Текст книги ""Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Вел Павлов

Глава 4
Добро пожаловать в Инферно…

Всё-таки это забавно. Со слов Гашэлая и Алесы чуть более сотни лет назад оттиски были лишь у врожденных деспотов, но через десяток годков пространственные отметины научились наносить обычным разумным. Очень и очень богатым разумным. Для удобства ношения высокоранговых артефактов, оружия и доспехов. Вот только тайны деспотов так никто и не смог раскрыть. Точнее не могли раскрыть тайны рождения того или иного существа с именным оружием. Рождались они крайне редко. Через некоторое время такой феномен просто сочли благословением оберегов, а деспотов просто приписали к касте талантливых воителей.

Тем не менее настоящий потенциал деспотов раскрылся во времена первой войны с демонами. Каково же было удивление общественности, когда все осознали, что до невозможности живучие инфернальные твари и различные чудовища от ударов именных клинков умирают быстро и невероятно легко. Так еще при этом испытывают ни с чем несравнимую агонию. Деспоты заработали славу главных демоноборцев и истребителей чудовищ. Алеса заявила, что примерно так и начинался путь наставника. Во время последней войны он и получил прозвище Изувер и так называемое благословение Ареса и его метку. У Имании же из-за специфики её стихии путь оказался более тернист и загадочен.

Впрочем, имелась самая важная суть во всей этой истории: я никакой не деспот, а всего-навсего лжец. Впрочем, я отчего-то не сомневаюсь, что моя спата в сотни раз лучше именного орудия.

«Именно! – самодовольно отметила спата, подслушав мои мысли. – Не сравнивай меня со всяким мусором».

– Ну так что, старый пердун? – чуть наклонившись к собеседнику, спокойно осведомился я, демонстрируя тому мерцающий клинок. – Будешь говорить или перейдем к той части, где я начинаю снимать с тебя скальп, а сам ты визжишь как резаная свинья?

Инферийца проняло малость ранее и сейчас тот жадно сглатывая не сводил затравленного взора с кромки лезвия, но через секунду тот на удивление Рамаса протяжно выдохнул и исподлобья взглянул на меня.

– Ты умеешь убеждать, – обливаясь холодным потом прокряхтел демон. – Вижу, мы не с того начали. Если ты позволишь, то…

– Не заставляй меня повторять дважды, – криво хмыкнул я. – Снимать путы не подумаю, если ты об этом. Сейчас всё зависит от тебя и твоих ответов.

– Нет, я не об этом, – растеряно буркнул тот, а после кивком указал мне за спину. – Я о них. Слишком много лишних ушей.

Пришлось проследовать за его взором и натолкнуться на две телеги с рабами. Штук двадцать разнообразных невольников с непомерным ошеломлением взирали за мной и моими действиями. Причем делали это в гробовой тишине.

– Я разберусь, – деловито отозвался Рам и подойдя к клеткам весьма быстро высвободил из креплений брезентовый тент, который скрыл любопытных рабов.

– Можешь начинать говорить, – сухо изрёк я, набрасывая на небольшую область полог тишины.

На миг возникла гнетущая тишина и вновь хрипло выдохнув, старик начал вещать:

– Барон Инферно Грамар Хтар. Владелец небольшой рабовладельческой артели. Верный вассал и раб несравненной Марагны Опаляющей. Сейчас вы находитесь в её владениях. В маноре Пылающей Стали. Сама же Марагна – архидемон Пылающей Стали.

Так-так-так. Занятно. Очень занятно. Если не ошибаюсь, в мире демонов всего двенадцать маноров. Причем территории их огромны. Не описать словами насколько огромны. По большому счету архидемоны чем-то схожи с оберегами. Однако в Инферно всё не так, как в Альбарре. Иные традиции и иные устои. Тут отношения между правителями и вассалами более приземлённые, что ли. Да и старый пердун занимает солидное положение. Целый Барон Инферно. Правда надо сказать, что я никогда не слышал о Пылающей Стали.

– Какова сила вашего манора? Какие вы по счёту?

– Сразу видно, что ты не демонопоклонник, – с издёвкой рассмеялся старик, но завидев мелькнувшую спату мгновенно заткнулся. – Если говорить о голой силе, то госпожа Марагна всего-навсего шестая среди двенадцати правителей, но что касательно влияния тут всё иначе.

