразования Вечного Ристалища, хоть я малость иначе представляла себе будущее. Так что ситуация, по сути, необратима. Механизм запущен…

– Почему именно мой сын⁈ – ожесточенно прошипел Хранитель Земли, выходя из себя.

– Просто-напросто он идеальный вариант, – пожала плечами Ванадис словно извинялась за случившееся. – Как видишь, обстоятельства сложились против него. Он тот, кто заставит всех действовать. На Альбарре теперь появилась сила, что способна пошатнуть прогнивший до нутра баланс, о котором так рьяно печется Темида и та же Тиамат. На Альбарре отныне образовалась еще одна внушительная шахматная фигура. Иных кандидатов, которые сумели бы справиться с такой сложной задачей до Ранкара попросту не имелось. Другие его недооценивают, но я не из их числа, я привыкла смотреть на мир шире. Гораздо шире. Хочешь верь, а хочешь нет, но мне жаль, что подобное случилось именно с твоим сыном. Ты последний, кого я желала бы видеть в стане врагов. Так что, либо Влад Лазарев поспособствует очищению болота, либо… Зеантар Лазарев. Какой всё-таки роковой злодейкой порой бывает судьба, не так ли, Хранитель? – печально рассмеялась богиня Войны. – Либо отец, либо сын.

– Хочешь стать единственной правительницей Альбарры? – с издёвкой рыкнул седовласый. – Думаешь, ты первая до такого додумалась?

– Мне чужда власть, – оскорблённо поморщилась Фрея. – Однако мне не чуждо то, что творится с миром. Мне претит всё, что сейчас происходит вокруг. Кто-то из них просто бездействует. Кто-то продолжает строить козни. Кто-то неустанно цепляется за эфемерную власть. Все считают меня злобной интриганкой и в какой-то мере подобное заявление прозвучит верно, но я всего-навсего хочу, чтобы Вечное Ристалище процветало. Процветало так же, как и Земля, так же, как и Орсилай. И чтобы добиться желаемого результата нужно не просто пролить кровь, необходимо основательно очистить мир от гнили и порчи.

– Гниль и порча, – иронично повторил Лазарев, резко поднимая взгляд на оберега. – Как «красиво» ты назвала своих братьев и сестёр. Ты же понимаешь, что я не позволю использовать сына! Так к чему такие откровения?

– Боюсь, ты уже ничего не сможешь изменить. Зверь на воле, – грустно вздохнула Фрея. – Хаос вот-вот разразится. Обереги, Архидемоны, Хранители, нимфы, обычные смертные, посвящённые и толпы отрёкшихся… Всё зашло слишком далеко. Все терпели слишком долго. Всё, что копилось столетиями вскоре польётся наружу как гной из нарыва. Всем озвученным факторам требовалась причина с импульсом и так уж вышло, что импульсом стал твой сын и…

– ДОСТАТОЧНО! – яростно рявкнул Лазарев будто его полоснули ножом по лицу и грубо перебил северянку. – Во-первых, я не допущу, чтобы ты использовала Влада, а во-вторых, я более не желаю выслушивать твои бредовые фантазии. Так или иначе я пришел сюда за девушкой и без неё не уйду.

В чертоге тотчас воцарилась напряженная тишина. На губах у богини Войны внезапно образовалась слабая улыбка и та неспешно зашагала вокруг Хранителя Земли. Складывалось впечатление, что женщина над чем-то размышляла, не сводя взора с собеседника.

– Что ж, я догадываюсь зачем ты пришел за ней и в какой-то мере не против отпустить её, хотя она может быть необычайно полезной. Впрочем, что я могу получить взамен, если отдам Фьётру тебе? – в лоб спросила Фрея, продолжая свою пешую прогулку по залу. – Если ты не знал, то она моя валькирия, которая поклялась служить мне верой и правдой до самой смерти.

