Текст книги ""Зарубежный детектив 2026-10".Компиляция. Книги 1-10 (СИ)"

Автор книги: Кейт Аткинсон

Соавторы: Юсси Адлер-Ольсен,Андреас Грубер,Кевин Джеттер (Джетер),Кэрол Гудмэн
сообщить о нарушении

Текущая страница: 101 (всего у книги 241 страниц)

Джексон размышлял, стоит ли показаться Кристал на глаза, и тут вдруг случилось светопреставление.

Гарри вынес Карри на улицу, Кристал отперла «эвок». Гарри забрался на заднее сиденье – пристегнуть сестру в детском кресле. Кристал хотела, чтоб Гарри поехал с ними, но он сказал:

– У меня вечернее шоу, я не могу пропустить.

– Слушай, это, вообще-то, не вопрос жизни и смерти, – сказала Кристал.

Лучше бы он поехал с ней. Сейчас важнее всего защищать Карри, но Гарри ведь тоже надо защищать, правильно? Он все-таки еще ребенок. Кристал понятия не имела, что будет делать, но знала, чего делать не будет, – она не пойдет в суд и не станет рассказывать о прошлом. Что, ее детям потом с этим пятном жить? Держи рот на замке, Кристина.

Впрочем, она больше ни в чьей игре не пешка. Этому ее, понятно, тоже научил друг судьи, шахматист сэр Гав-Планкетт. В эндшпиле пешка может обернуться королевой. Кристал подозревала, что уже разыгрывается эндшпиль, – она только не знала, кто противник.

Кристал открыла дверцу водителя, и тут-то все и случилось. Двое мужиков, здоровых и мускулистых, подбежали, совершенно ее ошарашив, и один заехал ей кулаком в лицо.

Тут включился вин-чун, Кристал вскочила и пару раз заехала мужику в ответ, но тот был все равно что Рэмбо. Секунда – и все позади, а Кристал валяется на земле. Мужик, который ей врезал, уже сел за руль, а другой захлопнул дверцу со стороны Гарри – при этом Гарри внутри, не говоря уж о Карри, – и нырнул на пассажирское сиденье. Они умчались, пижонски скрежеща покрышками, – и в мгновение ока вся жизнь Кристал исчезла дальше по дороге.

Кристал опять поднялась и кинулась следом, но толку-то? Как ни бегай, «эвок» не догонишь. Она разглядела, как Гарри, потрясенно распахнув рот, смотрит в заднее стекло. «Его личико», – подумала она, и сердце скрутило каким-то катаклизмом.

Из ниоткуда возник Джексон Броуди. Таскался за ней целый день. Он что думал – она не заметит?

– Вы нормально? – спросил он.

– Мою машину только что угнали, а в ней мои дети, так что нет, ничего нормального не вижу. Что ж вы, блядь, за шериф такой? Где ваша машина?

– Моя машина?

– Да, блядь, ваша машина. Надо за ними.

En famille[741]741
  В кругу семьи (фр.).


[Закрыть]

– Миссис Меллорс? Я детектив-констебль Ронни Дибицки, а это детектив-констебль Реджи Дич. Можно зайти и поговорить с мистером Меллорсом? Он дома?

– Нет, боюсь, он уехал. Называйте меня Софи, – предложила она, выставляя ладонь для рукопожатия. – Что-то не так? Это из-за его нынешнего дела? – прибавила она – воплощенная супружеская поддержка.

– Ну как бы… – сказала Реджи.

Софи Меллорс оказалась замечательно сложенной и вежливой дамой за сорок. Высокая, в изящном платье, на скромных каблуках и вся, с ног до головы, пятидесяти оттенков нежного, от карих глаз до медового платья и карамельных туфель. Дорогих туфель. Реджи всегда первым делом смотрела на обувь. По обуви о человеке многое понятно. Это ее Джексон Броуди научил. Реджи была бы рада с ним повидаться, невзирая на приступ неприязни, который пережила, увидев его на утесах. Вообще-то, она ужасно хотела поболтать с Джексоном Броуди. Был у нее краткий период, когда она прикидывалась его дочерью, и ей понравилось.

