Текст книги ""Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Вел Павлов

Аванон двигался со страшной скоростью. Охрана попросту ничего не смогла противопоставить сыну сильнейшего полубога Аххеса.

Интересно, если Хаймон отпрыск нимфы гор, а такие существа тут почитаются как младшие божества, то является ли Илай сам полубогом? Вдруг частично? Надо бы спросить.

Схватка у Аванона заняла не больше десяти секунд, а я, в это время перемахнув через стол, грубо прижал к стене помрачневшего Вальтера. На удивление, управляющий абсолютно меня не испугался.

– Старик, ты оглох, что ли? – угрожающе прошипел я тому в лицо. – Сказал же, мы никому не желаем зла. Мы…

Вот только случившееся продолжило набирать обороты. Постояльцы, чей стол оказался повержен жутко обиделись и через несколько секунд троица из них уже возвышалась над беззаботным Илаем. Аванон в свою очередь не обращал на них никакого внимания и вообще стоял к недовольным спиной.

– Либо вы сейчас исчезаете отсюда, – громко рявкнул обиженный гость. – Либо платите за доставленные неудобства, и мы всей компанией всё равно вышвыриваем вас прочь. Понятия не имею, что случилось, но я не желаю вмешиваться в чужие разборки и не желаю знать, кто вы…

Казни сущее, Ярвир! Какой воспитанный аристократ. Удивительно!

На секунду я даже опешил и с интересом посмотрел на недовольного шатена, что стоял в метре от Аванона. Из-за прозвучавшего голоса взгляд Илая внезапно нахмурился и практически моментально он обратил в мою сторону вопрошающий взор, а затем после кратких раздумий, я утвердительно кивнул.

– Ты не знаешь, кто мы, зато я знаю, кто ты, – с улыбкой в голосе отозвался голубокровный и неторопливо обернувшись к благородному и приподняв чуть капюшон, тот добавил чуть тише: – Если не желаешь проблем, то сядь на место, Алмар из доминирующего дома Старх, и не смей вмешиваться в наши дела. Если вздумаешь хоть кому-нибудь растрепать о том, что видел меня тут, жди беды. Уяснил?

Стоило шатену завидеть лицо Илая, как его глаза испуганно расширились, а сам он заметно побледнел. На секунду померещилось, что он вот-вот склонится перед Аваноном в глубоком поклоне, но отпрыск Хаймона лишь отрицательно покачал головой.

– Не надо, Алмар. Не делай хуже себе.

Аристократ с шокированным видом еще пару секунд взирал на Аванона, далее взглянул на стонущую охрану, под конец обратил взор на меня и на ничего не понимающего управляющего, а затем стремительно отступил прямо в гущу вельмож за собственной спиной.

Ситуация норовила вылиться в еще больший бедлам, и я уже был готов раскрыть себя раньше времени, но помощь пришла откуда не ждали. Слух внезапно уловил знакомый мужской голос. Причем судя по тону, его владелец ужасно спешил, потому как запыхался.

Наконец-то…

– Уйдите с дороги все! – рявкнул раздраженно Август. – Пропустите! Я сказал прочь!

Из гущи столпившихся аристократов к приёмной стойке вдруг вывалился страшно взъерошенный юный лорд Келемвора и оглянувшись по сторонам, уставился вначале на меня, а после с еще большим удивлением на Аванона.

– Здорово! – весело отозвался Илай.

– Юный лорд? – потрясенно выпалил управляющий.

– Здравствуй, Эйсон, – спокойно произнес я, выпуская тело старика из хватки.

– Вальтер! – рыкнул негодующе Август, испепеляя глазами удивленного управленца. – Ты что тут устроил⁈

– Юный лорд, они требовали вас! Не представились! Не объяснили причин! – скороговоркой стал оправдываться старик. – Я посчитал, что они хотят вам навредить.

– Как понимаю, ты не предупредил, что к тебе явятся «друзья»? – с толикой укора добавил я. – Сам не верю, что говорю это, но твои люди поступили правильно. Не стоит их наказывать. Всем бы столько бдительности и осторожности. Прости за вторжение и разрушенную мебель, Вальтер, – сухо повинился я, кладя несколько рубиновых аур на стойку. – Эйсон здесь, поэтому мы покидаем постоялый двор.

