Текст книги ""Фантастика 2026-147". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Андрей Земляной

Соавторы: Елена Кароль,Евгений Шалашов,,Максим Шаравин,Владимир Зингер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 332 (всего у книги 334 страниц)

– Это там! – громким шёпотом сообщила нам Юми, когда мы направились по указанному маршруту. – Та самая задняя комната!

– Да? Ну хоть что-то хорошо, – заметила Александра. – Тогда я действительно просмотрю книги, пока вы маетесь дурью.

– Почему маетесь? – Юми слегка обиделась. – Почему дурью?

– Серьёзно⁈ – не поверила Александра. – Оглядись, девочка! Хипстерское кафе с книжками, свечи и фальшивая паутина! Пароль из «Макбета»! Они просто играют в хэллоуинские гадания, вот и всё.

Если честно, я был с ней согласен – по большей части. Чего-то серьёзного от этого сеанса ждать не приходилось. Ну… будет потом что рассказать Аббадону, может, посмеёмся вместе. Может, я даже проверну какой-нибудь фокус, используя свои способности, и напугаю всех посреди сеанса!

Пока я размышлял об этом, Юми уже подбежала к нужной двери и, постучав, выпалила пароль; дверь распахнулась.

– Ого! – раздалось из-за неё. – Новые лица в нашем закрытом клубе?

Мужчина чуть за тридцать, стоящий в дверях, был высоким и очень худым; на лице его красовались очки, а за ухом торчал карандаш – то ли забытый там, то ли как часть образа. Он отодвинулся, впуская нас внутрь; помещение на полуподвальном этаже тоже было заставлено книжными шкафами; по центру располагался широкий стол, за которым уже сидело несколько человек – три молодые девушки и один субтильный парень в очках.

Прикрыв за нами дверь, мужчина поглядел на Юми.

– О, а вот и снова вы; рад видеть. Ну как, та книга, что я посоветовал вам в прошлый раз, оправдала ваши ожидания?

– Она очень хорошая! – закивала Юми. – Намного лучше того справочника по артефактному оружию, который у меня был раньше! Много полезных советов по уходу за ним, и много информации, и вообще…

Парень улыбнулся и приложил палец к губам.

– Я рад, что вам понравилось, но потише. Мы ведь говорим о книгах из… закрытого отдела.

Кхм. Что-то и правда больше похоже на какой-то ролевой клуб, играющий в масонов. Обычные продавцы тихо выключат камеры, продадут вам книгу из-под прилавка, положат деньги себе в карман – и ничего спрашивать не будут, а эти прям пытаются создать атмосферу таинственности. Может, просто замануха для доверчивых клиентов? Продают всякие энциклопедии по Той Стороне, поднимая цену за счёт ореола мистики?

С другой стороны, Юми ведь не дилетантка. Чудачка, да, но в своём деле разбирается.

Взгляд продавца книг, между тем, поднялся на меня.

– А с вами, молодой человек, я как будто ещё не знаком.

– Э-э-э… как будто? – отозвался я.

– Герман, – кивнул он. – Зовите меня просто Герман.

– Денис, – я пожал ему руку.

– Постараюсь запомнить, Денис. А вы? – обратился он к Александре.

– О, меня не вмешивайте в ваши ритуалы, – та подняла обе руки вверх. – Меня тут интересуют только книги из, как вы говорите, закрытого отдела; не обращайте на меня внимания.

– Хорошо, – Герман не стал спорить. – Итак, у нас сегодня тут семь человек – отличное число, мистическое число. Елизавета, Элина, Диана, Матвей, Денис, Юми и я. Уже стемнело, так что мы начнём – занимайте свои места, друзья!

– Простите… а что именно мы сегодня будем делать? – я сел за стол, озираясь по сторонам. Ощущения были как при просмотре «Баек из склепа» – вроде жутковато, а вроде никакой реальной опасности нет, и ты это знаешь. Ещё бы чипсов под просмотр…

– О, – улыбнулся Герман. – Хорошо, что вы спросили, потому что я как раз уже собирался это сообщить. Сегодня, друзья мои, особая ночь – ночь, когда и без того нарушенная двадцать лет назад связь между мирами живых и мёртвых крепнет. И в эту ночь мы с вами будем вызывать одну очень древнюю и очень могущественную сущность. И имя ей…

Он выдержал МХАТовскую паузу.

