Текст книги ""Фантастика 2025-191". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Алевтина Варава

Глава 2

Каждое действие рождает отклик в ткани мира. Об этом знали и этим пользовались все Вершители. Отчасти, именно поэтому мы поставили мир на грань катастрофы. И, отчасти, поэтому я пытался убить всех своих братьев и сестёр. Чем большее влияние ты оказываешь на мир, тем больше он обращает на тебя внимания.

Если речь идёт о могущественном существе, которому нужно скрыться, то достаточно просто перестать действовать и мир забудет о твоём существовании уже через пару сотен лет. Вот только проблема всех могущественных существ была в том, что они добились своей силы действием. И бездействие, для таких как я, было равносильно смерти.

Постоянная работа на грани возможностей требовала от тела полной концентрации и самоотдачи. Как во время обычных тренировок растут мышцы и выносливость, так при постоянной магической нагрузке развивается Источник. Сначала он просто становится более отзывчивым, но развитие идёт дальше. Увеличивается скорость отдачи и накопления маны, растёт объем единовременного выброса энергии и количества подконтрольных плетений. Уже на втором круге Источник увеличивается вдвое. Потом рост замедляется, но идёт в том же направлении. У обычных магов.

За последние три недели я столько раз подходил к границе полного истощения, что ничего удивительного в изменении Источника не было. Просто я ожидал, что это произойдёт позже. Когда я доберусь хотя бы до первого ранга. Но, разумеется, менять бы я ничего не стал. Просто теперь придётся выделить время, чтобы свыкнуться с изменениями и научиться применять их в новых реалиях моей жизни.

Вдох.

Грудь поднялась, захватывая максимально возможный объем воздуха. В отличие от других аспектов, развивать и тренировать магию Воздуха было значительно проще, потому что адепт мог этим заниматься постоянно. Просто нужно уметь правильно настраивать ритмы организма.

Сейчас главной моей проблемой становилось общее состояние тела, Источника и сфер разума. Тело было не готово для использования третьего аспекта, Источник находился в полном раздрае и шоке от того, что самовольно создал связь с новой силой, а сферы разума придётся перерабатывать под изменения в ускоренном режиме.

Выдох…

Каждая частица воздушного аспекта имела свой вес и волю. Объём поглощённого воздуха становился моим инструментом роста и развития. Живые существа дышали неосознанно. Просто потому, что иначе не могли. И только те, кто постиг вершины мастерства магии Воздуха, могли сказать, сколько возможностей упускали молодые адепты этого аспекта.

Вниз я спустился только через двадцать минут. Пришлось потратить много времени на общую стабилизацию Источника. Завихрения аспекта Воздуха были слишком заметны для любого мага. А Настя обладала достаточной силой и волновать её после вчерашнего я не хотел.

– Доброе утро! – зайдя в гостиную, весело поздоровался я. – Или уже день? Прошу прощения, что заставил волноваться – слишком устал за последнее время и организм решил, что князю Разумовскому нужен полноценный отдых.

– Ну, хоть кто-то нашёл на тебя управу, – наигранно сердито проворчала Настя. – Если так и дальше пойдёт, то мы тут вообще отвары от нервов пить начнём все!

Я улыбнулся и протянул руку к чайнику. И вроде старался следить за всем, но справился не идеально. Из держателя для салфеток, мимо которого прошла ладонь, взлетели в воздух несколько белоснежных листов. Будто мимо них пронёсся на полной скорости автомобиль.

– Прикрою окно, если вы не против, господа, – негромко произнёс стоявший неподалёку Антип. – Сегодня ветрено. Не хотелось бы вылавливать потом салфетки из тарелок.

– Спасибо, Антип, – в разы медленнее возвращая руку с чайником, поблагодарил я. – Если что-то осталось после завтрака, то я не против добавить это к чаю.

– Пару минут, ваша светлость. – чинно кивнул старик. – Я сейчас всё организую.

– О чём ты хотела поговорить? – повернувшись к сестре, спросил я.

