Текст книги ""Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Вел Павлов

Да, в случае со мной, всегда есть то самое «но». Слова сопляка стали последней каплей.

– У тебя имелся шанс, недоносок, – холодно прошелестел я, отдаваясь во власть негативных чувств и ослабляя влияние над ними. – Отныне ты его утратил…

– Пустое бахвальство! – задорно рассмеялся мальчишка, поддавшись боевому куражу. – Отдай мне свою голову…

Зачастую эмоции являлись моей величайшей слабостью и проклятием, но порой оборачивались благословением. Чем сильнее я ослаблял эмоциональный клин, тем быстрее росли физические возможности. А из-за навалившегося напряжения и непонимания происходящего тот самый клин еле сдерживал пылающее в душе буйное пламя десятка различных чувств, что я испытывал в данный миг.

Впадая в состояния неистовства, я зачастую плохо себя контролировал. Любые чувства обнажают во мне инстинкты. Однажды я поддался злобе и горечи. За тот поступок расплачивался тринадцать сраных лет перед синдикатом. Эмоциональный клин я тренировал, чтобы держать себя в узде. Сдерживать собственные силы. Сдерживать проклятую кровь. Стыдно признаться, но чаще всего я сражался в треть или в пол силы.

Прости, Бетал, но сейчас сдерживаться не стану.

– Умри, плебей! – рявкнул яростно юнец, начиная наращивать скорость.

Парнишка отстал всего на пару метров от своих кинжалов. Смертельная сталь замаячила перед лицо, но все его потуги более не имели никакого смысла.

В голосе вдруг зазвучали нотки взбешенного зверя, на лице образовалась гримаса одержимости и тело мгновенно подчинилось негативным эмоциям.

– Ты сам напросился, щенок! – еле слышно прошипел я, безумно осклабившись, попутно уклоняясь от первого ножа и рукой на лету перехватывая второй. – Теперь пусть всё идёт своим чередом.

Возможно, в один из моментов юнец что-то осознал, но стало поздно. Свой движущий импульс он погасить не мог и наблюдал за мной с широко раскрытыми глазами. Тело под контролем неистовства моментально сблизилось с худощавым противником, параллельно ускользнув от рубящего удара хопеша и оказавшись правее от сопляка приступило к действию.

– Ты зря снял свой шлем, недоносок, – выдохнул полубезумно я.

Пять атак. Щенка хватило именно на столько.

Голова.

Рука.

Нога.

Туловище.

Горло.

Из защитной стойки нога нанесла сокрушительный удар по виску, отчего парень невольно застонал и начал заваливаться вперед. Далее раздался громкий треск и под напором всё той же ноги, рука оппонента в районе кисти практически сразу сломалась, обнажив сломанную локтевую кость, и выронив своё оружие, тот впервые утробно завыл от безумной боли. Не спасли цветастого даже доспехи и наручи. Следом пострадало колено, когда подобно локтю и под хриплый вопль сопляка, оно оказалось в аналогичном сломанном положении, а алая субстанция хлынула наружу обильным потоком.

Каждое движение сопровождалось хрустом костей и неутихающими, почти захлёбывающимися воплями паренька, но раздражение и гнев сейчас невозможно было разжалобить.

Ни милосердия, ни жалости, ни пощады. В таком состоянии я мог сеять только страдания и муки.

Следом нож проник в сочленение брони и добрался до податливой человеческой плоти. Удалось даже услышать, как нож нещадно царапает его рёбра и потроха, а когда он уже находился на коленях, окровавленная сталь коснулась хрипящего горла.

– Просил ведь отпустить меня, – прорычал разъяренно ему в лицо, ударом колена по затылку плотно прижимая его тушу к земле. – Но ты не слушал… Теперь заплатишь своей дрянной душонкой… Но для начала отрежу тебе язык…

Я представил, как один взмах и мелюзга заливает себя и меня обжигающей кровью. Пальцы подались довершить начатое и сжались сильнее, медленно придавливая кромку лезвия к глотке.

Неужели получится… убить?

– НЕТ! ХИАЛ!!! – раздался рассерженный и слаженный рёв откуда-то сбоку. – НЕ СМЕЙ ЕГО УБИВАТЬ, ПОДЛАЯ ТВАРЬ!!!

