Текст книги ""Фантастика 2026-147". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Андрей Земляной

Соавторы: Елена Кароль,Евгений Шалашов,,Максим Шаравин,Владимир Зингер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 272 (всего у книги 334 страниц)

Глава 11

– Стражники схватили его! – проревел Арес. – В восточном крыле! Прислали мне весть, и я тут же направился к тебе!!

Из-под глухого шлема послышалось что-то вроде злобного смеха.

– Мы прикончим его, верно? Я уже хочу лично его прикончить, медленно и со вкусом!

Чего? Так речь вовсе не обо мне, и в эту ночь во дворец Богов проник кто-то ещё?

– Стой, стой! – тут же подскочила к брату Афина. – Кого ты там собирался приканчивать? Расскажи толком, что…

– Сме-е-ертный, – Арес расхохотался ещё сильнее. – Носит же Земля идиотов, а? Вооружился легендарным мечом – ну, надо сказать, меч и правда хорош – и решил пробраться с чёрного хода. Думал, там нет охраны для таких, как он!

Зевс и Афина переглянулись.

– Думаешь, это оно?.. – пробасил Зевс.

– Не знаю… нужно понять, что к чему, – Афина развела руками. – Кто этот смертный? Сизиф?

– Чего⁈ Нет, конечно! – от удивления Арес даже смеяться прекратил. – Я, по-твоему, не знаю Сизифа⁈ Нет, это какой-то парень с огромным таким мечом… О, точно! Вспомнил! Похожий меч был у того смертного, Данте…

Хаск?!!!

Какого⁈

Я переводил взгляд с золотого трона, за которым скрывался вход в сокровищницу, на группу Богов.

– Пусть держат его покрепче! – распорядилась Афина. – Арес – иди туда и приведи его в зал, только не убивай по дороге. Сначала пусть расскажет всё, что знает!

– Ну, я мог бы просто вырвать ему руки и ноги, чтобы…

– Не надо вырывать руки и ноги, идиот!! – рявкнула Афина. – Из-за твоей кровожадности мы упустим информацию! Когда вытянем из него всё, что можно, будешь пытать его сколько пожелаешь!

Она помотала головой.

– Отец, ты иди за ловушкой Гефеста. Сокровищница, конечно, заперта надёжно, но лишняя гарантия не повредит. Арес – за пленником. Я останусь тут и буду ждать вас обоих!

Я тихо выдохнул. Ну почему, почему?.. Именно в ту ночь, когда я решил тихо-мирно, невинно пробраться в сокровищницу Зевса, тут обязательно должно случиться что-нибудь подобное? И что здесь, спрашивается, делает Хаск со своим мечом?

Константин и Иапет. Только они могли послать его сюда. Но зачем отправлять парня на верную смерть?..

Ответ пришёл моментально; эта загадка была совсем простой.

Затем, что это – отвлекающий манёвр. Пока Боги ловят и убивают бедолагу Хаска, что-то должно произойти в другой части дворца…

Впрочем, всё это я думал уже на ходу, быстро шагая за Аресом. Чтобы не отстать от гиганта, приходилось нестись во весь опор – благо, божественные силы всё же позволяли мне его догнать.

Чёрт, чёрт, чёрт! Я ведь просто хотел попасть в хранилище, найти нужную штуку и убраться. Не носиться по коридору, не спасать Хаска, рискуя попасться…

Неужели Константин мог послать его умирать? Вот уж не ждал от Магистра… похоже, последние события сильно изменили его.

Но мне-то что делать? Прийти первым, отбить Хаска у местной стражи и уходить? Нет, так не пойдёт, я не хочу уходить с пустыми руками, не за этим я сюда шёл столько времени!

Тогда…

Я задумчиво смерил спину Ареса взглядом.

А что, если…

…когда, спустя несколько минут, Арес влетел в двери небольшой (по меркам божественного дворца) комнатки, я уже знал, что буду делать. Примерно, конечно же – но знал.

– Аха! – заорал он, наклоняясь вперёд, прямо к стоящему на коленях Хаску. – Смертный!.. Смертный, что решил потягаться с Богами!..

Да уж, Арес реально тупой. Почему он решил, что вести себя как злодей на школьном утреннике – лучшая стратегия?

– Самое время помолиться… Богам! – рассмеялся Арес собственной тупой шутке. – Поднимайся, придурок, пора предстать перед Зевсом и ответить на все вопросы!