– … имя ей – Аббадон.

Глава 16

В помещении повисла тишина; правда, это была тишина не изумлённая, а скорее предвкушающая – как на Новый Год, за минуту до боя курантов. Единственным, кто был по-настоящему изумлён здесь, оказался, конечно же, я, но показывать это на публике, пожалуй, было бы лишним.

– Аббадон?.. – уточнил очкастый Матвей, опередив меня на секунду; он чуть привстал, уставившись на Германа. – Это какой-то демон, да?

Продавец книг коротко рассмеялся.

– Одни из древних свитков называют его демоном, другие – божеством, но все они преуменьшают. Он не демон и не бог. Аббадон – это сама Смерть… Или, точнее, сам. Говорят, в прежние времена даже владыки Ада не смели сказать ему слово поперёк… Ох, я фанат этого парня!

Он взял из стопки книжку в кожаном переплёте; совсем небольшую, как блокнотик в обложке – но, похоже, действительно старую.

– Аббадон упоминается во множестве по-настоящему древних записей и источников, но везде как-то по чуть-чуть, вскользь… как будто даже мудрецы древности не знали о нём почти ничего. Но кто ищет, тот всегда найдёт. Я много работал с архивами, и однажды мне повезло. Это – записи человека по имени Диего Бальтазар; не оригинал, конечно, а список, но даже список достаточно древний.

Все за столом вытянули шеи, глядя на книжку.

– А текст о-о-очень интересный… – продолжал Герман. – Пожалуй, будет справедливо сказать, что без этой малышки наш сегодняшний ритуал не состоялся бы.

Что ещё за Диего Бальтазар? Я смотрел на книжицу с сомнением. Это правда какие-то старинные записи про моего учителя? Или всё это – только хэллоуинский спектакль для любителей острых ощущений?

«Эй?» – задал я вопрос в пространство. – «Аббадон, ты тут, на связи? Есть вопросики!»

Но Смерть молчал. Хм. Занят чем-то, или просто не считает нужным смотреть, как я гуляю на фестивале?

– Простите, – я поднял руку, стараясь не показать, что и правда взволнован происходящим. – Вы сказали, что владыки Ада не смели перечить ему раньше. А что случилось потом?

Герман поглядел на меня с улыбкой человека, знающего ответ.

– Потом случилась война – если верить Бальтазару. Смерть… одни считают её несправедливой, другие – самым справедливым, что только может быть.

– Великий Уравнитель… – благоговейным шёпотом произнесла одна из сидящих за столом девушек, и остальные, включая Юми, быстро закивали.

– Вот-вот. Как пишет Бальтазар, Смерть, он же Аббадон, был всегда сам по себе. Не занимал сторону живых, мёртвых или проклятых. Приходил в конце концов за всеми – будь то люди, демоны или боги. А тем это, конечно, не нравилось – и в итоге они объединились против Аббадона.

Герман зашагал вокруг стола, воздев руки; как лектор, полностью увлечённый своей темой, он, казалось, не замечает ничего вокруг.

– Но даже их объединённых сил не хватило на то, чтобы победить. Война, согласно Бальтазару, свелась к ничьей….

– … и вот сейчас вы, – заключила Александра, появляясь из книжных рядов с каким-то томиком в руках, – кучка обычных студентов и один продавец провинциального книжного магазинчика, собираетесь вызвать сверх-могучего чувака, саму Смерть? Я правильно поняла?

Герман не особо растерялся, лишь погрозил ей пальцем.

– Сегодня Хэллоуин – известный также как Самайн, Велесова Ночь, канун Дня Всех Святых и ещё много как. Да, в наши дни это праздник, когда детишки ходят по улицам, переодевшись мультяшными чудовищами, но даже древние силы подчиняются правилам. В эту ночь наиболее тонки границы между мирами живых и мёртвых.

– И из всех людей на планете только вы здесь догадались этим воспользоваться, – ехидно хмыкнула Александра. – Поэтому Аббадон явится именно к вам. Окей, окей!

