Текст книги ""Фантастика 2025-191". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алевтина Варава

Соавторы: Андрей Корнеев,Татьяна Лаас,Жорж Бор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 180 (всего у книги 338 страниц)

Да какого хрена?!

Домой идти особо не хотелось. На улицах снова прибавилось народу – в рабочее время людей стало поменьше, а потом, к вечеру, похоже, все выперлись выполнять мэрские указы по новой.

Соколов-младший всё-таки созвонился наконец с Женей и съездил к ней: теперь по другому адресу. Женька сняла не квартиру, а комнату.

– Я же всё попродавала, – рассказывала она. – Ну или раздарила во всякие фонды. Я теперь, считай, с одним чемоданом. Я в пяти разных местах сдала все анализы! Никаких следов рака, представляешь?! Я – феномен! Тут один профессор хочет по мне диссертацию писать, честное слово! И предлагал сделать сбор попробовать, но я отказалась. Сколько больных людей, им нужнее. У меня завтра собеседование, пока просто на продавщицу в магазине одежды. Глядишь, через какое-то время смогу позволить себе снять квартиру и верну часть паучков. Мне почему-то кажется, что это ты принёс мне удачу, мистер целитель! – жизнерадостно рассмеялась Женька в конце. Я уже лет пять так хорошо себя не чувствовала, вот правда! Готова горы свернуть! Ты как сам? Ты молодец, тоже что-то делал для города, да? – добавила она, глянув на следы краски на Пашкиной одежде. – Я подъезд мыла с соседкой на пару. Мы подружились!

Запланированный на вечер анализ бабкиной черепушки отменился: её не было дома. Другую маму уведомила по телефону, что нужно съездить в деревню по важному делу. В целом, Пашка порадовался. Бабуля здорово давила на психику.

К нежеланию младшего сына сходить на сбор мусора в балке перед сном Другая мама отнеслась с пониманием, и это было приятно.

Но она вернулась с настенным портретом историка в рамке!

Пашка так и завис, таращась на то, как Другая мама вбивает в стену на кухне гвоздь, чтобы повесить эту дичь.

– Давно среди политиков не было такого приятного и здравомыслящего человека, – объявила Другая мама. – Одни много обещают, а вот он ничего не обещал, а сразу начал делать. По пути раздавали портреты, бесплатно. Будем вдохновляться и надеяться, что тоже так научимся. Как прошёл твой день?

Слава позвонил уже ночью после того, как пришла тысяча баллов за необщение с Лосевым.

– Так, чувак. Ты, походу, был прав, – решительно объявил он. – Это дичь, и надо что-то делать. Только я хер пойми что. Но мои предки ошизели. У них там в инфо отношение к Максимычу лучше, чем, блин, ко мне и друг к другу! Отец бабло на мамкину шубу слил на вывоз мусора, прикинь?! И мать даже не пикнула! Сказала, это нужнее! Это пирамида какая-то, мля! Секта, в натуре! Максимыч всех с голой жопой за неделю так оставит!

– И чё? – поинтересовался Пашка напряжённо. – Телефон даже если забрать, думаешь, он не обнулит его, как Островская?

– Надо что-то придумывать. Потому что, если завтра все попрутся квартиры на него переписывать, мы бомжами сделаемся! Нам в плюс то, что он про нас не в курсах. У тя чё по баллам?

– Голяк, – сознался Пашка.

– Так делай квесты, что там яйца отсиживаешь?! У меня десятка неполная набралась. Фиг да не фига, короче. С таким запасом толку от нас никакого.

– Может, это… – Пашка скользнул взглядом по белому проводу зарядки, тянущемуся от розетки в ящик стола. – Друганов твоих собрать? Уже, небось, прокачались до сорокового.

– А ты отрубил Кумову мобилу?

– Нет, – вынуждено сознался Пашка.

– Светиться – очень херово, – проговорил Слава, кажется, сквозь зубы. – С другой стороны, у них могут быть баллы. Надо думать и не налажать. Давай утром решим. Если чё, пойдём вместе. Скажу, что ты нормальный перец. В кредит, так сказать. Хотя стоит сначала проверить, какой у кого уровень. Кум же в больничке до сих пор, ты знаешь?

– Не знаю.

