Текст книги ""Фантастика 2025-191". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алевтина Варава

Соавторы: Андрей Корнеев,Татьяна Лаас,Жорж Бор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 338 страниц)

Полли была все там же, где ее заперли сто лет назад. Небольшой закуток в катакомбах, который домом можно назвать с большой натяжкой. Ей не оставили ничего – ни личных вещей, ни игрушек, ни фонаря. Лер-мэр возмущался – зачем призраку кровать, стул или игрушки? Она призрак, ей ничего не нужно!

Брок с усилием преодолел последний барьер. Эфир раскалился докрасна и гудел, как рой шершней.

Она сидела все там же, где и в прошлый раз. На холодном каменном полу, в темноте и холоде, она баюкала старую-престарую куклу. Брок присел на корточки перед девочкой. Она его не видела – он был в маске. Так даже лучше. Со стороны он, наверное, походил на чудовище: резиновая маска, стекла вместо глаз, длинный хобот на месте носа и рта, тяжелый резиновый костюм. Он поставил перед девочкой большую коробку с конструктором, которую не раз за дорогу проклял – уж слишком тяжелая.

Кто-то из горожан так откупился от Полли на площади Танцующих струй. Пока игрушки не растащили по домам клерки, Брок забрал коробку с деревянными детальками – у его племянника был такой. Может, новая игрушка надолго отвлечет Полли от безысходности ее существования. Плотный кокон предсмертных проклятий окутывал Полли с головы до ног. Она не хотела проклинать город, но умирающие рядом с ней решили иначе, и теперь с этим ничего не поделать. Они спокойно ушли к богам, а девочке теперь страдать веками в одиночестве. Ни один ребенок такого не заслужил. Ни один, даже самый пропащий человек.

Тонкие руки осторожно прикоснулись к коробке и открыли крышку. Полли робко улыбнулась, увидев странные детальки, из которых можно построить город. Призрачные пальцы скользили по неожиданному богатству, боясь его взять.

– Ну же, не бойся! – старательно ласково сказал Брок.

Может, и хорошо, что его голос она тоже не слышала – его исказила маска. Только невозможно так существовать – вечно одна, а все вокруг прячутся за масками. Наверное, Полли страшно в те редкие случаи, когда ей удается покинуть свою ловушку и побродить по пустому, мертвому для нее городу.

Брок взял несколько деталек из коробки и собрал самый простой домик. Полли захлопала в ладоши, когда Брок убрал руку и домик стал ей заметен. Она перевернула коробку вверх дном и принялась перебирать детальки, тихо вздыхая и радуясь каждой яркой мелочи. Брок встал и подумал, что надо будет купить еще один конструктор – деталей было мало, чтобы прожить вечность.

Он пошел прочь. Больше для Полли он ничего не мог сделать.

У него было еще одно крайне важное дело, которое надо сделать до выхода на службу. Он достал карту и при свете налобного фонарика на потенцитовой батарее стал рассматривать ее. Теперь надо быть очень внимательным, чтобы не заплутать. Катакомбы и штольни опасны. Тут можно годами ходить и не найти выхода.

Он шел и шел, спускаясь все глубже и глубже. Ноги гудели от усталости, хотелось пить, а часы показывали, что времени у него совсем мало, его могут хватиться в любой момент.

Упершись в очередной раз в стену – была его третья попытка пройти по карте, – он прорычал:

– Убью-ю-ю!!! Просто возьму и убью!

Он долго стоял, прислонившись головой к холодному камню, и унимал злость. Не та карта! Карта не та! В который раз он напомнил себе никогда не связываться с непрофессионалами. Никогда больше!

Он закрыл глаза. Попробовать в четвертый раз? Вдруг повезет… Или уже вернуться назад – мимо Полли, к свету и обычным обязанностям.

Его сегодня Хейг еще ждет. Знать бы еще, что забрала со стола Бина его невеста…

Злость все продолжала кипеть в нем. Поднимаясь по ступеням в дезинфекционную камеру, замирая под душем из карболки, стаскивая с себя противочумный костюм, отмывая себя до скрипа кожи в дивизионной душевой, отчего многочисленные шрамы на теле покраснели, натягивая белье и опостылевший мундир, он повторял: «Никогда больше! Только в этот раз! В последний раз!»