– Время! – мистическим шёпотом напомнил Герман, поднимая вверх книжицу в кожаном переплёте. – Я не просто так назначил ритуал на это время. Здесь всё имеет своё значение, и положение небесных светил – в том числе. Солнце только что закатилось, и сейчас – самое подходящее время, но нельзя упустить момент. Миры сошлись!

Я прислушался к себе. Интересно, стала ли и правда Та Сторона чуть ближе, изменилось ли что-нибудь? Ничего подобного я пока не ощущал.

Он раскрыл записи Бальтазара на странице, отмеченной закладкой, и развернул её к нам, чтобы все могли видеть её содержимое.

– Бальтазар утверждает, что, несмотря на свою суть, Аббадон вовсе не склонен к отшельничеству; похоже, общение со смертными доставляет ему своего рода удовольствие. Возможно, он находит его забавным…

Да уж, здесь ты, пожалуй, прав. Но даже не это было самым интересным. На странице красовался символ – тот самый! Руна, заключённая в круг. То, с чего для меня всё началось – и то, благодаря чему для меня всё не закончилось.

– Ч-что это за символ? – осторожно осведомился я.

– Символ Врат, Денис! – пояснил тот, кладя книгу на самый центр. – В другие дни это не больше, чем просто старый рисунок, но сегодня с его помощью можно пробить брешь в границе миров…

– Ой, – округлила глаза одна из девушек, не сводя взгляда с Германа. – А это не опасно?..

– Граница будет совсем крохотной, – отозвался тот, расставляя по кругу новые свечи – толстые, из неоднородного материала, с начертанными по кругу символами. – Буквально щёлочка. Вылезти оттуда никто не сможет, зато мы сможем кое-что увидеть. И, возможно, даже привлечь внимание самого Аббадона!..

– Тем, что нарушаем естественный порядок вещей? – я приподнял бровь.

– Естественный порядок вещей был нарушен двадцать лет назад! – с жаром возразил Герман, ставя на стол последнюю свечу. – А мы, возможно, станем первыми, кому удастся выяснить, как и почему! Если Аббадон откликнется, если ответит на мои вопросы… моё имя будет вписано в историю рядом с именем Диего Бальтазара! И ваши тоже…

Александра, оторвавшись от книжной полки, покрутила пальцем у виска; по счастью, Герман в этот момент стоял к ней спиной и ничего не заметил. Что до меня, то…

Чёрт, символ-то и правда настоящий. Так, может, и дневник этот тоже?

Нет, я не особо боялся или беспокоился: скорее, я был заинтригован. Правда ли этот парень, покопавшись в архивах, нашёл способ связаться с Аббадоном, пусть и работающий только в ночь Хэллоуина? Кто такой этот Диего Бальтазар, почему у него в книге этот символ? Получится ли у нас вызвать Смерть?

Я подозревал, что если Смерть и явится, то лишь затем, чтобы дать тут всем по шее. У него и так забот хватает, так нет, всякие любопытные ещё будут «щёлочки» открывать и отрывать его от дел! Но, в любом случае, получится у них или нет – мне было интересно на это посмотреть.

Будет потом что вспомнить!

– Что нужно делать? – с энтузиазмом спросил я, потирая ладони. – Взяться за руки? Прочитать заклинания? Капнуть куда-нибудь кровью?

– Нет, нет, – покачал головой Герман. – Поаккуратнее с кровью, Денис – это субстанция сильная, случайно прольётся на какой-нибудь правильно начерченный символ – кто знает, что может случиться…

Ага, ага. А то я не знаю.

– Всё, что вам нужно делать – это наблюдать, – наконец, – Герман закончил расставлять свечи. – Вглядываться в брешь, стараться разглядеть то, что нам откроется…

Он обернулся к Александре.

– Вы не передумали? Не хотите к нам присоединиться?

– Вот ещё, – фыркнула она, листая какой-то томик. – Мне этого дерьма и без вас хватает.

Герман кивнул – и снова повернулся к нам.

– В этих свечах – смесь из ладана, цветов, выросших на кладбище и ещё парочки редких веществ, – принялся объяснять он. – Дым от них способен проникать сквозь завесу миров.

– А, – сообразил Матвей, завороженно глядя на завитки дыма, которые уже начинали подниматься от свеч, – это как те свечки, что охраняют дом от духов?..