– Разве это не одно и то же? – вклинился в разговор Рамас.

– Малышу полукровке надобно молчать, когда беседуют старшие, иначе…

– Не раздражай меня, старый пердун, – заметил вяло я. – Терпение моя главная слабость. Говори по существу.

– Госпожа Марагна действительно не так могущественна, как, к примеру, Аббадон, Зархон или же Баал с Нахемой, но её влияние простирается очень и очень далеко. Простирается на все маноры. Ведь она главный ремесленник Инферно. Можно сказать, монополист в этом деле.

А вот это уже что-то. Вероятнее всего, она снабженец. Так-так-так. Хорошо. Нет, это очень хорошо. Я думал, что дислокация будет гораздо хуже. Интересно, почему нас не выбросило вместе с остальными вторженцами?

– На каком мы круге?

– Вам повезло, – спокойно отрапортовал Барон. – Попали на первый.

Мириада сраных бед! Действительно повезло. Не ожидал. Вполне неплохо. Всего в Инферно три круга. Первый, второй и третий. Третий – Геенна Огненная. Самое скверное и дерьмовое место во всём мире демонов. Туда лучше вообще не попадать. Не успеешь обделаться от страха и уже сдохнешь. Второй круг – место расположения легионов и Низших демонов. Первый же место обитания знати.

– А теперь, старый хрыч, я советую ответить необычайно честно. Как свалить из вашей дыры?

На миг вновь возникла пауза, а затем инфериец рассмеялся так, будто услышал наилучшую шутку в своей жизни.

– Деспот, ты действительно считаешь, что мир демонов проходной двор? – чуть не плача от смеха, выдал Грамар. – Захотел пришел и захотел ушел? Вот уже нет! Если ты не забыл, то Вечное Ристалище и Инферно враги. Действующих и постоянных разломов всего несколько. И кровь там льётся постоянно с обеих сторон. Ко всему прочему я тебя огорчу: если не ошибаюсь, то во владениях госпожи Марагны нет ни одного нормально функционирующего пространственного разлома. И это я молчу о том, что ты человек. Путь на Альбарру для тебя закрыт навечно. Люди тут не шастают без присмотра.

Что ж, как я и думал. Мы в полнейшем дерьме. Впрочем, я в любом случае вернусь назад. Вот только для начала необходимо понять каким образом, но кое-какая мыслишка имеется. Да и сидя в кристальном поле я мало чего добьюсь.

– Куда ты направлялся? – спокойно спросил я.

– Домой в Лавалар. К себе в усадьбу, – чуть нахмурившись ответил Барон, а после кивнул на клетки. – Думал продать весь товар и немного развлечься. Я слышал, что госпожа Искрида будет снова набирать на службу преторианцев. После последней стычки с Верховными Баала её ряды поредели.

Стоп-стоп-стоп…

– Что ты сейчас ляпнул, старый пердун? – опомнился тотчас я.

– Домой говорю еду, в Лавалар! Отдохнуть хочу. Точнее хотел, – с некой обидой буркнул Барон, а после тяжело вздохнул. – Да только вас на свою голову встретил.

– Да насрать мне на твой дом и на то, что ты хотел отдохнуть, – повысил я голос, отчего инфериец вздрогнул. – Что за преторианцы? И что за Искрида воющая с Верховными Баала?

– А-а-а-а-а! Так брачные стычки же, – как само собой разумеющееся объяснил старик с каким-то обожанием. – Леди Искрида завидная невеста уже несколько лет как. Она префект и правительница Лавалара. Плюс дочь госпожи Марагны. У неё уйма воздыхателей. Её много кто пытается похитить и присвоить себе.

– Я слышал о таком, – прищурился задумчиво Рамас. – Одна из старых традиций демонов. Среди знати Инферно – это весьма распространенный способ поиска жены или мужа. Сильный получает всё.

Хм… Занятно.

– А преторианцы? – обратился я к Грамару.

– Так телохранители из Высших. Она их почитай раз в месяц набирает.

– А что не так с Верховными Баала? – не унимался я.

Что-то внутри подсказывало, что это может быть очень важно.

– Так это же главные отбросы, – скривился старик. – Пусть даже и не мечтают о леди Искриде.

А вот это уже интересно.

