Текст книги ""Фантастика 2026-185". Компиляция. Книги 1-19 (СИ)"

Автор книги: Вел Павлов

От услышанного глаза Иллион расширились и та с вопросом уставилась на меня, я же в ответ на глазах лишь снисходительно качнул головой, давая понять, что девчушка ни о чем не подозревает.

– Спасибо тебе, Ранкар! – судорожно сглотнула дриада, прижимая к себе дитя. – Спасибо.

Правда, в следующие мгновение девица опомнилась и профессиональным взором оглядела меня с ног до головы и местами заприметила кровь.

– Что с тобой? Ты… ты ранен? Я могу тебя…

– Пустяки, – отмахнулся слабо я. – Я в норме. Да и задержаться надолго у меня не получится.

Медленно и верно Диану и Рейну обступили со всех стороне. Я же в свою очередь медленно отстранился в сторону, но радостный голос малышки продолжал звенеть над сводами зала.

– Ай да, Сумрак, ай да бесячий сын. Снова творишь чудеса, – тихо рассмеялся Аванон, ободрительно хлопнув меня по плечу. – Поделишься подробностями?

– Позже, – кратко отозвался я, невольно поморщившись. – Всё позже. Мне действительно надо возвращаться, не то Кайса и Сиана устроят небольшую войну между собой, но в жертву принесут окружающих.

– Ты какой-то… не такой сегодня, – озадачено буркнул голубокровный, глядя на меня с нарастающим удивлением. – Ты какой-то… потерянный.

– Возможно и потерянный, Илай, – расплывчато отозвался, а после кивнул на остальных. – Ступай к ним и подбодри всех, как умеешь, а мне пора возвращаться.

Аванон загадочно поджал губы и последовал моему совету, а сам я почти бесшумно зашагал к выходу. Правда, остановившись в проёме я неосознанно обернулся через плечо и замер, наблюдая за окружающими. Впервые за всё время я наблюдал за ними так пристально. Лица, движения, слова, смех, эмоции. Только сейчас я понял, как много потерял. Как много я потерял, будучи нелюдимым, одиноким и озлобленным. Сам того, не осознавая я был им всем благодарен. Благодарен от всего сердца.

Натан, Рамас, Цуг, Грат, Аркас, Илая, Эйсон, Тэйн, Диана, Рейна, Ания, Талисса, да та же Эстель и Зирина.

Именно сегодня… Именно после сегодняшней ночи всё изменилось. Наблюдая за нами и образовавшейся идиллией, в душе начал расти предательский страх. Впервые в своей сраной жизни я понял, что не один.

– Ты боишься потерять их, не так ли, мой разоритель? – печально прошептала Истра, материализуясь за моей спиной. – Они, как и Хаззаки, стали тебе семьей.

– Да, – честно признался я, а внутри у меня всё сжалось от медленной пытки. – Боюсь. Боюсь их потерять. Боюсь снова остаться один. Боюсь остаться навсегда озлобленным и никому не нужным. Боюсь потерять всё по щелчку пальцев какого-нибудь сраного выродка. Ярвир не даст соврать, я часто думал над тем, кем бы я стал, если бы с рождения научился контролировать свои эмоции, свой нрав, своё наследие? Что бы со мной было? Как бы обернулась моя жизнь? Я устал, малышка, – дрогнувшим голосом произнес я. – Я смертельно устал от всего этого. Сущее свидетель, мои силы и терпение на исходе.

Альяна же читала меня, мои мысли и эмоции как открытую книгу.

– Ты не хочешь больше сражаться и убивать, да? – грустно отметила она. – Боишься того, в кого можешь превратиться по итогу. Ты опустошен до предела.

– Ты безусловно права, – сипло отозвался я, продолжая смотреть на остальных. – Я боюсь самого себя. Теперь я понимаю, что месть, злоба и ярость не даруют мне счастья. Кем был Азаих и в кого превратился? Наставник говорил, что он был достойным человеком и великим воином, но до чего его довела месть и злоба? Я не хочу стать таким же. Не хочу потерять то, что имею. Не хочу обратится чудовищем. Теперь уже точно не хочу…

– Никто и ничто не вечно под луной, мой разоритель, – с какой-то тоской признала Истра. – Возможно, ты тоже прав. Если пойдем по пути мести и крови, то оба останемся ни с чем. Мы как два изувеченным калека не можем идти вперед друг без друга.