– Вроде того, – чуть снисходительно улыбнулся Герман. – Только состав немного посложнее. Суть в том, что символ, лежащий в центре стола, уловит этот дым, и стабилизирует брешь, сделав её осязаемой.

Во время этой речи брови Александры ползли куда-то вверх. Поставив топик обратно на полку, она пробормотала «Да ладно» и подошла поближе.

И действительно; над столом происходило что-то явно мистическое. Клубы дыма – с свечки дымили будь здоров – закручивались в спираль, игнорируя любые законы физики, и словно старались сконцентрироваться над раскрытой книгой. В это же время символ в ней принялся слегка светиться мертвенно-белым светом, немного двоясь и вибрируя.

Творилась какая-то магия.

– Реальный ритуал, что ли?.. – в глазах гадалки читалось изумление. – Погоди, это же те свечи… я читала о них в «Основах ритуалистики».

– Ритуал уже начался! – тоном королевского распорядителя объявил Герман. – Теперь уже подсаживаться нельзя – наблюдайте со стороны!

Александра не ответила.

Юми, тем временем, вцепилась в столешницу двумя руками и вглядывалась в дым, который завис над книгой совсем уже плотным облаком и едва ли не кристаллизировался.

– Я что-то вижу! – прошептала она. – Вижу!

– Да, да, я тоже… – подтвердила одна из девиц, что сидела к ней ближе всего.

Ого. И чего там? Неужели Аббадон, сидящий в кресле и играющий в приставку под чипсы? Я вгляделся в дым, но ничего подобного там не было; просто какие-то тени, переливчатые формы; что-то определённо шевелилось в дыму, как в мутном стекле, но ничего конкретного я увидеть не мог.

– Может, надо немного подождать?

– Свечи, свечи… – продолжала хмуриться Александра. – Вспомнила! Свечи Анку! В них замешивается прах первого покойника на кладбище. Редкая штука, и стоит как крыло от Боинга…

Она взглянула на происходящее с ещё большим изумлением.

– Тссс! – Герман приложил палец к губам. – Не мешайте происходящему! Вот-вот мы увидим что-то чудесное…

Из дыма вырисовывалось что-то странное. Нет, это не тени, это как будто…

Лицо⁈

Хруст бьющегося стекла раздался так внезапно, что все, кто сидел за столом, с воплями и визгами отшатнулись от него. Кто-то заоборачивался на окна, расположенные под потолком полуподвального помещения, но треснули вовсе не они. Треснул… сам дым; воздух над столом. Теперь там висела вполне осязаемая трещина, а за ней скалило зубы пустоглазое лицо, лишь отдалённо напоминающее человеческое.

– Вот оно! – возликовал Герман. – Видите? Прореха между мирами! Мы сумели, у нас вышло! Теперь осталось подождать, пока это привлечёт внимание…

Дым-«стекло» разлетелся на осколки с оглушительным грохотом, эхом прокатившимся по помещению – а спустя секунду белёсая полупрозрачная тварь кинулась прямо на Германа. Тот заорал от испуга и неожиданности, опрокидываясь вместе со стулом; девушки и Матвей истошно завизжали, вскакивая с места…

Я успел отреагировать вторым; меня опередила Юми, мощным пинком срывая со стола скатерть, от чего и свечи, и книга полетели на пол; трещина в воздухе чуть задрожала.

– Осторожно, огонь! – метнувшись к вырвавшемуся призраку, я попытался его ударить, но рука прошла через него.

– Лучше огонь, чем призраки! – в руках Юми появилась её спектральная катана. Оно, так тут не я один могу призывать оружие?

Кстати, мне бы сейчас серп очень не помешал. Но нет – как я ни пытался его вызвать, он почему-то не появлялся в руке. Нужно будет основательно поговорить об этом с Аббадоном! В конце концов, учитель он мне или нет?

Впрочем, даже без серпа я был не беззащитен; нанося удары через первый слой, я усиливал их и мог дотянуться до мертвеца – проблемы была лишь в том, что он чертовски быстро уворачивался. Ну, по крайней мере, Германа выпустил – тот, вытаращившись на происходящее, в ужасе отползал к стене.

