Текст книги ""Фантастика 2026-147". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Андрей Земляной

Соавторы: Елена Кароль,Евгений Шалашов,,Максим Шаравин,Владимир Зингер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 136 (всего у книги 334 страниц)

– Что?

– Что ты делаешь?

– Хочу тебя поцеловать.

О-о… Ну, конечно. Как я сама не догадалась?

– С чего бы?

– Ты красивая.

– Ты всех красивых девушек целуешь?

– Нет, – усмехнулся мимолетно, и приблизил своё лицо к моему, продолжив говорить прямо в губы, – только тех, кому предлагаю замуж. Ты первая.

И нет, я не стала язвить: «польщена».

Это действительно было слишком мило, чтобы язвить!

В итоге я не просто позволила ему поцеловать меня, приоткрыв губы, куда почти сразу скользнул его язык, но и сама закинула руки ему на плечи, прижимаясь так крепко, что одежда очень быстро показалась слишком лишней.

Внезапно я оказалась сидящей на столе с бесстыже раздвинутыми ногами, а Дэймос вклинился между них, продолжая меня целовать, а потом…

– Эр-р-ржена! – рыкнул так, что я аж подпрыгнула на столе, уставившись на него широко распахнутыми глазами. – Ты… чулки где⁈

Упс.

– То есть под юбку мне до свадьбы лезть можно… – проворчала насупившись, когда он отстранился, чтобы я впечатлилась его насупленными бровями и гневно полыхающим взором.

И сама опустила задранный подол вниз, прикрывая не только колени, но и всё остальное.

– Мы с тобой обсудили этот вопрос? – на меня посмотрели ещё суровее.

– Ну, да-а-а… – протянула, закатив глаза и выразительно вздохнув. – Я забыла! Просто забыла! Ты меня сбил с мысли этим своим предложением. И вообще, сегодня тепло. И камины натоплены. И я никуда дальше этих трёх комнат не выбиралась. Не ворчи. Ну?

Я посмотрела на него взглядом пай-девочки, которая всё осознала и больше не будет.

Четко до следующего раза.

А потом я чихнула.

Совершенно внезапно и без предупреждения!

– Та-а-ак… – протянул Рауф тоном моего лично палача. – Это что сейчас такое было?

– Аллергия на твоё ворчание? – улыбнулась мило. И шмыгнула носом.

– Выпорю. Точно выпорю, – зловеще шикнул маг, после чего сдернул меня со стола и потащил на выход. – А ну, живо надевать чулки и минимум три нижних юбки!

Молча проглотив обиду, потому что глобально он был прав, а я – чучундра, забыла, что хотела помедитировать, купировав простуду в зародыше, меньше всего я ожидала, что он как и в прошлый раз доведет меня до кровати, сам найдет в гардеробной всё, что покажется ему нужным, вернётся, бросит вещи мне на колени и встанет надо мной суровым исполином, сложив руки на груди.

– Одевайся.

– Слушай, ну это уже перебор, – нахмурилась. – Мы ещё не женаты, а ты уже арбузишь. Выйди. Я тебе не подчинённая и не рабыня, чтобы ты ко мне так относился. Да, сглупила. Признаю. И сейчас всё исправлю. Козлить не надо, а?

Посмотрев на меня долгим, темным и пугающе нечитаемым взглядом, Дэймос чуть дернул подбородком, а потом стремительно вышел, на мой взгляд, довольно громко хлопнув дверью.

Да уж…

А так ли мне надо замуж?

Глава 22

Эту мысль я обдумала со всех возможных и местами даже невозможных сторон, после чего констатировала, что надо. Только надо при этом не тупить, чтобы не создавать вот таких вот глупых конфликтных ситуаций. У него явно пунктик на моём здоровье, ну или просто на выполнении его приказов.

Да, есть шанс, что дальше будет хуже и он начнет арбузить меня по мелочам, но что-то мне подсказывает, что он не из этой братии.

Интуиция? Или наивная женская вера в то, что этот злодей – не злодей, а его обстоятельства вынудили?

Поживём – увидим.

И да, я готова рискнуть.