– Да п-пошёл ты… – бросил в ответ Хаск; из слегка свёрнутого набок носа у него текла кровь, под глазом красовался огромный синяк. – Божественный мудак. Видел я таких!

– Кого ты там видел, мальчик? – изумился Арес. – Мелких божков, которых могут завалить даже смертные? Поверил в себя, да?

Я оглядел помещение; кажется, это было что-то вроде комнаты охраны. Хаска держали сразу четверо стражников в закрытых шлемах, ещё один, еле-еле приподняв меч Данте, с поклоном вручил его Аресу. Тот повертел клинок в руках (при его росте и комплекции меч казался даже не таким уж и большим).

– Ха! Да это и правда легендарный клинок Данте. Как он у тебя оказался?

Хаск молчал, всем видом демонстрируя презрение.

– Молчишь? – рассмеялся Бог войны. – Ладно-ладно, молчи и дальше. Люблю гордых! Их приятнее ломать. Давайте, поднимайте его и…

– Кхм-кхм, – заметил я позади, из-за его спины. – Не так быстро, Арес.

Под изумлёнными взглядами Ареса и стражников (и обрадованным взглядом Хаска) я тихо притворил дверь. Для того, чтобы плащ Артемиды перестал тебя скрывать, его даже не нужно снимать – достаточно просто захотеть.

Ну, вот я и захотел.

– Сизи-и-и-и-иф!! – медленно, даже с какой-то затаённой радостью протянул Арес, обернувшись на меня. – А вот и ты… узнаю тебя в любом теле.

Я пожал плечами.

– Кончай болтать, Арес. Я не для этого сюда пришёл. Хватит хитрых планов.

– О? – притворно удивился Бог. – И для чего же ты пришёл?

Я развёл руками.

– Дуэль, Арес. Один на один. Всё по правилам боя, как ты любишь.

В какой-то момент действительно настаёт время забыть про хитрые планы и двигаться напролом. Во мне – сила трёх Богов, из которых двое весьма могучие. Этого не хватит на Зевса, Дита или какого-нибудь там Посейдона, но на Ареса должно хватить.

– Ты⁈ – расхохотался он, сделав стражникам знак не вмешиваться. – Со мной?

– Я, с тобой, – подтвердил я. – Здесь и сейчас.

– Ха, – заметил Арес, разгибаясь и возвышаясь надо мной громадой; любой Бог имеет рост не менее трёх метров, а этот был повыше большинства из них. – Может, на тебя Гера наслала безумие? Она это любит.

Он не знает, что во мне – поглощённая сила Богов. И хорошо, что не знает; возможно, знай он это – не стал бы рисковать, а поднял тревогу.

– Да или нет? – резко спросил я. – Если Бог войны боится проиграть смертному, так и скажи.

– Ты что, червь⁈ – заорал Арес. – На слабо меня пытаешься взять⁈

– Пытаюсь, – согласился я. – И, думаю, возьму.

Арес помотал головой.

– Никак не пойму, чего ты добиваешься.

– Честно? – я улыбнулся. – Ну, я не самоубийца, Арес. У меня есть тайный козырь, и я собираюсь его применить. Если получится – я выиграю. Если нет… ну, я хотя бы умру, попытавшись. Знаешь, сегодняшний день научил меня тому, как ценен даже самый крохотный шанс.

– Вот как? – Арес хмыкнул. – Шанс. Тайный козырь. И теперь ты думаешь, что у тебя может получиться победить меня, Бога войны?.. Если это не безумие, то ты попросту глуп, но я сражусь с тобой. Только учти…

Он рассмеялся своим скрежещущим, злым смехом.

– Зевс и Афина запретили мне пока убивать или калечить этого парнишку, – он указал на Хаска, который следил за нами с явным волнением. – Про тебя они ничего не сказали. А значит, умирать ты будешь долго и болезненно.

– Может, и так, – я не стал спорить. – Только верни мне меч, Арес. Сразить безоружного – не очень доблестное дело, а я всё-таки мастер меча тысячелетней выдержки.

Арес громко расхохотался.

– Так вот он в чём, твой козырь!.. Думаешь, сила этого меча…

Он думает, что дело в мече; пусть думает так и дальше, я не стал спорить.

– Моё законное право – попробовать.

– Пробуй! – Арес швырнул передо мной меч; тот загрохотал по мраморному полу так, что у меня чуть перепонки не лопнули. – Как ты и сказал, Сизиф – здесь и сейчас. Поднимай меч и начинаем, смертный!