Слова Ванадис изрядно удивили Лазарева. Он считал, что избранницу Влада придётся забирать силой или на крайний случай угрозами. Ко всему прочему он был готов пойти на такой отчаянный и рискованный шаг, но подобного исхода иномирец не ожидал. Вопрос Фреи поставил Зеантара в тупик, но для себя он решил, что без девушки не уйдет.

– Что ты хочешь взамен? – с холодком вопросил Хранитель.

Улыбка на губах у оберега стала чуть шире, и та тихо заключила:

– Я желаю получить равноценный обмен.

– Говори, Фрея. Не играй словами…

– Знаешь, мне очень интересно знать, как именно твой сын попал на Альбарру, и я хочу понять, что произошло между вами, – задумчиво заговорила женщина. – Тем не менее, я не стану растрачивать столь ценный шанс на своё любопытство… Хорошо, – вдруг кивнула она сама себе. – В будущем мне понадобится услуга от тебя. И ты должен поклясться, что выполнишь её.

– Что за услуга? – хмуро отозвался Хранитель. – Если ты думаешь, что я слепо соглашусь на такое, то ты меня совсем не знаешь.

– Не переживай, – успокоила богиня мужчину. – Я не буду просить тебя рисковать твоим мирозданием или же чьим-либо еще и уж точно не стану требовать в жертву твою семью. Просто однажды… Мне необходимо, чтобы по моей просьбе ты подарил мне три секунды своего времени.

– Три секунды? – с подозрением повторил иномирец.

– Именно. Всего-навсего три секунды.

На целую минуту в зале вновь повисла гнетущая тишина, но собрав все мысли воедино, Хранитель Земли утвердительно кивнул, ведь иного шанса забрать девушку с собой он сейчас попросту не видел:

– Хорошо. Я согласен. Клянусь тебе своей жизнью, что обязуюсь предоставить тебе по твоему желанию три секунды своего времени.

Лицо Фреи после слов мужчины невольно разгладилось, и та с благодарностью ему поклонилась, но вот глаза богини таинственно блеснули:

– Спасибо тебе, Хранитель Земли. Следуй за мной, – и поманив собеседника взмахом ладони, она неспешно зашагала прочь. – Ты выполнил часть своего уговора, а я выполню часть своего…

* * *

Аронтир. Внутренние земли.

Край Соприкосновения.

Храм Соприкосновения.

Чертоги служительниц Фреи…

В чертогах служительниц царила прескверная, враждебная и до ужаса мрачная атмосфера. Причина же для этого имелась более чем серьёзная. Некогда их было двенадцать. Двенадцать сестёр. Двенадцать гордых небесных воительниц, которые храбро сражались плечом к плечу. Вот только теперь их осталось всего шестеро. Оставшиеся шестеро валькирий разбрелись по чертогу и с тревогой наблюдали за тем, как целительницы храма пытаются помочь пострадавшим.

Христа отправилась в Фолькванг после вторжения демонов в Ванфею. Фьётра предала их. Самые младшие и слабейшие сестры – Ингрид и Орхелия угодили в лапы неприятеля и неизвестно очнутся ли после всего, что с ними сделали. Эрна пожертвовала собой и защитила Арнлейв. Валькирия глефы Тьмы сейчас едва дышала, а разорванные в клочья руки и обгоревшие крылья не поддавались исцелению. Однако самую жуткую картину из себя представляла Сигрун, ведь прямо сейчас она походила да груду рассечённой плоти. Валькирия топора Земли держалась на последнем издыхании и по какой-то причине магия Жизни ей практически не помогала.

Взгляды небесных воительниц являлись до ужаса потерянными, потому как на глазах у миллионов разумных они проиграли самым жалким образом. А всему виной оказался всего-навсего один смертный. Смертный по имени Ранкар Безродный.

– Я… я найду и убью его! – прорычала озлобленно Эмма, крепче сжимая в руке молот Воды. – Он… он ответит за девочек… Клянусь, что…

– Хватит! – повысила голос Ювина, чем привлекла к себе внимание сестер. – С нас уже достаточно клятв, которые мы не можем исполнить, – валькирия ледяного лука не понимала как, но слова сами лились из её рта, а ведь она горевала не меньше других. – Мы облажались. Мы недооценили его. Мы…

– Вы… вы не… виноваты… – вдруг раздался едва уловимый и до жути ослабленный голос. – Просто… просто он… чудовищно силен…

– ИНГРИД!