В последний раз…

Он побрился в уборной, зачесал мокрые волосы назад, посмотрел в зеркало, откуда на него поглядел злой уставший мужчина.

– Рыжие – бесстыжие, – напомнил он себе.

Утро обещало быть отвратным. Его ждали пять допросов, и ответ «не знаю» его бы не устроил. Ему нужно было имя.

Он вошел в допросную, куда уже привели шутника в чумном костюме, отодвинул в сторону игравшего хорошего полицейского Кейджа и рыкнул на задержанного, вольготно сидящего за столом – парень знал, что, кроме статьи за хулиганство в худшем случае, ему ничего не грозит:

– Детектив-инспектор Особого отдела полиции Аквилиты Брок Мюрай! И я не буду ходить вокруг да около! Мне плевать на то, что ты сделал! У меня висяк с тремя десятками трупов на площади Танцующих струй! И там, и тут был всего лишь розыгрыш – невинный, как утверждаешь ты! У тебя пять минут, чтобы назвать имя того, кто нанял тебя изображать больного чумой! Не скажешь имя – не пойдешь под суд по статье за хулиганство, а загремишь за непредумышленное убийство особо опасным способом! Я терпеть не могу висяки, понял?! Мне все равно, на кого вешать трупы!

Самое противное то, что крик облегчения не принес. Даже проорись он на всех пятерых идиотов, надевших костюмы больных, легче не станет. Карта не та. Кое-кто совсем заигрался. Кое-кто решил, что может вести двойную игру. И сейчас он закончит тут и пойдет разбираться. Только напишет себе на лбу эфиром «Не связываться с непрофессионалами!», чтобы запомнить навсегда.

Когда он вышел из допросной, у него тряслись руки. Кейдж почти сразу же выскочил следом.

– Есть имя!

Брок стоял, прислонившись спиной к стене. Он поднял больные глаза на Кейджа.

– Спорим, это Элайджа Кларк?

– Он самый, Брок! И это… ты бы шел…

Брок выпрямился и кивнул, вспомнив.

– Точно. Еще четверо… Узнай, никому морду набить не надо?

Кейдж фыркнул и громко позвал на весь коридор:

– Одли! Серж! Тащи кофе! Тут срыв!

Брок возмутился:

– Я порядке!

– Если ты в порядке, то тащись в библиотеку. Пока тебя не было, она того… сгорела.

– Что?!

Кейдж кивнул:

– Сгорела. Весь отдел вернийской литературы выгорел.

– Да твою же мать… – еле выговорил Брок.

Хорошо, что тут подошел Одли и сунул ему в руку кружку с кофе.

– Почечуй?

– Полный, – подтвердил Брок.

– Прорвемся?

– Иди ты! – только и смог сказать Брок.

День, ночь и новое утро у него не задались. Одли фыркнул:

– Там Легран притащил с собой некую сиору Перелли. Помнишь такую?

– И?.. – безнадежно спросил Брок, делая первый глоток неуспокаивающего кофе, от которого захотелось орать – он обжег себе язык.

– И шел бы ты спасать невинных девиц – это у тебя лучше всего получается. Легран вопит, что Перелли лично подожгла библиотеку, до нее ничего подобного не было.

Брок бросил косой взгляд на друга.

– А как же допросы?

– Я тоже умею орать, – подмигнул Одли. – А ты умеешь спасать невинных девиц от драконов – это твое главное и, заметь, не единственное достоинство.

– О да-а-а… – выдохнул Брок, направляясь в кабинет.

– Главное твое достоинство прочно скрыто.

Брок обернулся на сержа.

– Пошляк!

Тот довольно заржал.

– Сам пошляк! Я про твое сердце, а не про то, о чем ты подумал!

Глава 22
Закусить Жабером

Брок в одиночестве сидел за столом в своем кабинете и угрюмо смотрел на телефон. Глухое недовольство на самого себя бродило в груди. Он крупно ошибся. Очень крупно ошибся. И времени на исправление ошибки почти нет. Королевский флот уже выдвинулся из гавани Маякового острова. Третий пехотный и Второй бронеходный полки подняты по тревоге, и… все упирается в него.

Он потер глаза. Что он имеет?