– Понимаешь, Ран…

Однако я приложил палец к губам, и покачал отрицательно головой, отчего Август замер, а затем маякнув Аванону, указал всем на дверь. На улице царили сумерки, а ночь медленно завладевала остатком дня. Остановился я лишь тогда, когда оказался через дорогу от Рубинового Грифона.

– Ранкар, прости, – вдруг повинился жалобно ученик Аннака. – После нашей с тобой беседы я… я так переволновался, что забыл предупредить Вальтера и…

– Всё в порядке, – спокойно отозвался я, пытаясь унять расшалившиеся эмоции из-за случившегося и набрасывая на всех нас полог тишины. – Главное, что ты прибыл вовремя. Готов отправляться? Уверен, что укажешь нам путь?

– Уверен, – твердо проговорил двухстихийник. – Свои земли я знаю, как никто другой. Даже те, что считаются запретными. Правда, из-за сезона охоты маршрут будет малость труднее ведь тракт проходит частично через Фронтир. К тому же сами Запретные территории дома находятся на границе с Внешними землями. Плюс количество охотников и егерей выросло втрое. Но я уверен, что отыщу путь.

Но затем вся его уверенность начала испаряться, когда тот посмотрел на беззаботного Аванона, что потирал с умным видом кулаки.

– Моё вам почтение, юный…

– Да ладно тебе, Эйсон. Друзья Ранкара мои друзья, – отмахнулся с радостной улыбкой голубокровный. – Можешь звать меня просто Илай.

– А вы… вы тоже отправляетесь с нами? – нервно вопросил Август.

– Разумеется, – кивнул решительно Аванон. – Ни за что не пропущу то, как будут избавляться от Бедствия Ксанта.

– Эйсон, есть какие-нибудь новости от отца? – чуть тише осведомился я, переходя к сути нашей авантюры. – Что с разломом?

– Отец говорит, что два дня назад он остался таким же неактивным, – быстро отчитался Август. – А я еще он хотел всеми силами отговорить меня от поездки в лагерь.

Вот как. Значит, вокруг разлома уже основали лагерь. Впрочем, такое не мудрено. Подготовка основательная. Никто не желает, чтобы подобна тварь, как Август вырвалась наружу.

– Ты готов отправляться?

– Разумеется, – выдохнул со слабой улыбкой Эйсон. – До границы дома доберемся на буревестнике, а дальше только пешим ходом. Фронтир всё-таки.

Надо же, а ведь в прошлый раз я даже не помышлял, что оказался во Фронтире. Неужели Фьётра сумела оттащить мою задницу к самой границе? Удивительно!

– Значит, отправляемся? – деловито осведомился Илай, предвкушающе потирая руки.

– Эйсон… – приподнял я слегка бровь и сделал шаг в сторону, тем самым освобождая ему дорогу. – Только после тебя.

– За мной! – скромно улыбнулся Август, быстро шагая вперед. – Держим путь на Внешние земли.

По одному взгляду становилось понятно, что двухстихийник нервничал. Страшно нервничал. Вот только не менее взволнованным выглядел и Аванон. Правда, более чем уверен, что его волнение лежит совершенно в иной плоскости.

– Илай, если не секрет, то скажи на милость, каким образом ты уговорил отца отпустить тебя? – тихо вопросил я, следуя за Августом.

– Так я никого и не уговаривал. Он бы всё равно не отпустил меня, – пожал плечами голубокровный, а после расплылся в коварной усмешке. – Я свалил без разрешения.

Мириада сраных бед! Какого хе…

Глава 12
Под покровом ночи…

Фронтир. Внешние земли.

18 марта 4057 года он начала Великой Миграции.

Восточный приграничный аванпост доминирующего дома Август.

Два дня спустя…

Если охотники желали вернуться назад живыми из Внешних земель, то им требовалось придерживаться трёх основополагающих правил.

Первое и главное правило заключалось в команде. Одиночки во Фронтире долго не живут, доказано многолетним опытом. Исключения, само собой, имеются, но существа столь крупного калибра могут в любом месте чувствовать себя вполне вольготно.