В итоге я деловито напялила на себя всё, что мне велели, на всякий случай сняла чокер и убрала его в футляр с украшениями, переплела откровенно растрепавшуюся косу и только после этого вышла в гостиную, чтобы увидеть, как в кресле у камина сидит мрачный Дэймос, а Берты нигде не видно. Стол к ужину тоже не накрыт.

– Надела? – поинтересовался первым делом, как я подошла ближе.

Вместо ответа я задрала подол платья, чтобы он смог увидеть и юбки, и чулки.

– Бессовестная ты всё-таки… – качнул головой, но вроде как даже без осуждения. Просто констатировал факт. А потом удивил: – Прости. Я бываю резок, признаю. Не хотел тебя обидеть. Идём, ужин накрыт в моей гостиной. Потом дам тебе одну настойку, примешь с нею ванну, чтобы не разболеться.

С этими словами он поднялся из кресла и, сам взяв меня за руку, направился в соседние апартаменты.

Оценив его первый шаг навстречу, я приободрилась, радуясь, что мой будущий муж всё-таки разумный человек. Ещё больше мне понравилось то, что стол был снова накрыт праздничным сервизом, а лежащие на нём блюда явно готовили не на местной кухне. Запеченная целиком форель, фаршированные черносливом перепела, нарезанные безупречными дольками буженина, сыр и, внезапно, оливки.

М-м…

– Это где такое подают? – не удержалась от вопроса, изучив и фигурно нарезанные овощи, и свежую зелень, и крошечные румяные пирожочки.

– Во дворце, – нагло усмехнулся Дэймос, у меня аж дар речи пропал. – Ну а что? Чем мы хуже?

– Нда, действительно… – пробормотав вполголоса, посмотрела на еду уже иным взглядом. – А тебя не вычислят?

– Нет. Буч поглотил уже достаточно золота, чтобы его не вычислили. Не волнуйся, у меня всё под контролем. – Посмотрел на меня долгим взглядом и иронично хмыкнул. – Помимо тебя разве что.

Я возмущенно прищурилась (что за намёки?), но Рауф уже привлек моё внимание к бутылке вина, которая тоже стояла на столе.

– Отметим?

Я с сомнением пожала плечами.

– Не бойся, оно легкое. Буквально символически. Я тоже на дежурстве.

– Ну, если только символически… Хорошо.

Ловко избавив бутылку от пробки, Дэймос разлил вино по бокалам, причем сразу стало ясно, что это скорее шампанское, и торжественно поднял свой бокал.

– Спасибо, что доверилась, Эржена. Ты очень милая и привлекательная девушка. Солгу, если скажу, что ты не интересна мне внешне. Но хочу, чтобы ты знала, гораздо больше мне нравится твой ум и характер.

– И магия, – всё-таки не сдержала ехидной реплики.

– И магия, – не стал отрицать. – Она стала катализатором моего интереса, согласен. Но заметь, Лилиане я замуж не предлагал.

Вот тут я не сдержалась и расхохоталась, после чего отсалютовала ему бокалом и выпила своё шампанское практически залпом. За это невозможно не выпить!

Там более вино оказалось очень вкусным.

Ну а потом я уделила внимание ужину, который тоже оказался выше всяческих похвал. Под конец даже захотелось сделать шалость и отправить на императорскую кухню беса с благодарной запиской. Мол, так держать, давайте ещё!

Но нет, я даже предлагать такое вслух не стала, чувствуя, что это во мне говорит шампанское, которое мне снова подлил Дэймос, и эйфория от предстоящей церемонии. Кстати, о ней!

– У меня вопрос, – заявила я как можно более серьезным тоном. – Может быть глупый. Но прошу отнестись с пониманием. Как будет проходить церемония? В этих краях есть какие-нибудь особенности? Я выбрала синее платье. Это нормально? И то, что гостей совсем не будет, жреца не смутит? Он не потребует письменного согласия моих родителей?

