Текст книги ""Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Вел Павлов

Глава 17
В преддверии последствий…

Пока сильнейший деспот великого дома медленно говорил, за его спиной вдруг спикировал массивный силуэт, а после явила себя еще одна тень, но более изящная и тонкая. Однако даже доспехи из иллириума не смогли скрыть всей необычайной женственности и чудесной красоты.

Главе дома Хаззак хватило краткой секунды, чтобы разобраться в ситуации на передовой и отведя взгляд от раненого судьи, тот вновь обратил глаза на молодого мужчину и страшно изувеченного лейтенанта Ксанты, который отключился в какой-то миг из-за истощения, а все метаморфозы, что произошли с его телом, стали медленно исчезать, возвращая парню прежний человеческий облик.

– Пятая династия! – внезапно раздался грохочущий бас Мараала, когда тот с любопытством стал вглядываться в лица недругов. – Кому рассказать – точно не поверят. Сам владыка Аделлума. Правая длань ордена Наказующих. Первый судья ордена Наказующих. А вишенкой на торте выступает будущий наследник сильнейшего в Иерихоне ордена, – складывалось впечатление, что Ян был вне себя от радости и упивался всей сложившейся ситуацией.

– Малыш из Алого Возмездия, я повторю свои слова, но единожды, – чуть повысив голос, изрёк деспот, не обращая внимания на сатира. – Убери ногу с этого юноши.

– Не верится даже. На передовую прибыли сразу трое глав доминирующих домов. Он настолько вам нужен? Неужели какой-то мусор смог заинтересовать легендарного Изувера? – надменно расхохотался Агдейн. – Щенок всё равно не жилец. Либо я его добью, либо он сдохнет по пути к целителям. Выбирайте.

– По имени ко мне имеют право обращаться только равные, – голос Дэймона давно обратился льдом, но воитель по-прежнему говорил спокойно и размеренно. – Скажем, твой отец может себе это позволить, но вот ты… ты слишком далёк от своего родителя. Я считаю до трёх и тогда начну действовать. Когда сделаю шаг, никто из присутствующих тебя не спасёт. Не в моих принципах резать молодых барашков, но я это сделаю. Веришь главе доминирующего дома?

– Посмеешь такое сотворить, и мой отец не оставит тебя в живых! – самодовольно выпалил парень. – Если со мной что-то случится тогда орден Алое Возмездие вступит в войну.

Однако на изувеченном лице Дэймона вдруг образовалась снисходительная улыбка и тот скептически заметил:

– Лишь только из уважения к Наррилу я сейчас и говорю с тобой, а не режу на куски. Мне в целом плевать на тебя и твои угрозы, но неужели ты считаешь, что твой отец и целый орден будет потакать всем прихотям одного глупого отпрыска. Если не ошибаюсь у тебя есть братья с сестрами. Да и мне кажется, что после твоей кончины он обрушит свой гнев на того, кто допустил гибель его горячо любимого сына, – и взгляд деспота, медленно перетёк на правителя Трои. – Не так ли, Маркас?

– Всё именно так, – кивнул головой безупречный после небольшой паузы, всем своим телом закрывая дриаду позади себя. – Вижу, что твой ум всё такой же острый, как и твой клинок… старый друг.

– Увы, но нет, – по-простецки пожал Изувер плечами. – Возраст берёт своё. Пора давать дорогу молодым.

– Неужели ты решил его…

Маркас вдруг осёкся. Брови главы дома Иллион неуловимо подскочили вверх, и он невольно обратил глаза на окровавленное и едва дышащее тело юноши.

Несведущим могло показаться, что прямо сейчас идёт обычная беседа двух закадычных друзей, но всем прекрасно было известно, что это всего лишь игра, потому как ауры всех собравшихся оказались на взводе.

– Агдейн, оставь юношу, – негромко изрёк владыка Аделлума с тяжелым вдохом. – На всё воля небес.

– Он посмел оскорбить всех нас! – ощерился зло молодой мужчина. – Посмел угрожать нам! Вы так просто всё спустите? Его надобно прикончи…

Впрочем, довести свою речь до конца тот не успел, потому как вновь раздался громогласный смех главы дома Мараал. Тот смеялся так громко, словно услышал хорошую шутку. Только сейчас сложив увиденное и услышанное, до терата дошла вся ситуация и он тотчас оказался под прицелом нескольких пар глаз.