Второй и дополнительный закон гласил о подготовке и экипировке. Чем лучше у тебя снаряжение, тем больше шансов у твоей группы уцелеть. Так что охота, приграничный контроль и наемничество являлись весьма дорогостоящим и опасными промыслами. Смертность среди любителей такого ремесла находилась на заоблачном уровне. Разумеется, стражи границ состояли на довольствии у своего дома, а остальным приходилось изворачиваться самим, потому как работали они в основном на частные фракции.

Проблемы с первым и вторым вариантом у нас, слава Ярвиру, отсутствовали, но имелось третье и заключительное правило – транспорт.

Внешние земли велики, враждебны и необычайно агрессивны. Фронтир в некоторой степени казался абсолютно иным миром, отделенным от Альбарры не только пограничными домами, такими как Августы, но и своеобразным неосязаемым барьером из дикой магии. Эту «стену», невозможно увидеть или потрогать, но когда ты оказываешься в нужном месте, ты просто ощущаешь её давление. Можно сказать, что Внешние и Средние обетованные земли, всегда вели между собой скрытую войну. Местами Фронтир проигрывал и на отвоёванных территориях селились разные народы из различных фракций. Местами Фронтир выигрывал и вновь возвращал под своё дикое и природное влияние ранее потерянную местность. Именно такой местностью ныне является бывшая твердыня доминирующего дома Август. Из-за магических выходок Лиярта Внешние земли в большей степени вернули себе власть над запретной территорией, но борьба между Вечным Ристалищем и Фронтиром продолжается и по сей день.

Так вот чтобы путешествовать по враждебным районам и зонам всегда требуется транспорт. Одними ногами в столь непредсказуемой местности сыт не будешь. Как раз тут и возникает проблема. Буревестники и различные рукотворные артефакты из-за дикой и необузданной магии сбоят там со страшной силой и выходят из строя. Пространство во Фронтире так же изменчиво, как и продажная дриада похоти. По этой причине там необходимо полагаться на собственные способности и восприятие, но важную роль в передвижении играют ездовые чудовища.

Я видел карту Вечного Ристалища и ранее мне казалось, что наибольшее количество земель находятся в распоряжении дома Сариан и дома Мараал, но здесь я ошибся. Самая большая местность всегда принадлежала приграничным домам. По понятным причинам такое было как хорошо, так и плохо. Почти двое суток наш буревестник по проложенным трактам без остановки держал путь в Восточный аванпост, а когда мы очутились в нужном месте, то пришлось выпадать в осадок.

На территории того или иного дома всегда располагалось несколько больших мегаполисов, но самыми огромными всегда являлись твердыни и восточный аванпост лишь наполовину уступал таким поселениям. Имелся момент, в котором Илай оказался не прав. Сезон охоты являлся опасным развлечением лишь для праздных дворян и зажравшейся золотой молодежи, но для остальных подобное было работой, семейным промыслом и шансом «выбиться в люди». Такие аванпосты являлись лицом столь опасного и смертельного ремесла.

Стоило попасть в форпост, как моментально каждый из нас ощутил на себе то самое близкое присутствие дикой и необузданной магии. Как-никак город находился на границе с Фронтиром. Практически сразу пришлось принимать укрепляющие эликсиры. Не сказать, что столь неприветливый магический фон являлся проблемой, но судя по доводам Эйсона через пару суток голова будет попросту раскалываться из-за спазмов накатывающей боли.

– Дай угадаю, нечто подобное ты ощущал, будучи смертником находясь в коллизии, да? – вполне серьёзно осведомился Аванон, оглядываясь по сторонам и присматриваясь к окружающим.

Из-за своего снаряжения мы мало чем отличались от большинства местных. Однако прибытие буревестника в своеобразный терминал давало о себе знать. По крайней мере наше обмундирование являлось абсолютно новым.

– В коллизии всё намного хуже. Жизнь любого смертника там очень и очень коротка, – спокойно отозвался я, прислушиваясь к шуму и гаму аванпоста, а после обратился к Августу. – Эйсон, веди. Не будем терять время.

