Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-10".Компиляция. Книги 1-10 (СИ)"

Автор книги: Кейт Аткинсон

Соавторы: Юсси Адлер-Ольсен,Андреас Грубер,Кевин Джеттер (Джетер),Кэрол Гудмэн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 182 (всего у книги 241 страниц)

Глава 83

Сабина сидела в спортивном костюме на больничной кровати – со взбитой подушкой за спиной, положив ноги на одеяло. На тумбочке рядом с ней стоял поднос с остатками ужина: говядина, картофельное пюре и шоколадный пудинг. На коленях у нее лежал раскрытый журнал. Телевизор работал, но она выключила звук, потому что уже несколько минут задумчиво смотрела в пространство перед собой.

Она давно не получала известий от Снейдера и Марка – последний раз в обед, когда группа разделилась, чтобы отправиться на мусоросжигательный завод, автосвалку с прессом для металлолома и биогазовую станцию. «Дайте же наконец о себе знать!» Но она не хотела звонить Марку или Снейдеру, чтобы не мешать им во время расследования. Ей также не хотелось снова спрашивать о состоянии Виктора в польской больнице, просто чтобы убить время.

Пока она размышляла, зазвонил ее мобильный телефон. Звонок с неизвестного номера. Когда она ответила, то услышала сердитый голос Мийю.

– Привет, Мийю, все в порядке? Где вы сейчас?

– Я… я… – запиналась молодая женщина, а затем рассказала ей о самоубийстве Инки Лер на биогазовой станции, о ее последнем звонке Отто Йегеру, о его аресте и допросе в панельном доме и о следе, который привел к Эккехарду Леману.

Сабина все время слышала, как напряжена Мийю.

– Что не так?

Мийю рассказала ей о плане действий Снейдера, а затем и о своей собственной теории. Наконец Сабина поняла, что произошло. Мийю хотела пойти по другому следу, но ей никто не доверял.

– Так и есть – когда двое спорят, прав всегда Снейдер, – наконец вздохнула Сабина.

Она сама сталкивалась с этим раньше, когда они со Снейдером не всегда соглашались друг с другом. Но в конечном счете Снейдер обладал большим опытом и умением разбираться в людях. Более того, он никогда не любил раскрывать свои карты, принимая решения.

– Но вообще, – добавила Сабина, – то, что говорит Снейдер, действительно звучит вполне логично. Однако я удивлена, что он так легко отверг вашу идею. Обычно он открыт для нестандартных подходов и, по крайней мере, обдумывает их.

– Он обдумал. Но ему нужно было принять решение, и я убеждена, что он принял неправильное.

Сабина кивнула. Наверняка он находился в цейтноте и к тому же почти не спал последние пять дней.

– Что думает Пуласки?

– Он больше не с нами, – ответила Мийю. – У него чуть не случился нервный срыв на биогазовой станции.

– Значит, вы остались одни со своей теорией.

– Вдвоем – с вами, – сказала Мийю.

Сабина почувствовала, как по коже побежали мурашки. Теперь все зависело от нее. Она посмотрела в окно. Скоро будет смеркаться.

– Как вы думаете, где Леман может прятать девушку?

– Это должно быть место, которое никто с ним не ассоциирует.

Сабина кивнула.

– Да, хорошо… и что дальше?

– Место, куда обычно никто не забредает, – чтобы исключить риск, что кто-то случайно наткнется на заключенных.

Сабина снова кивнула.

– Итак, укромное место, которое не связано с Леманом и недоступно для других… Что еще?

– Символическое место, которое обязательно что-то означает.

Сабина нахмурилась.

– Почему вы так думаете?

– Потому что фирма с самого начала работала с символами, загадками и кодами, – ответила Мийю. – Три богини судьбы, Верданди, Скульд и Урд, код в газете, который что-то означает, и анаграмма Инка Лер.

– Верно, – размышляла Сабина, – Инка Лер и «АРЛЕКИН»… парк развлечений, который служит почтовым ящиком компании. – Внезапно она выпрямилась. – Это же заброшенное десятилетиями место!

– Точно, парк никому не принадлежит, и его никто не посещает! – воскликнула Мийю. – Девушка может находиться там. Но территория чертовски большая.

– Где вы сейчас?

– В Дрездене, в старом городе, в кафе «Меттерних».

– Приезжайте немедленно ко мне.

– К вам? Зачем?

– Чтобы забрать меня. Мы вместе едем в парк. Поторопитесь.