– Постой-ка, старый пердун, – усомнился на миг я и поднявшись с дохлой гиены, подошел к Барону и заглянул тому в глаза. – А какие отношения у манора Пылающей Стали с Аббадоном, Астаротом и Баалом?

Честно признаться я немногого ожидал от такого вопроса, но практически сразу Грамар брезгливо скривился.

– Зачем ты упомянул о главных ублюдках Инферно? Да и какие отношения могут быть с законченными уродами, которые режут не только чужих, но и своих? В том-то и дело, что никаких. Правда, что именно наверху происходит в кругу архидемонов я не знаю, но отношения у этой троицы со всеми весьма натянутые. Однако торговля с их манорами вроде как идёт, но вяленькая.

– На полшестого, значит, – пробормотал я вслух.

А ведь вырисовывается неплохая возможность. Очень неплохая.

– Ты бывал когда-нибудь в городах Инферно? – обратился я к Рамасу.

– Да я и в Инферно ни ногой бы, – с какой-то злобой выпалил. – Ненавижу это место!

– Что ж, тогда я тебя обрадую, – тихо рассмеялся я. – Мы направляемся с тобой в Лавалар.

– Ты часом не сумасшедший? Или совсем меня не слышал, деспот? – раздражено фыркнул Барон. – Читай по губам! ТЫ – ЧЕ-ЛО-ВЕК! Единственные люди, которые обитают в Инферно – это демонопоклонники и рабы. Демонопоклонники слуги Владык или же слуги Верховных с Высшими. Они служат своим хозяевам и имеют метки. Демонопоклонники доказали свою полезность. К тому же на первом круге без этой метки ты ни за что не попадешь в город. К тому же в Лавалар. Это один из пяти великих городов манора.

– Ну а для чего нам ты тогда? Не скажешь? – расплылся я в предвкушающей улыбке. – После твоих слов я начинаю понимать, что нам вшивый старикан без надобности. Как считаешь, Рам?

– Согласен! – холодно выдал тифлинг, а затем без какой-либо жалости еще раз пнул Грамара по рёбрам. – Гони накопительное кольцо, сучий Барон!

Удар Рамаса Хтар пропустил мимо ушей и с какой-то паникой уставился на меня.

– Стоп-стоп-стоп! Способ может у меня и есть, но твоя внешность. Он еще ладно, – кивнул инфериец на Рама. – Он тифлинг. А ты… – впрочем тот на миг осёкся и бросил любопытный взор на моё новое сердце, – … ты вроде как человек.

– Человек, говоришь? – хмыкнул загадочно я. – Ну а так?

Облачение Разорителя…

Черный туман и эссенция моментально слились воедино и материализовали знакомую устрашающую защиту, оставляя в прежнем виде лишь голову. Облачение и до этого не блистало красотой, но после слияния тумана и эссенции всё стало только хуже. Никогда не думал, что она пригодится в подобной ситуации.

– Укуси меня бес за зад! – с нарастающим ошеломлением сглотнул Барон. – Слушай, парень, а ты… ты точно человек? Не демон часом? Больше ты мне напоминаешь инфернального призрака из Геенны.

Одним лишь мысленным посылом лоскуты тьмы развеялась, и обессиленный старикан распластался на земле. Пришлось даже протянуть руку ему.

– А ты… ты не так плох, деспот, – закряхтел Грамар, принимая ладонь, чтобы встать. – Уважаешь старость, не так ли? Ну выбора у меня всё равно нет, а я еще хочу жить. Может и сработаемся.

«Он лжет!» – сходу выдала Альяна.

Конечно, лжёт, малышка, поэтому твой выход. Повтори аналогичный приём, как с той иерихонской сучкой.

Заражение Истреблением…

Руку протянул я не для того, чтобы помочь Барону, а чтобы полоснуть по ладони. Всё случилось в мгновение ока. Через открытую рану внутрь тела инферийца рванула тёмно-фиолетовая энергия Руны, отчего тот вскрикнул и вновь свалился на землю.

– ЗАЧЕМ⁈ ЧТО… ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ СО МНОЙ⁈ – с яростью выкрикнул Хтар, с ужасом глядя на руку. – Я ЖЕ СОГЛАСИЛСЯ ПОМОЧЬ!

– Теперь у тебя выбора и вправду нет. Отныне точно сработаемся, – рассмеялся весело я. – Или ты действительно считал, что мы поверим тебе на слово? Неужели я похож на идиота?