Вот только следующие слова Руны поразили до глубины души, и я остервенело обернулся к девушке. Хоть и понимал, я единственный, кто её сейчас мог видеть.

– Так может хватит? – в лоб спросила она с какой-то болью в тоне. – Если тебе тяжело, то может… остановимся? Может… пора отпустить всё это?

С расширившимися глазами я не верил в то, что говорила спата.

– Да простят меня сестры, но ради тебя я готова отступится и пожертвовать всем. Я тоже устала, Ранкар. Сколько себя помню я сражалась и убивала. Так может… действительно хватит? Может спасём Фьётру, вернемся в Инферно к Искорке и закончим на этом? Обоснуемся там, а после просто будем путешествовать по другим мирам? Среди демонов мы не станем своими, но и чужими не будем. Да и оставаться на Вечном Ристалище я не особо желаю. Этот мир отнял у меня всё. Мне больно тут находится. Уйдем подальше от оберегов. Осуществишь ли ты мою мечту?

– Малышка… – ошарашено сглотнул я, до сих пор не веря в услышанное.

– Удивительно, да? – печально улыбнулась Альяна. – Руна Истребления мечтает о столь приземленных вещах.

– Может нам и вправду хватит, красотка, – тихо зашептал я, глядя с удивлением на свои руки и Истру. – Может нам и вправду пора остановится. Доходим до четвертьфинала Великой Сотни, спасаем Фьетру, выполняем обязательства перед Кайсой и Сианой, помогаем Тэйну, шлём Видара с Ингмаром в пешее эротическое и на этом… всё. Наследник Пятой Династии исчезает в Инферно.

– Вполне сносный план, – тихо рассмеялся спата, с нежностью поглаживая меня по щеке. – Куда ты, туда я. Куда я, туда и ты…

* * *

Аронтир. Внутренние земли.

Верхний город.

Золотой квартал.

От Среднего до Верхнего города я просто шел. Шел, как ни в чем не бывая. Невзирая на все беды и проблемы в душе преобладал какой-то душевный подъём. Спасение Рейны, схватка с Азаихом, переосмысление существование Ранкара Хаззака, беседа с Истрой и её жертва многое расставила по своим местам. Не сказать, что я переменился по щелчку пальцев, но хватило и того, что вместе с Руной нам удалось ступить на столь сложный и в тоже время достаточно простой путь. Отпускать месть и кровные обиды практически невыполнимо, но мы… мы постараемся. Оба постараемся, чтобы не потерять то, что мы имеем. Медленно и верно план будущих действий складывался в голове подобно пазлу.

Я и сам не заметил, как оказался в пределах Золотого квартала, столица четырёх пантеонов к этому времени неспешно пробуждалась ото сна и наступал рассвет. Рассвет не только в мире, но и в моей жизни. По крайней мере, я надеялся на это и мечтал о таком. Да, впервые в жизни я заимел мечту.

Однако, когда моя нога ступила в нужную часть квартала пришлось вынырнуть из эфемерных мыслей, потому как в реальном мире вновь начало творится неизвестно что. Улица, на которой находилась моя резиденция превратилась в оживленный улей, а если быть точнее, то у врат у особняка иномирцев царило странное оживление.

Впрочем, у них за прошедшую неделю днём и ночью творилось нечто необъяснимое. Кто-то постоянно прибывал, а кто-то убывал. По докладам Фанора туда зачастую наведывались храмовники из Храма Соприкосновения и некоторые высокопоставленные голубокровные из Аххеского пантеона. Вероятнее всего, нечто стало происходить с самого утра.

Свой путь до резиденции я продолжил по ранее намеченному маршруту, но стоило мне практически вплотную приблизиться к вратам собственного особняка, как пришлось выпадать в осадок.

Протест внезапно взбунтовался. Вот только он активизировался не от опасности, а от необъяснимого чувства напряжения, что витало в воздухе. Однако буквально сразу всё встало по своим законным местам. От осознания увиденного я пришел в подобие немого шока, потому как один из силуэтов я узнал. От данного силуэта фонило несравнимым давлением и скрытой мощью.