– Дэймон, Тимит, только посмотри на них. Вот умора! Так это действительно правда? – словно безумный хохотал терат, не сводя цепкого взора с ранения Норона. – Именитого судью и вправду ранил наш пацан! Обереги упасите! Иерихонец, лучше скажи мне, что ты просто споткнулся и напоролся на собственный клинок. Всё будет не так ущербно выглядеть для тебя!

Хохот продолжал нарастать, лицо Норона внезапно скривилась от презрения. Однако в одно из мгновений смех прекратился, когда внимательный взгляд Яна коснулся щеки правой длани ордена Наказующих, отчего его физиономия стала чересчур серьёзной.

– Чтоб я сдох… – в полном замешательстве прошептал сатир. – Азаих, только не говори, что и тебя он тоже…

Однако слова оказались излишними, потому как остервенелая гримаса генерала оказалась красноречивее любого ответа.

– Именно поэтому он должен сдохнуть! – вспыхнул негодующе Агдейн. – Щенок не должен жить…

– Кто бы знал, что наследник Алого Возмездия такой трус. Испугался дитя, что в несколько десятков раз слабее него, – вдруг раздался чарующий женский голос и в их сторону неспешно зашагала глава доминирующего дома Сариан. – Ты смердишь слабостью, мальчик! Убери клинок пока не поранился. Дэймон, будь добр, помоги. Он не понимает по-хорошему…

Вся обстановка разом накалилась, а изящный силуэт женщины продолжал неспешно идти в сторону Агдейна и бывшего смертника.

– Стой на месте, ведьма из дома Сариан! – злобно прошипел Агдейн, переходя на архаику. – СТОЙ ИЛИ БУДЕТ ХУДО!

Наверное, именно эта фраза и стала камнем преткновения, которая и привела к дальнейшим действиям. Шаг Тимит на крошечную долю замедлился и запнулся, а её очаровательный лик скривился от пренебрежения ко всему живому и обратившись молниеносной тенью, она за один шаг оказалась рядом.

– Не смей использовать древний язык на мне, недоносок! Прочь! – прошипела рассерженно безупречная, отвешивая наследнику оплеуху, от которой он со скоростью света отлетел кубарем в сторону. – Я молчу уже о том, что твоя архаика до безобразия слаба! Ты нечета своему отцу!

Аура главы доминирующего дома Сариан хлынула из тела, обращая небольшую область во тьму, но в это же мгновение ринулись вперёд и все остальные. На небольшом клочке поселения Западный Предел произошел катастрофический выплеск магический силы и эссенции.

Азаих из семьи Урано столкнулся в равном противостоянии с Мараалом. Магия выступила против магии, а физическая эссенция вгрызалась в эссенцию. Однако ни один из щитов на обороне двух безупречных даже не треснул.

Тем временем в это самое время в пяти шагах от Тимит разразилась главная дуэль. Маркас Иллион встретился лицом к лицу человеком, что носил прозвище Изувер. Сила гравитации владыки Аделлума воздействовала точечно на физическую эссенцию Хаззака, но Дэймон даже не шелохнулся, а через секунду меч из харалуга встретился с клинком деспота, отчего образовалась страшная ударная волна.

Вперёд тотчас рванул Норон и ловко подхватил избитого Агдейна, а через долю секунды раненый судья Наказующих прикрывал своей спиной не только наследника Алого Возмездия, но и Диану. В это самое время в объятиях у главы дома Сариан находилось изувеченное тело бывшего смертника. Женщине хватило одного теневого рывка, чтобы уйти прочь с линии столкновения, а миг погодя та что-то ловко опрокинула в рот едва живому юноше.

Вот только схватка завершился так же быстро, как и началась.

Громогласный голос правителя Трои заставил всех вновь разделиться на два лагеря, а его вездесущая магия гравитации увеличила радиус и стала воздействовать на всех без исключения:

– ЗАКОНЧИМ НА ЭТОМ! КРОВИ СЕГОДНЯ ПРОЛИЛОСЬ ДОСТАТОЧНО!