– Заходите, будьте добры, – сказала Софи.

«Обходительная» – вот какой ей подойдет эпитет, решила Реджи. Такие платья вроде бы называются «чайные». Хоть сейчас на садовый пикник. Реджи вспомнила растрепанную Бронте Финч в трениках – как та скармливала им клубничные тарталетки. Только мелкие животные.

Софи Меллорс провела их в громадную кухню – некогда, вероятно, живое сердце фермы. Реджи вообразила, как за этим огромным столом сидят работники – ужинают после сбора урожая или жуют горячий завтрак перед ягнением. Стол ломится от окороков и сыров. Желтые желтки яиц только что из-под кур, клюющих корм во дворе. О фермерстве Реджи не знала решительно ничего – разве что из всех профессий у фермеров один из самых высоких процентов самоубийств, поэтому, видимо, там не сплошь окорока и ягнята, а в основном слизь, и грязь, и тревоги. Короче, фермерство здесь давным-давно выветрилось: кухня дома под Молтоном – праздник дорогой техники и сработанных на заказ шкафчиков. На столешнице лазанья под пищевой пленкой ждала отправки в «Агу». Плита «Ага», знамо дело, тоже была – от подобной женщины меньшего и не ожидаешь.

– Ничего срочного, беспокоиться ему не о чем, – сказала Ронни. – Мы подняли давнее дело – бывшие клиенты мистера Меллорса. Мы подумали, он сможет предоставить нам некоторую информацию. Вы не знаете, где ваш муж?

– Прямо сейчас? Честно говоря, понятия не имею, но обещал вернуться к ужину. – Софи Меллорс покосилась на лазанью, словно у той могли быть соображения касательно пунктуальности мистера Меллорса. – Ида сегодня полдня ломает Баттонса, и Стив обещал поесть с нами, когда она вернется. En famille, так сказать.

«Ида сегодня полдня ломает Баттонса». Реджи не представляла даже, как подступиться к переводу этой фразы. Надо полагать, Баттонс не имеет отношения к Золушке[742]742
  Баттонс – персонаж музыкальных представлений по мотивам сказки о Золушке, слуга в ее доме, Золушкин друг, безответно в нее влюбленный; роль, как правило, комическая.


[Закрыть], а «ломает» не касается компьютеров. Сай взломал глобальную корпорацию, производителя газировки, чье название – второе самое узнаваемое слово в мире. Ну и понеслась.

– Вы его подождете? – спросила Софи Меллорс. – Хотите кофе или чаю? – (Они хором отказались.) – Или вина? – прибавила она, кивнув на бутылку красного, терпеливо стоявшую на столешнице.

– При исполнении – нет, спасибо, – чопорно ответила Ронни.

Вино уже открыли. Это оно дышит, подумала Реджи. Все на свете дышит так или иначе. Даже неодушевленные камни – просто нам тонкости слуха не хватает расслышать.

Ронни слегка пихнула ее локтем и шепнула:

– Вызывает планета Земля, прием.

– Ага, – вздохнула Реджи. – Слышу вас хорошо.

В кухню ворвался мальчик-подросток – молодая энергия, тестостерон через край. В заляпанной грязью форме для регби, помятый и побитый после игры.

– Мой сын Джейми, – со смешком представила его Софи, – прямо с поля боя.

Реджи почти не сомневалась, что это цитата из «В ожидании героя». В студенческие годы и по пьяни у Реджи не имелось возражений против караоке. Аж больно, до чего давно это было.

– Хорошо поиграли? – спросила Софи.

– Ага, нормас, – сказал он.

– Это полицейские, им надо поговорить с папой.

Пацан вытер ладони о шорты и пожал руки им обеим, а Софи спросила:

– Ты не знаешь, где он? Он сказал, что к ужину вернется.