Я кивнул – и поднял меч. Великоват, конечно, для широких замахов неудобен, но, в конце концов, меч есть меч. И я отлично знаю, как с этим обращаться.

И, не оставляя Аресу времени для манёвров, я без долгих предисловий атаковал его – первым.

Мелькнула яркая вспышка – это огромный клинок столкнулся с божественной бронёй; Бога отшвырнуло назад, но он удержался на ногах.

– Так-так, Сизиф! – пророкотал он. – Значит, ты всё же обманул меня⁈ У тебя…

Второй удар меча заставил его заткнуться, попав прямо по зубам.

– Обманул? – хмыкнул я. – А мне казалось, я честно сказал, что у меня есть козырь.

Не давая Аресу опомниться, я ударил в третий раз – но, когда уже казалось, что клинок вонзится прямо ему в шею, в уязвимое место между нагрудником и шлемом, воздух вспыхнул алым, и перед Аресом повис магический щит, усыпанный острыми шипами.

– Сильный враг – это хорошо, – пророкотал он; в одной его руке появился в красной вспышке короткий меч, в другой копьё. – Давно я не сражался с сильными врагами! Буду убивать тебя медленно, чтобы растянуть удовольствие!

Я отпрыгнул назад; чёрт, всё же с этим мечом надеяться на изящество движений не приходилось. Ушёл от удара – и то хорошо! Следующий удар Ареса я парировал мечом; сила Богов помогла не выронить его из рук.

– Давно не сражался с сильными врагами? – заметил я. – Даже догадываюсь, почему, Арес.

– О чём это ты⁈ – тот так возмутился, что даже пропустил удар. – Хочешь обвинить меня в трусости, червь?!!

Мой меч оставил глубокую трещину на его нагруднике; её края окрасились золотом божественной крови.

– Нет, нет, успокойся, крепыш, – рассмеялся я. – Ты кто угодно, но только не трус. Просто вы, Боги… рабы своей же божественности.

– КАК. ТЫ. МЕНЯ. НАЗВАЛ?!!! – от слова «раб» Арес пришёл, кажется, даже в ещё большую ярость, чем он предположения, что его посчитали трусом. Рванувшись вперёд, он широко размахнулся копьём; я присел, пропуская удар над собой – и услышал позади вскрик. Кажется, лезвие попало в одного из стражников – насмерть. – А вы вон!! Не мешайтесь!!!

Оставшиеся стражники поспешили убраться вместе с не сопротивляющимся Хаском, забившись в самый дальний угол; я откатился вбок и ударил Ареса по лодыжке. Попал.

– Просто констатировал факт! – отозвался я. – Вот ты у нас Бог войны, так? И всё! С той секунды, как ты стал им, ты зависишь от войн. А на Земле уже давно не шло полноценных войн, понимаешь, о чём я? Так, мелкие конфликты, локальные стычки… уже несколько сотен лет – ни одной крупной войны!

Мои губы растянулись в улыбке.

– И поэтому ты сейчас слаб, Арес. Поэтому так хочешь, чтобы люди и Боги сошлись в новой войне – ведь даже если в ней проиграют все остальные Боги, ты выиграешь!

– А, ты об этом, – Арес рассмеялся жестяным смехом. – Ничего, Сизиф, даже если я немного ослаб, во все ещё достаточно силы, чтобы размазать тебя по стенке. Знаешь, что меня сейчас питает?

Он ударил мечом по полу; побежавшая по мрамору трещина сбила меня с ног, отбросила подальше.

– Прямо сейчас там, у людей, идёт подготовка к войне с нами, – продолжал Арес.

Удар!.. Я не успел увернуться, и потому копьё Ареса ударило меня прямо в бок; тело пронзила вспышка боли. Если бы не божественная сила, одного этого удара было бы достаточно, чтобы меня прикончить.

– Лозунги, марши! – расписывал Арес. – Обещания надрать нам зад!.. Конечно, это ещё не война, но уже бодрит!..

Я покачал головой; выпад – и мой меч пробил защиту Ареса, вновь ударил его в грудь, отбрасывая назад. Всё-таки я был чертовски хорошим мечником.

– Знаешь, в чём недостаток лозунгов, маршей и громких обещаний? – заметил я. – Они слишком часто оканчиваются ничем. Пшиком!