– С каких это пор владыка Аделлума и правая длань ордена Наказующих стали лично ходить в бой⁈ – скривился в полном негодовании Мараал. – Какого чумного сильфа вы тут оба забыли⁈ Совсем стыд потеряли, что ли⁈

– Прикуси язык, терат! Мы не перешли грань дозволенного! – не остался в долгу Азаих. – А наши дела не для твоего ума, но одно могу сказать точно! Ваш сумасбродный щенок наследил повсюду. Это его вина!

– Ты смеешься надо мной, иерихонец? – ощерился грозно сатир. – Припёрли такую ораву всего за одним лейтенантом?

– Неужели ты забыл, что мы на войне, Ян⁈ – вопросом на вопрос ответил генерал. – Ваши воины слабы, потому вы и не удержали крепость! Проблема в том, что вы пришли слишком поздно!

– Я СКАЗАЛ ХВАТИТ! – рявкнул свирепо Маркас, а после встретился взглядом с Хаззаком. – Мы уходим, Дэймон! Если хочешь, то будем биться дальше, но война в любом случае продолжится в прежнем русле. Сюда я прибыл только за дочерью. Тебе ясно?

– Дочерью? – невольно опешил деспот, а после глазами отыскал единственную, кто подходил под это описание. – Так значит, трофей Ранкара твоя дочь?

Причем следом за воителем в осадок выпали и остальные главы доминирующих домов, а Ян даже цокнул от недовольства, глядя на целительницу, которая сжимала в руках израненное детское тельце.

– Она не трофей, – нахмурился Иллион. – Выбирай выражения!

– Забавно. Весьма забавно, – тихо рассмеялся сатир. – Дочь правителя Аделлума была в рабынях у бывшего смертника. Поверь мне на слово, жалкий предатель, завтра весь Аххеский пантеон будет знать об этом.

– На мнение Аххеса мне давно чихать! УХОДИМ! – повысил голос правитель Трои.

– Ты ничего не забыл, Иллион? – холодно вопросила Тимит, глазами указывая на отсеченную конечность. – Верни руку парню!

– И не мечтай, ведьма! – с яростью выпалил Азаих. – Считай, что эта плата за то, что мы не прикончили вашего выродка!

– Слышать такое от правой длани ордена Наказующих… – хмыкнула снисходительно женщина. – Меня уже заинтриговал этот юноша.

– Как ни крути, но ты проиграешь, Маркас, – негромко отозвался Дэймон, глядя в спину противнику. – Этого ничто не изменит. Твои союзы с орденами ничем хорошим не кончатся. С сотворения Альбарры мы изначально были из разных миров.

– Ничего еще не окончено, – исчезая в ночном небе, едва слышно изрёк Иллион. – Не я повинен в этой войне, а Данакт. Он зашел слишком далеко…

Последнее, что успел увидеть Хаззак, так это фонящего гневом Агдейна и дриаду, которая не сводила печальных глаз с тела лейтенанта Ксанта.

* * *

Бастион Западный Предел медленно догорал в горниле пламени, но через несколько минут воздушные суда начали доставлять магов и артефакторов, которые спешно принимались за работу, попутно с этим восстанавливая все уничтоженные барьеры. С момента ухода владыки Аделлума миновало всего десять минут, а селение и пепелище крепости уже находилось под надзором прибывших войск Ксанта.

Вот только пока сотни магов и воителей устраняли результаты вторжения неприятелей, в одной из ветхих хижин собрались сразу двое глав доминирующих домов.

– Как он? – тихо осведомился Хаззак, наблюдая за действиями подруги.

– Я не целитель, но боюсь, такими темпами жить ему осталось недолго, – с сомнением отозвалась Тимит. – Лучше дождемся Мараала. Экстракт жизни я ему дала. Причем двойную дозу. Будете должны. Либо ты, либо парень. Кстати, слухи правдивы?

– Какие именно? – осведомился хмуро деспот.

– О том, что ты намеренно его сюда направил? – с улыбкой пробормотала та. – Зачем такого талантливого юношу отправлять на убой?

– Причин несколько, – с тяжелым вдохом изрёк воитель. – Позже я обо всём поведаю, но лишь после того, как он станет частью моего дома. Это всё, что я могу сказать на данном этапе.

– Что? Частью⁈ – повернувшись всем корпусом к мужчине, с удивлением переспросила Сариан невольно переполошившись. – Не вассалом? Частью? Ты хочешь… принять его?

