Текст книги ""Фантастика 2026-147". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Андрей Земляной

Соавторы: Елена Кароль,Евгений Шалашов,,Максим Шаравин,Владимир Зингер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 155 (всего у книги 334 страниц)

– Я!.. – старик слегка поперхнулся – но, спохватившись, вновь сменил тон на высокопарно-гневный. – Хватит шуточек. Будь серьёзнее и не порть торжественность момента. Знаешь, как трудно было создать тебя?

– Меня создали мама, папа и нездоровая любовь к посиделкам за компом до пяти утра, – огрызнулся я. – Что ты несёшь, дед?

Он покачал головой, вновь начиная улыбаться; линии на полу, стенах и даже потолке разгорались всё ярче, внутри у меня что-то сильно болело, как после долгих тренировок. Приглядевшись, можно было даже увидеть светящиеся линии, выходящие из моей груди, и прямо в грудь старика.

– Обычные тела не выдерживали моего могучего духа, – продолжал Архимаг. – Приходилось менять их всё чаще. Раз в двадцать, пятнадцать, десять лет… Но ты – ты иное дело, мальчик мой. Идеальный сосуд. С магическим ядром, какое появляется раз в несколько поколений; безупречно взращенный, подготовленный. С твоим телом я смогу прожить ещё три, четыре, пять столетий, не нуждаясь в обновлении…

Я прокашлялся, перебивая старика. Тот вздохнул и посмотрел на меня с плохо скрываемым раздражением.

– Просто, эм, для ясности происходящего, – я старался не нервничать. – Это ведь никакая не оргия, да?

Старик глупо уставился мне прямо в глаза и пару секунд просто молчал. А затем разразился смехом.

– Так вот что тебе сказал Виктор? – он покачал головой. – Нет, Саша, ничего подобного. Это вечер, к которому ты шёл всю свою жизнь. Пусть и не знал этого. Сегодня твоё тело станет моим, – Архимаг злобно улыбнулся. – Впрочем, об этом будут знать единицы. Полагаю, новый глава культа будет не таким уж и новым.

В иной ситуации я бы даже похвалил деда за находчивость. Учитывая все слухи про пять сотен лет жизни, я так понимаю, он уже проделывал этот фокус не раз. Впрочем, сейчас мне было не лести. Я больше был занят вопросом собственного выживания.

– Знай, что я никогда не хотел тебе зла, Саша. Твоя жизнь была сложной и одинокой, – продолжил старик. – Но так было необходимо для того, чтобы выкорчевать всю грязь и предателей из нашего тёмного культа. Только если они увидят, что глава сменился на никому не нужного молодого парня без каких-либо социальных связей, эти ублюдки решат действовать, – улыбка Архимага растянулась ещё шире. – И я их буду ждать.

Тёмный культ, значит. Те, которыми пугают детей чистокровных аристократов. Властители криминальной стороны жизни города, несколько лет назад почти уничтожившие практически все остальные виды организованной преступности.

Захотелось поднять телефон, набрать нужный номер и прокричать «ЭТО НИХЕРА НЕ АРИСТОКРАТЫ, АЛИСА!»

Впрочем, с её колокольни между ними и разницы-то особо нет.

Я пытался вырваться из магических уз старика, но все мои попытки были тщетны. Что же, сам виноват. Всё на это и указывало.

Лёгкие деньги, мать их. А я-то всё думал, почему мне не было знакомо ни одно лицо на этой вечеринке.

– Мгновение – и я поглощу твоё магическое ядро… – старик как-то странно и по-своему наслаждался происходящим. – Что скажешь, Саша? Чувствуешь величие момента?

– Скажу, что лучше бы ты всё-таки просто оказался старым извращенцем, дед, – отозвался я, морщась от всё распространяющихся по телу боли и слабости. – И, кстати, насчёт моего магического ядра… не думаю, что оно тебе понравится. Может, передумаешь, а?

– Хватит язвить! – снова вспылил старик. – Никакого почтения, что за нравы… И вообще… сними эту дурацкую маску!

Он быстрым, пружинящим шагом (и когда он успел стать таким сильным?) шагнул ко мне; рывком содрал с меня маску…

И непонимающе уставился мне в лицо.

– Ты кто такой? – тон Архимага потерял всю возвышенность.

– А может, с этого нужно было начать?

