Текст книги ""Фантастика 2026-147". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Андрей Земляной

Соавторы: Елена Кароль,Евгений Шалашов,,Максим Шаравин,Владимир Зингер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 298 (всего у книги 334 страниц)

– Эй, е*учий карлик!! – заорал Терминатор, выбегая из кустов. – Сюда, сюда!

Карлик развернулся; в узеньких щёлочках мелькнуло непонимание. Он шибанул ногами эльфа, а затем устремился на звук. Терминатор прыгал и махал руками, чуть отходя вбок…

Прыжок! Робокоп вырвался из кустов ровно в тот момент, когда карлик пробегал к ним вплотную. Копьё только-только успело задеть ногу врага, но как раз настолько, чтобы укол был ощутил.

– Отлично! – заорал я. – Молодец, что сделал это копьём, ножом бы ты не достал!

Раненный карлик развернулся, собираясь нанести удар по младшему сыну эльфийской четы.

– Нет!! – заорал эльф, хромая ему наперерез.

…Робокоп ушёл в кусты так же, как выскочил из них – рыбкой. А Терминатор только и ждал, пока цель повернётся спиной. Лезвие копья вонзилось карлику прямо в голень, заставив его упасть на одну ногу.

Я же говорил – идеальная тактика для слабых, но быстрых!

Ну, может, не до конца; карлик вскочил, превозмогая боль; правой рукой отшвырнул одного пацана, левой – другого…

И именно в этот момент я пнул его в ногу. Ага, в ту, в которую он уже был ранен. Тот взвыл тонким голосом, но отпрыгнуть так быстро уже не получалось; споткнувшись, от откатился назад, выставил перед собой кулаки…

Копья вонзились в него с двух сторон, в обе подмышки, не давая двинуться с места без адской боли.

– Слишком близко к кустам, – заметил я, вновь вскидывая бластер. – Ошибка новичка в джунглях! Что бы ни сидело в кустах…

– Оно всегда хочет тебя убить! – заорал Терминатор.

– Всегда! Всего! – вторил ему Робокоп.

Выстрел; голова карлика разлетелась кровавым месивом. Что ж, какие бы успехи он ни делал в Императорской Битве, очевидно, что пуленепробиваемой кожей он не обзавёлся.

Интересно, какие плюшки я получу за его убийство? Надеюсь, что не уменьшусь в два раза. Это было бы, блин, крайне неудобно.

– … чёрт тебя дери, – опираясь на копьё, Глаунделл подковылял наконец ко мне; за ним, держа руку на весу, поспешила его жена. – Чему ты всё это время учил моих детей?

– Тому, что пригодится им в жизни, – сообщил я. – И вот, один раз уже пригодилось.

– Папа, папа! – завопили двое мальчишек, кидаясь к нему. – Мы прошли джунгли! Мы искали вас! Мы победили карлика!..

Я хмыкнул и пожал плечами…

Хруст кустов. Мы все застыли.

– … твою ж, – шёпотом выдохнул эльф. – Это его приспешники… он прилетел с командой!

На поляну к пирамиде из кустов уверенным шагом выходили карлики. Один, два, три… десяток… второй десяток… третий…

– Вот же блин, – пробормотал я упавшим голосом. – Ладно, детишки… может, нам и было весело, но, похоже, на этот раз…

…низкий гул заставил нас всех задрать головы. Откуда?.. Что?.. Гул быстро приближался – и секунд через тридцать над поляной с рёвом пронёсся он.

Розовый кораблик под названием «Чума». Он летел на низкой высоте, едва не сбривая верхушки пальм и узловатых деревьев.

– Давай!!! – взревел Прайд, высовываясь из распахнутого шлюза. – Мелкокалиберным – заряжай!..

Переглянувшись, карлики, все, как один, синхронно подпрыгнули, стараясь уйти от удара…

Корабль только этого и ждал. Залп грянул как раз поверх наших голов; мы пригнулись, но выстрел всё равно прошёл выше. Те из карликов, что отпрыгнули вбок, выжили; те, кто имел несчастье прыгать вверх, тут же попадали обратно, изрешечённые залпом.

– Ловите подарочек!! – орал Прайд. – Эй, там, носы заткните… на всякий!