Сабина повесила трубку. Она свесила ноги с кровати и уставилась на белую стену напротив. Их умозаключение было лишь последовательностью предположений, не более. Но если Снейдер ошибался, было бы неплохо иметь альтернативу. В любом случае стоило попытаться поискать пропавшую Ясмин в парке «АРЛЕКИН».

Пока не приехала Мийю, был даже шанс немного подтвердить ее предположение. Сабина взяла мобильный телефон и позвонила в больницу во Вроцлаве. Прошло некоторое время, прежде чем нашелся сотрудник, который говорил по-английски и мог соединить ее со старшим врачом, дежурившим в отделении интенсивной терапии. Через несколько минут трубку наконец взял врач. За последние два дня она уже несколько раз говорила с ним по телефону; у него был молодой и приятный голос.

– Виктор все еще в коме? – спросила она по-английски.

– Я как раз направляюсь к нему. Он уже несколько часов в сознании.

– Действительно? Мне нужно срочно с ним поговорить!

– Это невозможно.

– Это действительно важно!

– Я знаю, что вы особый пациент для моих коллег в Дрездене, и я также знаю, через что вы прошли в Польше и что вы для нас сделали. Я очень хотел бы вам помочь, но боюсь, что Виктор не сможет говорить после операции, так как вы повредили ему гортань.

– Мы должны попытаться – всего несколько минут. Это действительно важно, – повторила она.

– Один момент…

Сабина услышала, как открылась дверь и заговорили по-польски. Что-то зашуршало – видимо, сдвинули пластиковую занавеску на карнизе. Наконец, после еще одного короткого обмена репликами на польском языке, она услышала хриплое дыхание.

– Shicham?[941]941
  Слушаю? (польск.)


[Закрыть]

От звука голоса Виктора волоски у нее на руках встали дыбом. Вернулись ужасные воспоминания о поездке в багажнике, о двух тюремных камерах в Польше, о допросе, ужасающей жажде и пытках.

– Это Сабина Немез… – сказала она по-немецки и подождала его реакции – которая пришла незамедлительно.

– Стерва… ты повредила мне… гортань, – с ненавистью прохрипел Виктор.

– Поверь мне, это наименьшая из твоих проблем, – перебила она. – Пока ты был в коме, БКА узнало, почему вы наняли VSU.

– Что… такое… VSU?

– Verdandi Skuld Urd. Летняя романтика! Пароль: Опус № 6 для скрипки, – помогла ему Сабина. – Ну что, припоминаешь? По вашему заданию эти люди похитили Хайнца Герлаха. Теперь мы поймали двух членов VSU, и арест третьего неизбежен.

Виктор молчал. Однако тот факт, что он все еще слушал и не бросил трубку, говорил Сабине, что ему, по крайней мере, стало любопытно – и, возможно, даже страшно.

– Теперь тебя и твоих дружков обвиняют не только в вымогательстве биткоинов, но и в убийстве.

– Для этого вам нужно… найти… тело… – высокомерно сказал Виктор.

Сабина хотела что-то сказать, но насторожилась. Тело? Почему он говорил только об одном трупе, а не о нескольких?

– Вы устранили Герлаха и его семью! – поправила она.

– Я ничего об этом не знаю.

– Виктор, мы говорим о нескольких убийствах – за это ты получишь как минимум двадцать лет.

– Ты блефуешь… на самом деле, у тебя… вообще ничего нет!

– Почему ты так думаешь? Потому что VSU гарантировало бесследное исчезновение тел? – спросила Сабина.

Виктор не ответил, поэтому она продолжила:

– Они утилизировали тела Герлаха и его жены на биогазовой станции в Рохлице.

Виктор молчал.

– В настоящее время идет откачка содержимого из третьего ферментера, – добавила Сабина.

– Дерьмо! – Виктор выругался. Внезапно его высокомерие исчезло. – Адриана предупреждала Герлаха, что с ним что-то случится, если он не остановится… Насколько мне известно, речь шла только о судье, но не о его семье!

Она задумалась. Утверждение Виктора звучало правдоподобно. Но если это было действительно так, то Ясмин, возможно, похитили не по ошибке вместо Хэтти, а эксофицеры Штази просто забрали с собой всех нежелательных свидетелей и думали, что поймали Хэтти, – таким образом оказали несогласованную дополнительную услугу. Это делало всю ситуацию еще более трагичной.

– Зачем… ты… звонишь? – наконец прохрипел Виктор.