На противоположной стороне от моего жилища возле одного из буревестников как ни в чем не бывало стоял тот, кто на равных мог говорить с оберегами Вечного Ристалища, а подле него, словно маленькая девочка, вилась и весело щебетала миловидная девица с серебристыми волосами.

«Во имя Древних! – сдавлено изрекла Руна. – Неужели это…»

Самому не верится. С каких пор хранитель Земли так просто разгуливает по Золотому кварталу? Мир, что ли, совсем свихнулся? Где толпа храмовников и прихлебателей оберегов?

Лишь одного я не учел в происходящем. Восприятие седовласого мужчины находилось на запредельном уровне. В мгновение ока тот отвлекся от беседы с дочерью и воззрился в моём направлении. Она оба воззрились в моём направлении. На секунду померещилось, что те замерли, а затем взглядов с противоположной стороны стало в несколько раз больше. Иномирные воители, иномирные эмиссары и представители рода Лазаревых – все они смотрели на меня. Причем смотрели странным и необъяснимым образом.

На крошечную секунду времени я встретился глазами с хранителем Земли. Не знаю, что могло случится, но я уже засобирался отвести голову в сторону, как внезапно седовласый мужчины отстранился от изумлённой дочери и неторопливо зашагал в мою сторону.

Шаги хранителя Земли оказались напрочь бесшумными, а из тёмно-алых глаз струился неподдельный интерес.

Мою ж собачью жизнь! Что происходит? Какого причиндала он сюда тащится? Какого хрена тот, кто на равных может говорить с божествами вообще разгуливает тут? Он хранитель или погулять вышел?

«Ранкар, только не вздумай ему об этом сказать или же как-то нагрубить, – с неким волнением сказала Истра. – Я абсолютно ничего не чувствую. А это может твердить только об одном. Он либо безумно силён, либо до одури слаб. Но как ты понимаешь, второе отпадает».

– Здравствуй, Ранкар Хаззак… – спокойно произнес хранитель Земли, а я чуть ли не поперхнулся от услышанного.

Мириада сраных бед! Какого беса тут творится? Чего ему надо? Неужели обиделся на то, что я на них пялился?

– Моё почтение, чтимый хранитель, – тихим тоном изрёк я, сопровождая свои слова приветственным поклоном. – Если я вас чем-то оскорбил, то прошу простить. К тому же мне льстит, что вы помните моё имя.

– Чем ты меня оскорбил? – в лоб спросил седовласый с лёгким изумлением, а затем как ни в чем ни бывало весело рассмеялся. – Ты удивлен, не так ли?

Лишь через мгновение я осознал, что мы стоим лицом к лицу, а на нас взирала не только охрана моей резиденции из-за врат, но с каким-то трепетом на нас смотрели с противоположной стороны другие иномирцы.

– Немного, – невольно нахмурился я, не понимая к чему он ведет.

– Считаешь, что такому как я не место среди смертных, да? – улыбка у мужчина стала чуть шире.

Проклятье! Он пророк, что ли⁈

– Боюсь, это не мне решать, чтимый хранитель, – осторожно ответил я ему, прислушавшись к совету Истры. – Вы вольны находится там, где пожелаете.

– Я не бог, Ранкар, и не оберег, – с какой-то печальной улыбкой отозвался он. – Открою тебе не такой уд и большой секрет… Я смертен, как и другие разумные. Просто… я немного сильнее прочих. Я живу среди смертных. Мои супруги смертны. Мои дети смертны. Они не обладают божественной искрой или же божественной волей. Они ошибаются, как остальные. Я хоть и зовусь хранителем, но мало чем отличаюсь от тех, кто меня окружает, поэтому не надо меня опасаться.

Казни Сущее, Ярвир! Что происходит? Зачем он мне всё это рассказывает?

– Прошу меня простить, чтимый хранитель, но к чему вы клоните? Зачем вы мне об этом говорите?

– Если тебе не сложно, то следуй за мной, Ранкар, – поманил меня за собой седовласый, а затем спокойным шагом пошел в сторону резиденции иномирцев. – Нам нужно поговорить…

Вел Павлов
Эпоха Опустошителя. Том X

Глава 1
Шок и трепет…

– Если тебе не сложно, то следуй за мной, Ранкар, – поманил меня за собой седовласый, а затем спокойным шагом пошел в сторону резиденции иномирцев. – Нам нужно поговорить.