– Но-но-но! Мы же договорились! Никаких имен! – с явным возмущением повысил голос Аванон, а затем указал на меня, потом на себя и в заключении на Эйсона. – Сумрак. Баламут. Дубль. Пока мы тут находимся называй нас только так и никак иначе.

Из-за прозвучавших слов глаза закатились против воли, и я тяжело выдохнул.

Казни Сущее, Ярвир! Ну да! Как я мог забыть…

Суть Эйсона я смог раскрыть еще при первой нашей встрече. Парень был умен, общителен, но заметно зажат. Двухстихийник хоть и являлся сильным одарённым, но его характер требовал основательной шлифовки. Становилось понятно, что он желал показать себя, но отчего-то опасался так поступать. Причин такого поведения я не знал, но думаю, что на подобное мог повлиять его наставник. Большего эксцентрика чем Аннак я еще не видел.

Однако Глядя на Илая, я до сих пор не мог до конца понять какова истинная натура данного голубокровного. На вид он казался редкостным разгильдяем и повесой, который сбежал из дому. Вот только порой в глубине его глаз мелькали странные проблески не дюжего ума и изощрённой хитрости, а вкупе с его собственной силой он в любой момент мог обратиться в могущественную личность, которая ни в чем не уступает своему старшему брату Салазару. Лишь при близком знакомстве с этими двоими я начал понимать, что Альбарра не просто жестокий и безжалостный мир, но еще и необычайно таинственный.

– Хорошо, – выдохнул согласно я, слегка прикрывая веки. – Ваша взяла… Сумрак, Баламут и Дубль.

– То-то же! – расплылся в радостной усмешке Аванон, потирая довольно нос и ободряюще хлопая смущенного Августа по плечу.

– Всё? Мы можем идти? – нерешительно осведомился Эйсон, а после взглянул на сгущающиеся сумерки. – Нужно успеть пока рынок и врата в аванпост не закрылись. С началом сезона охоты объявляют комендантский час.

– Веди, Дубль, – кивнул быстро я. – Лучше поторопиться…

* * *

Восточный приграничный аванпост доминирующего дома Август.

Торговый квартал.

Час спустя…

Ранее я думал, что лучшими в приручении диких чудовищ являлись иерихонцы. Как-никак именно они славились своим знаменитым чутьем, потому как огромное количество зверородных племен проживало именно в Иерихоне и на Востоке. Однако я оказался кое в чем не прав. Своих умельцев приручителей хватало и на Аххесе. Правда, что там, что здесь всё скатывалось в добычу денег и работорговлю. Хоть и своеобразную.

– Лучшие ездовые твари для уважаемых наёмников, – шипящим голосом похвастался главный приручитель по имени Шишан, сопровождая нас вдоль рядов из нескольких клеток. – На любой вкус, цвет и вид.

По всей видимости, глаз у терата с чертами неизвестного пресмыкающегося был наметан, потому как стоило нашей группе появиться у входа в квартал, как тот разогнал рядовых укротителей и поспешил самолично нам помочь.

Разнообразные тигры, волки, пантеры, гепарды, каракалы, смилодоны, драккары, рапторы, гиппогрифы. Как ни крути, но Шишан оказался прав. Чудовищ тут имелось в избытке. И один казался свирепее другого, ведь обычных ездовых животных во Внешних землях не существовало. Их попросту пожирали более сильные монстры. Именно такие, какие и были тут представлены.

– Каким будет ваш выбор, господа? – осведомился елейно торгаш.

– Возьму раптора, – деловито отозвался Аванон, указывая на соседний ряд, где на полу клетки, разлёгся устрашающего вида ездовой велоцираптор.

– Чудесный выбор. Чудовище Высшего типа, – хлопнул в ладони Шишан. – Цена две тысячи изумрудных аур за месяц аренды. Задаток десять тысяч. Само собой, задаток будет возвращен, если монстра вернут в целости и сохранности.

Подобная цена для обычного простолюдина или же вельможи из младшего дома была катастрофически неподъёмной. Даже Эйсон разволновался из-за услышанного, но я успокоил парня одним лишь взглядом. Расходы данного похода мне пришлось взять на себя.