В комнате царил полный хаос; девушки и Матвей в ужасе ломились в дверь, но та почему-то не открывалась; призрак носился по помещению, завывая как сирена и размахивая руками; скатерть на полу начинала тлеть. В довершение всего, трещина между мирами не закрылась – и прямо сейчас оттуда вылезала ещё одна такая же тварь.

– Трещина не закрывается! – Юми добавила что-то по-японски, судя по интонации, какое-то колоритное ругательство. – Почему? Я же разрушила конструкт!

Она рубанула катаной, но призрак быстро и невесомо нырнув вниз, уходя от удара – а затем, распахнув пасть, завыл и бросился на неё.

– Без понятия! – заорал я в ответ, пытаясь врезать ему. – Мы ещё не проходили ритуалистику! А твои родители…

– Они воспитывали меня как охотника, а не как мага! – следующий удар Юми наконец-то пришёлся по цели, и тварь завыла от боли – но в щель просочились ещё сразу две. – Я не знаю, почему она не закрывается!

Александра! Она узнала свечи, она сказала, что читала «Основы ритуалистики». Значит, одна должна…

– Свечи и книга – не основное! – та уже метнулась куда-то вглубь стеллажей, и голос доносился оттуда. – Закрыть ритуал может только тот, кто его начал!

– Нет… нет… – бормотал Герман, растерянно глядя по сторонам. – Это духи шестого слоя… они не должны были… какая-то ошибка…

– Откройте дверь!! – визжали девочки, пока Матвей, сползая по стенке, пшикал себе в рот из ингалятора для астматиков.

Дурдом, блин. И Аббадон, кажется, не на связи. Вот бы сейчас было его явление, всем на радость…

Новый удар по призраку пришёлся прямо в цель; как я и надеялся, того отбросило на Ту Сторону, на первый, а то и второй слой – как тогда гопников в подъезде. Самостоятельно вернуться духи, кажется, не могли, но пока трещина открыта – они ведь будут продолжать переть!

– Ритуал!! – я метнулся к Герману, но сразу двое духов набросились на меня сверху, и мы все втроём покатились по полу. – Прерви ритуал!!

Пальцы одного духа лезли мне прямо в глаза, стараясь их выцарапать; другой размахнулся, чтобы ударить когтями в грудь. На Юми рассчитывать не приходилось – она со своей катаной отмахивалась сразу от троих – но как раз в этот момент я ощутил под пальцами рукоять.

Наконец-то.

Один удар серпа прошёл сразу сквозь двух призраков, превращая их в ничто.

– Огонь!! – орал Герман (впрочем, во всём этом шуме трудно было различить отдельные слова). – Книга!!

Ой-ой. Пока мы отвлеклись на призраков, скатерть и правда загорелась.

– Спасите её!! – Герман пытался встать и броситься к огню, но у него не выходило. – Она бесценна! Это рукописный текст 17 века!!..

Бесценная книга волновала меня не столько, сколько угроза пожара. Мы в подвальном помещении, и дверь, похоже, заперта… интересно, зачем Герман её запер?

– Закрой!! Трещину!! – подскочив к нему, Юми помогла ему подняться.

– Я пытаюсь! Но не могу сосредоточиться! – голос Германа дрожал. – Я теоретик, а не…

– Закрой трещину! – поддержал Юми и я, отправляя в небытие одного призрака за другим; я буквально кружил вокруг трещины, чтобы уничтожать духов, как только они появятся – но они всё лезли и лезли оттуда.

– Книга! – Герман метнулся к пылающему огню. – Спасите книгу!!!

…шквал белой пены вырвался из огнетушителя. Александра выскочила из-за стеллажей с ним наперевес и принялась заливать им скатерть, свечи и книгу – или то, что от неё осталось.

– Круг! – заорала она. – Он у тебя в голове! Просто разорви его!

– Я-я знаю, я не могу сосредоточиться… – Герман тут же метнулся к куче пены и принялся рыться в ней. – Не могу… зная, что книга может быть уничтожена…

– Осторожно! – Юми толкнула его в последний момент, и Герман снова отлетел в сторону, Юми – в другую; призрак пронёсся прямо у него над головой и встретил свой конец от моего серпа.

Наконец, трещина, висящая посреди комнаты, замерцала – и исчезла; под потолком носилось сразу пять призраков, завывая и сшибая книги с полок.