Пацан пожал плечами:

– Без понятия, но… – Он достал телефон и прибавил: – Он же есть в «Найти друзей». Посмотри – может, уже едет?

– Ой, точно, умница, – сказала Софи. – Я бы и не вспомнила. Мы все там есть, но я только иногда проверяю, где Ида. Искать мужа – это как-то… – Она опять уставилась на лазанью, словно та подскажет уместное слово. – Назойливо, – в конце концов решила она. (Ронни явственно вздохнула. Софи Меллорс – многоречивая женщина. И она еще не закончила.) – Все равно что чужие СМС или письма читать. Как будто не веришь, что с тобой будут честны. Все имеют право на личную жизнь, даже мужья и жены.

– Да, понимаю, – сказала Реджи. Реджи, которая, когда ее бросил Сай, одержимо следила за ним по трекеру, где они оба зарегистрировались, не говоря уж о «Фейсбуке», «Инстаграме» и вообще всех сайтах, где он мог появиться в своем обезредженном будущем. – Без доверия никуда, – кивнула она.

– Вот у нас Ида, – с нежностью сказала Софи, показывая на зеленую точку у Джейми на телефоне; точка двигалась к дому. – Почти приехала. Ее подвозит мама подруги. Мы по очереди.

– А вот папа, – сказал Джейми, тыча в красную точку.

Все четверо вперились в экран.

– По-моему, мистер Меллорс заехал в какую-то глушь, – заметила Ронни. – И там стоит.

– Это просто поле, – бодро пояснил Джейми. – Он часто туда ездит.

– Правда? – переспросила Софи, и по ее лицу летним облачком скользнула легчайшая гримаска.

– Ага, – сказал Джейми.

– И ты никогда не интересовался, что он там делает? – спросила Ронни, запустив бровь в полет.

Пацан снова пожал плечами и с замечательным отсутствием подросткового любопытства ответил:

– Нет.

– Может, медитирует, – весело предположила Софи.

– Медитирует? – переспросила Ронни, чьи брови уже выходили в открытый космос.

– Да, он медитирует. Ну, знаете – осознанность.

Снаружи подъехала, затем укатила прочь машина, а спустя несколько секунд Софи сказала:

– О, вот и Ида, – и просияла маленькой, довольно надутой девочке, мрачно ввалившейся в кухню.

На девочке были бриджи, в руке шлем для верховой езды. Всех присутствующих, включая лазанью, девочка наградила хмурой гримасой. Видимо, догадалась Реджи, дочери семейства не досталось галантного гена прочих Меллорсов.

– Хорошо было? – спросила ее Софи.

– Нет, – проворчала Ида. – Ужасный день.

Понимаю тебя, сестрица, подумала Реджи, прекрасно тебя понимаю.

– Ты же в курсе, что это за поле, да? – сказала Реджи, когда они с Ронни вернулись в машину.

– Старая трейлерная стоянка Кармоди?

– Бинго.

– Поехали глянем, – может, он еще там, – сказала Ронни. – В каком смысле «ломает»?

– Понятия не имею. Вообще-то, я знаю не всё.

– Да всё ты знаешь, вот не надо.

Ангел Севера

Они ехали на юг, отслеживая маяк надежды – координаты Гарри – на телефоне Кристал. За Вифлеемской звездой никто не следил так истово.

– Это мне Гарри поставил приложение, – пояснила Кристал. – Семейное – я вижу его, он видит меня. Я особо не смотрю, а Гарри о таких вещах переживает – наверное, после мамы. Ее не могли найти дня два. Ему непременно надо знать, где все. Он как пастушья собака.

– Я тоже, – сказал Джексон.

Всю поездку сигнал мигал, исчезая с радаров и возникая вновь, и Кристал следила за ним, сжимая телефон, словно могла спасти сигнал от полного исчезновения чистым усилием воли.

