Текст книги ""Фантастика 2025-191". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алевтина Варава

– Кот живой… – растерянно ощупывая свою грудь руками, пробормотал Аларак. – А Кот уж думал, что его вместо хижин предков в какую-то реку бросили… Одна вода вокруг. Холодная!

– Интересные ощущения, – хмыкнул Бестужев, но даже не попытался просканировать Кота. Теперь это могло закончится для командира егерей довольно болезненно. Но это не означало, что Аларак теперь мог запросто убить барона. У Кота стало значительно больше сил и появилась возможность использовать самые мощные заклинания своего аспекта, но Белый Волк всё ещё оставался самым опытным и опасным из всех магов, которых я видел в своей новой жизни. – А больше ничего не чувствуешь, Кот?

– Думаю, нам стоит сосредоточиться на поисках эстайра, – прерывая поверхностный анализ Егора Алексеевича, произнёс я. – Монстр уходит.

– Как определили? – разом переключившись на меня и забыв об африканце, спросил Бестужев. – Мой амулет не может определить местоположение чудовища.

– Думаю, что на этот артефакт вообще не стоит полагаться, Волк, – покачал головой я. – Слишком ограниченные у него возможности. Вернее, заложенных параметров слишком мало, а эстайр уже понял, как избежать внимания этой игрушки.

– У нас не было других вариантов, – вытащив из кармана и спокойно выбросив куда-то в сторону золотой шар, пожал плечами Белый Волк. – Мы проверили работу артефакта так, как могли. Теперь придётся искать тварь своими силами. От моих менталистов она успешно скрывается, а обычные следопыты не могут обнаружить это чудовище, потому что в округе нет ни одного следа многоножки. Как предлагаете действовать?

– Я найду способ, – невозмутимо ответил я. – Погибшее существо не могло попасть сюда самостоятельно. Его принесли на место будущего боя. Принесли с одной целью…

– Чтобы трупник уничтожил моё подразделение, которое доставило эстайру столько неудобств, – понимающе кивнул Бестужев. – Это нормально. Мы и раньше подозревали, что эстайры обладают полноценным разумом. Если тварь нас опасается, то у нас есть все шансы её уничтожить.

– Тоже так считаю, – согласился я и повернулся к Алараку. – Кот, ты как?

– Верните Кота домой, – тяжело вздохнул африканец. – Там слоны и саванна. И привычные звери, а не это вот всё…

– Работать можешь? – не обратив внимания на жалобы, спросил я. Внешне маг выглядел откровенно паршиво. Серая кожа, чуть спавшие мышцы и тусклый взгляд. От былой жизнерадостности не осталось и следа. Но это было нормально. Если хоть раз в жизни видел архимага аспекта Смерти, то его ни с кем не перепутаешь. Эти одарённые так глубоко проникли к истокам своей силы, что почти слились с аспектом. И тот оставлял на своих слугах неизгладимые следы.

Наверняка Аларак сможет оправиться в будущем и перевести влияние Смерти в какую-то другую форму, вроде шрамов на теле или вороха высушенных голов злейших врагов на шее. Но сейчас сопротивляться этому влиянию африканец не мог и постепенно становился похожим на древнего старика, который десятки лет камлал неделями напролёт.

– Ответ ведь может быть только один, верно? – поднимаясь с земли, вздохнул Аларак. Африканец повёл плечами, будто разминаясь и на расстоянии метра вокруг него рассыпалась прахом трава. Охнул и начал заваливаться на одного из своих магов Бестужев. Я смотрел за тем, как разворачивается дар Кота и поражался возможностям этого человека. Похоже, африканец очень долго готовился и ждал момента, когда он получит третий ранг. Вся энергоструктура мага полыхала серым пламенем его Смерти. На глазах заполнялись сферы разума. Глаза Кота закрылись, а когда он снова их открыл в них не оказалось радужки и зрачков. – Что нужно делать, князь? Кот готов.

– Ищи Смерть, Кот, – повернувшись в сторону ядра аномальной зоны, где ощущалась тень присутствия эстайра, ответил я. – И страх.

