Текст книги ""Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Вел Павлов

Глава 7
Неопределенность бытия…

Северный пантеон.

Ванфея. Правящий центр верховного клана Ванахейм.

Верхний город. По пути в подготовительную зона.

В одном я теперь удостоверился точно. Ванфея оказалась самым красивым городом на моей памяти. В принципе, иного от столицы Ванахейма ожидать было бы глупо. Весь путь от сквера перемещения до окраин Верхнего города занял не более получаса. Но, когда мы только отправились к месту назначения, взору внезапно открылась весьма величественная и прекрасная картина, точнее статуя. Вероятнее всего, изваяние находилось где-то в самом сердце правящего центра и увидеть его можно было даже из Нижнего города.

Непоколебимыми остались лишь двое из нашей компании: Тэйн и Натан. Моё же пристальное внимание и Рамаса к монументальной скульптуре не укрылось от внимательных глаз сопровождающего.

– Статуя нашей покровительницы и оберега, – с благоговейным почитанием заговорил Алейф. – Несравненная небожительница Фрея, но многим она известная под именем госпожа Ванадис или же непревзойденная леди Гефна. Еще одна такая же статуя находится в Альвхейме. Порой местный люд утверждает, что ранним утром и очень редко на улицах города они видят прогуливающуюся женщину чарующей красоты. Поговаривают, что это госпожа Фрея.

– Тебе удалось её лицезреть, Алейф? – осведомился я, теряя всякий интерес к скульптуре.

– Не шутите так, ваше благородие, – грустно усмехнулся провожатый, невольно касаясь храмового медальона на груди. – Я обычный служащий. Беседовать или же видеть небожительницу имеют право лишь единицы. В основном её верные дочери, высокопоставленные служительницы храмов и всего-навсего несколько вёльв могут воочию встретиться с ней и заслужить такую честь. А кому посвящены вы, чтимый Ранкар? Смею предположить, что вы, как и ваш наставник, поклялись в верности Аресу?

Аресу? Кровожадному фанатику, который получает удовольствия от убийств? Да хрен там! Я прекрасно понимаю, что скорее всего в молодости Хаззак наворотил знатных дел, чем и заслужил его покровительство, но от всей этой небесной братии мне лучше держаться как можно дальше.

« За кого нас принимает этот безмозглый старикан?» – разъярилась не на шутку Руна.

Всё в порядке, малышка. Расслабься.

– Нет, – невозмутимо изрёк я, встречаясь взором со слегка удивленным стариком. – Я не посвящен ни Аресу, ни кому-либо еще подобному и не привык уповать на чужую помощь. Считайте меня вольнодумцем.

– Вы… безбожник? – с нарастающим ошеломлением прошептал провожатый.

– Так и есть.

– Да ты не суетись так, старик, – фыркнул злорадно Рамас. – Я тоже безбожник.

– Но вы ведь…

– Тифлинг, в курсе уже, – расплылся в насмешливой улыбке парень. – И что теперь? Предлагаешь возносить хвалу ублюдкам-архидемонам из Инферно?

– Не удивляетесь, чтимый Алейф, – подал голос Тэйн. – С некоторых пор я тоже безбожник.

– А вы, чтимый Натан? – вдруг обратился провожатый к рефлексирующему безопаснику.

Но ответ Глиана оказался самым красноречивым из всех. Тот без каких-либо размышлений потянулся к груди и оттянув ворот защитной кирасы, продемонстрировал на шее ромбовидный знак, внутри которого были изображены весы и странная ветвь.

– Темида, значит, – понятливо кивнул сопровождающий, но в глазах у него отчего-то блеснуло тщательно скрытое недовольство.

Так-с, ладно. Не будем терять много времени. Парни Натана в любом случае должны будут узнать многое о других участниках, но раз тут имеется свой кладезь информации, то грех им не воспользоваться.

– Алейф, а не могли бы вы просветить меня о тех, кого стоит… скажем так, опасаться? Как понимаю, таких достаточно много будет на отборе.

– Вы полностью правы, ваше благородие. Все противники для вас будут опасны, – кивнул старик. – Место в отборе необходимо заслужить.