На щеке у нее уже проступал здоровенный синяк. Синел и чернел – через пару часов будет шикарнейший бланш. Пару раз она схлопотала жестко, но без борьбы не сдалась – на адреналине, вероятно. Отплатила почти сполна, парой ударов а-ля ниндзя, на раз-два, и локтями работала грамотно – где-то, видимо, научилась. Кристал – амазонка, но, увы, ее противник был боевая машина. Похоже, бывший военный, думал Джексон, подбегая к месту потасовки. Опоздал, увы. Все заняло считаные секунды, и к тому времени, когда Джексон взял след, мужик сбил Кристал наземь, вырвал у нее ключи от «эвока» и уже уматывал по дороге. Что ж вы, блядь, за шериф такой?

Кристал опустила солнечный козырек и глянула на себя в зеркальце. Сняла накладные ресницы – и поморщилась, отдирая их от потемневшего века. У нее и свои ресницы прекрасные, отметил Джексон, можно было ничего к ним не добавлять, но что смыслит луддит?

– Во уродина, – буркнула Кристал зеркальцу и достала из сумки очки. – Ни хера без них не вижу, – сказала она. Куда подевалась женщина, которая так старалась не ругаться? – А эта скотина разбила мне солнечные с диоптриями.

Судя по всему, похищенные дети побивали тщеславие. Рядом с Джексоном сидела не та женщина, которую он впервые увидел каких-то несколько часов назад. Ее словно постепенно разнимали на части – даже волос у нее вроде бы стало меньше, хотя непонятно, как такое может быть. Джексон не удивился бы, если б дальше она отстегнула деревянную ногу.

– В багажнике есть аптечка, если хотите, – сказал он. – Можем остановиться.

– Нет. Едем дальше. Обойдусь. – От тревоги она практически озверела. – Хотите я поведу?

Джексон откликнулся безмолвным презрением, какого и заслуживал этот вопрос, а взамен сознался:

– Я подглядел в конверт у вас на машине. Видел фотографию вашей дочери и записку. «Держи рот на замке». То есть не говори о чем?

– Всякие люди вопросы задают, – невнятно ответила она.

– Кто? Какие люди?

Она пожала плечами, не отводя глаз от телефона.

– Полиция, – неохотно пояснила она после паузы. – Полиция задает вопросы.

– Про что?

– Про всякое.

Джексон пережил немало натужных бесед с Натаном и знал, что тут можно только упорствовать.

– А вам самой вопросы задавали?

– Нет, – сказала Кристал. – Не задавали.

– А вы бы ответили? Если бы вас спросили?

Загадочная – не то слово. Джексон покосился на нее, и она сказала:

– Следите за дорогой.

– А вы знаете, о чем они спрашивают?

Она опять пожала плечами. Это, видимо, и означает держать рот на замке.

– Они только что проехали поворот на Рейтон-Гэп, – сообщила она, глядя в телефон.

– А человек в серебристом «БМВ», – не отступил Джексон, – и люди, которые увезли ваших детей, – они друг с другом связаны, не знаете?

А как иначе-то? Одни за тобой следят, другие похищают твоих детей? Больно навязчивое совпадение, нет? Перед глазами кратко моргнул портрет Рики Кемп. У меня есть очень неприятные знакомые.

И кто его знает, – может, есть еще третий человек, который оставляет записки с угрозами. Кое-какие серые клеточки грохнулись в обморок от усилия понять, и остальные серые клеточки приводили их в чувство, обмахивая платочками.

– Ну-у… – сказала Кристал.

– Что «ну-у»?

– Они как бы связаны, но как бы и нет.

– А, замечательно, картина сильно прояснилась. Кристально просто. Они работают тандемом? Все эти люди? Они хотя бы знают друг о друге? Что вы такого сделали, господи боже мой, – почему все это на вас свалилось?

– Одни вопросы у вас, – сказала Кристал.

– А давайте у вас будут ответы? – сказал Джексон. – Или можем заехать в полицию, как уже давным-давно поступил бы любой разумный законопослушный гражданин, у которого украли детей.

