Текст книги ""Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Вел Павлов

– Тебя… найдут… В Аронтире… нельзя… убивать, – прохрипел сквозь спазмы боли Норон, цепляясь за остатки гордости и крупицы ускользающей уверенности. – Тебя… разыщут и… убьют. Ивора и Азаих… не дадут тебе уйти…

– Ну да, конечно, – улыбнулся широко бледнолицый, а его ужасающий рубец на виске внезапно побагровел. – Как я мог забыть! Ивора Фиан и Азаих Урано. Гранд-инквизитор ордена Инквизиторов и правая длань ордена Наказующих, – но затем улыбка сошла с физиономии аххеса, обнажая тем самым его злобу. – Старая аронтирская потаскуха и пожилой иерихонский обмудок. Не переживай детоубийца, они тоже вскоре своё получат, – на губах у парня вновь проявилась слабая улыбка и тот трижды заботливо хлопнул судью по груди. – Знаешь, а ведь если бы старая сука не вмешалась, то ты бы избежал всех тех страданий. Если бы она позволили тебе сдохнуть, то всем стало бы лучше. Например, тебе и мне, – очередная довольная улыбка, что сквозила безумием. – Понимаешь, сейчас я бы мог вновь даровать тебе ту незабываемую агонию, в которой ты пробыл последние три дня. Тебе бы не помогла более моя кровь. Сомневаюсь, что Диана согласится помочь вам снова. Однако есть одна ма-а-а-аленькая загвоздка… я более не стану этого делать… Недавно я понял, что терпение моя слабейшая сторона. Отныне я хочу крови!

На миг образовалась могильная тишина, лицо Хаззака оказалось чуть ближе к лицу Наказующего, а его пальцы каменной хваткой сжались на горле.

– Прямо сейчас меня разрывает от ярости! – вся наигранная доброта испарилась и перед Нороном возник обезумевший выродок, которого он видел в бою. – Я хочу столько всего сделать с тобой, что не знаю с чего начать. Знаешь, детоубийца, сейчас я тебе скажу то, чего не говорил еще никому. Похоже, мне и самому нужно выговориться, прежде чем я приступлю к делам… Я зачастую не могу себя контролировать, – честно сознался Ранкар. – Я раб… Раб своих собственных эмоций, пороков и характера. И что самое мерзкое, я не могу этого изменить. Таким я был рождён парочкой неизвестных мне мразей. Множество раз я мечтал вздёрнуться на ближайшем суку, чтобы упростить жизнь тем, кто меня окружает, их собственное существование. Но после я задал себе вопрос: а зачем мне убивать себя, когда я могу убить тех, кто породил меня? Пусть страдают так же, как страдал я… Нет-нет, Норон, ты не прав, – успокаивающе хмыкнул аххес, глядя в напуганные глаза иерихонца. – Я не жалею себя. Я не привык этим грешить. Жизнь всё расставит по своим местам. Рано или поздно расставит… А знаешь, Норон, – вдруг выдохнул с облегчением Хаззак, хватаясь делано за грудь. – Спасибо тебе. Мне стало легче. Люблю порой поговорить по душам с теми, кто вскоре сдохнет.

– Ты… законченный… псих! – прохрипел слабеющим голосом судья. – Сумасшедший… выродок…

– Именно так, детоубийца, – хмыкнул беззаботно парень, дважды хлопнув иерихонца по щеке правой рукой. – Именно так.

Стоило же правой ладони коснуться щеки, как нестерпимая судорога боли пронеслась по всему телу, а по помещению разнеслась вонь палёной плоти. Причем смрад плоти принадлежал Норону, ведь частично обуглилось его лицо. Терпеть такое стало невозможно, и он закричал. Закричал, как никогда раньше.