Впрочем, ответить на поставленный вопрос Хаззак не успел, потому как мгновение спустя в хибаре стало на одного главу больше. Причем с собой Ян чуть ли не на руках принёс целительницу.

Завидев ужасно изувеченное и переломанное тело на деревянной кровати брови магини Жизни подскочили вверх, но строгий голос сатира привёл её в себя.

– За работу! Ты целительница или девственница на выданье?

Секунды напоминали минуты, а минуты длились словно часы. Однако на протяжении всего времени изумрудное сияние не угасало ни на миг.

– Каков вердикт? – поинтересовался Дэймон, когда мерцание магии Жизни начало ослабевать.

– Я ввела его в целебную кому… иначе нельзя.

– Подробности! – нетерпеливо надавил на девушку Мараал, будто на кровати сейчас умирал его собственный сын.

– Мышцы разорваны, кости рассечены и раздроблены в десятках мест, магические каналы повреждены, резерв пуст, а сердце едва бьется. Складывается впечатление, что он пропустил через себя слишком много энергии. И это лишь самые основные недуги. Есть множество иных проблем. Я… я вообще не понимаю, каким образом он всё еще жив и дышит, – уставшим голосом пробормотала отрывисто целительница словно сама не верила в увиденное. – Что-то неизвестное поддерживает в нём жизнь. Честно сказать у него запредельный уровень регенерации, но раны… раны чересчур серьёзны.

– Я дала ему экстракт Жизни, – подала голос глава дома Сариан.

– Дело не в экстракте, госпожа Тимит, – покачала головой целительница. – Зелье может исцелить многие раны, если человек еще в сознании, но не когда балансирует на грани жизни и смерти. Его необходимо доставить в лазарет, чтобы более высокоранговые целительницы сумели ему помочь.

– Рухнуть небесам к полудню! – рыкнул раздраженно Ян, отчего магиня невольно вздрогнула. – Чего ж ты раньше молчала? А ну прочь с дороги!

– Однако это еще не всё, господин Мараал, – с неким сомнением добавила целительница. – Основная проблема состоит в ином. Есть огромная вероятность того, что юноша может остаться калекой. Навсегда…

Глава 18
Последствия…

Мириада сраных бед! Публичный позор! Какого беса при любом удобном случае я постоянно отрубаюсь?

Впрочем, в этот раз всё происходило иначе, потому как находился я не во внутреннем мире, а просто-напросто плавал в густой тьме, но существовало в ней нечто забвенное, приятное и тёплое. Ни боли, ни страданий, ни эмоций, ни проклятого наследия. Совсем ничего плохого. Давно я не ощущал ничего подобного. Очень давно. Точнее практически никогда. Наверное, многие сказали бы, что такое можно ощутить лишь в объятиях матери, но, увы, я ничего похожего не испытывал. По крайней мере, в памяти об этом ничего нет.

Тем не менее в одно из таких приятных мгновений до ушей донёсся детский голос. Вначале один, после другой, за ним раздался третий, а через секунду перед глазами всплыла размытая сцена с неизвестным помещением. Вместо лиц лишь пятна, а вместо силуэтов разноцветные кляксы – красная, зеленая, серая, черная, а в самом центре, кажется, в детской кроватке, лежала мерзкая клякса различных грязных цветов.

– Ребята, тише, не разбудите маму…

– Мы должны посмотреть еще раз, – настойчиво проговорил в ответ мальчик.

– Ой… Надо же… – вдруг ойкнуло зеленое пятно с девичьим голоском, медленно приближаясь к той самой мерзкой кляксе. – Посмотрите. Он еще совсем маленький.

– Крошечный, – раздался ломкий мальчишеский голос.

– Он ведь… вырастет? – продолжала вопрошать с сомнением девочка, замерев в паре шагов от разноцветной блямбы в форме младенца.

– Скорее всего, – заговорщицки прошептал еще один детский голос. – Мы же выросли.

– Я… я хочу его потрогать. Он такое… безобидный. Даже улыбается нам.

– Нет! Сестра, нельзя! – вдруг запротестовал очередной мальчишеский голос. – Папа и мамы не разрешают тут находиться!