Симона Перелли. Доступна, но сказала уже все, что знает. Кейдж повез ее по просьбе Брока в госпиталь – уж больно плохо она выглядит. Шея опухла, как в начальной стадии чумы. Заодно от Леграна удалось избавиться – тот при словах «чума» и «карантин» помчался домой быстрее ветра, забыв про Симону.

Габриэль Ортега. Недоступна. Лежит в инфекционном отделении с подозрением на чуму.

Библиотека. Недоступна. Архив читального зала сгорел вместе с вернийской литературой.

Пьер Кюри, глупый жабятник. Недоступен. Специально или случайно? Придется навестить – напомнить, что ему сполна заплачено, чтобы он не вел двойную игру.

Нер Бин. Навечно недоступен. Можно, конечно, задействовать адера Дрейка, но… Это самый последний вариант.

Королевский люкс. Недоступен… Или рискнуть? Да, вломиться с обыском – очень дружелюбно и в рамках сотрудничества, как настаивает Сорель. Прийти тайно? В королевский люкс, где все затянуто защитными плетениями, а прислуга повязана клятвами на крови?.. Значит, недоступно. Но временно.

Хейг. Поговорить начистоту? И что предложить взамен? Вряд ли он обрадуется, когда узнает, что Стеллу Бин убили из-за его невесты. Сыграть на этом? Леры не любят выносить сор из своих домов.

Виктория Ренар. Встретиться с ней или сыграть втемную? Женщин в такое не втягивают. Он бы точно не простил, если бы его девушку втянули в такое, но Хейг позволил… Или это сделали за его спиной? Еще бы понять, на кого Ренар работает. Тайна родства с королевскими Ренарами не дает покоя… Или лучше не трогать Викторию Ренар? Ходячая живая бомба, напитанная чистым потенцитом – чуть что не так сказал, и взрыв гарантирован. Вот кто из женщин дышит воздухом Серой долины? Кому вообще пришло бы в голову спасать случайных попутчиков, причем в чужом купе?.. Сыграть на этом? А если ей приказали? Что, если ее специально заставили подышать потенцитом? Королям не отказывают, особенно если это Ренары с Нерху.

Небеса и бездны пекла, надо на что-то решаться!

* * *

Было раннее утро. Вик сладко спала. Ее сморило еще в паромобиле, так что Эван не стал ее будить. Она была такая бледная и утомленная – чистый потенцит Серой долины убивал ее. Сегодня-завтра адер Дрейк придет в себя, и надо будет попробовать снова поговорить с Вик. Надо уговорить ее хотя бы встретиться с ним.

Адамс открыл дверь паромобиля, и Эван подхватил Вик на руки. Совсем легкая, как перышко. Стоит в очередной раз обсудить с отцом то, что констеблям явно мало платят. Они не способны не то что содержать семьи – себя прокормить. Под пологом невидимости Эван пронес Вик через холл гостиницы в ее спальню и оставил на попечение горничной. Его самого ждали ванна, свежая одежда, завтрак и старший инспектор Мюрай, перенесший встречу на более позднее время, но до двенадцати Эван все равно должен успеть его принять. Служба есть служба, от нее не сбежишь.

Роб угрюмо собрался сопровождать его – кажется, его ночь тоже была весьма насыщенной. У него под глазами залегли мешки, он зевал и морщился. Эван не выдержал, надевая перед выходом кожаную куртку, как принято в Аквилите.

– Может, отдохнешь, Роб? Я справлюсь сам, это всего лишь встреча с коллегой.

Янг зевнул.

– У нас тут коллег нет, – напомнил он Эвану, надевая пальто и котелок. – Не смотри так. Я ночь ходил за Ником – похожу денек и за тобой.

– Как дела у Ника? – сменил тему Эван, выходя из номера и направляясь к лифту.

– Никак. Смывы сделаны, поиски вентиляционных шахт продолжаются. Сегодня ночью какая-то тварь спалила библиотеку, представляешь? Все надежды на старые карты уплыли в канализацию.

– Представляю…

Роб вздохнул, нажимая на кнопку вызова лифта.

– И связной не отзывается. Я уже не знаю, что и думать. Аквилита расхолаживает всех!

– И меня?

Роб рассмеялся:

– Тебя, как ни странно, тоже!

Эван тихо признался:

– Это должно было быть наше свадебное путешествие.