Проклятье! Я сплю, что ли⁈ Что за бред⁈ Какого причиндала ему от меня надо? О чем он собрался со мной говорить?

«Ранкар, не стой столбом, – поторопила меня Руна. – Лучше следуй за ним. За всё время беседы он не выказал к тебе ни грамма презрения или же раздражения. Уже это говорит о многом. К тому же я сама никогда не встречалась с хранителями, лишь с оберегами».

Не нужно и говорить, что потрясения в глазах у охраны позади меня стало в несколько раз больше, когда я пошел следом за хранителем, но вот взгляды тех, кто находился впереди не выражали ничего кроме трепета. Складывалось впечатление, что они чего-то ждали. Вот только чего?..

Воины в темно-алых доспехах расступились, словно волна перед хранителем Земли, не забывая перед этим кланяться, но внезапно из их гущи выскользнул серебристый вихрь, который оказался прямо передо мной. Причем этот самый вихрь, что ни на есть в хозяйской манере подхватил седовласого под руку.

– Давно не виделись, Ранкар Хаззак, – широко улыбнулась мне Лазарева.

Её голос и аура до сих пор казались до ужаса знакомыми, но я так и не смог понять, как и почему.

– Приветствую вас, юная леди Лика.

Лишь миг погодя я осознал, что она осматривает меня и мой потрёпанный вид с ног до головы, заостряя внимание на свежих ранениях и ссадинах. Благодаря регенерации многое успело затянуться, но выглядел я еще весьма скверно.

– Ты выглядишь… усталым, – подобрав нужное слово, изрекла задумчиво девица. – Неужто сражался?

Заслышав подобное, отчего-то два воина из охраны иномирцев пришли в движение, но я счёл это всего лишь совпадением. Однако после прозвучавших слов, хранитель Земли и сам осмотрел меня более внимательно и его взор неуловимым образом изменился.

– Я могу помочь! – чуть повысила голос Лазарева, улыбнувшись еще шире. – Я целительница и мама Валери целительница.

– Не стоит, леди Лика, – мгновенно отказался я. – Всё в порядке.

– Ты уверен? – приподняла та бровь. – Мне совсем не сложно.

– Более чем уверен, – кивнул невозмутимо я, стоя на своём. – Благодарю.

По неизвестной причине хранитель на все мои заявления одобрительно кивал будто оценивал каждый ответ.

– Что ж, тогда вперед, – усмехнулась тепло девушка. – Внутри все уже заждались.

– Заждались? – вырвалось у меня.

Лазарева вдруг изогнула бровь и посмотрела с удивлением вначале на меня, а затем на седовласого.

– Да. Заждались, – кивнула спокойно она. – Отец же только что приехал. Я его встречала.

Холера! Так вот в чем дело.

Не знаю почему, но на всём пути до входа в резиденцию мне казалось, что я нахожусь под чьим-то пристальным вниманием и ответ на данный вопрос пришел от Руны.

«Это не чьё-то внимание, Ранкар, это мощь ауры хранителя. Он действительно безумно силён. Не удивлюсь, что сейчас в радиусе нескольких сотен метров, а то и больше он контролирует абсолютно всё. Я более чем уверена, что он ни в чем не уступает оберегам, а может и превосходит их. Будь на стороне Пятой Династии и Веритас такая шахматная фигура, и те ублюдки трижды подумали бы, прежде чем напасть».

Он чувствует тебя?

«Очень сомневаюсь. Мы с ним не знакомы и никогда не сражались. Пока я сокрыта в твоём теле, то и обереги вряд ли распознают меня».

Через несколько секунд нога хранителя неторопливо переступила через порог и каковым оказалось моё удивление, когда ему навстречу тотчас выступила эмиссар Валери и с любовью поцеловала в щеку. Её верный телохранитель Габриэль уже намеревался присесть на колено перед господином, но завидев меня, оторопел. В принципе, подобная реакция оказалась и у самой княгини. Она остановилась на месте, не сводя с меня потрясенных глаз.

Впрочем, всю напряженность обстановки прервал слаженный крик трёх мужских голосов, а их владельцы весьма спешно спускались по ступеням вниз – Фларас Лазарев, Тар Лазарев и Марриуз Лазарев.

