Текст книги ""Фантастика 2026-147". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Андрей Земляной

Соавторы: Елена Кароль,Евгений Шалашов,,Максим Шаравин,Владимир Зингер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 124 (всего у книги 334 страниц)

Глава 2

Мы дружно дошли до центрального холла столичной резиденции Инсомро, где я впервые лично увидела главных героев истории и осталась… разочарована увиденным.

Они были идеальны!

Настолько идеальны, что это выглядело пародией на обычных людей. Безупречным фотошопом и глянцем, вышедшим из-под рук гениального хирурга.

Принц – блондин с шикарной атлетичной фигурой и лицом Кена. Лилиана – хрупкая очаровательная Барби. Оба одеты в нечто бело-золотое, причем принц в явно парадный мундир с золотыми эполетами и многочисленными аксельбантами. До кучи ещё какой-то вычурный орден нацепил, причем явно для красоты и значимости, а не потому, что реально его заслужил. Хотя может и реально… Кто их, этих принцев, знает? Вроде бы даже маг не из последних и после выпуска из академии где-то даже служил. Но недолго.

Лилиана же выглядела, как воздушное безе – нежное и эфемерное. И настолько же сладкое, аж скулы свело. Особенно после того, как я придирчиво изучила безупречную укладку волос, «натуральный» макияж и стоимость надетых на ней украшений, которая тянула на годовой бюджет академии.

Дорвалась бедняжка до роскоши…

При этом парочка стояла в обнимку, подозреваю, напоказ, потому что оба смотрели в нашу сторону, следя за тем, как мы приближаемся, и даже не пытались сделать вид, что ведут себя прилично. По крайней мере в местном обществе, если я всё правильно помню из сюжета книги, проявление чувств на публике, включая как раз таки тесные объятия, не приветствуется.

Помимо этого я без труда заметила, что и Алехандро, и Лилиана смотрят именно на меня, причем на лицо, явно отслеживая даже тени эмоций, которые на нём мелькали, но я была опытным психиатром, поэтому легко удержала на нём маску прохладной безучастности. Я вообще-то в ссылку отправляюсь, а не скоморошничать вышла!

– Ваше высочество, – первым перед принцем склонил голову мой отец, тогда как я молча присела в низком реверансе, опустив очи долу. – Леди… Чем обязаны вашему столь раннему визиту?

– Здравствуйте, лорд Инсомро, – чинно произнёс принц, в чьём голосе я расслышала тень досады, но пока не понятно в связи с чем. – Мы с моей невестой, леди Лилианой, желаем убедиться, что вы выполнили волю его императорского величества, учтя все мои личные пожелания.

О? Какие там ещё были личные пожелания?

– Вы сомневаетесь в моей верности империи? – сухо уточнил герцог, всем своим видом давая понять, что ещё слово – и он будет глубоко оскорблен.

– Ну что вы такое говорите? – встряла Лилиана, от сладкого щебета которой тут же захотелось поморщиться. – Ваша светлость, всем известно, что вы один из верных столпов империи! Мы просто… Хотели убедиться, что Эржи… в себе. Да же, Лекс?

И с такой наивной нежной улыбкой прильнула к принцу, что захотелось шлепнуть ладонью по лицу и закатить глаза к потолку со словами «не верю».

Хотя… По сюжету она была не особо умна, скорее действительно мила и непосредственна, подкупая окружающих своим светом и искренностью, так что могла и не играть на публику, а действительно так считала.

– Да, дорогая, – тут же улыбнулся ей высочество, после чего преувеличенно внимательно посмотрел на меня. – Вижу, ты одумалась, Эржена.

– Несомненно, ваше высочество, – произнесла я максимально учтиво, чтобы меня не вздумали обвинить даже в неподобающем тоне. – Время, проведенное наедине с самой собой, позволило понять главное.

И замолчала, всем своим видом намекая, что это всё, что мне хотелось сказать.

– И что же? – не вытерпел принц, заглотив наживку и напряженно щурясь. – Что ты поняла?

– Что главное – семейные ценности, – кивнула.