– Надеюсь, что как предсвадебное оно тоже ничего! Я действительно боялся, что ты воплотишь угрозу о работе.

Эван предпочел промолчать – не при лифтере же обсуждать дела или тем более личную жизнь.

На улице было приятно тихо. Вроде звуки раздавались – шорох немногочисленных шин, чириканье сошедших с ума птиц, далекие шаги, – а все равно город как будто ватой обложили – до того хорошо! Как перед грозой. Или, вернее, после нее. Пахло влагой. Неожиданное для последней луны года солнце плясало в холодной сизой воде луж. Совсем недавно прошел дождь, а сейчас распогодилось – ветер разогнал тучи и явил синее яркое небо. Поездка в горы, да еще с ночевкой, обещала быть приятной. Скалы, хорошая погода, шале, ночной костер… Виктории должно понравиться. До места встречи, небольшого семейного кафе, открытого еще с ночи, Эван и Роб добрались пешком – не хотелось терять последние теплые деньки. Скоро снег, морозы – будет не до прогулок.

В кафе Эвана уже ждали. Роб остался на улице, не собираясь показываться местным. В парке напротив кафе несколько скамеек были заняты, и кто из сонных обитателей Аквилиты страховал Мюрая, как Роб пас Эвана, сложно было понять.

Старший инспектор Мюрай, единственный посетитель кафе, сидел у окна, рассматривая спящую улицу. Он оказался довольно молодым, больше тридцати не дашь, хотя планка боевых наград на мундире впечатляла. Эван напомнил себе, что это Аквилита. Тут по закону не может быть армии, таможни и разведки, но это не значит, что их тут действительно нет. Просто называются они все одинаково – полицией. Интересно, этот рыжий, веснушчатый, как Вик, парень – разведка или армия?

Мюрай с усталой, но добродушной улыбкой, которой Эван не собирался доверять, встал и протянул руку для приветствия. Да, коллега по службе, но стороны у них могут оказаться разными, в этом Роб был прав. Мюрай – человек лер-мэра и Аквилиты. Эван – человек короля и Тальмы.

– Доброе утро! Старший детектив-инспектор Брок Мюрай, Особый отдел.

– Лер Эван Хейг, из Игнисов. Приятно познакомиться.

Мюрай чуть приподнял бровь, но ничего не сказал – знает, что Эван снят с должности, знает!

– Присаживайтесь. Завтракать будете? У меня сегодня совершенно дикий денек – вы не против разделить со мной трапезу?

– Почему бы и нет, – отрешенно ответил Эван.

– Тут совершенно потрясающий луковый суп с жаберами.

– С чем? – переспросил Эван.

Мюрай с улыбкой пояснил:

– Жаберы – мелкие пирожки из Вернии. Слышали же, что вернийцев жабятниками зовут? Как раз из-за этих пирожков.

– Нет, – разворачивая салфетку и кладя ее себе на колени, ответил Эван. – Пожалуй, попробую что-нибудь менее экзотическое.

– Тогда рекомендую жаренную на гриле рыбу – свежий улов, приготовят при вас же. Хотя такое лучше есть в порту, на просторе, когда рядом поет море.

Эван кивнул – почему бы и нет. И потянулись глупые разговоры ни о чем. Погода. Городские новости. Что-то о Тальме. Ни Эван не собирался делать первый шаг, ни Брок Мюрай. Они оба прощупывали друг друга. Оба не хотели рисковать.

Первым не выдержал Мюрай. Решительно отодвинув в сторону пустую тарелку с печальным скелетиком рыбы – все, что осталось от завтрака, – он потер лицо ладонями, словно умываясь, и резко сказал:

– Лер-мэр предлагает вам помощь. Любую. Во всех мыслимых и немыслимых объемах. Ситуация немного вырвалась из-под контроля. Я полностью в вашем распоряжении… Ну, почти.

– И какого же характера помощь вы предлагаете?

Брок пожал плечами:

– Смотря что вам нужно.

Эван старательно отрешенно спросил:

– Вы умеете петь серенады? Знаете, где найти продавца розовых лепестков, чтобы усеять ими площадь перед гостиницей? Может быть, лер-мэр готов выдать лицензию на свадьбу с открытой датой, чтобы избежать огласки?