На озвученную сумму семья из трёх-четырёх человек, проживающая в Средней части города Мергары могла жить припеваючи несколько лет, но голубокровные находились на вершине Альбарры. Для Илая подобная сумма ничто. Плюс сказывается сам Фронтир и сложность укрощения. Во Внешних землях столь послушные чудовища ценятся на вес золотых аур.

– Идёт, – невозмутимо проговорил Аванон.

– Если не ошибаюсь, – продолжил вещать Шишан, приглядываясь к ящеру. – Имя у раптора Ужас.

– Тогда я возьму вон того, – чуть тише изрёк Эйсон, указывая на клеть по соседству. В ней лежал бурый волк с прикрытыми глазами.

– Один из моих любимцев по имени Янтарь. Тоже Высший тип, – вновь похвастался торгаш. – Я лично давал ему кличку.

Последним на очереди остался я. Вертикальные зрачки пресмыкающегося терата моментально уставились на меня и тот учтиво склонил голову.

– Чего изволите вы, юноша?

Не сказать, что я слишком придирался к окружающим нас тварям, да и время поджимало. Но протест подсказывал, что те, на кого падал взгляд, бесполезны для меня. Глаза всех встречных зверей оказались напрочь пустыми. Ни воли, ни силы духа. Слепая покорность. Их сломили давным-давно. Они полная моя противоположность. Такой подход к будущему напарнику я отвергал и доверять своё передвижение подобному чудовищу отказывался. К тому же некоторые из них обладали полезными способностями.

– Это всё, что есть? – с недовольством отозвался я, окидывая взором окружающих зверей.

– Увы, ваше благородие, – с виноватой миной отозвался терат, поджимая тонкие губы. – Это всё, что сейчас есть в наличии. Остались только необузданные звери.

– Необузданные? – переспросил я.

– Изловили таких тварей совсем недавно, и их воля еще до конца не сломлена, – спокойно пояснил Шишан. – Они представляют опасность как для окружающих, так и для своего наездника.

– Показывай, – скомандовал сухо я.

После моих слов брови укротителя слегка дёрнулись, но затем он расплылся в коварной усмешке.

– Только на ваш страх и риск. Прошу за мной, господа.

Шли мы недолго, минут пять от силы. А место укрощения в прямом смысле выросло из-под земли, потому как Шишан привёл нас к небольшому карьеру, что напоминал бойцовскую яму.

– Местный ров приручения, господа, – учтиво откликнулся терат.

– Не хило, – присвистнул весело Илай, глядя вниз.

– Благодарю за похвалу, ваше благородие.

Со смотровой площадки открывался замечательный вид на то, как укрощали всевозможных тварей. Рык и рёв чудовищ, а также треск стихийный плетей укротителей стоял такой, что периодически закладывало уши. Монстров я насчитал около десятка, а приручителей имелось и того больше.

– Как видите процесс работы идёт полным ходом, – подался в объяснения Шишан. – И если господа смогут выждать пару дней, то возможно какой-нибудь свежий зверь…

Что могло быть со свежим зверем я так и не понял, потому как перестал слушать. Мир на секунду застыл, слух внезапно обострился и в глубинах внутреннего мира я услышал чьё-то сердцебиение и хриплое дыхание. Причем дыхание принадлежало отнюдь не мне. Именно тогда протест вновь дал о себе знать и перемахнув через перила смотровой площадки, я ринулся навстречу сердцебиению, а в спину тотчас ударил возмущений крик главного приручителя и сдвоенный вопль парней.

– Ваше благородие, не вздумайте…

– Сумрак, ты куда⁈

Слушать я никого не стал и за пяток секунд переместился прямиком в ров. Со всех сторон по-прежнему доносился рёв тварей и треск плетей, но игнорируя хмурые взгляды окружающих приручителей, ноги сами несли меня в нужном направлении, потому как звук сердцебиения продолжал нарастать.