Вниз полетела какая-то бомба или что-то вроде того. Мы с эльфийским семейством переглянулись; бомба упала, растянувшись облаком газа… Облако стелилось по земле, не доходя нам даже до пояса, и даже дети спокойно дышали над ним; карлики же пучили узкие глаза и падали, хватаясь за горло. Некоторые пытались отпрыгнуть вверх, но там их уже ждали выстрелы из орудия…

Ладно, ладно. Пожалуй, команда всё-таки не подвела меня на этот раз.

* * *

– И как вы теперь отсюда? – уточнил я, когда мы вернулись к разбитому кораблю.

Глаунделл хмыкнул.

– Фирма жены прибудет где-нибудь под утро. У них там есть страховка как раз от таких случаев. Переночуем тут, а дальше как-нибудь улетим. Главное – что чёртовых карликов больше нету, с остальным разберёмся.

– Ну, не знаю, – заметил Прайд. – Ты бы поосторожнее насчёт пантер…

– Пантера там была! – включился Робокоп. – Мы её убили… командир учил нас, как выживать!

– Вы убили пантеру⁈ – обрадовался Прайд.

– Командир… – простонал эльф. – Мда. Теперь мои собственные дети называют тебя командиром.

Я пожал плечами.

– Ну, они выжили, разве нет? Да и вы с женой пока ещё…

– С этим не поспоришь, – согласился эльф. – Ладно, может быть, ты не так уж и плох.

– Откажешься от идеи прикончить меня? – уточнил я.

– Вот ещё!.. Просто сделаю это как-нибудь в другой раз, – рассмеялся он. – И без грязных трюков. Возможно.

– Эльфийский способ сказать «спасибо»?

– Вроде того, – кивнул он. – Только… блин, хватит называть меня эльфом! Да ещё при детях. Они же спросят, что это такое, и что я им отвечу?

– О, – ухмыльнулся я. – Поверь мне. Они уже знают.

* * *

…что он имел в виду под «они уже знают»?

Глаунделл провожал взглядом розовый кораблик.

Ладно, ладно. «Розовой Чуме» можно было многое предъявить, но он, как-никак, спустился на эту чёртову планету-ловушку, чтобы спасти его семью. И спас, как бы там ни было.

Какой ещё претендент Битвы так бы поступил?

Наверное, при других обстоятельствах они могли бы стать друзьями. Впрочем, они ведь ещё могут. Главное – найти способ…

– Папа, папа! А мы знаем, кто ты! – дети забежали в капитанскую рубку. – Ты е*учий эльф!!

– Че… чего? – опешил Глаунделл.

– Е*учий эльф! Так командир сказал! – покивали дети. – Папа, папа, а когда мы полетим в бордель?

Что… как… у Глаунделла потемнело в глазах; он схватился за панель, едва не падая.

– «Розовая Чума», идиот!!! – взвыл он. – Клянусь, я тебя прикончу!!

Глава 4

Имидж – вот то, что по-настоящему важно. Дед не упускал случая повторить мне эту вечную истину. Смени мятую домашнюю одежду на красивый костюм с галстуком, и вот ты уже другой человек. Возьми в руки стальную арматуру, и вот тебя уже уважают все во дворе. Так, по крайней мере, он утверждал.

Ну, после увлекательных приключений в джунглях я был полностью спокоен за свой имидж. Даже команда наконец-то поняла и оценила, с кем вместе им выпала честь путешествовать!

– Карлики, – пробасил Прайд, – это грёбаные монстры, хуже пантер. Они маленькие, но сильные. Когда я увидел там карликов, то подумал, всё, ты не жилец…

– А особенно в этих джунглях, – закивала Лорна. – Кто бы вообще мог подумать, что ты умеешь выживать в диких условиях?

– Ха, – довольно хмыкнул я. – Выживать? Да я только этим и занимаюсь с тех пор, как стал участником Императорской Битвы. Можно подумать, это что-то сложное!

– … сложное? – Фрида поглядела на меня; во взгляде отчётливо читался нервный испуг. – Смотря где. Мы вот-вот пересечём линию фронта и окажемся в чёртовом пекле войны. Может, будешь уже немного посерьёзнее?

– Да ты боишься, – заметил я.

– Боюсь? – отрезала она. – Нет, придурок! Я просто объясняю тебе реальность! Думаешь, так просто будет найти мою мать, добраться до неё?..

– После того, через что мы уже прошли? – я деланно задумался на пару секунд. – Думаю… да.

Лорна и Прайд согласно закивали; Фрида лишь накрыла ладонью лицо.