Сознание из-за враждебного крика невольно прояснилось. Именно это и помогло мгновенно загнать эмоциональный клин обратно, а самообладание частично возвратилось к хозяину.

В это время схватка двух противоборствующих сторон оказалась прервана болезненным рёвом юнца, а бой с сопляком привлёк внимание обеих сторон. Сразу три десятка воинов отделились от общей толпы цветастых и со всевозможной скоростью устремились на спасение своему командиру.

– ВСЕМ СТОЯТЬ!!! – рявкнул свирепо я, отчего голос гулким эхом разнесся по ущелью, параллельно с этим хватая сопляка за волосы и приподнимая худощавое окровавленное туловище на всеобщее обозрение. – ИЛИ ЗАБЕРЕТЕ С СОБОЙ ТОЛЬКО БАШКУ СВОЕГО СПИНОГРЫЗА!!!

Кинжал сильнее прижался к его глотке, а на коже тотчас появилась еще одна глубокая отметина. Кто бы знал сколько сил приходилось прикладывать в таком состоянии, чтобы случайно не вспороть щенку горло! Хотя сомневаюсь, что выйдет.

Демонстрация сработала эффективно. Ожесточенное сражение у глухого края ущелья быстро прекратилось. От бродяг, к которым, скорее всего, меня причислили, осталось всего пять душ, а весь примчавшийся на спасение отряд остановился как вкопанный.

Как и думал. Сопляк важная шишка.

Из гущи отряда навстречу моментально выступила стройная фигура в стёганом доспехе. Скинув шлем, взора предстал не воин, а светловолосая соблазнительная воительница.

– Что ты хочешь, аххес? – коротко спросила она.

– Ласанта… не слушай плебея, – сипло прохрипел сопляк, даже в полумёртвом положении, в глазах у юнца зажглась решимость. – Укротители и одарённые здесь будут с минуты на минуту! Не вздумайте их отпускать. Я сам винов…

Он сказал укротители и одарённые? Это еще что за дрянь? Проклятье! Во что я вляпался?

– Захлопни пасть! – колено практически со всего маху влетело ему в голову, раздробив щенку нос и изувечив до неузнаваемости лицо. – Лучше не зли меня, сраный гаденыш…

Не знаю почему, но после такой презентации большая часть воинов моментально отступила прочь, а девица заметно побледнела. Но из-за того, что она стояла ближе остальных ко мне, слух уловил ранее произнесенное пацаном слово:

– Архаика…

Тут следовало приступить к выполнению основной части плана. После выплеска эмоций состояние стало вполне стабильным, но ситуация в очередной раз накрылось бадьей с дерьмом.

Среди недобитков бродяг началось нездоровое оживление. Да и то после того, как один из них ринулся с двуручным клинком наголо, попутно оттесняя от себя и своих товарищей с пяток цветастых.

– АРКАС! ДАВАЙ! – заревел яростно громила, обращаясь к одному из своих. – Используй дым, а то все здесь поляжем! Дальше не пройдем! Плевать, что скажет та мразь!

– ОДАРЁННЫЙ! – завопила воительница своим людям. – УБИТЬ ОДАРЁННОГО!!! НЕ ДАЙТЕ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЗАВЕСУ!

Правда, мерзавка оказалась хитрее всех. Вместо того, чтобы атаковать оборванцев и непонятного одарённого она двинула в мою сторону. В момент рывка хрупкое тельце девицы покрылось странной серой дымкой, и она оказалась в метре над моей головой.

Чтобы не лишиться рук пришлось грубым пинком отшвырнуть сопляка прочь. Но это не помогло. Протест тотчас обозначил приближение смертельной опасности, но впервые в жизни скорость какой-то безумной суки оказалась выше моей. Удалось только извернуться подобно ужу в районе корпуса.

– Умри, плебей! – раздался змеиный шепот у самого уха. – Орден Наказующих не прощает обид!

Твою собачью жизнь!

В мгновение ока воительница в прямом смысле переместилась метров за тридцать прочь, укрыв своим телом горе командира, и за секунду до этого в районе груди я ощутил болезненный укол.

Опустив взор, увидел, как из ключицы торчит тонкое лезвие, покрытое серой дымкой, и из-под лезвия обильными толчками наружу стала обильно выступать кровь.