– Если до утра ничего нормального не придёт в голову, пойдём к нему в больничку. У него там какой уровень?

Пашка встал и проверил телефон. Он был заблокирован, но за три балла удалось снять рисунок-пин.

– Двадцать шестой, – объявил Пашка через время. – Херня. Но на балансе почти пятьдесят тысяч очков.

– А толку от них без сорокового? Давай так. Надо прошерстить, какие уровни у остальных. Может, и палиться нет смысла. А так-то я пока не представляю, чё делать, даже если будут баллы… Разве что грохнуть его.

– Ты охерел?

– Я просто озвучиваю факты. Бывай. Завтра часов в девять у меня во дворе встретимся. Шпионить будем, так сказать.

Глава 15: Оргазм и сообразительность

К обеду среды удалось установить, что сороковой, точнее, сорок третий уровень имеется только у Васина. И получалось, что толку палиться перед остальными нет.

– А вот они с ним-то как раз и разосрались, – удовлетворённо сообщил Слава, когда было установлено, что у Абдулова пока всего-то тринадцатый уровень аккаунта. – Они скучковались, Пуп, Кум и Абдула, знают друг про друга, а Васина выперли раньше. Про него тоже знают, но записали в лохи. Ну и меня слили, как только запахло всемогуществом будущим, типа я не в клубе. Я и не нарывался, но приглядывался. Это к чему: Васина можно привлечь так, чтобы он не доложил остальным. Он так-то головастый, кстати. Самый башковитый из них, креативщик. Я так и не вкурил, чё они его отбрили так капитально.

Пашка подумал-подумал, и про маленький хер не рассказал. Тем более, факт, что он уже не маленький.

Изменился капитально не только невидный хер, но и весь Васин в целом. Во-первых, он превратился в качка-бодибилдера. Лишний вес испарился, пропали с морды лица круглые очки. Не факт, что Пашка бы и признал одноклассника, встреть случайно на улице.

Учитывая, что встревоженная родня не бегала хвостом с врачами на поводке, а знакомые не таращились из каждой щели, Васин применил к модуляциям функцию «адаптировать восприятие», но оказалось, что у других пользователей оно не адаптируется. Зато Слава нашёл в своём телефоне фотки с Васиным времён, когда они ещё все дружили кодлой, и на них оказался безочкастый качок.

– Прикольно, конечно, это всё фигачит, – прокомментировал Марципанников, таращась на фотку.

Пашка не был уверен, что может охарактеризовать происходящее словом «прикольно». По правде говоря, он порядком устал. Перспектива сражаться со второй Островской, восьмидесятого, так сказать, левела, внушала панический ужас. Вообще упрямые в своей безграничности испытания начинали вызывать только одно желание: чтобы всё это закончилось.

А вдобавок Соколов-младший в целом был не в духе. Всю ночь он думал не про злой гений историка, а про Пионову и невыполняющийся квест, даже читал дебильные статьи из серии «Как доставить женщине удовольствие», но там была мура.

За ночь набралось целых три депрессивных медведя, но стоило воспрянуть оттого, что следующий принесёт новый уровень, уже почти-почти сотый, как череда медведей прервалась.

Про бабский оргазм в интрнетике писали неприятное. Типа некоторые тёлки его не получают вообще или пару раз за жизнь. А если Пионова на эту тему вообще бракованная? И что же, у него выйдет зависший квест и фригидная баба? Очень интересно, блин!

Пашка сурово решил выполнять задание не с Пионовой, раз она такая косая. Даже подумалось зарулить на мойку к Ритке, только пофиксить её игрухой на предмет половых инфекций. Или вообще проститутку профессиональную снять.

За мысли на подобную тему в ночи дали ещё одного овна, похерив всю теорию про то, что для получения овна надо кончить. Почувствовал себя Пашка тупым и оттого глубоко несчастным, а это постыдное ощущение вызвало гнев и подарило нового дракона. В общем, вышла бессонная ночь на достижения плодовитой, но малоприятной. А энергию утром пришлось восстанавливать игрухой.

– Предлагаю прямо, – объявил Слава. – Он чел подозрительный, а если что себе в башку вобьёт, мудрить начинает. Проблема у нас, так сказать, налицо. Да и подставы с нашей стороны нет в натуре.