– Тогда, что касается самых выдающихся претендентов в отбор? Мне нужны имена. Противников лучше знать в лицо, – сухо изрёк я, с наигранным интересом. – Если не ошибаюсь в рейтинг попадут лишь двое из всей уймы народа.

На несколько долгих мгновений возникла пауза. Складывалось впечатление, что старик над чем-то размышлял, но затем тот медленно приподнял глаза и слабо улыбнулся.

– Таких всего пятеро. Думаю, вы знаете, что большее количество участников относится к новобранцам слуг оберегов. Само собой, не у всех получится возвыситься над остальными и поступить на службу к небожителю, но место в рейтинге Неукротимых увеличит эти шансы. Это одна из причин почему вас примут необычайно холодно, ведь вы претендуете на одно из столь ценных…

– Имена, Алейф, – перебил я грубо старика. – Мне лишь нужны имена главных фаворитов на победу.

– Вестар из Нифльхейма, Линнея из Ванахейма, Йоар из Хельхейма, Элейна из Альвхейма, Каприан из Муспельхейма, – заключил спокойно провожатый. – Именно кому-то из этой пятерки пророчат победу.

– Дайте-ка угадаю, – рассмеялся весело Натан, закатывая глаза. – Они все голубокровные. Талантливые отпрыски великих родителей.

– Вы правы, чтимый Глиан, но среди них есть одно исключение – Элейна. Она тёмная альва из побочной ветви Альвхейма и не относится к голубокровным.

– Занятно! Будем считать, что я удивлен, – задумчиво пробормотал Натан, отчего-то покосившись в мою сторону.

– Думаю, вы в курсе, что Альвхейм разделен на две фракции и тёмные альвы уже много веков служат своим светлым сородичам, – продолжил говорить старик. – Элейна и Линнея в будущем могут стать валькириями. Вестар и Йоар метят в гвардию эйнхериев, а Каприан уже практически находится в рядах гармов. Каждому из этих детей необходима победа, чтобы возвыситься над остальными. Они молоды, сильны и желают добиться большего. Именно поэтому вы, чтимый Ранкар, – цепкий взор старика немедля перетёк на мою харю, – стоите у них на пути. Они считают ваше приглашение личным позором. Многим до сих пор неизвестно почему вы стали одним из претендентов на отбор. Решение валькирии ошеломило даже голубокровных Севера.

Однако на все его заявления я лишь кратко ухмылялся, представляя дальнейшие развлечения.

Ох, видит Ярвир, плевал я с колокольни Мергары на все их бредовые россказни!

– Спасибо за честность, старик, – лениво отозвался я. – Мне уже не терпится взглянуть на ваших будущих чемпионов.

– Долго ждать не придётся, – миролюбиво заметил провожатый, глазами указывая в окно буревестника. – Через минуту мы будем на месте.

Алейф не солгал. С десяток секунд спустя автомобиль круто начал тормозить и нашим глазам предстал колоссальных размеров крытый комплекс, рядом с которым имелось по меньше мере около сотни артефактных машин.

– Прошу за мной, уважаемые гости, – чуть громче выпалил сопровождающий, ловко выскакивая наружу. – Подготовительная зона ждёт!

– Старик, к тебе будет одна просьба, – с хитрой ухмылкой произнес я, выбираясь следом.

– Сделаю всё, что в моих силах, ваше благородие.

– Я не люблю слишком много внимания, поэтому сделай так, чтобы мы проникли туда более-менее незаметно…

* * *

Подготовительная зона казалась огромной, но по всем традициями она делилась на четыре равные тренировочные области. Зачастую их занимали те, кто относятся к тем или иным силам и сегодня всё случилось именно так. Область независимых и нейтральных фракций. Фракция валькирий. Фракция эйнхериев. Фракция гармов. Периодически кто-то пытался меняться с будущими противниками и конкурентами, чтобы прощупать почву для дальнейших действий. Именно тогда подобный бой привлекал очень много различного внимания. В нынешний час произошел аналогичный инцидент.

В области валькирий в данный миг собралось чересчур много заинтересованных лиц. Ведь в подобие дружеского спарринга сошлись молодые представители из двух соперничающих фракций. Юная послушница Линнея из верховного клана Ванахейм схлестнулась в тренировочном бою с Вестаром из верховного клана Нифльхейм. Голубокровный наследник против голубокровной наследницы. Безупречный против безупречной. Сталь ударялась о сталь. Эссенция поглощала эссенцию. Магия природы будущей валькирии успешно противостояла магии льда будущего эйнхерия. Никто из противоборствующих сторон не мог одержать окончательный вверх над оппонентом.