– Ты безнадёжен. Вы все безнадёжны. Это вопрос нашей жизни и смерти, вы можете быть хоть немного серьёзнее?

– Кто в Императорской Битве участвовал, того какой-то войной не напугать, – справедливо рассудил я. – Подумай сама! Это же, чёрт побери, гениально – прятаться от Битвы на войне! Ни один другой участник-претендент туда попросту не сунется…

– Вот именно, – Фрида уставилась на меня в упор. – По-твоему, просто так? Бойцы, привыкшие убивать и рисковать собой, не суются туда – думаешь, из простой трусости? Считаешь, что война – это драки с карликами по джунглям или гладиаторские бои на арене? Может, за это время ты поднатаскался в отдельных схватках, но ты нихера не знаешь, что такое война.

– Да брось, – возразил я. – Я же всё видел своими глазами.

– Что? – не поняла Фрида.

– Ну…

Я отодвинул от себя кружку с кофе; мой взгляд уставился между собеседников, куда-то в пустоту.

– Я отлично помню, что это такое, – тихо произнёс я. – Я видел всё это. Видел горящие космолёты… слышал крики и стоны раненых… Видел как уходят в небытие лучшие друзья… Видел дымящиеся воронки на месте сожжённых городов…

Взгляды Фриды, Лорны и Прайда округлились. В них мелькнули недоверие, удивление и неожиданное сочувствие…

– В общем, – подытожил я, – я смотрел «Военно-любовные интриги». Все сезоны!

Прайд и Лорна заморгали; Фрида едва не поперхнулась.

– Погоди, ты… ты ещё серьёзно⁈ Ты правда думал, что в сериале показали настоящую войну?

– Ну, может, события и вымышленные, но антураж-то… – возразил я.

– Придурок! Да это просто грёбанное фэнтези! – Фрида взмахнула руками. – Штампы и спецэффекты, спецэффекты и штампы! Ноль связи с реальностью.

Вот же блин!.. Кто бы мог подумать, что земные космооперы и галактические так похожи. А я-то думал, галакты хотя бы знают, о чём снимают.

– Окей, окей, – нехотя согласился я. – Если ты такая умная, то давай, расскажи мне, что там в суровой реальности, так не похожей на кино.

– Вот так взять и рассказать, ага? По-твоему, это дело пары минут?

– Ну, с чего-то нужно начать. Я ведь даже не знаю, с кем вы там воюете! Помню только, что какая-то другая Ветвь хочет захватить власть в Галактике…

– Власть?.. – пробормотала Фрида. – Если бы власть?

– Окей, не власть, – кивнул я. – А что тогда? Деньги, ресурсы? Обычно воюют за что-то такое. Иногда за принцессу, но ты бы о таком упомянула, думаю, да и летим мы не на корабел в форме гигантского коня. За что там ещё можно воевать, за нефть?..

– Нефть? – неожиданно заинтересовался Прайд. – А это ещё что такое?

– Чёрная жижа такая, – отмахнулся я. – Воняет, говорят. Не суть.

– А зачем из-за неё воевать? – не поняла Фрида.

– Хрен его знает, сам не уверен, но на Земле все постоянно из-за неё воюют.

В каюте повисла тишина.

– … из-за чёрной жижи? – пробормотала Лорна. – Больные ублюдки.

– Ага, а сами-то лучше, что ли? – возмутился я. – Если ваши страшные злые враги воюют не за что-то из этого, то за что тогда?

Я посмотрел на Прайда; тот стушевался, разведя лапами.

– Что? Я дальнобойщик, простой и мирный! Я всей этой политикой не интересуюсь, от воюющих секторов стараюсь держаться подальше. Ну… старался до сих пор.

– Я тоже без понятия, – помотала головой Лорна. – Я учёный, мне некогда обо всём подряд думать. Знаю, что воюют, а за что и почему… эта хрень уже пять тысяч лет тянется, кто там упомнит.

– Ну и с чего вы тогда взяли, что они воюют не за нефть? – рассудил я.

– Чушь, – едко хмыкнула Фрида. – Они воюют за своё чувство прекрасного.

Мы все уставились на неё.

– Чего-чего? – не понял я.

– Может быть, чёрная жижа – не худшая из причин? – пробормотала Лорна.