Слово «подозрительный», пожалуй, Пашка к Васину бы применил в последнюю очередь. Вместо того просились на язык такие определения как «ебанутый», «не в себе», «со странностями» и про тараканов ещё шутейки разные.

– Воробей к вам прилетал? – выслушав Славу с Пашкой, первым делом спросил Васин.

– Какие ещё воробьи, на хрен?! – разозлился Марципанников. – Мы с реальной проблемой пришли!

Тут вид у нового Васина сделался какой-то надменный и всезнающий, так что сразу захотелось съездить ему по морде. Отвык уж Соколов-младший, чтобы на него так смотрели, за последний месяцок-то.

– Поебота вокруг мне тоже не нравится, – сообщил Васин потом. – Это надо прекращать.

– Много у тебя на балансе? – осведомился Марципан деловито и по-командирски.

– Сколько есть – всё моё, – неприятно хмыкнул Васин.

Короче, оказался он типо́м скользким. А Пашка вдруг подумал, что может Васин выёживаться сейчас так же, как всю жизнь со своим маленьким хером. Вид делать. У него, может, там пятьсот очков на счету, а он себе цену набивает просто. Вообще, стоило ли к нему идти, если он выделывается?

– И что ты думаешь, собственник? – уточнил насмешливо Слава, и всего на одну секунду Пашке показалось, что напускная важность схлынула с Васина волной.

– Думать надо. Но, если тырнуть или сломать мобилу смысла нет… потому что оно восстановится… – Васин поднял голову и посмотрел куда-то в небо. – Думать надо о том, как выкрутить, чтобы историк считал, что мобила у него, но это была не она.

– Чтобы он не пытался её вернуть! – подскочил на ноги Слава и в запале выронил зажжённую сигарету. – Но как?..

– На любой план надо будет подкопить запас очков. Особенно если у вас голяк. Я за всех оплачивать эту тусу не буду, – объявил Васин. – Вкинемся одинаково. Надо, чтобы запас у каждого хотя бы в сорокет был, а лучше – больше. За время сборов, а вам оно, я так понял, понадобится, думать будем, что провернуть и как.

– Кого-то, кто в мэрии работает, можно настроить сфотать его телефон, – отметил Пашка. – Уборщицу там или секретаршу. Ну или кого-то, кто на сайте висит, чтобы это реально найти было. Купить такой же, например… Можно же сварганить аналогичную визуально прилогу, но не рабочую.

– Для этого программер нужен, – вскинул брови Васин.

– Ну так-то программером можно любого из нас сделать, – возразил Слава и полез в телефон, в своё инфо. Загрузка знаний всяких скриптов и прочего хотя бы на базовом уровне стоила полтос.

Пашка присвистнул, и в прилоге за что-то дали лису.

– А навык программирования можно прокачать за шестьсот очей, – возразил на невысказанное вслух жлобство Васин, – просто с туториолом сесть и сделать прогу. Должно же понимание тогда врубиться.

– Голова, – признал Слава. – Сильно сократит расходы, но это долго.

– Может, и недолго. Я сделаю себе. Так-то что там интерфейса: ни мини-игр никаких, ни функций в самой прилоге. Только менюхи скопировать, и всё.

– Мы не знаем его скилы, – отметил Слава. – В имитации будет разница с тем, что он помнит. Запалит сразу.

– Окошко какое намутить? – предложил Васин. – Всплывающее при активации. Типа «Вы зашли за рамки, ваши настройки перепрошиты» или вроде того.

– А дальше оно не будет работать! – возликовал Пашка. – Гениально! – невольно признал он. – Только как поменять гаджеты?!

– А софт? – прервал Слава. – Галерея, проги всякие. Заметит разницу.

– Можно перелить инфу, типа как когда новый тел покупаешь, – сказал Васин. – Настроить кому-то. Секрешлюхе там его.

– Ну блин, одно дело сфотать модель мобилы, другое – незаметно слить инфу, – засомневался Пашка. – Он же не придурок, хотя придурок, но не настолько, чтобы телефон оставлять без присмотра.

– Ну думать надо, чё, – разозлился Васин. – Или я, по-вашему, за секунду весь план сварганю? За идею с меня меньше баллов на организацию, – внушительно добавил он. – На десятку пока.

– Ты с хера торгашом заделался?! – возмутился Марципан.