– Младший сын нашего дорогого соседа пришёл в себя и чудесным образом излечился от смертельного отравления аспектом Тьмы, – явно сильно недовольная этим фактом, сообщила Настя. – Сегодня в новостях появилась новость об этом. Целое огромное интервью с главным врачом медицинского центра, в который положили Антона Алексеевича на реабилитацию. Похоже, этого медика к самому Императору отправят на встречу с докладом по его инновационному методу лечения отравлений.

– Вот как? – улыбнулся я. – И что за метод?

– Об этом не писали, – фыркнула в ответ княжна. – Наверняка что-то странное и дико дорогое. Обычным людям такое точно не подойдёт. А ты чему радуешься? Одним Антиповым больше стало, а ты улыбаешься, Яр. Я думала, что хотя бы Антон выбыл из необъявленной войны между нашими родами.

– За Антипова-младшего можешь не переживать, Насть, – невозмутимо ответил я. – Он ещё долго в себя не придёт, да и вряд будет гореть желанием вернуться к противостоянию с нашим родом.

– Почему так думаешь? – подозрительно спросила девушка.

– Предчувствие, – рассмеялся я. – А вот доктор меня всерьёз заинтересовал. Если тебе не сложно, сообщи мне когда о нём ещё какие-то новости появятся. Аршавин не говорил зачем приехал?

– Нет, – покачала головой княжна. – Он с самого утра охрану муштрует. Парни уже три часа с полосы препятствий не выходят. Будто сердится на них за что-то Николай Петрович.

Вернувшийся Антип торжественно вкатил в гостиную тележку с едой. Тётя Женя явно с нетерпением ждала моего пробуждения и наготовила столько, сколько не смог бы за один присест съесть ни один человек. Я даже не пытался, но попробовал каждое из десятка блюд.

Вдох.

Выдох…

Осознанное дыхание давало массу преимуществ. Одарённый не просто насыщал кровь кислородом, а прогонял через свою кровеносную систему частицы самого легкодоступного в мире аспекта. А потом возвращал их обратно и менял на новые. Каждый вдох на крохотный шажок улучшал потенциал аспекта Воздуха. Долгий и очень сложный путь, но результаты он давал просто потрясающие. Например, полный осознанный вдох при хорошо развитом Источнике мог полностью восстановить запас маны в трёх средних сферах разума. Вот только развивать этот навык нужно было постоянно.

На первом этапе потенциал пробуждённого аспекта находился на критически низком уровне. Любые манипуляции с этой силой двигали потенциал вверх, но оставаться при этом весёлым и беспечным для всех окружающих получалось с трудом. Ощущения были такие, будто я после долгой пробежки тянул воздух через крохотную трубочку. Постоянно хотелось прекратить мучительное занятие и вернуться к обычному дыханию.

– Я сегодня в Себыкино еду, – закончив с едой, произнёс я. – Есть желание прокатиться?

– Есть, – кивнул Настя. – Но в посёлке мне делать нечего. В Тверь нужно съездить.

– Охрана? – задал следующий вопрос я.

– Николая Петровича я предупредила, – изобразила недовольство княжна. – Охрану он выделит. Время поездки согласовала. Маршрут тоже. Чтоб ты так о себе заботился, Ярослав!

– Я глава рода, – улыбнулся я. – Со мной и так постоянно рядом лучшие воины дружины и её командир.

– Если бы это было так, то я бы и не волновалась, – фыркнула Настя и встала из-за стола. – Пойду собираться, а то опоздаем к открытию.

– Открытию чего? – нейтрально уточнил я.

– Инга Аскольдовна пригласила меня в художественную галерею. Сегодня первый день новой выставки, – понимая, что я никогда не задаю вопросы просто так, ответила девушка.

– Хорошей поездки, – улыбнулся я. – Передавай привет графине Калининой.

– Обязательно, – уже убегая к лестнице, отозвалась девушка.