Конечно, я мог бы сразу сказать, что никакой я не Эрмит. Но я просто побоялся, что в таком случае меня бы просто закопали под ближайшим кустом безо всякой магии.

– Ты не Эрмит. Кто ты… – его брови сдвинулись в гневе. – Виктор. Этот ублюдок всё же осмелился меня обмануть. Когда я найду его отпрыска…

Договорить старик не успел. Боль, всё нараставшая в моей груди, казалось, достигла пика; я стиснул зубы, чтобы не заорать во весь голос – казалось, меня вот-вот разорвёт изнутри на части…

А затем светящаяся струя энергии ударила из моей груди в старика со всей силы.

И тогда завопил от боли уже Архимаг.

– Г-гнилое… – в его вое можно было разобрать далеко не все слова. – Не может быть… Как…

А, ну да. Я же сказал, что моё ядро тебе не понравится. Вот та причина, по которой меня так «любит» моё семейство, по которой дядя возмущался моему поступлению в Академию – я магический инвалид с гнилым ядром.

Ядро нормального мага упорядочивает его внутреннюю энергию, превращает её в контролируемый поток. Что делает моё? Ну, ровно обратное: хаос без малейшего намёка на контроль.

– Не-е-ееет! Хватит, хватит! – старик орал и беспорядочно тряс руками; светящиеся лиловые линии вокруг него запутывались, превращаясь из симметричных узоров в спутанный клубок ниток – и, наконец, лопнули.

Я едва не рухнул, осознав, что снова могу двигаться; старик, прервавший ритуал на середине, на ногах всё же не удержался и загремел на пол, закатив глаза и слегка подёргиваясь. Похоже, отдача моего гнилого ядра едва его не прикончила.

Кто бы мог подумать, что это однажды спасёт мне жизнь.

…стоп. Рано радоваться.

Тяжело дыша после отступившей боли, я огляделся по сторонам.

Второй этаж. Единственная дверь закрыта, за ней охрана. Я стою тут; на полу валяется тело деда. Вокруг меня никого, кроме темных культистов.

И если этого было недостаточно…

Я резко дернулся.

В дверь постучали.

Глава 3

– Тормози, – одутловатый Пончин махнул рукой, сигналя напарнику. – Похоже, это здесь.

Сержант Набутылко вжал ногу в педаль тормоза; видавшая виды машина с надписью «Полиция» со скрипом замерла у трёхэтажного здания. Напарники переглянулись.

– Как думаешь, что там такое? – Пончин почесал брюшко, наетое на непыльных дежурствах, и выглянул в окно машины.

– Ни одной ассоциации, – Набутылко глядел на здание. Окна вроде горят, но плотно занавешены; изнутри раздается шум, слышно даже в машине. Собственно, из-за жалоб на шум их сюда и вызвали.

– Сейчас бы нелегалов с шаурмой прессануть, а не это всё, – зевнул Пончин. – Там хотя бы бабки получим, а тут…

– Почти ночь уже, шаурма спать пошла, – Набутылко вздохнул. – Не знаю, почему, но мне не нравится это здание.

– А какой у нас есть выбор? – Пончин распахнул дверцу машины и принялся грузно выбираться наружу. – Давай, пошли. Покажем им грозное лицо закона.

Грозное лицо сержанта Набутылко было далеко от воплощения закона и порядка.

Но вызов есть вызов.

– Пошли, – согласился он, зевая.

Побыстрее разобраться с жалобой, в чём бы там ни было дело – и закончить уже дежурство.

Спать охота.

* * *

…стук в дверь повторился – аккуратно, но громко и настойчиво.

– Глава! – голос «якудзы» за дверью был напряжённым. – Простите, но у нас проблемы. Это срочно!

Проблемы у них, вашу мать. У кого проблемы, так это у меня. Затухающие линии схемы на полу, валяющийся безвольной куклой Архимаг и полное отсутствие путей к отступлению.

Крикнуть, чтобы входил? Изобразить, что всё прошло успешно, и теперь в моём теле хозяйничает старик, как и планировалось? Вариант так себе: посыплюсь на первом же вопросе, да и дед может прийти в себя в любой момент. Но какие у меня альтернативы?

Правильно, никаких.

Развить мысль я не успел; дверь распахнулась, и татуированный верзила возник на пороге.