– Я совсем немного. Одну секундочку, – с мольбой проговорили девочка, делая еще один шаг к кроватке. – Совсем чуть-чуть.

Честно сказать эту сцену, как и прошлую, я видел впервые. Не знаю, что бы это значило, но сейчас всё выглядело вполне уютно и по-домашнему. Правда, продолжалось такое недолго, потому как через секунду невинное сновидение обратилось кошмаром.

Стоило зелёной тени лишь одним пальцем прикоснуться к пятну в форме младенца, как её аура разом померкла и резво перетекла на сторону мерзкой разноцветной кляксы, а через мгновение малышка завыла от неистовой боли и моментально упала на пол, продолжая выть, что есть мочи.

– БОЛЬНО… БОЛЬНО… – раненым зверьком подвывала крошка, корчась у кроватки в конвульсиях. – ОЧЕНЬ БОЛЬНО…

– ПАПА! МАМЫ! – загомонили перепуганные мальчишеские голоса. – ПОМОГИТЕ! СЕСТРЕ ПЛОХО! ОНА… ОНА УМИРАЕТ!

Не прошло и доли вдоха, как в комнату ворвалась тёмно-алая тень, которая своей массивной силой укрыла всё пространство разом, а следом туда примчались еще несколько пятен. Черное, зеленое, вновь черное и голубое. Несколько из них сразу бросились на помощь стонущей малышке, а необъятная тёмная-алая блямба моментально схватила на руки младенца и долю вдоха спустя по какой-то причине его могущественная аура стала ослабевать на глазах. Складывалось впечатление, что мерзкая разноцветная масса, словно прожорливая пиявка поглощала всё до чего только могла добраться.

– Не может быть… – вдруг раздался встревоженный баритон тёмно-алой ауры. – Нет. Нет. Нет… Прошу. Только не это…

Не знаю почему, но мертвеющий мужской голос еще долго звучал в густом мраке. Звучал до тех пор, пока перед глазами не стали формироваться очертания реальной комнаты, а миг спустя я насквозь пропитанный холодным потом рывком сел на постель, невольно запуская дрожащую левую руку в напрочь мокрые волосы и быстро касаясь собственного лица.

– Твою… твою собачью жизнь, Ранкар! – выпалил я вслух, тяжело дыша и запинаясь. – Какого… какого беса с нами творится? И кто эти люди, в конце концов?

Только через несколько продолжительных секунд я осознал, что нахожусь не на поле боя, а валяюсь на вполне удобной постели в небольшой комнате. Причем если судить по витающему запаху и обстановке, то кое-кто вновь угодил в лазарет.

Проклятье! Да сколько можно-то уже? Прописаться тут, что ли, нужно?

Впрочем, размышлять мне долго не дали, ведь буквально через минуту дверь отворилась и в её проёме замаячил силуэт незнакомой целительницы. Завидев смертельно бледного меня, сидящего на кровати, глаза у девицы полезли на лоб, далее та чуть приоткрыла рот от удивления, затем вниз полетел поднос с несколькими зельями и мензурками, а еще вдох погодя та словно ужаленная в задницу умчалась куда-то восвояси.

– О-ожил! – запинаясь верещала девка. – Лейтенант Ранкар о-очнулся.

Вот же холера!

– Конечно очнулся! – вырвалось вдруг у меня. – Сумасшедшая она, что ли?

Стоп! Не это сейчас важно. Я каким-то чудом уцелел. Точнее почти уцелел.

А взгляд в это время моментально зацепился за одну важную деталь. От увиденного физиономия искривилась, а нутро невольно выпало в осадок. Правая рука практически до локтя полностью отсутствовала, а сама культя оказалась покрыта мерцающей изумрудной марлей.

Вот как, получается. Что ж, Бетал прав, за всё приходится платить. Рука – малая цена за случившееся. Хорошо хоть жизнь при мне. Да, жизнь…

Не нужно быть мудрецом, чтобы понять, что выжил я только благодаря Диане и малость помогло неистовство. Однако если бы не вмешательство дриады, меня либо забрали, а после убили бы, либо просто убили бы.

На удивление чувствовал себя вполне сносно. Небольшая слабость не в счёт. Еще страшно раздражал зуд по всему телу, но ответ на данное недоразумение пришел почти сразу. Стоило заглянуть под рубашку, как взору открылось весьма отвратное зрелище. Десятки белесых, а местами всё еще свежих шрамов красовались по всему телу до самых ног.