– ЧТО ТЫ СО МНОЙ СДЕЛАЛ⁈ – завопил испуганно работорговец, расширив от страха глаза.

– Ничего, – пожал я плечами, глядя на злорадствующего Рамаса. – Теперь твоя жизнь моя. Вздумаешь предать или же что-то выкинешь, то через пару часов сдохнешь в мучениях! И верни уже моему другу кольцо. Некрасиво брать чужое. Кстати, у тебя большой дом в Лаваларе? Мне кажется, сегодня у тебя будут гости.

– Ты… ты… ты… – угрожающе зашипел старикан, но завидев моё невозмутимое лицо резко заткнулся и с какой-то обидой спросил. – Деньги-то у вас есть? Золото там или еще что-нибудь?

– Я слышал, что у вас такое в чести, это правда? – спокойно вопросил я, а после выудил на свет с десяток огненно-красных бусин, что достались мне в наследство от Августа.

От увиденного глаза демона расширились, рот раскрылся, а сердцебиение разом участилось.

– Ты… ты вообще, кто такой? – сбивчиво прошептал Барон, с жадностью глядя на бусины, что были размером с ноготь большого пальца. – Откуда… откуда у тебя огонь Инферно?

Даже Рамас слегка приподнял брови и с каким-то недоумением посмотрел вначале на меня, а после вновь на самую драгоценную валюту мира демонов.

Да, в Инферно это было не только средство оплаты, но и средство стать сильнее, но и лишь до определенного момента и уровня.

– Я… я помогу вам! – выдохнул решительно старик, не сводя глаз с бусин. – Проведу в Лавалар. Как… как твоё имя, деспот? Как… я могу к вам обращаться? Или же мне…

– Забудь о том, что слышал наши имена ранее. Его кличут Самар, – указал я на Рамаса, который понятливо кивнул и хитро улыбнулся. – А меня… меня зови Ваерс, – представился я своим первым лживым именем, которое принесло Аделлуму и Западному Форпосту огромное количество бед. – Уяснил?

– Самар и Ваерс, – понятливо закивал старикан. – Да. Понимаю, – на миг тот замешкался и вновь скосил взор на бусины. – А может вы…

– Просто не глупи, старый пердун. Если всё будет в порядке, то оставишь при себе не только жизнь, но и заметно разбогатеешь.

– Так каков ваш план? – деловито осведомился Барон, растирая ладонь.

– Ну ты же сам хотел развлечься, – хмыкнул загадочно я. – Вот и будешь развлекаться. А мы в свою очередь посмотрим, чего стоят преторианцы Искриды.

– Ты… ты хочешь стать телохранителем префекта⁈ Совсем обезумел⁈ Тебя раскроют, а меня убьют!

– Обязательно, раскроют, – ухмыльнулся довольно я. – Но разве беглому врожденному деспоту нельзя примкнуть к инферийцам? Сдаётся мне, – предвкушающе осклабился я, – что такой телохранитель во время брачных стычек с другими Верховными ой как сгодится. Тебе так не кажется, Грамар? Или у Искриды на службе чересчур много предателей-деспотов, которые мастерски могут убивать назойливых демонов? Сомневаюсь…

– Да ты… ты… – стал запинаться от возмущения Барон, но, когда до него, наконец-то дошла суть сказанного, тот шокировано вытаращил глаза и почесав подбородок, расплылся в зловещей усмешке, а его глаза сместились на воронку. – А ты точно человек, парень?

Хороший вопрос, старый пердун. Очень хороший. Ведь после сегодняшнего дня я и сам не знаю точного ответа…

* * *

Северный пантеон.

Место, скрытое от чужих глаз.

Место, где вершится судьба Севера.

Место сбора верховных правителей Севера.

На совете присутствовали все главы, как основные, так и побочные. Обсуждения выдались тяжелыми. Очень тяжелыми и чересчур долгими, ведь затянулись они на долгие часы. Фейлану хватило нескольких минут, чтобы осознать один неоспоримый факт: дела являлись редкостной дрянью. Наблюдая и вслушиваясь в нарастающие склоки, он понимал, что всё становилось только хуже. Правители не могли придти к общему пониманию. Они и ранее устраивали ссоры по пустякам, но сегодня всё вышло за грань, потому как было задето слишком много больных тем.