Секунду он смотрел на меня в слегком ступоре, пока я всеми силами пытался собраться.

– Так, значит, у вас получилось, – пробормотал он, переводя взгляд с меня на нелепо раскинувшего руки старика.

Я пожал плечами.

– Так быстро? – он явно не верил своим глазам. – Такая сложная магия… я думал, вы не успели ещё даже ядро поглотить…

Чёрт. Как его там звали?

– Нет повода сомневаться во мне, – я выставил перед ним руку. – Всё получилось. Прошло так, как я и планировал. Сработано на ура.

Принял, бл*ть, заказ.

«Якудза» вглядывался в старика всё пристальнее; как бы тот случайно не дёрнулся.

– Ты говорил, что у нас проблемы, – напомнил я. – Что там такое?

Твёрдый голос, уверенный взгляд – и всё получится. Или мне только кажется, что взгляд уверенный?

– Д-да, – верзила кивнул. – Похоже, за нами пришли.

Следовало бы, наверное, запаниковать, но куда больше-то?

– Конкретнее, – потребовал я. – Что именно произошло?

– Там, внизу, двое полицейских.

Я внутренне выругался.

Сегодня мне для флеш-рояля не хватало только общениями с органами.

– Разрешите действовать по протоколу? – с плохо скрываемым возбуждением произнес Кавадзаки.

Мне не понравился его взгляд.

–…голова чуть кружится после ритуала, – пояснил я, пытаясь быстро сообразить, что у этого е**нутого на уме. – По какому из?

– Как в прошлый раз, – глаза «якудзы» загорелись. – Ну… как во все прошлые разы. Просто и универсально: убиваем всех в радиусе трёх кварталов и быстро скрываемся. Ни свидетелей, ни причастных, и это будет выглядеть как очередная разборка банд. Так вы разрешите приступить?..

Я аж поперхнулся.

– Хороший план… – наконец, смог заговорить я, успокоившись достаточно, чтобы не выдать себя голосом. – Мне нравится, честно.

Не хочу, чтобы он обиделся.

– Но…

Кажется, просто дать им проверить документы – не вариант. Здесь собралась слишком густая концентрация важных шишек этих культистов. Если полиция поймёт, что к чему – то придётся вырезать куда больше, чем три квартала.

Пробежавшись по кабинету, мой взгляд упал на сумку с «реквизитом» от Алисы. Благо, варианты есть всегда, просто порой мы их не видим.

– У меня есть план получше. Мы никого не будем в этот раз убивать.

«Якудза» вытянулся в струнку; желваки его играли, жилы на шее напряглись.

Встав, я подобрал сумку и расстегнул молнию на ней.

– Действуй быстро и без лишнего шума, – велел я.

Благо, у меня действительно был план.

Подойдя к краю балкончика, я указал вниз.

– Приведи мне сюда вон того паренька, – палец ткнулся в моего недавнего собутыльника, – затем – ту девицу… и троих парней, что крутятся рядом с ней. Ну и ещё с десяток человек на свой выбор.

«Якудза» непонимающе моргнул.

– Но… для чего вам они?

Поглядев на него, я усмехнулся и вынул из сумки красный шариковый кляп.

– Увидишь, – заключил я,

* * *

Всё это очень не нравилось Набутылко.

Их томили в прихожей уже минут пять; ноги затекали, и с каждой минутой нехорошие предчувствия становились всё сильнее. Что это за здание? Что происходит внутри? Зачем на входе выставлена охрана и куда ушёл этот громила в татуировках, попросив их «подождать, пока он сообщит о них начальству»?

Он очень не любил переходить дорогу важным людям. А поэтому старался с ними даже не контактировать.

– Смотри на это иначе, – посоветовал вполголоса Пончин, заметив его настроение. – Дежурство всё равно ещё почти час продлится. Чем дольше мы тут пробудем, тем меньше времени останется на другие вызовы. А там и домой пойдём.

…отчего-то Набутылко казалось, что домой они отсюда уже не попадут. Ни сегодня, ни вообще.

Что за чушь, почему это лезет в голову? Моргнув, Набутылко осознал, что его рука сама тянется к рации.

Может, и правда?

– Слушай, – зашептал он напарнику. – Может, вызвать наряд, и пусть разбираются? А с нас спрос какой…

– Так мы и есть наряд, – откликнулся тот. – Вот и разбираемся…

Пончин почесал третий подбородок.