– ДА! – зарычал полубезумно Ранкар, рывком вытаскивая тушу Наказующего из постели и поднимая её над полом и раз за разом продолжая прикасается к его лицу воспламенившейся рукой. – КРИЧИ, ДЕТОУБИЙЦА! КРИЧИ! КРИЧИ, КАК НИКОГДА РАНЬШЕ! ПЕРЕД КАЗНЬЮ ПОЛАГАЮТСЯ ПЫТКИ! Я ОБЕЩАЛ, ЧТО КАЗНЮ ТЕБЯ ПРИЛЮДНО! ОБЕЩАЛ, ЧТО КАЗНЮ В ПОСТЕЛИ И ПРЯМО ВО СНЕ! Я ОБЕЩАЛ, ЧТО ТВОЯ ЖИЗНЬ БУДЕТ СКОРОТЕЧНА! И Я СДЕРЖУ ОБЕЩАНИЕ!

Никогда бы судья не мог подумать, что его родная стихия может причинять такую боль, но не только это удивило его. Сквозь неистовую агонию его поразило то, что Ранкар Хаззак разил его не тьмой, а пламенем. Аххеский выродок обладал не только тьмой и эссенцией, но и пламенем. Сумасшедший ублюдок творил то, что считалось доселе невозможным. Чем дольше он об этом думал, тем хуже становилось на душе. Только сейчас Норон Фиан осознал, с каким именно зверем связался.

Выжить не получится.

От боли судья не мог здраво мыслить, но воспитанник Изувера продолжал выплескивать свою горечь посредством пытки.

– Я ПРОСИЛ СТАРУЮ СУКУ ОТДАТЬ ТВОЮ ЖИЗНЬ МНЕ, НО ОНА НЕ ЗАХОТЕЛА СЛУШАТЬ! ТАК ЧТО ТЕПЕРЬ ТЫ ПОЖИНАЕШЬ ТО, ЧТО ПОСЕЯЛ, ДЕТОУБИЙЦА И ПУСТЬ ОНА ПОЛУЧИТ ТО, ЧТО ЗАСЛУЖИЛА! НЕТ ПРЕДЕЛА МОЕЙ ЯРОСТИ! НЕТ ПРЕДЕЛА МОЕЙ МЕСТИ! СЕЙЧАС ТУТ ЛИШЬ Я И ТЫ! НА ПЯТЬ С ПОЛОВИНОЙ МИНУТ ТЫ МОЙ И ТОЛЬКОЙ МОЙ!

Крики Хаззакского демона стали напоминать вой чудовища. Складывалось впечатление, что в эти вопли он вкладывал всю ярость, которую сейчас испытывал, но он неустанно продолжал свою пытку. В какой-то момент аххес материализовал клинок деспота, а темные лоскуты подняли тело судьи в воздух и через секунду апартаменты наполнились не только смрадом палённой плоти, но и запахом свежепролитой крови, ведь ноги Фиана более не принадлежали своему хозяину.

– НЕ Я ТУТ ГЛАВНЫЙ ВЫРОДОК! НЕ Я ИСПОЛЬЗОВАЛ ДИАНУ! НЕ Я УБИВАЛ ДЕТЕЙ! НЕ Я ИСПОЛЬЗОВАЛ СИЛУ И УЩЕМЛЯЛ СЛАБЫХ! – и вот на этом крик внезапно затих. А прежде чем отправиться в беспамятство от очередной волны нестерпимой агонии, Норон Фиан вновь услышал терпкий и замогильный голос. – Но раз уж на то пошло, то для сраного Аронтира, для такой никчемной падали как ты, и для всякого сброда наподобие тебя, я стану не только необходимым злом, но и присяжным, палачом и судьей в одном лице. Ты всего-навсего первый, детоубийца. Так устроим же суд над судьей…

* * *

Аронтир. Внутренние земли.

Край Соприкосновения.

Штаб-крепость ордена Инквизиторов.

6 марта 4057 года от начала Великой Миграции.