Глава 16

Редкая цепь егерей неслась по густому подлеску. Во главе со своим командиром, члены элитного подразделения Имперских вооружённых сил неотрывно следовали за Витязями. Порядок движения поменялся на сто восемьдесят градусов.

Первым, оставляя за собой полосу жухлой травы, бежал Кот. Для внешне измождённого африканца, двигался он потрясающе быстро. Остальным приходилось прикладывать массу усилий, чтобы просто не отстать. Витязи перешли в режим Дикого Континента, превратившись в стаю хищников, загоняющих ценную добычу. Это не было связано с их ментальной блокировкой. Скорее что-то на уровне вбитых до состояния рефлексов навыков. Я видел, как кому-то из моих дружинников повстречался на пути аномальный зверь. Животное попыталось сбежать с дороги Аларака, но напоролось на кого-то из Мастеров. Удар ножа. Прыжок. И цепь загонщиков двинулась дальше.

Бестужев не вмешивался. Я держался рядом с Вепрем, чтобы своевременно отреагировать на изменения ситуации, и постоянно ловил на себе внимательные взгляды Белого Волка. Словно барон ждал, когда же я всё-таки свалюсь от усталости в этой безумной гонке. Однако, я себя ощущал просто отлично. Возможно, виной тому было ощущение приближающейся цели.

В пространстве ощущались отзвуки чужого ужаса. Аларак шёл за этим шлейфом, как гончая верховым чутьём. Иногда африканец внезапно вилял в сторону и весь сводный рейд повторял его манёвр. Терять бдительность мы не имели права. Эстайр оказался достаточно умён, чтобы устроить представление на границе аномальной зоны. Он предусмотрел погоню и сумел заманить нас в такую ловушку, из которой очень сложно было выбраться. Аспект Ментала давал монстру массу преимуществ над обычными существами. Если бы не моя защита на подразделении егерей, то монстр уже давно бы уничтожил погоню. Но всё изменила смерть трупника.

Этого противник однозначно не ожидал. Какой бы ни был у него план, всё пришлось менять на ходу. Как и любой высокоразвитый разум, эстайр очень не хотел умирать и прекрасно понимал все последствия того, что мы его догоним. Буквально всё вокруг кричало о том, что чудовище убегает в смертельном ужасе. Это придавало дополнительный азарт погоне. Это радовало инстинкт хищника. И это было неправильно.

– Мне это не нравится, – вдруг услышал я рядом голос Бестужева. Барон резко ускорился и догнал моих дружинников, поравнявшись со мной. – Эстайр равен отряду менталистов третьего круга. Маги этого аспекта вообще не склонны к острым эмоциям. А тут почти двадцать пять минут ничем не замутнённой паники.

– Кот! – коснувшись африканца потоком воздуха, произнёс я. – Сколько ещё?

– Километр, – отозвался маг Смерти. – Может два. Он всё время ускользает. Кот не может его догнать.

– Он ведёт нас за собой, – ответил я и посмотрел на командира егерей. – Барон считает, что это новая ловушка.

– Даже не сомневаюсь в этом, Сокол, – сухо ответил Аларак. Мне было непривычно слышать полное отсутствие эмоций в словах Кота. – Монстр выстроил свой след конусом. Он вытянул ауру в нашу сторону и замедляется в то же мгновение, как Кот снижает скорость. Эстайр действует слишком рассчётливо, чтобы обращать внимание на его панику. Тварей вокруг нет. По этому пути прошла свита чудовища. Он мог бы уже давно сбежать.

– Если бы хотел, – произнёс Бестужев. Несмотря на десяток километров, уже оставшихся за спиной, дыхание барона было ровным и почти спокойным. Я использовал крошки аспекта Жизни, чтобы помогать организму справляться с нагрузкой, но у Волка такой возможности не было. Остальные егеря тоже выглядели свежее Витязей. Скорее всего, у этого подразделения были свои секреты. – Он умеет управлять эмоциями и показывает то, что мы могли бы видеть при погоне за человеком.