– Нет, ничего такого, – качнул головой Рауф. – Платье можно любого цвета, главное, чтобы было приличным. Фата, цветы, гости, родственники – это всё по желанию новобрачных. Никто не осудит, если этого не будет. Ты совершеннолетняя и ни с кем не помолвлена, можешь спокойно выйти замуж за кого угодно в любой день и час. Я более чем уверен, что твои родители будут против, именно поэтому прошу пока придержать наши планы в тайне, но когда мы будем уже повенчаны, они ничего не смогут нам сделать. Единственное, что они могут сделать из нежелаемого, но не критичного, когда ты станешь леди Рауф, это перестать высылать тебе содержание и оплачивать службу тех четверых, кого отправили с тобой, – Дэймос посмотрел на меня задумчивым взглядом, – но обещаю, это не станет проблемой.

Хм, а ведь он прав… Если я больше не буду леди Инсомро, то они будут больше не обязаны меня содержать!

– А могут ли они потребовать, чтобы я съехала из поместья?

– Нет, – мимолетно улыбнулся демонолог. – Вот тут точно нет. Буч сделал для меня копию приказа о твоей ссылке. Там прописано, что ты обязана пожизненно проживать в Хайтонхолле. И ни слова о том, что изменится, если ты выйдешь замуж. Подозреваю, императору это даже в голову не пришло. Забавно, правда?

– Очень, – хихикнула, в этот момент ощутив себя ну просто ух какой гениальной злодейкой, которой удалось в очередной раз обвести глупых героев вокруг пальца.

Мы посидели ещё немного, выпив и чаю с потрясающими кремовыми пирожными, причем я то и дело замечала на себе внимательные взгляды Дэймоса, скользящие в том числе по моим губам, и чувствовала себя при этом очень и очень… взволнованной!

Увы, Рауф больше не провоцировал и не торопился создавать пикантные ситуации, после ужина отлучившись до своего кабинета, откуда вынес довольно большой флакон темного стекла, и вручил мне со словами:

– Травяная настойка против простуды. Выльешь всё в горячую ванну, когда наберется вода. Принимать не меньше получаса. Потом одеться во всё тёплое и в кровать. Иди.

Сам он не сделал ни единого движения вперед, словно снова стал лишь суровым преподавателем, но я была девушкой не из стеснительных, так что, приняв из его пальцев флакон, сама шагнула ближе, встала на цыпочки и поцеловала его ещё не в губы, больше в щеку, но всё равно зацепила краешек губ.

– Спасибо. Так и сделаю. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи… – прозвучало мне в спину приглушенное, когда я была уже в дверях.

Отчего обернулась, улыбнулась и только после этого вышла.

А он быстро схватывает!

Зайдя в свои апартаменты и сообщив Берте, что хочу принять ванну, я прошла дальше и собрала всё необходимое, пока сама горничная спустилась вниз, чтобы убедиться, что купальня свободна. Дождалась её, чтобы не ходить туда-сюда лишний раз, и уже вместе мы, подхватив полотенца, халат и пижаму, а также не забыв флакон с лекарством, отправились проводить профилактику простудных заболеваний.

Да и просто помыться тоже стоило.

Купальня встретила нас приятным преображением: и на пол, и на стены мужчины уже положили плитку, причем на полу была красивая, матовая, с затейливыми коричневыми разводами, словно вьющиеся по земле корни, а на стенах – зеленовато-бирюзовая, создающая эффект лесной свежести.

При этом пол был приятно теплым, даже чуть горячеватым, особенно если стоять босыми ногами, зато в помещении было тепло даже без камина.

Дождавшись, когда наберется достаточно воды, причем на этот раз без лишней пены и прочей соли, я вылила в воду настойку. Она была с густым приятным травяным и отчасти хвойным ароматом, который моментально поплыл по комнате, так что, когда я с блаженным стоном погрузилась в воду и, откинув голову на удобный бортик, закрыла глаза, то сразу же сложилось впечатление, что я в самом настоящем сосновом лесу, причем лежу на стоге свежескошенной травы – аж голова немного кругом.

Вдыхая аромат настойки полной грудью, я без труда и с искренним удовольствием пролежала в горячей воде положенные полчаса, после чего Берта помогла мне помыться, в том числе увлажнив волосы особым маслом, ну а потом я вытерлась, оделась и поторопилась наверх – в кровать. Там, заверив Берту, что сегодня она мне больше не нужна, я взяла в руки тетрадь с нужными лекциями по медитациям, нашла ту, которая показалась мне не сильно сложной и достаточно подходящей, легла поудобнее и позволила своему сознанию раствориться в том упоительном свете, который находился внутри меня.