Правда, наихудшее заключалось в ином. Тело двигалось на порядок медленнее.

Зар-р-р-раза паршивая! Урою шаболду!

Впервые я по собственному желанию стремглав ослабил эмоциональный клин. Мир моментально окрасился черно-багровыми цветами и скопив злобу в руке я со всего маха метнул в её сторону нож, от которого она с самодовольной миной увернулась, но в следующее мгновение левая рука нечто нащупала в ладони. Нечто могильно-холодное.

На секунду померещилось, что на лице у девицы забрезжил страх, а краем глаза увидел, как моя почерневшая левая рука выбросила в их направлении тот самый артефакт.

Лицезреть итог броска не получилось. За время борьбы с шаболдой вокруг разбушевался хаос. Земля и всё пространство яростно вибрировали, а посреди ущелья начала образовываться матово-грязный ураган, который разделил поле боя на две части.

– Ганграт! Помоги ему… Стилет не вынимай… Отравлен… Эти орденоносные собаки постоянно таким промышляют…

Отравлен? Изувечу стерву в следующий раз… Если выживу! Жизнью клянусь!

Не знаю когда, но пятерка выживших голодранцев каким-то чудом появилась рядом, а затем кто-то в грубой манере дёрнул меня за руку и бесцеремонно потащил прочь от растущей во все стороны бури.

– Аркас, он… кто вообще? На нём… метки нет…

Правда, из всех мыслей тотчас выбило дух, а мир вновь начал поглощаться неестественной тьмой.

Мириада сраных бед! Издеваетесь, что ли? Опять в отключку? Позор…

* * *

Альбарра.

Аронтир. Внутренние Земли.

Храм Соприкосновения.

4051 год от начала Великой Миграции.

Четыре года назад…

В Храме Соприкосновения возможно всё. За тысячелетним престолом, который вмещал в себя сотни разнообразных и самых разнокалиберных владык собирались как непримиримые кровные враги, так и надежные союзники, ведь безопаснее места чем это не сыскать на всём свете.

Завет первый и незыблемый: «Древнее капище священно и уважаемо для любого живого и неживого существа».

Многовековые распри и приграничные стычки, заключение союзов о дружбе и единение альянсов, разгорающиеся конфликты и интервенция, а также войны и повсеместные вооруженные конфликты… Неважно что.

Могущественные главы великих домов, неукротимые предводители верховных кланов, влиятельные патриархи древних поместий или достопочтенные повелители старейших орденов и даже сами высшие существа… Неважно кто.

Неважно для чего… Неважно каким образом… Неважно почему…

Судьбы миллионов, если не миллиардов разумных существ зачастую решались именно в Храме, а вершились теми, кто был готов по праву сильного это делать.

Именно сегодня в одном из главных помещений, зале Раздора, собрались как несколько извечных противников, так и с десяток союзников. Вопрос же в эту самую секунду, впрочем, как и всегда, касался только одного.

Кровопролития…

– Предатели зашли слишком далеко, – ядовито процедил мужской бас в едком мраке. – К тому же без вмешательства иерихонцев ничего бы подобного не случилось.

– Где доказательства, Данакт? – беззаботно поинтересовалась повелительница ордена. – Ты хочешь нас оскорбить? Город-крепость по своей воле решил примкнуть к нам. Возможно, кто-то недоволен вашими… покровителями? Может быть, наших они посчитали более щедр…

– ПРИКУСИ ЯЗЫК, СТАРАЯ СТЕРВА!

Рёв подскочившей на ноги массивной фигуры походил на львиный рык, а в зыбкой полутьме зала отчетливо стали виднеться его вспыхнувшие ярко-оранжевые зрачки.

– Видят небеса, если ты не заткнешь свою пасть, то я прикончу тебя, как только ты минуешь порог Храма! Думаешь после случившегося нужны хоть какие-то доказательства или оскорбления? Ты забыла, кто я такой? Мерзких предателей ждёт только смерть!

– Мне это расценить как объявление войны? – с лёгкой усмешкой, словно кошка, проурчала женщина, а затем раздался тихий монотонный стук острых коготков о подлокотник каменного трона. – Если ты так решительно настроен, то мой орден не оставит Аделлум на произвол судьбы.