Остановился я только тогда, когда практически пересёк весь ров и перед глазами возникла клетка с тентовым покрытием. К этому времени неизвестное дыхание и звук ударов сердца звучал в ушах подобно набату, а из глубин сознания начали доноситься знакомые спазмы голода. Протест привёл меня туда, куда необходимо. Недолго думая, я рывком сорвал с загона кусок брезентового полотна и почти лицом к лицу столкнулся с ощетинившейся пастью иссиня-черного чудовища. На удивление зверь не бросился бездумно вперед, в попытках сломать тюрьму, а лишь уставился на меня искрящимися серыми глазищами.

По всему телу монстра простирались свежие ранения от стихийных плетей, но его взгляд выражал необычайную стойкость и уверенность. Сердцебиение и хриплое дыхание принадлежало именно ему, а если быть точнее… ей. Зверь оказался девочкой. Но помимо всего этого где-то в глубине её тела я ощутил странного вида ядро силы. Хватило одного мимолётного взора, чтобы всё понять. Мне нужна именно она. От чудовища веяло… знакомым родством. И подобное родство ощутили одновременно и я, и она.

– Сумрак! Ты куда попёр?..

– Ваше благородие! Не смейте к ней приближаться! Тварь не проходила процесс укрощения! С ней работают…

Из-за возгласов зверь ощетинился еще сильнее и попытался рвануть прочь, но я без какой-либо боязни просунул левую ладонь между решетками и коснулся гладкой шерсти. То ли из-за моей наглости, то ли от удивления чудовище замерло и… жадно сглотнув, уставилось точно мне в глаза.

– Тише, девочка, – мягко оборонил я. – Больше тебя никто не тронет.

– Во имя Небес! Я впервые такое вижу! Она же совсем не укрощена… – выдохнул пораженно Шишан, замерев в паре метров от клетки и глядя на все мои манипуляции, но шока у него стало еще больше, когда он увидел пространственной оттиск на левой руке. – Вы… деспот?

– Ну с утра вроде бы им был, – насмешливо изрёк Илай, с очарованным видом глядя на прекрасного зверя. – Неужели… фронтирский оцелот?

– Именно так, ваше благородие, – потрясенно пробормотал терат, не отводя от меня взгляда. – Их еще называют пространственными оцелотами. Обладают пугающей скоростью. Порой используют потоки пространства для перемещения. Замечательно чуют потоки стихии смерти, что помогает им при охоте. Обожают селиться в местах старых захоронений и частенько обитают бок о бок с нежитью. В общем и целом, они весьма лояльно относятся к тем, кто познал смерть. В прямом смысле познал. Чудовище изловили совсем недавно. При её поимке погибло трое наёмников. Она обошлась нам очень дорого. Как-никак это монстр Превосходящего типа. А еще…

Превосходящий тип, значит. По всей видимости мой голод откликнулся на её ядро. Или всё-таки нет?

Вот только шока в глазах у приручителя стало еще больше, когда оцелот мягко лизнул мою ладонь, будто пробуя ту на вкус, а затем ни с того ни с сего зверь сделал два шажка вперед и попытался ткнуться мне в грудь прямо через прутья клетки. Однако метила кошка не в грудь, а гораздо правее. Она будто пыталась коснутся Сердца Опустошителя. Она хотела дотянутся до места моей смерти.

Вот как выходит. Я ведь и вправду уже погибал. Практически сразу вспомнились слова приручителя: Нежить, потокисмерти и те, кто позналсмерть. Похоже, торгаш не лгал. Она чувствует всё это?

– Абсурд какой-то… – шокировано сглотнул Шишан, не веря в увиденное. – Такого не может быть.

– Я забираю её, – спокойно изрёк я, продолжая поглаживать мурчащего монстра.

– На сколько… на сколько вы хотите арендовать тварь? – сбивчиво отозвался укротитель, хмурясь всё сильнее.

– Я не арендую, я её покупаю.

– Прошу прощения, ваше благородие, но так не полож…

– Сколько? – ледяным тоном отозвался я.

– Увы, но ничего не…

– Назови свою цену! – грубо перебил я терата. – Ну же! Даю тебе пять секунд.

Шишану понадобились две. Он в последний раз бросил удивленный взгляд на оцелота и быстро выдал:

– Двадцать тысяч изумрудных аур!