Вот только в какой-то миг споры резко затихли, когда прямо посреди сумрачного пространства образовалась вспышка, а через секунду из вспышки вышагнул призрачный силуэт королевы валькирий. Без какого-либо приветствия та прошествовала в самый центр под взглядами голубокровных и оглядевшись медленно по сторонам, остановила свой взор на главе верховного клана Ванахейм.

– Лиэна, позволишь?

– Как будет угодно, Арнлейв, – учтиво кивнула вана.

На миг вновь возникла пауза и на удивление благородных небесная воительница прикрыла веки и заговорила отчужденным тоном, обращаясь ко всем сразу:

– Мне плевать на ваши склоки. Плевать на споры. Мне не нужно знать, что вы сейчас обсуждали, это написано на ваших лицах. Из всего трёпа я вычленю главное: демоны нанесли нам ужасающее поражение. Погибло два эйнхерия и одна валькирия. Еще одна моя сестра пропала без вести. Было убито несколько тысяч разумных. Вина лежит не только на Ванахейме, она заключена во всех нас. Главная же суть беды кроется в предателях демонопоклонниках. И вам и мне известно, что предатель находится в рядах голубокровных. Я даю вам месяц, чтобы отыскать инфернальных прихвостней и доложить обо всём мне. Если за месяц вы не справитесь, то за дело возьмутся служители. Мы знаем где искать. Такой жест лишь дань… уважения.

– Не слишком ли много берут на себя валькирии? – раздался холодный женский голос главы Хельхейма. – В Альвхейме и Ванахейме вы можете командовать сколько угодно, но не смейте помыкать другими кланами. Причем сейчас я говорю не об этом ультиматуме, а о…

– Аххесе, да, я тебя прекрасно поняла, – бесстрастно заключила валькирия, а затем сделав несколько шагов навстречу, поравнялась с главой. – Так вот слушай сюда, Шариса. Если хочешь услышать правда, то я её скажу. Скажу вам всем! – повысила светлая альва голос. – Ваши отпрыски… никчемны! Настолько никчемны, что мне стыдно за вас. Я верила, что дети голубокровных стоят гораздо больше, чем какой-то приглашенный аххес, но я никогда не ошибалась так сильно. Твой сын, Шариса, слабак и тряпка! Он проиграл и умер только по одной причине: потому что оказался слаб! Нравится тебе это или нет, мне всё равно. То же самое касается Нифльхейма и Муспельхейма. Вероятнее всего, вы вините во всем валькирий и воспитанника Изувера, но пока он честно сражался на арене, кто-то из вашей братии помогал демонам прорваться в Ванахейм. Однако можете теперь спать спокойно – аххес мёртв, а ваши драгоценные дети отомщены. Но не забывайте, что он сражался на Севере и за Север! И отдал свою жизнь сражаясь с вторженцами.

– Что решили служители касательно отбора? – раздался голос главы клана Йотунхейм, после затянувшейся паузы.

– Элейна и Вестар, – сухо декларировала женщина, а затем посмотрела на ледяного духа. – Ты доволен, Криаст, своим сыном?

– Не очень, – холодно произнес глава клана Нифльхейм. – Воспитанник Изувера зашел слишком далеко. Он оскорбил всех нас! Считай, что ему повезло, Арнлейв. Если бы не демоны, то с ним бы разобрался… кто-нибудь другой.

– Ну раз ты так уверено об этом говоришь, то может именно ты и отправишься в Андар к Данакту с Изувером и просветишь их насчёт гибели Ранкара Хаззака? Или ты не понимаешь, чем нам грозит смерть Неукротимого?

– Понимаю, – угрюмо добавил Криаст. – Но ни в какой Аххес я не отправлюсь.

– Что такое⁈ – повысила голос королева валькирий с едкой насмешкой. – Неужели нет желающих⁈ Вы же так неистово желали смерти аххесу! А когда он умер, никто не желает нести ответственность. Вы точно голубокровные? Или же…

Но внезапно женщина осеклась и с толикой изумления взглянула на Пешую Молнию, который неторопливо поднялся на ноги.

– Я пойду. Я отправлюсь вместе с Кайсой Ксант и падшим серафимом в Мергару. Ванахейм возьмёт ответственность за смерть Ранкара Хаззака.