– Ты верно расценила посыл, – презрительно сплюнул Данакт. – Великий дом Ксант сравняет с землей город-крепость и уничтожит предателей. Быть резне! И не смей произносить при мне это слово! Для нас то мерзкое место навсегда останется… Троей.

– Вижу, аххесы всё те же. Не считая эпохи Соприкосновения больше двух тысяч лет миновало, – со скрытой насмешкой прошелестела женщина, но все присутствующие власть имущие после упомянутых слов слушали её затаив дыхание. – Но ты, как и твои предки до сих пор крепко держитесь за прошлое. Троя, Илион… Какая, в сущности, разница? Сейчас то место носит имя Аделлум. Их сила непоколебима и известна всем. Впрочем, ты прав, а я немного отошла от сути дела, – невозмутимо согласилась Аэрия, но в урчащих нотках угадывалась свирепость. – Если ты и вправду желаешь войны, то будет тебе война. Несущие Бурю сотрут в порошок всех покусившихся на Аделлум! Даже их прежних хозяев.

– Когда мои вассалы будут резать глотку предателям, вспомни снова свои слова! – гаркнул колко он. – Что скажут остальные? – как можно громче поинтересовался Данакт, а его яростный глас гулким эхом разнесся по залу Раздора. – Говорите!

На мгновение воцарилось молчание, но лишь на мгновение.

– Северные кланы не поддержат никого из вас, – чуть хриплым тоном и с неким довольством провозгласили из сумрака. – Так что рвите глотки друг другу. Нам от ваших распрей лишь лучше. Будет время заняться пришлыми гостями. Мы уже несколько лет пытаемся сдерживать нестабильное пространство.

– Суверены и правящие поместья воздержаться, но оставят за собой право вмешаться, – раздался следом тихий и располагающий к себе баритон. – Мы согласны с северными кланами – пришлые непредсказуемы. Они ведут себя миролюбиво, но уже на протяжении нескольких лет мы держим их эмиссаров у нашего порога. Это глупо!

– Плевать на пришлых! Не нам решать, как с ними поступать! Сами знаете, что последнее слово за небесами и оберегами! К тому же сейчас мы обсуждаем не это! Так или иначе скажу, что тот, кто посмеет влезть не в своё дело с Троей, Ксант сочтет своим врагом, – не остался в долгу аххес.

Всем было прекрасно понятно, что данный посыл предназначался для большинства собравшихся. Однако сквозь сгустившийся сумрак стало заметно, как присутствующие один за другим обратили взоры на четыре едва различимые эфемерные тени, потому как последнее слово в такие моменты всегда оказывалось за ними. За теми, кто вправе говорить от высших существ. За теми, кто напрямую связан с горсткой могущественных правителей собственных пантеонов.

– Что скажут уважаемые посланники? – с неким трепетом заискивающе поинтересовалась Аэрия.

Словно дожидаясь всеобщего внимания двое из них медленно разлепили веки, из-под которых хлынул мерцающий мистический свет, а пронзительное и оглушающее эхо раскатистым громом распространилось повсюду.

– АХХЕС И ИЕРИХОН КРОВНЫЕ ВРАГИ!!! ВОЙНА… НЕИЗБЕЖНА!!!

Глава 3
За завесой пробуждения…

Тьма. Тишина. Тьма. Тишина. И вновь чернильная тьма с комфортной могильной тишиной…

Мысли текли весьма вяло, но вполне здраво. По крайней мере, так казалось. Я не знал сколько провалялся в густом мраке. До сих пор не понимал сколько времени миновало со случая в отеле. Даже до конца не мог осознать жив я или всё-таки умер, потому как всё смешалось в единый бешеный калейдоскоп событий.

Ярвирская империя, Тарция, город Мёртвых, Марьин, реликвия Власова, нападение устранителей и синдиката, а следом вроде бы как… смерть? Один погорелец должен был сдохнуть, но пробуждение в горниле сражения всё изменило. Произошла кровопролитная битва с мелким сопляком, вмешалась безумная стерва, хаос, мистическая неразбериха и снова тьма.

Казни сущее, Ярвир! Неужели кое-кто и вправду тронулся умом?