Она буквально слышала, как каждое слово причиняло ему боль.

– Сколько вы заплатили за эту работу? Стандартные 500 000 евро?

Виктор молчал, но продолжал слушать.

– Как и где производилась оплата VSU?

– Я больше ничего не скажу.

Сабина внутренне улыбнулась. Судя по всему, оплата уже была произведена.

– Вам разрешили увидеть жертву похищения до того, как вы заплатили?

Виктор молчал.

Сабина понизила голос:

– Герлах и его жена были убиты сегодня утром, девушка, возможно, еще жива. Если ты поможешь мне ее найти, я замолвлю за тебя словечко в немецкой прокуратуре.

Он глухо рассмеялся.

– Как ты хочешь… мне помочь? – прохрипел он.

– В конце концов, я несколько дней была вашей заложницей и многое видела. Например, что Адриана и Пётр заставили тебя участвовать – и что ты не имел никакого отношения к моему похищению и похищению Герлаха, – предложила она, и буквально услышала, как Виктор зашевелил извилинами.

– Это звучит очень заманчиво… но Адриана, Пётр и Бартош… будут утверждать… обратное.

– Все трое мертвы, они не пережили моего освобождения с фермы. Из главарей группы остался ты один. Но это знаем только мы с тобой. И я могу молчать.

– Откуда мне знать… что ты действительно… сдержишь слово?

– Я всадила нож Бартоша тебе в горло. Я уже лично отомстила тебе, грязный ублюдок. Ты мне больше не интересен – я просто хочу спасти жизнь девушки. Так ты ее видел?

– Нет… – простонал Виктор. – У нас есть только фотографии Герлаха… Но я знаю… где Адриана… передала деньги.

– Откуда ты это знаешь? – надавила она.

– Я сам ее туда отвез.

– Она не могла поехать самостоятельно?

– Да… но с такими деньгами… не захочется путешествовать в одиночку.

– И куда ты ее отвез?

– В заброшенный парк развлечений в Дрездене.

– В парк «АРЛЕКИН» на Рододендрон-парк-аллее? – подсказала Сабина.

– Да.

«Наконец-то», – подумала Сабина, но тут же подавила свой энтузиазм.

– А именно? – Она подтянула к себе ноутбук и здоровой рукой набрала поисковый запрос, зажав телефон между щекой и плечом.

Виктор глубоко вздохнул. Похоже, он боролся сам с собой.

«Ну давай же! Не усложняй мне задачу».

– Рано или поздно другие программисты, арестованные польской полицией, тоже заговорят, – заявила Сабина. – Только умные действуют сразу, а дураки спохватываются в конце. – Она помолчала. – Виктор, не будь дураком. Я предлагаю тебе сейчас эту возможность.

– К башне с горкой… – наконец сказал он.

– К башне с горкой? – недоверчиво повторила Сабина, увеличивая 3D-изображение парка развлечений в Гугле. Действительно, в центре комплекса стояла башня в форме Арлекина со спиральной открытой горкой.

– Да… – простонал Виктор, – именно туда Адриану вызвали с деньгами… Я больше ничего не знаю… даже… фактическую сумму гонорара…

– Хорошо, – быстро сказала Сабина, услышав, как на заднем плане доктор заговорил по-польски немного громче. Видимо, разговор длился уже слишком долго. – Мы закончили. Теперь тебе остается лишь надеяться, что мы найдем девушку живой.

– Подожди… – прохрипел Виктор.

– Что?

– Насчет моего процесса и твоих показа…

«Да пошел ты!» Она повесила трубку, закрыла ноутбук и вылезла из кровати. Мийю скоро появится здесь.

Сабина надела кроссовки и завязала шнурки, что было нелегко с перевязанной рукой. Затем подошла к шкафу. Внутри висела черная ветровка, которую сестра привезла ей из Мюнхена. Когда она боролась с рукавом, в дверь постучали.

– Войдите, – вздохнула Сабина.

Мийю вошла в палату и огляделась.

– Вы еще не готовы?

Сабина с трудом надела куртку и неловко застегнула ее. Мийю и не подумала помочь ей.

– У вас есть табельное оружие? – спросила Сабина.

Мийю коснулась бедра под курткой и кивнула.

– Хорошо, когда мы сейчас выйдем из палаты, не поедем на лифте, а спустимся по лестнице, – объяснила Сабина. – И ни слова ни одному врачу или медсестре, которых мы встретим.

– Почему?