– В полицию я не пойду. Я не поставлю под удар своих детей.

– Мне кажется, дети и так под ударом.

– Лишнего не надо. И вообще, откуда мне знать, – может, тут полиция и замешана.

Джексон вздохнул. Хотел было поспорить – ему сейчас не до теорий заговора, – но в этот момент телефон у Кристал в руке блямкнул сообщением.

– Господи, – сказала она. – Это Гарри. Нет, не Гарри, – поправилась она и в отчаянии тихо застонала. Показала Джексону телефон – на фотографии разгневанный Гарри обнимал Карри. – Текст тот же, – упавшим голосом прибавила Кристал.

– «Держи рот на замке»?

– И продолжение.

– Какое продолжение?

– «Держи рот на замке, а то больше не увидишь своих детей живыми».

На вкус Джексона, перебрали с мелодрамой. Похитители, которые взаправду берут заложников, встречаются редко – разве что террористы или пираты, что в данном случае маловероятно. А похитители, которые убивают заложников, встречаются еще реже. Заурядные, они же стандартные похищения совершаются ради денег или опеки, а не для того, чтобы кто-то молчал (и кому на свете взбредет в голову по доброй воле взять на себя заботы о трехлетке?), однако сейчас выкупа не требовали, вообще ничего не просили. Только запугивали. Коза ностра какая-то. Может, Кристал в программе защиты свидетелей?

– А ваша подруга?

– Какая подруга?

– К которой вы сегодня ездили. Которая живет над букмекерами. Она тоже в эти ваши игры играет, с вопросами без ответов?.. Ответа она снова не дала, – пробормотал Джексон, поскольку Кристал продолжала молча смотреть в телефон. А затем он произнес то, что на текущем этапе произносят все хорошие телеполицейские – Балкер особенно любил эту реплику: – Если хотите, чтоб я вам помог, придется рассказать мне все.

– Некрасивая история.

– Да где ж красивые-то взять?

История и впрямь была некрасивая. Долгая извилистая повесть, и за ней они доехали до самого мыса Флэмборо.

По дороге к мысу оба молчали. Джексон размышлял об утесах – очень высоких утесах – и подозревал, что Кристал думает о том же. Похищенных детей в такие места не возят. Мыс Флэмборо весьма популярен среди самоубийц, а со скал, откуда люди прыгают, сталкивать тоже удобно. В голове у Джексона всплыла картинка – Винс Айвс падает с обрыва.

На мысу были маяк и кафе, а больше особо ничего не было, но почти четверть часа назад маячок Гарри остановился здесь. На стоянке несколько машин. Туристы приезжали сюда бросить вызов ветрам и полюбоваться видом.

– Вроде они в кафе, – сказала Кристал, глядя в телефон.

В кафе их, конечно, ни следа. Вероятность вот так запросто наткнуться на похитителей, которые жуют поджаренные булочки и сдают детей без боя, стремилась к нулю, но Кристал уже мчалась на мужика, спиной к ним сидевшего за столом над кружкой.

Мужик, мягко говоря, удивился, когда Кристал без объявления войны стиснула ему шею захватом. Содержимое кружки – в которой, увы, был томатный суп – залило все вокруг, но в основном ему штаны.

Когда Джексону удалось отодрать Кристал от мужика – хватка у нее, что у боа-констриктора, – она ткнула пальцем в мобильный на столе. С кастомным чехлом, на котором Джексон разглядел фотографию Кристал и Карри – притиснувшись друг к другу щеками, они улыбались фотографу (Гарри, вероятно).

– Это телефон Гарри, – избыточно пояснила Кристал.

Облитый томатным супом мужик оказался заурядным, то есть стандартным, идиотом, владельцем навороченной скоростной тачки, которую Джексон заприметил у входа. Какой-то человек подвалил к нему на заправке, рассказал скоростной мужик (когда вновь обрел дар речи), и предложил сотню фунтов, чтобы он, скоростной, отвез телефон во Флэмборо и швырнул с обрыва.