– Но он не хочет скрыться, – кивнул я. – Когда был зарегистрированы первые сигналы о начале процессов гона?

– Недели три назад, – немного подумав, ответил Белый Волк. – Потом ещё была одна невнятная вспышка. Вроде бы сильно всполошившая администрацию губернатора и контрольные службы. К вам ещё тогда отряд направили для проверки.

– Сигналы были примерно одного вида? – уточнил я.

– Похожие, – ответил барон. – Точнее не скажу.

– Стой, – приказал я и Кот тут же замедлился. Следом начал останавливаться весь сводный отряд. – Метку тварь всё равно не скинет. Не вижу смысла торопиться.

– Почему так уверены? – тут же спросил барон, но за меня ответил вернувшийся Аларак.

– Эстайр касался трупника. Это всегда оставляет сильный след и даёт временное сродство, чтобы сохранить контроль над чудовищем другого аспекта. Кот поглотил энергию трупника и чувствует монстра на большом расстоянии. Он не уйдёт.

– Получается, что подготовка к вторжению началась задолго до того, как к границам людей вышли первый чудовища, – произнёс я. – Это большой срок. За это время эстайр собрал основную свиту и спрятал на пути отступления дополнительные силы. Он устроил ловушку до того, как мы уничтожили его орду на границе.

– Это очень серьёзная подготовка, – задумчиво произнёс Бестужев и мрачно добавил. – Похоже на полноценный план вторжения.

– Так и есть, – спокойно ответил я. – Целью чудовища был прорыв в земли людей. Это для него имеет такое большое значение, что он готов пробовать снова и снова, пока у него не получится. Или пока не закончится гон.

– Гон имеет особое значение, – включился в общий мозговой штурм барон. – Причём, это должен быть гон выше восьмого уровня. По данным за последние годы, существ вроде эстайров ни разу не видели в обычное время или на малых уровнях гона.

– Он не может выйти за пределы своей привычной зоны обитания в другое время, – добавил Аларак. – Или что-то мешает, или просто нет выхода.

– Что? – разом повернулись мы в сторону африканца.

– Индлу Йонкулункулу. – пожал плечами Аларак.

– Это всё суеверия ваших дикарских племён, – недовольно проворчал Рыков. – Нет никакого дома богов. Мы же ходили с тобой к той горе! Или забыл?

– Возможно, просто время было неподходящее, – возразил Кот. – Мы же не были там во время волн.

– И ты думаешь, что золотые дворцы просто исчезли? – с сарказмом спросил командир Витязей. – А как же алмазные ворота и тысячи девственных дев на пути к ним?

– Кот удивлён, что Вепрь верит всяким сказкам, – на секунду напомнив себя прежнего, фыркнул африканец. – Алмазные ворота – это не проблема. А где ты найдёшь столько девственных дев?

– Давайте по делу, – прекращая разговор подчинённых, произнёс я. – Алмазные ворота нас не интересуют сейчас. Но в словах Аларака есть смысл. Вспомни, что творилось во время возвращения из логова.

Из какого логова говорить не стал. Мои и так прекрасно поняли, а егерям такие подробности были ни к чему. Главное, что на лице подчинённых появилось очень задумчивое выражение. Бестужев пару мгновений смотрел на нас, а потом жестом приказал своим бойцам рассредоточиться.

– Насколько я понимаю, мы продолжаем охоту, – проницательно посмотрев на меня, произнёс барон. – Но с некоторыми оговорками. Если понадобится помощь моего подразделения, то я готов её предоставить.

– Определённо понадобится, – поняв, что таким образом мне внезапно передали управление над сводным рейдом, ответил я. – Предлагаю разделиться на три группы. Вепрь, два отряда по пятьдесят. Волк, по пятьдесят ваших к моим полусотням. Расходимся вдоль оси движения эстайра. Карта аномалии есть?

