Текст книги ""Фантастика 2026-147". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)"

Автор книги: Андрей Земляной

Соавторы: Елена Кароль,Евгений Шалашов,,Максим Шаравин,Владимир Зингер
сообщить о нарушении

Текущая страница: 248 (всего у книги 334 страниц)

Глава 15

Терпеть не могу лошадей.

За свою жизнь я поменял не один десяток этих глупых, требовательных тварей, и ни с одной из них у меня не сложились хоть сколько-нибудь дружественные отношения. Ещё до заточения с камнем мне приходилось передвигаться преимущественно на них, и каждый раз, глядя на то, как некоторые мои знакомые холят и лелеют своих конячек, меня всегда охватывало недоумение, смешанное с завистью.

Что такого они в них находят?

Однако каждый раз эти животные своим поведением доказывали мою правоту, а потому довольно быстро я перестал предпринимать попытки относиться к ним как к чему-то большему, нежели как к транспортному средству.

Например, один мой знакомый генерал настолько был помешан на своем коне Йодрике, что во время походов даже разбивал ему отдельную палатку, а на всякие лекарства и уход мог спустить пару жалований обычного солдата и даже не моргнуть.

Как ему отплатил Йодрик? Ожидаемо.

Во время одного из переходов между военными лагерями генерал потерял сознание от солнечного удара, свалился с Йодрика на землю и расшиб себе череп. Йодрик же просто пару секунд смотрел на его практически бездыханное тело, а затем развернулся и побежал себе куда глаза глядят.

Никогда не доверяйте лошадям, вот вам мой совет.

Именно поэтому, когда я очутился в теле Стерлинга, одной из первых радостей было узнать, что больше никому не приходится иметь с ними дело. Машины, двигатель внутреннего сгорания, поезда и самолеты… да от одной только мысли обо всём этом великолепии у меня на лице расцветает улыбка. Правда, сильно в том, как это всё работает, я не копался, мне хватало одного только понимания, что больше мне не нужно будет искать премиальный овес, только чтобы кляча везла меня как следует.

Впрочем, даже если лошади и исчезли из общего пользования, то люди, которые относятся к транспорту как к чему-то статусному или даже разумному, никуда не делись.

Я смотрел на ряд дорогих машин, припаркованных у Ратуши, и гадал, много ли таких среди гостей Антона на отборе в свидетели.

Выйдя из переулка, мы с Еленой уверенно направились к нужному месту, обойдя парковку, где стоя в кругу, курило и общалось сразу пятеро человек в белых перчатках. Водители аристократов, не иначе.

– … ну, я на свою поставил второй стейдж, – вздохнул один из них, молодой парень с бакенбардами. – Деньги те же, что и за первый, вот и подумал… ну а чё тогда бы и не погонять нормально?

– Это ты так думаешь, пока не начнёшь возить в багажнике столько моторного масла про запас, что экономически разумнее на нём будет и картошку уже жарить, – возразил второй, постарше…

– Ну, это же для души… – поддержал первого водителя ещё кто-то из них. – Для души всё можно…

Тем временем, я приблизился к ним, велев Елене меня подождать осторонь. Конечно, я понимал, что опоздал на встречу, но вот насколько именно – выяснить бы не помешало.

– Мужики… – обратился я к ним, но договорить мне не дали.

– О, новенький водила? – загорелись глаза первого шофёра при виде меня. – Ты кого возишь, Ротеннов?

– Да нет, я…

– А, ну, значит, Грессов, – он с досадой хлопнул рука об руку. – Я уж думал сам к ним напроситься. Платят хорошо, говорят…

Улыбнувшись, я покачал головой.

– Слушай, – всё не унимался первый водитель, – вот мы спорим, что лучше для езды – когда дорого, красиво, но постоянно всё ломается, или же скромненько и надежно? Ну, с учётом, что тебе не семьдесят лет, конечно.

Я почесал в затылке. В машинах я по-прежнему разбирался мало, однако с конями опыта у меня было хоть отбавляй. Не думаю, что в этом плане что-то сильно поменялось.

– Да я так думаю – главное, что много не жрала. Красивая, быстрая – это всё херня, все равно через пару лет что-то сломается, и потом ищи лоха, чтобы продать вменяемо.

Мужики глубокомысленно закивали.