Новый удар целил прямо в лицо Аресу, в щель шлема; тот подался вперёд, пытаясь контр-атаковать – но я в последний момент увернулся и обрушил меч вниз, переходя от обманного выпада к настоящему удару. Клинок прорубил доспех и плечо до самой кости; левая рука Ареса повисла, наполовину отрубленная. Крутанув меч, я расширил рану, а затем…

Дар Шезму!

Кровь цвета расплавленного золота плеснулась во все стороны; оторванная рука Ареса вместе с алым копьём полетела к стене и в полёте зашибла ещё двоих стражников. Бог заорал от боли, но, к его чести, не упал, а попытался ударить меня мечом, оставшимся в правой руке.

– Думаешь, этого достаточно, чтобы меня прикончить⁈

– Не думаю, – согласился я. – Ты крепкий малый, Арес. Но знаешь, что…

Вспышка боли; удар его меча скользнул по моей груди, рубашка окрасилась алым. Однорукий Бог расхохотался…

А через секунду его же собственная отрубленная рука с копьём ударила его же в спину, протыкая ему грудь насквозь. В руке была кровь, а где кровь, там и Дар Шезму!

Арес заорал, отвёл от меня взгляд всего на секунду…

Этого было достаточно. Мысленный приказ плащу Артемиды – и вот артефакт уже снова скрывает меня.

– Где ты⁈ – завопил Арес. – Трус! Ничтожество! Покажись, и я…

Не-а, хватит. Надоело.

Удар моего меча снёс ему голову, и та, громыхая шлемом, покатилась по залитым золотой и алой кровью мраморным плитам. Громоздкое тело, загребая оставшейся рукой, завалилось набок.

– Это ещё не конец! – завопила голова. – Таких, как я, не убить так просто…

– Я знаю, знаю, – заметил я, возникая перед ним вновь с фолиантом в руке. – Просто теперь я окончательно доказал, что я сильнее тебя, Арес. Не так ли?

– Просто дурацкая случайность!! – заскрежетала зубами отрубленная голова. – Тебе повезло!.. Несколько артефактов, и…

– Всё как на войне, приятель, – улыбнулся я. – Там тоже не место честному бою и никто не застрахован от случайностей. Без обид.

В моё тело хлынула новая порция чистой силы, прогоняя боль и согревая приятным теплом; доспехи Ареса истаивали, будто пожираемые ржавчиной – и шлем, и рука, и основное тело. Двое живых стражников и Хаск, замерев, следили за тем, как исчезает, превращается в ничто самый яростный сын Зевса…

А затем Хаск, будто очнувшись от долгого забытья, рубанул локтем в горло ближайшему стражнику; раздался хруст – и тот повалился набок со сломанной шеей.

Второй дёрнулся было к Хаску, но я оказался быстрее. Простой удар – и бедняга свалился на пол с размозжённой головой.

Да уж; сейчас во мне было действительно много силы.

Я хрустнул костями, разминаясь после драки.

– … а теперь, – заметил я, – может быть, Хаск, ты пояснишь мне…

Я вдохнул поглубже.

– … КАКОГО ДЬЯВОЛА ТЫ ЗДЕСЬ ВООБЩЕ ДЕЛАЕШЬ, ПРИДУРОК?!!

* * *

Зевса буквально трясло от ярости.

Как он смог это проглядеть? Почему никто не проследил, когда?..

Судя по всему, его враги действительно спелись. Жалкие смертные, возомнившие о себе букашки, лишь по случайности нашедшие способ убивать Богов – и Титаны, древние и могущественные, но уже побеждённые им однажды.

Ну, они все у него получат… Нужно только разобраться с текущими проблемами, обезопасить хранилище – и тогда он обрушит свой гнев на тех и на других. Разберётся со сбежавшим из Тартара Иапетом, обратит в пепел людишек. А затем – затем его войска сметут и всё человечество. Сломят любое сопротивление, утопят в крови каждого, кто заикнётся о свободе и независимости. Сожгут целиком эти проклятые Объединённые Герцогства и любую другую землю, что посмеет восстать…

А после безоговорочной победы, когда вся Земля снова будет под властью Богов – и в первую очередь под его властью! – когда всё выжившее человечество будет молиться, в страхе и слезах, их силы хватит, чтобы перезапустить Вселенную и на этот раз сделать всё как надо. Не допуская прошлых ошибок, сделав мир сразу покорным и исключив любую вероятность восстания.