От увиденного левая ладонь дважды сжалась и разжалась, а в душе стали зарождаться знакомые негативные эмоции. Гнев, ярость, злоба и ярость медленно тлели в груди, а горечь с противным чувством потери и бессилия выпадала в сухой остаток. Вся эта квинтэссенция дерьма являлась такой удушающей, что мешала трезво мыслить и даже дышать.

Азаих из семьи Урано, значит? Да, я запомню тебя, старик. Тебя и всех остальных. Запомню на всю жизнь. Позор будет смыт кровью. Рано или поздно. Клянусь всем, что у меня осталось! Сдохну, но на куски порежу! КАЖДОГО!

Тем не менее долго оставаться наедине со своим гневом мне не дали, потому как минут через десять снаружи стали раздаваться разнообразные звуки и голоса. Если честно, то я ожидал, что сейчас войдет кто-то из выживших «Осколков», но вместо этого дверь беззвучно отворилась, а за её порогом возвышалась фигура Хаззака, за которым то и дело маячила тень его дочери. Стоило Дэймону завидеть меня, как брови его слабо дёрнулись вверх и тот отчего-то довольно хмыкнул. Причем Маннисса вовсе не скрывала своих эмоций и с изумлением таращилась в мою сторону из-за плеча отца.

Эти-то здесь какого беса забыли? С каких пор я стал такой важной шишкой, что меня навещает глава доминирующего дома?

– Побудь тут, дочь моя, – попросил мягким тоном Дэймон. – Никого не впускай. Марааловских прохиндеев так особенно.

– Как прикажете, отец.

– Моё почтение, лорд Хаззак, – поприветствовал я деспота и якобы сделал вид, что хочу встать, но тот по-простецки махнул рукой и присел на единственный в палате стул. – Не вставай.

Не больно-то и хотелось.

– Как себя чувствует герой Западного Бастиона? – поинтересовался совершенный.

Герой? Какой к хренам герой⁈ Да нас вертели и крутили, как хотели и где хотели! Про позы я вообще молчу…

– У вас отменное чувство юмора, лорд, – мрачно отозвался я.

– Разве я смеюсь? – приподнял тот брови.

– Если не шутите, то прекрасно должны понимать, что четверо иерихонцев за всего-навсего несколько минут практически истребили весь бастион. Зваться героем после такого – это как дерьма хлебнуть.

Однако на все мои умозаключения Дэймон улыбнулся чуть шире и полностью сконцентрировал взор на мне.

– Четверо иерихонцев, значит. Вот кем ты их считаешь, – задумчиво пробормотал тот. – А ты в курсе, кем именно они были? В курсе, что такой квартет может армию стереть с лица земли, не говоря уже о городах.

– Догадался в момент, когда старикан пытался сделать из меня отбивную, – фыркнул с издёвкой я.

– Старикан? То-то Азаих так вышел из себя, – весело прыснул деспот. – Никогда не слышал, чтобы правую длань Наказующих так называли. Хотя может и называли, но живых он после такого никого не оставлял. А об остальных, что тебе известно?

Допрос, получается. Что ж, ладно, врать не впервой.

– Маркас из дома Иллион. Нынешний владыка Аделлума, – начал я свой пересчет врагов. – Агдейн из ордена Алое Возмездие, если не ошибаюсь, то этот хмырь нынешний наследник, а четвертый некий судья по имени Норон. Чьего рода-племени он я не знаю…

– … из семьи Фиан, – заключил Хаззак, наблюдая за моей реакцией. – Сильнейший судья Наказующих. Сильнейший и самый исполнительный. Теперь понимаешь, к чему я веду?

– Более чем, – отозвался нехотя я с полным безразличием. – Запомню сегодняшнюю дату и буду праздновать второе рождение, попутно напиваясь до беспамятства.

Стоп. Дата. Погодите-ка… А сколько я вообще провалялся в отключке?

Впрочем, вопросы были излишними. Хаззак всё понял по глазам.

– Чуть больше двух недель. Сегодня двадцать седьмое июля.

Ирззу распутницу мне в жены!

От нахлынувшего бессилия я не нашел ничего лучше, как просто закатить глаза и откинуться на постель.