Я отложил приборы, встал из-за стола и вышел на улицу. Там было удивительно тихо. Наверное, наконец наступил тот день, когда все старые ремонтные работы были закончены, а новые ещё не начались. Никого из охранников поместья тоже видно не было, но из-за ограды в сотне метров от меня слышался глухой рёв, будто там неожиданно появился водопад. Матерный и довольно агрессивный.

Когда подошёл уже к самому ограждению имения, стало понятно, почему Ратай решил потратить время на душевное общение со своими подчинёнными. Дело происходило на той самой полосе препятствий, которую использовали для моей подготовки к охоте с Антиповым-младшим. Для большинства дружинников она тоже была достаточно сложной.

– Семь минут!!! – донёсся до меня злобный рык Аршавина. – Я прошёл через ограду и стоял у задней стены особняка целых семь минут! Да вы хоть понимаете что за столько времени можно было сделать? Ещё круг!!! И кто меня заметил? А? Кто это сделал?

Измученные бойцы продолжали штурмовать препятствия на полосе. Хриплое дыхание, злые взгляды и ручьи пота на лицах и голых спинах. Никто уже не отвечал Ратаю. Может потому, что он не обращался ни к кому прямо, а может потому, что дружинники просто не хотели бесить ещё больше своего командира.

– Антип! – рявкнул Шатун. – Старый немощный слуга, который оказался внимательнее и бдительнее, чем три десятка воинов, которых я по недоразумению считал опытными и надёжными! Вот кто меня заметил. Чая предложил. Делами поинтересовался… Нормально?! Ниже! Ниже локти! И как мне после этого смотреть в глаза князю? Как мне ему сказать, что его сестёр охраняют бездари, способные на десять минут пропустить постороннего на территорию? А?

– Ратай! – задыхаясь от непосильной нагрузки, простонал один из парней. – Да поняли мы. Смена задержалась просто. На две минуты.

– Смена у них задержалась! – фыркнул Аршавин. – А какого хрена у вас интервал в пять минут между обходами? Парами ходите, чтобы скучно не было?!

– Доброе утро, Николай Петрович, – негромко произнёс я. – Заняты?

– Доброе утро, Ярослав Константинович, – отозвался Шатун, мгновенно понижая тон. – Не занят. Так… Воспитательную работу провожу. Чего замерли? Ещё по четыре круга! Время пошло!

– Прогуляемся? – кивая в сторону леса, предложил я и Аршавин молча кивнул. – Зачем приехал?

– Утром граф Старковский звонил, – ответил Ратай. – До вас не смог дозвониться, а княжну Анастасию Константиновну беспокоить не решился. Иван Николаевич сказал, что не знает в курсе ли она наших дел.

– И это правильно, – кивнул я. Контролировать дыхание стало чуть легче, но я всё равно чувствовал себя так, будто заново учился ходить. Использовать истинное зрение или какие-то простые заклинания даже не пытался. Пока не приведу в порядок Источник об этом даже думать не стоит. – Что хотел граф?

– Поблагодарить за спасение своих людей, – ответил Шатун. – И сообщить о том, что не будет предъявлять никаких претензий по поводу погибших. Он со всех своих подписки взял, когда они на учения отправлялись, что последствия могут быть любые, включая смерть и увечья.

– Соломки подстелил Иван Николаевич, – усмехнулся я. – Похоже на него. Дружит со всеми, знает больше других и о своих интересах не забывает.

– Да, – серьёзно кивнул Ратай. – До окончания первых совместных учений осталось два дня. Граф Старковский просил узнать, когда можно будет прислать следующие пять сотен человек на обучение.

– Я с ним сам позже свяжусь, – ответил я. Вокруг расстилался лес. Гудел в соснах ветер, а обычные лиственные деревья успокаивающе шелестели листвой. Повсюду вокруг нас двигался воздух и для него не было преград.

– Мне бы тоже знать, что вы на этот счёт думаете, Ярослав Константинович, – осторожно произнёс Аршавин. – Если честно, мне бы не хотелось тратить ещё одну неделю на возню с дружинниками Старковского. Как оказалось, мне и своих поднатаскать не мешало бы. Да и сидеть постоянно в Горынино желания нет. Понимаю, что самим тяжело перекрыть границу будет, но что-то да можно придумать.