…спустя минуту всё было кончено; я опустил серп и перевёл взгляд на разорённую комнату. Юми медленно поднималась на ноги. Александра тяжело дышала с огнетушителем наперевес. Герман с отчаянием рылся в куче белой пены. Остальные наконец-то замолчали, но всё ещё не рисковали отходить от двери.

Да уж. Сходили в книжный магазинчик. Поучаствовали в весёлом шоу на хэллоуинскую тематику. Да чтобы ещё раз!..

Даже в выходной расслабиться не получается, блин.

– … этого не должно было… – Герман моргал, доставая из пены почерневшие клочки, некогда бывшие книгой. – Что-то пошло не так… Трещина не должна была прорваться…

– Знаешь, – заметил я Юми, помогая ей встать, – наверное, было бы лучше, если бы мы взяли в качестве приза большую мягкую игрушку.

Глава 17

Ощущать себя живым было… странно. Весело, и в то же время немного страшновато.

Макс вспоминал это ощущение впервые – впервые за то время, что он был мёртв. Как же круто снова дышать и всё такое!..

– Знаешь, раньше я ходил на хэллоуинский фестиваль, – заметил он Владлену, возвращаясь от палатки с двумя стаканчиками тыквенного латте в руках. – Ну, когда был жив. Но тогда всё смотрелось и чувствовалось совсем иначе.

– Ага, – Владлен принял у него один из стаканчиков и жадно отпил. – Как будто совершенно… другой опыт.

Макс тоже отхлебнул из стаканчика. Мммм!.. Ощущать вкус напитка – невиданная роскошь. Как же ему не хватало этого там, в мире мёртвых! Никакого сравнения с унылым вейпом из ладана.

Он огляделся по сторонам. Стенды, палатки, столики, сцена в центре парка, где уже ставили оборудование. Хорошо!.. Стемнело уже часа полтора-два назад, но вечер только начинался; фестиваль будет шуметь чуть ли не до утра. А главное, у них с Владленом времени в мире живых – просто завались!

Всё благодаря его другу.

– Чувак, – он снова покачал головой, глядя на Владлена. – Как же ты всё-таки был великолепен! Спас всю Башню в одиночку.

– Ерунда, – рассмеялся Владлен. – Они сами придурки. Кто им виноват, что корпорации уже двадцать лет, а они до сих пор не озаботились наймом нормальных юристов?

– Думали, что в мире мёртвых юристы ни к чему?

– Думали-думали, ага. Ну вот и додумались до того, что одна маленькая диверсия парализовала работу Башни на несколько дней и лишила их почти трети сотрудников.

Да уж, шумихи было много. Всё произошло лишь несколько дней назад, но событий и суматохи было столько, что казалось, прошла уже целая вечность с тех пор.

Всё началось с конверта. Простой конверт из плотной бумаги, без надписей или марок – его принёс в офис Башни какой-то новичок из тех, кого набрали недавно, одновременно с Владленом и Максом. Заявил, что к нему на улице подошёл какой-то тип в чёрном и попросил передать в Башню, лично руководству. Как он ещё сказал?..

Ах, да. «С приветом от Аббадона и напоминанием о некоторых старых счетах».

Неизвестно, кому хотел адресовать его тот «Аббадон», кто бы он ни был – настоящему руководству, сидящему не в офисе, а в той самой Башне (куда новичок, конечно же, не имел доступа), но попало оно в офис, к главе отдела. Тот отдал его своему начальству, то отослало ещё выше, и где-то в этой цепочке кто-то зачем-то решил конверт вскрыть.

И началась паника.

Конверт раскрылся, и бумаги хлынули оттуда – не одна, не две, а целый нескончаемый поток. Как те письма из камина в первой части «Гарри Поттера», они вырывались из крохотного конверта, валили и валили, летали и кружили по помещению, пока начальство орало от ужаса.

Это действительно были напоминания о старых счетах. Юридических счетах с печатью Смертельной Канцелярии на них.

Среди бумаг были штрафы за нахождение на чужом слое. Были повестки, предписывающие призраку явиться на третий или второй круг Ада. Были ордеры на депортацию, были уведомления о нарушении… словом, целая бесконечность разнообразной бюрократической писанины, в считанные часы заполнившей собой всё здание, а затем вырвавшееся за её пределы.