– Хотя знаешь, да, ты прав… – кивнул он. – Если так долго возятся, значит, есть что прятать. Давай, вызывай подкрепление, пускай тут всё перевернут. Как раз план на конец месяца закроем.

План, не план – главное, что разбираться со странной вечеринкой и подозрительной охраной на входе будут уже не они. Набутылко уже почти нажал кнопку рации, когда…

– Господа полицейские, – татуированный амбал возник перед ними в секунду, словно из ниоткуда. Когда он успел подкрасться⁈ – Прошу прощения за задержку. Глава готов принять вас; прошу за мной.

Набутылко и Пончин моргнули, переглядываясь.

За большими дверями, к которым они приближались, всё так же звучала музыка и голоса. Прежде, чем войти в неё, татуированный остановился и резко развернулся.

– Прошу прощения, – пояснял он странным тоном – так, будто сам не был до конца уверен в том, что говорил. – Вы застали нас… в самом разгаре.

Странно всё это.

– А… почему вы так долго? – Пончин попытался сохранять вид грозного служителя закона.

– Мы одевались, – отозвался верзила.

– Что?..

– Глава объяснит, – отмазался тот. – Входите.

Двери вели в большой зал; татуированный распахнул их, Набутылко и Пончин шагнули внутрь…

Какого?..

– Чт… чт… – кажется, Пончин собирался что-то спросить, но голос отказывался ему повиноваться; и Набутылко отлично его понимал. – Что тут у в-вас происхо…

– Ничего особенного, господа полицейские, – бодро и спокойно отозвался молодой парень, стоящий впереди. – Обычная частная оргия. Законом не запрещено, знаете ли.

Набутылко обводил взглядом большое помещение, выхватывая то одну, то другую фигуру. Вот молодой парнишка самозабвенно хлещет плетью красную, как спелая черешня, девицу с кляпом во рту; та наклонила лицо, стараясь, чтобы его было поменьше видно, но сложно было это сделать под градом постоянных ударов. Вот троица парней – те, напротив, бледные, как смерть – в ремнях и портупеях, сидящие друг у друга на коленках, в пикантной позе. Вот другие – молодые, старые, мужчины, женщины – эти просто раздеты до белья…

Пончин нервно сглотнул комок в горле.

* * *

– Эй, эй! – я махнул рукой, поворачиваясь к пареньку, который безостановочно хлестал стоящую на коленях девицу. – Герой-любовник, завязывай. Я, конечно, понимаю, что ты самый крутой на районе, но имей совесть – всё-таки перед тобой представители власти! Потом накажешь эту… – я старался не сильно думать о том, что говорю, —…дрянную девчонку.

Паренёк аж светился от счастья и удовольствия; впрочем, он мигом послушался, прекратив удары.

– И вы, трое голубков, тоже заканчивайте! – велел я, разворачиваясь теперь к троице. – Давайте, давайте, перерыв.

Трое парней мучительно отдалились друг от друга; со стороны могло показаться, что им сильно не хотелось расставаться друг с другом, но, думаю, на деле их сейчас обуревали совсем другие эмоции.

– И вообще, все вон! – велел я громким голосом. – Одеваемся и идём покурить! У господ полицейских к нам какие-то вопросы, оставьте нас наедине.

Раздетая и вооружённая «инвентарём» массовка спешно хватала одежду и выбегала из кабинета, пока я не передумал и не приказал сделать что-нибудь ещё. Этот праздник они запомнят надолго.

Вот и прекрасно; десять секунд – и помещение опустело, никто не маячит перед глазами. Только полицейские… и этот грёбаный Кавадзаки со своими подозрительными взглядами.

Он ведь сам не уйдёт, так?

– Так в чём, собственно, дело? – уточнил я у копов с милой улыбкой, разворачиваясь к ним. – Наша музыка была слишком громкой?

– Эээ… – тот, что потолще, почесал в затылке. – Эээ…

Кажется, он потерял нить разговора.

– Простите… соседи сказали, что у вас тут были слышны какие-то, эм, крики, – несмело подхватил второй.

– Ну так у нас ведь здесь оргия, господа, – я невозмутимо пожал плечами. – Это были не крики, а стоны. Стоны любви.

Полицейские переглянулись; кажется, они не могли поверить в происходящее.