– Ха-ха! Папка приехал…

– Батя…

– Отец, ты прибыл быстрее, чем мы…

Завидев мой силуэт, первым замер полуальв, после шок одолел второго сына, которого я вовсе не желал видеть, а самый старший из них проделал на пару шагов больше, но остановился так же резко, как и его братья. Троица разом переглянулась и тотчас посмотрела на отца, но на лице у хранителя Земли воцарилось пугающее спокойствие.

– Как погляжу, у нас гости, дорогой, – первой в себя пришла княгиня, а следом за ней и остальные. – Здравствуй, Ранкар.

– Приветствую вас, эмиссар Валери.

– Почему-то мне кажется, что при каждой нашей встрече ранений у тебя становится всё больше, – взволновано произнесла женщина, оценивая мой потрёпанный вид.

– Ночь… ночь выдалась наряженной, – отрывисто сознался я. – Прошу простить за столь непрезентабельный вид. Просто…

– Это я позвал Ранкара к нам, – спокойно заявил хранитель. – Нам нужно кое о чем переговорить.

Зараза! Знать бы еще, что понадобилось такому мастодонту от моей скромной персоны.

Вот только одна безобидная фраза поселила на лицах присутствующих страшное потрясение, а затем раздалось сдавленное блеянье полуальва.

– Отец, а нам… нам что делать? Может мы…

– Ждите нас здесь, – усмехнулся сдержано хранитель, а после посмотрел на дочь. – Лика, ты не могла бы нас проводить в гостиную? Мне кажется, что наша беседа с Ранкаром получится… тяжелой.

Прозвучавшая фраза походила на гром среди ясного неба, но главным являлось то, что все Лазаревы разделили одну важную эмоцию на всех. На их лицах читался шок и трепет, но теперь первой взяла себя в руки Лика.

– Ранкар, отец, прошу за мной, – тепло улыбнулась девушка. – Я найду вам место для разговора…

Доброй ночи, уважаемые читатели.

Как и всегда всех поздравляю с новым началом.

Одним словом – шок и трепет. Что за беседа? О чем хочет поговорить хранитель? К чему она приведет? Осмелится ли он? Чем обернется будущее? Враг или друг? Ненависть или здравомыслие? На что именно повлияет судьбоносное решение Ранкара и Альяны? Чем окончится Великая Сотня? В кого превратится Ранкар? Слишком много вопросов и так мало ответов. Но вскоре, мы узнаем все тайны и секреты.

В остальном же…

Как и всегда…

Всех обнял, прижал…

Ну и не забываем лепить лайки, кому нравится начало.

Глава 2
Лицом к лицу…

Аронтир. Внутренние земли.

Верхний город. Золотой квартал.

Резиденция иномирцев.

Гостиная.

Дверь за Лазаревой закрылась бесшумно. Хотя на миг померещилось, что девушка вовсе не желала уходить, но под спокойным взглядом отца она скрытно поджала губы, одарила меня лучезарной улыбкой и… сдалась.

Не сказать, что я опасался хранителя Земли, но спата и инстинкт самосохранения твердили, чтобы Ранкар Хаззак не рыпался лишний раз. Если гипотеза Альяны верна, то данное существо могло заткнуть за пояс оберегов. Прямо сейчас иномирец стоял ко мне боком, сцепив руки в замок за спиной и что-то разглядывал за окном. Сам того не осознавая, я начал анализировать будущего собеседника.

Выглядел он примерно лет на сорок. Впрочем, ему могло быть как сорок, так и все сто сорок лет. Да и неестественный цвет седых волос и алых глаз наводил на различные мысли, ведь никто из его детей не обладал ни тем, ни другим. Ростом он был примерно с меня, а в остальном же… В остальном передо мной стоял не воин и не маг, передо мной находился настоящий убийца. Плавные бесшумные движения, пронзительный взгляд, нечеловеческая мимика и пугающее спокойствие, что граничило с безразличием. Если кратко, то враждовать с таким существом смерти подобно, так что лучше засунуть свой гонор как можно глубже в одно место.

Как думаешь, он не солгал насчёт своей смертности?