– Ты же сам сказал, ну! – продолжила Фрида. – Это чужая Ветвь! Ты когда-нибудь задумывался, как выглядят гуманоиды с точки зрения совершенно чуждых нам существ?

– Ну… странно, наверное, – согласился я.

– Странно? Мы для них омерзительны, их мутит с одного нашего вида! – выдохнула принцесса. – Они считают, что у них идеальное чувство прекрасного, а то, что туда не вписывается, должно быть… исправлено.

Повисла пауза.

– Есть две группы, – продолжала Фрида. – Одни переделывают себя самих, стараясь стать всем-и-сразу, а других видов используют как доноров. Но это ещё так, пустяки; вторые гораздо хуже. Они редактируют наш геном, превращая людей в такое, что…

Она замолчала; все заинтригованно уставились на неё.

– Какое? – уточнил я.

– А чёрт его знает, – призналась она. – Я ни разу не видела, что у них получается. Но… видела, как мутило мать и отца, когда они смотрели.

Я скрестил руки на груди.

– Ладно, блин, колись. Раз уж ты у нас особа императорской крови, то должна разбираться в политике и войне. Давай, устрой нам ликбез!

Прайд и Лорна согласно закивали.

– Уверены? – кисло поморщилась Фрида. – Меня, конечно, натаскивали по всему этому, но я что-то забыла, что-то пропустила мимо ушей, да и рассказчица из меня так себе…

– Ну, знаешь, – я пожал плечами. – Лучше что-то чем ничего.

– Пойду принесу поп-корна, – заметил Прайд. – Со вкусом космокрабов.

Фрида неодобрительно покосилась на него, закатила глаза, а затем выдохнула.

– Ладно. Чёрт с вами, слушайте. В общем, суть тут в чём. Всё началось где-то с пять тысяч лет тому назад…

* * *

Робот-пылесос монотонно жужжал по полу, подбирая рассыпанный поп-корн. Прайда неумолимо клонило в сон; ещё немного, и понадобится вставить спичка в глаза, чтобы они не слипались. Лорна, сидевшая рядом, то и дело порывалась что-то вставить или спросить, открывая рот и поднимая палец, но каждый раз сбивалась с мысли и не успевала вставить ни слова.

Я отпил кофе, даже не пытаясь выстроить в голове схему. Что, кто, где, кого, когда, за что? Пофиг. Всё уже сливалось в сплошной шум.

Кто бы мог подумать, что Фрида так увлечётся собственным рассказом?

– … и вот, короче, они летят на ту планету, но в пути получают сигнал, что другие уже тоже догоняют. Потом выясняется, что сигнал ложный, точнее, он был от своих, но враги его перехватили и пустили уже по другим целям, а те, кто должен был получить его изначально, они тоже получили, но задержались где-то в пути, потому что была засада… а, да, точно, там же ещё эти были, партизаны! Они шухарились где-то на планете – ну, на той, откуда прибыл генерал Шторм – и когда они узнали, что к ним летят корабли имперцев, они такие…

– Кхе, – заметила Лорна, косясь на засыпающего Прайда. – Кхе. Слушай, ну, суть-то мы уловили…

– Не перебивай! – возмутилась Фрида. – Мы только подошли к самому интересному! В общем, партизанам сообщили, что летят корабли, но они не знали, от кого сигнал, а как узнать? И они такие пытаются расшифровать источник, а в это время…

М-да. Пожалуй, мне и впрямь не помешало бы узнать, хотя бы в общих чертах, в чём суть той войны, на территорию которой мы летим. Но… Да, Фрида, ты просто рассказчик года! Я уже крепко жалел о том, что вообще спросил.

«Система», – я отпил ещё кофе, – «а что насчёт тебя? Ты знаешь всю эту историю?»

В самых общих чертах, – отозвалась та. – Основные контуры, плюс то, что относится к Императорской Битве непосредственно.

Ну вот, блин. А я уже хотел было подключить Систему, чтобы та начала рассказывать нормально и заткнула тем самым Фриду.

«А если я попытаюсь сам всё отыскать в космо-нете?»

Вам придётся искать информацию по ссылкам самостоятельно, анализируя и вычленяя из сетевого мусора.

Да ну нахер. Это ещё хуже.

Если хотите узнать о войне подробно…

– … но на первом корабле не знали про второй корабль, – щебетала Фрида, войдя во вкус, – а на втором не знали про первый, а партизаны, в общем, узнали про оба, но не знали, где первый, а где второй…

Я сглотнул. Куда уж подробней, блин⁈

…но в то же время простым языком, я бы рекомендовала вам посетить Музей Войны.