Один изумрудный аур равен двадцати золотым. Четыреста тысяч золотом, значит. Целое состояние даже для аристократов. Ярвир свидетель, придётся отблагодарить Искорку еще раз. Если бы не её подарок, я был бы гол, как сокол.

– Идёт, – невозмутимо кивнул я.

– Нет! Подождите! – вдруг возмутился приручитель, видя моё спокойствие, а парни от такого поворота недовольно нахмурились. – Я хотел сказать тридцать! Нет! Не тридцать! Сорок…

Увы, но договорить Шишан не смог. Перед ним со стремительной скоростью образовался силуэт Илая и неспешно стянув с руки перчатку, тот неуловимым образом продемонстрировал один из перстней.

– Уйми свою жадность, торгаш! – ледяным тоном прошипел тому на ухо Баламут. – Иначе будет худо! Знай меру. Двадцать тысяч за оцелота здравая сумма!

Завидев украшение, глаза пресмыкающегося терата расширились и тот с ужасом попытался склониться перед голубокровным, но Илай крепко держал дельца за ворот одежды.

– Если ты хоть кому-нибудь скажешь, что видел меня или моих друзей здесь, то лишишься всего, что имеешь. Включая свою никчёмную жизнь!

– Юный владыка… – панически зашептал Шишан, отчего его губы отправились в дрожащий пляс. – Если… если бы я только знал, что вы один из…

– Поторопись и займись делом! – пригрозил тому Илай. – Быстрее подготовь пространственные оттиски для зверей. Мы спешим и хотим покинуть аванпост до захода Сиги с Мерой.

– Да-да, юный владыка! Как прикажете!

И вот снова. То самое изменение Аванона. Из повесы и разгильдяя он преобразился в безжалостного и неумолимого голубокровного. Причем также быстро он вновь стал знакомым Баламутом.

Я до последней секунды провожал пресмыкающегося терата. Протест вяло, но подсказывал, что он не так прост. За пару вдохов от укротителя и след простыл, а сам Аванон с широкой улыбкой обернулся ко мне с Эйсоном и с чувством выполненного долга, деловито упёр руки в бока.

– Подобные ублюдки понимают лишь язык силы и власти, – усмехнулся раздраженно Илай, а после взглянул на зверя. – Ну и, Сумрак? Как назовешь эту красотку?

Я в очередной посмотрел на присмиревшего оцелота, который продолжал обнюхивать мою ладонь и коситься на Сердце Опустошителя. При взгляде на громадную кошку имя для моей новой подруги напрашивалось само по себе. Элегантная, изящная, а плавные и в то же время стремительные движения веяли опасностью, силой и скрытой красотой.

– Грация, – усмехнулся тепло я, почесывая урчащую питомицу за ухом, которая от наслаждения прикрыла глаза. – Теперь её имя Грация…

* * *

Фронтир. Внешние земли.

Граница Внешних и Средних земель.

Два дня спустя…

Хотелось того или нет, но количество оттисков на конечностях только возрастало. Левую руку и без того ранее поглотили символы Руны Истребления, а теперь на внутренней стороне правой красовались знаки пространственного кармана для Грации. Да, имелась возможность свести оттиск при передаче арендованного зверя обратно хозяину, но лично у меня дороги назад не было. Многие наёмники и охотники держали своих питомцев в таких магических полостях. Правда, раз в двое-трое суток требовало выпустить зверя на волю для восстановления.

Никогда не думал, что буду хвалить монстров, но Грация показала себя с наилучшей стороны, а еще я никогда не думал, что со зверем сумею сладить на порядок лучше, чем с людьми. Первые несколько часов в пути я не заметил абсолютно никакой разницы, но к концу дня на первом ночлеге я в прямом смысле стал ощущать эмоции и присутствие Грации. Возможно, суть была заключена в оттиске или же в самой кошке, но такой исход пришелся мне по душе. Потому как ранее я не испытывал ничего подобного. Чудо это было или нет, но присутствие четвероногой питомицы благотворно на меня повлияло. В какой-то миг она будто переняла часть моей эмоциональной нагрузки на себя.