– С тебя пример беру, – огрызнулся Васин. – Бо́шки включайте. И собирайте баллы. Я тоже по квестам пройдусь. Встречаемся, когда сорокет будет у каждого. А я поиграю в программера пока что.

Марципан с Пашкой переглянулись. В целом, выглядело как план.

И только когда все свалили, Соколов-младший вспомнил, что квест его грёбаный не проходится. Тут же получил дракона, а следом медведя и девяносто шестой уровень.

Может, и не нужна вся эта мозгоебля, если сотый взять и всё откорректировать? Подумалось пойти жрать бургеры: в строке было шесть свинок до очередной десятки. Но потом понял Пашка, что даже на сотом и притом, что он окажется прав и корректировки возможны в событиях, а не в памяти, стоить это всё будет хуеву тучу баллов.

А значит, надо доводить, блин, женщину до оргазма. Бракованную.

Зарулил Пашка к Пионовой, отвлёк её от продолжающейся общественной деятельности, выложился на всю, а потом свалил, хлопнув дверью, так что она и не поняла даже, что такое.

А такое было то, что сраный квест опять не засчитался.

– Стонет она, мля, – шипел, сквозь зубы, Пашка за углом пионовского дома, подкуривая сигарету и разбивая драконов, овнов и кривенькую «Т», – извивается, мать её. Пиздаболка!

Ваще всё сделал! Шестнадцать, сука, минут! Вспотел, как триста спартанцев! Это у неё, блин, фригидность! Да он сейчас любой бабе нажмёт трусы снимать, и всё засчитается!

Внезапная мысль отвлекла от яростных измышлений и прогнала злость. Пашка ухмыльнулся. Поймал прилогой, ради ржаки, самую старую бабульку, какую заприметил вокруг, и наклацал ей оргазм игрухой за триста баллов.

Старушка вдалеке вдруг охнула, вздрогнула как-то сгорбленными плечами. А потом пошатывающейся походкой подошла к трубе забора вдоль клумб, и жопой к ней прислонилась. Сияло на лице бабулькином какое-то странное мечтательное выражение.

Пашка заржал в голосину, в прилоге дали ещё и льва. Между прочим, шестьдесят девятого.

И квест засчитался.

То-то же.

«52. Поищи на авито объявления о продаже домов в селе Нечаевка. Награда – 100 баллов».

Восторг самолюбования смыло мигом.

– Это ещё что?! – насупился Пашка.

Во-первых, что за прикол с сотней баллов опять? Где нормальные бонусы?! Во-вторых… Оно что, назначит ему дом, бля, покупать? Да дома сейчас миллионы стоят, даже в самой жопе мира! В-третьих, на кой ляд ему дом в деревне, к тому же Нечаевка – это где бабка Лида живёт. То есть, последнее место, где стоит обзаводиться недвигой.

Но хотела игра не дом, это Пашка понял, как только завёл акк на авито и вбил нужный адрес в соответствующий раздел.

Хотела она, чтобы он это вот увидел. Явно.

В пятом по счёту объявлении висела фотка бабкиной развалюхи с пометкой «Продам срочно!».

А это, простите, что за новости?!

У бабки крыша протекла в край?! На хера она дом продаёт?!

Не, надо её искать и бо́шку скринить срочно.

Пашка двинул кони домой, забыв даже глянуть новое квестовое задание.

Ополоумевшая бабуля оказалась там. Суровая и мрачная, она сидела в кресле в зале, скрестив на груди руки. И смотрела, как Брежнев на портрете в учебнике истории.

Молча.

И до озноба страшно.

Подофигевший, Пашка поймал её камерой и спрятался с открытым меню в толчке.

Где офигел окончательно.

Эта старая дура попёрлась не куда-нибудь, а к, мать его, гадалке! Но это ещё полбеды! Какая-то «ведьма» сказала… Тут уже Пашке стало совсем нехорошо. Он даже скачал воспоминание в видеоформате. И посмотрел его три раза подряд.