«Сомневаюсь, – задумчиво изрекла Руна. – Ему врать без надобности. Если он так непринуждённо говорит о своей смертности, то сложно представить предел его истинных возможностей».

Именно это меня и волнует, малышка. Если он смертен, то твои способности истребления будут плохо на него влиять.

«Оглохните Древние! – ругнулась девушка. – Только не говори, что ты уже представил свою схватку с ним? Боюсь, сейчас наш предел – это старшие служители оберегов, такие как Арнлейв и Ингмар. И это с тем учетом, что ты выложишься на полную и отдашь все силы. Пока твоя мощь не станет больше и полностью не окрепнет о борьбе с оберегами лучше не помышлять. Если честно… – голосок Истры стал совсем тихим. – Я хоть и ненавижу оберегов всеми фибрами своей души и желаю разорвать тех на части, но я рада тому факту, что нам более не нужно идти путём кровопролития. Одним Древним известно сколько бы времени ушло на нашу месть. А я не хочу, чтобы ты возложил целую жизнь на алтарь своего и моего возмездия».

Сам не знаю почему, но столь заботливые слова Истры отныне являлись тем самым светом надежды в кромешной тьме отчаяния и злобы.

Спасибо, красотка.

Тем не менее наша беседа резко оборвалась, потому как зазвучал тихий, но до безумного проникновенный баритон хранителя Земли.

– Наверное, ты размышляешь, о чем я хотел поговорить. Речь пойдет о… моём сыне. Для начала, Ранкар… – мужчина внезапно осекся и неторопливо обернулся ко мне. – Для начала я бы хотел попросить у тебя прощения.

«Во имя Древних…»

Сношаются утки вторые сутки! Какого хе…

От услышанного я чуть не закашлялся, а глаза норовили вывалиться из орбит. Сказать, что седовласый меня поразил – ровным счетом не сказать ничего.

– Чтимый хранитель, – сипло прокряхтел я, поднимая на него взгляд. – Зачем вы просите прощения? А главное, за что и… почему вы извиняетесь?

Стоп! Он сказал, что речь пойдет о сыне. Неужели он о…

Изумления в моих глазах стало еще больше, а Лазарев вдруг устало потёр веки и вновь воззрился на меня. На секунду померещилось, что во взгляде седовласого я заприметил жуткую досаду и боль, но она быстро сменилась раскаянием.

– Да, – выдохнул тяжко он. – Речь пойдет о моём непутёвом сыне. Я знаю, что ты и Тар враждуете. Он рассказал мне обо всём. Поведал о Мергаре. Поведал о том, что случилось по его вине. Захар виноват и ни за что не станет отрицать этого. Мой сын сожалеет о содеянном, Ранкар. Будь его воля, он бы сам повинился, но ты… ты пригрозил ему расправой.

Чтоб меня трижды передёрнуло! Я сплю, что ли?

Чем дольше хранитель говорил, тем больше удивления росло в моей душе, но собрав воедино всю решимость, я вновь поднял глаза на собеседника.

– Боюсь, ваши извинения не вернут мёртвых к жизни, – утробно заключил я, качая разочаровано головой и тем самым вспоминая пылающую Мергару. – Ваш сын совершил непростительную ошибку, но… – на миг я запнулся, а мой голос стал звучать гораздо тише, – … но и я тоже допустил оплошность. Оплошность, из-за которой погибли невинные разумные. Любое наше действие всегда приводит к каким-либо последствиям. Я сделал свой выбор, а ваш сын сделал свой. Теперь пришла пора смириться с этим. Как я и сказал ранее, мёртвые не слышат живых. Порой я успокаиваю себя мыслью, что рано или поздно, но нападение на Мергару всё равно произошло бы и в любом случае погибли бы люди, однако уже по вине кого-то другого. Случай в Ванфее прямое тому подтверждение. Теперь я понимаю, что разумные умирали, умирают и будут умирать, но…

– … но нам теперь предстоит жить с этим, – заключил за мной хранитель с грустной усмешкой. – С данной утратой будет жить вечно не только Тар, но я. Потому как именно я допустил это. Если бы имелась такая возможность, Ранкар, то я бы понёс ответственность, но сейчас…

– … сейчас совсем неподходящее время, – теперь пришла моя пора договаривать за седовласым. – Да, я в курсе, что Аххес и Земля сейчас тесно сотрудничают, а если вы сознаетесь в том, что натворил ваш сын, то всё пойдет прахом и в случае чего могут вновь полететь головы.