К счастью для «верхушки», в настоящую Башню письма так и не попали – не смогли найти дорогу. Но вот по другим офисам Башни и прочим её зданиям разлетелись быстро.

И что здесь такого, скажете вы – подумаешь, бумажки кружатся, что они могут сделать?

Ну – эти могли, и ещё как. Бумаги из конверта не только летали по зданиям. Найдя призрака, чьё имя было вписано в него, документ вцеплялся в бедолагу. Кого-то он тут же перемещал на предназначенный для него слой, а кому-то вообще замораживал душу «на время разбирательства». Бумаги пытались уничтожать, от них пытались убежать или спрятаться – всё тщетно. Если ты получил удостоверение, тебе хана, и молись, чтобы следующая бумажка прилетела к твоему соседу, а не к тебе.

– … ну, я же окончил юридический, – сообщил Владлен таким тоном, будет спас мир, причём не меньше двух раз. – Почти окончил. В смысле, я бы точно окончил, если бы не умер! Ну, ты понимаешь, что я хочу сказать.

Макс торопливо закивал.

– Конечно-конечно.

– В общем, вот мне и пришла эта идея в голову, – продолжал Владлен. – Написать им туда встречную бумажку о том, что они явились без заранее отправленного предупреждения, что по многим делам уже истёк срок исковой давности… Туда-сюда, ещё парочка юридических моментов. Я не был уверен, что это сработает, но ведь сработало же!

Наверное, даже сам глава Башни не мог бы на это ничего возразить.

– Чувак, да ты герой! – с восторгом глядя на приятеля, сообщил Макс – и отпил ещё тыквенного латте.

– Да-да, я герой, – Владлен довольно усмехнулся. – Интересно… как быстро они там поймут, что я не победил систему, а только выиграл нам небольшую отсрочку и время на то, чтобы перевести дух…

Он покачал головой.

– Им бы и правда найти профессионального юриста с настоящим опытом. А лучше – целую команду.

– Да расслабься ты, друг, никто тебя не обвинит! – горячо возразил Макс. – Думаешь, существует такой юрист, который смог бы всерьёз переиграть канцелярию Смерти? Это же те парни, которые отправляют души в Рай, Ад и Чистилище с самого начала времён! Они должны знать все-все-все юридические приколы и лазейки, какие только бывают!

Влад довольно покивал головой.

– Ага, типа того. Даже моя временная отсрочка – уже достижение, учитывая, кто наш враг. Ну и к тому же…

Он отпил латте и развёл руками в стороны.

– Самое главное достижение – это то, что мне выписали огромную премию! И её хватило на то, чтобы нам двоим погулять здесь, в Хэллоуин, в мире живых!

Как и всем другим призракам, этим двоим платили Часами – временем воплощения в мире живых. Вот только рядовым сотрудникам Башни пришлось бы пахать без продыху несколько месяцев, чтобы накопить на пару часов прогулки. Но, во-первых, в хаосе и суматохе было проще выбить себе, такому герою и спасителю, большую премию, а во-вторых – стоял Хэллоуин.

Время, когда миры живых и мёртвых соприкасаются. Когда с тем же количеством Часов можно гулять среди живых вдвое, а то и втрое дольше.

У нас вся ночь впереди, и ещё останется!

Друзья рассмеялись.

– А что, если потом – ну, когда мы вернёмся – они возмутятся и скажут, что это ты недоработал? – Макс посмотрел на друга с лёгким беспокойством в голосе.

– Не-а, – тот покачал головой. – Я скажу, что они сами виноваты, что не разобрались. Да им там вообще повезло, что эти бумажки не пробились в настоящую Башню, где сидят всякие шишки!

– Ну, настоящая-то Башня защищена от таких штук…

– А кто знает? Смертельная Канцелярия, блин, это крутые ребята!

– И ты их победил!

Приятели снова рассмеялись.

– Как же ты крут, чувак!

– О, да! Ещё как крут, дружище!

Стукнувшись ладонями, Макс и Владлен продолжили наслаждаться прогулкой по хэллоуиновскому фестивалю – каждой её секундой. Жизнь была прекрасна, даже если вернулась к ним всего на считанные часы.