– Ини!

– Малышка!

Все валькирии одна за другой с молниеносной скоростью ринулись к одной из лож, а троица целительниц-вёльв облегченно выдохнули и отошли в сторону.

– С рукой Ингрид будет сложно, госпожа Арнлейв, – мягко произнесла одна из магинь Жизни, кланяясь светлой альве. – Однако мы постараемся отрастить её заново. Нужно чуть больше времени.

– Спасибо тебе, Боа, за труды – сухо изрекла предводительница валькирий, а после указала на других раненых сестёр. – Ты не могла бы…

– Да, госпожа, – ответила твердо вёльва. – Мы сделаем всё, что сможем.

– Ини, ты как? – сдавлено прошептала Эмма, бережно сжимая теперь уже единственную руку подруги. – Как себя чувствуешь?

– Я… я в норме, – едва слышно проговорила смертельно бледная валькирия огненной алебарды и заворочавшись на месте та с жалостью посмотрела на изувеченных сестёр. – Значит Хия, Сигрун и… Эрна, да? А что… что с остальными? – еще тише осведомилась девушка. – Что с остальными… отмеченными? Много кто… пострадал?

– Много, – уныло заметила Уна, свирепо сжимая массивные перчатки Гравитации, которые служили той оружием. – Пара эйнехериев, троица гармов, а также с дюжину других отмеченных из враждебных нам пантеонов. Однако именно мы получили самый ощутимый урон. Складывалось впечатление, что тот ублюдок…

– … мстил нам за Фи, да? – горько завершила Ингрид. – Мы… мы говорили с ним несколько раз… когда я была в плену…

Валькирия огненной алебарды внезапно изумлённо осеклась, а до ушей небесных воительниц и вёльв-целительниц донеслись едва уловимые крики, что были наполнены горечью, тоской и небывалым гневом.

– КАК ВЫ МОГЛИ⁈ ДЛЯ ЧЕГО⁈ Я… Я ПРОКЛИНАЮ И НЕНАВИЖУ ВСЕХ ВАС! ЗАЧЕМ⁈ ЗАЧЕМ ВЫ МУЧАЛИ ЕГО⁈ ЗАЧЕМ СОЛГЛАЛИ⁈ ДЛЯ ЧЕГО⁈ ОН ЖЕ…

– Арнлейв, либо ты заткнешь эту суку, либо это сделаю я! – угрожающе рявкнула Эмма, глядя на светлую альву, но не заметив реакции предводительницы, та быстро направилась в соседний чертог. – Ты прекрасно понимаешь, что она виновата не меньше того вонючего ублюдка! Позволь мне утихомирить её!

– Угомонись, Эмма! – повысила голос Ювина, преграждая путь сестре. – Сейчас не до этого! Нам нужно…

Что именно было нужно валькирии ледяного лука так в итоге никто и никогда не узнал. Двери в зал служительниц начали беззвучно отворяться, а затем все небесные воительницы с изумлением воззрились на вошедшую Фрею и Хранителя Земли.

– Повелительница! – в один голос выдохнули отмеченные, моментально преклоняя правое колено.

Вот только пока валькирии смотрели на госпожу, свой цепкий взгляд Арнлейв не сводила с седовласого мужчины. На ноги попыталась встать даже смертельно бледная Ингрид, но под взором богини Войны она быстро прекратила трепыхаться.

– Отдыхай, дочь моя, ты это заслужила, – тепло произнесла Фрея. – Остальных тоже попрошу встать.

Дважды повторять оберегу не пришлось и воительницы немедленно выпрямились.

– Девочки, я прекрасно понимаю, что вы сейчас все чувствуете. Вы чувствуете горечь, боль и гнев. Однако я прошу вас отпустить столь злополучные эмоции. Вы ни в чем не виноваты. Запомните это. Вы не в силах были что-либо изменить.