– Ну да, – выдохнула загадочно Знающая Альвхейма. – Кто бы сомневался, что вызовешься именно ты, Фейлан… Коли так, то прощайте! Я сказала всё, что хотела. Время пошло!

Небесная воительница исчезла первой, через секунду череда вспышек ознаменовала об окончании совета, и в зале к этому времени присутствовали лишь трое. Однако, когда после вспышки в пространстве остались всего двое, над сводами, разнесся раздраженный голос главы клана Ванахейм.

– Ты что творишь, Фейлан? Зачем нам лишние проблемы? Ты действительно собираешься нести ответственность за вшивого аххеса⁈ Действительно считаешь, что Данакт выступит против Севера из-за одного сопляка? Да ты же…

– Не перегибай палку, сестра, – ледяным тоном произнес Пешая Молния, перебивая Лиэну. – Глава основной ветви ты, но я тебе не слуга! Помни наш уговор! А что касательно Ранкара, то я не слеп и не глух. Я умею видеть и слушать! Так что благодари Фрею, что ты не лишилась дочери, ведь вшивый аххес и сопляк сохранил ей жизнь…

Глава 5
Разруха и горечь потерь…

Аххеский пантеон.

Мергара. Твердыня доминирующего дома Хаззак.

Две декады спустя…

Жуткая боль, тьма и забвение. Вся началось именно с них. Валькирии оказалась знакома такая медленная пытка. Однажды она испытывала нечто подобное, когда находилась на пороге смерти после битвы с некродраконами. Вот только сейчас ситуация неизвестным образом отличалась. По крайней мере тем, что в спину упирались не холодные и грубые камни, а теплая и мягкая постель.

Тьма очень долго преследовала девушку. Она как безбрежный океан пыталась захлестнуть, но по какой-то причине зачастую отступала прочь. В такие моменты Фьётре мерещилось, что кто-то ей помогает. Однако, как бы та ни старалась никоем образом не удавалось вспомнить хоть что-то. Последнее, что удалось вспомнить это яростный мужской крик, который казался смутно знакомым.

Валькирия не знала сколько времени прошло, но в какой-то момент боль отступила, далее начала отступать огрызающаяся тьма, а под конец забвение разомкнуло тиски беспамятства и все недоступные ранее воспоминания хлынули обратно.

И видят Небеса, на долю секунды небесная воительница возжелала вновь обратиться к забвению, потому как картины прошлого ужасающей лавиной попытались разрушить хрупкое душевное равновесие.

Она вспомнила вторжение. Вспомнила сражение с Верховными. Вспомнила своё поражение…

И вспомнила того, кому принадлежал тот самый свирепый рёв. Рев, наполненный болью, гневом и отчаянием. Будто потворствуя ему, девушка тоже закричала, но изо рта вырвались лишь нечленораздельные хриплые стоны.

– НЕ… Е… ЕТ!

Валькирия сама того не осознавая, резко приняла сидячее положение, отчего тело вновь скрутил спазм удушающей боли. Перед глазами всё плыло, но очертания помещения, в котором она очутилась были абсолютно незнакомы.

– Еще раз так дёрнешься и мне будет проще самой тебя добить. Будь благодарна за спасение. Я дважды только чудом заводила твоё остановившееся сердце, – донёсся откуда-то слева женский ледяной тон. – Впрочем, ты и без того сейчас близка к своей смерти. Очень близка…

Фьётра предполагала увидеть подле себя Орхелию – валькирию исцеляющего жезла, но тембр голоса принадлежал не сестре, а когда сквозь мутную пелену реальности валькирии всё-таки удалось узнать свою спасительницу, то на миг ей и вправду захотелось умереть окончательно. Ведь эту женщину она желала бы видеть в своей жизни самой последней.

– Нес… смертная? – хрипло прошептала девушка, глядя на Знающую дома Хаззак, что стояла у окна к ней спиной.

– Собственной персоной, – всё тем же ледяным тоном, издевательски фыркнула Имания.

– Что… что происходит? – растеряно пробормотала Фьётра. – Где я… сейчас…

Однако стоило лицезреть незнакомые пейзажи за окном, как глаза тотчас расширись от ошеломления, и она оборвалась на полуслове, но будто наслаждаясь моментом превосходства, яда и желчи в голосе у Несмертной стало в сотни раз больше.