«В беде твой сын, в большой беде, – говорила сомнамбулически, глядя на замызганные карты с картинками, какая-то обвешанная бусами полубезумная тётка. – Но не по своей вине. Вина на близких, кто его крови. Сотворили они лихо лютое. С них спрашивай. Найти не смогу, но там ему очень помощь твоя нужна. Только он очень далеко. Ты едино на расстоянии можешь теперь помочь ему. Но силы это моей потребует очень много. Слишком. Ты прости. Я на такое подписаться не могу. Мне другим тоже помогать нужно. А на твою беду вся энергия уйдёт. Ты прости меня, жалко мне тебя очень».

Тогда-то бабка и подписалась взять шарлатанку на довольствие, всяко обеспечивать, чтобы она поддерживала её сына и берегла, хоть и удалённо. И поскакала дом продавать.

Или… или не шарлатанку?

«Вина на близких, кто его крови. Сотворили они лихо лютое. С них спрашивай».

Прежний Пашка всех гадалок считал мошенницами, конечно. Он же не тёлка тупорылая. Вот только…

Прежний Пашка и в колдовские прилоги не верил.

«Он очень далеко». «Сотворили они лихо лютое».

Сам не зная, на кой фиг, Пашка отыскал в бабкиной памяти адрес колдуньи и записал в заметки. Подумалось… вдруг она что-то про отца понимает? И как его вернуть? Бред, конечно. Но только…

Про квесты вспомнил, когда из оцепенелого сидения одетым на унитазе вывела полуночная тысяча баллов.

«53. Найди саженцы бархатцев. Награда – 2 000 баллов».

Что за… Пашка с недоумением погуглил незнакомое слово. Бархатцы оказались оранжевыми садовыми цветами, такие росли у той же бабки Лиды в саду слева от калитки и под окнами из кухни. Но не ехать же в деревню за ними? Туда и на машине-то часа полтора добираться… Хотя, наверное, можно в магазе купить или найти где в городе. Сейчас не получалось сообразить, видел ли Пашка где такие цветы ещё, не обращал он на такое внимания. Даже не помнил, в какое они бывают время года…

Но это до завтра точно потерпит…

Выбрался младший Соколов из толчка, когда все улеглись. Свет нигде не горел. Перед тем как идти в комнату, он заново открыл вылетевшее бабкино меню. Потом устроился на кровати и принялся настраивать.

Много очков было жалко, особенно сейчас. Так что постарался по минимуму: вернул доверие к себе на полную и убрал ненависть, которая прямо-таки шкалила. Это уже стоило четырнадцать косарей. Но всё ж, скрепя сердце пожертвовал Пашка ещё двумя тысячами и впечатление от посещения гадалки поменял с «великолепно!» на «полный мрак!»

Компенсировали это мотовство ему одной сраной лисой.

Очень хотелось верить, что такой корректировки на первое время хватит. Но получалось верить с трудом, и ещё сотней баллов Пашка снёс себе энергию в ноль, чтобы вырубиться.

Потому как всё время к тому же подкатывали тошные мысли о Пионовой.

Когда Пашка проснулся, в воцапе висело непрочитанное сообщение от Марципана: «Собрал сорокет. А ты?»

Пашка сел. Сонливость как рукой сняло. Походу, надо было встретиться. Не хватало так-то тринадцати тысяч баллов. Но можно же и приукрасить?

Уговорились на четыре в кафехе. Оставалось два с половиной часа. Пашка их потратил на гигиену, завтрак и контрольное сканирование бабки, хотя уже то, что она этот завтрак любезно приготовила, говорило красноречиво, что вчерашние манипуляции подействовали.

Объявление, правда, всё ещё висело, но потом Пашка увидел, что дом «снят с продажи».

Ну хоть что-то. Не дай бог свалится жить им на голову, любительница прорицаний. После, когда Пашка всё починит и вернёт.

Дали перевёрнутый «игрек».

С Марципаном и Васиным встретились в кафехе, почти пустой.

– Нарисовал? – первым делом спросил Слава.

– Начал, – сурово ответил Васин. – Не пяти минут так-то дело.

– И на хера тогда мы собрались? Не мог сказать, что рано?! – обозлился Марципан, стукнув стаканом по столу. – Думаешь, у меня нет своих дел на твою рожу зазря любоваться?!

– А разговор появился интересный, – насупился Васин нехорошо. – Мыслишки у меня кое-какие возникли за ночь.

– Придумал, как телефоны поменять?! – выпалил Пашка. Но Васин даже бровью не повёл и выглядел как-то недобро.