05–57 по Аронтиру…

Иворе Фиан не спалось. Сон абсолютно не шел. Нечто не давало покоя. Нечто неизвестное и пугающее. Гранд-инквизитор не понимала в чем может быть проблема, а различные крамольные мысли не покидали головы. Сероплащница более чем верила в собственные силы и возможности. Ивора прожила и пережила многое. Она пережила смерть дочери, пережила уход из семьи, пережила собственного мужа. Где другие спотыкались, там она шла ровным и непоколебимым шагом.

Харалужья Дева – так её называли за глаза в Аронтире. Так её называли подчиненные. Харалуг крепок и смертоносен, однако порой судьба преподносит удары, которые зачастую не ждёшь и делает она это неожиданно.

А когда за дверьми покоев внезапно зазвучал встревоженный и заметно панический голос Оримаса Тареска несокрушимый харалуг дал первую серьёзную трещину.

– Гранд-инквизитор, случилась беда в штаб-резиденции Наказующих…

Глава 11
Ставки сделаны, ставок больше нет…

Аронтир. Внутренние земли.

Верхний город. Элитный квартал.

Штаб-резиденция доминирующего ордена Наказующих.

6 марта 4057 года от начала Великой Миграции.

06–37 по Аронтиру…

Буревестник гнал изо всех сил. Пейзажи утренней столицы сменялись за окном с молниеносной скоростью. Сердце Иворы Фиан гулко колотилось из-за неизвестности, эмоции находились в полнейшем раздрае и нечто давным-давно позабытое подкатывало к горлу. Лишь после тщательного осмысления она вспомнила название данному феномену – горькой ком.

Женщина предчувствовала что-то пугающее.

Ни Ивора, ни Оримас Тареск не знали всех подробностей произошедшего. Из штаба-резиденции доминирующего ордена Наказующих доложили, что случилась настоящая катастрофа и… сразу оборвали связь. По этой причине один из вернейших и влиятельнейших судей из числа инквизиторов отправился вместе с Харалужьей Девой. Вот только нечто странное мужчине подсказывало, что сегодняшнее утро всколыхнет тёмные воды всех Внутренних земель, начиная от Предместий и Трущоб Аронтира и заканчивая Краем Соприкосновения. Встревоженный взгляд сероплащника то и дело косился в сторону каменного изваяния по имени Ивора Фиан, но на бледном лице у гранд-инквизитора не дрогнул ни единый мускул.

Женщина смотрела ровно перед собой будто находилась в прострации и не замечала ничего вокруг, но стоило буревестнику резко замедлить ход, как со скоростью родной стихии серая очутилась на улице. Верный судья едва ли поспевал за своим начальником. Инквизиторше хватило мимолётного взгляда, чтобы убедиться в главном: в резиденции произошло настоящее бедствие.

Десятки, если не сотни Наказующих метались в разные стороны вокруг собственного штаба словно что-то искали. Главные ворота находились под полным контролем, но завидев прибывшую двойку сероплащников, врата тотчас отворились, а им навстречу шагнул один из главных судей Наказующих, что заведовал штаб-резиденцией в Аронтире.

– Гранд-инквизитор, случилось кое-что…

– Ближе к сути, Меррик! – холодно прошипела Фиан, грубо перебивая мужчину. – Что тут стряслось? Почему меня встречаешь ты, а не Азаих⁈ Говори! ЖИВО!

Без того бледный судья побелел лишь сильнее. Складывалось чувство, что тот собирался с силами и выпустив протяжный вдох, он от волнения уткнул глаза в землю.

– Гранд-инквизитор, ваш внук… он…

– ЧТО С МОИМ ВНУКОМ⁈ – заорала громогласно женщина, теряя весь цвет лица, которое стало серым – одного цвета с её плащом.

– Мои… соболезнования… – едва слышно заключил Меррик. – Мы не знаем как, но…

Глаза Иворы Фиан с ужасом расширились, и она со всей скоростью рванула вперед. Следом попытался помчаться и Тареск, но его внезапно за плечо крепко схватил Меррик. Единственное, что успел сделать сероплащник, так это с вопрошающим видом уставиться на главного судью Наказующих.