– Да, госпожа. Мы всё… понимаем, – сдавлено изрекла светлая альва, а её взор устремился на единственного мужчину. – Однако мы не понимаем, что тут делает… Хранитель. Вы же знаете, кем он приходится тому…

– Я знаю, Арна, – кратко кивнула богиня, мягко перебивая светлую альву. – Однако все объяснения позже. Зеантар, – вдруг обратилась Фрея к Лазареву. – Фьётра в соседнем чертоге.

Игнорируя взгляды окружающих женщин, Хранитель Земли спокойно прошествовал до дверей и резко распахнул их настежь, отчего ему в грудь тотчас устремилась пара ладоней, что были закованы в кандалы из риарита.

– НЕНАВИЖУ И ПРОКЛИНАЮ ВСЕХ ВАС И…

Белая как снег бывшая валькирия громовых клинков пораженно замолчала и с неверием уставилась на человека перед собой. Впрочем, ничего больше она сделать не сумела. Ни оглянуться, ни отшатнутся прочь.

– Вы же… – прошептала пораженно Фьётра, узнав мужчину, но ладонь иномирца бережно коснулась лба девушки, и та моментально отправилась в беспамятство.

– Все объяснения ты получишь позже, дитя, – одними губами прошептал седовласый, аккуратно подхватывая бессознательное тело на руки.

Увидев такое, глаза небесных воительниц расширились от нахлынувшего шока. Взоры валькирий устремились на Ванадис, но та осталась непоколебима, а Хранитель Земли, прошествовав уже знакомым маршрутом назад, остановился рядом с богиней Войны.

– Ты ничего не забыла?

– Разумеется, – спокойно кивнула оберег, а затем коснувшись ладонью груди Фьётры, медленно извлекла из неё сгусток света. – Я забираю своё благословение. Отныне она не валькирия. Однако за всё, что я сделала и за пережитые тяготы, я оставлю ей небольшой подарок.

Потрясения в глазах у небесных воительниц стало в сотню раз больше, когда Хранитель Земли кратко кивнул богине и быстро зашагал прочь. Уже у самых дверей он внезапно остановился и бросив взор на Сигрун и Эрну, негромко заявил:

– Им недолго осталось. Они протянут три, может быть четыре дня.

– Я знаю, – печально изрекла Ванадис.

Вот только следующие слова Лазарева поразили всех валькирий до глубины души, но его силуэт уже успел скрыться за дверьми:

– Однако, я могу им помочь. Ты знаешь, где теперь меня искать…

* * *

Аронтир. Внутренние земли.

Край Соприкосновения.

Храм Соприкосновения.

Зеантар не шел, а нёсся по широкому коридору Храма Соприкосновения, игнорируя взгляды священнослужителей, что встречались ему на пути. Укрыть от любопытных глаз свою ценную ношу Хранитель Земли никак не мог, но стихия Тьмы прекрасно скрывала истинную личность в руках мужчины.

Лазарев понимал, что нужно как можно быстрее покинуть столицу, а также он прекрасно отдавал себе отчёт в том, для чего именно Темида взяла два часа ожидания. Прямо сейчас обереги проводили совет и одно лишь Сущее ведало, что могло взбрести им в голову. Скорее всего, правительницу Фронтира они позвали к себе не просто так.

В разум Хранителя Земли закрадывались различные мысли, но миг погодя от них пришлось отвлечься, слева от него вдруг промелькнула вспышка, а еще через секунду рядом спешно вышагивал его старший сын.

– Бать, это то, о чем я думаю? – тихо вопросил парень, накидывая полог тишины и указывая глазами на ношу в руках отца.

– Так и есть.

– Как тебе удалось? – изумлённо прошептал Марриуз.

– Огромной ценой, сынок, – нехотя признал седовласый, вспоминая о желании Фреи. – Хотя теперь это уже неважно.