– Я бы и сам лучше не сказал! – весело заявил тот водитель, что постарше.

Прокашлявшись, я жестом подозвал к себе Елену.

– Только вообще-то… я гость, а не водитель. Хотел спросить, насколько сильно опоздал; может, вы в курсе, на каком этапе церемония?

Мужчины синхронно повернули в мою сторону головы – и разом заржали.

– Опоздал? – хмыкнул парень с бакенбардами. – Это же вечер аристократов. Если назначено к восьми, то дай Бог, чтобы всё началось к десяти. Я не жалуюсь, – он потер тремя пальцами, – у меня-то оплата почасовая.

Мужчины рассмеялись и, быстро утратив к нам интерес, начали обсуждать ремонт форсунок и сайлентблоков. Для меня, в свою очередь, интереса не представляло уже это.

Обойдя парковку, мы с Еленой направились к главному входу в Ратушу. Водители не соврали, и даже около входа ещё маячило приличное количество народу.

Сама Ратуша представляла собой довольно массивное здание с высокой, выделяющейся на фоне малоэтажной застройки города, башней. Память Стерлинга подсказывала, что здесь и сейчас располагалась администрация города. Конечно, связи Кислевских с местными властями позволяли устроить в красивом старинном здании торжественную церемонию… Вот только хотел бы я посмотреть, что будет, если сюда припрётся какая-нибудь глухая бабка за справкой от горсовета. Даже не представляю, как ей будут объяснять, что сегодня тут свидетеля на свадьбу отбирают.

Мы с Еленой заняли место в быстро продвигающейся очереди на вход. Около дверей стояло двое охранников, которые, видимо, знали всех гостей в лицо, а поэтому особой волокиты не было – гости продвигались достаточно быстро.

Впрочем, для некоторых даже такой темп был слишком медленным.

– Эй, мелюзга, – раздался у меня за спиной снисходительно-презрительный женский голос, – а ну пропустили нас вперёд. Мы спешим!

Я резко развернулся на месте. Передо мной стояли девушка лет двадцати в вычурном зелёном платье и какой-то старик с остатками растительности на голове. Он был одет в смокинг и выглядел так, словно не совсем понимал, что вообще здесь делает. Девушка же, наоборот, всем видом показывала свою важность… или, по крайней мере, пыталась. Её лицо пережило столько пластических операций, что челюсть двигалась как у какой-то видавшей не один спектакль марионетки.

– Постоите, – сухо отрезал я.

– Ты, кажется, не понял кто мы, – она старалась звучать как можно серьёзнее и весомее. – Ты говоришь с женой Николая Роттена.

Я приподнял бровь и посмотрел на старика, который что-то увлечённо рассматривал на небе.

– А он в курсе? – хмыкнула Елена.

Жена самого Николая Роттена удивлённо выпучила глаза, после чего презрительно поджала губы.

– Я не знаю, кто сюда пустил какую-то колхозницу со школьником, но поверь мне, дорогая, что ты ещё не один год будешь жалеть о том, что сейчас сказала.

Елена хищно улыбнулась.

– Колхозница? Знаешь, – девушка слегка склонила голову, вглядываясь в собеседницу, – я давно заметила одну забавную штуку. Громче всех кричат про колхозников те, кто сам ещё вчера доил корову. Да, милая?

– Я…я… – лицо жены Роттена побагровело.

– Выскочила за старика с деменцией, – Елена цокнула языком. – Это, конечно, похвально. Но если хочешь кого-то упрекнуть в бедности, то сначала убедись, что у самой сумка не палёная, знаешь?

Собеседница Елены механически спрятала свою небольшую сумочку за спину и заткнулась.

Мы сделали шаг вперёд.

– Что смотришь? – улыбнулась мне Елена. – Когда у тебя половина потока состоит из мажорных куриц, то ты рано или поздно учишься с ними общаться на их языке. Я умею постоять за себя.

– Да мне деда жалко, – я мельком глянул назад. Роттен всё продолжал с улыбкой на лице выглядывать каких-то птиц в небе.

Елена рассмеялась.

Через пару минут мы уже стояли перед охраной. Мужчины внимательно осмотрели меня с головы до ног, переглянулись и кивнули друг другу, тем самым давая мне добро на то, чтобы пройти внутрь.