– Лучше останови её…

– О чем ты? – не понял серый.

– Там зрелище не для слабонервных, – нехотя признался иерихонец. – Лорд Азаих рвёт и мечет, а уже она ему бабкой приходилась…

* * *

Ивора Фиан мчалась в нужном направлении изо всех сил подобно древнему чудовищу, невзирая ни на что. Никто из попадающихся на пути Наказующих не смел встать на пути у Харалужьей Девы. Однако, когда впереди замаячили знакомые двери целительского крыла, словно из-под земли на её пути образовался отряд инквизиторов, которых она прислала для защиты внука. Ивора ожидала разного, но без лишних слов чуть больше дюжины бойцов припали на колени, а руководящий отрядом судья удрученно заговорил.

– Гранд-инквизитор, мы не знаем как это случилось. До сих пор не можем понять… – угрюмо пробасил одарённый. – Ни один из моих людей не смыкал глаз. Так или иначе, но мы примем вашу кару с полнейшим повиновением.

– ПРОЧЬ С ДОРОГИ! – зарычала раненой львицей женщина.

Ей хватило сделать единственный шаг, чтобы разбросать собственных подчиненных как бильярдные шары в разные стороны, а затем она живо ворвалась в целительские апартаменты. Стоило же сероплащнице попасть внутрь, как она от шока застыла там, где и стояла, не желая верить в увиденное.

Ивора Фиан лицезрела на своём веку многое. Очень многое. Вот только невозможно привыкнуть к смерти того, кто является тебе родным. Невозможно привыкнуть к смерти близких людей. Невозможно принять смерть внука. Точнее невозможно принять убийство внука. Норон не умер. Его жестоким образом казнили.

Лишь чудом гранд-инквизитор не распласталась на полу без чувств, а где-то в глубине души стали разгораться чудовищные и давно позабытые эмоции: ужас, горечь, ярость и опустошенность. А вместе с тем в одночасье что-то умирало глубоко внутри.

Место, в которое попала Ивора слабо напоминало целительские апартаменты. Прямо сейчас помещение походило на эшафот для демонстративной, кровавой и особо жестокой казни. Тот, кто сотворил такое с её внуком мало чем отличался от монстра.

Ни жалости, ни сострадания, ни милосердия.

Кровь была разлита повсюду. Куда ни кинь взгляд всюду царил багровый оттенок. Складывалось чувство, что тело Норона протащили повсюду, а пытали его будто всю ночь напролёт. Невыносимый смрад человеческой плоти в прямом смысле впечатался в стены апартаментов. Воздух настолько пропах кровью и гарью, что не получалось нормально дышать.

А приподняв глаза чуть выше, Ивора увидела то, чего никогда не забудет, и эта сцена будет сниться ей в кошмарах. Прямо над собственной постелью, тонкой и практически невидимой стальной нитью был подвешен судья Наказующих. Ноги и руки были отсечены и валялись в окровавленной постели, горло было перерезано от уха до уха, а рот раскрылся в ужасной гримасе.

Тем не менее самым ужасным оказалось иное. Тело судьи в прямом смысле дочерна обуглили магией огня, а на животе и груди чем-то острым вырезали всего-навсего три красноречивых слова, которые составили послание:

ДЕТОУБИЙЦЕ СОБАЧЬЯ СМЕРТЬ…

Гранд-инквизитор хотела убивать. Прямо сейчас она желала крови. На ум практически моментально пришла лишь одна персона и Ивора уже намеревалась начать поиски убийцы или убийц. Она была более чем уверена в том, что аххеский выродок приложил к этому свою руку, но стоило той обернуться, как практически лицом к лицу столкнулась с Азаихом Урано.

Глаза мужчины были наполнены животной свирепостью, а гримаса жуткой агонии замерла на физиономии.