– Да, ты в Мергаре. В твердыне доминирующего дома Хаззак. Впрочем, пугать тебя должно сейчас отнюдь не это. Ты должна бояться того, что дочь Фреи сейчас находится в руках отмеченной Темидой. Думаю, ты в курсе, в каких отношениях состоят два этих оберега.

– Моя… госпожа… враждует с твоей… Что… что случилось? Как… я тут очутилась? – с нарастающей паникой стала шептать девушка, предчувствуя неладное. – Чем… закончилось… вторжение демонов? – но на этом валькирия резко осеклась и потерянным взором оглянулась по сторонам, а сердце её внезапно пробило такт и учащенно забилось. – И где… где Ранкар?

Однако стоило целительнице услышать последнее слово, как хрупкое тело магини Жизни разлом напряглось и та будто ужаленная резко обернулась к небесной воительнице.

– Закрой. Свой. Поганый. Рот! – прошипела разъярённо женщина, чеканя каждое слово. – Мне нет дела до вашего никчемного Севера! Мне нет дела до вторжения демонов в Ванфею! Однако не смей… Слышишь⁈ Не смей произносить это имя своим грязным ртом! Ты представить себе не можешь с каким отвращением я бралась за твоё исцеление! Видит Темида, я всем сердцем хотела порезать тебя на куски и отправить по частям к твоей ненаглядной Фрее и сучке Арнлейв, но лишь чудом я останавливала себя от такого опрометчивого шага! Чудом, понимаешь⁈ – шипела злобно Имания, пока руки её неистово дрожали. – Ведь я осознавала, что такая смерть будет слишком проста для тебя! Ты не сможешь прочувствовать всю мою боль! Не сможешь ощутить на себе весь спектр моего гнева и ярости. Однако такой гнев и такая ярость меркнут перед последним желанием моего племянника! Ты жива только благодаря ему! Я исполню его последнюю волю, но при этом обращу твою жизнь в бесконечную пытку!

Слова Знающей дома Хаззак прогремели как гром среди ясного неба. Фьётра догадывалась, что случилось нечто непоправимое. Произошло что-то страшное, но всё это меркло и бледнело перед реальностью. Сердце валькирии громовых клинков с пронзительным и оглушительным треском разлетелось на миллион кусков. Качая неверяще головой, девушка дрожащими пальцами вцепилась в волосы и словно умалишенная тихо подвывала, а тело било мелкой дрожью.

– Нет, нет… нет… Не может такого быть… Он не мог… Он же обещал… – горько сглатывая едва слышно шептала Фьётра. – Не может… Это неправда… Лучше бы я… Лучше бы я… Но только не он…

В мгновение ока от гордой небесной воительницы не осталось и следа. Сейчас перед собой Несмертная видела до ужаса напуганную и смертельно бледную сломленную девчонку.

– Выйди!

– Госпожа Имания, – вдруг раздался тихий голос Натана, который всё это время находился в комнате, и которого Фьётра даже не смогла почувствовать. – Я молю вас только…

– ВЫЙДИ, Я СКАЗАЛА! – рявкнула раздраженно Знающая. – ИЛИ ТЕБЕ ЖИТЬ НАДОЕЛО⁈

Небесную воительницу продолжало трясти со страшной силой, но стоило Глиану покинуть покои, как Несмертная грубо дёрнула валькирию за подбородок и с яростью заглянула ей в глаза.

– Следующий вопрос решит твою будущую жизнь, поэтому слушай меня внимательно, дрянь. Почему мой племянник спас тебя и Натана⁈ Почему он не переместился с тобой⁈ ПОЧЕМУ ОН ЗАЩИЩАЛ ТЕБЯ, А НЕ СЕБЯ⁈

– Лучше добей меня, Несмертная, – просипела едва слышно воительница с напрочь пустыми глазами. – Моя жизнь… теперь ничего не стоит…

– Закрой свой рот, идиотка! – выкрикнула недовольно Имания. – Твоя жалкая жизнь отныне тебе не принадлежит! Ты не забыла, что она отныне собственность моего племянника⁈

Фьётра сама не поняла каким образом, но слова целительницы повергли душу в еще больший хаос.

– Что ж, если ты не понимаешь по-хорошему, то спрошу по-плохому… КОГДА И С КЕМ⁈

– О чем ты говоришь? Что когда и с кем? – потерянным тоном и заторможенно пробормотала валькирия.