– Мой плюс один, – я указал на Елену. – И у меня есть просьба.

– Что такое? – один из охранников наклонился ко мне поближе.

– Господину Роттену за нами плохо, но он не признаётся. Предложите ему какое-то время постоять на улице, на птичек посмотреть, – я улыбнулся. – Чисто так, по-человечески.

…мы зашли внутрь.

Внутри здание было торжественно украшено к отбору в свидетели. Почему-то люди обожают раздувать пафос во всём, что связано со свадьбой, даже до самой свадьбы. Поэтому всё вокруг было завалено какими-то шарами, постерами, открытками и прочей лабудой. Ни меня, ни Елену, это, впрочем, не особо впечатлило.

До главного зала было рукой подать. Найти его было очень просто по толпе народу, что двигалась в сторону действа и доносящейся оттуда классической музыке.

– Стерлинг!

Кажется, Антон уже ждал нас. Выглядел он тоже весьма торжественно и к моему удивлению на лице у него сияла улыбка – в таком состоянии я ещё ни разу парня не видел. Стоило ему нас завидеть, как он тут же подбежал поближе и всучил мне в руки бокал шампанского.

– Стерлинг, я уже начал переживать, что ты передумал! – он по-дружески похлопал меня по плечу, после чего удивлённо уставился на Елену. – Елена Александровна? Со Стерлингом? Вы меня сейчас удивили сильнее, чем даже когда поставили ту четвёрку в прошлом году.

– Здравствуй, Антон, – вежливо улыбнулась Елена.

– Ну, – я оглянулся по сторонам, – и когда начинаем?

Люди только занимали свои места, если можно так сказать. В центре главного зала всё было чисто; обычно предназначенное для балов и танцев место, сегодня, похоже, должно было стать ареной для процесса отбора.

Мордобоя, то бишь.

Зато со всех сторон от него от центра стояли столики, за которые то и дело падали всякие важные аристократы и толстосумы со своей свитой. Судя по всему, «зрители» предвкушали шоу. Интересно, а ставки не делали?

– Скоро, – парень отпил шампанского. – Знаешь… Довольно смело с твоей стороны было соглашаться на моё предложение.

– Правда? – я приподнял одну бровь.

Антон хмыкнул.

– Скажу честно… Многие бы даже чихнуть в этой комнате побоялись. И дело тут не в мастерстве мечника.

– Не переживай, – я махнул рукой. – Я далеко не в первый раз я заперт с напыщенными индюками.

– Потише, – с опаской бросила Елена, оглядываясь по сторонам.

Я просто пожал плечами.

Антон с улыбкой указал на один из столиков.

– Вот этот «индюк» – Роберт, мой двоюродный брат со своей семьёй. Они никого сегодня не выставляют, однако не пригласить было бы невежливо.

Я глянул на столик, где сидел Роберт. Приятного вида мужчина лет тридцати в сером костюме в полоску, он, не спеша, потягивал виски из стакана, пока его жена что-то говорила ему на ухо.

– Чуть правее – Люк Гресс. Полный мудак, если хочешь знать моё мнение. Но он один из главных бизнес-партнёров отца. Выставляет на отбор своего сына, – Антон поджал губы. – Как же всем не терпится добраться до Анжелы.

И правда, мужчина за столом выглядел весьма противно. Мясистое лицо, по золотому перстню на каждом пальце и длинные сальные волосы придавали ему вид какого-то случайно поднявшегося в люди торгаша, нежели серьёзного бизнесмена.

Сынок его выглядел не лучше. Крысиное лицо и хитро бегающий по всей комнате взгляд; парень стоял около столика своего отца, словно какой-то оловянный солдатик, лишь изредка наклоняясь к нему, чтобы что-то спросить.

Антон развернулся.

– Вон там, видишь, пара молодых парней, – он снова отпил шампанского. – Сыновья всяких мелких герцогов. Думают, это их шанс настроить связи с Аквиллами через нас. Сегодня ты должен им показать, что это не так.

…ещё где-то минут десять Антон объяснял мне состав гостей и все их регалии. Публика на торжестве собралась примерно одного калибра; может быть, здесь не было какой-то совсем уж оголтелой элиты, однако люди собрались видные, и аристократов среди них было немало.

Это идеально подходило для моих целей.