Благо я с детства являлся относительно неуравновешенным и подобный итог вполне закономерен. Оставалось только свыкнуться с этим простым фактом и закончить любые домыслы, если бы не то самое «но».

Всё случившееся казалось чересчур реальным и не походило на бредни умалишенного. К тому же присутствовали два странных аргумента, которые могли свести произошедшее в отеле и ущелье в единую разумную нить.

Я даже попытался озвучить вслух свои напрочь бредовые мысли, чтобы убедиться в том, что я не совсем психопат, но вместо собственного голоса слух уловил чей-то далёкий и приглушенный бас:

– Как он там, Арк?

– Сказать, что странно, это ничего не сказать, – задумчиво пробормотали в ответ после недолгой паузы.

– Поясни…

– Рана. Она затягивается. Мягко скажем – это ненормально.

Рана? Да плевать на ту заточку. Бывало и хуже. От такого не умру… Стоп! Чего? Три дня? Холера! Какие к потаскухе Ирззе три дня⁈ Если ты не сдох, Влад, то очнись уже, чтоб тебя бесы драли ночи напролёт!

Тем не менее любое барахтанье во мраке и потуги пробудиться сошли тотчас на нет. Оставалось лишь просто слушать и ждать.

– Ничего в этом ненормального нет, – тихо возразил бас из густой тьмы. – Он играючи одолел зарвавшегося иерихонца, а щенок как минимум находился в ранге незакалённого губителя. Ты сам видел, как вальяжно выродок резал наших на куски. Никогда не забуду его изувеченную пасть и визги, – с едким довольством гоготнул тот. – Да и парень не только отделал того выкидыша, так еще продержался против орденской суки с её злополучной сталью.

Ранг губителя? Орденская сука? Он имеет в виду ту стерву? Злополучная сталь?

– В том и дело, Ганграт, – озабочено прошипел второй. – «Орденской». Она из Наказующих. Ты сам в курсе, что после ранения таким харалугом «обычные люди» долго погибают в муках, но юноша…

– Чей бы бык мочился ровно! – недовольно фыркнул мужчина, не дав собеседнику договорить до конца. – На кое-кого он тоже плохо действует. Напомнить к какому роду-племени тебя относят? Ты лучше размышляй не о том, как парень выжил, а какого чумного сильфа мы наткнулись на элитный отряд ордена Наказующих и угодили в их ловушку?

Харалуг? Чумной сильф? Орден Наказующих? Ловушка? Вашу ж мать! Говорите нормально…

– Если Наказующие вступили в войну, значит великий дом Ксант теряет свои позиции, – мрачно согласился Арк.

– Четырнадцать! – повысил тон Ганграт. – Нас было четырнадцать, когда мы дали слово, что выберемся отсюда и отрежем голову тому выродку. Сейчас нас осталось лишь пятеро. Девять наших друзей и братьев мертвы. Они умерли как какие-то крысы, а мы по-прежнему гнием в этой дыре. Да, Арк, я потерял надежду на спасение и готов был сложить голову в коллизии. Однако, когда увидел это сражение. Когда парень с легкостью одолел лейтенанта и орденскую выдру, то признаюсь, не кривя душой, внутри что-то вновь заискрилось. Не знаю почему столь тщетная надежда еще теплится во мне. Возможно, это и зря, но видят небеса я верю, что мы сможем протянуть до конца, если…

Так-так-так. Это интересно…

Находясь во тьме, я внимательно вслушивался в каждое слово. Впрочем, в одно из мгновений бас вдруг прервался, слева от себя я ощутил странное шевеление, а мрак, в котором я пробыл неизвестно сколько времени начал медленно расступаться.

Наконец-то!

– Он приходит в себя… Нужен свет!

Слова незнакомца тут же подтвердились делом. Первое за что зацепился размытый взор, это заметно прогнивший деревянный настил перед глазами, а затем слева вспыхнул тусклый блик пламени. Пару секунд я пребывал в некоем трансе, обдумывая всё произошедшее и услышанное, одновременно размышляя, как действовать дальше, но если меня не прикончили за три дня, то это говорило о многом. Спешить теперь нет никакого смысла.

На полную инвентаризацию организма ушла крупица времени. На удивление я ощущал себя вполне сносно. Как ни странно, присутствовала лишь ноющая боль в ключице и левой руке, однако в остальном всё являлось невредимым.