– Перекрыть границу сможем и своими силами, – спокойно ответил я и протянул вперёд руку. Контакт с родовой сетью был непрерывным и это даже использованием заклинаний не считалось. Просто по движению моей воли, перед нами возник сложный узор из трёх аспектов, мгновенно создавший магический щит. – Теперь можем, Николай Петрович. В ближайшее время я сделаю несколько амулетов для командиров патрульных отрядов, чтобы они могли сами находить прорвавшихся на нашу сторону аномальных тварей и станет совсем хорошо. Пока что сам буду сообщать о самых опасных случаях. А потом народу прибавится и схему патрулирования пересмотрим.

– Витязи? – угрюмо проворчал Аршавин. – Об этом я тоже хотел с вами поговорить, Ярослав Константинович.

– Тогда самое время, – улыбнулся я. – Понимаю, что тебе не очень нравятся эти парни, но я не думаю, что это станет препятствием. В крайнем случае, сделаю их костяком основной дружины. За тобой останется ближняя и статус командира вооружённых сил рода, а Вепрь будет решать более мелкие задачи.

– Это не будет работать, ваша светлость, – покачал головой Аршавин. – Два Ратая в такой маленькой дружине – это перебор.

– У тебя есть конкретные возражения против Витязей, Николай Петрович? – прямо спросил я. – Или только общее недовольство тем, что они тебе не подчинялись?

– Я поспрашивал знакомых про Витязей, – негромко ответил Ратай. – Мир он ведь не такой большой, как многие думают. Две руки, три… И вот ты уже нашёл человека на другом конце света, который может тебе помочь в сложной ситуации. Не буду отрицать, что мне просто не нравится то, как дела обстоят на Диком Континенте. Не только с Витязями, а вообще со всеми бригадами благородных родов. Нашей страны или других – без разницы. Там ведь рвут на части друг друга все ради добычи. До обычных людей вообще дела никому нет.

– А я и не говорю, что это правильно, Николай Петрович, – невозмутимо ответил я. – Вот только сделать с этим что-то… сложно. Можно, конечно, всячески осуждать жадность аристократов до уникальных ресурсов. Говорить, что они совсем уже потеряли разум из-за алчности. Можно даже сколотить свою бригаду и отправиться в Африку, чтобы причинять там добро и наносить справедливость. Вот только глобально это ситуацию не изменит.

– Почему? – хмуро спросил Ратай. К этому моменту мы уже сделали большой круг по лесу и почти вернулись к полосе препятствий.

– Потому что для этого нужна большая сила, – просто ответил я. – Сколько бы доброго и хорошего в тебе не было, большие игроки нашего мира не станут тебя слушать, если ты не сумеешь предоставить серьёзные аргументы для подобной беседы, Николай Петрович. И сделать это нужно задолго до того, как твоя нога впервые коснётся раскалённой земли Дикого Континента. Будь у меня бригада из тысячи Ратаев, то я бы мог попробовать установить свои правила в Африканском аномальном котле. Вот только в этом смысла тоже нет.

– Потому что этого не дадут сделать другие аристократы? – понятливо усмехнулся Аршавин.

– И они тоже, – кивнул я. – Однако, орудующие в тех местах бригады головорезов, отряды наёмников и подразделения дворян, стали всего лишь следствием. Они прибыли в Африку, потому что у них появилась возможность заработать на проблемах местного населения. Элита африканских племён, которая сейчас считается королями, императорами, вождями и неизвестно кем ещё, заботится только о себе и ей совершенно плевать, что происходит с их подданными. В них главная проблема. Будь ты хоть трижды силён, если ты не станешь им помогать в установлении диктатуры и полной власти, то станешь врагом. А там уже появляется масса вариантов. Яд, проклятие, пуля… Никто не сможет стабилизировать ситуацию в Африке, пока этого не захочет верхушка местного населения. Но те проблемы, которые связаны с особенностями политики Дикого Континента, останутся за бортом самолёта, который привезёт в столицу бригаду Витязей.