Дело в том, что люди не совсем в восторге, когда ты над ними «превозносишься», и поэтому сразу лезть на рожон перед герцогами и прочими королями было бы… несколько опрометчиво с моей стороны. Но вот такие персонажи – достаточно заметные локально, но не особо что-то решающие глобально – подходили мне просто идеально.

– Честно говоря, я думала, мы просто попьём кофе, – со смешком произнесла Елена, когда Антон, махнув рукой кому-то из гостей, удалился и наконец оставил нас вдвоём.

– Поверь, – я указал ей рукой в сторону фуршета, накрытого чуть сбоку от основного действа, – там найдётся, что попить.

Фуршет и правда был на любой вкус. Стол ломился от закусок и десертов, а потому мы с Еленой лишь переглянулись – и принялись уминать всё, что плохо лежало.

– О, – девушка указала пальцем на поднос с какими-то синими ягодами. – А я помню эти штучки. Мы такими закидывались, когда я была студенткой. Если съесть только шкурку, то можно потом целый час мультики на стене смотреть.

Я лишь улыбнулся. За мою долгую жизнь у меня было много времени попробовать самые разные ягодки с самыми разными эффектами, однако я решил, что это не разговор для первого свидания. Так что я просто потянулся за аппетитно выглядящей канапешкой с рыбой…

Сзади раздались шаги.

– И что, это правда, что Антон решил поставить кандидатом… – донеслось из-за моей спины, – … низкородного?

Да что ж вы все так любите в спину говорить-то.

Я обернулся. Около нас стояли те самые сыновья герцогов, про которых мне рассказывал Антон. Трое парней рассматривали меня с ехидными улыбками на лицах, но в то же время от меня не укрылось и некоторое любопытство.

– Правда, – спокойно отозвался я, закидывая канапешку в рот. – Ну, вам же проще, разве нет?

Парни засмеялись.

– Ну, шансов у тебя и правда ровно ноль, – гордо заявил самый высокий из них. – Я занимаюсь фехтованием пятнадцать лет. Ты представляешь, что такое махать мечом пятнадцать лет подряд?

Я хмыкнул.

– Впечатляет, дружище.

Самодовольно усмехнувшись, он шагнул ко мне вплотную.

– Давай так, – парень быстро оглянулся, чтобы убедиться, что нас больше никто не слышит. – Я тебе закину пару сотен на карту. А ты сольёшься как-нибудь красиво… и быстро.

Его «коллеги» тут же поддержали его.

– Подумай, ты же и так и так только насмешишь здесь всех. Понятно же, что Антон выставил тебя кандидатом, чтобы дать шанс тем, кто реально заслуживает места на его свадьбе.

Я вздохнул.

– Как вас зовут?

– Я Тобиас, – высокий указал на остальных двух. – Это Андрей и Феликс.

– Тобиас, Андрей и Феликс, – я покачал головой. – Я запомнил, хорошо. Давайте поступим так. Мне нужно кое-что утрясти… Когда всё начнется, я дам вам знак, и вы поймете, что всё схвачено. Хорошо?

Парни буквально расцвели.

– По рукам, дружище. По оплате договоримся после отбора!

Развернувшись, они весело зашагали к своему столику, перешёптываясь о том, как хорошо всё вышло – минус целый один соперник, о котором нужно думать!

– Ты правда вот так запросто сдашься им? – Елена проткнула шпажкой оливку. – Я не осуждаю, но…

– Ты всё увидишь.

Краем глаза я заметил, как Антон выходит в центре комнаты. Музыка притихла. Кажется, начинается. Проглотив последнюю тарталеточку, я развернулся к нему.

– Господа, – Антон торжественно развел руки в обе стороны, – попрошу немного внимания. Я благодарен всем за то, что вы смогли выкроить время в своих плотных графиках и помочь мне выбрать свидетеля на свадьбу. Вы все знаете, как это для меня важно.

Зал взорвался аплодисментами.

– Практически каждый из вас сегодня приготовил своего кандидата. Но и я тоже сделал это, – Антон указал в мою сторону. – Стерлинг. Подойди сюда.

Отставив бокал шампанского, я направился к центру комнаты; похлопала мне только Елена.

Через несколько секунд я уже стоял возле Антона.