– Не кори себя так сильно, – раздался спокойный голос деспота. – Целительницы заверяли, что ты проваляешься без сознания минимум полгода.

Полгода? Какого причиндала так долго? Точно сумасшедшие.

– От нас мокрого места не оставили, а от меня тем более, – вдруг слетели с языка полубезумные слова.

На пару секунд возникла гнетущая пауза, а далее раздался тихий смех Дэймона.

– Высоко метишь, парень, – сквозь хохот проговорил воитель. – Не знаю, на что ты рассчитывал, но у вас изначально не было ни единого шанса. Из тысячи защитников выжило меньше сотни. Гордись тем, что остался в живых и гордись тем, что смог их ранить. Понятия не имею, каким чудом ты смог подобное провернуть, но ты молодец.

Еще бы самому знать, как я это сделал. Тогда всё творил на эмоциях и инстинктах, но тот черный туман и алая субстанция имели запредельную мощь.

– Случившееся – это несмываемый позор для Азаиха и Норона. Боюсь, теперь они удвоят сумму за твою голову. Кстати, – вдруг нахмурился Хаззак, – почему правая длань ордена Наказующих хотел забрать тебя живым?

Зараза! Заметил-таки. Ладно, применим ложь на практике.

– Не знаю зачем я ему понадобился, но они что-то говорили о его сыне и некой воспитаннице. Есть огромная вероятность того, что тогда в коллизии они были среди тех иерихонцев. Скажем так… нескольких в тот день я изувечил.

– Азаих расчетлив, но не мелочен, – задумался на миг Дэймон, продолжая бормотать себе под нос. – Странно. Или же он всё-таки он действовал с подачи Аэрии? Ладно, опустим этот момент и перейдем к главному… – на миг возникла театральная пауза, а взгляд Дэймона стал до невероятного цепким. – Та девчонка целительница. Твой трофей. Ты знал, что она из дома Иллион?

– Понятия не имел, – качнул я головой в отрицательном жесте без какого-либо промедления. – Рабскую печать мы поставить не успели, а более она о себе не рассказывала.

На секунду возникла тишина, а затем изо рта воителя вырвался тяжелый протяжный вздох:

– Хитрая бестия всех провела. Хотя Маркас тоже хорош. Никто из глав не подозревал, что у него есть дочь дриада. Вот же старый лис! – хмыкнул заинтриговано Дэймон словно был доволен всей ситуацией. – Однако наша Нефрит Ксанта рвёт и мечет, а вскоре вне себя от ярости будет и Данакт. Служба безопасности упустила такую важную деталь. Через пару дней полетят головы. Помянем недалёких, Ранкар.

Помянем? Погодите-ка… А какого вшивого причиндала он мне об этом рассказывает? Я грёбаный лейтенант! Мелкая сошка. Такая информация не полагается обычному офицеру. Что-то тут нечисто. Может из-за отсутствия руки меня теперь выпрут? Вот было бы счастье. Сдался им тут калека.

– Ладно, – вдруг повысил голос Хаззак, уперев руки в колени. – Перейдем к самому важному. Как ты себя чувствуешь?

Какого хрена тут происходит? Чего ему от меня надо?

– Я не квалифицирован быть лейтенантом Ксанта. Отныне ваш покорный слуга калека.

Для демонстрации пришлось махнуть культей перед глазами, но вместо каких-либо заявления Дэймон взглянул на меня как на последнего идиота.

– Я спрашиваю не о внешних проблемах, а о внутренних. Целители утверждали, что ты никогда не сможешь использовать магию. Магические каналы надорваны из-за ранения и перенасыщения энергией. На восстановление могут уйти годы. Родословную чувствуешь?

Надорваны? Не могу использовать магию? Уйдут годы? Они там рехнулись, что ли? Стоп… Да это же идеальный шанс, чтобы свалить отсюда. Если я смогу прикинуться калекой, то кому я такой буду нужен?

Впрочем, из всех мыслей тотчас выбило дух, когда мои глаза невольно встретились с глазами Хаззака. Зрачки лорда по какой-то причине сияли едва уловимым красным светом.