И снова замолчала, вроде бы и ответив на его вопрос, но в то же время и нет.

Ну а что в самом деле? Мне одной в ссылке страдать? Если у него есть хотя бы грамм серого вещества в черепной коробке, он задумается о моих словах. И будет до-о-олго размышлять, что именно я имела в виду!

Ну а если мозгов нет, то вообще не страшно. Он точно не тот мужчина, с которым мне хочется дискутировать о реальных ценностях.

– О чем ты? – не вытерпела Лилиана, в чьем тоне послышалась растерянность. – На что ты намекаешь, Эржи?

– Ну что вы, леди Дювай, – произнесла я, в отличие от неё, придерживаясь максимально строгого этикета, – я ни на что не намекаю. Говорю прямо. Семья – это самое ценное, что у нас есть. Спасибо, что беспокоились о моём душевном здоровье, приехав справиться о нём лично после всего, что я натворила. Вы глубокой души девушка. Его высочеству повезло с избранницей. А сейчас прошу простить, мне и моей семье необходимо исполнить волю императора. Позволите?

Подозреваю, Лекс и Лилиана были бы рады увидеть меня в слезах и ярости, может быть даже насладиться моим унижением и добавить наказания в случае, если бы я сорвалась и начала их оскорблять, но так как я вела себя вежливо и отстраненно, им не оставалось ничего другого, кроме как позволить мне добраться до выхода. Заполучить из рук лакея тёплое весеннее пальто с меховым воротником и фетровый капор, потому что на дворе стоял промозглый март, обняться с задумчивой матерью, чинно кивнуть ещё более задумчивому отцу и, воспользовавшись его помощью и рукой, сесть в дорожный дилижанс. На козлах сидел суровый светловолосый громила в униформе цветов рода Инсомро, а внутри меня дожидалась относительно молодая и умеренно привлекательная спутница лет двадцати пяти в строгом коричневом платье, теплой охотничьей курточке и белом чепце, весь вид которой буквально кричал, что она не просто горничная, а активно дружит как минимум со штангой.

Бросив последний взгляд в окошко, я заметила, как Лилиана растерянно моргает, а его высочество задумчиво щурится, прожигая мой транспорт подозрительным взглядом, но даже и не подумала на этом зацикливаться.

Они в прошлом и меня более не интересуют. Пусть уже женятся, обнимаются… и так далее.

Меня ждет новая и, очень надеюсь, долгая и счастливая жизнь в Пограничье! Осталось лишь понять: с кем и как!

И я, откинувшись на приятно мягкую спинку своего сидения, выразительно уставилась на «служанку».

– Меня зовут Берта, – басовито представилась дева, безумно похожая на валькирию, особенно разворотом плеч, ясными голубыми глазами и белокурыми локонами, чуть выбившимися из-под белого чепца. – С севера я, из клана дев-воительниц, почитающих богиню дикой охоты Валько. Ваш отец, герцог Инсомро, нанял меня в ваши персональные телохранители. Пока на год, дальше видно будет. Скажу сразу, я больше мечом махать обучена, чем прислуживать. Так что если что – не взыщите. Постараюсь, но могу по первости с огрехами.

– Очень приятно познакомиться, Берта, – улыбнулась ей мимолетно, хотя скорее даже не ей, а своим мыслям, которые нашли в её словах подтверждение. – Не волнуйся, я осознаю, что мы не на курорт едем, а в ссылку, и вполне способна сама позаботиться о себе в мелочах. К тому же учеба в академии приучила рассчитывать во многом только на себя. Ты в курсе нашего маршрута и конечной точки пути?

– Конечно, леди.

– Хорошо. – Я снова чуть улыбнулась. – Расскажи мне: кто ещё с нами едет и как долго продлится путь?

Берта знала всё. И то, что ехать аж неделю. И то, что нас сопровождает трое лучших бойцов личной гвардии герцога: один на козлах, двое верхом. И то, где мы будем останавливаться на ночлег – в определенных тавернах с уровнем, достойным моего статуса. И даже то, что деньги на дорогу и первый год жизни выданы Курту Линкверсу, самому старшему и опытному бойцу сопровождения. Кстати, мужчины тоже северяне.