– Вот об этом я и хотел поговорить, ваша светлость, – кивнул Аршавин. – Есть вероятность, что Вепрь и его люди привезут все свои проблемы с собой. Кажется, мне удалось найти информацию о том, из-за чего год назад в бригаде произошёл раскол.

Глава 3

– Кажется? – поднял бровь я. Обычно Аршавин вел себя очень прямолинейно. Если его что-то не устраивало, то он так и говорил. Сейчас Ратай наводил какую-то муть и я никак не мог понять, в чем причина таких изменений. – Ты же понимаешь, что предположения и тревоги очень слабо влияют на реальное положение дел, Николай Петрович? Если у тебя есть какие-то факты по Витязям, то я готов их выслушать. Возможно, это скажется на моём отношении к выделенной бригаде, но отменять их приезд или разрывать контракты я точно не стану. Мы сейчас не в том положении, чтобы выгонять из дружины пять сотен опытных бойцов.

– «Кажется» – потому что могут быть и другие причины, о которых мне ничего не известно, Ярослав Константинович, – ответил Шатун. Похоже, он наконец пришёл к какому-то решению и ему стало значительно легче. – Я расскажу всё, что мне удалось узнать, а вы подумаете. Решать всё равно вам, ваша светлость.

– Решать мне, это верно, – когда я всё же понял, что так беспокоило главу ближней дружины, широко улыбнулся и хлопнул по плечу собеседника я. – И ответственность тоже на мне, Николай Петрович. Я же теперь глава рода. Если из-за Витязей будут проблемы, то решать их тоже мне. Так что говори уже.

– За последние пять лет от магов выделенной бригады регулярно поступали запросы официальным представителям Императора о переводе их в экспедиционный корпус или возможности вернуться в Империю без согласования с руководством бригады. Главной причиной запросов значилось «необходимость развития магических способностей». По словам главного инициатора этих обращений, бригада не могла предоставить магам нужные ресурсы и финансирование. Про ритуалы очищения я вообще не говорю – на них у Витязей денег не было даже близко.

– Нормальная ситуация для подразделения, которое принадлежит опальному полумертвому роду, – пожал плечами я. – Маги всегда стремятся к развитию и повышению собственной силы. Так устроен этот мир. Если одарённый остановится, то начнёт откатываться назад, а это слишком неприятно даже для обычных людей.

– Но цена этого развития может быть разной, Ярослав Константинович, – покачал головой Аршавин. – Одно дело, когда маги убивают чудовищ для того, чтобы улучшить сферы разума. И совсем другое – когда они начинают истреблять для этой цели людей.

– Что? – резко остановившись и развернувшись к Ратаю, произнёс я. – Подробности! Что, как и когда происходило? Участие Вепря и остальных бригадных бойцов подтверждено? Сколько людей погибло и какие есть доказательства?

Я искренне надеялся, что слова Шатуна всего лишь выдумка. Потому что в том случае, если это всё правда, у нас могли возникнут громадные проблемы. Есть такие пути в изучении аспектов магии, на которые никому нельзя вставать. Ни для кого не секрет, что человеческая жизнь может стать очень сильным источником маны. Вот только энергия эта настолько разрушительна, что всего пара Вершителей сумели её обуздать. Те, кого я успел убить до того, как мои сородичи смогли объединиться. И каждый шаг по этому пути мог превратить обычного человека в голодное неконтролируемое чудовище, ведомое лишь своим безумием и жаждой убивать. Потому что каждая человеческая жизнь давала океан силы и ощущение всемогущества.

– Всё не так просто, Ярослав Константинович, – угрюмо ответил Аршавин. – Разумеется, никаких отчётов и фотографий мне никто не показывал. Просто беседа между парой знакомых, которые очень давно не виделись. Первый случай зафиксирован чуть больше года назад. Где-то за месяц до того, как произошёл раскол Витязей. Там сложно что-то доказать было. С официальными обвинениями в Африке вообще всё сложно. Но для местных доказывать ничего не нужно. По маршруту движения Витязей была обнаружена мертвая деревня. Совсем мёртвая. Почти пять десятков аборигенов зверски убиты. Найдены следы странного ритуала и сильный след аспекта Смерти.