– КОГДА И С КЕМ ТЫ ПЕРЕСПАЛА⁈ – прорычала негодующе магиня жизни. – ПРИЗНАВАЙСЯ! ЖИВО!

– Откуда ты… – столь вопиющий и ошеломляющий вопрос не только малость отрезвил, но и заглушил сердечную пытку.

Но ответа более и не требовалось, Имания успела всё увидеть в глазах у небесной воительницы.

– Вот как получается, – с какой-то грустью обронила Знающая, обессиленно падая в соседнее кресло. – Вот почему он так поступил. Глупый мальчишка! – горько сглотнула женщина с печальной. – Нашел кого охомутать. Валькирию! Послали же Небеса невестку. В коллизии, да? – грубо кинула она Фьётре.

Несколько долгих мгновений на лице у служительницы читалась душевная борьба, но затем та опустила бледное лицо вниз и слабо кивнула.

– Да. В коллизии. Как… как ты узнала?

– Ты за дуру меня держишь, вертихвостка без целомудрия⁈ Отдаёшь свой первый раз мужику и вылетаешь пробкой из небесных воительниц! Таков ваш негласный закон. На первом месте у вас только служение! Какую-нибудь дворовую знахарку или вашу неумеху валькирию исцеляющего жезла ты может быть и обманула бы своими печатями, но неужели ты считаешь, что сможешь одурачить мои целительские способности? А если уж я смогла разглядеть подобное, то уж твоя Фрея-то подавно!

От услышанного и без того раздробленное сердце Фьётры наполнилось еще большей болью и отчаянием.

– Ты… ты уверена? – растеряно спросила девушка.

– Несомненно! – отрезала холодно целительница, поднимаясь на ноги. – Впрочем, можешь не переживать на этот счёт. Как и сказала ранее, твоя жизнь тебе не принадлежит. Да и Кетар, сукин сын, действовал наверняка, – насмешливо добавила женщина, со злорадством глядя на слугу оберега. – Знал, что вы живучие вертихвостки. Ударил по самому больному.

– О чем ты…

Однако, ответ явился сам собой. И без того расшатанная психика дала тотальную трещину, когда Фьётра попыталась обратиться к магическому и духовному источникам, но вместо знакомого тепла смогла ощутить лишь жуткий холод. Ни магии, ни эссенции. Совсем ничего. Лишь пустота. Огонь Верховного выжег оба её источника до основания.

– Я смогла спасти только твою жизнь. Отныне ты не валькирия, а просто-напросто слабая никчемная девка. Оба твоих резерва разрушены. Я поклялась сама себе, что если с моим племянником что-то случится, то твоя жизнь будет хуже смерти. Что ж… судьба сама всё расставила по своим местам. Похоже, у того падшего серафима появилась подруга по несчастью. Вам будет о чем побеседовать, – ядовито прошипела Имания, неспешно удаляясь из покоев. – Впрочем, ты можешь приползти к своей хозяйке и уповать на её милость, но будет ли она слушать тебя? – на миг женщина остановилась и посмотрела на бледную тень, коей стала гордая небесная воительница. – Ну а если посмеешь наложить на себя руки, то таким жестом опорочишь все труды и память о Ранкаре. Он отдал свою жизнь, чтобы спасти тебя. Привыкай к новым реалиям. С этих самых пор ты моя личная служанка, поэтому будь готова к делегации из Ванахейма. Через декаду сюда прибудет Кайса Ксант и Пешая Молния. Однако, как бы ни повернулись обстоятельства до конца своих дней я не прощу ни тебя, ни Север за гибель моего племянника. Рано или поздно, но вы заплатите за его смерть кровью…

* * *

Аххеский пантеон.

Равайн. Твердыня доминирующего дома Аванон.

Цветущие сады Равайна.

Новости о вторжении демонов в Ванфею распространялись будто лесной пожар. Минута за минутой. Час за часом. День за днём. Через две с половиной декады уже вся Альбарра в мельчайших подробностях знала о том, что архидемоны нанесли Северу сокрушительное поражение. Несколько десятков тысяч погибших северян. Еще больше раненых. Три убитых служителя. Один пропал без вести. И еще пара тяжело раненных. Подобного позора Север не испытывал очень и очень давно. Противники злорадствовали и упивались провалом, ну а союзники соболезновали и скорбели.