– Розыгрыш – у них там мальчишник какой-то.

Кристал грохнула его лбом об стол. Джексон огляделся, любопытствуя, как на это откликнутся прочие посетители кафе, но те потихоньку рассосались. Джексон их не винил. Жены и матери, подумал он. Выводить их из себя? Даже не думай. Мадонны на стероидах.

– Погодите, я не понял, – сказал он скоростному мужику. – Неведомо кто подходит к вам, дает сотню фунтов, чтоб вы выкинули телефон в море, а потом исчезает, вы вряд ли опять его увидите – и вы все равно делаете, что попросили?

– Я не сделал. И не собирался, – сказал скоростной, потирая лоб. – Я хотел оставить телефон, поменять симку.

Его башка продолжила знакомство со столешницей.

– Это физическое оскорбление, – пробубнил скоростной, когда Кристал запрокинула ему голову за волосы.

Повезло мужику, что голова еще держится на плечах. Завидуй, Боудикка[743]743
  Боудикка – предводительница бриттского племени иценов, воительница, возглавившая антиримское восстание 61 г. н. э.


[Закрыть].

– Я на вас в суд могу подать, – сообщил Кристал скоростной.

– Только, блядь, попробуй, – прорычала она.

– Спасибо за помощь, – саркастически сказала Кристал, когда они снова сели в машину.

– По-моему, вы и без меня отлично справлялись, – ответил Джексон.

Детки в лесу

– Я думала, мы на ночь в Ньюкасле? А мы уехали из Ньюкасла?

– Планы поменялись, лапушка. Я вас на ночь везу в гостиницу – это где ночлег и завтрак.

– Да, я знаю, что такое гостиница, но почему?

Удивительно, до чего хорош у нее английский. Лучше, чем у Энди, скажем прямо. Это та, которая повыше. Надя и Катя. Обе умные – умные и красивые. Недостаточно, впрочем, умные. Рассчитывают устроиться в лондонский отель. Того, что им предстоит, собаке не пожелаешь. Перед глазами вдруг всплыла невозмутимая физиономия Лотти. У собак есть моральный кодекс? Песья честь и все такое?

– Какая-то неприятность получилась, – сказал Энди девушке. – Проблема с Airbnb, где вы должны были остановиться. Утечка газа, – развил сюжет он. – То есть во всем доме. Пришлось эвакуировать жильцов. Никого не пускают. Гостиница – она вам по пути, чуть южнее, в сторону Лондона. А с утра я за вами заскочу и отвезу на вокзал, сядете на поезд в Дареме или в Йорке. В Донкастере даже, – прибавил он, в уме катя по железной дороге восточного побережья. Ньюарк? Или Ньюарк на другой ветке? Чего он вообще на этом залип? Они и близко не подойдут ни к вокзалу, ни к поезду. – Завтра в обед уже будете в Лондоне. Чай в «Ритце», да, девчонки?

И оборачиваться не нужно – Энди чувствовал, как они глазами сверлят ему затылок, будто Энди какой-то олух. Ему полагается ловко охмурять девушек, но эти две почему-то сбивали его с панталыку. Разводить цирк стоило невероятных усилий. Никто не знает, во что ему обходится эта работенка.

Это правда, «неприятность» в самом деле получилась, но утечки газа и Airbnb тут ни при чем, хотя Энди так и не понял, какова природа неприятности. Томми наконец-то вышел на контакт – Энди как раз встретил девушек в аэропорту. Беспечности ни следа, и занесло Томми, видимо, в какую-то дыру, где мобильный не ловил, потому что слова безнадежно заплутали в шипении белого шума.

Сразу после раздался другой звонок. Стив Меллорс – сказал, что в «Березках» неприятность.

– Какая? – эдак небрежно спросил Энди; Надя явно прислушивалась.

– Не по телефону, – сказал Стив.