«Ты это серьёзно⁈» – не поверил я. – «Во время Императорской Битвы? В музей?»

Музеи Войны находятся в каждой системе Галактики, это воля императорской семьи. Кстати, ближайший находится всего в получасе полёта от нас.

Ага, ну да, конечно. Сейчас же брошу все дела, забью на время и поеду шататься по музеям. Может, ещё и в оперу по пути заглянуть?

– … и, короче, так закончился «пролог» и начался первый акт войны, – заключила Фрида. – Дальше для понимания нужно рассмотреть сразу три важнейших события…

– Хватит!! – завопил Прайд, просыпаясь и ударяя хвостом по полу. – Стой!

– Мы уже поняли, поняли! Остановись! – быстро-быстро закивала Лорна.

– Какое «хватит»?!! – возмутилась Фрида. – Это же не просто праздный разговор! Мы же летим туда, в самое пекло! А я единственная на корабле, кто знает обо всём этом! Вы должны осознать и запомнить это всё, иначе нам хана!

– … Фрида, – устало выдохнул я. – Я тут подумал… может, мы просто в Музей Войны заглянем? Тут всего полчаса лёту. На экскурсию сходим, купим брошюрку с кратким описанием…

Лорна и Прайд переглянулись и тихо начали сползать вниз, под стол.

* * *

Обширный зелёный парк шумел вокруг нас густыми кронами; дорожки были вымощены красноватым камнем, а сферическое здание музея впереди блестело хромом и неоновыми узорами, пробегающими по поверхности, как волны по водной глади. Небо над нами было голубым-голубым, с лёгкими приятными облачками; не погода, а праздник.

И только она вещь в этой идиллии портила чудесную картину.

Хмырь в очках и с оттопыренными ушами, сидящий в небольшой будочке и продающий билеты.

Что с ним было не так, спросите вы?

Ну…

– … итого, – хмырь закончил стучать средним пальцем по здоровенному, громоздкому калькулятору, который даже на Земле бы считался устаревшим, и поднял на нас водянистые глаза. – С вас 117 600 кредитов за четыре билета в музей. Будете оплачивать картой, наличными, переводом?..

Мы все четверо непонимающе уставились на него.

– Погодите-ка, – заметил я, кивая вбок. – Вон же висит табличка…

– Висит, – согласился очкарик.

– «Взрослый билет – 1500 кредитов».

– Совершенно верно, – очкарик побегал пальцами над калькулятором, словно ему не терпелось снова начать по нему щёлкать. – Взрослый билет – 1500 кредитов, детский – 900. Что-то не так?

– Ну, – отозвалась Фрида, – четыре раза по 1500 – это 6000. Разве нет?

– Четыре раза по 1500 – это 6000, вы абсолютно правы, – кивнул кассир.

– Следовательно, с нас 6000 кредитов?

– Никак нет. С вас 117 600 кредитов. Если хотите, можем рассмотреть вариант с рассрочкой.

– Нахрен рассрочку! – я багровел на глазах. – Мужик, ты вообще понимаешь, что математика и логика готовы застрелиться от твоих подсчётов⁈ Откуда взялось остальное?

Очкарик закатил глаза.

– Вот как, значит? Ну что ж, давайте подсчитаем, молодой человек…

Он вновь жизнеутверждающе щёлкнул пальцем по калькулятору.

– Итак, шесть тысяч за четыре взрослых билета в музей – есть. Затем, 20 000 за парковку корабля…

– Чего?!! – взревел Прайд. – Да даже на самых элитных космостоянках дерут вдвое меньше!

– Мы не на стоянке, с вашего позволения, на минуточку, – очкарик раздражённо поморщился. – Вы в храме истории! И должны понимать, что парковка здесь идёт за дополнительную услугу, и прайс соответствует статусу нашего культурного объекта.

Он сверкнул глазами ещё раз – и вернулся к калькулятору.

– Далее. Обязательный налоговый сбор за туризм – по 5000 с каждого… Сбор на уборку парковки и очистку воздуха…

– Какого, нафиг, воздуха? – изо всех сил стараясь сдерживаться, уточнил я. – И почему уборка не входит в плату за парковку?