Холера! Хитрый сукин сын. Эссенцию использует. Плакал мой план. Любые колебания энергии он заметит. Может я и вправду калека. Нужно удостовериться. Хотя сомневаюсь, что моё наследие связано с родословными Альбарры.

Первичное состояние неистовства…

Да вот только шиш там!

Не прошло и пары вдохов, как из-за ослабленного состояния спектр негативных эмоций начал медленно брать сознание под контроль, но иного более и не требовалось, потому Хаззак довольно закряхтел и утвердительно кивнул.

– Хорошо, парень! Попробуй обратиться к своей тьме. Покажи её…

Лишь после слов Дэймона до меня дошла главнейшая истина, а от осознания всей ситуации я невольно сглотнул, ведь в памяти всплыли последние секунды боя с Азаихом и Нороном. Только сейчас я вспомнил, что печати на двух колоннах отныне полностью разрушены.

Во внутренний мир я перемещался с опаской и с такой же опаской приоткрыл глаза, но стоило оглядеться по сторонам, как пришлось выпасть в осадок.

Черная колонна пульсировала потусторонним иссиня-черным густым мраком. Цепи исчезли. Тьма обильно клубилась вокруг столба и медленно скапливалась слой за слоем рядом со своим вместилищем и неспешно распространялась по всему внутреннему миру. Складывалось впечатление, что она являлась главенствующей.

Алый столб цвета запёкшейся крови был также свободен, но энергия рядом с ним бурлила совсем иная. На первый взгляд та чуть жиже и по своей текстуре чем-то действительно напоминала кровь.

Из восемнадцати отныне свободны целых два столба. И честно признаться я даже не предполагал к чему эти метаморфозы могут привести.

Вот только чем дольше я наблюдал за изменениями, тем необъяснимее становилось на душе. Только после тщательного анализа я осознал, что мои так называемые колонны малость напоминают резервы. Как магические, так и физические. Целых восемнадцать неизведанных источников.

Проклятье! Но это ведь невозможно! Невозможно обладать таким количеством силы. Люди могут обладать только двумя. Физическим и магическим. Это максимум.

Однако все мысли отошли на второй план, когда мой взор наткнулся на эфемерный силуэт Руны, которая по-прежнему находилась рядом с главенствующей колонной, но вместо того, чтобы как-то навредить спате, густой мрак заботливо обволакивал её призрачные изгибы.

– Идиот! – выдохнул протяжно я. – Совсем забыл про ядра. Надеюсь, они не разрушились из-за неистовства.

Не осталось ничего больше, как бережно погладить девицу по голове, а культей я мягко провёл по колонне с клубящейся тьмой и наконец, вновь тяжело выдохнул:

– Подожди еще немного, Руна. Осталось совсем чуть-чуть. Скоро всё наладится. Больше я не буду бежать. Не буду сдерживаться. Только вперёд. Ты и я.

Глядя на спящую спату и на внутренний мир, я сам не заметил, как в голове начали витать странные мысли. Помыслы о трусливом побеге отходили на второй план, а на первый выходила жажда стать сильнее. Сильнее, чем когда-либо. Стереть в порошок тех, кто посмел тронуть меня. Истребить выродков, которые посчитали нас лёгкой добычей. Смыть позор и все оскорбления! Вот только всё в этом мире решала сила. Сильный пожирает слабого. А раз так, то отныне стану пожирать и я! ВСЕХ! И КАЖДОГО!

И для всего этого имелся человек, который может предоставить такой шанс.

Хаззак!

В реальный мир я вернулся рывком и протянув вперед руку, продемонстрировал Дэймону иссиня-черный мрак, что объял не только ладонь, но и вспыхнул в глазах.

– Ха-ха-ха! Хорошо! – удовлетворённо кивнул деспот, откидываясь на спинку стула. – Очень хорошо, парень. Ты представить себе не можешь, скольких разумных сейчас разозлил своим восстановлением. Слушай меня внимательно, Ранкар, – наклонившись ближе ко мне, стал говорить воитель. – Запомни! Для всех ты сейчас калека! Не афишируй силу до нужного момента.

– Нужного момента? – не понял я лорда.

– Скоро ты всё поймешь. Собирайся, – поднимаясь на ноги, скомандовал быстро Хаззак и глазами указал на угол палаты, где лежала моя форма. – Для начала необходимо вернуть тебе презентабельный вид.