С разных направлений то и дело раздавались одобрительные выкрики и нарастающий гомон. В стороне на небольшой возвышенности стояли лишь те, для кого подобное зрелище значило больше, чем для многих других. Две валькирии, два эйнхерия и один седовласый гарм. За баталиями адептов и послушниц мужчины и женщины наблюдали с долей напряжения. Для большинства знати отбор являлся обычным состязанием и неким развлечением, но для служителей оберегов – это была борьба за величие, силу и власть.

Порой молодое поколение с учтивым видом то и дело подходило к своим обожаемым идолам за советом или же наставлением и получив его, устремлялись обратно, чтобы с новыми силами взяться за подготовку.

Битва на одной из тренировочных арен набирала обороты. Действие магии медленно и верно сходило на нет и всё чаще из-под барьера разливалась духовная эссенция и звучала сталь.

В один из таких моментов из группы послушниц отделилась грациозная тень и неспешно зашагала в сторону служителей оберегов.

– А она весьма и весьма, – вдруг раздался голос черноволосого эйнхерия, который не сводил возбужденного взора с утонченной фигурки, но через секунду его баритон сошел на жалобы. – Вечно вы, Христа, забирайте в свои ряды отменных девиц. Такими темпами на Севере не останется хороших женщин.

– Умерь свои флюиды, Гуннар! – прошипела зло одна из валькирий. – Еще раз так взглянешь так на Элейну, и я выколю тебе твои паршивые глаза!

Однако вместо того чтобы рассердится мужчина тихо рассмеялся, а следом смех раздался и от второго эйнхерия.

– Не будь такой суровой, Христа, – пуще прежнего расхохотался Гуннар, теперь окидывая уже небесную воительницу похотливым взором. – В любом случае для меня ты и Фьётра более желанные женщины, чем твоя послушница. Может всё-таки составишь мне компанию сегодня ночью? Мы так давно с тобой не виделись!

– Только посмей мне предложить такое еще раз, – холодно отчеканила валькирия, – и я отрежу твой никчемный огрызок, которым ты так привык хвастаться.

– Зачем ж его отрезать? – продолжил насмехаться эйнхерий под одобрительный гогот своего товарища, а затем вновь перевел возбужденный взор на приближающуюся Элейну. – Он предназначен для иного. Для утех. Могу продемонстрировать на деле. Хочешь?

Однако ответить на очередную колкость женщина не успела, потому как раздался тихий бас пожилого гарма:

– Уймись, Гун! Ты тоже прекращай ржать, Домар! Предупреждаю лишь один раз!

– Вечно ты всё портишь, Ингмар, – скривился раздраженно Гуннар, но смех обоих эйнхериев тотчас затих.

– Тебе что-то нужно, моя дорогая? – заботливо вопросила Христа, обращаясь к подошедшей тёмной альве.

– Наставница Христа, вы уверены, что аххес явится? – чуть нахмурившись вопросила Элейна, оборачиваясь по сторонам. – Я бы хотела бросить ему вызов. Надеюсь, он не струсит.

Стоило упомянуть девушке о воспитаннике Изувера, как в движение пришла вторая валькирия, которая до некоторых пор не сводила взгляда с одной точки и будто находилась в прострации. До последнего момента Фьётра пребывала в своих запутанных мыслях. Мыслях, которые ввергали её в хаос, страх и неверие. И чем быстрее приближался сегодняшний вечер, тем сильнее боялась небесная воительница.

– Если он опоздает, то это будут уже лично его проблемы, – пренебрежительно сплюнула валькирия водяного трезубца. – Мы и так пошли ему навстречу и не потерпим неуважения!

– У тебя похвальное рвение, красотка, – заговорил Гуннар и с непередаваемым влечением стал окатывать послушницу взглядом с головы до ног. – Что ты делаешь сегодня вечером?