– Стерлинг мой хороший друг, – возвестил тот, – и, по традиции, именно бой кандидата жениха открывает сегодняшний вечер отбора!

Зал замер настолько, что я слышал, как люди за столиками начинают шушукаться между собой.

– Он что, смеётся?

– Этот бомжара?

– Только не говорите, что он вытащил безродного!

– Это Антон нас так унизить захотел?

Антон громко прокашлялся; лицо его оставалось вежливо-улыбчивым, но в тоне проскользнуло что-то укоризненное.

– Господа!.. Я не слышу ваших аплодисментов.

– Было бы кому! – выкрикнул женский голос откуда-то сбоку.

О. Привет, госпожа Роттен.

Антон предпочёл проигнорировать её выкрик; остальной зал, впрочем, лениво мне похлопал – явно не ради меня, а чтобы не обострять отношения с Кислевскими.

– Итак, Стерлинг, – выдержав короткую паузу, Антон развернулся ко мне. – Перед тем, как начнётся бой… Возможно, тебе есть что сказать?

Сказать?

Ну что ж.

Всё это время я думал над тем, какую линию поведения для снятия печати мне стоит выбрать. Вариантов возможного поведения, чтобы «превознестись» над этим наглым сбродом, было несколько. При этом вполне вероятно, что ни один из них не будет полностью правильным в моей ситуации. Поэтому тактику я выбрал простую – пробовать вести себя с ними по-разному и манипулировать настроением аристократов так, как мне будет удобно.

Но для начала… попробуем ту, к которой у меня больше всего лежит душа.

Приветливо улыбнувшись, я сделал шаг вперёд.

– Тобиас, Андрей и Феликс, – мой взгляд упёрся в троицу парней, что сидели за столиком и увлеченно рассматривали меня. – Шли бы вы нах*й.

Глава 16

Подходы к решению проблем бывают разными. Где-то нужно действовать тонко, где-то – более уверенно и грубо, а где-то стоит рискнуть и сделать кое-что контринтуитивное.

Я это понял давным-давно.

Как-то однажды нас с Гераклом и ещё полусотней бедолаг впрягли в одну мутную тему—надо было добыть чёрт знает где золотую шкуру то ли барана, то ли козы, уже и не вспомню. И, как водится, мы то и дело влипали во всякие проблемы. То нас хотели раздавить разумные скалы, то мы по пьяни целую ночью воевали с нашими же союзниками… даже с драконом, помнится, пришлось пободаться.

Засеивать его зубами поле царька, который пообещал нам взамен на победу над драконом эту самую шкуру, было тем ещё удовольствием.

Однако суть проста. Какая бы херня с тобой ни происходила и какая проблема бы ни стояла на пути, главное – найти к ней правильный подход. И если я смог помочь укротить быков самого Ареса, то уж впечатлить толпу аристократов будет проще простого.

Нужно только пробовать разные варианты.

– Что пялитесь? – я окинул взглядом аристократов, что немного выпали в осадок после того, как я послал нах*й сразу трех герцогских сыночков. – Я просто рассудил, что если вы считаете меня грязью из-под ногтя, то мне нужно и самому высказаться о вас. Логично ведь, нет?

По залу пронеслась волна возмущения. Судя по выражению лица, Антон сначала хотел выскочить в центр и как-то разрешить ситуацию, однако в какой-то момент просто махнул рукой, выдал мне моё оружие и упал на кресло, откуда стал с интересом наблюдать за происходящим.

Почему-то я не удивился. Кажется, парень и сам был не в восторге от собравшихся здесь.

– Ты безродная шваль, – сухо произнёс Люк Гресс, сидящий неподалёку. – Если бы не уважение к Антону, то тебя уже тащили на дыбу.

– Меня бы попробовали потащить на дыбу, – поправил я Гресса. – Не зазнавайся, патлатый.

Мужчина ничего не ответил, лишь посмотрел на меня исподлобья и мерзко улыбнулся.

Да-да, я уже понял, что ты очень опасный и злопамятный, дядя. К сожалению, такие ребята перестали меня впечатлять ещё задолго до того, как в голову даже пришла идея искать бессмертие. Что уже говорить сейчас.