Впервые я задышал относительно полной грудью, когда умер от рук Анширы и сформировав Сердце Опустошителя, оно уравновесило Неистовство. Во второй раз я задышал во все лёгкие, когда Грация во время ночлега цапнула меня за палец и опробовала на вкус мою кровь. Я настолько оказался одухотворён случившимся, что не верил до конца в происходящее. Раздражение, гнев и злоба на время отступили прочь. Давно я не чувствовал себя столь спокойным. Даже близкое присутствие Фронтира и его обитатели не смогли испортить моего настроя.

Да, мы находились на границе Внешних и Средних земель. А они уже являлись опасным местом. Даже в относительно безопасной трёхкилометровой зоне мы пережили одно нападение нежити и одну атаку свихнувшихся гарпий, но отбиться от таких образин благодаря скорости и проворности ездовых зверей не составило никакого труда.

Путь от восточного аванпоста до лагеря Вакара Августа должен был занять три с половиной дня. Первые два дня прошли вполне спокойно и обыденно, а Гаммы я успел обнажить всего один раз. С парнями мы решили, что лучше пройти по самой границе Внешних и Средних земель, а когда дойдем до определенной зоны, там углубимся к нужной области запретных земель.

Пробираясь сквозь тернии и чащобу Фронтира, Грация чувствовала себя будто рыба в воде, потому как я отчетливо ощущал её радость и восторг на воле. Ни резкие уступы, ни опасные низины, ни крутые подъёмы не являлись преградой для могущественного чудовища Внешних земель. Путешествуя на спине грозной кошки, я в прямом смысле влюбился в обретенную питомицу. Не только я мог ощущать эмоции Грации, но и она мои, потому хищница отвечала мне полной взаимностью. Чем больше времени мы проводили вместе, тем сильнее крепла наша связь.

Однако взлёты и падения порой находятся слишком близко друг к другу. Как жизнь и смерть они ходят рука об руку. Ощутив на собственной шкуре нечто новое и необычайно приятное, я попросту утонул в подобном душевном равновесии. Я упивался каждым мгновением новообретенного чувства радости, потому как всеми фибрами нутра боялся, что извечные гнев, раздражение, ярость и злоба вскоре вернутся. Впервые в своей проклятой жизни я понял, что живу. Не выживаю, не существую, а именно просто живу и просто дышу. Просто живу и просто дышу как обычный человек. Груз сраной крови и грёбаного наследия медленно и верно сходил на нет.

Вот только я зря столь беспардонно отдался во власть этого глотка свежего воздуха. Очень зря…

Гром и молния ревели словно в последний раз. Тучи сгущались со страшной силой. На горизонте из-за непроглядной чащобы абсолютно отсутствовало какое-либо укрытие, поэтому пришлось располагаться в скалистой расщелине на небольшом возвышении, откуда открывался маломальский обзор на окрестные тернии.

– Привал, парни, – скомандовал негромко я и одобрительно похлопал Грацию по холке. – Ты умница, девочка. Дубль, на тебе сигнальные сети и массивы. Баламут, сооруди нам что-нибудь здравое над головой. Я пройдусь по округе.

За два прошедших дня, что Эйсон, что Илай стали понимать меня с полуслова. В ответ оба кивнули, и я на пару с Грацией осмотрел чащобу в радиусе километра. За последние сутки протест по какой-то причине всё чаще давал о себе знать. Он словно предупреждал о чем-то, но из-за наплыва доселе неизведанного спокойствия, я посчитал что таким образом шестое чувство реагирует на Внешние земли как на угрозу.

К привалу я возвратился через добрых полчаса, когда ночь уже властвовала над днём, а ливень вот-вот норовил сорваться с неба. К этому времени Эйсон успел возвести все защитные массивы и сети, а Илай, благодаря стихии земли, организовал над расщелиной нечто похожее на крышу, а также сотворил пару кроватей.

– Дубль, сколько нам до лагеря твоего отца? – осведомился сухо я, присаживаясь у полыхающего костра прямо напротив Аванона и посылом мысли отправляя Грацию в пространственный карман на отдых.