Надо только дождаться, пока уладятся все проблемы на месте; разобраться с этим беглым Титаном, допросить странного смертного, ворвавшегося во дворец, обезопасить сокровищницу…

С этими мыслями, чуть успокоившись, Зевс шагнул в свой тронный зал…

– Афина! – он огляделся. – А где носит Ареса? Он ещё не…

Хитроумное устройство Гефеста выпало у Зевса из рук и загремело по полу.

На полу, возле золотого трона, лежало чёрное, дымящееся тело, в котором ещё кое-как можно было опознать Афину Палладу; рядом зиял дверной проём.

Тот, кто это сделал, не стал взламывать замок. Он просто выбил дверь вместе с частью стены и шагнул внутрь.

– Иапет!!! – взревел Зевс.

Только у Титана можно бы достать сил на подобное.

Глава 12

…Магистр Константин старался не отставать от великанских шагов Титана, что, конечно же, было нелегко.

Что ж; шансы на то, чтобы выбраться из этой заварушки живым, таяли с каждой секундой, но, если вдуматься, не лучше ли умереть, принеся при этом какую-то пользу? А при виде Афины – одной из самых могущественных Богинь Олимпа!!! – испепелённой до хрустящей корочки Константин понял, что уж точно ни о чём не жалеет. Одна лишь эта смерть стоит тысяч таких, как он.

И тем не менее, какой-то червячок сомнения всё же шевелился у него в душе; предчувствие, что всё выйдет из-под контроля – а может быть, никогда под ним и не было.

– Странно, – заметил он на ходу, – что там была она одна. И больше никакой охраны – ни тут, ни на пути сюда…

Иапет оглянулся на него; чёрные руки Титана всё ещё исходили дымом. Да уж, как он прикончил Афину – это надо было видеть…

– Ничего странного. Боги всегда плохо охраняли свои дворцы. Людей они за охранников не считают, а сами слишком горды, чтобы идти на такую чёрную должность. К тому же, – Титан громко и самодовольно усмехнулся, – их отвлекает тот парень, которого ты привёл. С большим мечом.

– Что⁈ – Константину показалось, что его ударили под дых бульдозером. – Хаск⁈ Он тут? Почему…

– Потому что я ему велел, – пожал плечами Титан, не сбавляя хода. – Это Сизифа брать с собой было бы рискованно. А тот парнишка хорошо годится для чёрной работы. Послушный, вопросов не задаёт…

– По… почему ты мне не сказал⁈ – поражённо выдохнул Константин.

– А должен был? – насмешливо пробасил Иапет. – Разве мне нужно отчитываться перед тобой?

– Эй! – Константин гневно взглянул на Титана. – Может, ты большой, древний и убиваешь Богов голыми руками, но я тебе не подчинённый, а добровольный союзник. А Хаск – их моих мечников. Моих, а не твоих!

– Ты правильно сказал, – равнодушно отозвался Титан. – Я большой, древний и убиваю Богов голыми руками. Вот что имеет значение. Не отставай.

Они быстро шли между поворотами хранилища Зевса. Коридоры шкафов, колонны и тонущие в полумраке постаменты тянулись так долго, что казались почти бесконечными; вокруг лежали какие-то предметы – древнее оружие, чучела невероятных тварей, книги и свитки – но Иапет не обращал на всё это внимания, и у Константина тоже не было времени разглядывать сокровища, укрытые Зевсом от целого мира.

– Но… – он помотал головой. – Это же верная смерть…

– Скорее всего, – согласился Иапет. – Либо охрана прикончит его на месте, либо притащит к Зевсу, чтобы тот его допросил. Скорее всего, второе, так что будем готовы к тому, что Зевс вот-вот узнает о том, кто именно вломился в его сокровищницу.

– Я не про это! – снова вспылил Константин. – Ты послал на смерть моего человека!.. Даже не сказав мне! Просто…

Развернувшись на пятках, Иапет склонился над Константином.

– Послушай-ка, смертный, – глухо прорычал он. – Может быть, ты не заметил, что это война? Или не знаешь, что на войне бывают жертвы? Он пошёл туда для того, чтобы мы беспрепятственно попали в хранилище – и вот мы в хранилище, почти у самой цели.

Он скользнул взглядом по полкам и вновь направился вперёд.

– И тут тоже мусор… Между прочим, если бы не заявился этот твой Сизиф, у нас бы было больше времени на подготовку, не пришлось бы импровизировать. Считай, это Сизиф виноват в смерти того парнишки.