Антон хлопнул в ладоши, тем самым обозначив начало поединка, и толпа притихла. В центр зала вышел один из герцогских сыновей. Тобиас, кажется?.. Пока я проводил разогрев зрительного зала, парень успел напялить на себя весьма условную защиту для спарринга, и теперь стоял напротив меня, с дерзкой ухмылкой покручивая меч в руке.

– Ты очень громкий, – он встал в стойку. – И сейчас, в честь Антона и его будущей свадьбы, я сделаю тебя немного потише.

– Я тебе кто, – хмыкнул я, – телевизор, бл*ть?

Парень не ответил. Под одобрительные возгласы собравшихся он быстро ринулся в мою сторону, держа меч наизготовку…

Я лениво увернулся и показательно зевнул. Тобиас проскочил мимо меня.

– Или колонка какая-то музыкальная? – я хлопнул Тобиаса по спине плоской стороной меча.

Ещё один удар от Тобиаса и ещё один уворот от меня.

– «Сделаю потише», – я быстро перекатился и оказался у Тобиаса за спиной. – Нет, ну серьёзно, кто так говорит?

Лицо парня с каждой секундой багровело всё сильнее… Толпа же удивлённо наблюдала за моими движениями. И неудивительно. В целом, эти люди должны разбираться в фехтовании – хотя бы по долгу титула. А если ты немного разбираешься в фехтовании, то мои возможности в этом плане… как минимум, заставят тебя задуматься: а действительно ли ты в нём разбираешься?

Поединок начался тридцать секунд назад. Я мог бы его закончить двадцать пять секунд назад. Однако… моя тактика была иной. Простая победа на отборе уж точно не заставит аристократов меня уважать. Да, конечно, это их удивит. Возможно, они даже обсудят это перед сном – как так, какой-то безродный уложил всех наших знатных сынков?

Но этого недостаточно.

Что из себя представляет превознесение? Если вкратце, то мне это виделось признанием другого человека лучшим, чем ты, вне зависимости от обстоятельств. То есть это боьше эмоциональный процесс, нежели рациональный.

Я вмазал Тобиасу по ноге, аккуратно разрезав ему штаны под коленом.

– Тобиас! Ну же, давай!

– Тобиас, ты чего⁈

Ну, возможно, Тобиасу достанется хотя бы приз зрительских симпатий.

Ещё один уворот и ещё один разрез.

Тобиас не заметил, что теперь две штанины телепались, оторванные, у него под ногами. Это мне и было нужно. Парень зарычал и бросился на меня… и спустя мгновение упал мне под ноги.

Я поднес клинок ему к горлу.

Где-то сбоку захлопал Антон.

– Ну, кажется, первый победитель этого вечера у нас уже…

– Погоди, – твёрдо заявил я, глядя на Антона.

И слегка ткнул кончиком меча в горло Тобиаса.

– Ты… что творишь? – он непонимающе уставился на меня, параллельно пытаясь выбраться из запутавших ноги штанов.

Не убирая меча от Тобиаса, я поднял голову в сторону зала.

– Вот так и получается, господа аристократы, – вздохнул я, – что безродный бомж лучше каждого из ваших кандидатов настолько, что об этом даже смешно говорить.

– Ты победил одного только Тобиаса! – выкрикнул кто-то из темноты.

Я хмыкнул.

– Ваши кандидаты могут напасть хоть все вместе, это ничего не изменит, – я улыбнулся. – Не поймите меня неправильно. Я не пришел сюда рассказывать про классовые проблемы, про то, что если человек низкого рода он может быть талантливее всех вас вместе взятых… Всю эту левацкую срань можете оставить девочкам с плакатами.

Я посмотрел на сидящих за столиками. В их глазах забегал интерес, смешанный с возмущением.

– Я пришел сюда, чтобы просто спросить у вас кое-что, – я надавил на горло Тобиаса сильнее, на кончике меча показалась кровь. – Как вам сидится в первом ряду, когда перед глазами конец нашего ё*аного мира как такового?

По залу пошли перешёптывания.

Я рассмеялся.

– Вы и подобные вам – просто сраные страусы, которым удобно затыкать голову песок и не выглядывать из него, пока сзади вас кто-то не трахнет. И поверьте, – я глянул на Люка Грасса, – трахать вас будут очень и очень скоро.

– Что ты несёшь? – сухо произнес он.