– Они не выказали никаких подозрений насчёт того, что мы так быстро сдались? – продолжил свой допрос княжич.

– Очень надеюсь, что нет. То, что ты мне поведал по мыслесвязи точно?

– Точнее не бывает, – утвердительно кивнул Матвей. – Влада сейчас нет на Вечном Ристалище.

Прозвучавшие слова сына вселили в мужчину невиданную доселе надежду.

– Как… Инарэ?

– Она держится, отец. Но ей всё хуже, – с горечью в тоне признал юноша. – Угасает на глазах.

– Тогда отправляемся как можно скорее в пространственную крепость, – сдержано выпалил Хранитель Земли, фонтанируя жутким волнением. – Я не хотел прибегать к этому, но придётся воспользоваться планом и способностями Флараса. Необходимо отыскать Влада как можно скорее. Пока нас не опередили. Пока не разразился хаос…

* * *

Инферно.

Где-то на бескрайних просторах мира демонов.

Вначале пространство затрепетало, после затрещало, а под конец в одной из расщелин, где выла испепеляющая снежная вьюга и бурлило ледяное пламя, то самое пространство в прямом смысле разделилось на две части и вышвырнуло из себя два неопозноваемых силуэта.

Черная четвероногая тень умудрилась проделать всего несколько движений прочь и резко пошатнувшись, завались на бок, тяжела дыша. Двуногая же тень сумела сделать всего шаг и грохнулась на колени. Фигура окровавленного мужчины стонала и извивалась то ли от ужасной агонии, то ли от ярости. Испещрённые загадочными рунами руки всё глубже погружались в испепеляющий белоснежный снег, но внезапно незнакомец громко закашлялся, извергая из горла ручьи крови и белизна окружения моментально приняла алые очертания.

– УБЬЁМ… УНИЧТОЖИМ… ОПУСТОШИМ И… ПОЖРЁМ…

Местность содрогнулась от свирепого рыка, а ближайшие инфернальные твари словно прокаженные бежали прочь от звучавших воплей, ведь ничего кроме смерти они не сулили.

– НИКАКОЙ… ПОЩАДЫ…

Однако уже в следующее мгновение чудовищный рёв прекратился, изувеченное ранениями тело завалилось навзничь, а испепеляющий белоснежный снег манора Вечного Льда всё больше продолжил пропитываться кровью юного Опустошителя миров…

Уважаемые читатели, доброй ночи.

Я прекрасно знаю, что во время чтении вам будут попадаться опечатки, а порой и ошибки, но смею вас заверить, что практически всегда глава на следующий вечер перезаливается со всеми правками и корректурой.

Спасибо вам за терпение и понимание.

Глава 5
Прощание…

Инферно.

Манор Вечного Льда.

Первый уровень мира демонов.

Пустоши пламени и льда.

Ущелье испепеляющих снегов.

22 ноября 4057 года от начала Великой Миграции.

Декада спустя…

Порой у любого существа во Вселенной возникает случай, когда перед его глазами проносится вся жизнь. Однако, как это ни странно, но вся жизнь того или иного разумного сводится всего-навсего к трём вещам – к выживанию, к связям и к смыслу.

Моё личное выживание сводилось к поискам пищи и воды, к защите от угроз и опасностей, а также к избеганию смерти и продлению жизни.

Связь сводилась к скудному общению с окружающими, к не менее скудному сотрудничеству и к дикой конкуренции с врагами.

Со смыслом же моего существования было хуже всего, но, наверное, его тоже можно свести всего к трём важным аргументам – стремление к какой-либо цели, переживание важных ценностей, будь то ярость, гнев или же… любовь и реализация собственного потенциала. Хотелось доказать, что я не просто монстр, которого породила по ошибке пара ублюдков. Хотелось доказать, что я сущность, которая хоть чего-то стоит. Причем хотелось доказать это не окружающим, а самому себе.