Чем больше я размышлял над случившимся в Мергаре, тем лучше осознавал истинную суть. И от данного осознания сводило челюсть в порывах гнева. Небожителям по большому счету плевать на свою паству. Они добиваются своих целей несмотря ни на что. Смертные всего-навсего разменная монета. Ведь я сам стал такой монетой в игре нескольких божеств.

– Скажу вам малость больше, хранитель, – протяжно выдохнул я, продолжая беседу. – Обереги Вечного Ристалища могут спокойно пожертвовать гораздо большим числом людей, чтобы заручиться вашей поддержкой. Вероятнее всего, они на многое закроют глаза. Так что пусть теперь всё идет своим чередом, – выдохнул удрученно я, пытаясь смириться с реальностью. – От меня лишь одна просьба будет к вам…

– Говори, – с толикой удивления согласно кивнул мужчина. – Можешь не стесняться в выражениях.

Проклятье! Происходящее действительно напоминает какой-то сон! Он точно тот, кто вершит судьбы миллиардов живых существ?

– Не сказать, что я так уж сильно презираю вашего сына, но пусть он хотя бы в следующий раз думает о последствиях, – угрюмо заключил я, медленно поднимаясь с кресла. – Как-никак он сын хранителя. Он рискует не только своей репутацией, но и вашей. Надеюсь, вы не сочтете подобное за грубость.

– Я могу пообещать тебе кое-что большее, – таинственно изрёк мужчина. – Как только связь между Землей и Вечным Ристалищем окрепнет, я самолично признаюсь во всем.

«Он… он не лжет, Ранкар», – растеряно отметила Руна.

Честно признаться о таком исходе я не помышлял. До сих пор не могу поверить, что передо мной стоит хранитель огромного мироздания.

– А насчет моего сына Тара, так он постарается искупить случившееся всеми правдами и неправдами. Да, будет сложно, но он приложит все силы.

– Боюсь для такого… жизни не хватит, – заметил рассеяно я.

– Ты прав. Но он постарается. Теперь это его ноша. И она останется с ним до самого конца. Так или иначе, – чуть тише пробормотал хранитель, – но за всё в нашей жизни приходится платить.

Во имя всего живого и мёртвого! Точно также всегда говорил тот старый предатель. Неужели совпадение? Чушь какая-то!

Слова хранителя потрясли до глубины души и прогремели как гром среди ясного неба. От услышанного я невольно растерялся, но собеседник интерпретировал моё поведение по-своему.

– Удивлен?

– Честно сказать… да, – вырвалось против воли у меня. – Я совсем иначе себе представлял того, кто вершит судьбы миллиардов живых существ.

В ответ седовласый тихо рассмеялся и многозначительно покачал головой.

– Даю угадаю… – хмыкнул загадочно он. – Ты представлял себе хранителя грозным, властным и нелюдимым старцем, который движением руки уничтожает народы, а косым взглядом подчиняет своей воле небожителей и божеств, не так ли?

Вот же холера! Он мысли, что ли, читает?

– Открою тебе тайну, Ранкар, – спокойно заговорил Лазарев, прекрасно читая ситуацию. – Хранитель – это не правитель, не владыка, не император и не король. Он не повелевает и не подчиняет. Нам не нужна ни паства, ни вера, ни подношения, ни жертвы на алтарях. Нам такое чуждо. Да, по нашему велению может разразиться война, а может и что-то похуже, но главная задача хранителя заключена не в резне и не в кровопролитии, а в поддержании баланса в том мироздании, к которому он принадлежит. Но признаюсь честно, ранее я был абсолютно иным… Ранее я пролил крови столько, что и не сосчитать. Так что ошибаются не только обычные разумные, но даже хранители, – низким тоном пробасил Лазарев. – Невозможно уследить за всем в мире. Надеюсь, теперь ты понимаешь, к чему я веду? Те люди в Мергаре погибли не по чьей-то ошибке, а из-за того, что так сложились предательские обстоятельства. Ты помог моему сыну, а он, не ведая того накликал на твердыню Хаззаков беду. Однако посмотри на эту с иной стороны! Если бы Вечное Ристалище и Инферно не воевали между собой, случилась бы та резня вообще?