А под конец она деловито произнесла:

– И знаете, прошу не обижаться на правду, но скажу сразу. Бежать даже не вздумайте, у нас на этот счет от герцога особое распоряжение – пресечь и не допустить. Будете дурить – поедете связанная, инструктаж на этот случай получен четкий.

– О, нет-нет, – отмахнулась я. – Никаких побегов, не волнуйся. Что мне сейчас надо, так это поскорее покинуть столицу и оказаться как можно дальше от его высочества и его новой возлюбленной. – Я позволила себе презрительный смешок, вспомнив их сладкие мордашки и чрезмерно тесные объятия. – Поместье семьи видится мне идеальным местом для отдыха от этих… людей.

Да, пришлось прикусить язык, чтобы не выразиться чуть иначе и грубее, но я решила не рисковать. Мало ли какие у Берты ещё инструкции на мой счет? И ведь нет никакой гарантии в том, что она верна исключительно герцогу. Вдруг и от императора приказ получила?

Нет. Никаких резких слов и осуждения правящей семьи! С них станется привлечь меня за что-нибудь ещё и передумать, урезав содержание или вовсе упрятав за решетку!

При этом Берта на мои слова пристально прищурилась, то ли не поверив, то ли пытаясь понять, как сильно я с ней честна, но потом всё равно кивнула. Я же, не теряясь, решила поболтать о том, что волновало меня намного больше, чем принц и его новая невеста.

– Ты сама бывала в тех краях? Хайтонхолл ведь на севере расположен?

– Отчасти, – снова кивнула воительница. – Владения герцога находятся чуть западнее того места, откуда родом моя семья, но так или иначе весь тот край называют Пограничьем. Вы ведь знаете, почему?

– Потому что вдоль скалистого хребта проходит граница нестабильного пространства, то и дело рвущегося в клочья, отчего в наш мир проникают жуткие порождения бездны, – ответила я, как по написанному, вспомнив это из прочитанного сюжета. – И началось это более пятисот лет назад, когда один сумасшедший маг, проживающий именно в тех горах, провел серию экспериментов, желая создать стабильный межмировой портал. Но что-то пошло не так…

– Всё верно, – покивала Берта. – Боги покарали безумца, уничтожив первым, и с тех пор искореженное кровавыми экспериментами пространство само рвётся в клочья, выплескивая в наш мир кровожадных монстров. И лишь отважные бойцы на семи горных заставах защищают мир от зла, денно и нощно неся караул и уничтожая тварей.

И не без гордости добавила:

– У меня там все три брата служат!

– Достойно уважения, – кивнула ей, говоря это совершенно серьезно.

– Я б и сама не прочь, – вздохнула она, вдруг сердито поджимая губы, – да только приказом императора служить на заставах могут только мужчины. Говорят, лет двести назад одна из наших дев смогла добиться личного разрешения императрицы создать женский отряд из благородных дев-воительниц, но… – на меня глянули исподлобья, заставляя заинтересованно приподнять брови, – в итоге все они погибли. И недели не прошло.

– Почему? – удивилась.

– Мать моя сказывала, а ей её мать поведала, что рядом с разломами… воздух плохой, – нехотя и тщательно подбирая слова произнесла Берта. – Женщин с ума сводит.

И тут же вскинулась.

– Но это же бред! Как так?

– Странно, согласна, – хмыкнула я, качнув головой. – А мать тебе не рассказывала иные подробности? Ну или, может… Кто-то из ваших других воительниц лично удаль проявлял и на тварей ходил? Ну, в обход официальным патрулям. Как они себя при этом ощущали?

– В том-то и дело, что… – Берта поморщилась и дернула плечом, – проявляли. И не раз. Раньше. И возвращалась от силы одна из десяти – седая и безумная. Но потом старейшины запретили. Так запретили, что это приравнивается к самому суровому преступлению.