Мягкий, ласковый и нежный, как котенок, он не был той яростной молнией, которые вырывались из меня в момент пробуждения, ведь тогда это было необходимо, чтобы спасти мне жизнь. На самом деле он был… светом. Всего лишь светом.

А всё остальное зависит уже от меня.

Осознав эту простую истину, я позволила свету омыть своё тело изнутри, уничтожив даже робкие попытки вируса захватить прочные позиции, а потом сама не заметила, как уснула. И спала так крепко, так сладко, что снова пропустила ночное нападение тварей.

К счастью, в этот раз никто не был ранен, да и разлом был не особо крупным, о чем мне утром сообщила деловитая Берта, чуть позевывая в ладонь, так что можно было спокойно завтракать, умываться и… собираться на собственную свадьбу!

И да, я слегка слукавила, когда попросила Берту красиво уложить мне волосы, заявив:

– Мы с господином Рауфом едем в город, хочу снова посетить храм.

– Хорошее дело, – улыбнулась мне девушка и ловко заплела мне волосы в сложную косу, уложив на голове короной.

Платье, чулки, рейтузы, серьги… Кружевное колье! Косметикой пользоваться не стала, хотя она у меня и была, но ресницы и брови у меня были достаточно тёмными, а красить губы не хотелось. Иначе как Рауф будет их целовать? Единственное, чем я воспользовалась – это капнула на запястье капельку цветочных духов с приятным ароматом. На этом основные сборы были завершены и настал черед верхней одежды.

Сапожки, пальто, перчатки… Вместо неудобного капора и удобной, но неуместной шапочки, я прикрыла голову теплым пуховым платком: и прическа не помнется, и не продует.

Берта тоже собралась в два счёта, ведь должна была сопровождать меня в любых поездках за пределы поместья, чтобы это не выглядело неприлично (ведь я была незамужней леди), причем она на голову надела именно собственноручно связанную оранжевую шапочку и было видно, что девушка гордится тем, что эта вещь создана её руками.

Вместе мы спустились вниз, где нас уже ждали мужчины: суровый Курт, собравшийся, как на войну, и гораздо более элегантный, но тоже суровый Дэймос, сегодня принарядившийся в прогулочный теплый костюм графитового цвета и стильное черное пальто.

На улице Шон и Стив готовили для нас дилижанс, но здесь и сейчас лично я видела лишь своего без пяти минут мужа, чьи глаза смотрели лишь на меня, опаляя янтарными бликами, и позволяя ощущать себя по настоящему избранной.

Подозреваю, мои щеки снова стали неприлично алыми, когда я подошла ближе, но Дэймос лишь учтиво склонил голову, приветствуя.

– Доброе утро, Эржена.

– Доброе утро, Дэймос, – улыбнулась мимолетно, сразу же подумав о том, что этикет плачет по нам горючими слезами. – Едем?

– Едем, – улыбнулся чуть шире и загадочнее, тем самым намекая на некую тайную договоренность между нами. – Чудесно выглядишь.

– Спасибо. – Я аж прищурилась от удовольствия, ловя себя на мысли, что мне приятен не столько комплимент, сколько то, что его произнёс Дэймос.

И как он его произнёс!

Ну а потом мы дружно вышли на улицу, где сквозь тучки настырно проглядывало солнышко, погрузились в дилижанс и отправились в город. Вместе с нами в дилижансе ехала только Берта, на козлах правил лошадками Шон, а Курт и кто-то из служивых сопровождали нас верхом.

Пока ехали (Дэймос сидел напротив), то преимущественно молчали, но я то и дело ловила на себе задумчиво-загадочный взгляд демонолога, и старательно делала вид, что меня это не волнует, хотя сердечко то и дело сбивалось с ритма.

Я волновалась, причем дико!

В городе мы сразу подъехали к храму, и Дэймос первым вышел из экипажа, после чего подал руку мне и, не обращая внимания на Берту, повел в храм. Моё волнение вышло на новый виток, вспотели ладони под перчатками и начали даже подрагивать колени, словно прямо сейчас я делала то, что изменит мою жизнь раз и навсегда.