Бестужев молча достал самую обычную бумажную карту и в этом момент стало понятно, насколько больше информации в распоряжении егерей. Помимо традиционных данных, были отмечены так же самые мощные нити разных аспектов и целые сплетения. Вполне возможно, что на основании этих данных можно было строить теории о воздействии магии на обычных животных. Барон сделал несколько отметок и передал мне карту.

– Первая точка – бой на границе, – пояснил Белый Волк. – Ломаная линия – маршрут первого отступления эстайра.

– Вторая точка – место ловушки, – увидев куда упирается изломанная полоса, произнёс я. Впечатление было такое, что эстайра мотало из стороны в сторону. Иногда это были рывки на несколько километров. Если подумать, то тварь просто раскидала спящую свиту и поэтому виляла во время отступления. Но важно было другое. Я поднял глаза от карты и вопросительно посмотрел на Бестужева.

– Он прошёл мимо ловушки и потом начала медленно возвращаться, – кивнул командир Егерей. – Это говорит о том, что чудовище может передвигаться со своей свитой значительно быстрее, чем мы думали.

– А после трупника эстайр уже уходил по прямой, только тщательно регулируя скорость, чтобы мы не отстали, – сосредоточенно произнёс я. – И его маршрут ведёт чётко к центральной зоне аномалии. Это ещё пара десятков километров до внутреннего круга. Что там обитает мы не знаем. Что творится прямо сейчас – тоже неизвестно И не факт, что тварь не пойдёт до ядра. Сейчас финальный этап гона девятого уровня. Выход монстров пятого ранга почти гарантирован. Есть большая вероятность, что эстайр будет не один и уже успел кого-то подобрать по пути, заново сформировав орду.

– Это значит, что вы не пойдёте дальше? – прямо посмотрел на меня Бестужев.

Я спокойно выдержал взгляд барона, но ответить не успел. Тихо кашлянул в кулак Рыков. На сером лице Аларака появилась зловещая улыбка, а кто-то из Витязей тихо рассмеялся.

– Вовсе нет, – тоже улыбнулся я. – Просто хочу, чтобы вы полностью понимали расклад.

– У меня приказ Императора, Сокол, – хмыкнул в ответ Бестужев. – Это мой главный расклад. Если мы умрём, то умрём выполняя волю Императора.

– Так и думал, – ничуть не удивился я и развернулся к своим дружинникам. – Слушай мою команду, бойцы! Всем активировать завесы. Маскировку на максимум. Вы должны исчезнуть даже из мыслей нашего врага. На виду остаются только егеря. Если кто-то из них будет умирать – не вмешиваться. Наша главная цель – эстайр. Союзники готовы погибнуть ради своей цели, и мы не можем им помешать. Но если кто-то из вас надумает сдохнуть, то лучше пусть возвращается к границе прямо сейчас. Иначе я прикажу Коту вытащить вас из самых дальних чертогов Смерти, чтобы высказать своё недовольство. Уяснили?

– Так точно, Сокол! – в один голос рыкнули Витязи.

– Кот, обнови вуаль на всех, – приказал я и повернулся к Бестужеву. Барон задумчиво смотрел на моих людей и на меня. – Выдвигаемся. Пора посмотреть на эти твои «алмазные врата», куда пытается добраться эта мерзкая тварь.

* * *

Дальний Восток

Российская Империя

Князь Антипов Алексей Андреевич, умылся над раковиной раз-другой и тяжело поднял глаза, взглянув на себя в зеркало.

Лицо его исказила печальная улыбка. С той стороны на него смотрел изнуренный старик с красными глазами. Больше всего он напоминал то ли алкоголика, то ли нервно-больного человека. От него исходила аура безнадежности и отчаянья.

Зарычав, князь ударил кулаком по стеклу, которое треснуло на множество кусков, и теперь красноглазый «упырь» скалился со всех них одновременно.

Отвернувшись от раздражающего зеркала, князь схватил полотенце и яростно вытер своё лицо, не глядя бросив его на пол. Выйдя из ванной комнаты, он прошел к большому дивану и тяжело рухнул в его объятия. На стоящем рядом сервировочном столе взял бутылку водки и щедро плеснул в граненый стакан половину, залпом выпив его содержимое и даже не поморщился.