– Я? – я покачал головой. – Я несу хотя бы что-то. Кто из вас не знает, что скоро начнется война? Кто из вас не понимает, что она заденет всех и каждого здесь? Думаете, вы сможете спрятаться за своими особняками, водителями, дорогими машинами и сраными аристократическими устоями и скрепами, когда война постучится к вам в дверь?

Люди в зале начали переглядываться.

– Нет, конечно, вам кажется, что война будет далеко. Где-то там, за многие тысячи километров от ваших уютных домиков, в которые вы планируете засунуться и продолжать жить так, словно ничего не происходит. Правильно?

Все молчали.

– Неправильно, бл*ть. Приперлись они отбирать свидетеля на свадьбу. Вы, типа, шутите? Играть в политические интриги в надежде подышать воздухом рядом с дочкой Аквилл? Да скоро никто из вас вообще не будет дышать, мудилы тупые! Это не мелкий конфликт на краю света; мы на пороге конкретной, глобальной мясорубки. И этой мясорубке будет глубоко насрать, сколько у вас всех денег и связей.

Какой-то из мужичков в смокинге, что сидел прямо передо мной, растерянно открыл рот.

– Н-но что ты понимаешь в традициях знати… – он говорил это тихо, словно больше самому себе.

– Ха! – я прикрыл рот ладонью. – Уважение традиций, да? Честь и справедливость, дружище? Табель о рангах душу греет?

Я слегка отодвинул меч от горла Тобиаса.

– Расскажи им про уважение традиций, будь добр.

Тобиас сделал вид, словно не понимает, о чём я говорю, и растерянно покачал головой.

– Ч-что? О ч-чём ты?

Я вздохнул и снова надавил на него мечом.

– На*бывать жениха на его отборе свидетелей – это честно? Или, может, справедливо? – я нажал ещё сильнее, отчего Тобиас жалостно заскулил. – А может, это традиция такая, которую я, дурак безродный, мимо себя пропустил? Ну же! Скажи им!

Тобиас с опаской отодвинул мой клинок ладонью и прочистил горло.

– Перед боем… – он смотрел в пол, – перед боем мы с друзьями… пытались подкупить… кандидата….

– Стерлинг, – сухо поправил я его. – Меня зовут Стерлинг. И лучше вам всем запомнить это имя.

Тобиас едва заметно кивнул и продолжил дрожащим голосом.

– Мы… пытались… подкупить… С-стерлинга, чтобы тот поддался…

Я вмазал парню по затылку плоской частью клинка.

– И как? Вышло⁈ – крикнул я.

– Н-нет…

Выдохнув, я указал мечом в сторону выхода из комнаты.

– Вали отсюда.

Парень растерянно подобрал свой меч и побежал к выходу что было сил. Он даже не оглянулся.

Я сделал небольшой круг вокруг своей оси, глядя на аудиторию.

– Жалко Тобиаса, да? – я хмыкнул. – Скоро все вы будете на его месте. Если, бл*ть, не проснётесь наконец-то и не сделаете что-то. Но вы не сделаете.

Я бросил меч на пол и направился к Елене, которая стояла в дальнем углу комнаты и смотрела на происходящее с широко раскрытыми глазами.

Внезапно сзади кто-то начал хлопать. Я резко обернулся.

– Нет! – злобно прошипел я. – Даже не думай. Это не перформанс для вашего развлечения. И тебе только показалось, что ты просто понял его глубже, чем остальные, и проникся, – я сощурил глаза, но так и не понял, кто хлопает. – Кем бы ты там ни был. Вам всем крышка. И хотя бы немного, но это меня радует.

В зале воцарилась тишина.

* * *

– Что? – спросил я у Елены, когда подошёл к ней после боя. – Я поел рыбы. После рыбы меня всегда тянет на политику.

– Это было… – она хмыкнула, – очень тупо – или очень смело. Я пока не определилась.

Я пожал плечами.

Всё время, что я стоял рядом с девушкой, с меня не сводил глаз Люк Гресс. Никакого желания отгадывать, что он там от меня хочет, у меня не было, поэтому я просто жестом пригласил его подойти ко мне.

К моему удивлению, он встал и быстро направился к нам. Вот тебе и весь трёп про безродных.

– Я с тобой не согласен… Стерлинг, если не ошибаюсь, – он противно причмокнул. – Зачем пугать людей попусту?