– Недостаточно, – покачал головой я. – На Диком Континенте подобное происходит каждый день. Я вообще не понимаю, почему там всё ещё есть какие-то люди при такой скорости их уничтожения.

– Потом в одном из убежищ видели ссору между Вепрем и главой магических сил бригады. Огневик по прозвищу Светлячок. Он же инициатор всех требований к имперским наблюдателям. Присылал их стабильно раз в пол года. Потом раз в месяц. Потом каждую неделю бумажки слал и при каждой встрече что-то требовал.

– А потом резко прекратил, – хмуро произнёс я. – И все сделали вывод, что ему надоело.

– Именно так, ваша светлость, – кивнул Аршавин. – Но я в это не верю.

– А по самому расколу известно что-то? – уточнил я.

– Всё случилось во время задания. Вернее, сразу после его завершения, – ответил Ратай. – После рассчётов с местным правителем, Вепрь отправил большую часть бригады в их основное убежище, а сам решил задержаться. Редкий случай, когда наниматели вполне нормальные. В ночь после этого маги напали на оставшихся бойцов бригады и убили многих. Досталось и другим бригадам. А потом маги уничтожили всю королевскую семью и половину дворца. Скорее всего, погибли имперские наблюдатели. Ничем иным такое резкое изменение отношения к Вепрю я объяснить не могу. Удивительно, что они сумели протянуть остатками бригады целый год.

– А что с магами? – поинтересовался я.

– С магами? – не понял Аршавин.

– Ну да, – кивнул я. – Ты сказал, что остатки бригады выживали, как могли. При этом маги напали на людей Вепря, потом на другие бригады и даже на бывших нанимателей. Что с ними стало? Если выжили пять сотен обычных бойцов, то пятьдесят сильных боевых магов должны были выжить и подавно.

– Я не знаю, Ярослав Константинович, – озадаченно ответил Ратай. – Не спрашивал про них. Только сделал вывод, что Витязи могут на нас перетянуть недовольство тех родов, которые пострадали во время их раскола.

– Чушь, – покачал головой я и внимательно посмотрел на собеседника. Аршавина волновало что-то другое. Причём очень сильно. – Там такое временами происходит, что все благородные будут старательно делать вид, что вообще отношения к делам африканцев не имеют.

– Но не когда речь идёт об аспекте Смерти и связанными с ним событиями, – угрюмо проворчал Ратай.

– Что тебя беспокоит, Николай Петрович? – прямо спросил я.

– Мой знакомый сказал, что среди Витязей видели очень крупного чернокожего, – посмотрев мне в глаза, ответил Аршавин. – Сейчас это один из немногих магов бригады. Очень сильный и опытный маг Смерти. Пару раз его видели в деле. Наблюдатели обратили внимание, что парень использует очень редкие и сложные заклинания. И родовой дар у него принадлежит тому же аспекту.

– А какой родовой дар был у той королевской семьи, которую уничтожили маги Светлячка? – спросил я.

– Это лучше узнать у Вепря, – пожал плечами Ратай.

– Так и сделаю, – кивнул я. – Если это всё, то вопрос с Витязями предлагаю пока отложить подальше. Как минимум, до их прибытия.

– Получилось? – поднял брови Аршавин.

– В процессе, – ответил я. Последнее фото, полученное от командира отряда Грифов, вселяло надежду, но окончательной ясности не давало. – Я в Себыкино планирую ехать сейчас. Ты как?

– В Горынино, – отозвался Шатун. – И так задержался сильно.

– Тогда на связи, – кивнул я. – Держи телефон под рукой, Николай Петрович. Все данные по пойманным зверям буду скидывать тебе. Координаты и название зверя.