Князь не чувствовал вкуса, не чувствовал запаха, казалось он потерял вкус к жизни. В свои шестьдесят четыре года Алексей Андреевич всегда выглядел с иголочки, являясь своеобразным законодателем мод для небольшого, но такого стратегически важного города, как Тверь. Находясь около аномалии, которая получила название от самого города, здесь концентрировались огромные деньги, которые куда-то нужно тратить. Для этого, дабы не заставлять героических владетелей первого и второго кругов, не жалея живота своего защищавших родину-матушку от аномальных тварей, в Твери быстро подтянулась нужная инфраструктура. А званые приемы владетелей по лоску и помпезности превосходили столичные рода, не имеющие представительств в аномалиях.

Вся эта прекрасная жизнь всегда нравилась Алексею Андреевичу. Он по праву гордился, что именно под его началом род Антиповых достиг пика своего могущества. Более благородные семьи светлейших стали учитывать интересы Антиповых и это было именно его личной победой.

Всё складывалось как нельзя лучше и влияние рода должно было увеличиваться и дальше. Получение патронажа над обширным куском границы бьющегося в смертельной агонии рода Разумовских, князь считал одним из самых удачных своих проектов. Тем более, учитывая всю подготовку, которую он провел для его осуществления.

Всё шло хорошо… Нет, не так! Всё шло просто великолепно до появления в старом имении Разумовских этого юного выскочки – Ярослава. В ссылке у князя было много времени подумать и разобраться в том, что он мог бы сделать по-другому, чтобы не произошло того, что в конечном итоге произошло. И не мог он найти ни единой своей ошибки. Ни единой! Единственной ключевой точкой, которую он видел – был день прибытия молодого Разумовского в своё имение. Если бы его в тот же день убили, всё могло сложиться иначе.

Князь устало потер свои глаза. Водка не брала и не помогала заснуть. Он не спал уже пятый день и это превращалось в проблему. Постоянное ментальное давление не ослабевало, а приходящие новости не добавляли оптимизма.

Его наследник Сергей погиб. Официальная версия – при выполнении задании в Краснодарской аномалии, но эта версия не выдерживает ни малейшей критики. Учитывая, что сам князь находился в ссылке, именно Сергей должен был находиться в имении во время гона. Однако, передав участок границы под патронаж Хоруговых, князь вывел таким образом наследника из-под удара. А в Краснодаре гон жалкого 2-го уровня! Это практически ничем не отличается от «мирного» времени в аномалии! Как так-то?

Средний – Андрей, улетел в Австрию, где у рода находился стратегический резерв на «черный день». Вот только Андрей явно поспешил, сорвавшись в условно-враждебное государство прямо посреди гона. Пути назад ему, скорее всего не будет, но хоть род Антиповых сохранится. В жалком, но всё же живом виде.

Ведь младший сын Антон тоже погиб. Чудесное выздоровление и такая глупая смерть! Идиот. По-отношению к младшему сыну князь не испытывал ничего, кроме раздражения. Слабый неудачник, туда ему и дорога.

Князь даже не заметил, как снова глотнул водку, прямо из бутылки.

Это чёртово постоянное давление! Оно никак не ослабевает!!! За что он платил сумасшедшие деньги, покупая лучшие артефакты защиты от ментала, которые только были доступны на рынке⁈

Хозяин звал и требовал выйти на связь уже пятый день подряд. Хозяин, которому князь обязан своим благополучием и даже жизнью. Тот, кто поддерживал, направлял его и указывал путь. Тот, кто заставил подписать этот договор с Хоруговыми, похоже, обернувшийся окончательной катастрофой.

Все эти артефакты защиты никак не помогали. Требовательный зов Хозяина слышался днем и ночью, и князь точно знал, что случится, если он «возьмет трубку». Он умрет. Без вариантов. Как умер Хоругов, как умирает любой бесполезный для целей Хозяина, человек.