– Дела-а… – протянув это, я вдруг подумала о том, что не зря именно это имение герцогов стоит уже далеко не первое десятилетие заброшенным. И пускай совсем недалеко располагается городок Хайтон, само имение, если я всё правильно помню по сюжету, чуть ближе к горам. И к разломам. И к шансу, что однажды поблизости откроется разлом и в имение заглянут монстры…

А не на это ли рассчитывала Лилиана, советуя его высочеству сослать меня именно туда?

Какое тонкое и расчетливое коварство!

Погрузившись в свои мысли, но не видя смысла пока это обсуждать, какое-то время я ехала молча, но потом всё равно заскучала и начала задавать Берте самые разные вопросы о мире и ней самой. Естественно, старалась, чтобы моё любопытство не выглядело глупо и так, словно я в принципе ни в чем не разбираюсь, и в целом мне это удавалось.

Берта оказалась девушкой простой, прямолинейной и честной, не обученной скрывать и интриговать, что с одной стороны, подкупало, а с другой – давало понять, что ей свои тайны доверять не стоит.

Как бы то ни было, мне удалось узнать, что никто не будет меня контролировать в перемещениях по поместью и личном досуге, но в городок Хайтон мне будет можно выбираться только в компании Берты и кого-нибудь из мужчин, а если кто позовет в гости, то опять же – лишь в пределах городка и моего поместья. То есть даже гостей я могу приглашать, это не запрещено.

Но при этом запрещена переписка, если это не родители, а также запрещена любая магическая практика сложнее первого уровня. Да и не получится – блокирующий сложную магию браслет на мне может снять только верховный архимаг, который служит императору.

Раз в три месяца меня будет навещать проверяющий, утвержденный в этой должности лично императором, который будет проверять, что я всё ещё на месте, ношу браслет и не планирую никаких действий против империи и правящей семьи.

Помимо этого запрещено нанимать кого бы то ни было, включая дополнительную прислугу, а в случае, если возникнет острая необходимость в ремонте или дополнительной охране, необходимо сначала подать прошение бургомистру Хайтона, уже он перенаправит это прошение в императорскую канцелярию, из столицы приедет проверяющий и если я сумею его убедить, что это не блажь – запрос будет удовлетворен.

– Если к тому моменту это ещё будет актуально, – фыркнула я. – Что ж, в целом всё ясно. Слушай, а как насчет мужчин?

– Каких мужчин? – спокойно уточнила Берта.

– Ну, скажем… – я усмехнулась, – моих гипотетических женихов. Если вдруг в том же Хайтоне найдется смельчак, который заинтересует меня своей кандидатурой… Могу я принимать его знаки внимания? Или это тоже запрещено императором?

Посмотрев на меня ну очень внимательно, Берта отрицательно качнула головой.

– Нет, на этот счет никаких распоряжений не было. Но разве вы имеете право соглашаться на помолвку, не поставив в известность родителей?

Наверняка нет!

Но вслух я сказала другое, причем с ироничной усмешкой:

– Берта, так не о помолвке же речь. А о знаках внимания. Их может оказывать любой мужчина, согласись. Просто хочу понимать, что всего лишь за невинный флирт и общение мне не прилетит новое наказание от императора. Не прилетит ведь?

– Нет, – воительница качнула головой, чуть подумала и добавила: – Но вы же не планируете… обесчестить своё имя внебрачной связью?

Пф!

– А что мне за это будет? – фыркнула. – Нет, серьезно. Меня и так уже сослали в дыру на краю мира, где умереть от лап монстра можно в любой день. Так какая разница, чем я там буду заниматься и с кем? А?

Похмурившись, Берта с осуждением качнула головой.

– Не знаю. Неправильно это. Нет, как бы… как женщина я вас понимаю.

Я заинтересованно приподняла брови, а Берта весомо кивнула.

– Да, понимаю. В наших краях так принято, что дева-воительница сама выбирает себе мужа, а не родители. Бывает, что советуют и знакомят с нужными, но выбор делаем мы сами. И только тогда, когда сердце зовёт, а не общество довлеет. Вот мне сейчас всего двадцать три. Годик-другой на вас поработаю, потом ещё где. И к тридцати буду мужа искать, когда уже рука будет не такой твердой, а глаз острым. Хозяйство заведем, детишек родим. А сейчас нужно заниматься тем, к чему душа лежит. Вот у вас, к чему душа лежит? Не к связям же порочным!