Ирззу распутницу мне в жены!

Сам не верю, что говорю подобное, но как ни крути, он полностью прав.

«Именно этим хранители отличаются от божеств и иных жителей Астрала. Они стоят выше власти, выше алчности с жадностью и выше всего остального, – таинственно заключила Руна. – Если бы у Альбарры имелся такой хранитель, как Лазарев, он не допустил бы подобной резни с Пятой Династией, а мои сестры могли спокойно жить дальше».

– Не думай, что я защищаю Тара, – решил исправиться седовласый. – Но на любую ситуацию, проблему или бедствие всегда необходимо смотреть с разных направлений. У медали всегда есть оборотная сторона, а у палки два конца.

Одного у хранителя было не отнять – он умел говорить и подбирать нужные слова, потому как даже моя твердолобость находила в его речах зерно истины.

– Как понимаю, вы ощутили нечто похожее в личном опыте, не так ли? – в лоб спросил я, медленно поднимаясь с кресла.

– Не единожды, Ранкар, – протяжно выдохнул хранитель. – Не единожды…

– В таком разе вам не следовало просить прощения, – пожал я плечами. – По крайней мере не у меня так уж точно. Я виноват также, как и Тар. Мы оба сделали свой выбор.

– Жалеешь о том, что помог тогда моему сыну? – поинтересовался хранитель, глядя мне точно в глаза.

«Ранкар, – вдруг запаниковала Истра, понимая мою натуру, – только не…»

– Жалею, – без раздумий кивнул я. – Однако сделанного назад не воротишь. Отныне пусть всё идет своим чередом.

– Слова не мальчика, а мужчины, – глубокомысленно заметил Лазарев, но его следующий вопрос вдруг поставил в тупик. – Тебе нужна какая-нибудь помощь? Думаю, ты понимаешь, что я способен на многое. Даже на Вечном Ристалище. Как-никак Захар выбрался из передряги только благодаря твоему вмешательству.

– Благодарю вас, хранитель, но нет, – отрицательно покачал я головой, без каких-либо размышлений. – Свои трудности я привык решать сам.

– Ты уверен? – переспросил он. – Хорошенько подумай. Возможно, у тебя имеются какие-нибудь проблемы? Если честно, ты выглядишь не шибко здоровым и излишне бледным.

Наверное, кто-нибудь обязательно сдох бы от эйфории и радости, заслышав такое предложение, но в груди у меня абсолютно ничего не ёкнуло и я вновь отрицательно покачал головой, выдавив слабую улыбку.

– Спасибо вам, за столь щедрый жест, но я в полном порядке. Если вы не против, то позвольте покинуть вас. Думаю, вам и мне вскоре начнут задавать каверзные вопросы. Не каждый удостаивается честь вести беседу тет-а-тет с могущественным хранителем. Да и нашу беседу многие голубокровные могут интерпретировать по-своему…

На миг почудилось, что глаза Лазарева неуловимым образом потускнели из-за моего отказа, а может это было всего-навсего наваждение.

– Ты прав, – усмехнулся спокойно седовласый. – Ступай, Ранкар, и спасибо за понимание.

Кивнув на прощание мужчине, я неспешно зашагал к выходу. Правда, мне до сих пор казалось, что свой цепкий взгляд он не отводил от меня до самого конца. Я и сам не заметил, как покинул гостиную, а за её пределами чуть ли не лицом к лицу столкнулся с иномирной княгиней, которая ожидала в холле.

Завидев мой силуэт, она по какой-то причине с беспокойством меня оглядела, но я продолжил следовать этикету.

– Мне пора, леди эмиссар. Благодарю за приглашение вас и вашу семью.

– Да… – рассеяно отозвалась она с каким-то удивлением провожая меня глазами. – Можешь заглядывать в любое время. Мы будем рады твоей компании.

В это самое время из соседней гостиной внезапно выскользнуло сразу несколько людей во главе со старшим сыном хранителя. Самой последней из зала пожаловала изрядно взволнованная Лика, но свой невозмутимый взгляд я направил не на девушку, а на остановившегося в паре метров от меня Тара.