– Гун, я тебя предупреждала…

Вот только довести свою угрозу до конца Христа вновь не успела. В этот момент от дальней границы оградительного барьера начали раздаваться громкие одобрительные хлопки:

– Замечательно! Превосходно! – надрывался веселый голос, а его аплодисменты звучали всё громче. – Выше всяких похвал!

Крик и гомон понемногу начал сходить на нет, потому как всё больше зрителей стали обращать внимание на непонятных чересчур громких личностей. Каждый из них был в дорожном плаще, но невзирая на всё внимание те не сводили своих взглядов со сражающихся на арене.

Вперед подались как оба эйнхерия, так и пожилой гарм. Даже Христа сделала шаг вперед, чтобы лучше рассмотреть аххесов. Не у дел осталась только Фьётра, которая отчего-то окаменела, но валькирия громовых клинков продолжала держать эмоции в узде.

– Сразу видно лучшее молодое поколение всего пантеона! – продолжил надрываться рыжеволосый. – Жаль, что я не родился на Севере! Ой, как жаль…

– Это он⁈ – вдруг выпалила с животрепещущим интересом Элейна, дёрнувшись в сторону арены. – Это тот самый аххес, о котором столько говорили?

Однако ответа не последовало, а из-за спин валькирий, эйнхериев и гармов вдруг раздался чей-то насмешливый голос:

– Очень сильно сомневаюсь, деточка! Только посмотри на него… Поверь на слово – это всего-навсего какой-то деревенский шут.

– Поддерживаю, – хмурясь всё сильнее, невозмутимо поддакнул Гуннар, что был увлечен увиденным рядом с ареной. – Кто пустил в подготовительную зону циркача⁈

– Что за кретин? – холодно выпалила Христа, также наблюдая за зрелищем у барьера.

– Боюсь, он не циркач и не кретин, а самый настоящий идиот, – не унимался насмешливый баритон позади. – И носит же его как-то земля?

– В чем-то ты прав, парень. Этот рыжий аххес напрашивается на смерть. Жаль, что их запретили трогать.

– Хоть в чём-то я с тобой согласна, Гуннар, – сухо одобрила валькирия водного трезубца.

Большинство из присутствующих не заметили, но при каждом слове незнакомца лицо Фьётры становилось всё бледнее, а сердце билось всё более учащенно. Звучавший голос за спиной она могла узнать из миллиона подобных. Девушке казалось, что случившееся в коллизии оказалось лишь сном, но прямо сейчас её избранник находился подле неё. Он прибыл на Север. Он стоял рядом невзирая на всю опасность. Прямо за спиной. Небесная воительница боялась пошелохнуться, однако сердце попросту таяло от волн нежности и любви.

Единственным, кто не поддался на провокацию был пожилой гарм. Заслышав голос незнакомца, тот первым неторопливо обернулся назад, пока остальные наблюдали за устроенным цирком у самой арены.

– Так может прикончим их? – продолжил подливать масла в огонь незнакомый баритон. – Кто мы, и кто они? Давайте я их убью! За определённую плату готов хоть сейчас. Хотите?..

Последние слова выбили двойку эйнхериев, валькирию и Элейну из колеи. Такое предложение показалось им странным и вопиющим, а далее те разом обернулись назад.

– Во имя Севера! Какого… – начал было Гуннар, переглянувшись с Домаром.

– Что ты тут забыл? Кто ты вообще… – ощерилась злобно Христа и тотчас прервалась.

Вместо ожидаемого лица какого-то подпевалы их взоры уткнулись в багрового цвета герб доминирующего дома. Всем знакомого доминирующего дома из аххеского пантеона. Дома Хаззак. Сам же носитель герба как ни в чём не было сидел к ним спиной и свесив ноги с постамента, болтал конечностями как маленький ребенок.

– Что такое? Разве больше не хотите? – поинтересовался незнакомец, медленно поднимаясь во весь рост и неспешно оборачиваясь ко всем присутсвующим лицом. – Предложение еще в силе. Смотря сколько вы готовы предложить…

– ЮНЫЙ ЛОРД, НУ ВЫ ЧЕГО ТАМ ЗАСТРЯЛИ⁈ – зазвучал громкий голос рыжеволосого у барьера. – ВЫ ЖЕ СЕЙЧАС ВСЁ ПРОПУСТИТЕ.