И не сказала бы, что это страх… Скорее безотчетная тревога перед неизвестностью. Правильно ли я поступаю? Не поторопилась ли? А может…

Именно в этот момент мы миновали приветливо распахнутые двери храма и вся неуверенность и сомнения остались снаружи. На меня снова снизошла настолько ощутимая благодать, что это показалось мне не просто странным, а… подозрительным!

– Спокойно, – вполголоса произнёс Дэймос, чуть крепче сжимая мою ладонь, которая лежала на сгибе его локтя. – Не фони. Это резонанс.

И рада бы вникнуть в его слова и сделать, как просит, но…

Что он вообще от меня хочет? Не понимаю!

– Эржена, – шикнул демонолог, рывком приобнимая уже заплечи, когда мне стало настолько хорошо, что я чуть ли глаза не закатила от экстаза. – Не здесь и не сейчас!

А?

Подняв на мага откровенно соловые глаза, вдруг увидела его лицо близко-близко…

А потом он меня поцеловал. Прямо при всех в центре храма!

Справа послышался возмущенный возглас Берты, слева кто-то усмехнулся басом, вдали, кажется, и вовсе прозвучал ироничный комментарий… Но это всё было неважно!

О, как он меня целовал! Жарко, сладко… Провокационно!

Но лишь через пару минут я ощутила, как из меня утекает лишнее, причем в Рауфа, а мне самой становится ощутимо легче. И главное – мозги прочищаются!

Боги, мы что творим???

Замерев в его руках в откровенном шоке, кажется, тем самым я дала Дэймосу понять, что уже осознаю реальность, отчего мужчина отстранился, тяжело дыша, но первым делом посмотрел мне в глаза, оценил уровень возмущения, коротко усмехнулся и кивнул сам себе.

– Уже лучше.

А потом развернулся и громко, во всеуслышание произнёс:

– Святой отец, прошу вас, венчайте нас.

В этот ранний час народу в храме было не сильно много, человек двадцать, причем преимущественно женщины старшего возраста, но заметила я и нескольких богато одетых мужчин, а так же молодую женщину с ребятишками. И все смотрели на нас.

Все!

Но только Берта с круглыми глазами и непередаваемым выражением лица. Остальные кто с улыбкой, кто с легким осуждением, но после слов Дэймоса оно начало потихоньку трансформироваться в одобрение и даже умиление.

Но только подошедший к нам внезапно довольно молодой жрец от силы лет тридцати и с приятно одухотворенным лицом, одетый в серебристый балахон с зеленой вышивкой, нарушил опустившуюся на храм тишину вопросом, заданным мне:

– По своей ли воле вы пришли сюда, дитя? И уверены ли вы в своём желании связать судьбу с этим мужчиной?

– Да, – произнесла твердо, уже окончательно придя в себя. Улыбнулась и добавила: – Да, очень хочу.

Справа приглушенно пискнула Берта, но я даже не покосилась в её сторону. Что бы она сейчас обо мне ни думала, это всё уже неважно.

– Я вижу, ваши помыслы чисты и желание обоюдно. И не смею препятствовать воле богов, позвавших вас в свою обитель, – пафосно и немного странно заявил жрец, жестом предлагая пройти ближе к статуям и красивому белоснежному алтарю, стоящему перед ними. А следом обратился и к прихожанам: – Прошу всех присутствующих засвидетельствовать добрую волю и свершившееся чудо единения двух молодых людей, нашедших друг друга под сводами нашего храма.

Прихожане разулыбались сильнее, послышались даже одобрительные возгласы, после чего Дэймос ловко помог мне снять платок и верхнюю одежду, прикинув это в руки насупленной Берте, которая явно ощущала себя обманутой, но вмешиваться в происходящее не спешила. Рядом с ней стоял задумчивый Курт, но эмоции на его лице я прочесть не смогла, хотя мне показалось, что он даже одобряет происходящее.

Впрочем, мне могло и показаться.

Сам Рауф тоже снял пальто и даже успел перекинуться парой слов со жрецом, отчего тот стал особенно задумчив, ну а потом мы подошли к алтарю, в жаровнях словно сам собой вспыхнул золотистый огонь, отчего ярче запахло благовониями, и жрец, произнеся очень красивую речь о любви, долге и единении душ, задал главный вопрос:

– Дэймос Рауф, готов ли ты взять в жены деву Эржену и нести бремя ответственности, быть заботливым мужем и отважным защитником?