Мюрай наклонил голову и чуть скривился:

– Однако…

– Я приехал отдыхать, Мюрай. Не более того.

– У меня другие сведения… Подумайте хорошенько, я не буду предлагать дважды.

Эван вновь повторил:

– Я приехал отдыхать. Так что с лепестками?

– Могу дать наводку на хорошего торговца… И… раз вы не готовы сделать первый шаг…

Эван чуть прищурился, в кафе стало чуть теплее – простое предупреждение.

– Это вы позвали меня. Вам и делать первый шаг.

Мюрай парировал:

– Это вы приехали в Аквилиту. Вам важнее, лер. Мы-то выживем как-нибудь. Просто лер-мэр просил оказать вам полную поддержку. Хотите серенады – будут вам серенады. Хотите Полли – будет вам Полли… Отпустите эфир. У меня тоже ранг учителя, только, в отличие от вас, я не цепляюсь за родовую технику разогрева эфира, а знаю, что стихийные техники – полная чушь, эфир более многогранен. Позвольте себе шагнуть чуть дальше, чем позволяет вам ваша ограниченная родовым обучением фантазия. Рекомендую адера Дрейка в качестве наставника. Не теряйте время в Аквилите, даже пара уроков у адера подтолкнет вас в изучении эфира куда как больше, чем все родовые практики.

– К чему вы это?.. Не бойтесь, на дуэль за оскорбление не вызову.

Мюрай жестко ответил:

– Это я к тому, что вы отвечаете за нериссу Ренар. – Он заставил себя дружелюбно улыбнуться, меняя тон. – И да, считайте это моим первым шагом вам навстречу.

Эван подобрался:

– Я вас внимательно слушаю.

– Серая долина, – веско сказал Мюрай и тут же сам себе понятливо кивнул. – Вижу, знаете. Это хорошо. Вас не заинтересовало, почему дорожная полиция Тальмы не сообщила о происшествии Инквизиции? Ведь они должны были. Нерисса в Серой долине – это страшное происшествие или… запланированная акция.

Эван прищурился:

– Чья?

Мюрай невоспитанно оперся локтями на стол.

– Это вам виднее. Я лишь сообщаю вам результаты моего небольшого расследования. Совсем небольшого. Ваша полиция проигнорировала факт выхода нериссы из купе в Серой долине. Наша полиция не в курсе. Детектив Томас Дейл, также участвовавший в происшествии, поздно, но все же сообразил и донес Инквизиции о случившемся. А вот адер Дрейк про Серую долину не знает… Вы уже приобрели магблокираторы для нериссы? Могу предоставить наши, из Особого отдела.

Эван оборвал его:

– Мюрай, не нарывайтесь, прошу вас.

– Я абсолютно серьезен. Я озабочен состоянием нериссы Ренар. Вы же понимаете, что она просто ходячая потенцитовая бомба? Любая сильная негативная эмоция, и… Серая долина вместо Аквилиты гарантирована. Магблокираторы – временное, но весьма эффективное решение.

– Томасу Дейлу вы тоже рекомендовали блокираторы?

Мюрай хищно улыбнулся:

– Мне плевать на Дейла. Взорвется, теряя последние мозги, – так ему и надо. А вот терять нериссу Ренар, из-за силового шторма переходящую сразу к последней стадии болезни женщин-магов, не хотелось бы. Получить вместо умной молодой девушки злобную маразматичку, у которой из-за закупорки артерий погибла мозговая ткань, – очень страшная перспектива.

Он положил на стол браслет магблокиратора:

– Возвращать не надо… Что-нибудь еще?

– Это я вас хотел спросить. Пока ничего, чего я не знал бы, вы не сказали.

Мюрай поморщился, делано улыбнулся и явно заставил себя продолжить:

– Полагаю, о том, что Дейл всем сообщает, что нерисса Ренар станет его невестой, вы тоже знаете. К его чести, тот факт, что нерисса Ренар провела ночь в его доме, конкретно в его спальне, он не распространяет. Начнет болтать лишнее – я знаю, как его заткнуть… Но вам, наверное, и это неинтересно… Тогда… сколько вам нужно противочумных костюмов?

– Три, – спокойно сказал Эван.

– Проводник нужен?

– Не требуется.

– Что еще?