Рассмеявшись, я покачала головой.

– Нет, ты права. Удивишься, но я пока не решила. – Тихонько хмыкнув, вспомнила обстоятельства, из-за которых, собственно, и еду сейчас в Пограничье. – Думаю, мне нужно время. Неделя, две… месяц. Мне нужно побыть наедине с самой собой, понять себя. Я ведь что раньше думала? – с моих губ сорвался ироничный смешок. – Что всё предрешено. И от меня зависит только то, как сильно я буду старательна в учебе. Остальное всё уже решили за меня. Знатная семья, помолвка с двенадцати лет, как проснулась магия, гувернеры, академия… Трон. Но всё рухнуло. Раз – и всё. Ни жениха, ни трона… ни семьи, которая меня защитит.

Берта явно хотела что-то возразить, но я вскинула руку.

– Нет-нет, я всё понимаю. Немного неверно выразилась. Уверена, отец и матушка всеми силами старались облегчить мне наказание, но я не о том. Я о том, что император намного могущественнее них. И именно я еду отбывать наказание, а не изменивший мне принц, разорвавший помолвку, потому что полюбил другую. Так ведь?

Берта нахмурилась, но в итоге кивнула.

– Я всё понимаю, – добавила я. – Но теперь мне необходимо понять, как жить дальше. Теперь каждый новый день – неведом. Найду ли я мужа вообще или император запретит? Позволят ли мне вернуться домой через три года или откажут до конца жизни? Проживём ли мы эти три года, ни разу не подвергнувшись нападению? Всё слишком зыбко… И чем мне в принципе заниматься в поместье, где нет ни подруг, ни наставников, ни родных, ни модных лавок? Сколько вообще жителей в Хайтоне? Там хоть одна семья аристократов проживает или только простолюдины?

– Вот про последнее лгать не буду, не знаю, – покачала головой девушка. – А так тысяч десять жителей точно будет, если ближайшие поселки учитывать. Гарнизон опять же. На заставе бойцы посменно служат, каждый месяц сменяясь, а семьи их при гарнизоне и в городе обычно, так везде.

В этот момент я почему-то подумала о магистре Рауфе. То есть у меня есть вполне реальный шанс увидеть его живьем?

Ну, в смысле… лично!

Глава 3

Вот с кем бы я точно была не прочь познакомиться поближе! Между прочим, он преподавал в академии боевые магические искусства и ему пророчили должность декана боевого факультета, а в будущем и пост ректора, но… Случилось то, что случилось.

А вот интересно, его император как планирует контролировать, учитывая то, что магию ему блокировать не будут? Приставят надсмотрщика? Или наденут браслет с GPS-трекером? Интересно, тут есть их магические аналоги?

Тихонько хмыкнув, поставила себе галочку на память: как приедем, первым делом засесть за тетради и учебники, чтобы в принципе понимать, что из себя представляет магия. И может даже научиться владеть ею заново? Что мне вообще доступно при наличии браслета?

Любопытства ради покрутила обманчиво простую цацку, которая сияла на левом запястье сталью из широких крупных звеньев, густо покрытых рунными письменами. Заметив это, Берта чуть нахмурилась, но когда посмотрела мне в лицо, я увидела в её глазах сочувствие.

– Гадко это.

– Что именно?

– Блокировка сил. Это как воину руки и ноги грубыми веревками связать посреди боя. Мне мать рассказывала. Она у меня чутка одаренная, от бабули дар достался, а та у нас известная на всю округу ведунья. – Она иронично усмехнулась. – Так батя, когда мать похитить вздумал, ничего умнее не придумал, как всю её зачарованным вервием обмотать, чтобы проклятье никакое не прилетело. А мать его потом безо всякой магии отдубасила, когда дрын подходящий нашла. – Она хитро прищурилась. – С тех пор живут душа в душу, семерых детишек нарожали.