– Что такое? – я приветливо улыбнулся. – Может быть, вы желаете к нам присоединиться?..

Первый машинально опустил взгляд на свой пивной животик; второй испуганно икнул и отступил на пару шагов. Взгляды парочки стали ещё более нервными.

– Не стесняйтесь, чувствуйте себя раскованнее, – я подмигнул им. – Мы же не стесняемся… если вы понимаете, о чём я. У нас найдётся для вас пара чёрных кожаных фуражек, если вы любите отыгрывать привычные роли…

– Нет-нет, спасибо! – выпалил второй, краснея до ушей. – Мы рады, что всё в порядке, никаких претензий…

– Желаем вам хорошо провести время, господа! – закивал первый, толстый. – Только, пожалуйста, стоните потише… всего доброго!

Оба копа настойчиво пятились назад, к дверям.

Я вновь поймал взгляд «якудзы». Последнее, чего мне хотелось, это продолжать здесь находится.

– Подождите, – велел я полицейским.

Те испуганно застыли, словно ожидая самого худшего.

– Раз уж вы приехали, – любезно улыбнулся я, – не могли бы немного помочь с одним важным делом?

Моя рука указала на кресло, в которое мы заблаговременно положили бессознательного Архимага; кажется, они только сейчас заметили, что он тут лежит.

– Дедушке в процессе стало плохо, – спокойно пояснил я. – Может, вы могли бы отвезти нас с ним по нужному адресу?

* * *

Сидя на заднем сидении, я заботливо застегнул пуговицы на груди старика. Машина ехала по дороге медленно и даже как-то неуверенно, что ли.

– А… – один из копов несмело обернулся на меня, собираясь что-то спросить – но осёкся на полпути.

– Да-да? – я глянул на него.

– А что… простите… ваш дедушка, он что… тоже участвовал?

– Да, и довольно активно, – кивнул я. – Знаете же, как говорят… седина в бороду, бес в ребро.

Полный коп сглотнул.

– Сколько ему вообще лет?

– Девяносто три, – наобум ляпнул я, кинув взгляд на старика. Рядом покачивалась на сидении бутылка шампанского, прихваченная с собой.

На какое-то время парочка заткнулась; затем худой кое-как выдавил из себя:

– Надеюсь… надеюсь, с ним всё в порядке.

– Да-да, всё в полном порядке, – подтвердил я. – Дедушка просто… малость перестарался.

Копы снова переглянулись.

– А что там находится, по этому адресу? – уточнил полный. – Это ведь не больница?

Я ведь еду к единственному доступному месту – своему подвалу, доставшемуся от деда. А там…

– Женское общежитие Академии, – пояснил я.

Пауза.

– И… вашему дедушке нужно именно туда? – похоже, копы уже сами боялись услышать ответ на свои вопросы.

– Именно туда, – подтвердил я. – Старые аристократы – они такие. Тем более, он вот-вот очнётся… и пусть лучше это случится именно там, а не, например, здесь, в машине.

Нервно сглотнув, коп за рулём вдавил педаль газа; второй щёлкнул, врубая мигалки.

Больше вопросов они не задавали.

Глава 4

Глядя на то, с какой скоростью отдаляются от нас с Архимагом мигалки полицейской машины, я засомневался, не перегнул ли палку. Они же теперь неделю не уснут.

А впрочем, плевать. Куда важнее сейчас мои собственные проблемы. А они, несмотря на временную передышку, и не думали заканчиваться.

Да они только начались.

Перехватив одной рукой старика, который повис на мне всем весом, как упившийся алкаш, и держа во второй бутылку шампанского, я перевёл свой взгляд на монументальное здание женского общежития.

Академия – не просто какой-то там универ. Академия – самое элитное аристократическое заведение столицы. И учатся в нём, соответственно, лучшие из лучших. В этом общежитии живут роскошнейшие девушки страны, и, разумеется, пробраться внутрь и попытать счастья с одной из них стало навязчивой идеей для тысяч спермотоксикозных придурков.

Вот только охранные системы в общежитии тоже лучшие. Ночи не проходит, чтобы на входе в здание не отловили пять, десять, а то и двадцать молодых идиотов, которые приходят снова и снова в надежде, что вот уж им-то повезёт. Это уже практически рутина для местных обитательниц и охраны.

И вот в подвал этого здания я должен попасть.