Эван пожал плечами:

– Это вы мне скажите. Я по-прежнему вам важнее, чем вы мне.

Мюрай скривился и откинулся на спинку стула:

– Про Полли. Досье – в Особом отделе. Вынос дела запрещен даже вам. Пришлете своего человека, он ознакомится. Полагаю, это будет Николас Деррик. И еще, просто в качестве жеста доброй воли, – нерисса Ренар влезла в расследование дела об убийстве нера и нериссы Бин. Дело я забрал из Сыскного дивизиона себе. Прошу, окажите мне любезность – сделайте так, чтобы у меня было два свободных дня для расследования. Мне не хотелось бы гонять по Аквилите, опережая в расследовании нериссу Ренар.

– И зачем мне это?

– Ну, например, если бы моя невеста была причиной убийства, я не хотел бы, чтобы она об этом знала. Вам виднее, конечно, нерисса Ренар ваша невеста, но… Нериссу Бин убили из-за вмешательства нериссы Ренар. Пусть она не отдает себе отчет, но для всех в Аквилите она одна из «Ангелов мщения». Нерисса Бин, обрадованная предложенной помощью в поисках нера Бина, разболтала об этом всем в машбюро и, по показаниям девушек, даже три раза переговорила с кем-то по телефону и сообщила эту новость. Имена этих друзей семейства Бин еще только уточняются – дело у меня на руках всего несколько часов. Поймите, кто-то сильно испугался вмешательства Ренар в поиски. «Ангелы» бывшими не бывают… Вы бы рекомендовали Чарльзу Ренару сменить название – люди же узколобы и понимают все не так…

– Что еще?

Мюрай пожал плечами:

– Также у меня скоро окажется несколько портретов предполагаемого убийцы Бинов, кроме того, который должны доставить из парка Сокрушителя. Мне нужна пара дней на закрытие дела. Возьму убийцу и – слово чести! – предоставлю его нериссе Ренар, не сообщая об истинной причине убийства нериссы Бин.

Эван прищурился, внимательно рассматривая Мюрая. Точно не армия. Разведка. И Мюрай прав – сейчас Вик в уязвимом положении после Серой долины. Ей не нужно знать причину убийства Стеллы Бин. Вик всего лишь хотела помочь, она и подумать не могла, что тем самым подтолкнет убийцу нера Бина к новому преступлению.

– Нерисса Ренар – крайне устойчивая и сильная личность, Мюрай. Вдобавок я всегда рядом. Так что… – Эван пальцем отодвинул браслет магблокиратора в сторону. – Браслет не требуется, но за помощь спасибо.

– Что-нибудь еще?

– Нет. Пожалуй, сейчас моя очередь. Мы с нериссой Ренар уезжаем из Аквилиты на пару дней – хотим побыть в горах. Так что требуемые два дня у вас будут. Удачи в расследовании.

– Благодарю, – легким кивком обозначил свою признательность Мюрай.

Эван еще раз посмотрел на Мюрая. Точно разведка. В армии таким умникам места нет. Он решительно сказал:

– В Аквилите нагло действует вернийская разведка.

Мюрай саркастично рассмеялся:

– А где ее нет? Вернийцы есть везде. Я тоже верниец, если вы не заметили. Эмигрант во втором поколении… Вернийская разведка есть везде, как везде есть и разведка Тальмы. Как и везде есть агенты влияния Вернии и Тальмы. В Аквилите это адер Дрейк. Он не верниец, но стойко раз за разом переманивает лер-мэра Сореля на свою сторону. Так что…

Эван оборвал его:

– Вы не понимаете, Мюрай. Сейчас как раз планируется переправка огромной партии потенцозема в Вернию. Это не должно произойти, иначе будущее не настанет. Этот потенцозем не должен попасть в Вернию.

– Простите, лер Хейг, но Королевский флот строго следит за блокадой. На Ривеноук полным-полно армии, поднятой по тревоге. Небо кишит дирижаблями. Как, по-вашему, будет осуществлена эта контрабанда? Это просто нереально. Не в нынешних условиях. Но ради вашего спокойствия я доложу начальству. Спасибо за столь полезное сотрудничество.

Эван не стал раскрывать все карты, он только веско сказал, вставая:

– Библиотеки так просто не горят, Мюрай. Подумайте и над этим. Подумайте, что там могло храниться. Тем более дело нера Бина у вас на руках.