– Я не хочу без необходимости усложнять свою досрочную выписку. – Сабина заметила по выражению лица Мийю, что та не поняла, что имелось в виду. – Не важно! Марку тоже ни слова, если он позвонит, – предупредила ее Сабина. – Он не хотел бы, чтобы я пошла с вами.

– Почему нет?

– Потому что он беспокоится.

– О чем?

«О боже, Мийю!» Сабина достала из шкафа кепку, заправила под нее волосы и надвинула кепку ниже на лицо.

– Ладно, забудьте о причинах, просто сделайте так.

– Но я…

Сабина подняла руку. Мийю была утомительной, но ее бесчувственная натура имела и свои преимущества. В конце концов, она преследовала только одну цель: раскрыть это дело.

– Просто сделайте так, – повторила Сабина, закрывая шкаф. – Вы умеете водить?

Мийю покачала головой:

– У меня нет ни машины, ни водительских прав.

Отлично!

– Но я уже нашла решение этой проблемы, – добавила Мийю.

Сабина выключила телевизор и посмотрела на дверь. В комнату вошел мужчина.

– Я отвезу нас в парк, – сказал Пуласки.

Глава 84

Снейдер и Марк достигли Лошвица, когда уже стемнело. Незадолго до этого Мийю, не сказав ни слова, просто выскочила из машины, когда они остановились на красный свет на окраине старого города. Видимо, ей нужен был перерыв, чтобы снизить сенсорную перегрузку последних нескольких дней. Тоже хорошо. В настоящий момент у Снейдера не было времени этим заниматься.

Вскоре они остановились перед виллой Эккехарда Лемана, которая в реальной жизни выглядела еще более впечатляюще, чем на снимке со спутника. Здание с его идеальной изгородью из роз, круглой башней и остроконечной крышей напоминало небольшую, но прочную крепость.

Вызванная полиция уже прибыла на место. Всего было задействовано три автомобиля и черный микроавтобус, за которым отряд спецназа из семи человек ждал команды начать атаку. Снейдер выскочил из машины и побежал к руководителю операции. Бедро снова заболело, но он старался не обращать на это внимания, поскольку цель была уже так близко.

– Снейдер, – запыхавшись, сказал он. – Задняя часть дома тоже заблокирована?

– Да, мои люди сзади и по бокам, – ответил мужчина. – Дома никого нет.

Ну это мы сейчас увидим.

– Откройте входную дверь.

– У нас есть ордер на…

– Пока нет, но есть серьезные подозрения, что владелец удерживает в плену девушку. – «Если нам повезет, – мысленно добавил Снейдер. – А если нет, то мы найдем только ее тело».

– Вы слышали? – крикнул мужчина своим коллегам и поднял руку.

– Откройте дверь. Если можно, без тарана.

Отряд прошел через сад, и пока мужчины с тяжелым орудием ждали позади, техник опустился на колени и вскрыл замок. Не прошло и минуты, как массивная дверь была открыта. В тот же момент раздался пронзительный вой сирены.

– Проклятье! – выругался руководитель операции.

– Насколько я могу оценить владельца, сигнализация точно не подключена к ближайшему полицейскому участку, – пытался перекричать сирену Снейдер. – Зачистите прихожую, затем отправьте техника, чтобы он отключил электричество!

Вскоре шум стих. Тем временем полицейский спецназ ворвался в дом и начал обыскивать все комнаты от подвала до чердака. Снейдер и Марк, оба в бронежилетах, присоединились к бойцам. Не прошло и пяти минут, как командир спецназа вставил пистолет в кобуру, снял шлем и направился к Снейдеру с опущенными плечами.

– Мы не нашли девушку.

– А в башне?

– Это просто фикция. Снаружи выглядит красиво, но внутри ничего нет, только строительные леса.

– Дерьмово! – выругался Снейдер, массируя виски. Ему хотелось пнуть стену или – что, вероятно, помогло бы еще больше, – стрелять по стеклянным витринам, книжным полкам, картинам, дизайнерской мебели и скульптурам, пока магазин не опустеет. – У вас, случайно, нет с собой лакричных леденцов? – спросил он вместо этого.

– Что? Нет… – Мужчина раздраженно посмотрел на него. – Однако мы обнаружили в подвале человека.

– Лемана?

– Нет.

– Труп?

– Тоже нет.

– Кого же тогда, черт вас побери?

– Посмотрите сами – боюсь, вам не понравится.