Всё-таки живой.

Тело медленно приняло сидячее положение под хруст десятка сухожилий. Одежда по-прежнему походила на разодранные окровавленные лохмотья, но кто-то заботливо укутал меня в грязный кусок пледа, а левая часть грудины, плеча и руки оказалась перебинтована относительно чистой тканью.

Почти мгновенно в нос ударил букет различных запахов, от гнусных до вполне нейтральных. Причем самым явным из них оказался смрад собственного пота. Глаза зацепились за необычайно убогую грязную обветшалую и суровую обстановку, потом за парочку деревянных и грубо сколоченных кроватей рядом, а затем за некую засаленную ткань, которая играла роль ширмы.

Находились мы в каком-то тёмном затхлом углу, причем стоило опустить ноги вниз, как пальцы и стопы ощутили холодную поверхность камня под собой. Скудность обстановки и всего увиденного наводила лишь на одну мысль. И если принять в учет услышанное и произошедшее, то итог ясен.

Какой-то полуразрушенный барак. Хотя больше напоминает выгребную яму.

Ладно, бывало и хуже.

За всеми моими действиями неизвестные наблюдали молча и к концу своего созерцания, я невольно встретился с ними взглядом. На вид каждому можно дать как минимум за тридцать, но вот комплекция их в корне разнилась. Причем оба были облачены в уже знакомые мне черно-серые потрёпанные хламиды или затёртые походные плащи, но лишь при тщательном осмотре я осознал, что это обычная шелуха, а за оборванными лохмотьями скрываются странного вида доспехи.

Они воины.

Первый напоминал самого настоящего великана. Короткие каштановые волосы, грубоватая гладко выбритая физиономия с умными карими глазами и шрамом на лбу, под два метра ростом, бугрящиеся мышцы и широкие плечи. Но присутствовала одна важная деталь, которая сбивала с мысли. Рога. Самые настоящие бычьи рога, что торчали из височных долей головы.

Чтоб мне провалиться!

Вот только после всего случившегося хаоса и путаницы в душе абсолютно ничего не дрогнуло. Зародилась лишь толика интереса, а сознание медленно свыкалось с происходящим.

Второй незнакомец сидел чуть ближе и казался подростком на фоне своего друга. Невысокого роста, густые русые волосы собраны в аккуратный конский хвост на затылке, заметно выделялось истощенное овальное лицо, но ярко-серые глаза внимательно наблюдали за каждым моим движением. Хватило краткого анализа, чтобы понять, что именно он здесь главный.

Холера! Я в дерьме.

– Как ты, юноша? – тихо вопросил русоволосый, сверля меня пристальным взором.

– В норме…

Правда, из-за пересохшего горла изо рта вырвались лишь неразборчивые хрипы.

– Попить… не найдется?

С каждым произнесенным словом брови обоих воинов улетали куда-то вверх. Воды я так и не дождался, на секунду воцарилась пауза, но переглянувшись с озадаченным другом, рогатый неожиданно натужно крякнул и присел рядом с товарищем.

– Рухнуть небесам к полудню! – прошептал неверяще громила, расширив пораженно глаза, а его пальцы медленно потянулись к собственному горлу и начали массировать выпирающий кадык. – Аркас?

– Да. Архаика, – задумчиво проговорил второй, не сводя с меня проницательного взгляда. – Значит, в прошлый раз не послышалось.

Вот же зараза! Неужели снова? Странное обращение, странный говор, странная манера речи. Я не просто в дерьме, я в полном дерьме!

– Что за дрянь такая… архаика?

На секунду вновь образовалась тишина, а в следующее мгновение громила тихо расхохотался себе под нос, отчего-то глядя на свои пальцы.

– Пятая династия! Ха-ха! Дрянь? Архаика? Ха-ха-ха… Вот же умора. Ты откуда взялся весь… – прервавшись, тот окинул меня взором и весело ухмыльнулся, – весь такой? Из благородных, что ли? Как в коллизию угодил?

– Подожди, Грат. Мы не с того начали, – вдруг осадил сероглазый товарища, и уважительно коснулся ладонью своей груди. – Меня зовут Аркас, а его Ганграт, – указал тот на друга бровью. – Только просьба, пытайся говорить тише. Так для всех будет только лучше. Радиус архаики невелик, но её напряжение ощущается. Как твоё имя?