Я внимательно слушала её необычные откровения, не зная, улыбаться или сочувствовать, но Берта вспомнила, с чего вообще начала рассказ, и кивнула на браслет.

– Тяжко?

И я задумалась.

Прислушалась к себе, присмотрелась к миру, покопалась в своих ощущениях и эмоциях, затем в воспоминаниях, и немного неуверенно пожала плечами.

– Умеренно. Знаешь, как-будто сумерки ярким днем наступили. Но это же не полная блокировка, а частичная, так что… приемлемо.

И самое забавное: я понятия не имею, как было раньше! Но при этом мир действительно ощущается немного приглушенным. Словно между мной и им есть некое мутное стекло, которое глушит свет, запахи и звуки. С утра как-то не подумала на этом фокусироваться, не до того было, а сейчас заметила отчетливо.

Но в принципе жить с этим можно.

Ну а дальше мы ехали, ехали и ехали, изредка переговариваясь и пару раз остановившись, чтобы справить нужду, выбрав для этого кустики погуще. И пускай зеленеть они ещё не начали, наши спутники проявляли тактичность и в нужный момент дружно отворачивались, а за мной неотрывно приглядывала Берта. После полудня поели прямо в дилижансе, причем довольно вкусно и разнообразно – свежим хлебом, мягким сыром и холодной бужениной – всё это было заранее нарезано на удобные кусочки и уложено в корзину, которая дожидалась своего часа в ногах Берты. Из напитков был кисло-сладкий морс и просто вода, а на десерт – невероятно вкусные кексы и яблоки.

В общем, голод нам точно не грозил!

А что угрожало, так это скука и тряска, хотя в целом довольно умеренная, но и безупречной поездку назвать было нельзя. Увы, у меня с собой не было ни книги, ни рукоделия, так что приходилось коротать время в беседе, дрёме или рассматривая однообразный уныло-весенний пейзаж за окном.

До нужного постоялого двора мы добрались уже в глубоких сумерках, когда моя задница стала окончательно плоской, а все безопасные и нейтральные темы для разговоров себя исчерпали. Из дилижанса я буквально выпала. К счастью, в крепкие руки сопровождения, которое бодро уволокло меня сначала внутрь, а потом и наверх – в комнату, подходящую моему статусу.

Ну а потом, бессовестно пользуясь тем, что я не просто какая-то там безродная преступница, а очень даже родовитая, я попросила Берту принести ужин наверх, а сама, убедившись, что это не просто комната, а полноценные апартаменты из трех комнат: гостиная, спальня и санузел, отправилась проверять температуру и чистоту местной воды.

Они оказались на уровне.

Искренне радуясь тому, что местный прогресс уже позволяет принимать полноценные ванны, самостоятельно набирая воду из-под крана, а не мучиться в лохани, я сама смогла раздеться, хотя под конец и немного запутавшись в нижних юбках, но в итоге всё равно справилась раньше, чем вернулась Берта. И со стоном искреннего наслаждения вытянулась в ванной, позволяя горячей воде расслабить ноющие от долгой дороги мышцы. Нет ничего хуже безделья, уже давно заметила!

Когда чем-то занимаешься, особенно приятным и любимым делом, время летит совершенно незаметно. А когда целый день в безделье, да ещё и позу толком не сменить – устаешь так, словно целый день в поле отпахал!

Ох, лучше б я и правда в поле отпахала…

– А чего без меня? – в ванную комнату заглянула сосредоточенная Берта. – Чего стонете? Болит чего? Или на душе тяжко? Могу чуток сидра заказать, на этот счет запретов не было.

– Нет, не надо, – улыбнулась ей с благодарностью, чуть качнув головой. – Устала от долгой дороги. Все… кхм, ноги отсидела. Мышцы ноют с непривычки.

– А-а, это… Ну, могу размять, если хотите. Меня бабуля немного знахарству обучала, знаю, как правильно кровь гонять, если застаивается. Хотите?

– Очень!

Моментально воодушевившись, я передумала подольше поваляться в ванной, предпочтя быстренько пройтись по телу мыльной вехоткой, которую принесла с собой Берта. Волосы мочить не стала, они были у меня густыми и длинными, к тому же достаточно чистыми, чтобы пока об этом не волноваться, так что справилась быстро.