Константин тяжело дышал, приводя мысли в порядок. Иапет, конечно, знатная сволочь, и, возможно, ничем не лучше Богов. Но он прав. Это война, и без жертв никак. Перед глазами у мечника вновь встала картина сгорающей заживо, истошно воющей Афины…

Да. Ради этого. Все жертвы не напрасны. Если Хаск погиб, чтобы Иапет убил Афину – это уже не зря, это героическая гибель – лучше, чем у большинства людей. А если их стараниями сдохнет ещё кто-нибудь из божественных сволочей…

– Ладно, – кивнул он. – Что мы ищем?

Великан неразборчиво хмыкнул.

– … ты всё равно не узнаешь эту вещь. А я – напротив, узнаю, как только увижу. Главное – не отставай!

Константин так и делал.

– Значит, война и неизбежные жертвы, – горько усмехнулся он. – Хаск свою рольуже отыграл. А какая предстоит мне? Что ты уготовил мне в своём плане, а, Иапет?

Титан рассмеялся, и его смех разнёсся под сводами хранилища.

– Ты умный, Константин… как для смертного. Ты задаёшь правильные вопросы. Вот только ты задаёшь их слишком поздно.

Смех Иапета стих так же резко, как и начался.

– Идём, – отрезал Титан. – У нас есть работа.

* * *

– … а Боги точно не поймут, кто я такой?.. – уточнил Хаск, не сбавляя шага.

Запахнув понадёжнее плащ Артемиды, я глянул на него. Да уж… доспехи стражника было ему явно маловато. А ведь мы выбрали самые большие из тех, что там были! Одной рукой он придерживал, закинув на плечо, огромный меч Данте, другой – сжимал копьё Ареса.

– Дай-ка подумать, – протянул я, поправляя на позаимствованном у другого стражника ремне короткий меч Ареса. – Мне кажется, для Зевса и остальных ты будешь выглядеть как… смертный. Да, точно! Как смертный!

– Но…

– Не уверен, что они в курсе о том, что смертные чем-то отличаются друг от друга, – закончил я. – Спросят про оружие – скажешь, что тебе дал задание сам великий Арес, и ты не обсуждаешь его приказы, а выполняешь. И хвостом повилять не забудь!

Меня плащ надёжно закрывал от любых взглядов, но вдвоём мы под ним точно не поместимся – это вам не книжка про мальчика-волшебника! А оставить Хаска там было бы ошибкой – мало ли, кто на него наткнётся их Богов или их прислужников.

А наткнуться было кому. Во дворце уже была поднята полноценная тревога, мимо нас пробегали новые стражники… вот только пробегали они вовсе не в ту сторону, где я сражался с Аресом. Наоборот, они бежали к тронному залу Зевса.

Значит, Иапет уже сделал свой первый шаг.

…ответ на вопрос, что именно он сделал, мы получили моментально – как только шагнули в зал. Людей здесь не было вовсе – не по рангу соваться сюда! – зато Боги, кажется, собрались все, что были. Посейдон, Гермес, Гефест, Деметра… глаза разбегались от обилия олимпийцев. И все они столпились над чем-то чёрным, горелым… мёртвым…

Над трупом Афины Паллады.

Вот так-так. Я даже присвистнул. А Иапет-то не подводит! Взял и грохнул одну из самых умных и опасных Богинь этого пантеона, выполнил за меня мою работу.

– Никогда не любила эту стерву, – тихо, себе под нос, пробормотала Гера. – И всё-таки это, разумеется, недопустимо – атаковать Богов в их собственном доме.

– Тот, кто это сделал, должен за… – начал было Посейдон.

А затем его взгляд остановился на Хаске.

– Ты ещё кто такой? – прогудел Бог морей и океанов. – Что ты здесь делаешь, смертный?

И вот уже к Хаску обратились и остальные взгляды в этом зале. Взгляды могущественных и очень рассерженных Богов.

Импровизируй, Хаск, импровизируй!

– Ээээ… – Хаск чуть было не выронил оружие в попытке почесать в затылке. – Ээ… Господа… многоуважаемые… великие… эээ, Боги…

Кажется, ему нелегко дались эти слова.