Антипов чудом избежал встречи с жандармами, которые сильно хотели поговорить с ним о договоре патронажа. Он сбежал и прямо сейчас находился в вонючем клоповнике, поменяв на него шикарные аппартаменты. Вот только бежать было некуда… От Хозяина не убежишь…

С громким треском лопнул амулет, висящий у него на цепочке на груди. А далее, князь с ужасом ощутил, как один за другим, от перенапряжения, отключаются другие звенья ментальной защиты. В панике, он бросился к шкафу, где лежали запасные амулеты, но буквально застыл посреди комнаты, парализованный внешним воздействием. А в голове у него раздался чёткий однозначный приказ:

«УМРИ!»

Прибывшие чуть позже жандармы, зафиксировали смерть князя Антипова из-за неизвестных причин, приведших к взрыву внутри черепной коробки, в результате чего вся комната была заляпана кровью и мозгами, а из безголового тела как будто откачали всю жидкость…

Глава 17

Тверская аномальная зона.

Граница глубинных территорий.

Спутать с чем-то это ощущение было просто невозможно. Будто ты внезапно оказался глубоко под водой. Тело продолжало бежать в привычном ритме, но мышцы буквально взвыли от перегрузки. Примерно то же происходило с моим Источником. Концентрация магического поля во внутренней области Тверской аномальной зоны была просто чудовищной. Если начать сражаться с мелкими монстрами, то можно делать это почти бесконечно. Вот только мелких монстров в этой части зоны давно не было.

На земле виднелись следы чего-то огромного. Буквально в первом же овраге мы обнаружили обглоданный труп какого-то жука, размерами превышавший микроавтобус. При этом монстр ещё прилично фонил аспектом Земли, будто в нём продолжалась какая-то жизнь.

– Не подходите к нему, – негромко посоветовал Бестужев. Я двигался вместе с командиром егерей и лучшими из Витязей. Правда, мои дружинники держались чуть в стороне, скрытые плотным пологом маскировки. – Там уже ждёт своих жертв потомство. Это мызгач. Взрослые особи умирают, когда приходит время размножаться, и приманивают падальщиков. Если тронуть, то половина рейда поляжет. Мелочь мызгача пятёрки при рождении. Единственный известный нам пример регрессии силы аномальных монстров.

Я благодарно кивнул и жестом приказал своим отойти подальше. В отличие от союзников, я мог видеть смутные силуэты Витязей из-за наложенных мной рисунков. Как часть своей силы, но даже мне было тяжело понять, что это такое из-за предельно насыщенного магического фона вокруг.

Снова подумав об этом, поймал себя на мысли, что примерно так же я себя ощущал в логове россожа. Та же концентрация аспектов и чувство безграничного доступа к энергии мира. Даже закралось подозрение, что здесь у меня получится сформировать подобие слабой струны реальности, но это были только фантазии. Моё тело в текущем его виде просто не выдержит такой нагрузки. Даже не все из Вершителей могли полноценно использовать струны.

Я не зря приказал Витязям держаться в тени наших союзников. Несмотря на весь опыт и силу африканцев, знаний о внутренней части аномальных зон у них не было. И первые же шаги по этой части зоны подтвердили мои мысли. Если Бестужев доходил до ядра, то мне стоило вернуть руководство рейдом барону. Однако, тот вообще не торопился брать командование на себя. Хотя отлично понимал, что я могу наделать ошибок.

– Кот, – негромко позвал я.

– Тяжело видеть, – произнёс Аларак. Он тоже остался с нами. Ещё две группы отделились от основного рейда и двигались параллельными курсами, иногда сближаясь, а иногда отходя на несколько сотен метров. Больше мы расходиться не решались. Это было слишком опасно. И так чувство близкой тревоги постоянно нарастало, будто зона обращала на нас всё больше и больше внимания. – Много маны вокруг. Много Жизни и Смерти. Много стихийной энергии. Много существ…

– К бою! – мгновенно создав над собой и ближайшими егерями магический барьер, успел рявкнуть я. – Витязям оттянуться назад. Волк, командуй!