– Я сказал всё, что хотел, – я махнул рукой. – Больше мне добавить нечего.

Мужчина улыбнулся.

– Хорошо. Ты выглядишь уверенным в себе парнем. Что же, я люблю ломать таких, как ты. Ты ещё юн и не понимаешь всей сложности нашего мира; я с удовольствием покажу тебе, что к чему… Если ты не побоишься.

– Да ну? И как же?

Гресс сцепил руки в замок.

– Я предлагаю тебе пари. Видишь ли, до меня донесли весточку, что у твоей дамы возник конфликт с женой господина Роттена. Она жаждет мести. Мы, аристократы, умеем стоять за своих. Поэтому предлагаю тебе вот что…

Я вздохнул и уставился на собеседника со скучающим видом.

– Если ты сможешь одолеть моего кандидата… моего сына в бою, то я буду тебе должен.

– А если нет?

– А если нет, то твоя дама пойдёт с ним на свидание, – он хищно улыбнулся. – Как тебе расклад?

– Свалил отсюда.

В моё время даже самым ничтожным должникам во всяких портах не позволяли играть на своих жён (хотя многие были бы и не против). Сам факт того, что Гресс подошёл ко мне с таким пари, говорил о его отношении ко мне всё, что нужно было знать.

И всё бы ничего, вот только…

– Да проще простого! – внезапно выпалила Елена с весёлым видом.

Я уставился на неё, широко распахнув глаза.

– Ты… сейчас серьёзно?

Она рассмеялась.

– Может, я просто верю в тебя.

– Значит, сделка, – весомо заявил Гресс – и тут же развернулся, видимо, побаиваясь, что я всё переиграю.

Я с претензией посмотрел на Елену.

– Не делай так больше.

– А ты мне кто? – хмыкнула девушка. – Не переживай. Всё будет хорошо.

В том, что я выиграю спор, сомнений у меня не было. А вот насчёт Елены – появились. Впрочем, хоть сколько-то ни было разгонять эту тему дальше желания у меня не было, а поэтому я закинул в рот ещё один бутербродик с рыбой и отправился заниматься своим любимым делом на таких мероприятиях.

Разведкой.

Ну или, как сказали бы недоброжелатели – подслушиванием трёпа аристократов.

Дело в том, что, пока Антон готовился ко второму бою, в помещении происходило что-то наподобие антракта. Друзья Тобиаса старались на меня не смотреть, большая часть аристократов тоже. Это мне было на руку.

Куда проще стать незаметным, когда тебя никто не хочет видеть. Я неторопливо ходил по залу и то тут, то там ловил обрывки разных разговоров. Кто-то обсуждал какие-то личные дела, кто-то возмущался моим выступлением, кто-то же и вовсе травил анекдоты, словно ничего и не произошло. Я уже думал закругляться и возвращаться к уничтожению фуршета, когда внезапно услышал кое-что любопытное.

Знакомый голос Гресса обсуждал что-то с тем мужчиной, которого Антон представил мне как Роберта, своего двоюродного брата, около комнаты для прислуги. Я встал за углом, так, чтобы меня точно не было видно.

– Со мной связывалась… другая сторона, – тихо прошептал Гресс. – Условия просто великолепные, но…

– Но страшно, Люк. Я понимаю, ты не один такой. Я тоже отказался.

– И тебе тоже предлагали? – хмыкнул Гресс. – Не сомневался. Предательство Родины тебе не к лицу, Роберт.

– Дело не в предательстве а в банальном чувстве самосохранения, – Роберт начал говорить ещё тише. – Предатели долго не живут, с любой стороны. Тебе это известно лучше меня.

Люк одобрительно «угукнул».

– Но, чтобы это понимать, нужно иметь немного мозгов, согласись. И если они приходили и к тебе, и ко мне…

– То довольно скоро они найдут кого-то достаточно тупого, чтобы согласиться на сладкие сказки…

Внезапно со стороны фуршета раздался вскрик, который заставил мужчин замолчать, а меня – быстро направиться обратно к Елене.

– Мечтай! – девушка гневно смотрела на щуплого парнишку, что стоял рядом с ней. А вот и сынок Гресса.

– Да ладно тебе, – он подмигнул ей.

Я был на месте уже через пару секунд.