– Дело в том, что Зевс… – продолжал Хаск. – Великий Зевс… поймал того, кто это сделал, и теперь ждёт лишь вас, чтобы начать над ним жестокую… и справедливую… расправу. Он послал меня сказал, что ждёт вас, ээээ…

В глазах у Хаска заплескалось отчаяние; Боги молча смотрели на него ожидая продолжения. Нет, тактику-то он выбрал хорошую, а вот знание дворца подвело.

– В пиршественной зале! – быстро подсказал я, приподнимая краешек плаща. – В южной пиршественной зале!

Чёрт… только бы сработало. Я видел, как Артемида это делает – тогда, давно – но не пробовал делать сам. Из-под плаща можно показаться – кому-то одному, остальные тебя по-прежнему не будут видеть. Вот только если сейчас это не сработает, то или Хаску конец, или я стану видим для всех собравшихся тут!

– В южной пиршественной зале! – обрадованно выдохнул Хаск. – Простите, великие – от волнения и трепета из-за того, что я говорю с таким количеством Богов, слова вылетели у меня из головы!

Получилось!

По лицам Богов пробежала снисходительная усмешка. Ну-ну, ох уж эти смешные жалкие смертные с из забавными проблемами… то ли дело – совершенные Боги, существа без недостатков!

– В честь своей славной победы над вторженцем, – начал быстро диктовать я, – а также в память о почившей в бою Афине великий Зевс хочет распить бочку трёхтысячелетнего нектара.

Хаск повторил всё слово в слово, почтительно склонившись перед Богами; впрочем, те уже не обращали на него внимания. Переглядываясь, они бодро потянулись к выходу из зала. Ха. Отлично. Ни один олимпиец не откажется пройти мимо южной пиршественной залы! Да я и сам бы не… кхм, кхм.

– Эй, – бросил Хаску хромой Гефест, ковыляющий последним. – Давай-ка, посторожи тут всё, пока мы пируем. И гляди, никуда не отходи! Даже если у тебя – ха-ха! – опять случится какое-нибудь маленькое недомогание.

Идущие впереди Боги грохнули хохотом, будто только что не созерцали мёртвое тело одной из них.

– … они что, – прошептал Хаск еле слышно, когда даже шаги Богов стихли в коридоре, – и правда такие тупые?

Я вздохнул и покачал головой.

– Дело не в тупости, Хаск. Дело в образе мышления.

– Как это?..

– Они тысячи лет живут по одним и тем же правилам, – разъяснил я, пожимая плечами. – Для них уже невозможно представить существование вне этих правил.

– Каких правил?..

– Не сомневайся в приказах Зевса, например. И не подозревай смертных червяков, они не посмеют обмануть Богов, а если посмеют, обман будет слишком очевиден из-за трясущихся коленок.

– У меня… и правда немного… тряслись, – признался Хаск.

– Ты отлично справился с ролью, – успокоил я его. – Ну, и ещё они очень любят нектар, особенно хорошей выдержки. Когда открывают бочку, надо спешить, а то другие небожители вылакают всё первыми!..

Я задумчиво уставился на мёртвое тело Афины. Да уж, немного от неё осталось… труп обуглен до черноты, ни один доктор не поможет. Кажется, Иапет ударил, не экономя силу.

А это значит, он планирует быстро найти то, что ищет, и использовать.

– Пошли, – я махнул рукой в сторону вырванной двери в хранилище. – Не знаю, как долго пробудет там Титан, но хотелось бы убраться с Олимпа до того, как он доберётся до своей цели.

Хаск кивнул.

– Только будь осторожнее, – предупредил я. – Внутри полно ловушек.

Эх, блин… Хранилище Зевса – не самое безопасное место для прогулок. Вот только тут, во дворце Богов, вообще нет безопасных мест, а значит, Хаску лучше всего держаться рядом со мной. Так появляется хоть какой-то шанс на выживание.

Увы, далеко не стопроцентный.

– Ого!.. – выдохнул Хаск. – Посмотри…

Ага, ага – я уже увидел. Высоченные полки и колонны, уходящие куда-то вверх, ввысь, и два коридора-пути между ними. Одинаковых… до недавнего времени.

Вот только в одном коридоре было тихо, сонно и пыльно – а другой был весь выжжен и покрыт чёрной копотью.

– Иапет и Константин пошли туда, – я указал на чёрный коридор. – Это следы сработавших ловушек. Зевс, надо полагать, уже внутри – не в пиршественной же он зале, в самом деле! – и тоже заметил след, поэтому пошёл этой дорогой.