Мюрай чуть наклонил голову:

– Однако… Перспективы…

– Вот именно, – кивнул Эван, оставляя банкноту на столе у своей тарелки. – А сейчас простите, у меня дела.

– Удачного дня, – пожелал ему Мюрай. – Удачного дня нам обоим…

Если бы Эван видел взгляд Мюрая, которым тот его провожал, он бы не уходил так спокойно.

* * *

Вик проснулась от пляшущего по лицу солнечного зайчика. На душе было хорошо и тепло, хотя она снова не помнила, как оказалась в спальне. Но Эван – не Томас.

На прикроватном столике лежала записка: «Доброе утро, солнышко! Если что – раздевала тебя горничная. Я уехал на встречу с Броком Мюраем, скоро буду. Планы на поездку не изменились. С уважением, Эван». Вик нахмурилась и перечитала записку уже вслух.

– Мюрай, Мюрай… Уж не тот ли, что постоянно брал «Искусство трубадуров Анта» Альфонса Доре наперегонки с Ришаром?

Она резко села в постели. Мюрай! Эван уехал на встречу со шпионом Вернии и не знает об этом!

Она резко дернула сонетку, вызывая горничную, и помчалась в уборную приводить себя в порядок. Часы показывали три часа пополудни. Эван не разбудил ее. Потому что опять пожалел? Или потому что до сих пор не вернулся? Ну почему она ему вчера не рассказала все о деле, почему позволила себе увлечься романтикой Аквилиты в ущерб делу и безопасности Эвана?!

Горничная принесла завтрак в спальню и громко объявила:

– Нерисса Ренар! Сегодня на обед вернийские гречневые блинчики, луковый суп и жаберы!

Вик выскочила из уборной, замирая.

– Что?

Горничная все с той же благожелательной улыбкой принялась повторять:

– Вернийские гречне…

– Жаберы! Вы сказали «жаберы»!

– Это такие мелкие пирожки с жабьим мясом. Несмотря на название, очень вкусные.

Вик вздрогнула от перспективы:

– Я… Мне только блинчики и суп. Пирожки я не буду… А лер Хейг… он… уже вернулся?..

– Нет, нерисса.

Сердце ухнуло куда-то в живот. Не вернулся. Это же еще ничего не значит. При Эване Роб…

– А лер Янг?

– Тоже нет, нерисса, – все так же улыбалась горничная, сервируя обед на небольшом столе.

Вик испуганно уточнила:

– А Деррик?

– Нет, нерисса. Он в спешке ушел после полудня, с тех пор никто не телефонировал и не передавал записок… Что-нибудь еще?

В кабинете зазвонил телефон. Вик вздрогнула и понеслась в чем была, в ночной сорочке.

– Я сама! И троттер приготовьте! Я спешу!

«Мне, кажется, пора Аквилиту на кирпичики разбирать» – это говорить вслух она не стала.

В телефонной трубке вместо родного и так сильно ожидаемого голоса Эвана был голос Тома:

– Добрый день, Тори!

– И тебе.

Он не заметил грусти в ее голосе.

– У меня две новости – хорошая и не очень. Не очень – дело Бинов у меня забрали. Хорошая – я нашел нашего Жабера. Он скрылся из музея, не вернулся домой, но я все же нашел его. Интересует?

Вик сглотнула.

– Ты что-нибудь об Эване слышал?

– Эм… Тори, я же не ради свидания, а ради дела – твоего дела телефонировал! Тебя Жабер уже не интересует?

– Интересует.

– Осенний проспект, дом десять. Жду через полчаса.

– Хорошо, Том.

Она положила трубку и направилась обратно в спальню. Эван или расследование? Доверие или… А если она своим вмешательством все испортит Эвану? А если… Что, если его поймали? Что, если… Как же все сложно!

Она схватила, не задумываясь, с подноса мелкий, на один укус, пирожок и засунула его в рот. Ничего, кстати, страшного. Остро, пряно и… пожалуй, вкусно.

Ну, держись, Жабер! Она и тебя съест и не подавится! А потом – сразу же на поиски Эвана.

А ведь прямо сейчас в спальне могут быть его следы. Зря, что ли, Дрейк ее учил?