Мириада сраных бед! Ни хрена не понимаю, о чем они балаболят, но выбирать не приходится. Лучше действовать по отработанной тактике синдиката.

– Влад.

Оба вновь показали удивление и переглянулись.

– Интересное имя, – загадочно изрёк Аркас. – Если тебе не трудно, то ответь, как ты очутился на территории коллизии?

Тьфу! Холера! Территория коллизии? Это еще что за говно? Он о том ущелье? Дела принимают скверный оборот. Что ж, без риска не обходится ни одно дело.

Однако все пути отхода были отрезаны громилой:

– Кто ты такой и откуда родом, парень, на самом деле? Неужели пилигрим? – вклинился в разговор Ганграт. – Касательно своей принадлежности можешь не лгать. Так уж вышло, что Арк может чувствовать ложь. Да и мы всё проверили. Тебя не было среди первого отряда. Остальные факторы тоже говорят сами за себя. Слово за тобой.

Твою собачью жизнь! Разузнали всё, получается. Похоже, дураком больше не прикинуться. Стоп. Что еще за пилигрим?

– От себя лишь добавлю, что никто не желает тебе зла. Никто из нас в этом точно не заинтересован, – добавил вдруг Аркас, с недовольством зыркнув на бугая. – Мы даже благодарны за спасение. Если бы ты не вмешался в тот раз, то иерихонцы отправили нас к праотцам. Тем не менее боюсь, что ты выбрал дурное место для своего появления. Очень дурное.

Кто бы сомневался в моём скверном везении. Благо хоть протест молчит, а это о многом говорит.

– Прежде чем я отвечу на ваши вопросы, мне хотелось бы кое-что узнать. Не против?

– Спрашивай, юноша, – кивнул утвердительно Ганграт, с потаённой улыбкой глядя себе на руку и всем видом показывая, что разговор будет долгим. – Нам нет смысла лгать.

– Где я нахожусь?

По серьёзному взгляду Аркаса стало понятно, что он что-то подозревает, но спокойно ответил на вопрос:

– Мы под стенами царства Аделлум. Если точнее, то в западной коллизии на стыке аххеского и иерихонского пантеона. Но прямо сейчас мы в военном лагере великого дома Ксант.

Зараза! Бери слова назад. Я не в полном дерьме. Я сижу в нём по уши и прихлёбываю ложкой. Теперь всё встало на свои места.

– Вы на войне?

– Войне? Ага, как же! Тут всё гораздо сложнее… – хмыкнул кисло Ганграт, а затем быстро обернулся в сторону нарастающего шума, который доносился с улицы.

– Как именуется… мир? – тяжело выдохнул я, беря эмоции под контроль и свыкаясь с новой реальностью.

– Альбарра, – заключил сероглазый и подобно своему другу невольно нахмурился и обернулся в направлении шума. – Но испокон веков его называют… Вечным Ристалищем.

Казни сущее, Ярвир! Значит, я не сошел с ума…

Впрочем, довести свою мысль до конца у меня попросту не получилось, в этот самый миг засаленная ткань, что играла роль ширмы резко сдвинулась в сторону и в закуток ворвался взъерошенный молодой воитель в уже знакомом черно-сером оборванном облачении.

– Арк, возникли проблемы, – выдохнул встревоженно незнакомец. – Надзиратель скоро прибудет…

* * *

Аделлум. Верхний город.

Временная резиденция ордена Наказующих.

Лазарет ордена Наказующих.

Три дня назад.

– БЕЗМОЗГЛЫЙ БОЛВАН!

В ярком свете осветительных кристаллов матово-синий иллириумный доспех правой длани ордена Наказующих мерцал так, словно посреди ночи пробуждалось опаляющее солнце Маданы. Правда, из-за постоянного мельтешения мужчины не представлялось возможным оценить работу выдающихся мастеров и гравировщиков Иерихона, но двум присутствующим этого и не требовалось, они видели его не впервой.

Впрочем, главная беда состояла в ином. Такой эффект доспеха на эмоции его хозяина не сулил провинившемуся ничего хорошего.