Ладно бы просто попасть. Мне нужно сделать это с главой тёмных культистов на руках. Причём так, чтобы его не увидела ни одна живая душа. Понятия не имею, как я буду оправдываться, если меня застанут.

А что у меня при себе? Ключ от подвала и документ от нотариуса. Покажу справку – пробьют моё имя по базе и увидят, что такого человека не существует. Спасибо дядюшке Больжедору, меня уже наверняка удалили из всех баз.

Значит, меня не должны заметить.

Сэм Фишер и Сорок Седьмой слились бы с такой миссии.

Но это единственное место, куда я мог отвезти старика и где меня не подумали бы искать, если такое всё же случится. По крайней мере, некоторое время – пока я буду лихорадочно соображать, что же делать дальше.

Только сейчас до меня начинало потихоньку доходить, что же именно я сделал.

А именно – вырубил и украл Архимага, лидера тёмного культа!

Ладно. Ладно. Дышать спокойнее. Старик получил приличную магическую отдачу от своего же ритуала, попытавшись вселиться в тело с гнилым ядром. Может, я и магический инвалид, но теорию знаю; он вырублен надолго, а даже когда придёт в себя, ещё нескоро восстановит ясность сознания.

Но всё же это временная отсрочка. Если старик выберется, или если я не придумаю, что с ним делать – мне крышка.

Ладно, ладно. Может, я сгущаю краски? В конце концов, общежитие Академии – это всё же не Форт Нокс.

К тому же, мне нужно не в само здание, как остальным «искателям большой и чистой любви», а в подвал. Насколько я понял из документа, вход в него отдельный; не думаю, что с этим будут проблемы. Вот только шататься здесь с полуживым дедом в обнимку…

Оглядевшись по сторонам, я покосился на светящееся всеми окнами здание общежития – и, поддерживая Архимага, побрёл в противоположную сторону.

Хорошо, что сейчас вечер, почти ночь. Если бы не густая темнота, даже не знаю, что бы я делал. Но даже так я чувствовал себя исключительно по-дурацки, укладывая деда на аккуратно стриженный газончик в тени раскидистых деревьев и присыпая его сверху листьями.

Никто не должен его здесь обнаружить. А я быстро. Только схожу на разведку – и сразу обратно. Окей?

Всё ещё продолжая сжимать бутылку шампанского, я торопливо направился к общежитию. Хорошо, что прихватил с собой. В крайнем случае создаст мне алиби.

Здание в этот поздний час вовсе не пустовало.

Прямо сейчас, не особо-то скрываясь, здесь крутилось несколько десятков молодых парней. Кто-то просто мялся у ограды, кто-то приглядывался к стенам, обходя здание по периметру, кто-то обсуждал что-то с «коллегами».

Обычное явление. Пока они снаружи, на них не обращают внимания; но как только они пытаются попасть внутрь и оказаться дальше проходной…

–…аааааААА!

Парни шарахнулись в сторону, спеша убраться с глаз; две тёмные фигуры бесцеремонно швырнули вон из окна второго этажа смачную длинноволосую блондинку в лёгком платье. Пролетев метров шесть-семь, та грохнулась на пышную клумбу, прямо передо мной.

Хорошо, что мне нужно всего лишь в подвал, а не в само здание.

Я машинально протянул руку, чтобы помочь блондинке встать, но та лишь отмахнулась, поднимаясь на четвереньки.

– Не надо меня лапать! – басисто огрызнулась «она», вставая на ноги и сдирая с головы парик, под которым оказалась короткая мужская причёска. – Твою ж мать. Почти получилось. Почти!

– Эээ, – я почесал в затылке. – Слушай, не в службу, а в дружбу. Если ты тут постоянно крутишься, то, наверное, знаешь, где тут подвал?

Парень в женском платье фыркнул.

– Серьёзно? Придумай что-нибудь другое. Через подвал пробует попасть почти каждый, но пока ни у кого не вышло, там совершенно бессмертная дверь.

Я вопрошающе приподнял бровь.

– Об неё ещё мой батя четыре лома сломал, когда ходил сюда к моей маман, – добавил парень. – Её никто не может открыть уже, наверное, лет двадцать.

– Ну, за попытку мне ведь ничего не будет, – заметил я в ответ.