– Понял, – отозвался Аршавин и мы разошлись в разные стороны. Ратай отправился проверять измученных дружинников на полосе препятствий, а я вернулся в дом. Спустился на цокольный этаж и зашёл в сокровищницу.

Посреди практически пустого помещения стоял рунный стол для создания простых артефактов. Можно было сделать сигнальный амулет родовой сети из любого мусора, но я никогда не любил одноразовые и узконаправленные поделки. Поэтому решил использовать для работы заготовки артефактов, которые передал Большакову. От пары десятков исследователи не обеднеют. Всё равно их главный артефактор полным хламом считал.

Подойдя к рабочему месту, положил руки на две управляющих руны и дотянулся разумом до родовой сети. Чтобы не тратить на это время вечером, решил подключить новую покупку сразу. За несколько часов система заклинаний встроит артефакт в свою структуру и можно будет спокойно работать без риска потерять контроль над процессом и получить удар от защиты поместья.

На выходе из подвала столкнулся с Настей. Княжна была одета в лёгкое белое платье и небольшую шляпку. Идеальный образ скучающей светской красотки дополняли изумрудные серьги.

– Замечательно выглядишь, – улыбнулся я.

– А ты выглядишь усталым и бледным, – серьёзно ответила мне Настя. – Может отложишь дела и хотя бы день поваляешься в кровати? Мир не рухнет, если князь Разумовский один день не выйдет из дома.

– Не рухнет, – подтвердил я. – Но проверять мне не хочется.

Поднялся в кабинет, где вчера оставил на зарядке телефон и первым делом включил мобильник. Под бесконечный звон полученных сообщений и оповещений вернулся в гостиную. Среди десятка пропущенных звонков и нескольких сообщений нашлось два особо важных. Оба от командира Грифов и оба с фотографиями плохого качества. Нужно будет потом отблагодарить этого мужчину. Работу свою он выполнил на отлично и даже немного лучше.

По поводу графа Старковского, который оставил несколько сообщений и звонил целых три раза, мы с Ратаем уже поговорили. Мне нужно было разобраться с текущими делами. Сообщить Ивану Николаевичу о своём решении я планировал вечером. Ещё дважды звонил Пескарёв. Остальные номера были мне неизвестны и перезванивать я не стал. Если будет нужно, то наберут снова.

С улицы послышался звук мотора. Когда я вышел на крыльцо, мимо проехал приличный на вид автомобиль с парой дружинников на переднем сиденье и княжной на заднем. Я даже не успел додумать мысль о том, что сопровождение могло быть и больше, как с парковки тронулся выцветший зелёный пикап с пятёркой бойцов. Ратай редко ошибался в подобных делах и всегда предпочитал перестраховаться.

Мой вездеход тоже был готов к выезду. Ворон и остальные привели себя в порядок после внеплановой тренировки и светились готовностью выполнить любой мой приказ. По пути в Себыкино в салоне царила удивительная тишина. Я, продолжая работу с дыханием, занялся своим Источником. Неизвестно когда мне придётся использовать свою силу, поэтому решил сделать всё возможное уже сейчас.

– Добрый день, Ярослав Константинович! – от кого-то узнав, что я наконец приехал в посёлок, взмахнул руками выбежавший из ворот ангара глава Себыкино. Это был тот ангар, который отвели для работы с чудовищами более высокого ранга. И можно было не сомневаться, что Олег Дмитриевич всё это время занимался россожем. – Наконец-то вы приехали! Я уже не знал кому ещё звонить, чтобы к вам пробиться!

Общее состояние главного специалиста моего сортировочного цеха внушало некоторые опасения. Олегу не мешало бы отдохнуть. Это было заметно по синим кругам под глазами и усталому взгляду. Однако, останавливаться Пескарёв не планировал и сразу потащил меня в рабочую зону.

– Добрый день, Олег Дмитриевич, – поздоровался я. – Что за спешка?