– Тут вот какое дело. Случилась со мной перед каникулами неприятная история. Гопнули меня на телефон. Я вот только игру на новый установил. А потом Кума собаки погрызли, и тоже вроде как телефон пропал у него. Ничего объяснить не хотите?

Марципан бросил на Пашку быстрый взгляд. И очень зря.

– Вы меня за лоха держите?! – тут же рассвирепел Васин, и его мобила на столе вздрогнула от вибрации. – Решили поюзать и выкинуть? А сами телефоны отжимаете? То-то я смотрю, вы спелись. То есть, сначала вы хотели одни с игрухой остаться, но тут нарисовался биг босс, и вы решили меня втёмную нагнуть, мозгами моими и баллами попользоваться, а потом слить?!

– Братан, я вообще не при делах! – вскинул руки Слава.

– Ну да, ты у нас сама невинность! Целка на выданье!

– Товарищи заговорщики, вы так прикончите друг друга, – сказал вдруг самый ненавистный для Пашки голос, поднимая волосы по всему телу дыбом.

Незаметно подсевшая за соседний столик во время жарких дебатов рыжая девчонка повернулась, снимая широкие солнечные очки, и Пашка увидел холодные злые глаза Островской, приукрашенной или париком, или новыми патлами от игрухи.

Глава 16: Разная суета

Соколов-младший вскочил на ноги, задев стол так, что из стаканов расплескалась жидкость.

– Тихо-тихо, а то голова лопнет! – хмыкнула Островская. – Я с миром. Мне тоже всё это не нравится.

– Если через минуту ты отсюда не свалишь, вечером заява будет в ментовке, – просвистел Пашка.

Васин на Островскую пялился во все глаза, чуть приоткрыв рот. И слов не находил, даже чтобы спросить, какого хера.

– Пошла вон! – почти крикнул Пашка.

– Погоди-ка, – влез Марципан. – И что, идеи какие есть? Или просто примазаться? – уточнил он у Островской.

Захотелось выть. Телефон завибрировал драконом. Предатель! Гнойный урод! Всегда таким был, и как только у Пашки ума хватило забыть об этом?!

– Какие-то найдутся. Собаки были мои, – добавила Островская, подаваясь вперёд и глядя в глаза Васину. – Проба пера. Предлагаю перемирие на время чумы. Потом разберёмся.

– Ты кто? – наконец-то выдавил Васин.

– Ира. Очень приятно.

– Я с тобой… никогда… ни за что… – попытался сформулировать Пашка свою позицию.

– Ты чё как тёлка разобиделся? – припечатал Марципан. – Выслушать предложение нужно.

– Молодец, – похвалила Островская, вылезла из-за соседнего столика и подошла вплотную. – В целом мне то, что я подслушала, нравится. Прокачать фармацевтику надо, это я на себя беру. Нажать аптекарше продать нужные лекарства. А уборщице или секретарше – налить в кофе, например, когда он один. Можно было бы и уколоть, но это сложно не заметить. Нужно такое, чтобы и мысли спутало, причём быстро, а не только в сон клонило. Чтобы не додумался энергию восстановить. Ну или потренироваться на кошках. Если препарат сон вызывает, он же не энергию рубит, а обманывает какие-то рецепторы… Может, и не поможет чит на бодрость. Короче, доработать и потестить. Додуматься проверять наличие в крови лекарств навряд ли можно быстро. А дальше, чтобы та же секретарша или уборщица поменяла телефоны и перенесла данные.

– Лихо! – вынес вердикт Марципан. – Ща придумала, что ли?!

– Круто, – согласился Васин.

– Пошла. Отсюда. На хер, – процедил Пашка сквозь зубы и стиснул кулаки.

Телефон вздрогнул. Дракон.

– Что-то от тебя самого пока идей полезных по минимуму, – отметил Марципан.

Хотелось орать. Да Пашка бы скорее зомби-апокалипсис пережил, чем объединялся с этой выдрой! Да как они не понимают?!

– А я в целом не против, – вдруг сказала Островская. – Воплощайте сами. Чао!

– Стой! – вскочил Марципан, когда она развернулась своей прокачанной до порномодельной задницей, в которую тут же впился взглядом Васин. – Мы, значит, будем тратить баллы и рисковать головой, а ты просто посмотришь и, если что, проконсультируешь?!