Ну а потом по просьбе Берты я улеглась на широкую кровать нагишом и следующие полчаса тихонько попискивала и постанывала, когда она своими могучими ручищами действительно невероятно ловко и грамотно «разгоняла кровь».

Ух! Как заново родилась!

После массажа, когда я хотела уже только одного – окончательно растечься по кровати и уплыть в блаженную дрему, опять же Берта выдала мне ночную сорочку и теплый халат. И практически на себе уволокла в гостиную, где меня дожидался откровенно поздний, но ещё тёплый ужин.

Ну всё, я в раю!

И вот совершенно меня не смущает ни обманчиво простое, но невероятно вкусное и сытное рагу с внушительными кусками мяса, ни банальный яблочный пирог, ни чай с ароматом мяты и смородины!

Всё просто идеально!

Особенно обслуживание.

В итоге поела я быстро, с умным видом покивала на слова Берты о том, что выезжаем рано и она сама будет спать в гостиной, где есть топчан для слуг, ну а потом просто ушла в спальню, рухнула на кровать и довольно улыбнулась.

А жизнь-то не так уж и плоха, верно? Всяко лучше, чем жить с предателем и из кожи вон лезть, лишь бы оправдать чужие ожидания. А ведь я помню, как автор писал в одном из эпизодов, что в ряде случаев Эржена вела себя откровенно неестественно, как кукла, которой приказали играть определенную роль – роль будущей императрицы. Была чрезмерно сдержана, чрезмерно рассудительна, никогда не позволяла себе лишнего и словно всегда смотрела на себя чуть со стороны, а на других свысока.

Ну и что в итоге? Девчонку просто выкинули за борт, когда принц влюбился в другую. Более того, этот ган… кхм, мальчик даже не удосужился поговорить с официальной невестой начистоту, дабы вовремя расставить все точки над «и», внаглую встречаясь с Лилианой у неё за спиной, отчего Эржене приходилось слушать сплетни и делать вид, что она выше этого. А принц тем временем жил так, как хотел, наплевав на всё.

Ну и кто в итоге главный злодей? Разрушили девчонке всю жизнь! Карьера, можно сказать, под откос! И может даже замуж больше никто не возьмет?

Тц!

Ну да ладно. Что было – то было.

А о том, что будет, я позабочусь…

Не мучаясь сомнениями и переживаниями, я очень быстро уснула, а вот утром Берта пришла будить меня настолько рано, что я едва ли осознавала, который сейчас час и что ей от меня нужно. В итоге делала всё на автопилоте, позволив девушке себя одеть и заплести, затем что-то даже поела, особо не разбирая и не открывая глаз, спустилась в дилижанс и там снова задремала.

Потянулись дни…

Скучные, серые, однообразные. Чем дальше мы уезжали на север, тем хуже становилась погода и условия, словно мы попали в циклон и даже отчасти другой мир. Хотя что я хотела? Прогресс тут, как я понимаю, крутился лишь рядом со столицей и более или менее благополучными регионами. Пограничье же таковым не являлось. Как мне откровенно запоздало рассказала Берта, этот маг-экспериментатор, виновный в возникновении разломов, чтоб ему пусто было, в принципе очень сильно напортачил и в итоге большая часть сложных амулетов и артефактов в Пограничье просто не работали.

А так как местный прогресс запитан большей частью на магию, то и остальное тоже… не работало!

И с канализацией перебои, и с освещением, и с отоплением. Стыдно признаться, но я только на четвертый день поняла, что наш дилижанс отчасти артефактный и отсутствие тряски, а так же наличие тепла в нем – заслуга магических вещиц. Ну и, кто бы сомневался, на седьмой день, когда осталось доехать каких-то сорок километров, одним махом вышел из строя и обогреватель, и рессорная система, и… что меня безмерно удивило, блокирующий магию браслет.