Снейдер жестом пригласил Марка следовать за ним. В сопровождении двух сотрудников полиции они спустились по лестнице в подвал. Уже на пути вниз Снейдер почувствовал запах расплавленного металла. В конце ступенек была приварена толстая белая защитная дверь. За ней располагалась полностью меблированная, элегантная квартира с мраморными полами, занимающая весь подвал, – со спальней, гостиной и читальным залом, современной миникухней и безбарьерной душевой кабиной. Узкие световые люки даже пропускали в комнаты немного света из сада.

Очень тихо играла музыка – по стилю произведение напоминало концерт Вивальди. И хотя работал кондиционер, в воздухе стоял сильный запах туалетной воды, который ассоциировался у Снейдера с пожилыми мужчинами лет восьмидесяти, – аромат, который не соответствовал изысканному стилю этой квартиры и безуспешно пытался замаскировать запах старости, плохих зубов и… да, мочи тоже. Снейдер вскоре понял причину. В темной нише, между книжным стеллажом и торшером, на низком стуле кто-то сидел. Седой, почти лысый мужчина, который теперь поднял руку и потянул за шнурок выключателя торшера.

Энергосберегающая лампочка постепенно становилась ярче, и ей потребовалось некоторое время, чтобы разгореться в полную силу. Теперь выяснилось еще больше подробностей. Старик сидел не на стуле, как первоначально предполагал Снейдер, а в инвалидной коляске. Он вытолкнул себя дрожащими руками из ниши и медленно покатился к Снейдеру.

– Боже мой! – воскликнул Марк, увидев его.

Мужчине было далеко за девяносто. Он был бледен как смерть, словно провел последние несколько десятилетий исключительно в этой подвальной квартире. «Заключенный? Нет!» – подумал Снейдер и внезапно осознал правду, увидев морщинистые, тонкие руки мужчины. На одном пальце был массивный перстень с зеленым малахитом в форме головы игуаны.

– Полковник доктор Гётц Хильдебрандт? – спросил Снейдер.

– С кем имею удовольствие? – прохрипел старик искаженным электронным голосом. Видимо, у него больше не было гортани и голосовых связок. Вместо этого – искусственное отверстие в горле с трубкой, через которую он хрипло дышал, а также голосовой протез. На носу сидело пенсне. Линзы были испачканы, а носовые упоры оправы уже глубоко врезались в воспаленную кожу. Сидевший перед ним старик был скорее мертв, чем жив.

– Я знал, что день будет ужасным, – пробормотал Снейдер, – но на вас не рассчитывал.

– Я заботился о безопасности этой страны и поддерживал ее функционирование, когда вы и ваши коллеги еще гадили в подгузники. – Полковник Хильдебрандт прижал палец к фильтру в гортани, чтобы его было слышно, когда он говорил. Другой рукой он принялся теребить пуговицы на кардигане, но не смог их расстегнуть.

– Что, давит? – спросил Снейдер.

– Скоро вам будет не до смеха…

– Я полагаю, вы живете здесь в своем личном изгнании уже больше двадцати лет, – предположил Снейдер. – С тех пор, как в вас стреляли в Ростоке и вы были объявлены в розыск, верно?

– Вы говорите так, будто я заключенный, – сказал старик дребезжащим голосом.

Снейдер бросил короткий взгляд на Марка, который поморщил нос, затем снова посмотрел на полковника.

– Разве нет?

– Я… – прохрипел Хильдебрандт, – сколько мог боролся с классовым врагом.

– В этом подземелье? Запертым от остального мира?

– После падения Стены мы держались вместе, заботились друг о друге и продолжали борьбу. Моя группа никогда бы меня не бросила. – Глаза Хильдебрандта наполнились слезами. – Мы семья, мы живем и умрем вместе.

В каком-то смысле он все равно был пленником – а что еще могли с ним сделать Леман и его сообщники? Даже с фальшивой личностью такой человек, как Хильдебрандт, не смог бы продолжать жить – не привлекая внимания и, прежде всего, не будучи узнанным – в каком-либо доме престарелых.

– Мы всегда…

– Вы называете эту великолепную виллу борьбой с классовым врагом? – перебил его Снейдер.

– Не перебивайте меня! – закричал Хильдебрандт, затем продолжил с трудом продвигаться вперед. Либо пули, полученные им в Ростоке, парализовали его, либо он был уже настолько слаб, что не мог стоять на ногах. – Этот дом был всего лишь фасадом, нашим прикрытием.

Снейдер нахмурился.