– КТО⁈ – просипела яростно Фиан, хватая генерала за грудки одной рукой и приподнимая его тело над полом, а во второй у неё с молниеносной скоростью материализовался клинок деспота. – КТО ПОСМЕЛ УБИТЬ МОЕГО ВНУКА⁈ КАК ТЫ ЭТО ДОПУСТИЛ⁈ ЭТО ЖЕ ОН, ДА⁈ ТА АХХЕСКАЯ МРАЗЬ?!! НО КАК СУЧЕНЫШ СМОГ⁈

Практически моментально целительские апартаменты разделились на два противоборствующих лагеря. За спиной у Азаиха Урано образовались бойцы Наказующих, а позади у Иворы явили себя инквизиторы во главе с Оримасом Тареском.

На подобное самоуправство правая длань не обратил никакого внимания и лишь отрицательно покачал головой.

– Я не знаю, как сюда проникли сквозь многочисленную охрану, и не знаю, кто это сделал, – едва слышно выдохнул мужчина. – Это… «послание» и обращение, что написано на Нороне, действительно не единожды использовал Ранкар Хаззак, но специалисты сказали, что тут находился эссенциал со стихией огня. Его убивали эссенцией со стихией огня, а тот подонок использует тьму и эссенцию.

– ТАК ЗНАЧИТ ОН НАНЯЛ ТОГО, КТО СМОГ ЭТО СОВЕРШИТЬ! – не унималась гранд-инквизитор, а накал атмосферы продолжил нарастать. – РАЗВЕ ТЫ НЕ ВИДИШЬ, КАКУЮ НИТЬ ИСПОЛЬЗОВАЛИ НА МОЁМ ВНУКЕ⁈ ЭТО ЖЕ ОРУЖИЕ ТЕНЕВИКОВ!

– Хаззак и вправду мог кого-нибудь нанять. Но ты много знаешь теневиков, которые осмелились бы взять заказ на твоего внука? И много ли ты знаешь убийц, которые способны незамеченными пройти сквозь заслон из твоих инквизиторов и моих лучших воинов? Я вот не знаю…

– Я СЛЫШУ ТОЛЬКО ОТГОВОРКИ!

– ХВАТИТ ОРАТЬ НА МЕНЯ, ИВОРА! – перешел на разъярённый рык Азаих. – Я ТЕБЕ НЕ МАЛЬЧИК И НЕ ТВОЙ ПОДЧИНЕННЫЙ! Я ЛЮБИЛ НОРОНА БОЛЬШЕ, ЧЕМ ТЫ КОГДА-ЛИБО! Я ВЕДУ К ТОМУ, ЧТО КАК У ТЕБЯ ТАК И У МЕНЯ ДОСТАТОЧНО ВРАГОВ! ПОДОБНЫМ СОСТОЯНИЕМ НОРОНА МОГЛИ ВОСПОЛЬЗОВАТЬСЯ МНОГИЕ! КАК АХХЕС, ТАК И ВОСТОК! ДА! ТЫ ПРАВА!!! РАНКАР ХАЗЗАК СТОИТ ВО ГЛАВЕ МОЕГО СПИСКА! НО НЕ ЗАБЫВАЙ, ЧТО ОН ЕЩЕ ЩЕНОК И МОЛОКОСОС! ИЛИ ТЫ СЧИТАЕШЬ, ЧТО МАЛЬЧИШКА СПОСОБЕН ПРОСКОЛЬЗНУТЬ СКВОЗЬ СТОЛЬКИХ НАКАЗУЮЩИХ И ИНКВИЗИТОРОВ⁈ ДУМАЕШЬ, НАШИ ЛЮДИ ДОПУСТИЛИ БЫ ТАКОЕ⁈

– Ты жалок, Азаих! – презрительно скривилась Фиан со смертельно бледным лицом, а затем посмотрев через плечо и навсегда отпечатав сцену с убитым внуком в памяти, опустила глаза чуть ниже, прямиком на своих подчиненных. – НАЙДИТЕ И ПРИВЕДИТЕ ЭТУ АХХЕСКУЮ МРАЗЬ В ШТАБ-КРЕПОСТЬ КАК МОЖНО СКОРЕЕ! ЛИБО ДОЛОЖИТЕ МНЕ, ГДЕ ОН НАХОДИТСЯ, И Я САМА ВЫБЬЮ ИЗ НЕГО ПРИЗНАНИЕ. ДАЮ ВАМ ЧАС! НАЧНИТЕ С ЕГО ОСОБНЯКА В ЗОЛОТОМ КВАРТАЛЕ…

* * *

Аронтир. Внутренние земли.