Это почему еще? Телефоны кто-то прослушивает? От ужаса Энди поплохело.

– Давай живо в «Березки», – велел Стив. – Свистать всех наверх.

– Ну, я тут везу двух очаровательных польских барышень, и дел у меня, так сказать, выше крыши, – любезно ответил Энди, улыбаясь девушкам в зеркало заднего вида. Увидел свое отражение. Не улыбка – скорее посмертный оскал.

– Да господи, тащи их с собой, – ответил Стив. – Все равно в итоге окажутся тут.

На случай если девушки что-то заподозрили, Энди растянул оскал пошире. Мне б на сцене выступать, подумал он. Мистер Конгениальность. Мог бы наняться в «Чертоги». Он ходил на летнее шоу – «Назад в восьмидесятые», Баркли Джек и прочие. Узнал много нового о посредственности. Упирался, но Рода его приволокла, поскольку, как выяснилось, когда-то встречалась с фокусником.

– Сто лет назад, – сказала она. – Тебе, Эндрю, волноваться не о чем.

Он и не волновался. Пока она не сказала. Рода с фокусником обменялись воздушными поцелуями и «привет-дорогушами» – Энди Роду такой не знал. Взревновал на миг, хотя прикидывал, что это ревность собственничества, а не страсти.

– Красивая сумка, – сказал Роде фокусник, глянув на «Шанель».

– Подделка, – сказала Рода. – Не видишь, что ли?

– Не знаю даже, – ответил фокусник. – По мне, так все на свете подделка.

– Ангел Севера, – машинально объявил Энди, когда они миновали громадные проржавевшие крылья, маячившие в темной вышине.

С заднего сиденья ответили молчанием – обернувшись, Энди увидел, что девушки уснули. Та, что пониже, положила голову на плечо той, что повыше. Трогательно. По возрасту обе годились бы ему в дочери, будь у него дочери. Посмотришь со стороны – можно подумать, он их папаша, везет дочурок домой. С концерта. Или каникул. На миг его огорошила утрата того, чего он никогда не знал.

Девушки проснулись лишь на повороте к «Березкам».

– Приехали? – сонно спросила Надя.

– Ага, – сказал Энди. – Приехали.

Все здание темно, только фонарь на крыльце тускло освещал дверь. Энди затормозил. Ни малейших признаков жизни, кроме бледных мотыльков, в суицидальном раже атаковавших лампочку. Ни следа обещанной неприятности – разве что неприятность эта без шума и пыли уничтожила всех обитателей «Березок». Акустическая волна или беззвучные инопланетные войска.

– Это – гостиница? – спросила Надя и встряхнула сестру.

– Да, лапушка, – сказал Энди. – На вид не ахти, это правда. Но внутри уютно и мило.

Надя снова встряхнула сестру и сказала:

– Катя, просыпайся, мы приехали.

На сей раз тон был резче, настойчивей, и Энди занервничал. Надя подергала ручку, но на дверях стояли детские замки.

– Выпустите нас, пожалуйста, – сердито сказала она.

– Погоди, лапушка, – ответил Энди и набрал Томми. – Я только спрошу, где наши встречающие.

Томми трубку не взял, но парадная дверь внезапно распахнулась, и появились Джейсон с Василием. Тактика отработанная: бегом к машине, открыть дверцы, схватить по девчонке и выволочь наружу.

Польки оказались боевые, Энди мог бы догадаться. Они брыкались, и вырывались, и орали. Особенно младшая Катя – как зверюга дикая, огонь девка. Глядя из машины, Энди с удивлением понял, что отчасти болеет за девчонок. Шансов у них не было – бой закончился, когда Джейсон вырубил Катю ударом по башке. Закинул ее на плечо, как мешок с углем, и понес в дом, а следом Василий потащил за волосы вопящую Надю.

Энди так увлекло это зрелище, что он чуть со страху не помер, когда в окно громко постучали.

– Дела хреновы, Хитрый, – сказал Томми.