Из-за громогласного вопля весь образовавшийся ранее шум и гам быстро стих и большинство находящихся в зоне обратили свои взоры на постамент со служителями оберегов, а также лишним непонятным человеком.

– Уже бегу, Натан. По глазам вижу, что моя шутка северянам не понравилась, – отозвался весело черноволосый, двинувшись вперед. – Осталось только поздороваться кое с кем.

– Ты же тот самый аххес… – с каким-то удивлением прошептала Элейна, глядя во все глаза на незваного гостя.

– Твоё место внизу вместе с другими участниками… Ранкар Хаззак, – грозно отчеканила Христа. – Проваливай прочь!

– Как умудрился проникнуть сюда незаметно? – с нарастающей свирепостью осведомился Гуннар.

– Пятая династия! Сколько экспрессии в голосе. Где ваше хвалёное гостеприимство? А в целом обидно… Обидно до кровавых соплей, – с наигранным разочарованием вздохнул парень и пройдя мимо небесной воительницы и недовольных эйнхериев внезапно остановился рядом со статуей, в которую обратилась Фьётра.

Пару мгновений в округе царила странная тишина, ни один из присутствующих не понимал в чем именно дело. Сердце валькирии громовых клинков готово было вырваться наружу в любой момент. Кто бы знал, скольких сил ей стоило не броситься на шею к своему избраннику, но единственное, что ей удалось сделать это слегка приподнять голову, а затем дрожащий взор валькирии встретился с малость насмешливыми глазами мужчины.

– Здравствуй, Дурёха. Давно не виделись…

Глава 8
Демонстрация и эскалация…

Подавление всего человеческого…

Странно это всё. Очень и очень странно.

Та женщина что тебе по душе стоит на расстоянии вытянутой руки, однако прикоснуться к ней ты попросту не можешь и этому не в силах помочь даже взаимные чувства, а всему виной моя собственная слабость. От столь простого и в то же время мучительного понимания внутри вновь начали тлеть угли злобы, ярости и раздражения, но на лице в свою очередь не дрогнул ни единый мускул. На нём блуждала прежняя слабая кривая усмешка.

Хватило одного косого взгляда, чтобы удостовериться в догадке. Глаза, малость пальцы и неуловимо губы. У Дурёхи сейчас дрожало всё. Возможно, и сердце тоже. Не знаю почему, но внутри от такого умозаключения разлилась необычайная нежность вперемешку с теплотой, которая приглушала злобу и ярость. Да, лишь нежность и теплота. Жаль, что не любовь. Хм… А любил ли я когда-нибудь и кого-нибудь? Очень сильно сомневаюсь.

– Что ты только что вякнул, мерзавец⁈ – разъярённо зашипела Христа, услышав прозвище Фьётры, а протест стал сигнализировать об опасности. – Ты посмел оскорбить мою сестру⁈ Ты назвал её дурой⁈

Вот же холера! Надменная крылатая дрянь! Знала бы ты, что прямо сейчас моя ярость в десятки раз превышают твою.

К данному моменту колоссальное количество разношерстного внимания оказалось приковано к постаменту, на котором не считая Элейны, собралась знатная компания из слуг оберега и одного зарвавшегося глупца.

– Разве? – усомнился на миг я, даже не думая к ней поворачиваться и продолжая играть в гляделки со смертельно бледной и колеблющейся Фьётрой. – Тебе просто послышалось.

– Неотёсанный варвар, ты хоть понимаешь, кого посмел оскорбить своим грязным ртом⁈ – продолжала напирать валькирия, угрожающе двигаясь в мою сторону. – Не зарывайся! Ты всего-навсего…

Неотёсанный варвар? Занятно. Надо будет запомнить. Так меня еще не называли.

– Всем прекрасно известно, что ты ничего мне не сделаешь! Хочешь убить? Так убивай! Только не мели языком попусту! – холодно отрезал я, по-прежнему стоя к Христе спиной. – Остальные может и не в курсе, но ты и я понимаем почему я тут нахожусь. Лучше уймись, валькирия! Иначе…

Вот только довести свою угрозу до конца не удалось, потому как раздался пронзительный хлесткий звук, голова против воли дёрнулась влево, а я невольно скрыл довольную улыбку за болью. Свидетелями оглушительной пощечины стали все. Её звук эхом прокатился по огромному залу. Оплеуха хоть и получилась звонкой, но в самый последний момент Фьётра сбавила силу до возможного минимума.