Однако сейчас… Сейчас внутри всё оказалось окончательно и бесповоротно мертво. На задворках сознания теплился лишь шелест Пустоты, фонивший ужасным безразличием ко всему Сущему, а также шепот, который я просто прозвал Яростью, и который требовал радикальных действий. Вот только порой шелест и шепот сливались воедино и порождали в путанных размышлениях нечто живое и пугающее, повторяющее всего-навсего одно слово:

– Опустошитель… Опустошитель… Опустошитель…

Я не знал, где нахожусь. Не знал сколько времени миновало. Не знал когда пришел в себя. До конца не понимал, что случилось. Отныне я не знал, кто я такой на самом деле, но прямо сейчас разум ассоциировал себя, как с загадочным и пугающим голосом в голове, так и с личностями, которые некогда именовалась Ранкар Хаззак и Влад Верейский. К тому же я не мог сказать до конца, когда начал мыслить. Да я даже не понимал мои ли мысли это были и принадлежали ли они мне!

Тем не менее в какой-то миг убаюкивающий мрак начал расступаться и, разлепив веки, я не увидел перед собой ничего кроме странного белоснежного слоя перед глазами. Почему странного? Да потому что стоило прийти в сознание, как я ощутил, что тело в прямом смысле пылает во множестве мест, но что-то мягкое и живое под моим затылком дарило чувство защищённости и умиротворения.

Однако вместе с очертаниями внешнего мира в разум влилась просто бесконечная прорва информации, а затем всё встало на свои места. Я вспомнил, что случилось. Вспомнил, что стряслось ранее. Вспомнил всё от начала и до конца. Вспомнил залитую кровью арену. Вспомнил ложь и собственные крики. Вспомнил и увидел смерть Фьётры. Вспомнил сражение с оберегами.

Опусто шитель…

Нет! Молчи…

Организм внезапно затрясло со страшной силой и неосознанно перевернувшись набок меня вырвало остатками крови и плоти, а из горла вырвалось лишь одно хриплое слово:

– Фьё… тра…

Все чувства разом активизировались и обострились до предела, пробуждая в глубинах сознания лишь жажду убийства и неукротимую ярость. Хотелось рвать и метать. Хотелось сеять смерть и разруху. Хотелось упиваться смертью врагов. Однако мягкое заунывное рычание внезапно прервало поток губительных мыслей, а шершавый язык мазнул по щеке.

– Грация?.. – сдавлено пропыхтел я, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя как можно скорее.

Под напором эмоций очертания окружающего мира начали окрашиваться в цвета крови, как и снег под моими ладонями, но благодаря вмешательству оцелоты удалось взять чувства под пусть и слабый, но контроль и окружение вновь вернулось в норму.

Опусто шитель…

Тихо!

– Спасибо… крошка, – сипло пробормотал я, продолжая страшно запинаться от волн гнева и ярости. – Спасибо… что помогла… Спасибо, что… выручила… Это же… Это же ты… меня спасла, да? А где… где мы… сейчас?

Вот только хищница не успела ответить, потому как рядом с иссиня-черным зверем материализовался знакомый призрачный силуэт, который стремительно бросился мне на шею.

– Ранкар! Мой разоритель, скажи, что ты вернулся⁈ – скороговоркой выпалила Руна с пугающей тревогой на лице. – Скажи, что это действительно ты?

– Вроде бы… вроде бы… я, – неуверенно прошептали губы, но в голове по-прежнему бурлила каша из эмоций и недавно пережитого хаоса.

– Мы с блохастой несколько дней не могли никак достучаться до тебя! Ты будто отгородился не только от нас, но и от всего мира, – взволновано вещала спата. – Я чувствовала, что ты был жив, но абсолютно не реагировал на наши голоса. Ты словно находился в каком-то трансе.

Трансе? Стоп… Несколько дней?

Опусто шитель…

ПРОКЛЯТЬЕ! ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ! ЗАТКНИСЬ…

– Сколько… сколько времени миновало? – отрывисто обронил я, глядя то на Истру, то на оцелоту, и между делом пытаясь унять голос в голове.