Мы ехали уже примерно часа полтора, снова выехав по темноте, чтобы успеть приехать в поместье засветло, когда мир вокруг меня подозрительно тренькнул и проявился во всей красе, на миг ослепив и оглушив цветом, звуками и запахами.

Пока я пыталась понять, что происходит, но так, чтобы не привлечь внимание Берты, мы чуть ли не впервые с момента начала пути нашли ухабистую дорогу, а ещё минут через пятнадцать в дилижансе ощутимо похолодало.

– Что происходит? – задала я в целом закономерный вопрос, к этой минуте уже сообразив, что магия сбоит, но хотелось бы услышать и версию Берты.

Та тоже всё это время ехала в отчетливом напряжении, откуда-то из-под сидения вынув внушительный меч в ножнах и положив его себе на колени.

– Разрыв, – произнесла она хмуро. – Где-то совсем рядом. Есть дрейфующие… м-м, скажем так, магические воздушные массы, которые периодически плавают в пространстве. Глазом их не видно и в целом они безопасны. Но когда сталкиваются друг с другом, возникает магически нестабильное пространство и во всей округе перестают работать сложные артефакты и амулеты. Кажется, мы проехали как раз рядом с таким местом.

– Это опасно? – я тоже нахмурилась. – На нас сейчас нападут?

– Не обязательно, – Берта качнула головой. – Не всегда разрывы превращаются в разломы, из которых могут вылезти монстры. Где-то в одном случае из десяти. Мне братья рассказывали. Ну и где-то лишь в одном случае из дюжины разломы действительно крупные настолько, чтобы из них вылезло что-то действительно большое и опасное.

Ага… Ну, это радует. Правда?

– А воздух? – я не спешила расслабляться. – Он уже стал опасным или нет?

– Вот тут не знаю, – Берта покачала головой. – Но вроде как нет. Иначе б в городе уже давно никто не жил. Верно?

Хм, а ведь верно! Если разрывы тут обыденность, то воздух давно должен был стать отравленным повсеместно. И может даже… Не в воздухе дело? А в каких-нибудь магических электромагнитных колебаниях, действующих на психику в моменте?

Почему-то в любовном романе, который я читала (хоть и не сильно внимательно) об этом не было ни слова. А значит, вряд ли вообще проводились исследования. Верно?

То есть… Я могу попробовать провести их сама? Почему это действует только на женщин? И что именно? Может, не в воздухе дело? Может, и на мужчин тоже действует, просто заметно не сразу? А как радиация в малых дозах – поначалу всё нормально, но как накопится критическая масса, то всё – человек уже не жилец.

И главный вопрос дня!

Что мне делать с браслетом? Говорит Берте или нет, что он тоже вышел из строя? Догадается ли она сама его проверить? И как в принципе понять по его внешнему виду, что он нерабочий? Потому что я пока не вижу отличий…

Стараясь не привлекать особого внимания к тому, что делаю, сначала я просто потеребила вещицу, ощупав пальцами, но не найдя ни трещин, ни сколов. Затем положила руки на колени и скосила на них глаза, делая вид, что просто задумалась, а сама изучив браслет визуально, но снова не нашла, за что зацепиться взглядом. За эти дни, откровенно скучая, я изучила его уже досконально, и могла уверенно сказать, что он не потускнел и не покрылся подозрительным налетом, продолжая всё так же ярко сиять и раздражать.

Но был уже не рабочим, это я чувствовала очень хорошо.

Мир стал ярче. Мир стал громче. А по моим венам потекло что-то неуловимо теплое, сладкое и безумно приятное, словно только сейчас я ожила окончательно, а до этого присутствовала в этом мире лишь частично.

И вместе с этим в памяти зашевелилось что-то едва уловимое… Как будто отголоски воспоминаний. Что примечательно – не моих.

О, нет! Только не говорите, что в этом теле до сих пор сидит душа настоящей Эржены! Мне только раздвоения личности не хватало!

Это напугало меня намного сильнее, чем вероятное нападение неведомых тварей из разлома, так что весь оставшийся путь до поместья я провела, как на иголках, в любой момент ожидая услышать в своей голове посторонние голоса и почувствовать нетипичные для себя желания.