– Попробуй, – хмыкну парень, отряхиваясь от земли. – Дверь там, за углом. Её даже не охраняют, потому что бессмысленно.

Вот и отлично; бросив «спасибо», я развернулся и поспешил обратно, к месту, где оставил старика. Похоже, всё складывается лучше, чем я думал – даже не нужно будет ни с кем сталкиваться. Дверь не охраняется, народу у неё тоже нет, раз все знают, что её не открыть.

Подошел, открыл дверь и…

Стоп. Он же был где-то тут.

Я поморгал, приглядываясь к темноте. Может, я перепутал место?..

Не-а. Не перепутал. Вон даже куча листьев, которой я замаскировал тело старика, валяется тут, раскиданная в стороны.

А самого Архимага нет.

Волосы у меня на затылке предательски зашевелились; мозг рисовал удивительно красочные картинки объединенные тематикой моей поспешной кончины от рук темных культистов.

Ладно. Вдох. Выдох.

Старик всё ещё должен быть под отдачей. Далеко он уйти не мог.

Приглядевшись, я увидел следы на чуть влажной земле. Затоптанные листья, сломанные ветки и щедро украшенное последним обедом архимага дерево. Куда бы старик не направился, путь ему давался не легко.

Вот только в какой-то момент следы оборвались; кругом слишком темно.

Думай.

Представь, что ты – столетний дед с похмелья, проснувшийся в куче листьев. Куда бы ты направился в этом случае?

Взгляд снова упал на здание общежития с горящими окна.

Хм.

Старики – они как мотыльки. Вечно летят на свет.

Я ускорил шаг.

Поднявшись по ступенькам ко входу в общагу, я осторожно заглянул в коридор. Пусто… в смысле, совсем пусто. Вон проходной пункт и турникет; здесь должна сидеть в своей будочке вахтёрша, по рассказам бывавших здесь – родная сестра Цербера и тёща Сатаны. Вот только сейчас будочка была совершенно пуста.

Стараясь не шуметь, я миновал турникет; вдалеке, с разных сторон, слышались какие-то фразы, женские голоса.

–…слышали? Тот идиот опять переоделся в платье. Третий раз подряд!

– Может, ему просто нравится летать из окон?

Смех; нет, судя по всему, в той стороне деда искать бесполезно. Я направился к другому коридору, завернул за угол – и наткнулся взглядом на ещё одну группу хихикающих девушек.

Девушки, соответственно, в ответ наткнулись взглядом на меня, прекратив хихикать. Трое обычных, зато четвёртая, в центре – словно вылезла из обложки модного журнала. Увидев меня, она устало закатила глаза.

– Ого, – удивилась одна из обычных. – А этот совсем без фантазии. Зашёл через главный вход.

– Ну давай, – фыркнула другая. – Удивляй.

Я понимал, как это выглядит со стороны, но времени что-то им объяснять подробно у меня не было.

– Привет, – отозвался я. – Я здесь деда ищу.

Девушка с обложки закатила глаза ещё сильнее.

– Ты даже не стараешься, – заметила одна из них. – В следующий раз пошевели извилинами.

– У меня реально дед пропал, – возразил я, окидывая взглядом дальний конец коридора. – Он здесь не пробегал? Весь в листьях и обблёванный, кажется…

– А шампанское ты тоже для него прихватил?

Бл*ть. Моё «алиби» работает против меня.

– Случайно прихватил, – честно признался я. – Слушайте… давайте я вам шампанское, а вы мне поможете деда отыскать, а? Всё-таки вы здесь лучше ориентируетесь.

– Угу, конечно, – с сарказмом протянула третья. – Думаешь, ты первый тут такой фантазёр? Деда не найдём, шампанское выпьем и дело в шляпе, да?

– Давай, вали отсюда, – посоветовала вторая. – Поверь, ты не захочешь, чтобы тебя застала тётя Зина.

Я лишь скривился. Они вообще допускают, что мир не крутится вокруг них?

Пожав плечами, я кивнул дамам на прощание и направился дальше по коридору, прислушиваясь к звукам.

Следующие минуты я плутал по лабиринтам здания, пытаясь понять что могло бы привлечь внимание старика. К несчастью для меня, в женском общежитии до неприличного много вещей, которое опьяненное сознание Архимага может принять за достопримечательность.