– Благодаря блохастой мы уже декаду живём в этой жгучей берлоге, – быстро призналась Руна, продолжая смотреть на моё лицо со скрытой тревогой.

Жгучая берлога?

Пальцы автоматически зачерпнули окружающие слежавшиеся хлопья. По своим параметрам белые сгустки напоминали теплый белоснежный пепел. Однако нет. Это был снег. Снег, который не охлаждал кожу, а разогревал. Погодите-ка! Да это же…

Тем не менее догадка моментально застряла в горле, ведь секунду спустя мой взор упал на пальцы, после на ладони, а под конец я со стремительной скоростью осмотрел руки, ноги и оголенный торс. Любые ошибки отсутствовали. Отныне всё тело вдоль и поперёк оказалось испещрено неизвестными символами и письменами, а их эпицентром являлось сердце Опустошителя, что пульсировало знакомым серо-алым блеклым мерцанием. Не у дел осталась только левая рука и лицо. Своё распространение черные знаки прекратили в том месте, где начинали разрастаться Руны Древних – на левом плече. И если тщательно присмотреться, то между ними существовала тонкая и почти незаметная грань.

Причем, пугающие инновации не укрылись и от Руны. На миг вообще померещилось, что она впервые меня видит и своим вопросом она более чем красноречиво озвучила собственные мысли. Да и, по всей вероятности, не только свои, но и домыслы Грации.

– Ты не помнишь ничего, не так ли? – уныло осведомилась Истра, касаясь призрачными пальчиками моего лица и невольно косясь на символы, а я лишь утвердительно покачал головой, не сводя взора с символов. – Знаки появились, когда ты пробудил восемнадцатую колонну и объединил её с первой. Я догадываюсь, что ты призвал и в кого мог превратиться, но именно в тот момент я полностью утратила связь с тобой. Точнее то, что вырвалось из глубин твоего внутреннего мира напрочь заглушило меня. Впервые со своего рождения я ощутила себя не разумным существом, а обычной железкой для убийства.

Вот как, значит, всё обернулось.

– Опустошитель, да? – сиплым тоном озвучил я самую предсказуемую догадку и попытался отделить шепот Ярости от шелеста Пустоты. – Я окончательно превратился в Опустошителя, не правда ли?

Опусто шитель…

ЗАХЛОПНИСЬ!!!

– Нет, мой разоритель, думаю, нет, – ободряюще пробормотала Истра с надеждой в тоне. – Если бы ты действительно стал настоящим Опустошителем, то есть огромная вероятность того, что Аронтира бы не стало. Скорее всего, ты пробудил нечто, что можно назвать первым этапом и в какой-то мере ты пытался удержать то, что вырвалось из тебя под маломальским контролем. Наверное, ты лишь в начале своего становления. Росток Опустошителя или же просто юный Опустошитель. Смерть Фьё…

Спата внезапно притихла и резко прикрыла рот руками, но я лишь ниже опустил взор и нехотя качнул головой:

– Продолжай.

– Прости, мой разоритель, я… я не хотела… – удрученно заключила Альяна. – Смерть Фьётры и сильные эмоциональные потрясения стали механизмом, что запустил процесс формирования и дальнейшие метаморфозы. Боюсь, путь назад у нас отныне отсутствует.

– Спасибо, малышка, – подавлено изрёк я, сглатывая горький ком в горле, а перед глазами за секунду промелькнула не только гибель Дурёхи, но и всё, что тогда случилось на арене. – Спасибо… за «нас». Теперь, если ты не против, то я хотел бы кое в чем убедиться и собраться с мыслями.

Стараниями Грации места и воздуха в берлоге имелось предостаточно. А судя по шуму, что доносился с поверхности, то прямо сейчас там безумствовала буря, но сейчас мне не было никакого дела до поверхности. Сознание разрывалось от негативных эмоций, а голос требовал крови виновных в смерти Фьётры. Тело же саднило и пылало от увечий. В некоторых местах серьёзные ранения только начали затягиваться, и я предполагал, что вместе с плотью уйдут и непонятные символы, но, увы, чуда не случилось. Кожа и плоть восстанавливалась вместе с ними.