– Россож, ваша светлость! – всплеснул руками Пескарёв. – Вы даже не представляете, что тут у нас началось, когда Николай Петрович позвонил вчера! Мы ведь никогда не работали с монстрами этого типа. Пришлось поднимать старые архивы. Я даже позвонил одному знакомому в столице, чтобы проконсультироваться. Так он, узнав кого именно мы планируем обрабатывать, с ходу предложил миллион рублей за тушу. Даже о состоянии не спросил.

– Неплохое предложение, – удивлённо произнёс я. Аномальные звери высоких рангов стоили значительно дороже других. Если добавить к этому тяжёлый аспект нашей добычи и редкость зверя, то цена взлетала ещё выше. Но миллион…

– Что вы, Ярослав Константинович! – тут же воскликнул Олег. – На предложение этого прохвоста я даже не подумал обратить внимание. Это же грабёж настоящий! Даже если просто тушу представителям Империи сдать, могут процентов на тридцать больше дать.

– Но этот вариант вас тоже не устраивает, Олег Дмитриевич? – улыбнулся я.

– Тут дело даже не в вероятных доходах, а в самой возможности получить такой уникальный опыт, Ярослав Константинович, – убеждённо ответил Пескарёв и я ему сразу поверил. Есть особая порода людей, которые горят своим делом и которым плевать на всё мирское. – Россожи вообще крайне редко попадают в населённые земли. Их очень сложно транспортировать. И это при условии, что их на поверхности убили. А из логова такого монстра вообще невозможно извлечь.

– Почему? – удивлённо спросил я.

– Никто не знает, – пожал плечами Пескарёв. Мы уже миновали половину ангара и свернули к закрытой части, где за толстой плёнкой виднелись силуэты людей. – Наверное, какая-то особенная связь между животными и их норами. Поэтому мы и ждали вашего подтверждения на полноценный разбор.

– Что мы получим с этой процедуры я понял, – подходя к здоровенному чану с заряженной аспектом Жизни водой, ответил я. Внутри плавала туша россожа. Из-за того, что Зейд использовал аспект Воды, серьезных повреждений, ожогов и травм на теле монстра не было. Порезы и проколы давно перестали кровоточить и зверь выглядел почти целым. – А что можем потерять?

– Всё, Ярослав Константинович, – неохотно ответил Пескарёв. – Дело в том, что на портале имперской службы приёма аномальных ресурсов выложен только краткий перечень ингредиентов, которые можно извлечь из этого зверя. Если получится добыть все, то мы выручим за них около семисот тысяч рублей. Если где-то произойдёт ошибка, то сумма будет значительно меньше. Учитывая, что мы работаем с таким зверем впервые, ошибок может быть значительно больше одной.

– Перспектива довольно неприятная, – честно признался я. – Этот трофей не принадлежит моему роду полностью, Олег Дмитриевич. Половину прибыли нужно отдать светлейшему князю Пожарскому. Конкретную сумму мы не обсуждали, но Евгений Александрович вряд ли удовольствуется сотней тысяч из-за неудачи моих специалистов. Скорее он будет опираться на официальные источники, которые вы называли ранее. То есть, в случае провала, мы не только останемся без прибыли, но и уйдём в минус на шестьсот-семьсот тысяч рублей. В лучшем случае мы обойдёмся без лишних трат. По моему мнению, затея не стоит риска.

– Это в том случае, если зверь молодой и у нас действительно ничего не получится, ваша светлость, – торопливо произнёс Пескарёв. – Если же зверь старый, а эта особь очень старая и опытная, то шансы на обнаружение чего-то уникального сильно повышаются.

– Пример, – невозмутимо произнёс я. Оперировать большими цифрами становилось всё легче и легче. Для себя просто решил, что придётся раньше идти в аномалию и ускорять другие проекты, чтобы закрыть долги рода. К тому же, меня очень сильно смущало, что имперские скупщики давала за зверя цену в два раза выше, что стоимость ингредиентов на их же портале. В чём смысл? выглядело так, что любой идиот будет в первую очередь нести такой трофей представителям Императора. – Мне нужны конкретные примеры, Олег Дмитриевич. Без них я не могу принять решение.