Что это было – значения не имело. Может случайная стая аномальных чудовищ, а может очередная ловушка эстайра. Смутившая меня концентрация аспектов на единицу пространства сильно рассеялась, будто кто-то сдёрнул покрывало со стеклянного ящика. Вокруг стало светлее. Стало даже слишком светло.

– Третий купол! – взревел Бестужев. – Кольцевой строй. Приготовиться к обороне!

Поверх моего барьера вспыхнул полноценный щит над всем рейдом. Словно егеря тащили с собой настоящий стационарный барьер. Тени деревьев вокруг нас шевельнулись и из них полезли колючие щупальца. Они обвили защиту отряда и начали прорастать длинными шипами, которые были настолько напитаны аспектом Тьмы, что резали магический щит, как обычную тряпку.

– Используйте амулеты Разумовского! – как только первый шип пробил барьер, без колебаний приказал барон. – Лебедь! Конденсируй общее заклинание!

Вперёд выдвинулся маг Света. Остальные одарённые начали создавать странные заклинания, казалось, не имевшие конкретной привязки к какой-то силе. Парой секунд позже стало понятно, что это всего лишь заготовки для атаки Лебедя. Седой мужчина с тонким породистым лицом резко поднял руки, а потом ударил ими в землю, направляя туда весь поток базовых звеньев общего заклинания.

– А зачем… – едва слышно произнёс стоявший рядом со мной Вепрь, но я тут же указал на землю у границы барьера.

Лебедь трансформировал грязный Эфир, придавая ему отблески своего аспекта. Вся масса громадного боевого заклинания прошла десяток метров под землёй и достигла своей цели. Несмотря на громадную и очень опасную часть тёмной твари, которая атаковала нас сверху, основная её часть находилась под землёй. Как только заклинание Лебедя врезалось в основное тело чудовища, из земли ударили фонтаны тёмной крови. В воздухе родился чудовищный рёв. Все щупальца тут же втянулись в здоровенную чешуйчатую тушу, затягивая на ней светящиеся рваные раны. Масса твари была ограничена.

– Дай нож, – попросил я и Рыков тут же вложил в мою протянутую руку проверенный временем клинок. Командир егерей не зря выбрал для атаки мои амулеты. Бестужев отлично знал особенности встреченного чудовища. Заставить его прекратить атаку могли только обширные повреждения основного тела. Если бы в отряде было больше магов Света, то они могли справиться и сами. Единственное, чего я не понял – как подразделение Белого Волка справлялось с подобными противниками раньше. – Кот, помоги.

Буквально за десять секунд, пока всё подразделение Бестужева засыпало ревущего монстра боевыми заклинаниями, мы зарядили нож грязным Эфиром до такой степени, что вокруг него начал подрагивать воздух. Я всё это время следил за поведением чудовища. Оно действовало примерно одинаково, постоянно пытаясь защитить одно и то же место на холке, даже жертвуя защитой других уязвимых точек.

– Кот, ставлю маяк, – подсвечивая нужную область горящим воздухом, произнёс я. – Сделай дыру в броне твари. Вепрь, на тебе бросок. Не промахнись. Времени будет не больше секунды. Я отвлеку тварь. Давай!

Тонкая плёнка воды окутала тело монстра и моментально вскипела. Раскалённый пар проник сквозь щели в толстой броне, заставляя монстра биться в ярости. Всего пара ударов едва не обрушила защиту отряда, а потом в дело вступил Аларак.

Африканец тягуче пропел странный набор звуков. В них слышалась боль и спокойствие, смирение и отчаяние. Тёмная тварь замерла на неразличимое мгновение. У него на холке начала рассыпаться прахом броня. В воздухе мелькнул блестящий росчерк и чудовище с грохотом рухнуло на землю. Сила броска Ратая оказалась настолько велика, что нож выплеснул Эфир где-то в брюхе твари, разом уничтожив её энергетическое ядро.