На границе Верхнего и Среднего города.

Академия Аронтира.

6 марта 4057 года от начала Великой Миграции.

07–40 по Аронтиру…

Впервые за несколько последних дней настроение находилось в приподнятом состоянии. Сейчас казалось, что я никогда не был столь одухотворён и спокоен. Ночь удалась на славу. Да и утро тоже в целом получилось насыщенным. На лице против воли образовывалась улыбка, а стоило перепрыгнуть последнюю гранитную ступень, что отделяла меня от главного входа в академию, как знакомая ладонь хлопнула дважды по плечу.

– Рад тебя видеть, Ранкар! – добродушно отозвался Эйсон. – Лёгок на помине.

– Взаимно… мой друг, – хмыкнул со слабой улыбкой я.

Странно это или нет, но я абсолютно не ощущал негатива к двухстихийнику. Желание поглотить его источники имелось, но любая неприязнь отсутствовала.

– Давай! Быстрее! – поманил меня следом за собой довольный парень. Идя напролом сквозь толпу засевавшихся студентов. – Профессор сейчас свободен и ждет тебя с самого утра. К тому же я буду первым после него, кто поздравит тебя с получением новых регалий. А то «эти» тебе уже не к лицу, – и юноша глазами указал на старые.

До назначенного времени оставалось еще почти полтора часа. Тем не менее никаким образом на мой план спешка не повредит. Возможно, оно будет к лучшему. Ко всему прочему академия уже ломилась от количества студентов, так что видит Ярвир, надеюсь, нам удастся свершить задуманное безумие. Теплю надежду, что Искорка тоже готова.

– Как обстоят дела с твоим дальним родственником? – спросил я как бы невзначай у своего сопровождающего. – Надеюсь, отец готов?

– Более чем готов, – твёрдо кивнул Эйсон, а в его глазах вспыхнули искры праведного гнева. – Будь уверен, Ранкар, древняя тварь, что порочила годами дом Август, от нас более не ускользнёт. Лиярт через пару месяцев найдет свой конец. К тому же отец утверждает, – чуть тише добавил Август. – Что через месяц прибудут мастера Ксанта из числа безупречных для основательной зачистки мёртвой коллизии.

Так-так-так. Два месяца. Так еще и Дракон Ксанта пришлёт подмогу. Как ни крути, но дела дрянь. Время уходит как песок сквозь пальцы. Хотя стоп… Погодите-ка! Данакт шлёт подмогу? Так ведь этим можно воспользоваться.

« Хочешь устроить очередную авантюру?» – с волнением осведомилась Альяна.

Авантюру мы устроим через несколько минут, а ситуация с костлявой падалью требует просчёта. Однако если мы чуть-чуть используем Эйсона и обратимся с небольшой просьбой к Кайсе, то всё должно получиться. У её отца я на хорошем счету, так что придётся рискнуть…

«Ты уверен, что мы сможем сейчас с ним справиться?»

Не уверен, красотка, но иного варианта попросту нет. Будем использовать всё, что имеем. Лучше через два месяца схлестнуться с одним злейшим врагом, чем через те же два месяца противостоять всей Альбарре. И вот второе, малышка, будет очередной авантюрой на грани жизни и смерти.

«Иначе мы не можем, мой разоритель», – с грустной улыбкой изрекла спата.

Иначе у нас не выходит, – не менее грустно заметил я. – Иначе мы не умеем.