– Вы издеваетесь? – отозвался очкарик. – Повторяю ещё раз, молодой человек, здесь вам не какая-нибудь грязная заправка! Наша задача – поддерживать чистоту этого прекрасного вечнозелёного парка, воссоздавать вокруг музея райские условия, в то время, как корабли – включая ваш, между прочим – выбрасывают в нашу атмосферу тонны загрязнений. По-вашему, очистить её ничего не стоит, да?

– Стоит, – кивнула Лорна. – Но очищать воздух – это ваша работа, а не наша проблема.

– Тем не менее, – едко улыбнулся очкарик, – это вы желаете посетить наш прекрасный музей. А следовательно, это именно ваша проблема – оплатить его нужны.

Да ну, блин. Ещё немного – и меня попросят сдать на шторы.

– Итак, сбор на уборку парковки и очистку воздуха – 40 000 кредитов. И, наконец, добровольный благотворительный взнос на сохранение культуры, по 7900 с каждого – итого, всё вместе, 117 600 за 4 билета.

Отбив последние цифры на калькуляторе, очкарик уставился на нас с улыбкой в стиле «Переиграл и уничтожил».

– Добровольный, значит? – уточнил я.

– Всецело.

– Вот и прекрасно. Мы, совершенно добровольно, платить его не желаем.

Очкарик удручённо покачал головой и поцокал языком, отнимая сумму на калкуляторе.

– Прискорбно, прискорбно. Такое бескультурье в наши дни!.. Что ж, в таком случае ваша сумма составляет 86 000. Ваши билеты откроют вам доступ в три первых зала; рекомендую поторопиться, так как время посещения музея для вас составит 15 минут.

– Что⁈ – не понял я.

– Мы здесь бескультурным людям не рады, – отрезал очкарик. – Быстренько пробегитесь по основным трём залам и убирайтесь, дайте насладиться безлимитным посещением музея тем, кто понимает что-то в культуре.

– Ладно, ладно, я вас услышал! – я воздел руки; команда за спиной выразительно застонала. – Возвращайте взнос на культуру и дайте нам нормальные билеты!

Наверное, самым логичным было бы послать его нахер и свалить отсюда – в конце концов, не так-то и хотелось мне в этот музей. Вот только Система, пока мы сюда летели, упомянула ещё один интересный момент.

В музее должна быть карта, отображающая плюс-минус актуальное состояние боевых действий. Ну, может, в задержкой в неделю, но всё-таки. И музей – единственный способ увидеть эту карту, если ты не военный и не имеешь связей в ставке командования.

Так что куда удобнее посмотреть, где сейчас жарко, и направиться сразу туда, чем шариться наугад по всему охваченному войной сектору в поисках Императрицы.

Очкарик покивал и вновь защёлкал калькулятором.

– Вот, сразу бы так, сразу бы так. Но, кстати говоря, если хотите… мы могли бы оформить для вас скидку в 10%.

Мы все переглянулись.

– Тут… какой-то подвох, да? – уточнила Фрида.

– Никакого подвоха, что вы! – заверил нас кассир. – Скидка в 10% положена каждому посетителю, который приобрёл продукцию нашего сувенирного магазинчика.

– Серьёзно⁈ – возмутился Прайд. – Я уже видел цены. Самая дешёвая фигня выйдет дороже этой самой скидки в несколько раз!

– Зато, – задушевно улыбнулся очкарик, – у вас с собой останется память о незабываемом посещении нашего музея. Разумеется, один товар даст скидку на один билет, так что вам понадобится сделать четыре покупки…

– Знаете, – я отступил на шаг от кассы, – лучше мы без скидки.

– Уверены? Может ведь сложиться впечатление, что вы не заинтересованы в экскурсии… Я даже не уверен, не случится ли сбой системы и не окажутся ли ваши билеты недействительны…

Я скрипнул зубами.

Ладно-ладно, вымогатель херов. Я тебя запомнил.

* * *

– Ну, по крайней мере, мы внутри, – заметил я, когда мы вошли в холл музея.

Здесь всё и правда выглядело дорого и красиво – чего не отнять, того не отнять. Всё сверкало, двигалось, звучало; какие-то макеты, диорамы, роботы-аниматроники и предметы… В глазах, плюс к тому, пестрило от толпы посетителей. Одиночки, парочки и солидные семьи с детьми получали удовольствие; все цвета кожи и волос, включая самые фантастические, различное количество конечностей или глаз – вот уж где была галактика во всей красе.