Островская обернулась и хмыкнула:

– Точно. Прекрасный расклад. Твоего друга устроит.

Слава сверкнул на Пашку гневным взглядом.

– Ну, если «мой друг» согласен вкинуть в два раза больше очков по сравнению с остальными, то иди себе.

– Чего?! – взвился Пашка окончательно.

– Чего слышал. Угостишь красотку?

На лице Пашки задвигались желваки.

– Давайте вместе, – наконец-то приоткрыл рот Васин. – Мэр всё-таки.

Островская усмехнулась.

– Так и быть. С меня фармацевтика и нужное лекарство. С тебя, я так понимаю, дубль приложения. Вы двое, получается, ищете подходящего человека и настраиваете его, – нагло глянула она на Пашку и Марципанникова.

– Мы тебя вроде командиром не выбирали, – прищурился Слава.

– Предложишь другое распределение? Получше?

Он помолчал с минуту, потом нехотя выдал:

– Ладно.

Обсуждение деталей меню фейковой прилоги Пашка слушал невнимательно, почти что и не слушал вообще: он кипел. Да как можно было после всего, что она понатворила с Люсей и вообще, объединяться?! Да реально было обойтись спокойно без этой шаболды! Они и сами всё придумали! И на кой ляд она сдалась?! Ну что, нельзя было допереть до снотворных колёс своими мозгами?! А прокачаться на эту тему может любой!

Да она ещё больнее историка! Кипяток, собаки – это только то, про что известно! Она – конченая садистка! Ей нравится над людьми измываться! Как с такими можно брататься, твою, господи боже, мать?!

А эти придурки…

К двум драконам в пушах на телефоне добавился перевёрнутый «игрек».

А Васин, наоборот, как-то разом позабыл все свои обвинения и подозрения. Хотя так-то про то, почему его Безумный Макс гопнул, никто не рассказал толком.

«Вы достигли 97-го уровня!» – уведомил Пашку телефон.

Спустя часа полтора Васин и Островская свалили.

– Ну и как выбирать будем? – поинтересовался Марципан. – Работника подходящего.

– Она нас подставит, – процедил Пашка. – Или ты не понимаешь, реально?

– Или она так же, как и все, заинтересована в устранении неадеквата, и решила, что правильнее работать в команде, – развёл руками Слава. – Это ж биг босс, натурально!

– Даже если так, потом она нас подставит.

– Ну так то потом. У меня отец портрет нашего историка в дом приволок. Прикинь! К себе в кабинет! На стену повесил!

– Моя мать тоже, – посмурнел Пашка, хотя у мамки, разумеется, никакого кабинета не было.

– Заява-то у нас остаётся. На случай подстав. Ну и, если уж по-чесноку, так Васян был нас готов послать на три весёлых буковки. И баба эта твоя, она очень вовремя влезла.

– Она – не моя баба!

– Ты, Пашок, не о том думаешь, – хмыкнул Слава. – Скажи лучше, как найти секретаршу мэрскую?

– В памяти у сотрудников горсовета? – скривился соколов-Младший. – Например.

– Молодец. Значит, поехали в центр. Но только уже начало шестого, и навряд ли там будет много народу. Предлагаю утром завтра. Или ты прощупай почву пока.

– А чё я? – набычился Пашка. – Я вообще на хер не хочу больше в этом участвовать!

– Да чё ты как девочка кипятишься? Ладно, скажу честно: у меня квестовое дело. Мне надо свалить из миссии ща. А ночью точно там никого не будет. Завтра давай.

И Марципан действительно свалил, оставив Пашку не только булькать от ярости, но и счёт за всех к тому же оплачивать. Что он понял только спустя минут пятнадцать. Правда, счёт был не очень большой.

Заказав дополнительно полноценный обед с десертом, такой, чтобы свинку нажрать, Пашка попробовал нагуглить, где купить саженцы квестовых бархатцев, но всюду попадались только сраные семена. Он уже почти отчаялся, даже подумал прорастить цветы игрой, когда догадался заменить «саженцы» на «в горшке» и нашёл целых шесть десятков предложений на авито.