– Я более чем уверен в твоём отце, Эйсон, – хлопнул я двустихийника по плечу. – Вакар мировой мужик. Ты уж прости за такую фамильярность. Надеюсь, он не обидится.

– Не обидится! Я передам твои слова бате, – заметно зарделся юноша, но тон его стал на порядок тише. – Скажу тебе по секрету между нами, отец считает тебя одним из самых достойнейших аххесов из молодого поколения. И он обязательно поздравит тебя с таким достижением одним из первых, – и Эйсон глазами указал на перстень великого дома Ксант. – Лишь единицы удостаиваются чести стать частью великой силы. Многие ведь еще не в курсе насчёт твоей принадлежности к побочной ветви! Зуб даю, что твои недруги на желчь изойдут! – радушно отметил Август, а после ободрительно мне подмигнул. – А у тебя, по слухам, их много.

«Ранкар, я не чувствую от него ни грамма лжи. Он абсолютно честен с тобой, – задумчиво проговорила Руна. – Он рад за твои достижения, как за свои собственные. Парень восхищается тобой. Такие люди редкость. Присмотрись к нему получше. Эйсон может пригодиться».

Я раздумывал над этим и после твоих слов укрепился в своих догадках. Но его восхищение излишне. Такого я не заслуживаю…

– Думаю, очень скоро в твоём доме тоже будет праздник, – интригующе пробасил я. – Ранее ты грезил о неких свершениях, не так ли? Тогда жди вскоре кое-какого приглашения. Надеюсь, ты не оплошаешь. Постараюсь, что-нибудь устроить для нас.

– О чем ты? – с тенью улыбки спросил Август.

– Вскоре поймешь, – хмыкнул невозмутимо я, а после глазами указал на общую мужскую уборную. – А теперь, если ты не против, то я оставлю тебя на пару минут. Слегка волнуюсь перед встречей с ректором, – солгал я, не моргнув и глазом. – Придавило не по-детски!

На лице у двустихийника заиграла понимающая улыбка и тот довольно гоготнул.

– У самого такое бывает. Ступай, – указал он на уборную глазами. – Пара минут роли не сыграет.

Дважды повторять не пришлось и секунд через десять я стоял в одной из свободных кабинок, с задумчивым видом глядя на унитаз и с не менее задумчивым видом наблюдая за тем, как туалетная вода уносится куда-то в глубины академии.

Впрочем, долго собираться с мыслями не пришлось и по мановению мысли в правой руке материализовались сразу три искры дракона. Да, свою работу Рамас выполнил превосходно. Именно эти артефакты я и просил его достать на черном рынке. Искры дракона замечательно показали себя в Западном форпосте и весьма эффективно ими воспользовались инферийцы в Ванфее. Так что и тут должны сработать.

Никоим образом подобное никого не убьёт, максимум некоторые одарённые схлопочут перенапряжение каналов, но зато от барьеров не останется и следа, да и пространство истончится до минимума.

– Ну что ж, малышка, назад пути более у нас нет, не правда ли? – одними губами пробормотал я себе под нос.

« Спасибо тебе, Ранкар, – нервно прошептала спата. – Ради меня и моей сестры ты идешь на такие жертвы…»

– Ради нас, красотка. Я иду на это ради нас. Мы одно целое. Куда ты – туда и я. Куда я – туда и ты. Ну а теперь… – на миг образовалась театральная пауза и я с кривой ухмылкой добавил. – Устроим же смуту в Аронтире.

Одна за другой искры дракона отправились в унитаз, а вода с молниеносной скоростью уносила своеобразные «нечистоты» куда-то в тёмные недра Внутренних земель.

– Надеюсь, Азаих и старая сука не разочаруют. Фигуры расставлены и пора начинать партию. Ставки сделаны, – выдохнул невозмутимо я, покидая кабинку уборной и неспешно возвращаясь в компанию Эйсона. – Ставок больше нет…