– Готов, святой отец, – отрывисто произнёс Дэймос, ни на миг не отпуская мою руку.

Жрец удовлетворенно кивнул и посмотрел на меня, причем с особым пристальным вниманием.

– Готова ли ты, дева Эржена, взять в мужья Дэймоса Рауфа, стать ему верной спутницей и заботливой супругой?

– Готова, святой отец, – произнесла твердо.

Жрец снова кивнул, словно ставил штамп «одобрено» под моими словами, после чего улыбнулся, широко развел руки и торжественно произнёс:

– Перед ликом богов и в присутствии славных жителей города Хайтона объявляю вас мужем и женой! Дэймос можете уже поцеловать супругу. – Иронично улыбнулся и тихонько добавил: – Снова.

Глава 23

Улыбнувшись тоже, но так хитро, словно задумал что-то неприличное, Рауф притянул меня к себе за плечи и поцеловал так сладко, что у меня подкосились колени и пришлось вцепиться в лацканы его сюртука пальцами, чтобы только не стечь по мужчине вниз. Боги, как же мне нравится с ним целоваться! Спасибо вам за эту шикарную возможность!

«Пожалуйста…», – вдруг прозвучал в моей голове едва различимый смешок, который заставил меня невольно вздрогнуть, а потом…

Кажется, что-то произошло. Что-то яркое, странное… значимое!

Люди вокруг нас дружно, громко и восторженно ахнули, стало подозрительно светло и тепло, а моё правое запястье на миг обожгло касанием, отчего я снова вздрогнула всем телом и глухо пискнула прямо в губы Дэймосу. Он тоже подозрительно шикнул и рывком отстранился, но плечи мои не отпустил, хотя и метнулся взглядом к своей правой руке.

Я в этот миг смотрела на свою, прекрасно видя, как чуть выше манжеты, которая немного задралась, проступает золотистый рисунок древними рунами, которые переплелись между собой в полноценный браслет.

– Что за…

Мы произнесли это вполголоса и одновременно, после чего растерянно переглянулись, а жрец, всё ещё стоящий рядом с нами, не растерялся и с восторгом провозгласил:

– Брак благословлен богами! Воистину знаменательное событие!

Жрец продолжал восторженно вещать, что теперь наша пара отмечена богами и брак будет не просто счастливым, но и долгим, благостным и плодотворным…

Вот тут я сдавленно кашлянула, сообразив, что это он про детей говорит, а стоящий рядом Дэймос, успевший просто крепко прижать меня к себе, кажется, ругнулся одними губами. Не уверена, но было похоже.

Неожиданно к нам потянулись прихожане и одной из первых к нам пробилась не очень тепло одетая молодая женщина с ребятишками, по которым было видно, что семья не очень благополучная. И с трепетом обратилась почему-то именно ко мне:

– Благословите, леди!

Чего???

Я в шоке уставилась сначала на неё, потом на стоящего рядом Дэймоса, который, в отличие от меня, не растерялся и шепнул мне на ухо:

– Одна из старых местных традиций. Молодожены в принципе считаются отмеченными богами. А такие, как мы, особенно. Просто обними и пожелай им добра.

Ох, ну предупреждать же надо!

В итоге сначала я крепко обняла женщину, пожелав ей добра, здоровья, материальных благ и удачи, затем по очереди ребятишек: мальчика лет восьми и девочку лет пяти, пожелав не просто здоровья, но вырасти хорошими людьми – смелыми, добрыми и трудолюбивыми, не огорчать маму и заботиться друг о друге. Ну а потом пошли объятия за объятиями, причем желала не только я незнакомым людям, но и они с улыбками желали нам всякого. В основном, конечно, любви, благополучия, благосостояния… и детишек. Предпоследним ко мне подошел Курт, смущенно приобняв за плечи и пробасив:

– Верный выбор, леди Эржена. Пусть у вас всё сложится.

А последней подошла задумчивая Берта и неловко произнесла:

– Могли бы и сказать… Я ж не против. Он хороший человек, видно, что вы ему небезразличны. Любви вам, леди Эржена.