Доедая второй десерт (дали целых две свинки за всё это дело), договорился с какой-то Галиной Евгеньевной, что подъедет к дому в частном секторе к восьми вечера (раньше она не могла). Чтобы не прохлаждаться, зарулил Пашка после кафехи в стоматологию и обменял тысячу баллов на двадцать пять косарей. Может, целителем заделаться? Дать объяву, как та ведьма, которая пытается у бабки Лиды дом отхапать. После первых выздоровевших к нему очередь выстроится километровая…

Опять зачесалось от дурной мысли наведаться к гадалке. Пашка даже посмотрел, где тётка из воспоминания бабули живёт. Но это было далеко, и не по пути к Галине Евгеньевне.

Несмотря на то что из-за стоматологии Пашка к восьми припозднился, ждать садаводшу пришлось ещё минут двадцать. За невысоким деревянным забором вдали виднелись цветы с нагуглиных картинок.

И чё с ними надо будет делать? Посадить у кого-то на могиле в полночь? Подарить Пионовой, чтобы починить её фригидность? Или чего доброго Островской послать, чтобы протоптаться по Пашкиной гордости?

Всё чаще начинало казаться, что прилога «подстраивает» вовсе не наилучший исход, а сплошные подлянки и лажи. Ок, допустим, дом бабкин она спасала. Но так-то мог бы Пашка бабке-дуре сам дом купить, и была бы она ему обязана, и перестала бы обзывать охламоном, и вообще.

А остальное…

– Прости, дружок, задержалась на работе, – запыхавшимся голосом обратилась к Пашке немного раскрасневшаяся тётка лет пятидесяти в отчётливо подмокшей на подмышках белой блузке. Были на тётке ещё чёрные офисные штаны со стрелками, как на батином выходном костюме для свадеб и похорон, и туфли на каблуке. Короче, вообще не тянула она на торговку цветами. – Ты же за бархатцами?

Пашка кивнул.

– Проходи, – завозилась согнутой и сунутой за забор рукой в районе внутреннего засова калитки тётка. – Извини, не думала, что так задержусь. Погоди минут десять максимум, я быстро отсажу тебе с клумбы, только передник надену. Обычно к семи я уже дома как штык. Но сейчас очень многое поменялось. Я ведь у нашего мэра личный секретарь. Новая метла по-новому метёт. Но такой человек хороший, столько уж всего сделать успел. И такой приятный, что и задержаться не грех ради хорошего де… Юноша, ты в порядке? – забеспокоилась тётка, завязывая снятый с крючка на внешней стене дома огромный клеёнчатый передник.

Пашка моргнул, ухмыльнулся и кивнул.

– Как ухаживать – знаешь?

– Я для бабушки своей, это она просила, – восторженно выдавил Пашка, протягивая деньги. – Спасибо.

Выходил из двора Соколов-младший так, словно на его голове появилась корона. Вот это завтра Марципан приколится! Можно и не говорить, что это по квесту. Или сказать – пусть завидуют, какие игруха ему бонусы даёт.

Потом подумалось, что Славкин квест мог к другому какому-то работнику мэрии привести. И очень захотелось Пашке заявить о своём открытии первым. Так что он написал в общий чатик, созданный по идее суки-Островской, что нашёл секретаршу историка и знает её домашний адрес.

В ответ Васин начал кидать скрины прилоги, видимо, фейковой, но выглядели они как настоящие, наделанные с «Дополненной реальности». Потом прислал видос – запись с экрана. Проклацал менюшки. При входе в «Достижения» выскакивало окно:

«Ваши награды обнулены за привышение допустимых границ работы с устройством».

Пока Пашка досматривал видос, от Островской пришло: «"Превышение" через "е", грамотей». А от Васина:

«Может в гости заедишь всё проверишь?»

«Походу, надо», – написала Островская и добавила смайл из букв «О» и нижнего подчёркивания.

«"Заедешь" через "е", дятел», – прислал Слава.

«Ещё бы запятых в переписке требовали на местах», – скривившись, подумал Пашка.

Хотя ошибки в прилоге реально могут слить историку фейк. Это что, Васин к мразине яйца подкатывает? Офигеть… Ну-ну, так ему и надо. Лихо отхватит в итоге как пить дать.

Пашка вошёл в «Дополненную реальность», разбил льва и «G» на боку.

«Вы достигли 98-го уровня!» – уведомила игра.