– ЧЕМ ТЫ ДУМАЛ, НЕДОУМОК⁈ – яростно ревел Азаих не находя себе места и продолжая метаться из стороны в сторону, словно лев, запертый в клетке. – ЧЕМ⁈ КАКИМ МЕСТОМ⁈ СВОИМ ХЕ… НИЖНИМ АКСЕССУАРОМ⁈

Вот только взволнованные глаза лорда то и дело перемещались с коленопреклонённого побитого юноши на необычайно бледную девушку, которая силилась принять сидячее положение перед своим господином, но под суровым взором длани лишь глубже укутывалась в одеяло.

– Я запретил тебе появляться в коллизии! Запретил брать людей! Запретил покидать стены Тро… Тьфу! Аделлума! Погибло девятнадцать молодых виртуозов. Своей выходкой ты чуть не погубил подругу и гениальную воительницу, которая в будущем должна занять должность инструктора в ордене. Так еще и сам чудом уцелел и вернулся обратно как побитая собака! Взгляни на себя! На кого ты похож?

– Я виноват перед вами, чтимый искатель-стратилат, – хрипло отозвался юноша, не в силах поднять головы из-за подавляющего давления силы доспеха и его носителя. – Я виноват перед Ласантой. Виноват перед орденом. Виноват перед…

– Захлопнись уже, олух! – выпалил громогласно Азаих, но гнев начал утихать, и он медленно осел на край кровати. – «Чтимый искатель-стратилат», – передразнил мужчина юношу, прожигая того недовольным взором. – Сейчас я обращаюсь к тебе не как правая длань ордена, а как твой отец. В большей степени меня гневит не то, что из-за тебя погибли воины, меня злит то, что ты нарушил мой приказ! Твои поступки отражаются на мне, ведь с позволения главы ордена именно я даровал тебе звание ал’сирха в армии Аделлума. Подумай, что могут сделать наши недруги, когда узнают, что у будущего правителя семьи Урано свербит в заднице из-за его сопливого и несдержанного характера?

– Могут воспользоваться слабостью и ударить в спину, – словно мантру чуть тише декларировал Хиал заученный с детства текст, робко поднимая взор на родича. – Бать, я виноват, но дай один-единственный шанс и я всё исправ…

– Шанс? – взбешенно скривился длань, словно кто-то полоснул его плетью по лицу. – Какой к пятой династии шанс? Забудь об этом! Как только Анта встанет на ноги ты сразу отправишься в Вавилон к матерям и сестре.

После подобного заявления избитая физиономия юноши взметнулась вверх, глаза расширились от шока, а сам он чуть не задохнулся от нахлынувшего возмущения:

– Что⁈ Домой⁈ Мы же уничтожили почти сотню вражеских воинов.

– Воинов? Каких воинов? – брезгливо насупился Азаих. – Не смеши меня! Ты убил не сотню врагов, а потерял девятнадцать наших дарований. Девятнадцать послушников обменял на бесполезный мусор. Аххесы давно используют преступников и всякий никчемный сброд для контроля коллизий и задымления пространства. Жизни, как ты выразился, таких «воинов», необычайно коротки. Сам знаешь, как действует тамошний дикий фон на людей. Это смертники, а не «воины». Они бы передохли без твоего вмешательства рано или поздно.

– Но мы почти взяли западную коллизию под контроль, – ухватился вдруг парень за последнюю ниточку для спасения.

– Тоже мне большое достижение, – скривил губы его отец. – Коллизия не более чем переходящий из рук в руки приз. Маршрут! Всего-навсего тропа! Армиями там сражаться бессмысленно. Да и бились вы за одно из ущелий. Прорыв дикой магии в сторону Аделлума минимален. Нападение из-за задымления пространства теперь минимально. Заградительную стену вы бы ни за что не прорвали с таким количеством воинов. Да и вам этого не позволил бы сделать охранный магический периметр и рунные маги. Вот и подсчитай чего ты добился.

– Отец, но я…

– Достаточно, Хиал, – прорычал угрожающе длань, начиная вновь заводиться. – Лучше не зли меня! Если бы не ранение Ласанты я бы не прибыл сюда. Будь она цела отправил бы обоих отсюда немедленно. Война, это не шутки!