– Эге-гей!! – заорали у нас прямо над ухом. – Приветствую в Музее Войны, рядовые салаги!

Я обернулся; рядом с нами стоял на стенде аниматроник, одетый в военную форму непривычного образца, с длинными крысиными усиками и худыми скулами.

– Я, генерал Шторм, рад видеть вас в нашем Музее! – аниматроник оскалился во всю челюсть и подмигнул нас. – Итак, вы хотите узнать, как я творил свои зверские победы и победоносные зверства? Кстати, боец – ОТМЕННАЯ ШЛЯПА!

– Ага, – кивнул я. – Спасибо, чувак. Стоила почти как крыло от космического корабля.

Неудивительно, что она ему понравилась – ведь у меня на голове была точно такая же шляпа, как и у него самого! «Копия шляпы генерала Шторма» из сувенирной лавочки. Лорна, как настоящий учёный, купила интерактивную карту-справочник музея, а Прайд выбрал саблю Шторма.

Угу, блин. Не значок, не магнитик. Чёртову саблю, которая стоила дороже всех товаров. Ну вот понравилась она ему, и всё!

Что до Фриды, то она долго и придирчиво перебирала товары, морщась и ворча, что всё новодел и недостоверная ерунда, что вот у них дома, в императорском дворце, были настоящие реликвии того периода. В конце концов её выбор пал на простенький стаканчик с фигуркой в виде робота, как в кинотеатре; из него она сейчас и попивала какой-то охлаждающий напиток.

– Эхе-хе, бойцы! – «Шторм» взмахнул рукой с широким обшлагом на рукаве. – А не охота ли вам услышать мою историю? Сам генерал Шторм лично готов поведать вам, как отразил агрессию Чужих своей непобедимой робо-армией…

– Да что за бред⁈ – не выдержала Фрида. – Какого хрена генерал Шторм вдруг заговорил как клоун? Что это за ужимки и гримасы? В жизни это был суровый, мрачный и очень молчаливый человек!

Аниматроник моргнул.

– Может, и так, а может, и нет…

– Да что значит «может»⁈ Есть исторические архивы, придурок железный!

– Но если бы я был молчаливым, кто рассказал бы вам об атаке на звёздную систему?

– Да я знаю эту историю лучше тебя, болван! – ярилась Фрида. – Слушайте, вот ради этого мы сюда прилетели и отдали кучу денег?

Не-а. Ради актуальной карты.

– Истории, которые я рассказываю, утверждены Министерством Культуры.

– Увижу маму – скажу, чтобы уволила всё министерство!

– Вот так амбиции, кровавый астероид! – «Шторм» опять зашёлся в комичных ужимках. – Далеко пойдёшь, юнга!

– «Кровавый астероид?» Выучил одно любимое ругательство настоящего Шторма и думаешь, что стал на него похож?

– Кхм-кхм, – заметил я. – Вижу, ты здесь нашла себе занятие; поясни этой болванке, в чём она неправа, а я пока…

– Чего⁈ – Фрида возмущённо обернулась на меня. – А я для кого здесь рассказываю, по-твоему? Для робота?

– Вон… для Прайда! – тут же нашёлся я.

– Что? Почему именно для меня? – с испугом возмутился тот.

– Потому что ты у нас такой любитель истории, что готов покупать пластмассовые сабли ценой в целое состояние.

– Она не пластмассовая, это полноценная реплика…

– Вот, значит, с ней в руке ты и выслушаешь Фриду, – определился я. – А мы с Лорной пока осмотрим остальные залы.

Нашёлся мне тут ценитель, половичок пушистый.

Оставив их вдвоём (или, точнее, втроём, если считать кукольного генерала Шторма), мы зашагали в следующий зал.

– … экспозиция с картой актуального состояния войны будет где-то тут, – заметила Лорна, тыча в путеводитель. – А здесь у нас…

Она оглянулась по сторонам.

– Зал робо-армии. Даже сверяться не надо. Блин, а они круто сделаны, как для реплик!

– Как по мне – жестянки и жестянки, – я пожал плечами. – Но я не очень много понимаю в боевых роботах.

Блестящие андроиды стояли на постаменте и размахивали руками, устраивая для посетителей весёлую программу.

– Просто робо-армия Шторма… это само по себе легенда! Технологии пять тысяч лет, но она мощнее многих современных штук, – пояснила Лорна. На экспозицию она смотрела с большим интересом.