– Спасибо. Прости, если обидела. Я не со зла, ты знаешь. Пусть в твоей жизни тоже появится мужчина, которому ты будешь небезразлична.

Порозовев щечками, Берта бросила косой взгляд на уже отошедшего в сторону Курта, после чего мы крепко обнялись, а потом…

В храм буквально вбежал незнакомый и откровенно запыхавшийся тучный мужчина лет пятидесяти в пальто нараспашку. Высокий, русоволосый, с ухоженными усами и короткой бородой, с ясными голубыми глазами и открытым лицом, он торопливо приблизился к нам, на ходу одергивая одежду и вытирая обильный пот со лба.

Правда, прежде, чем он смог заговорить, ему пришлось отдышаться, но потом он деловито кашлянул и представился:

– Прошу прощения за мой внешний вид. Спешил, как мог. Позвольте представиться, лорд Рауф, леди Рауф. – Мне достался учтивый кивок. – Бертрам Смайлсон, бургомистр города Хайтон. Мне сообщили, что ваш брак благословлен богами…

– Всё так, – спокойно ответил Дэймос и продемонстрировал бургомистру чуть потемневшую, но всё равно золотистую татуировку на своём правом запястье. – Боги отметили нашу пару своим вниманием.

– Потрясающе… – пробормотал бургомистр, буквально впившись взглядом в запястье моего уже мужа. И метнулся взглядом ко мне.

Я тоже продемонстрировала ему прежде всего свою правую руку, при этом пряча левую с блокирующей магию браслетом в складках платья, чтобы не вызвать поток новых, совершенно не нужных нам вопросов.

– Просто потрясающе… – умилился бургомистр, в чьих глазах горел подозрительно фанатичный восторг. – Лорд Рауф, леди Рауф, позвольте пригласить вас на прием, посвященный вашему бракосочетанию, скажем… через пару дней? Кстати, позвольте уточнить, вы ведь в нашем городе не проездом? Просто… не видел вас раньше.

– Волей императора с некоторых пор мы проживаем в старом загородном имении герцогов Инсомро, – даже и не подумал скрывать Дэймос, отчего на лице бургомистра промелькнула тень понимания и взгляд главы города метнулся ко мне. Он явно начал что-то подозревать и может быть даже был в курсе, кто живет в имении и почему. – Моя супруга – дочь герцога Адриана Инсомро.

– О, леди… – откровенно ошеломленно пробормотал бургомистр, чьи глаза лихорадочно забегали по моему лицу, метнувшись в том числе и к волосам, которые явно вызывали у него вопросы, – это такая честь для нашего города и меня лично…

У меня практически забрали руку, чтобы запечатлеть на ней поцелуй.

По бургомистру было видно, что его уже разрывает от противоречий (он явно был в курсе!) и вместе с тем желания хоть как-то постоять в лучах славы пары, которая благословлена богами. В итоге тщеславие победило, и он уже гораздо увереннее произнес:

– Рад, очень рад знакомству. Могу я надеяться на ваше согласие? Город давно не видел членов семьи рода, которому принадлежат эти земли, наши горожане будут искренне рады узнать, что Инсомро снова заботятся об этих землях.

– Уже не Инсомро, – довольно жестко отрезал Дэймос, отчего бургомистр мгновенно напрягся. – Леди Рауф.

– Да! Да, прошу прощения, – торопливо поправился Смайлсон. – Конечно. Леди Рауф.

– А прием стоит организовать через три дня, – всё так же властно произнёс Дэймос, тем самым давая понять, что только ему решать, что, где и когда состоится. – Мы с супругой будем рады знакомству с городом и неравнодушными к его благополучию жителями.

Бургомистр аж просиял, после чего мужчины быстро договорились, что мы прибудем к четырем и именно в городской особняк бургомистра, который берет на себя всю ответственность по подготовке мероприятия, после чего мне снова поцеловали ручку и Смайлсон убежал, забавно размахивая руками, словно большой и взволнованный пингвин, а вот ко мне почему-то подошел жрец и вполголоса произнес:

– Двери храма всегда открыты для вас, благословенное дитя. Знайте, боги никогда не ошибаются, но путь, который предстоит пройти, вы должны выбрать сами.