Ну наконец-то, Дурёха. Я уж думал ты не догадаешься. Если мне нельзя к тебе прикоснуться, то сделай эта сама.

Щеку будто опалили пламенем, но слабая усмешка с моей физиономии никуда не желала исчезать, а вот на лице у валькирии громовых клинков росло бешенство и раздражение, и в ладони вспыхнул один из Близнецов.

– Посмеешь так заговорить со мной еще раз, вонючий мужлан, и вместо ладони придётся воспользоваться клинком! Я понятно излагаю свои мысли? – выпалила свирепо девушка, презрительно морщась. – Благодари небеса и госпожу Арнлейв, что тебя запретили трогать! К тому же вздумаешь в такой манере говорить с моей сестрой и смерть покажется тебе искуплением грехов! Знай своё место, грязный аххес!

Кто бы знал, сколько в данный миг на физиономиях у окружающих имелось неприкрытого довольства из-за увиденной сцены и прозвучавших резких слов. Практически мгновенно по всей подготовительной зоне прокатилась волна перешептываний. К этому моменту Христа на пару с эйнхериями и Элейной попросту фонтанировали нескончаемым злорадством и счастьем. Не у дел остался лишь пожилой гарм. С самого начала моего появления тот абсолютно не изменился в лице. Да и бояться в нынешний момент нужно было не валькирий с эйнхериями, а именно его. Самым опасным тут являлся старикан. Об этом явственно твердил протест. Не знаю почему, но благодаря протесту я с некоторых пор стал более лучше разбираться в его специфике. Теперь он трубил не только об опасности, но и во многом помогал разобраться в проблемной ситуации или же оценить скрытую мощь противника. Своеобразное шестое чувство. Протест прогрессировал вместе со своим хозяином. Что ж, я и вправду начал становиться сильнее.

« Этот старик-гарм далеко не прост, – вторила моим догадкам Руна. – Не перегибай палку. Мы находимся в опасной ситуации».

Я уже понял, малышка. Расслабься. Я сделал всё, что хотел.

Стоило пройтись взором по огромному залу, как перешептывания лишь усилились, а ехидства с колкостью в словах окружающих было хоть отбавляй.

– Глупец…

– Мерзкий аххес…

– Безмозглый смертник…

– Покусился на валькирию…

– Пусть помечтает…

– Он кем себя возомнил?..

– Глупец…

Однако из-за наплыва негатива окружающих мне в свою очередь становилось лишь лучше. Знал бы этот сброд какой необузданной и страстной в постели может быть валькирия.

– Занятно, – хмыкнул задумчиво я, потирая ушибленное место. – Ты всё такая же строгая и сердитая. Приношу свои глубочайшие извинения за своё поведение, чтимая валькирия, – с наигранным раскаянием пробормотал я, чуть поклонившись. – Полностью согласен с вами, шутка и вправду вышла из-под контроля. Чтимая Христа, вы тоже простите меня за излишнюю заносчивость.

– То-то же, варвар! – пренебрежительно отчеканила валькирия водного трезубца.

– Знай своё место, грязный аххес, – прошипела взбешенно Дурёха, развеивая быстро клинок. – Исчезни с глаз моих. Твоё расположение должно быть внизу вместе с остальными участниками.

– Вы полностью правы, чтимая Фьётра. Моё место и вправду внизу, – кивнул утвердительно я, начиная неторопливо удаляться прочь под массу едких смешков. – Дайте секунду, и я исчезну!

– Стой на месте, щенок! – рявкнул раздраженно Гуннар. – Мы еще не закончили. Я с тобой недоговорил. Считаешь, как пришел, так и сможешь уйти? Не забыл, где находишься? Тут тебе не Аххес!

Надо же! Удивил. Сейчас обделаюсь от страха. Ну давай поговорим.

– Хм. А ведь ты полностью прав, слуга Хеймдалля. Это не Аххес, – с наигранной задумчивостью изрёк я, медленно поворачиваясь к эйнхерию, а секунду спустя на моих губах образовался насмешливый оскал. – Тогда не подскажешь, где я нахожусь? Просвети, будь добр, неотёсанного варвара.