– Ты же вроде говорила, что не интересуешься историей, – заметил я.

– Историей – да. Но техникой? Я инженер, блин!

Справедливо. Я замер перед большим голографическим экраном, глядя на разворачивающееся там действо. Да, мы здесь ради карты боевых действий, по большому счёту, но раз уж мы тут – глупо будет не осмотреть хоть что-нибудь. Особенно после того, как мы отдали за это столько денег.

По экрану бегали роботы, стреляя из орудий; рядом с нами столпились другие туристы, пёстрые и разнообразные, внимая диктору.

– … после чего Чужие разделились на две фракции: Несовершенные, которые предпочитали редактировать свой геном, стремясь стать «совершенным существом», и Совершенные, которые, как следует из названия, уже считали себя таковыми, и хотели отредактировать весь остальной мир.

На экране возникли существа… ладно-ладно, сходу описать это было сложно. Нет, это не как серые человечки и даже не как раки с клешнями: и то, и другое – понятия земные, а это… Изображение сменилось раньше, чем я смог как-то внятно осознать увиденное.

– Поскольку и те, и другие увеличивали свои силы после победы над живым противником, генерал Шторм предложил атаковать их роботами. Это было удачным решением, и война в этом и нескольких соседних секторах велась при помощи роботов несколько столетий, до тех пор, пока, уже после смерти генерала Шторма от старости, Чужие не разработали технологию специально против боевых роботов этого типа.

Теперь на экране опять были роботы – такие же, как и аниматроники вокруг. На этот раз они не стреляли, а синхронно маршировали бесконечными рядами.

– Однако, после того, как генерал Шторм вышвырнул основные силы Чужих за пределы Системы, он обратил внимание на генно изменённых. Чужие пробовали разные способы; некоторые не меняли человека мгновенно, но оставляли «закладку» в его теле, чтобы изменилось его потомство через нескольких поколений. Моральная дилемма? Генерал Шторм ей не мучился. Он вынес вердикт: уничтожить всех заражённых.

– Оооо, – прошептала Лорна мне на ухо. – Эту историю я тоже помню. Теперь я сообразила, что это за генерал. Его ненавидели больше, чем Чужих!

– Ну, а теперь его шапку продают в сувенирном магазинчике, – отозвался я.

– Генерал Шторм установил в Системе диктатуру, не подчиняющуюся Императорскому дому. Всем его роботам была внедрена система сличения, позволяющая определить генную чистоту; тем не менее, система не была доработана до идеала и определяла как «нечистых» всех, чья внешность слишком уж выбивалась из нормы, как и всех, в чьих генах были следы народов из других Систем, не говоря уже о них самих. Самого генерала Шторма это устраивало; он называл их «незначительным процентом ошибок» и говорил, что это лёгкая цена за очищение генофонда от заразы.

На экране возникли помещения, дизайн которых не предвещал ничего хорошего.

– Все схваченные доставлялись в «лагеря сепарации», где проходили вторичную сверку; однако тех, кто мог пройти её и выйти наружу, были единицы…

– Воу, воу, – кивнул я. – Теперь понятно, почему Фрида так удивилась, что из него сделали клоуна на потеху. А почему, собственно, Империя не пресекла эти фокусы?

– Во-первых, он очень хорошо бил Чужих, – пояснила Лорна, отхода от экрана к следующему экспонату. – Такие бульдоги войны всегда выгодны власти. А во-вторых, он же не идиот. Шторм, помнится, завязал всё управление армией роботов на себя, и объявил, что если с ним что случится – армия просто слетит с катушек, потеряет директивы и начнёт кошмарить уже вообще всех. Вот его и не трогали.

Мы уставились на следующий «аттракцион». Стоящие на постаменте роботы пристально вглядывались в стоящих перед ними туристов, а затем выдавали вердикт.

– Отклонение от нормы: 56%! – металлически проскрежетал один стоящему перед ним синекожему толстяку. – Надлежит отправить в лагерь сепарации!

Он дёрнул конечностями в сторону толстяка, но, разумеется, не дотянулся до него; все расхохотались, и синий толстяк ржал громче всех.

– Следующий! – огласил стоящий рядом с ним робот. – Уникальный опыт из прошлого! Проверь чистоту своих генов! Встаньте прямо перед объективом!