* * *

Да уж. Вечер выдался – тот ещё. Одно хорошо: мы успели уйти из этого придурочного книжного магазинчика раньше, чем туда налетели всевозможные любопытные, Отдел, журналисты и так далее. Словом, раньше, чем нас бы успели там задержать и заинтересоваться тем, что произошло.

Краем сознания я понимал, что это вряд ли пройдёт совсем без последствий, но это будет потом. А пока… да могу я отдохнуть наконец-то?

В общем, мы вернулись в парк, чтобы погулять всё-таки по фестивалю – по-человечески, без призраков и упырей. Ну пожалуйста!

Александра унесла оттуда несколько книг, безбожно не заплатив, и даже Юми, кажется, что-то совала в свой ядовито-розовый рюкзак, когда я обернулся на неё перед выходом. Но кто мог их обвинить? После того, что там случилось, это может считаться моральной компенсацией за то, что Герман чуть не прикончил их (и всех остальных) своими ритуалами.

И о чём только вообще думал этот доморощенный «эксперт», не вылезающий, по его словам, из архивов? А ведь если бы там по случайному совпадению не оказалось меня и Юми, эти призраки легко могли прикончить его и прочих.

Но, как бы там ни было, мы с Юми там оказались, и всё закончилось благополучно. А теперь я хотел отвлечься от всей этой немёртвой чепухи и просто отдохнуть. И чтобы никакие мелкие беды типа призрачного прорыва не могли испортить мне настроение!

– … где-то… дай подумать… сто пятьдесят штук! Нет, пусть будет сто пятьдесят четыре, – я с ухмылкой поглядел на аттракционщика.

Тот со значительным видом потряс передо мной банкой с маленькими пластмассовыми паучками и покачал усатой головой.

– Не-а. Ошибся, ошибся!

Я хмыкнул и развёл руками; в общем-то, я и не рассчитывал угадать. Такие развлечения, как «Угадай, сколько пауков в банке» – они не для победы, они для участия.

– … двести тринадцать? – предположила Юми, пристально глядя на банку. – Я думаю… их тут больше, чем двести.

– Теплее, но всё равно неверный ответ, – отозвался усатый аттракционщик. – Ещё будете гадать?

Мы оба повернулись к Александре; в наших с Юми глазах так и читалось – «ну что, гадалка, гадай».

Ага, Александра решила пока не возвращаться в палатку, оставив её под присмотром того вампирёныша, а потаскаться какое-то время за нами. Что ж; ни я, ни Юми не возражали против компании, сама же она…

– Прорывы, кристаллы, – заявила она после того, как мы оказались на достаточном расстоянии от книжного. – Призраки эти. Стабильность между мирами трещит по швам, особенно в эту ночь. Ну а то, что ты оказываешься в центре всего этого – ещё хуже. Всё так или иначе полетит к чертям, но, если быть рядом с тобой, я хотя бы точно буду знать, что ты опять натворил.

– Просто скажи, что тебе скучно торчать в этой палатке, – рассмеялся я.

Александра не стала возражать – и вот сейчас мы стояли возле прилавка с пауками в банке, а она, сощурившись, разглядывала эту самую банку и пыталась подсчитать забавы ради количество пауков в ней.

– Задействуй третий глаз, – посоветовал я.

– Заткнись, – бросила она в ответ. – И не мешай мне…

– Считай, считай, – усач её не торопил. – Всего одна попытка!..

– Возможно, духи могли бы тебе подска… – начала было Юми, но в этот самый момент Александра распрямилась и щёлкнула пальцами.

– Двести шестьдесят один!

– Это окончательный ответ? – аттракционщик приподнял одну бровь.

Эй, а нас он не спрашивал.

– Да, – довольно уставилась на него Александра. – Окончательный.

– И он совершенно верен! – аттракционщик взмахнул руками. – Их действительно двести шестьдесят одна штука, поздравляю! Это невероятная интуиция…

От его громких криков на нашу группу заоборачивались прохожие, мы же вдвоём с изумлением уставились на гадалку.

– Что, серьёзно? – не поверил я.

– Ну, – Александра саркастически улыбнулась, принимая от аттракционщика свой приз, небольшого плюшевого паучка с чрезмерно умильной улыбкой, – я просто задействовала третий глаз и обратилась за советом к духам. Что такого?