– Заносчивый недомерок, ты кем себя возомнил⁈ – ощетинился вдруг Гуннар от такой наглости, рванув ко мне.

В глазах у Фьётры я завидел некую панику после движения эйнхерия. На миг померещилось, что та шагнет противнику наперерез, но на моё удивление на плечо Гуннара легла жилистая и немного морщинистая ладонь.

– Уймись! – тихо отозвался пожилой гарм. – Не забывайся! Где твоя гордость?

– Убери руку! – прорычал сын Хеймдалля. – Моя гордость там же, где и манеры этого мелкого недоноска! Да и твои упрёки, Ингмар, меня начинают утомлять.

Ингмар, значит. Судя по доспехам и символах на них, он один из сыновей Видара. Причем, судя по его виду, старик достаточно долго служит своему покровителю.

– Я сказал УЙМИСЬ!

Именно в этот момент всех и проняло. Протест вновь пробудился, собственное тело против воли стало дрожать и инстинктивно сделало шаг назад. На взбунтовавшегося эйнхерия же стало жалко смотреть. Под выплеском силы старика тот болезненно скривился и непроизвольно малость осел. Даже валькирии знатно напряглись, а об Элейне и говорить не стоит.

Чтоб мне сдохнуть! Весьма солидно. Сдаётся, что он мало в чём уступает наставнику.

Однако на этом всё не закончилось. Взгляд пожилого гарма внезапно сконцентрировался на моей персоне и на долю секунды мне померещилось, что одна из его бровей слегка дёрнулась вверх.

– Не зли меня! – спокойно отрезал старикан, глядя угрюмому сыну Хеймдалля в глаза. – Ты тоже не рыпайся, Домар! Вы слышали просьбу Арнлейв. Не выходи за рамки – это не ваша территория. Если ты хочешь, что-то узнать у мальца, Гуннар, то просто спроси и используй язык, а не угрожай. Что касательно тебя, мальчишка, – бросил он мне, – не играй со словами и прекращая всех провоцировать. Не забывай своего положения. Ты гость. Так и веди себя подобающе.

Проклятье! А старик-то остёр на речь. Осадил всех одними словами. Даже и не знаю, что думать, но сила его бесспорна.

– Язык, говоришь, лучше использовать? Ладно! – выпалил Гуннар, беря себя в руки и пронзая меня испепеляющим взором. – Повторяю вопрос, недоносок! Как ты умудрился проникнуть сюда незаметно? Как прошел мимо нас?

Впрочем, стоило прозвучать его вопросу, как захотелось громко расхохотаться, а Ингмар от услышанных бредней эйнхерия внезапно закатил глаза, потому как даже ему подобное показалось абсурдным.

Ирззу распутницу мне в жены! Его это задело? Забавно. Кто бы знал, что Сущность Истребления окажется настолько полезной. Даже слуги оберегов не могут отследить моего перемещения. Нужно взять на заметку.

Ты умница, малышка.

«Я знаю», – самодовольно отметила Руна.

– Больше тебе ничего не рассказать? – усмехнулся весело я, а затем мой взор перетёк на пожилого гарма. – Чтимый Ингмар, объясните своему соратнику, что задавать такие вопросы недругу весьма бессмысленно.

В глазах у сына Видара я заприметил понимание и тот крепче сжал плечо разъярённого Гуннара.

– Малец прав. Никто в здравом уме…

Однако договорить старику не дали, потому как из-за спины раздался девичий холодный голосок:

– Если я одолею тебя в спарринге, то ты всё расскажешь… Но лишь мне!

Практически мгновенно на лице у Христы я увидел скрытое одобрение таким поступком послушницы, а затем пришлось неспешно поворачиваться в сторону тёмной альвы.

– Зачем мне соглашаться на этот спарринг?

– Испугался? – с явным высокомерием вопросила девушка.

« Что себе позволяет эта соплячка? – возмущенно зашипела спата. – Ранкар, проучи эту мелюзгу!»

Я не хотел раньше времени раскрывать карты, но если ты настаиваешь, то почему бы и нет, – заинтригованно пробормотал я.