Тыкание в закрытые двери не давало никаких плодов, и я уже думал выйти наружу, чтобы подловить старика на выходе, как мне помогла удача:

–…никогда, совершенно никогда не видел такой неземной красоты, клянусь!

Я оцепенел, услышав мужской голос за одной из дверей.

Наверное, подобные фразы эти стены слышали бессчётное количество раз. Вот только старческий тон Архимага сложно было не узнать. Старик и так обладал дребезжащим хриплым голосом, а из-за магического отката и вовсе звучал как пьяный.

Да и не только звучал. Судя по тому, что именно он несёт.

–…я уже пять сотен лет не был в таком блаженстве! – изливался он. – Это настоящее наслаждение видеть тебя, о богиня… Я чувствую себя живым как никогда от одного только взгляда на тебя!

Подойдя к полуприкрытой двери, я осторожно заглянул внутрь… и застыл на месте, поперхнувшись.

Дед стоит, держась за стенку двумя руками и всё равно шатаясь, а рядом с ним, широко открыв глаза, недоумевает от происходящего толстая тётка с бульдожьими щеками и отвисшей грудью.

Интересный выбор.

– Что вы, – на губах тётки играла вежливая улыбка,.– Мне ведь уже пятьдесят девять, куда мне в таком возрасте…

– Возраст не имеет значения! – горячо возразил дед чуть заплетающимся языком. – Зинаида, любовь моя, я брошу весь мир к твоим н-ногам!

Ага. Значит, это и есть та самая тёща Сатаны и дальше по списку.

– Что вы, какой весь мир…

– Я вовсе не шучу! – настаивал старик. – Я ведь… тоже не абы кто. Не последний человек. Я Великий Архимаг, глаза тёмного культа…

– Боже, вы такой выдумщик! – задористо рассмеялась тётя Зина.

Так, ладно. Надо заканчивать этот цирк. Я резко дёрнул дверь на себя.

– Извините! Простите! – решительным боевым тоном заявил я, не давая вахтёрше ни возразить, ни вообще хоть что-то сообразить. – Старик напился и преувеличивает свою способность влиять на геополитику, мы уже уходим!

Старик обернулся на меня; ну так и есть – остекленевшие глаза, идиотское выражение лица, веко дёргается. Он ещё не отошёл от магического отката, и отойдёт нескоро. Вахтёрша тоже моргала, непонимающе уставившись на меня.

– Он со мной, – пояснил я, подходя и беря старика под руку. – Оставил старика на лавочке, а он потерялся и убрёл.

– Тут⁈ – не поверила вахтёрша. В её глазах начал просыпаться подозрительный огонёк – кажется, она потихоньку вспоминала, кто она и для чего тут находится.

– Так вышло, – пояснил я, стараясь побыстрее утащить старика прочь из помещения; тот, как назло, упирался и продолжал бормотать какие-то признания в вечной любви. – Не беспокойтесь, больше вы нас тут не увидите.

– Постой, постой, – вахтёрша хмурилась всё больше. – Ты кто вообще такой, как зовут?

Она шагнула вперёд, перекрывая мне пути к отступлению, и упёрла руки в боки.

– Макс, – спокойно отозвался я. – Макс Грачёв. Мы уже уходим.

Неожиданно, лицо тёти Зины разгладилось.

– Макс Грачёв, – кивнула она. – Точно. Я потому и спросила. Твой дедушка, упокой Господь его душу, предупреждал, что ты придёшь.

Фух; ну хоть что-то сегодня хорошо.

– Так вы знали дедушку? – я слегка удивился, но, по крайней мере, немного расслабился.

– Знала, знала, неплохо знала, – кивнула тётя Зина… и снова сощурилась, переведя подозрительный взгляд на Архимага. – Вот только… это кто такой? Я-то знаю, что он тебе не дед.

– Собутыльник, – сухо ответил я, подняв бутылку шампанского.

– Ладно, – вахтерша окинула нас взглядом подозрительным взглядом, а затем просто пожала плечами, – Пойдём.

– Зинаида… любовь моя…– страдальчески прошептал Архимаг со слезами в голосе. – Не отдавай меня ему…

Я почувствовал себя злодеем.

* * *

Лампочка под потолком подвального помещения светила тускло, но всё же достаточно, чтобы я мог разобрать текст оставленного мне дедом письма. Пытаясь уложить в голове только что прочитанное, я погрузился в текст снова.