– Вам я даже верю, но Леман – лицемер. – Он указал вверх. – Он жил над вами в настоящей роскоши.

– Вам не удастся вбить клин между нами. – Хильдебрандт подъехал в своей инвалидной коляске на метр ближе. – Знаете ли вы, что социализм – это противоположность тому, что мы сейчас переживаем в Германии? Тогда у нас было бесплатное образование и детские сады, гарантированные рабочие места, достаточный доход, низкая арендная плата и никакой конкуренции, которая все разрушает. – Он ненадолго убрал палец с фильтра, чтобы перевести дыхание. – Я знаю, что вы сейчас возразите. Но у нас практически не было преступности, и мы также считались литературным центром. Наши…

– Где Леман? – спросил Снейдер.

– Наши теплые воспоминания о ГДР многое говорят о том проекте нового, справедливого общества. И мы навсегда останемся верны этому делу, потому что…

– Где похищенная девушка? – прервал его Снейдер.

Хильдебрандт криво усмехнулся.

– Вам бы хотелось это узнать. Но сначала вы должны выслушать, что я скажу.

– Я ничего не должен выслушивать! – Снейдер наклонился к нему, оперся на подлокотники и понизил голос: – Я самый неподходящий собеседник для обсуждения преимуществ и недостатков ГДР. То, что вы хотите мне рассказать, – это внутреннее дело немцев, о котором я не берусь судить, потому что вырос в Нидерландах. – Восточные или западные немцы – Снейдеру было все равно. Единственное, что имело для него значение, – это тот факт, что Хильдебрандт был убийцей, которого он поймал. – Где Леман и девушка?

Хильдебрандт широко ухмыльнулся; его глаза слезились.

– Мы подозревали, что приедет полиция… поэтому Леман уехал.

– Куда? Чтобы сделать что? Уничтожить следы? Выполнить заказ до конца? – допытывался Снейдер.

– Заказ? – повторил Хильдебрандт, улыбаясь. – Все давно сделано.

Сердце Снейдера похолодело.

– Девушка еще жива?

Хильдебрандт пожал плечами.

– Всего лишь ненужная свидетельница… досадный сопутствующий ущерб.

– Что?

– Мы работаем исключительно успешно уже тридцать лет. Ни тел, ни свидетелей. Будет чертовски сложно доказать что-либо относительно нас.

– Я даже не уверен, что вы вообще понимаете, какая вы ничтожная мразь. – Снейдер замолчал. – Куда направился Леман?

– К девчонке. Я скажу вам куда. Может, она еще жива. Вам нужно поторопиться. Но сначала я хочу поговорить с главным прокурором. Я требую особых условий содержания. Я подготовил список, который… – Он снова принялся теребить пуговицы на своем кардигане.

– Никакого прокурора! Единственный человек, которого вы сегодня увидите, – это судья, который бросит вас в камеру.

– Я для тюрьмы уже не гожусь.

Снейдер проигнорировал это заявление.

– Где девушка?

– Сначала главный прокурор.

– Нет.

– Тогда идите вы на…

Снейдер оторвал руку Хильдебрандта от трубки и прижал свой указательный палец к фильтру в горле, чтобы перекрыть подачу воздуха в трахею.

– Где девушка? – прошипел он.

Лицо Хильдебрандта мгновенно стало темно-красным. По его щеке скатилась слеза.

– Вам придется… пытать меня, чтобы… это узнать, – беззвучно выдохнул он. – Снейдер видел только, как шевелились его губы. – Пытать до смерти… сердце слабое… Сделайте мне одолжение… пожалуйста! – Хильдебрандт поднял руки, схватил ладонь Снейдера и сильнее прижал ее к своему горлу. Затем закрыл глаза.

Снейдер отстранился и убрал палец, после чего Хильдебрандт рефлекторно втянул ртом воздух.

– Арестуйте этого человека и уберите его с моих глаз, – с отвращением потребовал он.

Полицейские были шокированы, но, не комментируя произошедшее, подошли к инвалидной коляске с хрипло кашляющим Хильдебрандтом и покатили ее к лестнице.

– Удачи в ваших поисках… – ухмыльнулся он, прежде чем исчезнуть.

С напряженным выражением лица Снейдер уставился в пространство, затем мрачно посмотрел на Марка. Он не собирался объяснять ему, что не ведет переговоров с такими типами, как Хильдебрандт. Тут зазвонил его мобильный. Это была Сабина Немез. Еще и это! Что она от него хотела?