– Ты меня не поняла, Элейна из побочной ветви верховного клана Альвхейм, – покачал я отрицательно головой и сделав шаг вперед, ловко спрыгнул с постамента слуг оберегов. – Что получу взамен я, если у тебя не получится выиграть?

– Это невозможно! – решительно выпалил та.

– Это не ответ, – разочаровано отмахнулся я, а после с демонстративным видом оглянулся по сторонам. – Думаю, мне пора. Мы с ребятами увидели всё, что хотели. До встречи, дамы и господа. Парни, – окликнул я Натана, Алейфа и Тэйна с Рамасом, – уходим!

Однако стоило развернуться и засобираться на выход, как в зоне стали происходить конкретные перестановки. Несколько мгновений назад свой спарринг завершили находящиеся на арене бойцы и, судя по всему, победу одержала Линнея. Но и это оказалась не всё, потому как врата в область валькирий внезапно отворились, и за их порогом во всей своей величественной красе замаячил силуэт валькирии копья света, которая с невозмутимым видом и сопровождаемая взглядами обожания десятков послушниц зашагала в нашем направлении. Причем в это же время чуть ли не в припрыжку за женщиной следовала Ингрид.

А по всему залу тотчас пронеслась волна изумления:

– Госпожа Арнлейв…

– Госпожа…

– Первая валькирия…

– Я согласна! Спарринг здесь и сейчас! На твоих условиях! – вдруг ударил мне в спину взволнованный голос Элейны, которая не сводила фанатичного взора с сильнейшей валькирии. – Можешь попросить, о чем угодно.

«Впервые вижу, чтобы обожание настолько застилало глаза, – тихо рассмеялась Руна. – Вот же идиотка!»

– Одолеешь его, Элейна, и в таком случае я скрашу твой сегодняшний вечер, – похотливо рассмеялся Гуннар.

– Закрой свой пасть, Гун, – ощерилась Христа.

Погодите-ка… Скрасить вечер?

– То есть призом можешь стать, и ты сама?

После прозвучавших слов образовалась тишина, отчего тёмная альва пронзила меня презрительным взором, но затем покосившись в сторону приближающейся валькирии копья света, утвердительно кивнула. Однако за секунду до этого на лице у Фьётры мне удалось рассмотреть скрытое ошеломление.

– Такого не произойдет, но можешь немного помечтать, – решительно выдала Элейна, присаживаясь на колено перед мимо проходящей светлой альвой. – Я преклоняюсь перед первой после повелительницы Фреи.

Однако на приветствие послушницы Знающая Альвхейма лишь кивнула со слабой улыбкой на губах, а затем остановилась прямо напротив меня.

– Здравствуй, Ранкар Хаззак, – сухо изрекла женщина.

– Моё почтение, чтимая Арнлейв, – чуть склонив голову, спокойно обронил я. – Не сочтите за грубость, но меня ждёт спарринг. Надеюсь, вы не сильно огорчитесь если я вас покину.

– Спарринг? – приподняла та левую бровь. – Неужели с Элейной?

Стоило коленопреклонённой девушке заслышать собственное имя, как та невольно вздрогнула и расширила глаза от удивления.

– Значит, я прибыла как нельзя вовремя, – улыбнулась обворожительно валькирия, невольно переглянувшись с озадаченной Ингрид. – Ступай, Элейна. Покажи на спарринге всё, что можешь.

– Как прикажете, моя госпожа! – с фанатичным блеском в глубине глаз выпалила тёмная альва и умчалась на арену со скоростью света.

Проклятье! Вот ведь хитрая стерва! Да эта идиотка теперь в лепешку разобьётся! Впрочем, ей же хуже.

– Ты тоже ступай, воспитанник Изувера. Мне нетерпится увидеть, чему смог тебя обучить Хаззак.

М-да. Неловко получается. Стыдно сказать, но наставник меня ровным счетом ничему не обучил.

– И мне тоже нетерпится посмотреть, – с лучезарной улыбкой поддакнула Ингрид, а её глаза тотчас блеснули янтарным цветом. – Я буду внимательно за тобой следить…

* * *

Не прошло и десяти минут, как я уже стоял на арене. Правда, заблаговременно пришлось избавиться от всего защитного снаряжения. Спарринг всё-таки. При мне остались только Гаммы и тренировочный набор экипировки.