На виду у Грации и Альяны я без какого-либо смущения полностью оголился и взялся за дело. Да, знаки распространились почти повсюду, кроме лица и левой руки. На смену лохмотьям пришла сменная тренировочная одежда из перстня, а затем взмахом ладони пришлось выудить из накопительного кольца блестящую иллириумную бумагу и всмотреться в собственное отражение.

Опусто шитель…

ЗАКРОЙ ПАСТЬ!

Я догадывался, что того, кого рассмотрю в отражении вряд ли узнаю, но всё оказалось на порядок хуже. Меня и раньше нельзя было назвать красавцем, однако сейчас я не мог узнать собственное лицо. Изменилось практически всё, включая знакомую мимику.

Неестественно бледный тон кожи. Впалые глаза пылали потусторонним тёмно-пурпурным светом, который через мгновение сменялся на серо-алый цвет и обратно. Несводимые увечья и рубцы на левой части лица в прямом смысле напоминали черные и алые безобразные мазки на белом холсте, а во взгляде с гримасой поселилась настоящая первобытная дикость и звериная жестокость. От Влада Верейского не осталось абсолютно ничего. Похоже, гражданин Терры окончательно растворился в Ранкаре Безродном.

– Плевать, – сухо отозвался я, прикрывая веки, а затем неосознанно сполз вниз и через миг меня в прямом смысле прорвало: – Плевать на всё! Я найду и уничтожу причастных! На куски нарежу всех, кто виноват и насрать мне, что станет с Вечным Ристалищем. Прости, малышка, – горько прошептал я, закрывая лицо руками. – Но, боюсь, нашим мечтам о спокойной жизни не суждено теперь сбыться. Пока они не заплатят, я никуда не уйду. Клянусь жизнью и всем, что у меня осталось я доберусь до них!

– Я всё понимаю, мой разоритель, – с грустью произнесла Истра и присев рядом со мной, крепко меня обняла. – Мы с тобой одно целое. Мечты и боль мы разделяем поровну, а блохастая нам во всём отныне поможет. Куда ты, туда и мы, Ранкар. Древние свидетели! Фрея и остальные заплатят не только за Фьётру, но и за моих сестер.

Опусто шитель…

ЗАКРОЙ ПАСТЬ Я СКАЗАЛ!

– Однако, прежде чем начнем действовать не помешало бы узнать, где мы находимся, – тихо изрекла Руна, искоса посмотрев на оцелоту. – Блохастая сама не понимает, куда нас переместила. Она лишь хотела спасти тебя и унести куда-нибудь подальше из Аронтира.

– Мы в Инферно, – сухо декларировал я, продолжая бороться с голосом, а после сжав ладонь и зачерпнув тем самым белый сгусток, спокойно заключил. – Это испепеляющий снег. И лишь в одном месте в мире демонов он может идти. Мы в маноре Вечного Льда. Во владениях Зархона Великого – сильнейшего архидемона Инферно. Ты стала сильнее, крошка, не правда ли? Эволюционировала ради того, чтобы уберечь меня, да? – выдавил я из себя скупую улыбку, поглаживая радостно урчащую Грацию по голове. – Ты уже скорее всего Легендарного типа. Спасибо тебе за всё. Ты верно поступила, что перенесла нас сюда, ведь в ином другом месте нас бы легко отыскали.

Питомица вновь с довольством заурчала и водрузила свою голову мне на колени.

Опусто шитель…

ХВАТИТ!

– Достаточно, блохастая! – чуть повысила голос Истра. – Ты уже належалась вдоволь и…

– Всё в порядке, малышка, – тихо буркнул я, крепче прижимая к себе голову кошки и, невольно прикрыв веки, я откинулся затылком на стенку. – Давай просто посидим немного. Еще хотя бы чуть-чуть. Да и прежде чем мы покинем это место необходимо кое-что закончить. Сейчас мне просто нужно подготовиться…

* * *

Инферно.