– То есть, нам нужно идти там, – подытожил Хаск, указывая на пыльный путь.

– Да, – согласился я.

– А может, всё-таки там? – он указал на выжженный путь. – Ну, знаешь, там уже нет ловушек, они все активировались, и мы…

– Не-а, – я покачал головой. – Даже не думай. Ловушки далеко не так опасны, как Зевс или Иапет, если мы наткнёмся на них. В сущности, всё, что нужно сделать, чтобы не попасть в ловушку, это ничего…

Вот блин. Хаск уже почти задел огромным мечом выступ на колонне…

– … не трогать!!! – заметил я, отталкивая его в сторону. – Дай сюда копьё!

Встав подальше, я коснулся кончиком копья выступа – и тут же коридор прошила ослепительная цепь молний, выжигая пыль и наполняя воздух удушливым запахом гари.

– … ой, – запоздало икнул Хаск.

– Смотри куда ступаешь, – велел я. – Плиты на полу рассчитаны размером под Богов, так что людям пройти легче. Но нужно быть аккуратнее! И ничего не касайся. Ни стен, ни колонн, ни тем более предметов вокруг…

– Хорошо, – согласился Хаск без особых рефлексий; его испуг, кажется, не умел идти дальше одинокого «ой». – Но смотреть-то можно?

– Смотреть – можно, – согласился я. – Говори, если увидишь что-то интересное. Особенно если оно выглядит как свиток.

Мы зашагали вглубь хранилища, вертя головами по сторонам. Да уж, здесь было на что посмотреть!..

Свитки, разумеется, были. Не те, увы. Используя копьё Ареса, я обезвреживал все ловушки, и молнии то и дело развеивали мрак коридора – по счастью, беззвучно.

Да уж, Зевс однообразен. С другой стороны, эффективен. Его молнии – одна из самых смертоносных вещей в мире, а уж смертного они прикончат с первого раза, без вариантов.

Кстати, это означает, что сегодня я под одну из них не попаду. Я ведь не могу умереть раньше, чем встречу Данте!.. Впрочем, Хаск не бессмертен, а молнии часто бьют по касательной. Да и вообще… никогда не знаешь, что приключится. Лучше не трогать наугад.

Кроме свитков, тут были доспехи и оружие; где-то на стене я увидел львиную шкуру, в которой любил гонять Геракл. Так вот где он её оставил!..

Тут стояли ларцы и сундуки, открытые и закрытые. Целые баррикады из бутылок и бочек – кто знает, что там хранил Зевс, бухлишко покрепче или смертоносное зелье? Лежали золотые и серебряные украшения…

– Может, прихватим что-нибудь? – Хаск вертел головой по сторонам. – Да, мы тут за свитком, но раз уж мы тут…

– Ха, – хмыкнул я. – Думаешь, что это такое тут навалено?

– Ну… сокровища! – Хаск указал на сундук без крышки, в котором тускло поблёскивала гора золотых монет.

– Сокровища, – передразнил я. – Зачем, по-твоему, Зевсу деньги? Покупать у дриад листья?

Хаск непонимающе уставился на меня.

– Это обманки, – я обвёл рукой пространство вокруг. – Думаешь, молнии – это все ловушки? Тут Зевс хранит самое ценное – или опасно! – что у него есть. Вот только оно спрятано среди гор подделок. Одно по-настоящему могущественное колечко – среди ассортимента целого ювелирного магазина. Один поистине легендарный меч – среди арсенала подделок…

– А если тронуть не то…

– Схлопочешь какое-нибудь проклятие, – согласился я. – И ещё повезёт, если это будет молния – она, по крайней мере, убьёт тебя мгновенно… ух ты!!!

Мы завернули за угол, и я едва не споткнулся о что-то длинное и белое, лежащее на полу. Понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что это. Огромный скелет, мать его, дракона! Кости наполовину рассыпались, но размеры твари всё равно впечатляли.

– Давненько их не видел, – я осторожно потрогал кости ногой. – Кажется, Зевс поставил его сюда сторожить… а потом забыл о нём. Бедная зверушка сдохла от голода. Вот всегда с Богами так!,.

…наверное, мы проблужали там не меньше часа. Впрочем, время на Олимпе – понятие относительное, а в полумраке бесконечного лабиринта хранилища – тем более.

– Г-гляди! – голос Хаска был неожиданно дрожащим – нехарактерно для такого бугая. – Это… это то, о чём я думаю?..