Казалось, можно было вздохнуть с облегчением, но этот бой стал началом общего сражения. Вернулось ощущение ментального давления со стороны эстайра. Из пространства исчезло ощущение страха, сменившись холодной яростью. Ментальный монстр чувствовал себя во внутренней части аномальной зоны значительно увереннее и больше не собирался убегать.

Одновременно пришли сигналы от малых отрядов нашего рейда. Рыков жестами показал мне, что Витязи заметили массу чудовищ, готовых к атаке. Бестужев тоже получил сообщения от своих. Мы сумели зацепить максимальное количество чудовищ, чтобы убедить эстайра, что теперь он точно сможет справиться со своими преследователями. Осталось только доказать ему, что это не так.

– Возвращай всех, – приказал я. – Кот, заграждение на пути преследователей. Волк, готовь единую зону обороны. Эстайр не пойдёт в первых рядах, но и уходить больше не станет. Будем прорываться к нему.

– Под ордой других чудовищ? – нахмурившись, спросил у меня барон.

– Да, – кивнул я. – Только так мы можем дать эстайру уверенность, что он контролирует ситуацию. В любом другом случае он просто сбежит. Тварь не зря обладает такой феноменальной скоростью. Это позволяет ему выживать в самых сложных и провальных ситуациях. Нам нужно связать его боем, чтобы выиграть время.

– Я понял, – кивнул Волк и повернулся к своему заму. – Готовьте Цитадель. Всё в дело. Больше экономить смысла нет. Если не сможем убить это чудовище сейчас, то придётся возвращаться.

Что бы не говорил Бестужев о важности приказа Императора, бессмысленно жертвовать своими людьми барон не собирался. И это было правильно. Самоубийство никому и никогда не помогало решить поставленные задачи. С ними мог справиться только живой исполнитель.

Показавшаяся в отдалении группа егерей бежала к нам на предельной скорости. За ними виднелся вал аномальных чудовищ. У меня на мгновение возникло тревожное чувство, что выделенная группа Витязей не смогла вовремя развернуться. Но потом я увидел, как одна из тварей позади егерей вдруг споткнулась. За ней образовался живой вал не успевших свернуть монстров. Слабая вспышка чуть левее и ситуация повторилась.

Скрытые маскировкой Витязи сеяли на пути чудовищ боевые артефакты, подрывая их по мере приближения противника. В итоге, до нас добралась порядком потрёпанная орда. С другой стороны происходило примерно то же самое. За то время, что силы рейда стягивались в один кулак, основная группа егерей, под руководством Бестужева, готовила место боя.

Поначалу я считал, что «цитадель» – это название стратегии защиты или какой-то мощный барьер. Но на деле всё оказалось во много раз сложнее. Егеря реально строили самую настоящую магическую крепость прямо посреди леса.

В угловых точках периметра стояли высокие деревья. Их наскоро опутывали связками артефактов, превращая в боевые башни. Разворачивалась в воздухе многослойная защита, больше похожая на толстенную магическую чешую. Из бездонных рюкзаков подчинённых Белого Волка появлялись всё новые и новые связки артефактов. Казалось, что три сотни человек в бессмысленной панике носятся по лесу, но это было только первое впечатление.

Каждый шаг каждого из егерей подчинялся общему ритму. Каждое движение служило общей цели. Я не знаю, сколько раз и при каких условиях люди Бестужева отрабатывали построение цитадели, но они не совершили ни одной ошибки и завершили подготовку меньше, чем за пять минут.

Накатывающую орду разнообразных чудовищ встретил мощный стационарный щит толщиной в пару метров. Барьеры наслаивались один на другой и одно это требовало невероятной точности установки и создания таких артефактов. Чтобы они не только не мешали друг другу, но и усиливали общий эффект. При этом наружный слой защиты обладал свойствами накапливать и возвращать полученные повреждения. На деревьях-башнях уже сидели стрелки. По развешанным между ними ниткам «стен» пробегали сполохи света, надёжно удерживавшие егерей и Витязей в воздухе.