Ошеломив и запутав, жрец умиротворенно улыбнулся и отошел, а я переглянулась с задумчиво нахмурившимся Дэймосом, подумала и попросила:

– Поехали домой?

Отрывисто кивнув, муж в два счета нашел взглядом стоящую неподалеку Берту с моей одеждой, помог одеться, сам плотнее запахнул платок на моей шее и мы, сев в дилижанс, отправились обратно в поместье. Как и утром, мы с Бертой ехали на одной лавке, а Дэймос на другой, сев напротив, но сейчас мы оба были погружены в свои мысли и даже не переглядывались.

Лично я почему-то с тревогой думала о том, зачем боги отметили нашу пару своим вниманием. Как часто такое вообще происходит? В книге я о таком не читала… Хотя там до свадьбы в принципе дело не дошло.

Связано ли это с тем, что я одарена светом? Или с тем, что мы предназначены друг другу судьбой? Нет, ну а что? Помечтать-то можно! Классика же! Две половинки одного целого, все дела…

Романтично – ужас!

И совершенно непонятно!

И этот потусторонний шепот «пожалуйста»… Он мне точно не послышался! Это, получается, местные боги ближе, чем кажется? Они взаправду реальны? И значит ли это, что им от нас действительно что-то нужно? Или… нет?

И не скажу, что меня это чрезмерно нервировало… Но да, немного напрягало. Не люблю неопределенность! Если уж есть четкое требование, то будьте любезны выдать четкое ТЗ! Либо не просите потом безупречного результата, потому что я понятия не имею, какой он вообще должен быть!

Или я ошибаюсь и богам от нас в принципе ничего не нужно?

Как бы то ни было, до дома мы добрались довольно быстро и без приключений, причем я только дома осознала, что по дороге нас не трясло и в дилижансе было тепло, но вслух так ничего и не спросила, решив, что раз работает – пусть работает. И даже не сильно важно, кто это сделал и зачем. В самом деле, в этом мире женщина – не ломовая лошадь, которая тянет на себе и быт, и семью, и хозяйство, и работу, и детей… В общем, всё!

Нет. В этом мире женщина – прежде всего мать и хозяйка. А остальное – забота её мужчины.

И это реально здорово!

При этом, когда мы вошли в центральный холл замка, дежурный боец первым делом отчитался Дэймосу, что в наше отсутствие происшествий не было, на что маг отрывисто кивнул, после чего распорядился о праздничном ужине, выразительно посмотрев в том числе на Берту, которая интенсивно закивала, и наверх мы с ним отправились вдвоём.

Причем на площадке третьего этажа Дэймос увлек меня к центральным дверям, заявляя:

– Обставил пока только основные комнаты. Хочу, чтобы ты посмотрела и подумала, нужно ли что-то ещё.

Заинтригованная, я вошла в хозяйские покои вместе с мужем, с интересом слушая его пояснения. Первые несколько комнат были проходными и общего назначения: парочка гостиных, комнаты для прислуги, личная трапезная и помещение, обставленное, как библиотека, причем со стеллажами и книгами. Это так меня удивило, что я не удержалась от вопроса:

– Тут это было?

– Нет, конечно, – усмехнулся Дэймос. – Всё, что тут было, я ликвидировал. Старьё и гнильё. Книги из моей личной библиотеки, ну и… не только. Не принципиально. Просто подумал, что лучше сделать комнату для чтения именно здесь, а не на втором этаже. Тем более тут помещений с избытком, а гарнизонные вояки особо литературой не интересуются.

– О… да, ты прав. А там что?

– Идём.

Дальше шла общая «личная» гостиная и уже из неё в обе стороны расходились двери, ведущие в комнаты «хозяина» и «хозяйки». Это был комплекс из спальни, кабинета, гардеробной и уборной. При этом, как Дэймос и говорил, между двумя спальнями имелась общая дверь, прикрытая портьерой, а сами комнаты маг обставил достаточно роскошно, чтобы я снова спросила:

– Откуда мебель?

– Угадай, – хитро прищурился муж, заставляя меня подозревать его в чем-то совершенно незаконном.